ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

В Аграпутаре Кулл оказался совсем не случайно. Валузийская армия, в которой он служил сотником, пройдя через всю Зарфхаану и растеряв силы в многочисленных боях, подошла к границе с Туранией, где встретила ожесточенное сопротивление и вынуждена была отступить. Отряд Кулла попал в окружение и принял неравный бой. Многие полегли в том жестоком сражении. Куллу с горсткой всадников удалось уцелеть и скрыться в предгорье. Они прятались там несколько дней, но затем голод заставил их спуститься в долину, где туранийцы их сразу же обнаружили. Снова началась погоня. Кулл ушел, растеряв всех товарищей. Оторвавшись от преследователей, он бросил коня, скинул плащ, явно обозначавший его принадлежность к валузийской армии, и, надев плащ на голое тело, отправился в глубь Турании, рассудив, что это безопаснее, чем скитаться у границы, где повсюду сновали отряды неприятеля, или идти по следу отступавшей армии. Со временем он приобрел в одной из деревень гнедую кобылу, благо деньги у него были, и добирался до Аграпутара уже верхом. Там он смешался с разноязыкой толпой чужеземцев, съехавшихся в этот торговый город со всего мира. Переждав некоторое время, купив хорошего коня и припасов на дорогу, он решил ехать в Зарфхаану, чтобы присоединиться к валузийцам, но, зная, что граница перекрыта, предпочел отправиться более трудным, но менее опасным путем — через горы.

Ахсур, конечно, был для него обузой, поэтому он решил по дороге куда-нибудь пристроить мальчишку. Во всяком случае, в любом месте Ахсур будет в большей безопасности, чем в Аграпутаре, где бывший хозяин может снова прибрать его к рукам.

Итак, навьючив на лошадей переметные сумы, набитые припасами, они рано утром покинули город и двинулись на север. Ахсур впервые ехал верхом и поначалу едва держался в седле. Кулл не мог без смеха смотреть, как он, с трудом забравшись на спину лошади, стал мотаться взад и вперед, словно сидел на верблюде. Но скоро дело пошло на лад. Гнедая кобыла, которую северянин дал Ахсуру, обладала покладистым нравом и стоически переносила странные телодвижения седока. Он вскоре приноровился к лошади и уже не отставал от Кулла, которому приходилось сдерживать своего горячего вороного, чтобы ехать медленнее.

Атлант недаром предупреждал мальчика, что путь будет очень трудным. Им предстояло переправиться через две реки, а затем пересечь высокую горную гряду, отделявшую Зарфхаану от Турании. Первая половина пути прошла без особых приключений, поскольку они ехали через обжитые области. Кулл со временем отказался от своего намерения избавиться от Ахсура. Он привык к парнишке, а проведя с ним несколько дней в дороге, деля пищу и кров или, если не было крыши над головой, ночуя у костра под открытым небом, почувствовал, что, пожалуй, не захотел бы с ним расстаться, даже если бы представился удобный случай. Ахсур был немногословен и покладист, стойко переносил все трудности пути, к тому же во время привалов не сидел без дела, а ухаживал за лошадьми, собирал топливо для костра, готовил пищу. В общем, был Куллу не в тягость.

Через первую реку они переправились у города Унгмара по плавучему мосту и, проведя там ночь, двинулись дальше. Через несколько дней они добрались до Истры, переправа через которую оказалась довольно тяжелой из-за бурного течения. По мере продвижения на север местность становилась все более пустынной и дикой. Благополучно миновав обширную равнину, простиравшуюся между Истрой и Ветлусскими горами, путники достигли наконец предгорья. Отсюда начинался самый опасный отрезок пути.

