Глава 7. Унарники

Минус на минус – это плюс. Плюс на плюс тоже плюс.

В качестве временного убежища выбрали неприметный жилищный уголок дома, который находился неподалеку от начинающихся многоэтажек. Дом старый и пошарпанный от времени. И не только от времени, наверняка он еще пострадал от многократных набегов мародеров.

Само здание пятиэтажное, облезлое снаружи и разрушенное изнутри, полно трещин и опавшей штукатурки. Лестницы просевшие, перила шаткие, лифт не рабочий, но мы добрались до последнего этажа. Так будет надежней. Если нагрянет группа мародеров или зомби, то мы хотя бы успеем дать им отпор.

Из моей головы пока не вылетали те отпечатки кошмаров, встретившихся в лесу. Я правда, не настолько впечатлителен, но за короткий промежуток времени многое пришлось пережить. И мне очень хочется, чтобы это дерьмо скорее закончилось. Чтобы люди начали строить новый и привычный уклад жизни.

Андрей застилает пол пластиковыми мешками, кладет на них сумку. Садится, растягивает свои уставшие ноги. Хрустит пальцами, разминает натруженные плечи.

– Ты отдыхай, я подежурю, – предлагаю ему отоспаться хорошенько. Сам тоже чувствую сильную усталость, но во мне просыпается совесть: молодые люди всегда должны помогать старшим.

– Уже привык. И сплю я чутко. Тебе незачем беспокоиться. Надо будет, сам поспишь, – он выуживает из сумки картошку и хлеб, передает мне.

Трапеза завершается быстро, потому что мы изголодались недурно. От пуза отъедаться возможности нет, но червячка заморили. Попили воду, потом начали по местам рассаживаться.

Андрей достает складной ножик, начинает резать пустую пластиковую бутылку, отделяя ее от горлышка. Я наблюдаю за его действиями, не забываю бросать взоры в окно. Но на улице пока никого, в убежище к нам никто не заглядывает.

– Куда люди подевались? – скорее я задаю вопрос себе, чем Андрею. Но тот пожимает плечами. Не знает он. Я тоже пока не разберусь в чем тут загадка.

Егерь уже срезает запасной кусок ткани, далее берет мешок с карбидом кальция и выуживает из него приличную горсть. Сыпет в отрезанную ткань, заворачивает ее узелком. Далее берется за горлышко из-под бутылки, взвинчивает крышку, делает в ней щелочку ножом.

– Странно как-то получается, – снова начинаю разговор. Скорее похоже на мысли вслух. – Город большой и пустой. Людей нет, зомби тоже не встречаются. У меня такое ощущение, что нам здесь опасаться нечего. Будто мы попали в безопасное место. Может днем город спит…

– А ночью просыпается мафия. Имею ввиду всякие психи и отморозки активны в темное время суток, – Андрей закручивает крышку, проталкивает искусственный мешочек в горлышко. Потом берет отделенную часть сосуда и закладывает в него свое изобретение. Будто воронка нависает над емкостью.

Из проделанной в крышке щелки начинается вытекать тоненькая струйка. Карбид кальция сыпется в пустую емкость, постепенно ее заполняя.

– Как тебе песочные часы? Нормально? – спрашивает изобретатель.

– Гениально! – я от него в восторге. Надо же так додуматься. У нас нет электронных часов, но есть древнее изобретение.

– Давай так. Ты сейчас дежуришь, я немного посплю. Когда емкость заполнится, будишь меня. Я тебя сменяю на посту, ты спишь. И так поочередно.

– Дельная мысль.

И вот Андрей Егерь ложится на пластиковые мешки, прикрывает глаза. Походная сумка заменяет ему подушку. Не проходит и минута, как тот издает храп.

Я слежу за песочными песками. Карбид кальция тягуче идет на донышко, зрелище довольно завораживающее, но и не забываю про дежурство. Бросаю взгляд в окно. Пока никого. Единственно, что заметил, это мелкая тень, которая легла на один обломок, свисающий с домовой крыши. Похоже на стаю птиц.

