Глава VI В которой рассказывается о том, как Изверг преподал урок хороших манер, а мы остались с носом

Не подумайте ничего такого, парень по имени Сэд тоже паникует не чаще раза в год, и раз этот уже прошел, но наш новый товарищ, видно, просто не знал, что такое паника. Он пару раз глубоко вдохнул и выдохнул, а потом расхохотался и заявил, что так ему и надо. Еще там было что-то насчет бесплатного сыра, но я это пропустил мимо ушей, поскольку сыр не особенно люблю.

В качестве хоть какого-то утешения Бон получил авансом даже не семь медяков, а целый роблор и целеустремленно двинул в направлении цирюльни. Передо мной же тем временем встала еще одна проблема: в связи с недавними злоключениями у парня не было средства передвижения. Пешим ходом он бы нас сильно тормозил, а сажать его позади себя мне совершенно не улыбалось, да и Извергу это вряд ли бы понравилось. К Глори же я бы его вообще не подпустил ни за какие коврижки. Взяв все это в расчет и прикинув оставшуюся у меня сумму, я отправился прямиком на драконозавровый базар.

Что такое базар, вы, наверное, представляете. Драконозавровый базар отличается от обычного тем же, чем люлька с одним младенцем от такой же, но — с двадцатью: в двадцать раз громче, теснее и… ароматнее.

Базар в Хойре аккуратно вписывался в этот канон. Народ бурлил, животные ревели, пыль клубилась, навозные кучи росли и благоухали.

В моем распоряжении на данный момент находилось шестьдесят роблоров серебром — не бог весть какие деньги, но на более-менее подходящее животное хватит, к тому же Виктор Полторы Руки, один из самых преуспевающих торговцев на базаре, был мне кое-чем обязан. К нему-то я и отправился.

Виктор, для друзей — просто Вик, — незауряднейшая личность. Во-первых, это единственный на моей памяти гном, способный поладить практически с любым драконозавром, что называется, с первого взгляда. Во-вторых, если с первого раза поладить не удается, то Вику для наведения порядка вполне хватает одной левой руки (правую до локтя ему отхватила в детстве взбесившаяся архимышь из бродячего зверинца. Отсюда — прозвище и, как любит подчеркивать сам Вик, поговорка сделать что-то «одной левой»). Наконец, в третьих, Вик — должно быть, единственный в мире гном, который подстригает свою бороду, причем коротко. За это сородичи его презирают, а драконозавры — любят…

Владения Полторы Руки на хойрианском драконозавровом базаре раскинулись широко — куда там иному владетельному князю! Впрочем, Вик, по сути, и есть один из местных правителей: он контролирует всю торговлю ездовыми животными в Хойре и ее окрестностях, является официальным поставщиком Королевской кавалерии, а настоящие князья, очередной раз влезая в долги, идут к нему на поклон.

На мое счастье, Вик в тот день как раз обходил свои владения, без чванства болтая с работниками, помогая, где это нужно, не только словом, но и делом.

— Эгей, да это же Сэд собственной персоной! — восхитился он при виде меня. — Какими судьбами, парень? Неужели ты наконец одумался и решил принять мое предложение?

Мы со стариной Виком были знакомы уже лет пять, и все это время его не покидала надежда однажды заполучить нас с Извергом в свой штат. Как то, слегка перебрав хмельного, он даже предложил мне место младшего компаньона. Я отказался, хотя иногда об этом и жалею.

— Предложение выпить чего-нибудь холодненького с удовольствием приму, а касательно всего остального — не обещаю.

Купец расхохотался:

— Да, ты, как я погляжу, ничуть не изменился! Все тот же молодой самодовольный нахал, у которого задница весит в восемь раз больше содержимого черепной коробки. Ладно, не будь я лучшим знатоком драконозавров по всему побережью, если однажды ты не повзрослеешь и не придешь сам просить работу. Только тогда придет мой черед ломаться!

