Конфликт: Начало начал

Невыносимо лёгкая жизнь.

Ночь наступила слишком быстро. Над домом взошла кроваво-красная луна. Моросил мелкий дождь вперемешку со снегом. Я сидел на пороге и смотрел на горящий, в полуметре от меня, костёр. В нём сгорало всё, что больше было не нужно. И вот, в объятия костра, улетела очередная тетрадь. Месяцы трудов, десятки исписанных ручек, а вместе с ними - мои мысли и чувства - вспыхнули в одночасье, подарив пламени зеленоватый оттенок. В топку полетели отсыревшие книги, газеты и прочая, не очень нужная, мукулатура. Меня больше нет. Да и всех остальных - тоже. 
Рука опустилась мне на плечо. Смена? Посмотрел на часы. Нет, ещё слишком рано. Тогда что произошло?
Рядом со мной грузно сел ещё один человек. В темноте и за капюшоном было трудно отличить даже знакомые лица ребят. Раздался звонкий щелчёк открытия зажигалки и пламя осветило лицо Звездочёта. Уставшее, исхудалое лицо с безумно грустными, но горящими огнём глазами. Он всегда был таким, насколько мне не изменяет память. Вечно усталый, но готовый и в Рай и в Ад.
Звездочёт протянул мне пачку, с выдвинутой вперёд сигаретой. Думаю сегодня можно, после всего пережитого за последние сутки. Чиркнула зажигалка и воздух наполнился густым дымом. Он пробирался в нос, в горло, немного щипал глаза. Мой сосед достал из-за пазухи блокнот, что-то написал в нём. Неожиданно для меня он вырвал этот лист, убрал его в карман куртки, в сам блокнот резко выкинул в пламя костра. Думаю, что он чувствовал в тот момент то же самое, что и я. Пусть побудет один.
Опершись на ручку "Печенега" - встал, закинул за спину тяжёлую, несущую смерть, железку и вошёл в дом. В помещении пахло старостью и безлюдием. Да, давно тут никого не было. Последний раз - праздновали мой день рождения несколько лет тому назад. А потом - всё закружилось и резко поменяло полюса. Про дом забыли, никто не ходил туда. Незачем было, да и некому считай. 
Каждый был занят чем-то своим. Сидя в кресле, над столом зависла Алиса и что-то рисовала. Впрочем, как и всегда. Она подняла глаза, обласкала взгялядом и снова уткнулась в свою работу. Зашел во вторую комнату. Угол кровати освещал работающий ноутбук и тихий шёпот Парочки. Дар и Дашка. Романтика, чтоб её. Трын нервно щёлкал предохранителем и что-то считал, неспешно шевеля губами и морщась. Рядом с ним мирно спал Лексей, завернувшись в, выцветший от времени, плед. Кажется боль его немного отпустила.
Подошёл к зеркалу. За годы даже оно покрылось слоем пыли. Пару раз провёл ладонью и убрал грязь. С той стороны на меня смотрел обросший, давно не стриженый, с лёгкой небритостью - человек. Я достал из внутреннего кармана фотографию и вставил в один из крепежей зеркала. На ней все мы. Мы, до начала всей заварушки. Никого и не узнать, от этого и тошно.
Кинул взгляд в угол комнаты. Наваленные рюкзаки, разгрузки, бронежилеты. Рядом, на тумбе - стояли шлема. С оружием никто не расставался. Кроме девушек и спящего Лексея. Им было не до этого. 
Кого-то не хватает. Где Света? - Резко посетила меня мысль и тут же отпустила. С улицы послышался гул вскипевшего чайника и тихий женский мат, вперемешку с басом Звездочёта. Готовят что-то значит. Ну пускай.
Скинул с себя разгрузку. Мне тоже нужно отдохнуть. Но, вместо этого - вышел в комнату, где занималась рисованием Алиса и принялся снаряжать ленту своей дуре. Мерные щелчки патронов в звеньях - крайне успокаивали. Она снова посмотрела на меня, но уже с горечью. Не любит она этого всего. Хотя, как такое вообще можно любить? Просто пытаемся жить. Нет. Пытаемся выжить, чтобы жить потом.
Громко топая подкованными берцами в дом вошёл Звездочёт. Навстречу вышел Дар. Его очередь. Неужели уже прошло два часа? Видимо да. Даша была не очень довольна, но что сделать. Поставив калаш к стене - Звездочёт лёг на разложенное кресло и сразу же уснул, негромко храпя. 
Тишина. То, о чем всегда мечтал - теперь распирала изнутри, сжирая душу и мучая мысли. Нам не о чем было разговаривать. Каждый хотел просто подумать. Часто говорила только Парочка и то, о чём-то своём, любовном наверное. Никто не лез в дела друг друга. У каждого своя жизнь и свои мысли. 
Положил ленту и вошёл во вторую комнату.
Даша сразу слегка отодвинулась. Кивком поблагодарил её и упал на подушку лицом вниз. Уже сквозь сон я почувствовал, как меня нежно накрыли одеялом и погладили по голове. Скоро наступит утро нового дня. Но оно будет позже, а пока - нужно выспаться.