Время от времени я почитываю справочник по Игре. Просто так, от скуки, от нечего заняться. Думаю о статистике. Пока без изменений. Думаю о том, что будет дальше. Где найти выживших, если кроме нас в городе пока никого нет. Может Хаос срезал большую часть? Может те, кто не выжил превратились в зомби или в свежаков? Свежаки слишком похожи на людей, просто у них тело мертвецки бледное и лицо перекошенное со всеми отпечатками ужасов.

Замечаю, что емкость заполнена наполовину, а карбид кальция перестал течь. Значит, время вышло, пора будить Андрея. Смотрю в окно еще разок, и опять же. Пока пусто.

Андрей просыпается после моих тычков в бок.

– Так быстро?! – тот удивляется, но встает. Взирает на свое изобретение.

– Могу еще подежурить. Отоспись как следует.

– Нет уж. Теперь моя очередь.

Я ложусь, прикрываю глаза и впадаю в долгожданную дрему.

Снится недавний ночной фарминг. Черные клыки, тяжелый бой с боссом и встреча со свежаками. Всплеск электричества из моих пальцев, и я даю зарядку севшим батарейкам. После такой манипуляции фонарь разгорается с новой силой, отгоняет тех дистрофиков, и мы с егерем пробиваем дорогу к городу…

Меня будит егерь. И снова дежурство, меняемся поочередно. Так длится до тех пор, пока Андрей будит меня раньше времени и говорит шепотом.

– Снаружи какие-то типы шастаются.

Замечаю, что солнце ушло, и луна заняла законный трон. Ночь. Я тихо встаю с пластиковых мешков, чтобы шебуршание не привлекло чье-то внимание. Кошачьей поступью подхожу к окну, наполовину высовываюсь, чтобы те не заметили меня.

Вижу неровные тени. Одно радует, что слышу человеческий говор, а не привычный рык монстров. Небольшая группа людей, все в помятых одежках, а в руках у каждого имеется подручное оружие. У кого-то бита, у кого-то перочинный ножик, у кого-то «розочка» от разбитой бутылки.

Щурюсь, делаю фокус на того, кто раздает команды. Главный, значит. Тот здоровый такой, кряжистый. Лицо, высеченное топором, глаза жадные. У того имеется пистолет. «Макар» кажись.

– Глянь-ка, ребзя, – зычно отзывается мужской голос. – Неприметный домишко такой. Айда-ка прошерстим там. Если увидите зеленых, валите нахрен.

Стоп! Каких еще зеленых? Что тот имел в виду? Вглядываюсь в надпись, она зажигается красным цветом.

Ник: Хребет, 5 уровень

– Что за чушь он порет? Про каких зеленых? Инопланетяне что ле?

– Не знаю, – мельком поглядываю на егеря. Фокусируюсь, щурюсь.

– С тобой все в порядке? А то смотришь…

– Погодь, – обрываю его на полуслове. Вижу, как надпись зажигается зеленым цветом.

Ник: Андрей Егерь, 5 уровень

– Попробуй всмотреться в мою надпись, напряги зрение, – говорю ему.

Тот выполняет мое требование. Потом выдает.

– Ну и что? Туман, шестой уровень. Что такого?

– Какого цвета надпись?

– Зеленая…эээ погоди, – тот остерегается. – Это что получается?

– Мы с тобой зеленые. Вон те – красные. Какая-то вражда назрела в городе.

И мы слышим, как снизу доносятся дробные шаги.

Мы не рвемся с места, спасаться пока нет возможности. Но есть возможность защититься. Защитить себя – это задача первостепенной важности. К нам поднимаются головорезы, они хотят нас убить, потому что мы зеленые. Откуда пришло такое разделение на красное и зеленое – без понятия.

Андрей Егерь пока ничего не предпринимает, он ждет, когда эти подонки нарвутся на нас первыми. Я поступаю то же самое. Самое верное решение на мой взгляд.

У меня в арсенале имеется «Убийство током». Надеюсь Игра не врет, не поставит мне подножку, когда буду пользоваться данным приемом.

