Система становления. Игры великих

Глава 21

Интерлюдия. Калининградская область.

Запах старого дерева и лака для мебели, смешанный с ароматом крепкого чая, витал в просторном кабинете командующего войсками Балтийского региона генерал-полковника Виктора Аркадьевича Седова. Его кабинет располагался не в современном административном здании как это можно было подумать, а в старинном особняке XIX века, находящемся в городе Балтийск. Он некогда принадлежал немецкому коммерсанту, а ныне служил штаб-квартирой балтийского флота. Толстые стены глушили любой внешний шум, создавая иллюзию отстранённого спокойствия, но иллюзия эта была крайне обманчива.

Командующий был мужчиной под шестьдесят, с жёстким лицом и короткой седой причёской. Он сидел за массивным дубовым столом, отстранённо глядя на стопку докладов, а на стене за его спиной висела подробная карта Балтийского моря с множеством нарисованных меток.

Напротив него стоял начальник разведки региона — полковник Андрей Игоревич Воронов. Это был сухопарый человек, с бесстрастным лицом счетовода, но вот его глаза видели на три шага вперёд, и Седов его за это невероятно ценил.

— Продолжайте, полковник, — глуховатым голосом произнёс Седов, не отрывая взгляда от докладов.

— За истекшие двадцать четыре часа, товарищ генерал-полковник, силами Балтийского флота, Пограничной службы ФСБ и береговых ракетно-артиллерийских войск предотвращены шестнадцать попыток несанкционированного проникновения в запретную зону «Эпицентр-1», — отчеканил Воронов монотонным голосом, и тут же продолжил:

— Из них: восемь — силами спецназа различных стран НАТО под прикрытием гражданских судов, четыре — попытки запуска подводных и надводных беспилотных аппаратов-разведчиков, три — полёты малозаметных БПЛА на предельно малых высотах, и одна попытка проникновения группы аквалангистов с борта якобы научно-исследовательского судна «Мария Кюри» под польским флагом.

В настоящий момент группа задержана, судно отконвоировано в порт для досмотра. В трёх случаях нам пришлось применять летальное оружие, но потерь среди личного состава нет.

Седов на это медленно кивнул, задумчиво постукивая пальцами по полированной столешнице, и спросил:

— Силы прикрытия?

— Всё, что может плавать и летать в регионе, находится на боевом патрулировании по плану «Гранит», — немедленно отозвался Воронов. — Два корвета проекта 20380, три малых ракетных корабля, береговые ракетные комплексы «Бастион» и «Бал» развёрнуты по периметру зоны.

Патрулирование в воздухе усилено звеном Су-30СМ из состава четвёртого гвардейского морского штурмового авиационного полка, они работают в паре с самолётами ДРЛО А-50. Благодаря этим птичкам любое движение в радиусе двухсот километров сразу же фиксируется.

Помимо прямых попыток, зафиксировано сорок семь акций провокационного характера: опасное сближение кораблей, «ослепление» радаров, имитация атак с воздуха… Однако, после вашего приказа № 447-Ш от вчерашнего числа, разрешающего открывать предупредительный, а при явных признаках агрессии — огонь на поражение, активность провокаций снизилась на семьдесят процентов.

— Связаться пытались? — спросил Седов, наливая себе чай из термоса в простую армейскую кружку. — Не с капитанами этих посудин, а на уровне… повыше. Объяснить, что игры с огнём у наших границ до добра не доведут?

— Все возможные каналы связи, включая прямые линии и дипломатические ноты через МИД, были задействованы, товарищ генерал-полковник, — ответил Воронов, в голосе которого впервые появился оттенок чего-то, похожего на раздражение. — Ответ от всех наших «партнёров» де-факто идентичен, и отличается лишь степенью дипломатического лицемерия:

«Аномальная зона „Эпицентр-1“, возникшая в нейтральных водах Балтийского моря в результате падения неизвестного объекта, представляет угрозу международной безопасности и не может находиться под эксклюзивным контролем одного государства. Мы требуем незамедлительного создания международной комиссии по её изучению и обеспечения свободного доступа исследователей всех заинтересованных стран».

