Даша с трудом разлепила тяжёлые веки и попыталась понять, что произошло. Она судорожно потрогала пальцами свое лицо, будто не веря, что происходящее реально.
– ТЫ СОВСЕМ ЧТО ЛИ… – взревел зверем Михаил, но потом взял себя в руки и сбавил тон. – Ты совсем, что ли охренела?!
– Миш, я… прости… – виновато пробормотала женщин, все еще не в силах подняться с кресла.
– Что мне твоё «прости»?! – прошипел змеем и пнул несколько раз стену носком ботинка, пытаясь унять бушующего внутри зверя. – Ты хоть понимаешь, что натворила? Понимаешь, что я должен сделать?!
Мужчина подошёл и, облокотившись руками о подлокотники кресла, навис над провинившейся сотрудницей.
– Делай, что требует устав, – покорно выдохнула Дарья и опустила голову, не собираясь оправдываться или отрицать свою вину.
– Устав… – рыкнул сквозь стиснутые зубы. – Устав?! Великие предки, ну за что мне всё это? За какие проступки вы свели меня с этими проблемными Сверхами?!
Мужчина выдохнул и плюхнулся в кресло, устало потирая веки. Даша нарушила закон, и начальник департамента был обязан немедленно заключить ее под стражу, а личное дело передать в совет старейшин на рассмотрение и вынесение приговора, но Михаил хорошо знал Дарью, уважал ее, как ответственного сотрудника, и любил, как преданного друга, поэтому не мог поступить с ней таким образом.
– Я не могла поступить иначе, – сказала белая ведьма, наконец, начав приходить в себя.
– Я знаю.
– И что теперь? – подняла наполненные слезами глаза, ожидая ответа от оборотня.
– Ну, проблем от того, что ты чуть не придушила ведьму, которая приговорена к вечным мукам, не будет, а вот от того, что ты вообще оказалась в ее камере… Я пока не знаю, как поступить. Охрана будет молчать, но…
– Михаил, ты не должен рисковать репутацией ради меня. Разговор с Авенирой был необходим, чтобы спасти мою дочь, но к тебе это не имеет никакого отношения. Я просто прошу дать мне возможность хотя бы поговорить с мужем и попытаться убедить его оставить эту возмутительную затею с замужеством Амалии.
– Ты зря думаешь, что мне не понятны твои мотивы и поступки. Будь у меня ребёнок, я бы тоже ради него пошёл на всё, что угодно, – в голосе мужчины отчетливо послышалась печаль от того, что у него самого на данный момент в жизни творилось что-то невероятное. – Иди домой, Даш. Решай свои проблемы.
– Но как же… ты ведь…
– Иди. О твоем наказании поговорим позже.
– Спасибо! – широко улыбнулась женщина и одарила Михаила благодарным взглядом.
– Иди уже, – усмехнулся Михаил, уже прикидывая в голове все варианты того, как скрыть произошедшее от совета старейшин.
Даша давала клятву на крови в верности и, замысли она что-то против или во вред департаменту, магическая защита бы сработала, но вокруг было тихо, сирены не выли, и выходы из здания не заблокировались, а значит, помыслы белой ведьмы были чистыми и исключительно направленными на добрые дела.
Поднялась с постели и поплелась в ванную комнату. Привела себя в порядок, честно не понимая, зачем всё это делаю, ведь все равно выходить из комнаты строго запрещено.
Натянула джинсы с футболкой, собрала волосы в тугой хвост и… снова плюхнулась на постель, прихватив с собой одну из книг, которую по приезду домой взяла из маминой коллекции. Легкий любовный роман – это то, что мне сейчас необходимо, чтобы расслабить мозги и опустошить голову от ненужных сводящих с ума мыслей. Долгая жизнь и сверхспособности – это конечно хорошо, но иногда я искренне завидовала людям. Их жизнь коротка, но они успевают так много сделать за отведённое им время. Любят, страдают, достигают небывалых высот, создают семью и рожают детишек. Им кажется всё таким сложным, но на самом деле их жизнь проста, но они не умеют ценить то, что имеют. Например, женщина не в зависимости от того встретила ли она того самого единственного или нет, может продлить свой род, как и мужчина. У Сверхов всё намного сложнее в этом плане. Оборотни могут произвести потомство только с истинной парой, вампиры вообще практически лишены этой возможности, а ведьмы… С ведьмами всё тоже сложно. Есть еще, конечно, демоны, но и у них имеются свои замарочки.