Но сделать этого не удалось. Ночную тишину разорвала длинная очередь из Абакана. Потом ещё одна, покороче. Затихло. Либо кончились патроны, либо кончился Дар. Буквально упав с кровати побежал за Печенегом. Ещё очередь. Но не из абакана. Стрелял не Дар! Но кто? Схватив дуру быстро огляделся. Все сидели у окон, прячась, но с оружием наизготовку. Тишина снова начала давить. 
Вышел в коридор дома и дёрнул рубильник. Свет прожектора выхватил из темноты штук десять человеческих(человеческих ли?) фигур. Они шли со стороны леса, пытаясь прятаться за уже почти полностью гнилыми досками забора. Дар сидел, спрятавшись за небольшим сараем и менял отстрелянный магазин. 
Заговоил Калаш Трына. Протяжно так, без остановки. Десять секунд и все стихло. Кто-то застонал вдалеке. Зацепил, молодец. Поправил ленту и кивнул Дару. Рубильник выключили так же резко, как и включили. Мало горючки. Надо экономить. Свет в доме погас.
Глаза ещё плохо привыкли к темноте, но это не помешало заметить движение в нашу сторону. Теперь уже заговорила моя дура. Во вспышках заметил знакомый до одури плащ. "Варяги". Кроме них некому. Бандиты и придурки сами по себе. "Печенег" замолчал. Чье-то тело грузно упало на пожухлую траву и, издав посмертный хрип, затихло. Вдалеке зашевелились. Похоже хотят уйти. Не сегодня. Граната полетела в их сторону. Дар понял меня без слов. На улицу выбежал Звездочёт и разрядил магазин в темноту. Ещё грузное падение и взрыв, разорвавший тишину. Алиса дернула рубильник. 7 тел лежали неподвижно и ещё двое пытались упозти, бросив автоматы. Две резких хлопка прозвучало над ухом. ВСС Лексея навсегда остановил эти два тела. Ночь потекла своим чередом.

ДК "Маркс". Из настоящего в прошлое.

Через полчаса вышел из парка на аллею. Вокруг ни души. Впрочем, тут никогда не было многолюдно. Беглый осмотр ничего не дал. Начинал моросить мелкий дождь, поэтому было решено поторопиться и найти укрытие в каком-нибудь здании. ДК - подойдёт отлично. Туда и отправлюсь. Пришось выйти на дорогу. Другого пути нет. Вскинул дуру на уровень глаз и мелкими перебежками стал пробираться к зданию ДК.
Со стороны сгоревшей школы слышались голоса. Неприятные. Туда заходить не хотелось, как и попадать на глаза здешних обитателей. Обойдя их через здание бывшей столовой я вышел к ДК. Он ничуть не изменился и бомбёжки его не тронули. Повезло. От ДК тоже слышались голоса, но, какие-то никакие. Решил выйти в открытую.

Перед глазами встали оборванные, грязные люди, сидящие у костра. Завидев меня, они закрыли головы руками, крича, что у них ничего нет, и чтобы я уходил. Убрав дуру за спину я вступил на асфальт перед зданием. Гетто. Иначе не назову. 
- Кто главный? - тишина- я у кого спрашиваю, а?
Одна девушка указала мне на двери ДК. Они было распахнуты и оттуда выходили такие же оборванцы, как и сидели у костра. Действительно гетто. Отребья этого мира. Нагие и голодные.
Вскинув Печенег для пущей важности, вошёл в здание ДК. На удивление там горел свет и сидели вокруг люди. Кто-то спал, кто-то играл в карты. Все уставились на меня. Многие лица я узнал. По их глазам читалось одно слово - Еда. Дура снова перекочевала на спину. Только я хотел спросить кто главный, как из дверей большого зала буквально вылетела Таня. Двери захлопнулись с гоготом и свистом. Ринулся к ней и посадил к стене.
-Ты? Но когда? - я поднял забрало
-Береги силы. Где еда, которую я тебе дал? - она промолчала. Её рычащий желудок легко выдал правду.
Забрало вернулось на лицо, а Печенег - в руки.
-Уши закройте -громко сказал я.
Выбив дверь с ноги я вошёл вовнутрь. И тут же открыл стрельбу по сцене, где сидели за огромным столом люди.