Седов, услышав это, фыркнул, и сделав глоток обжигающего чая сказал:

— Нейтральные воды… Объект упал в тридцати пяти километрах от нашей исключительной экономической зоны, а их «исследователи» вооружены до зубов, и постоянно посматривают на наши земли. Лицемеры. В общем как я понимаю — ситуация пока управляемая, но эта управляемость крайне хрупкая, верно?

— Именно так, товарищ генерал-полковник, — подтвердил Воронов. — Однако есть фактор, который может её кардинально изменить уже в ближайшие часы. По данным спутниковой разведки и агентурных источников, Второй, Пятый и Седьмой оперативные флоты ВМС США практически синхронно с образованием зоны «Эпицентр-1» покинули места своей постоянной дислокации в Северном море и Атлантике.

Исходя из наших наблюдений — их курс просчитывается в направлении Датских проливов, и если они намерены войти в Балтику… то передовые корабли могут оказаться здесь уже к концу завтрашних суток.

После этих слов тишина в кабинете стала практически физически ощущаемой. Седов отставил кружку в сторону, и очень серьёзно задумался. Приход даже одного авианосца в столь ограниченный и политически накалённый театр, как Балтика, означал бы уже не просто эскалацию. Это уже было прямым вызовом, и командующий не мог на него не ответить.

— Подкрепления? — спросил он односложно, на что его собеседник тут же ответил:

— Из состава Северного флота выдвинулась эскадра в составе фрегата «Адмирал Горшков», ракетного крейсера «Маршал Устинов» и кораблей сопровождения, однако они будут здесь не раньше, чем через сорок восемь часов. С учётом американцев… мы серьёзно рискуем оказаться в ситуации оперативного превосходства противника, — холодно констатировал Воронов.

— Значит, у нас есть сутки, чтобы либо заставить их передумать, либо создать такие условия, при которых их вход в наши воды станет для них неприемлемо дорогим, — прорычал Седов, уже мысленно просчитывая варианты решения проблемы: демонстративные пуски «Калибров» по учебным целям, подъём дальней морской авиации, может быть, даже тактическое развёртывание комплекса «Искандер»…

Но проблема была в том, что всё это пахло настоящей войной, которая могла начаться из-за ситуации вокруг этой чёртовой зоны, где расположился энергетический купол диаметром в десять километров…

Генерал хотел отдать какое-то распоряжение, и начать формулировать запрос для Москвы на выделение дополнительных полномочий, но в этот момент дверь в его кабинет с силой распахнулась, ударившись о стопку папок на подставке.

На пороге тяжело дыша стоял подполковник с взъерошенными тёмными волосами и глазами, расширенными от адреналина в крови, который сжимал в своих руках защищённый военный планшет.

Это был начальник оперативного отдела штаба, подполковник Денис Михайлович Карпов — человек, известный своей хладнокровной эффективностью, для которого совсем не характерны панические вбегания.

— Товарищ генерал-полковник! — выдохнул он, игнорируя присутствие Воронова, и это стало последней каплей. Командующий моментально вскипел такому вопиющему нарушению субординации, которое было немыслимо в этой обстановке, и прогрохотал:

— Карпов! Вы себе представляете, где находитесь⁈ — грохнул он, ударив ладонью по столу с такой силой, что его кружка чуть не полетела на пол. — Доложите, что происходит, и почему вы врываетесь, сюда, словно за вами гонятся тысяча чертей!

Карпова, однако, совсем не смутил тон командующего. Он сделал короткий шаг вперёд, и посмотрев на Седова крайне серьёзным взглядом он сказал:

— Простите, товарищ генерал-полковник. У нас ЧП высшей категории. Оно связано с «Эпицентр-1» и… с другой аномальной активностью.

Все возмущение мгновенно улетучилось из командующего. Он моментально стал собранным, и тут же коротко приказал:

— Докладывай.