Весь этот край был заселен племенами, часть которых жила в долинах среди гор, а часть — на равнинах, примыкавших к предгорью. Эти племена говорили на одном и том же языке, верили в одних и тех же богов, имели схожие обычаи, однако постоянно воевали друг с другом. Небольшие отряды из пяти-шести человек неустанно рыскали по горам в надежде, встретив врага, утолить свою жажду крови и захватить добычу: оружие, коней и одежду убитых. Горцы также выслеживали путников и устраивали засады, так что встреча с ними не сулила ничего хорошего.

Племя астридиев, очень сильное и воинственное, постоянно наблюдало за перевалом, через который удобнее всего было пересечь горную гряду и попасть в Зарфхаану. Кулл рассчитывал нанять проводника из этого племени. Вот почему он купил в Аграпутаре несколько кинжалов с широкими загнутыми лезвиями, которые так ценили горцы, а также отличную саблю, которую намеревался подарить вождю. Покупка оружия окончательно опустошила его кошель, но, по крайней мере, у Кулла была надежда, что они благополучно перейдут горы.

Суровая природа этого края делала их путешествие отнюдь не приятной прогулкой. Днем палило солнце, обжигая лица и заставляя обливаться потом, а ночью становилось так холодно, что не спасал даже костер, который они поддерживали до утра.

В течение целого дня путники ехали по обширному предгорью. Тропа неуклонно шла вверх, и покрытые лесами холмы постепенно сменялись голыми скалами. До сих пор им удавалось избегать нежелательных встреч с горцами. Ночь они провели у подножия скал, где можно было еще найти топливо для костра, а утром двинулись дальше. Теперь их окружали только камни. Лошади уставали от постоянного подъема и с трудом несли седоков. Приходилось часто спешиваться, а иногда долго идти по узкой тропе, ведя за собой коней.

Кулл хорошо помнил дорогу, потому что однажды уже проделывал этот путь. Он был знаком с вождем и рассчитывал, что тот в благодарность за подарок даст им проводника и пустит через перевал. Им нужно было только добраться до долины Адар, в которой находилась самая большая деревня астридиев.


* * *

Долина предстала перед ними совсем неожиданно. Горы расступились, как по волшебству, синее небо стало огромной опрокинутой чашей, далеко внизу на зеленом ковре светлыми пятнышками виднелись плоские крыши селения. Путники повеселели, и хотя спуск в долину оказался еще труднее, чем подъем в горы, они бодро устремились к человеческому жилью. Когда до деревни было уже рукой подать, Кулл приостановил коня и, подождав Ахсура, спросил:

— Ты чувствуешь запах?

Мальчик кивнул и, сощурив глаза, пристально посмотрел в сторону деревни.

— Клянусь Валкой, пахнет войной, — сказал Кулл мрачно, — Это запах мертвечины.

Они спешились и осторожно двинулись вперед, тревожно оглядываясь и ожидая нападения из-за каждого валуна. Однако все было спокойно, только запах усилился. Подойдя к селению совсем близко, они удивились еще больше: оттуда не доносилось ни единого звука. Ни возгласов женщин, ни криков ребятишек, ни блеяния овец, ни ржания лошадей — ничего. Стояла мертвая тишина.

Кулл нахмурился. Он знал, что это неспроста, и, когда увидел возле первого дома неподвижно лежавшего человека, понял, что ожидал этого. Страшное зрелище представилось им. Между небольшими глинобитными домами с плоскими крышами, беспорядочно разбросанными в распадке, в самых разнообразных позах лежали мертвые люди. Их тела уже разлагались, тучи мух облепили гниющие лица и руки, но ни на одном из них не было видно признаков насилия: ни ран, ни раздробленных голов или отсеченных конечностей. Казалось, люди просто падали там, где шли или стояли. У стен домов сидели скрестив ноги старики. Смерть не заставила их переменить позы — только головы свесились на грудь или набок.

