Грай Татьяна Формула тьмы и света

ЧАСТЬ 1. ИЗГИБЫ КАРМЫ

"Взгляни: разверзлось небо.

и со смехом боги

на зрелище невиданное смотрят"

У. Шекспир

Голос экскурсовода нудно бубнил в наушниках: " Мы находимся в центре туманности Кассиопеи. Через тридцать условных минут наш лайнер совершит очередное погружение в подпространство, а потому вам следует воспользоваться возможностью увидеть нечто новое. По левому борту находится созвездие Фион. Планеты этой области Пространства лишь недавно подписали Конвенцию и стали членами Земной Федерации. Туда еще не проложены регулярные туристические маршруты, но наша фирма уже отправила в созвездие своих представителей, и мы надеемся, что скоро по крайней мере одна из местных планет, Димея, появится в наших проспектах, и вы сможете ее посетить. Планета интересна тем, что ее населяют высокоразумные рукокрылые, или крыланы, - другими словами, существа, похожие на летучих мышей..."

Марина сняла наушники и энергично ткнула локтем задремавшего спутника.

- Сереж, а Сереж!

- Чего? - сонно откликнулся тот.

- А давай сбежим с этого дурацкого корабля, ну пожалуйста! Скучно мне.

Сергей окончательно проснулся и посмотрел на Марину.

- Куда сбежим?

- Да на ту планету, где летучие мыши живут! Жуть как интересно! Ну давай, а, Сереж?

Рыжеволосый Сергей потер ладонью глаза, пытаясь сообразить, о чем, собственно, говорит его подруга.

- Летучие мыши?..

- Ну да, ты же не слушал... Экскурсовод сказал, что тут неподалеку планета негуманоидов. Летучие мыши, представляешь?

- А они...

- Да, они подписали Конвенцию.

Сергей на несколько секунд задумался. Но отпуск и в самом деле проходил скучновато, а его точно так же, как Марину, обуревала жажда приключений. И потому он кивнул:

- Давай.

Они вскочили и, выбежав из пассажирского салона в широкий прямой коридор, стремительно помчались к рубке, поглядывая на зеленые указатели, светившиеся на стенах.

В рубке появление двух ярко-рыжих пассажиров произвело определенный эффект.

- Ух!.. - сказал кто-то, но Марина, давно привыкшая к подобному, лишь вызывающе встряхнула головой, заставив пышные длинные волосы взметнуться над ее плечами.

- Мы хотим на Димею! - без предисловий сообщила она.

- Ага, - откликнулся высокий мужчина в форме Космофлота, стоявший в стороне от пульта. - Вы хотите.

Он не спрашивал, он констатировал факт.

- Вот именно, - подтвердила Марина. - И мы имеем на это полное право. Планета входит в Федерацию. Туристические маршруты не предусматривают ограничений в передвижениях туристов. Заберете нас на обратном пути, и все.

- Само собой, - кивнул высокий, и Сергей лишь теперь обратил внимание на его командирские нашивки. - Но вы знаете, что планету населяют летающие существа? Для двуногих прямоходящих она совершенно не приспособлена.

- Тем интереснее, - заявила Марина. - Давайте нам бот, да поскорее, а то из графика выбьетесь.

- Из графика нам выбиваться нельзя, - согласился командир. Подождите минутку, я сейчас кое-что проверю...

Он шагнул к пульту, и человек, сидевший в одном из кресел, поднялся, уступая ему место. Командир вывел на экран справку о посещениях Димеи гуманоидами с момента вступления планеты в Федерацию. Справка выглядела вполне мирно. Прилетели - улетели. Никаких инцидентов. Никакого недовольства. Никаких жалоб. Полный порядок.

- Ладно, - решил командир. - Можете отправляться. У вас двенадцать дней.

- Замечательно! - обрадовалась Марина. - Нам вполне хватит.

Командир повернулся к ней и с нескрываемым интересом спросил:

- Вы родственники?

- Нет! - радостно ответила Марина. - Но скоро станем. Мы собираемся пожениться.

Кто-то за ее спиной хихикнул, и Марина с Сергеем тут же расхохотались.

- Ну да, - сказал Сергей. - Нам все говорят: вот уж будут детишки, так детишки!

- Пожалуй, что так, - улыбнулся командир. - В жизни не видел такой рыжей пары!

- И больше не увидите! - пообещала Марина.

Если бы она знала, какой странной правдой обернутся ее слова...