Несколько человек упали, скошенные пулемётной очередью. Остальные кричали от страха и ранений.

Через 3 минуты они стояли у стены ДК всем скопом. Очередь. Вторая. Больше не встанут. Уроды.

В ДК уже слышалось чавкание едой. Громогласное "Спасибо" прозвучало на весь зал. Я кивнул. 
В ленте осталось 10 патрон и я это знал. Из конфликта я живым не выйду в случае чего. Зато дура стала куда легче с пустым коробом. Сегодня заночую тут, а завтра двину обратно. Одной проблемой меньше, значит эти уже не придут. По словам местных, из которых многие мне знакомы, огромные территории пустуют, и не меньшие - заняты бандитами и марадёрами. Единственное место, куда они не суются - это "Оплот". Бывшие многоквартирные дома, стоящие рядом - обнесены огромным забором и власть там держит население. Охраняется лагерь остатками армии, пришедшими сюда защищать мир ещё в начале Конфликта. Но мир рухнул и защищать стало нечего. Кроме "Оплота".

Свет выключился. Я лёг на втором этаже, поставив растяжку на входе. Жутко хотелось спать. И, слава богам, на этот раз мне это удалось. Почти.

Утро началось со сработавшей растяжки. Кто-то громко кричал от боли. Странно, что не сдох сразу же, как попал. Вскинул Печенег и вышел к лестнице на крик. 
Передо мной лежал, держась за живот, Антон, а над ним нависла Демьянова пытаясь помочь. Хотя, тут уже не поможешь. В углу я заметил лежащий АК. 7.62? Вроде он. Пополню боезапас. Прошел мимо Антона и снял с его калаша магазин. В патроннике оставался один патрон. Снял автомат с предохоанителя и в упор высрелил в голову. Достал нож и срезал шеврон. +11 к коллекции за 2 дня. Неплохо. 
Таня сидела забившись в угол, а я - сидел напротив и разряжал найденные у него магазины. Три бронебойные и один трассер в каждом. Кажется есть тут знатоки. Или были. Как знать.
Лента стала заполняться патронами. Трассера ссыпались в подсумок. Пусть будут. На всякий случай.
Я поднял глаза на Татьяну.
-Он в любом случае не жилец. Был. Обширное повреждение области живота. Что, тошнит? Привыкнуть давно пора.

Я встал, дёрнул затвор и спустился вниз. До дома я дошёл без проишествий. Меня встретил Лексей с ВССом наперевес. Раны окончательно зажили похоже. Это радует.

Солнце поднялось, но обогреть меня и рядом сидящего Звездочёта - не могло. И снова молча курили, смотря в непроглядную даль леса. Листья за сутки опали окончательно и теперь кресты, поставленные ранее, виднелись как хороший ориентир, в случае чего.

А ведь раньше всё было иначе. Уже и забываться стала жизнь без бронижилета и тяжёлого шлема. Да и без дуры моей - тоже. Теперь из-за Тани вспоминаю тот злосчастный вечер....