Атлант, зажав нос, толкнул первую попавшуюся дверь, заглянул внутрь и увидел в полумраке старуху, сидевшую возле очага, ребенка в люльке, подвешенной к потолку, мужчину, раскинувшегося на овечьей шкуре. Все они были мертвы. Поспешно шагнув назад, Кулл сделал знак Ахсуру следовать за ним и быстро пошел через деревню, ведя за собой коня. Везде они видели одно и то же: неожиданная и непонятная смерть застала людей врасплох.

— Ты ничего странного не заметил? — спросил Кулл, когда они наконец покинули страшное место.

— Там все странно. Деревня мертвецов. Кто мог их убить? — Ахсур был бледен, но держался молодцом и старался не показывать, как напуган.

— Разве ты не заметил, что среди мертвецов не было молодых женщин? Ни одной. — Кулл остановился и посмотрел на гряду гор, темневших вдалеке. — До гор мы сегодня не успеем добраться. Нужно искать убежище на ночь. Клянусь Валкой, я не хочу уснуть, а потом не проснуться, как те в деревне!

Ахсур взглянул на него и, крепко сжимая поводья, чтобы скрыть, как дрожат руки, тихо пробормотал:

— Я тоже.


* * *

— Видимо, придется обойтись без проводника, — сказал Кулл, когда они ехали по широкому ущелью, разыскивая тропу, ведущую наверх.

Вдруг он остановил коня и поднял согнутую в локте руку. Ахсур придержал гнедую. Атлант пристально глядел на скалистый отрог, возвышающийся справа от них. Затем, быстро спрыгнув на землю, выхватил меч из ножен и, бросив на ходу: «Стой здесь», устремился к расселине, едва видневшейся между скалами.

Послышался стук камня о камень, и небольшой валун запрыгал по каменистому отрогу. Кулл уже точно знал, что там кто-то есть. Недаром он заметил какое-то движение наверху, еще когда они въезжали в ущелье. Атлант быстро взбирался по крутой тропе. Вдруг что-то метнулось ему навстречу, и он рубанул мечом, но рассек лишь воздух, потому что неведомый противник стремительно распластался на камне, подняв над собой какой-то предмет, похожий на два скрепленных вместе изогнутых бычьих рога. Кулл снова занес меч и тут же опустил его: бить лежачего было не в его правилах. К тому же человек, испуганно смотревший на него снизу вверх, никакой опасности не представлял. Это был тщедушный паренек, одетый в лохмотья, со спутанными грязными лохмами, которые почти закрывали смуглое лицо, и дико блуждающими глазами. Он медленно поднялся и, выставив перед собой свое оружие, начал удивительно быстро и ловко вращать им так, что вокруг него образовался темный круг. Кулл с интересом смотрел на чудака. Тот наконец перестал показывать свое необычное умение и остановился. Он простодушно посмотрел на Кулла, заулыбался и что-то промычал. Атлант понял, что перед ним безумец, повернулся и пошел по тропе назад. Ахсур поднимался ему навстречу.

— Погнался за дураком, — усмехнулся Кулл, махнув рукой в сторону незнакомца, который стоял со своей рогулиной и улыбался во весь рот.

Поняв, что речь идет о нем, парень принялся быстро махать руками и мычать.

— Он говорит, что его не надо бояться, он нам ничего плохого не сделает, — сказал Ахсур.

— Вот нахал! — засмеялся Кулл. — Но как ты понял его?

— Я почти два года не мог говорить, мычал и объяснялся жестами, как он. Только я не был таким придурком.

— Спроси у него, кто он такой.

Ахсур сделал несколько движений руками. Немой радостно заулыбался и ответил ему так же.

— Он говорит, что живет в деревне, но часто уходит в горы, потому что над ним смеются.

— Спроси, что там случилось.

Юноша и немой снова обменялись жестами.

— Деревню наказал демон гор. Сам он долго был в горах, а когда возвращался домой, увидел, что над селением висит черный туман. Он испугался и убежал. Потом захотел есть и пошел в деревню, а там уже все умерли.

— Спроси про демона, — попросил Кулл. — Что за нечисть такая?