Космический бот, высадив Марину и Сергея, тут же взмыл в небо, и Марина с непонятным ей самой чувством проводила его взглядом. Ей почему-то отчаянно захотелось вернуться на борт лайнера... Но она тут же спохватилась и, мысленно обругав себя за такую глупость, взяла Сергея под руку.

- Ну, дорогой, что-то нас ждет здесь?

- Поживем - увидим, - меланхолично откликнулся ее спутник.

Прямо на космодроме их встретил представитель мэра. На Димее до сего дня побывало считанное количество туристов, а уж землян среди них и вовсе почти не было, и потому к каждому новому гостю из космоса местные жители относились, пожалуй, с таким же интересом, с каким гости относились к огромным летучим мышам. Но вежливость не позволяла обеим сторонам слишком откровенно проявлять свое любопытство.

- Добрый день, - сказал представитель, мягко взмахнув огромными бледно-серыми крыльями. - Меня зовут Кли-Кхор. Рад приветствовать вас в Столице.

Голос его был настолько необычным, шелестящим и скрипучим одновременно, что Марина невольно прикоснулась пальцем к серьге-переводчику. Ей показалось, что дело в сильных атмосферных помехах, - хотя она прекрасно знала, что переводчик на них не реагирует.

- Здравствуйте, - вежливо ответил Сергей, стараясь не слишком таращить глаза на мышь. - Я - Сергей, моя подруга - Марина. Надеюсь, мы не создали для вас излишних проблем своим прибытием?

- О, нет, что вы, что вы! - Круглые черные глаза Кли-Кхора весело блеснули. - Наоборот, мы рады, что нашей планетой начинают понемногу интересоваться в других мирах. Мы очень надеемся на развитие туристического обмена в самое ближайшее время.

- Спасибо, - сказала Марина. - У нас двенадцать дней до прилета лайнера.

- Я знаю, - кивнул Кли-Кхор. - Нас известили. Конечно, наша жизнь заметно отличается от вашей, но мы заранее побеспокоились о некоторых удобствах. Мы купили несколько экипажей, предназначенных для двуногих прямоходящих... то есть, извините, я хотел сказать - для гуманоидов.

- Да ведь это одно и то же, - усмехнулся Сергей.

- Вы не обиделись?

- На что? - удивилась Марина. - Мы и в самом деле и двуногие, и прямоходящие. И заодно гуманоиды, конечно.

Кли-Кхор рассмеялся, и сразу показался землянам очень милым, несмотря на морщинистую серо-зеленую кожу, фалдами свисающую с шеи на грудь, несмотря на перепончатые крылья, огромные уши и странного фасона синюю с переливом одежду...

- Я уверена, у вас тут просто здорово! - воскликнула Марина.

- Я-то в этом никогда и не сомневался, - сказал Кли-Кхор. - А поскольку у нас теперь есть автомобили, то вам даже не придется ходить пешком, как первым туристам. И вы сможете увидеть гораздо больше, чем они.

Сергей открыл было рот, но тут же, хмыкнув, снова его закрыл.

- Вы что-то хотели спросить?

- Хотел, но понял, что это глупость. Мы вообще-то привыкли ездить не на автомобилях, а на "стрекозах" и прочем в этом роде, но здесь...

- А, это вы о летающих машинах? - с улыбкой сказал Кли-Кхор. - К сожалению, их у нас нет. Пока. Мы просто не подумали... Но уверяю - к следующему вашему визиту мы и их приобретем.

После этого представитель мэра вручил туристам кассету с инструкциями: как вести себя в различных ситуациях, как здороваться со старшими и с младшими (а заодно как отличать одних от других), как обращаться к мужчинам и к женщинам... Местные жители вообще-то называли себя "ллю-о", что в переводе значило нечто вроде "владеющий собой", но в обыденном языке их обращение друг к другу вполне соответствовало земным "мадам" и "мсье".

И вот начался великолепный день, полный самых неожиданных впечатлений.

Для бескрылых туристов в центре Столицы, в огромном парке, уже давно были выстроены два небольшие коттеджа. Оставив вещи в предоставленном им домике, Сергей и Марина отправились на прогулку.

К сожалению, Кли-Кхор здорово ошибся, предположив, что землянам не придется ходить пешком.

Спортивный двухместный автомобиль просто не мог проехать по большинству дорожек. Крыланы еще не успели научиться убирать с них камни, засыпать ямы и так далее. Им самим всё это ничуть не мешало. То есть взрослым крыланам дорожки и вовсе были ни к чему, а малыши, даже самые крохотные, все-таки справлялись с такими преградами, и это им только шло на пользу - они понемножку учились пользоваться крыльями.