Мы зашли к нему в шатер, опрокинули по чаше охлажденного пунша, и я изложил Вику свою проблему, естественно, не вдаваясь в детали. В моем изложении мы с другом помогали бедной девушке (за баснословные деньжищи, разумеется, а «бедной» — значит «несчастной») найти папу-купца, которого то ли похитили, то ли он сам потерялся где-то, чуть ли не в Лохолесье, или еще дальше. Но драконозавр друга неожиданно издох, обожравшись медовых коржиков, и теперь, если Вик нам не поможет, его старый друг Сэд может потерять много-много денежек.

Выслушав мое вдохновенное вранье, купец покачал головой, обозвал меня брехуном, а всю затею — идиотизмом, в последний раз попытался меня захомутать, потом махнул рукой и отвел к загону, где находилось десять зверей.

— На медалиста за такие деньги не рассчитывай даже по дружбе. Кстати говоря, если эта твоя девчонка и впрямь такая богатая, как ты разливаешься, то могла бы… Ладно, ладно, молчу, это ваши дела. Выбирай любого и помни мою доброту!

Оглядев драконозавров, я с первого взгляда наметил кандидата в спасатели Лейпольдта XIV. Кандидат стоял особняком в углу и угрюмо перемалывал крепкими челюстями корм, время от времени бросая на своих соседей воинственные взгляды. Этот зверь был самый большой и сильный, к тому же профессионал во мне говорил: он совершенно здоров и находится в отличной форме.

— Пожалуй, вон того, коричневого.

— Хм, хочешь взять Забияку? — переспросил Вик и, получив от меня утвердительный кивок, вздохнул:

— Вообще-то драконозавр что надо, за него можно было бы просить вдвое больше, но только нрав у него — не обрадуешься. Тут его Щорс, кавалерийский полковник, хотел купить, да ты его знаешь… Уж на что мужик бравый, так и тот из загона без штанов вылетел. Мой тебе совет, только как другу: бери другого, а то как бы потом не наплакаться.

Я весело рассмеялся и попросил на некоторое время убрать всех остальных животных. Пока подручные удивленного купца выполняли мою просьбу, я снял с Изверга поклажу и седло и слегка подтолкнул его к строптивцу:

— Мальчик мой, займись им.

Понимающе мотнув головой, мой приятель вразвалочку подошел к Забияке, который ровным образом ничего не подозревал, и с ходу врезал ему передней лапой по голове.

Что тут началось! Столбом взвилась пыль, из которой раздавались истошный рев, сопение и увесистые шлепки, но продолжалось это всего несколько минут. Постепенно пыль осела, и все смогли увидеть Изверга, который, схватив Забияку за шиворот, возит его туда-сюда по земле, время от времени энергично встряхивая.

— Хватит, парень, оставь его! — крикнул я. Изверг, презрительно фыркнув что-то вроде «Слабак!», в последний раз встряхнул поверженного противника и с видом триумфатора подошел ко мне, щурясь и подставляя горло — чесать. Сбежавшиеся отовсюду зрители дружно рукоплескали и шумно переговаривались: многие из них, как я понял по репликам, были свидетелями фиаско бравого кавалерийского полковника Щорса. Человек пять тут же изъявили желание купить Изверга, но я сказал им, куда надлежит идти с подобным предложением, и они, пожимая плечами, удалились. Надеюсь, по адресу.

Забияка тем временем уже поднялся на ноги и стоял столбом, обводя всех присутствующих очумевшим, ничего не понимающим взглядом. Я хлопнул по плечу Вика, который, пожалуй, был удивлен не меньше драконозавра и, разинув рот, смотрел то на нас с Извергом, то на него:

— Хорошо, я его покупаю. Закрой рот и возьми деньги.

К счастью, я с утра приобрел кроме всего прочего два полных комплекта сбруи, поэтому преспокойно взнуздал Забияку, вновь нагрузил Изверга, а потом вскочил на свою новую покупку и дал ей шпоры. Изверг потрусил сзади, время от времени хватая новичка за хвост, когда тот начинал сбавлять скорость.