Вот кто-то топает как слон. Тот вообще не соблюдает осторожность, похоже эти красные чувствуют себя в городе прекрасно. Грабят, убивают, анархию разводят повсюду. Ну да, в такое тяжелое время отморозков становится больше, чем те, кто пытается выжить, но остаться человеком. А те красные, наверное, просто звери. Увидят зеленых, завалят, так и не спросив.

– Слушай, давай в коридор выйдем, а то гляди, нас к углам прижмут, – предлагает Андрей. Я киваю в ответ. Идея здравая, а коридор там довольно широкий, есть куда нам развернуться.

Мы кошачьей поступью покидаем заброшенную квартиру, перемещаемся по коридору, приближаемся к лестничной площадке. Аккуратно выглядываем из-за укрытия. Небольшая кучка мародеров проверяет каждый этаж, вынюхивает каждый угол заброшенного помещения. Судя по звуку приближающих шагов, они пока находятся на третьем этаже. И вот раздается зычный голос командующего.

– Двое на четвертый, один на последний. Черт! Ничего полезного, походу. Вы там пошустрее, ребятки!

Вот один и прет танком. Прямиком к нам, без чувства страха поднимается по лестнице. Хватается за шаткие перила, еще немного, и тот, наверное, оторвет их вместе с мясом. Узнаю того самого, у него в руках бита со следами засохшей крови. Мда, видимо, эта бита много жизней лишила.

Андрей поджидает у нерабочего лифта, я скрываюсь за стенкой, где после нее открывается лестничная площадка. Когда отморозок врывается в проем коридора, я резко хватаю за его правую руку. Черт! Прогадал! Это бандит, похоже, сменил положение оружия. Перекинул биту с правой на левую.

Он только собирается отдернуть руку, заорать, что тут есть зеленые и при этом успевает сделать замах, чтобы меня огреть битой. Но всю нелепую ситуацию исправляет Андрей, использовав новый навык. «Оцепенение» заставило того замереть на добрых десять секунд.

Киваю напарнику в знак благодарности. Понимаю, что нейтрализовать противника не получится, потому что в состоянии оцепенения тот намертво держал биту, и оружие у него никак не отнять.

Я не собираюсь с ним церемониться, пока магия Андрея действует, хватаю за плечо противника и включаю «Убийство током». Заодно примечаю, что отморозок имеет второй уровень. Для меня соперник по сути слабый. Если бы не помощь Андрея, все обернулось иначе.

Моя магия исходит от самых кончиков пальцев, чувствую, как по жилам течет не только разогретая кровь, но и разряд, который несет порцию электричества. Всплеск силы выходит изнутри, мое тело покрывается электростатикой. Вижу, как ток протекает сквозь противника, охватывает его тело спиралью. На тот момент магия Андрея истекает, и отморозок просто начинает дергаться всем телом. Его угрюмое выражение лица сменяется маской ужаса, глаза вылезают из орбит, через десять секунд сосудики в них лопаются. Его язык высовывается как у собаки, болтается в такт бешеной тряски. Поэтому тот не может кричать, не может звать на помощь.

Чувствую, что во мне магия кончается, и я ослабеваю хватку, потом вовсе отпускаю противника. Отморозок выгорел до самых костей, его одежда намертво прилипла к горелому мясу. Бита обратилась в пепел и осела на пол.

– Ничего себе, – Андрей диву дается, а его слова выходят шепотом.

Убитый исчезает черной аурой. Припоминается тот самый момент, когда я грохнул насильника, спасая Сандру. Видимо, Игрой задуман такой эффект исчезновения. Черная аура, значит, у человека темная душа. А у хороших людей будет белая? Неплохое определение, кстати.

Слышим, как к нам поднимаются другие. Те уже чуют, что пропал свой и долго не возвращался. Командующий тоже не отстает, его голос негромко расходится по верхним этажам, призывая всех подняться на пятый этаж.

– Ты готов? – егерь уже отходит от лифта, приближается к проему.

– Да, готов, – а я включаю «Плевок молнии», заранее готовясь к нападению.