В общем, кое-как перебравшись на противоположную от коттеджа сторону парка, Сергей и Марина оставили машину на дорожке перед очередным валуном и вышли на улицы Столицы.

- Ну и ну... - только и сказала Марина, когда они выбрались из зарослей кустарника на краю парка и очутились на широкой светлой поляне, за которой уже стояли огромные здания.

- Это точно, - согласился Сергей. - Такого я нигде не видел.

- А вот интересно, - задумчиво проговорила Марина, - а вот если мы, например, познакомимся с местным жителем... и эта милая мышка пригласит нас в гости...

Сергей расхохотался.

- Ну, наверное, она нас сама и поднимет в свою квартиру, предположил он. - Воображаешь картинку? Летит эдакое рукокрылое, держа за шиворот, как котят, парочку любопытствующих двуногих прямоходящих!

- Классно, - согласилась Марина. - Но, между прочим, они тоже двуногие. И ходят прямо, когда вообще ходят. Почему же их так не классифицируют?

- Потому что они все равно мыши, хотя и умеют ходить на задних лапках, - уверенно ответил Сергей.

Они медленно пошли по широкой улице, с интересом рассматривая дома, стоящие на высоченных арочных опорах. Первый этаж каждого дома располагался как минимум в десяти метрах над землей. И, само собой, никаких лестниц, пандусов и прочих ненужностей. Зато каждое здание украшало множество широких балконов, с которых свисали гроздья ярких цветов. В небе сновали толпы мышей, широко раскинувших огромные перепончатые крылья - серые, бежевые, почти белые, голубоватые, иногда - темно-коричневые и даже черные... Мыши пролетали и под домами, и вдоль улицы, изящно огибая неуклюже пробирающихся по ухабистой дороге землян. Зрелище было захватывающим.

- А детишки как наверх забираются? - спросила вдруг Марина. - Мы же видели их в парке, они летать не могут. Ну, не очень могут.

- Ну, наверное их папы-мамы поднимают, - пожал плечами Сергей. - А вообще-то действительно интересно.

Ответ на этот вопрос они получили довольно скоро.

Свернув на поперечную улицу и пройдя по ней немного, они увидели малыша, торопливо ковыляющего к ближайшему дому. Сергей и Марина остановились, наблюдая за ним.

Малыш, то и дело взмахивая голубыми крылышками, перебрался через последний камень и остановился возле угловой опоры дома. Подняв вверх остренькое мышиное личико, он уставился на один из балконов. Сергей и Марина не услышали ни звука, но на балкон почти сразу вышла мышь в ярко-красном хитоне и сбросила вниз пеструю тонкую веревку с узлами, завязанными примерно в полуметре один от другого. И малыш лихо пополз вверх, цепляясь за узлы тонкими длинными пальчиками и помогая себе крыльями.

- Н-да, - сказал Сергей. - Нам такая методика вряд ли подойдет.

Но такой методикой им пользоваться и не пришлось.

Когда они с помощью карты и расспросов добрались до банка, где собирались обменять галактическую валюту на местные деньги, им спустили сверху нечто вроде качелей - сиденье, подвешенное на двух веревках. И земляне с комфортом поднялись в банк.

А потом они отправились в столичную Галерею искусств, сгорая от любопытства. Невозможно было представить себе искусство, рожденное такими необычными существами. Но тут их ожидало немалое разочарование.

Когда они в гробовом молчании миновали третий зал, Марина, глубоко вздохнув, сказала:

- Ничего не понимаю.

- Я тоже, - грустно откликнулся Сергей. - Может, мы с тобой еще не доросли до этого?

Марина презрительно фыркнула, встряхнув рыжими кудрями.

- Ну конечно, не доросли! До чего тут дорастать-то? Примитив - он и есть примитив. Ни приличной линии, ни объема... Перспективы вообще нет! Разве это пейзаж? А вот это... - Она ткнула пальцем в блеклый натюрморт с какими-то то ли овощами, то ли фруктами, и мелкими невыразительными цветами. - Рама - да, лучше не придумаешь, ручная работа, сразу видно... а что в ней? Слезы, а не живопись!

Сергей предложил:

- А давай позовем экскурсовода! Надо же все-таки узнать, что они сами в этом видят, а?

Подумав немного, Марина согласилась. Они огляделись по сторонам и, обнаружив в углу зала дремавшую на мягком стуле старую мышь, завернувшуюся в густо-коричневые крылья, подошли к ней.

Сергей осторожно кашлянул. Мышь неторопливо подняла голову и насторожила огромные уши. Черные глазки сверкнули из-под тяжелых складок серой кожи.