Тогда нам пришлось нелегко. Толпа ребятишек с парой ружей и ПМом на отряд хорошо вооружённых марадеров. В тот день каждого из нас ранили. Кого-то легко,  кого-то сильно. Лексей вообще только отошёл от ранений, хотя прошло почти 3 года. Сильно его тогда зацепило. Но вЫходили. Мы уже прощались друг с другом, когда нам на выручку пришёл неизвестный человек в чёрном плаще и с тяжелым ДШК. Как он его держал в руках - не знаю. И где он его взял - тем более. Музей ограбил что-ли? Хотя уже на то время это было нормой. Начался Конфликт и каждый выживал как мог. Впрочем, вернёмся к произошедшему. Оглохли все, Трын вообще почти слышать перестал правым ухом. Стрельба не прекращалась минут семь, откуда только патроны у человека. Хотя, человека ли? Сомневаюсь все больше и больше. После того, как все стихло- он попросту исчез в неизвестном направлении. Ничего не забрав. Тогда почти все и получили себе то, с чем они сейчас продолжают жить в обнимку. Кроме меня. Оттуда забрал только наградной Стечкин некого Аркадия Самойленко. "За отличную службу Родине" - гласила надпись на табличке. Отслужился ты, Аркаша, а мне твой красавец ещё ни раз жизнь спасёт. А дура у меня потом появилась, когда военные уходили. Уходили и оставляли всё. С одного из станков и снял её. Теперь служит мне уже второй год. А состояние - как в масле со складов. Она мне девушку заменяет и многих других. Хотел я всегда снайпером быть, но отдал эту прерогативу Лексею, вместе с Винторезом. Теперь я танк. Поддержка. Так есть и так будет, пока не умру сам или не погибну от рук врага. А ведь мне погибать нельзя. На кого я всех оставлю? Девчат, ребят своих. Они - моя семья уже многие месяцы. Что с моей настоящей семьёй - я не знаю. Эфир пустует уже второй год. Москва никого не слышит. Спит или притворяется только - никто не знает. Добраться туда можно только поездом, да только где его взять? Молчит Москва, не отвечает.

Рваная душа или приятная встреча.

Лопата вновь и вновь втыкалась в мокрую, после вчерашнего дождя, землю. Звездочёт курил далеко не первую сигарету и все время всмартивался в глубину лесного массива, откуда пришли наемники. Он явно что-то знал, но никак не мог это принять сам, не то, что донести до своих. 
-Чего хмурый такой, Паш? - решил начать разговор, дабы прервать его раздумья.
-А? Да нет, брат, ничего. Просто странно это всё. Варяги, потом эти - Звездочёт пренебрежительно пнул тело ближайшего наемника - ещё и парней зацепило. 
Невольное молчание воцарилось снова. Его прервал Звездочёт.
-Уходить надо отсюда.- я кивнул. И сам это знал. - Но куда? И далеко мы уйдём пешком с двумя ранеными? Да и Лёха ещё не совсем восстановился. Ладно мы с тобой, как тогда, вдвоем - ещё ушли бы. Но этих же не бросишь. Эх, поляжем тут все...
Звездочёт снова взялся за лопату. Около часа копали молча и работа была закончена. На горизонте замаячил Лексей  с горстью досок на плече.
Ещё 5 холмиков. По 4 человека в каждом. 
Гулко стуча кирпичом по верху последнего самопального креста Звездочёт загонял его в рыхлую землю. 
А меня все никак не отпускали его слова. Нужно уходить. Но он прав. Идти было некуда. Весь мир сгорел в пламени пожаров и очагах шкалящего фона. Куда теперь? Обстановка за линией, с гордым названием "Рубеж" была неизвестна. За последний год со стороны "Рубежа" никто не пришёл, мы были последними, кого он впустил в свои холодные чертоги. 
День уже летел к вечеру, когда мы вошли в дом. Света не было, экономили горючку в генераторе. Повсюду горели свечи, придавая дому атмосферу загадочности.
Из соседней комнаты звучал голос Лексея и перезвон гитарных струн. Романтика почти. Сегодня в дозор не ставили никого, просто некого было.
я упал на кресло и закрыл глаза. За что нам всё это? 
Тут в ухо мне ткнулся наушник и зазвучала тихая, но до боли знакомая мелодия. Что-то там про вечно пьяную молодость. Я открыл глаза. Надо мной сидела Алиса и с усталым видом смотрела мне в глаза. Она хочет услышать что-то хорошее. Но этого "хорошего" не было. 
Вытащив наушник и повесив его Алисе на ухо, вышел на террасу. Там, за небольшим столиком сидели Лексей и Пашка. Когда только этот юный музыкант успел проскачить мимо меня? Они что-то яростно, но тихо  обсуждали,  тыча пальцами в какую-то бумагу. Стоп? Карта?! Я сорвался с места и повернул её к себе. Да, так и есть! Вся карта была исписана и забита, одному автору известными, пометками. Принялся жадно её изучать. Поля карты упирались в Уральские горы, слегка заходя за них. Дальше была линия кривого отрыва.
-Где ты это взял?!
-Наемники.- монотонно ответил Звездочёт. 
-Нихрена не понятно в этих закорючках. - вставил свое слова Лексей, но тут же замолк, уставившись в нижний угол карты. Я опустил глаза туда же. Дон. Область была отведена зелёным карандашом, и на всей плоскости этого круга красовалась надпись CLN. Чистые места! Неужели!