В поле зрения попадается мародер с «розочкой» из стекла. Он оказывается еще тот шустряк, более проворнее чем тот первый убитый. Ему ничего не стоило, как глянуть мельком и продрать глотку, что зеленые тут. Он кидает «розочку» в нас, но мы уворачиваемся, разбегаемся по разные стороны, чтобы не мешать друг другу. Кусок стекла пролетает мимо, вдребезги разбивается об стену и осколками сыпется на пол.

Отменяю заранее включенный навык. «Плевком» тут не отделаешься. Надо посерьезней что-нибудь. «Двойной удар», например.

Обмениваюсь взглядами, Андрей понимает мои намерения. Он знает, как выглядит тот прием. Замечает, что обе мои руки охвачены мощным потоком электричества. Быстро перекатываюсь вправо, выставляю руки. Двойной разряд метится прямо в ступени лестницы. Мощный разряд охватывает отморозка, идущего к нам, тот трясется, его исхудалая грудь рвется на части, и бандит отлетает как щепка, ударяется об противоположную стену и обрушивается на перила. Ограждение не выдерживает вес, сгибается под тяжестью и уходит в уклон, будто преграждает путь другим бандитам.

– Бляха-муха! Там магочелы! – кто-то орет на весь дом, боюсь, что после такого крика и крыша не выдержит. Свалит на нас и все. Мама не горюй.

– Еклмн! Их ники запомнили? – сплевывает командующий.

Слышится уверенный ответ. Видимо, кто-то обладает орлиным зрением.

– Тогда валим нахрен! С ними еще встретимся. Бугор сам их потом порешает! – главарь банды дает команду на отступление.

Проходит пара минут. Внизу становится тихо, только слышится, как ветер балуется открытыми форточками. Далее раздается дробь по кровельной крыше. От нее веет холодом и сыростью.

Кап-кап-кап.

А крыша-то дырявая, протекает по извилистым трещинам. Решив, что бандиты от нас отстали, мы возвращаемся к той квартире, на которой остановились с ночевкой. Тут по крайней мере потолок цел, и держится нормально.

– И много таких ублюдков в городе? – неожиданно выдает егерь.

– Боюсь, что много, – отвечаю я. Бросаю взор в окно, на улице дождь шел стеной. Косо барабанил по стеклу, издавая успокаивающую мелодию.

Врубаю мысленный посыл. Перед глазами высвечиваются обновленные параметры.

+1 к ловкости, +2 к репутации.

– Бугор – это у них главный получается, – делится мыслями Андрей.

– Похоже, да, – смотрю, как дождевые капли струйками текут по стеклу, сливаются в сплошной поток. – Судя по словам главаря, тот имеет магическую силу.

Андрей хмыкает, начинает жевать губы. Что ответить, тоже пока не знает, но соглашается со мной, с моими предположениями. Если Бугор является магом, то тут дела пойдут хуже. Кроме него найдутся другие. Эти догадки сводятся к тому, что не мы одни имеем магическую силу.

– Когда дождь закончится, двинемся дальше. Понимаю, что эти отморозки могут выскочить из любого угла, но надо найти поддержку, – это предложение кому только не говорил, но Андрей меня и так понимает, и соглашается.

– Да, ты прав. Без поддержки тут вообще никак.

Тот сыпет немного топлива, заливает водой. Карбидная лампа постепенно набирает обороты, согревает и освещает нашу комнату, но не слишком ярко, чтобы не привлечь внимание врагов.

Мы не чувствуем себя уставшими, наоборот, отоспались нормально, по четкому заданному отрезку времени. Дождь, правда, не прекращался, он все продолжал оттягиваться. И шел так до раннего утра, когда на самом горизонте еле виднелась алая полоска рассвета.

– Идем, – я нацепляю на себя рюкзак. Андрей уже готовится перешагнуть через порог. Тихо спускаемся по обшарпанным ступеням. Четвертый этаж позади, третий, второй… На первом этаже никого нет, вот и славно. Вообще, на улице пока никого. Мародеры попрятались, другой дичи не видать, мутантов тоже. Только свист ветра немного разбавляет городской пейзаж. Воздух холодный, замечается сырость после дождя.