По рынку слухи разносятся с ужасающей быстротой, так что люди перед нами моментально расступались, а за спиной моей слышался непрекращающийся гул:

— …говорят, этот черный в одиночку разделал под орех пять самых свирепых драконозавров на рынке!

— Не пять, а семь! Семь самых свирепых драконозавров, которые перед этим разогнали целый кавалерийский полк!

— Так уж и полк!

— Не веришь? Спроси у Полторы Руки, он потом полковника Щорса две недели пивом поил, а вон тому бугаю посулил любого зверя на выбор и мешок золота, только бы он поскорее убрался с базара…

— А что, верно. Неровен час, обиделся бы и приказал разнести базар своему черному…

— Говорят, у него таких боевых зверей целое стадо, а сам он незаконнорожденный принц…

— Какой принц! Всем известно, что отец его — Великий Черный Маг Полуботинус Желтый…

— Так Черный или Желтый?

— А шут их разберет, Великих Магов. Вот помню однажды…

Подстриженный и выбритый Бон уже дожидался меня возле цирюльни, распространяя на десять шагов вокруг терпкий аромат духов.

— Ну, наконец-то. Я уж думал, что ты меня бросил, босс. Кстати, а это что?

— Не «что», а «кто», — поправил я. — Знакомься, это — Забияка, твой новый скакун. А ты на месяц остался без зарплаты.

— Этот… мой? — с глупым видом переспросил Бон, и, лишь увидев мой кивок, счастливо рассмеялся. На зарплату ему, судя по всему, было глубоко наплевать.

— Только смотри, он может немного пофордыбачиться, тогда зови моего приятеля, — счел нужным предупредить я, когда парень, наконец, заткнул фонтан благодарностей. Изверг подтвердил мои слова одобрительным рыком и демонстративно повернулся к Забияке. Тот моментально придал своей морде самое умильное выражение и чем-то очень сильно заинтересовался на другой стороне улицы.

Разделив поклажу, мы поехали к гостинице. Принцесса уже вернулась, и Бон, не будь дурак, тут же склонился к ее руке:

— Дражайшая мисс Глорианна, вы не представляете себе, как я счастлив, наконец, познакомиться со своей спасительницей и…

Недоумевающая девушка, как я и предполагал, слегка шлепнула парня по щеке, отнимая кисть от чересчур пылкого поцелуя, и вызывающе повернулась ко мне:

— Похоже, компаньон, тебе придется мне кое-что объяснить.

Я постарался согнать с лица улыбку и описал ситуацию, внутренне приготовившись к скандалу. С одной стороны, не вызывало сомнения, что Бон со всеми его талантами — ценное приобретение, но с другой, неизвестно было, как отнесется девушка к его профессии, равно как и к тому, что на его нужды я угрохал порядочные деньги… Впрочем, девушка не обманула моих надежд.

— Прекрасно, милостивый государь, — царственно произнесла она. — Я несказанно рада, что в нашей компании появился хотя бы один мужчина, знакомый с этикетом. Однако впредь попрошу вас не утруждаться и называть меня просто «Глори», как это давно делает Сэд, не получивший, кстати, на то разрешения.

Парень закашлялся, а я слегка смутился. Видя наши физиономии, нахалка рассмеялась и, взяв нас под руки, повела к столу.

— Ну-с, мальчики, давайте обсудим диспозицию. Я вижу, Сэд, что ты купил все.

Девушка окинула цепким взглядом сваленные у двери тюки и одобрительно посмотрела на меня. В ответ я многозначительно хмыкнул, как бы говоря: «А ты что, сомневалась?»

— Я тоже не сидела сложа руки, — гордо продолжала Глори, — и, хотя и не без труда, но нашла прекрасный корабль, капитан которого согласился за весьма умеренную плату доставить нас к побережью.

— А ты не думаешь, что кое-чего не предусмотрела? — в моем мозгу шевельнулась довольно противная мыслишка, но обсудить ее все же следовало.