Я поднял глаза на парей. Взгляд Звездочёта отзывался огнём и решительностью.
-Дим, это наш шанс начать всё с чистого листа, понимаешь? Никакой войны за место под солнцем, зараженной воды и невесть чего в лесах. Дим, нам нужно туда. Обязательно нужно.
-Я знаю, Паш.- начал я. Но как, как туда добраться? Этот вопрос я оставил у себя в голове.
-Тогда нужно обрадовать наших, Дим. Понимаешь - это же чудо. Настоящее чудо.
-Мы уйдём, а люди останутся. Я был в Центре. Нищие, голодные, оборванные. Ты предлагаешь их тут оставить? Да и наши - не все ходоки. Мы так не дойдем, пойми ты наконец. Доехать - не доедем, ни дорог, ни рельсовых путей толком нет. Да и откуда столько горючки взять, чтобы преодолеть больше тысячи километров? Нам на освещение её не хватает, экономим каждый грамм. А патроны? Ты думаешь, что нас везде будут встречать радужно и с распростретыми объятиями? Нас чуть в родных краях не поубивали, чего говорить о других местах? - завёлся я не на шутку. Ситуация действительно была гнетущей. - Вообщем, делаем так. Находите способ вывести всех - я соглашаюсь. Разговор окончен.
В полной безысходности ударил по столу и пошёл в сторону могил. Снова закурил. Не может все быть так просто. Такого в жизни не бывает. А вдруг карты ложные или там уже во всю царит бандитский беспредел? Куда мы приедем? В рабство или на верную смерть? Нет, всё не может быть так просто...
Вдалеке замаячил свет фонаря. Рука сразу же опустилась на рукоятку пистолета. Кто это может быть? Наемник, отставший от отряда или обычный путник. Не угадать. Сигарета оказалась под берцем и была быстро потушена. Последний раз выпустив кольцо сизого дыма я стал вглядываться в силуэт. Ребёнок? Или девушка? Это точно не вояка и не найм.  Дёрнув затвор и выйдя на точку контакта нацелился на силуэт. Луч света дернулся и медленно пополз вверх. Судя по всему тот, кто стоял в полусотне метров от меня решил сдаться. Не опуская пистолета я пошёл к нему. Но тут в уши попал свист летящей пули. Тело грузно упало. Чёрт, Лёха, а вдруг кто-то из мирных?
Я рванул к телу, попутно убирая пистолет обратно в кобуру. Чёрт, хоть бы не убил. 
Упал на колени перед лежащим телом и принялся нащупывать пульс. Пульс есть! Чёрт, никогда так не радовался тому, что кто-то из наших промахнулся. Но куда он попал? Фонарик этого тела лежал рядом, разбившись от падения. Чёрт. Я принялся на ощупь искать пробой, но тут же одернул руки. Это была девушка. Ну Лексей даёт, хоть не в сердце, у него это всегда плохо получалось. 
Гремя сапогами подбежал Звездочёт. Фонарик резко осветил приличных размеров отверстие в боку незадачливой дамочки. Надо отнести её в дом. Вот попали мы однако. Да, ночка обещает быть куда более веселой, чем я ожидал. 
Девушка застонала. Похоже пришла в себя. Взвалив её на плечи, Звездочёт огромными шагами полетел к дому. Я же, обматерив Лексея по рации, остался там и снова закурил. Черт, только этого всего нам не хватало. Сколько же раз за сегодня я вспомнил Падшего? Много. Даже слишком. Он уже заждался меня похоже, что снова появился в моих мыслях. Нет, дружище, мне в Рай. И совсем не скоро. Придётся потерпеть тебе, Костлявая. Я знаю, что ты у нас за спиной дышишь. Но мы от тебя убежим. Обязательно убежим.
Рация пикнула.
-На связи.
-Слепой, тебе надо это видеть. И иди нахрен со своей иронией сейчас.
-Понял, бегу.
Что там такого?
Войдя в дом и зайдя в комнату, где собрались все я увидел её. Нет, только не снова.....