Город как бы просыпается, но только беззвучно. Руин особо нет, но встречаются облезлые серые здания, которые пострадали от многочисленных набегов. Где-то виднеются закопченные бока, где-то крыша сыпется гравием. Машины, замершие на месте и мокрые от дождя, тянутся цепочками, словно готовятся окольцевать всю заброшенную трассу. Ветер колыхает отрывки баннеров, которые наполовину отклеились от рекламных щитов.

Мы держимся бок о бок, перебегаем с одного места на другое. Долго не задерживаемся, делаем немного передышку, закусываем что-нибудь съестного, запиваем водой и снова выдвигаемся. И так за каждый угол дома, за каждое найденное укрытие. Правда, наши запасы иссякают. Продуктовых магазинов пока не видать. И если они встретятся, то наверняка окажутся разграбленными, и начнут глядеть на нас черным входом, а где-то неподалеку будет лежать взломанная дверь.

Видим перед собой небольшую кучку металлолома, а дальше она вырастает в огромную свалку. Надо же так напороться, чтобы перед тобой раскрылась картина, состоящая из остатков заброшенной техники. Листы ржавого металла, большие спущенные шины с глубоким рельефом, мебельный поролон и пружины, а также разобранные на запчасти автомобильные двигатели. От машин остаются железные скелеты, но если хорошенько поискать, то найдутся те, которые сохранили свою «шкурку».

– Как ты думаешь, полезное тут найдется? – бормочет Андрей. – Столько хлама, с ума сойти.

– Для кого-то хлам, для кого-то богатство, – мне банально вспоминается тот самый эпизод, когда я на велосипеде вместе с Сандрой и Мотором добирался до речного берега. И эти велики будут роскошью в наше неспокойное время. Вся техника встала, словно примерзла к месту. Не шелохнется, не сдвинется. Двигатели вообще отказались. Когда Мотор снял велосипедные цепи, то и эта техника утратила свою пригодность и ценность. Автоматически приписалась к категории «Хлам». Цепи на дне реки, и вряд ли кто достанет.

«Если не найдется магазин, где там будут велики. Скорее магаз разорен от набегов, а люди переубивали друг друга».

– Что ищете, бродяги? – сиплый голос отзывается где-то издалека.

– Мы не бродяги… – егерь хотел возразить тому, но я успеваю его осадить.

– А ты кем будешь?– замечаю, как с конца свалки вытягивается человеческая тень, и она легко перебегает отрезок пути. На нас смотрит человек высокого роста, моложавый и тонкий как кол. Глаза синие, губы как ниточки. Его патлы безобразно падают на плечи.

– Я – маг. Имею магнетические способности. Догадываетесь откуда столько металлолома?

– И что ты собираешься тут делать? – вижу его ник. Он отсвечивается зеленым цветом, показывает строчку «Никитос».

– Это мой полигон. Здесь осваиваю приемы. Разбираю машины на запчасти. Смотрю, вы не относитесь к красным, – Никитос хмыкает, потом добавляет. – Меня больше удивляет, как вы бесстрашно шастаетесь по городу, где много дерьма и нечисти.

– У нас тоже есть способности. Нам есть чем ответить, – не унимается Андрей Егерь.

– Оу, – Никитос театрально вскидывает брови. Будто так удивляется. – Тогда что мы тут копошимся. Нам нужны такие люди.

«Слишком самоуверенный тип», такая мысль приходит мне в голову. Доверия тоже пока не вызывает. Первые впечатления вообще не клеятся. С таким человеком и в разведку не пойдешь. Киданет тебя в самую трудную минуту и все. Не, от таких надо подальше держаться.

– Интересно, а кому мы нужны? – вклинивается Андрей. Судя по металлическим ноткам в голосе, ему не нравился этот разговор. – Темнишь, да? Никитос-молокосос.

– По-твоему я к красному отношусь? – тот пропускает оскорбление. – Своих мы принимаем в убежище. У вас есть где скрыться?

