— Э-э-э, Бель. То есть Белла, — то бледнею, то краснею под взглядом изумрудных глаз. Таких же, как у сына, обрамленных невероятно пушистыми ресницами.
Мужчина, наконец, взял себя в руки. Его взгляд вдруг стал строгим, холодным.
— Я Эрнанд Дор Ди Шок, отец этого сорванца. Простите, Бель, мой сын доставил вам хлопоты, — мужчина сделал еле заметный жест головой, напоминающий поклон. Но даже это у него вышло неподражаемо, с достоинством, невольно вызывающем восхищение.
Ага… — точно шок… Если фантастическое перемещение порталом, я ещё как-то смогла бы переварить, то сам этот нереальный мужчина…
Впрочем, этот реальный Шок продолжает скользить взглядом по моему лицу и даже фигуре! Никогда не стыдилась своей скромной одежде на работе, но сейчас…
Ох! Я ведь до сих пор осталась в «костюме пекарушки», как любя называю, сшитую мной для работы, удобную и говорящую о моей деятельности, форму. Боги! Ведь я даже не успела переодеться к празднику! И от не соответствующего поводу, столь скромного вида, мне впервые крайне неловко!
Руки дёрнулись хотя бы поправить одежды, но я тоже довольно быстро взяла себя в руки и скрыла неловкость за лёгкой отработанной улыбкой, с которой встречаю покупателей вне зависимости от настроения.
Бель, и взглядом нигде не шарим!
Подумаешь, красивый мужчина!
Как бы я себя повела с любым другим гостем⁈
Ах, да!
— Может, чайку, горяченького? Мы с Дамиром только что тортик разрезали. Я сама пекла, — зачем-то добавила в конце. — Не будем портить ребёнку праздник.
Мужчина, не сводя взгляда с моего лица, кивнул.
— Тогда присаживайтесь, — указываю на пустующий стул, на котором до этого сидел его сын.