— Демон появился несколько лет назад и стал требовать дань — красивую девушку каждый год. В деревне бросали жребий, и та семья, на которую он выпадал, должна была отдать девушку. В этом году жребий пал на дочь вождя, но он отказался ее отдать. И никто не захотел пожертвовать своей дочерью ради дочери вождя. Демон разгневался и убил всех.

Атлант непроизвольно сжал рукоять меча:

— Разрази его Валка! Чувствую я, прогулка наша через горы будет не из веселых. Спроси немого, знает ли он дорогу через перевал?

Когда Ахсур перевел вопрос на язык жестов, немой радостно закивал и показал рукой вверх вдоль тропы, на которой они стояли.

Кулл, засмеявшись, воскликнул:

— Что наделал один камешек!

Но вдруг он замолчал и удивленно уставился на немого, который неожиданно вскочил как ужаленный и стал кружиться на месте, вращая перед собой свое примитивное оружие. Лицо дурачка исказилось, словно от боли, в глазах вспыхнул ужас, мычание становилось все громче, а движения — все более неловкими. Наконец он застыл на месте с выпученными глазами, лицо его посинело, как от удушья, рогулина выпала из рук. Все тело парня оказалось скручено самым невероятным образом: обе руки повернуты в одну сторону, ноги заплетены одна за другую, голова откинута назад. Вдруг щуплое тело немого приподнялось над землей и полетело по воздуху прямо к пропасти. Лохматая голова мелькнула над краем площадки и скрылась.

Все это произошло настолько быстро, что его спутники и охнуть не успели. Когда дурачок исчез в пропасти, Кулл крикнул: «Это демон!» — и подбежал к краю выступа. Наклонившись вперед, он увидел человека, плавно парившего в воздухе, как будто его несла в когтях огромная птица, потом бросился к коню и стал лихорадочно его отвязывать. Ахсур последовал примеру северянина, и они заспешили вниз по тропе, тянувшейся вдоль узкого карниза, который нависал над ущельем.

Кулл, не однажды вступавший в схватку с демонами, на этот раз был озадачен. Как сражаться против невидимого врага? Как узнать, что он уже здесь? Не снимая ладони с рукояти меча, он оглядывался по сторонам и прислушивался, но, кроме звука их собственных шагов, цоканья лошадиных копыт и шума реки, ничего не слышал.

Ахсур шел позади вороного, таща на поводу свою лошадь. Тревожные мысли не давали ему покоя. Что за неизвестная сила удушила немого и унесла его в пропасть? Неужели лавина, так неосторожно вызванная Куллом, потревожила демона, который решил наказать людей за то, что они бесцеремонно вторглись в его владения? И достаточно ли ему одной жертвы? Кто следующий: он или Кулл?

Атлант посмотрел назад и остановился, поджидая Ахсура, который едва поспевал за ним.

— До равнины не так уж далеко, — сказал он. — Тропа идет все время вниз. Не бойся, стоит нам покинуть горы, и мы будем в безопасности.

Ахсур через силу произнес:

— Я не боюсь. Мне жалко немого.

— Страшная, конечно, смерть, но лучше он, чем ты.

— Но ведь и ты мог оказаться на его месте.

Кулл засмеялся:

— Думаешь, меня так легко взять? Этому демону пришлось бы здорово попотеть…

Атлант замолчал на полуслове, выхватил меч и приготовился защищаться, почувствовав возле себя что-то невидимое, какую-то плотную субстанцию, которая время от времени касалась его, заставляя поспешно уклоняться.

Северянин взмахнул мечом и ударил, но меч лишь со свистом рассек воздух. Стремительно повернувшись на пятке, Кулл обрисовал возле себя круг мечом и снова рассек воздух. Теперь его движения стали походить на движения немого: борьба неизвестно с кем, танец бесноватого, который наносит удары по пустоте.