— Мы уже несколько дней получаем сводки от УФСБ по области и МВД о странных сообщениях из Светлогорска, — быстро начал Карпов, подключая планшет к проектору на столе Седова, после чего на чистой стене ожила карта региона. — Эти сообщения касаются жалоб от населения на деятельность некоего нового культа, который держит в страхе весь город.

Подобного, как вы знаете, после появления Системы по всей стране — пруд пруди, поэтому проверять каждую заявку не было ни сил, ни возможностей. Ситуация на море была намного приоритетней.

— И ты ворвался сюда из-за жалоб на сектантов? — в голосе Седова снова зазвучало раздражение, но уже более сдержанное. Он чувствовал, что Карпов ведёт к чему-то большему.

— Нет, товарищ генерал-полковник, я сюда ворвался из-за того, что сегодня утром, в рамках планового маневрирования, корвет «Буйный» был направлен ближе к береговой линии для проверки гидроакустической обстановки в районе Светлогорска.

Командир корвета, капитан третьего ранга Орлов, проявил инициативу и направил к берегу разведгруппу на быстроходном катере для визуального контроля города, и вот что они передали во время внепланового выхода на связь.

Сразу после этих слов Карпов запустил видео на своём планшете, чьё качество было совсем неидеальным, ведь снято оно было на тепловизор и обычную камеру с сильной стабилизацией, но этого было более чем достаточно, чтобы разобрать детали.

На экране была видна окраина Светлогорска, пляж и прибрежный лес… Лес, над которым раскинулся колоссальных размеров купол, который охватывал хороший кусок лесного массива, вот только этот купол очень серьёзно отличался от того, который раскинулся над морскими просторами.

Он напоминал паутину, и как будто был нацелен не на то, чтобы не пустить кого-то внутрь, а на то, чтобы кого-то оттуда не выпустить… Этот купол был полупрозрачным, и сквозь него легко угадывались очертания деревьев. Всё бы ничего, вот только в воздухе над деревьями камера зафиксировала фигуру человека, из спины которого простирались два огромных крыла…

Увидев это, Седов ошеломлённо замер. На секунду ему показалось, что из его лёгких выбили весь воздух. Он неверящим взглядом уставился на экран, в то время, как его мозг, отточенный десятилетиями службы, мгновенно сопоставил образ этого существа с совершенно секретным циркуляром из Москвы, который он получил накануне. Циркуляром с грифом «Особой важности», описывающим возможные категории аномальных существ.

— Это же… — прошептал он, на что Карпов тут же прервал его чётким голосом:

— Объект-39, кодовое наименование «Серафим». Его вид до мельчайших подробностей соответствует описанию из директивы Генштаба № 0044-АС. Так же в этой директиве был чёткий приказ: в случае обнаружения на территории РФ — установить контакт, обеспечить безопасность, оказать любую необходимую помощь и немедленно, с максимальным приоритетом, доставить в Москву. Живым.

Виктор Аркадьевич Седов откинулся в кресле, пытаясь перестроить свой мозг, который только что занимался флотами и проливами, а теперь был вынужден решать проблемы на берегу.

Он перевёл взгляд с Карпова на молчавшего всё это время Воронова, и в глазах начальника разведки он увидел напряжённую работу мысли и холодную готовность к выполнению любых приказов.

— Время? — одним словом спросил Седов, на что Карпов тут же отчеканил:

— Запись сделана в 11:47, связь с разведгруппой и корветом «Буйный» прервалась в 11:52, и попытка восстановления оказались безуспешны.

— Полковник Воронов, — Седов поднялся с кресла, и приблизившись к карте на стене сказал решительным голосом:

— Приказываю немедленно отправить в сторону Светлогорска дежурную пару Су-30СМ. Их задача: выйти в район, провести визуальную и приборную разведку купола. Огня не открывать, если не будет прямой угрозы нашим силам или объекту-39.