– Нет, – мне ничего не остается, как только честно признаться. – Но не откажемся. Мы долго ищем подмогу.

Никитос пожимает плечи. Угол рта дергается в ухмылке.

– Тогда идите за мной.

Молча следую за ним. Андрей бурчит себе под нос, но не отстает.

Никитос приводит нас к краю автомобильной свалки, находит ржавую машину. Седан, у которого отсутствуют колеса и подвеска. Широкий капот, вместительный багажник. Краска на машине облуплена. Внутри салона все пусто, мебель ободрана с мясом, приборной панели нет, вместо стекол проемы, где продувал ветер. Днище автомобиля покрылось бурой ржавчиной.

Проводник подходит к багажнику, нащупывает ручку и тянет ее вверх. Раздается натужный скрип, и крышка отделяется от машины. Самого багажа нет, но виднеется ниша, будто выкопали глубокую яму. Дальше вниз тянутся земляные ступени, где потом теряются в черноте.

– Прошу, – Никитос кивает на вход в убежище.

– Куда ведет этот вход? – интересуюсь я. Вообще сама скрытность неплохая. Никитос, имея способность магнетизма, разобрал машины на запчасти, сымитировав заброшенную свалку, а вход в убежище прикрыл ржавой тарантайкой. Гениально! Проще некуда.

– Видишь вон тот дом? Десятиэтажка такая, – он машет рукой в сторону, где жилой массив скрывается за трассой. Дом хорошо сохранился, но издалека видно, что тот имел образ заброшенности, а внутри него осталась зловещая пустота. – Давайте залезайте. Там и поговорим. А то тут не комильфо языком чесать.

Андрей достает фонарь, врубает мощный поток света.

– Полезная вещь, – подчеркивает Никитос. – Правда, я привык ориентироваться по стене.

Тот только хмыкает в ответ. Мы безоговорочно начинаем спускаться, сначала я, за мной егерь, и только за нами Никитос закрывает крышку багажника. Ступенька за ступенькой, включенный фонарь отгоняет впереди встречающую темноту.

Спуск завершается, далее идет каменная плоскость. Проход сшит из шлакобетона, он постепенно расширяется, и от него веет сыростью. Через несколько минут путь обрывается, и компашка утыкается в железные двери, где над ними нависает нерабочая аварийная лампа. Сноп света от фонаря освещает всю герметику.

«Гермодвери», единственное, что мне приходит в голову.

Никитос подходит к дверям, стучит кулаком. Причем стучит своеобразно, сначала пять раз, небольшая пауза, и снова стучит, но уже два раза.

За гермодверями раздается приглушенный голос. Точнее требование.

– Код назовите.

«Хм, страхуется, значит».

Я смотрю на Андрея, тот на меня.

«Серьезно, однако. Сначала тип сигнала, потом код доступа выпрашивают».

– Как дела, крошка? – невозмутимо отвечает Никитос.

Андрея передернуло немного. По выражению лица можно было прочесть, как ему стало не по себе. Ответ за гермоворотами не заставил долго ждать.

– Код принят, – снова раздается голос.

Лязг металла сотрясает затхлый воздух, и на пороге объявляются двое мужчин в спецовках. Охранники быстро закрывают двери, крутя ручку до самого упора. Потом недобро косятся на нас, стреляют колючими взорами.

– Все нормально, ребятки. Они зеленые, – Никитос разряжает обстановку, проводит нас по коридору, где по обеим сторонам встречаются отсеки. На дверях красуются номера и таблички. В отличие от входа тут работает комбинированное освещение. Не автоматика, правда. Свет исходит от работающих генераторов. Вот он, бункер. Нет. БУНКЕР!

– Кто такие красные? – задаюсь вопросом. – И почему мы зеленые?

– Унарники, – коротко отвечает тот. – А мы – плюсники. Все подробности узнаете, когда приведу вас к нужному отсеку.

И приводит он нас к отсеку под номером «12», а его табличка гласит «Начальник бункера».

Загрузка...