Хотела бы я прожить простую человечную жизнь? Наверное, да. Хотя, что я знаю о людях? По сути, немного, а рассуждать о жизни, зная о любви лишь благодаря страницам из книг, крайне глупо.
Отбросила книгу в сторону, не в силах больше читать про прекрасную героиню, в которую по уши влюбился самый лучший мужчина на планете. И вот ничего ей для этого даже делать не пришлось!
От безделья хотелось на стенку лезть, но злить отца ещё больше опасалась. Честно надеялась, что через некоторое время он отойдёт и поймет, что нельзя выдавать дочь замуж только потому, что она иногда немного выходит из себя и бросается огнем во все стороны.
Мама влетела в спальню, едва не сорвав дверь с петель, и я ошарашенно посмотрела на неё, боясь даже подумать о том, что случилось.
– Собирайся! Скорее! – крикнула и, не дожидаясь моей реакции, быстро вытаскивает из шкафа куртку с кроссовками.
– В чем дело? – испуганно спросила, когда родительница стащила меня за руку с кровати и потянула к выходу.
Выглядела Дарья взволнованно и даже слегка безумно, что испугало меня до чертиков. Я не привыкла видеть маму такой.
– Амалия, нужно торопиться! Расскажу всё по дороге! – тараторила и нетерпеливо переминалась с ноги на ногу, когда я на ходу пыталась обуться.
Сбежали вниз по лестнице, и мама опасливо оглядывалась по сторонам, словно не хозяйка в этом доме, а пробравшийся ночью воришка.
– Да в чем дело?! – не на шутку разволновавшись, вскрикнула и вырвала свою руку, не желая больше делать и шагу без объяснений.
– Доченька, прошу, пойдём скорее к машине. Нам нужно уехать, пока Дарткан не перекрыл мне доступ, – тихо прошептала в ответ и испуганно посмотрела на меня сквозь поблёскивающие слезы отчаяния.
Чувствовала, как внутри белой ведьмы бушевал шторм из противоречий. Ее доброе сердце упорно пыталось сделать правильный выбор, но казалось, любой из вариантов всё равно причинит маме много страданий, и опять во всем виновата без сомнения лишь я.
– Мама… – всхлипнула, осознав, что Дарья решила пожертвовать своими отношениями с Дартканом ради меня, потому что куда бы она меня не собиралась отвезти, отец не простит ей такого поступка. – Не надо…
– Надо! Идём же! – снова хватила за руку и потянула к выходу во двор, где стояло ее авто.
Двое охранников поглядывали в нашу сторону с явным любопытством, и мы с мамой постарались как можно непринуждённее скрыться от этих взглядов в салоне автомобиля.
– Ну давай же… давай… – шептала Дарья, как завороженная, глядя на ворота и тарабаня пальцами по рулю, а я с ужасом осознала, что если они не откроются, мама протаранит их.
Это не поможет, конечно, потому что помимо обычного металла территорию охраняет магический купол, через который можно проехать лишь после одобрения начальника безопасности.
Облегченно выдохнула, заметив, как ворота начали отъезжать в сторону. Путь был открыт, только вот куда именно?!
Даша резко нажала на газ, и автомобиль с ревом сорвался с места. Женщина пристально смотрела на дорогу, а по ее щекам текли слёзы. Поджала губы и отвернулась в сторону, не в силах больше смотреть на её страдания. Я никогда не прощу себе, если из-за меня отношения родителей испортятся. Они столько пережили, так сильно любят друг друга, что просто не имеют права лишиться всего, даже ради меня.