Ахсур вжался спиной в широкую трещину между камнями и с ужасом следил, как Кулл бьется с невидимым врагом, прыгая то в одну, то в другую сторону, стараясь наносить удары во всех направлениях, чтобы не подпустить невидимку близко. Только сверху он оставался уязвимым. Его густые темные волосы вдруг поднялись, как будто рука демона схватила их и потянула вверх, ноги оторвались от земли, и Кулл повис в воздухе. Боль была такой ужасной, что атлант взревел, как разъяренный бык, но уже через мгновение поднял меч и попытался отсечь невидимую лапу, державшую его за волосы. Это ему удалось. Он упал на ноги, но потерял равновесие и качнулся к краю пропасти.

Воспользовавшись этим, враг поймал Кулла в удушающие объятия. Глаза атланта вылезли из орбит, изо рта вылетел слабый хрип, но он напряг все мышцы, отдирая от себя невидимое чудовище, которое сдавило его с огромной силой, и все-таки сумел ослабить хватку, взмахнул мечом и ударил наугад. Он освободился, но вокруг него возник какой-то беспорядочный вихрь, который сбил его с ног и потащил к пропасти.

Напрасно Кулл пытался удержаться, изо всех сил цепляясь руками за край каменного карниза. Непонятная сила дернула его вниз, пальцы разжались, и он полетел в пропасть.

Ахсур, с ужасом наблюдавший за схваткой, метнулся к краю и, взглянув вниз, увидел, как атлант упал в бурный поток. Над ним парило черное облако, очертаниями напоминавшее огромного змея. Демон полетел над рекой, сопровождая ускользавшую от него жертву.


* * *

Кулл, упав с огромной высоты, рассек ногами поверхность воды и погрузился в нее с головой.

На его счастье, река в этом месте была достаточно глубокой. Вода немного погасила скорость падения, но он все же сильно ударился ногами о валуны, которыми было усеяно дно.

Оттолкнувшись от него, атлант всплыл на поверхность и посмотрел вверх. Над ним парило черное зловещее облако, постоянно менявшее очертания. Несмотря на то что река стремительно влекла Кулла вниз по течению, облако следовало за ним, не отставая.

Кулл погрузился в воду и задержал дыхание, рассчитывая пробыть там как можно дольше, но вскоре вынырнул, понимая, что скрыться от демона все равно не сможет. Тем более дно стало выше, и теперь он не столько плыл, сколько его волочило по камням силой потока. Река играла им, как тряпичной куклой, мотая от одного берега к другому, ударяя о валуны, окатывая фонтанами брызг, и стремительно тащила на равнину.

Неожиданно стены ущелья расступились, яркий свет брызнул с голубого неба, и пловец понял, что наконец оказался за пределами гор. Взглянув вверх, он не увидел ничего, кроме чистого неба. Тогда, взмахнув могучими руками, атлант направился к берегу, пересекая наискось быстрый поток.

Он долго старался избавиться от ледяных объятий горной реки, цепляясь за скользкие камни, пока не натолкнулся на большую черную скалу, торчавшую у самого берега. Ухватившись за острый конусообразный выступ, он немного отдохнул, собираясь с силами, а потом одним рывком выбрался на сушу.

Лежа на берегу, он невидящим взглядом смотрел в небо, не в силах пальцем пошевелить от усталости. Но еще не потерявшее жар, хоть и клонившееся к горизонту, солнце вскоре согрело его, усталость прошла. Кулл встал и побрел вдоль берега к горам, надеясь на смышленость Ахсура, который, должно быть, сообразит, где его надо искать.

Атлант ничуть не удивился, когда ветер донес до него мальчишеский голос, что есть силы крикнул в ответ и вскоре разглядел Лхсура, который ехал вдоль берега на своей лошади. Вороной, привязанный к седлу Ахсура, трусил рядом.

— Кулл! — воскликнул Ахсур, увидев атланта, и пустил лошадь вскачь.

Загрузка...