Одновременно с этим поднимаем в воздух всю боеготовую авиацию четвёртого полка. Цель — район «Эпицентр-1». Нам нужна демонстрация. Пусть разведка наших заклятых друзей видит, что мы будем бороться до последнего, и просто так им зону не отдадим.

— Есть! — Воронов резко кивнул и сразу шагнул к телефону на столе.

— Карпов! — Седов повернулся к подполковнику, и отдал новый приказ:

— Свяжитесь с ФСБ и МВД. Нам нужно полная изоляция Светлогорска. Никто не входит, никто не выходит. Эвакуацию гражданского населения не начинаем, чтобы не сеять панику и не мешать проведению операции.

Так же нужно сформировать сводный штурмовой отряд из сил спецназа флота и «Альфы» регионального управления, задействовать бронетранспортёры, если нужно. Их задача — немедленно выдвинуться в Светлогорск. Цель — пробиться к объекту-39 и извлечь его. Если этот непонятный купол действительно является вражеским воздействием, то его нужно сломать. Если же этот купол является его защитой… попытаемся установить контакт. И найдите мне команду с «Буйного»!

— Уже делаем! — воскликнул Карпов, и побежал в сторону двери.

— И, Денис Михайлович! — остановил его Седов. — Директиву из Москвы помните? «Живым» — это не просто формальность. Если это и вправду наш «Серафим»… то он может быть важнее всех наших кораблей и самолётов, вместе взятых. Действуйте соответственно.

Когда оба офицера вышли из его кабинета, Седов снова остался в одиночестве. Он подошёл к окну, отодвинул тяжёлую портьеру, и задумчиво посмотрел на пасмурный город за окном. Отсюда не было видно ни моря, ни зоны, ни Светлогорска… Но он чувствовал, что судьба всей страны будет решаться в зоне его ответственности, и это… Было очень непросто.

«Флоты США завтра… А сегодня у нас в тылу возможный абсолют, пойманный в какую-то паутину, — пронеслось в его голове. — Москва хочет его живым, а значит он действительно важен, для них, а потому не грех заручиться кое-какой поддержкой.»

— Поможем, значит, нашему объекту, — тихо проговорил он, как бы подтверждая своё решение, после чего нажал кнопку селектора, и уверенным голосом сказал:

— Дежурный, срочное сообщение генералу Тамбовцеву в Москву. Приоритет «А». Доклад: Объект-39 обнаружен, действуем по плану «Крыло». Ситуация осложнена внешней угрозой в акватории. Запрашиваю дополнительные полномочия на применение сил сдерживания в Балтийском море. Готовность номер один по принятию особого пассажира, если, конечно, мы его оттуда вытащим…

Он отошёл от окна и вернувшись к столу, уселся на кресло. Командующий совсем не хотел, чтобы ситуация в регионе вышла из-под контроля, а потому принял совсем непростое решение.

Он понимал, что запрошенных полномочий на применение сил сдерживания может оказаться недостаточно, или решение из Москвы может затянуться на критически важные часы… Американцы, если они действительно идут сюда, будут действовать быстро и нагло, рассчитывая на характерную нерешительность, а значит нужно встретить их с таким размахом, который заставит задуматься даже самые горячие головы в Пентагоне.

Он снова наклонился к селектору, набирая внутренний код на командный пункт Балтийского флота.

— Командующий флотом на связи? Седов. Слушайте внимательно. Помимо подъёма авиации, даю прямое указание: всем кораблям, несущим боевое дежурство у границы зоны «Эпицентр-1», привести в готовность ударные комплексы «Калибр» и «Оникс».

Не применять! — подчеркнул он, — но быть в готовность к демонстрации. Пусть их системы радиоэлектронной разведки засекут активный поиск целей наших ракет.

После этого Виктор Аркадьевич закрыл глаза, давая себе короткую передышку, после чего поднялся с кресла и вышел из кабинета в сторону оперативного штаба. В такой обстановке он не имел права оставаться в стороне, и должен был держать руку на пульсе…