— Не предусмотрела? — тут же прищурилась Глорианна; я мог поклясться, что в ее голове с бешеной скоростью просчитываются варианты, о которых сам я даже не догадывался. — Ну и…

— Все очень просто, милая. Ты договорилась о двух пассажирах и двух животных, но теперь и первых, и вторых стало трое. Это может не устраивать капитана, — поспешно пояснил я и, на всякий случай, добавил: — Надеюсь, ты не оставила залога?

— За кого ты меня принимаешь?

Тут поднялся молчавший до того момента Бон и, кашлянув в кулак, привлек к себе наше внимание:

— Друзья мои, если я для вас такая обуза, то можете не беспокоиться: уж лучше мне убраться восвояси, чем создавать проблемы для…

— Все ясно, — усмехнулась Глори. — Слинять хочешь?

— Леди, леди! — возмутился тот, как мне показалось, совершенно искренне. — Будь вы мужчиной, а не столь обворожительным созданием, я бы, пожалуй, потребовал от вас сатисфакции…

— Это был бы один из самых глупых поступков в твоей жизни, — усмехнулся я, представив себе картинку. — А вообще-то сейчас не время играть в прекрасных дам и благородных рыцарей. Скажи-ка мне лучше, сколько свободных кораблей в порту?

Глорианна вздохнула:

— Только один. Торговый сезон в этом году начался раньше обычного, — и, подтверждая мои худшие опасения, добавила: — И именно с его капитаном я имела сегодня беседу.

Минуту мы все молчали, а потом я стукнул себя по колену кулаком и поднялся.

— Что же, придется нам с Боном еще раз потолковать с этим достойным господином и попытаться убедить его взять на борт всех троих.

Бон тоже встал — с миной человека, отправляющегося на верную смерть, но тут в дверь громко постучали. После нашего дружного «Не заперто!» в комнату ввалился изрядно окосевший субъект, от которого за сто шагов несло дешевым зельем по два медяка за литр, смолой и морем.

— Эта… я с «Ястреба»… вот… — представился он, немного подумав и стянув с головы свою полинялую шапку, до смешного напоминавшую раздавленную и засохшую драконозавровую лепешку.

— Прекрасно, — лучезарно улыбнувшись, прощебетала девушка. — Мой компаньон Сэдрик как раз собирался…

— Эта… — еще громче повторил моряк. Да, похоже, его словарный запас оставлял желать лучшего.

— А может, та? — подмигнул Бон.

Пропойца некоторое время переваривал полученную информацию, потом потряс головой, рыгнул и решительно ответил:

— Нет. Эта…

— Вы что-то нам хотели сообщить? — услужливо подсказала Глори, безнадежно проигрывая битву с распирающим ее смехом.

— Во! — явно обрадовался морской волк.

— И что же?

— Эта…

Терпение мое подходило к концу. Слава богам, пока я размышлял, какое ухо моряка более достойно познакомиться с моим кулаком, Бон сделал из выражения моего лица правильные выводы и поспешно пододвинул к страдальцу свой недопитый стакан с вином. Несколько секунд мы наслаждались звуками жадного глотания, а потом славный мореплаватель виновато оглядел нас всех.

— Так я…

— Эта? — радостно подсказала Глори, давясь смехом.

Как ни странно, моряк смутился.

— Не… А, вспомнил! Вот вы тут, дамочка, давеча толковали с нашим кэпом о фрахте, так? Извиняйте, тока мы получили от хозяина приказ доставить срочный груз, так что ничего не выйдет. Как говорится, с нашими наилучшими…

Отрапортовав, он хлопнул дверью, и мы услыхали, как застучали по лестнице его башмаки. Я, было, поднялся, чтобы узнать поподробнее, что означает это «ничего не выйдет», но Глорианна мягко остановила меня:

— Нет, Сэд, от них вряд ли чего-нибудь добьешься силой. Видно, так уж суждено: мы пойдем сушей.

Загрузка...