- Э-э... мадам, - начал Сергей, - мы здесь гости, и...

Мышь хихикнула.

- Неужели вы думали, что я могу принять вас за местных жителей? прошелестела она. - Вам нужен экскурсовод?

- Да, - подтвердил Сергей. - Пожалуй, нам самим не разобраться в тонкостях вашего искусства.

Мышь с пониманием кивнула и, отодвинув штору, закрывавшую часть стены, нажала кнопку на небольшом пульте, расположенном рядом с ее стулом.

- Сейчас придет, - сказала она. - А вы с какой планеты?

- С Земли, - ответила Марина. - У вас уже бывали земляне?

- Бывали. И им тоже не удалось ничего увидеть здесь.

- Как это... - начала было Марина, но тут послышался шелест крыльев, и в зал стремительно полу-вошла, полу-влетела представительная дама в фиолетовой хламиде, увешанная блестящими бусами, браслетами, брошками... и еще в ее огромных ушах позвякивали длинные серьги с ослепительно сверкавшими камнями, а в пышных волосах красовались нарядные заколки.

- Добрый день, - весело поздоровалась она. - Я - искусствовед высшей категории, меня зовут Хол. Как видите, я далеко продвинулась, несмотря на не слишком удачное происхождение!

Сергей и Марина переглянулись, ничего не поняв, но решили пока не вдаваться в подробности биографии Хол. Марина собралась было изложить свою просьбу, но мышь не дала ей сказать и слова.

- Я проведу вас по самым интересным залам, - затараторила она. Вообще-то у нас вся экспозиция чрезвычайно интересна, в столичную Галерею всегда отбирались только совершенно исключительные по качеству работы, но вы - инопланетяне, и думаю, вам лучше обратить внимание на те полотна и скульптуры, в которых наиболее ярко отражены общечеловеческие ценности, одинаковые во всех разумных мирах, отражающие общие принципы гуманизма, а то, что касается лишь нашей планеты, можно оставить и на потом, если, предположим, вы решите еще раз посетить нашу Галерею...

Марине показалось, что поток слов вот-вот сшибет их с Сергеем с ног. Сергей тихонько хихикнул. Но леди-искусствовед не обратила на это ни малейшего внимания. Она сделала широкий приглашающий жест:

- Вперед, друзья!

...Через три с половиной часа, ошарашенные и озадаченные, Сергей и Марина выбрались из Галереи и спустились вниз на веревочных качелях. Довольно долго они шли, куда глаза глядят, молча переваривая услышанное, но не увиденное. Наконец Сергей негромко сказал:

- Вот видишь... говорил я тебе - не доросли мы!

- Да, ты прав, - задумчиво откликнулась Марина. - Но не совсем. Дело не в том, что мы не доросли. Мы просто настолько другие, что никогда не сможем этого увидеть и понять.

- Верно...

И они снова надолго замолчали.

Вокруг уже темнело, и силуэты пролетавших над головами землян крыланов стали казаться таинственными и немножко пугающими. Шелест крыльев в тихом вечереющем воздух навевал мысли о чем-то мистическом и непонятном... и молодые люди вдруг очень остро ощутили свою инаковость в этом мире.

- Сереж... давай вернемся в коттедж, - прошептала Марина.

- Давай... а почему ты шепчешь?

- Не знаю, - усмехнулась девушка. - Просто мне немножко не по себе.

- Ну, это ты напрасно, - сказал Сергей. - Ты что, никогда не бывала в негуманоидных мирах?

- Почему же нет, бывала. И не раз. Но здесь все по-другому. И... только не смейся, пожалуйста... у меня какое-то предчувствие...

Но Сергей и не думал смеяться. Он ведь не первый день был знаком с Мариной, и отлично знал, что ее предчувствия никогда не бывают ошибочными. А потому молодой человек слегка встревожился. Он достал из кармана компьютер, вывел на экран карту Столицы, всмотрелся в нее и предложил:

- Давай пройдем вон той улицей, а потом сразу свернем налево, - так мы быстро доберемся до парка.

Марина молча кивнула, и они, взявшись за руки, торопливо зашагали по обочине неровной дороги, где было поменьше камней, а трава и мелкие кустики разрослись не так пышно, как вокруг зданий.

Но не успели они пройти и сотни метров, как земля под их ногами разверзлась...


Главный аналитик Управления Федеральной безопасности, Сергей Ливадзе, развалившись в кресле, задумчиво смотрел на Командора. Командор Прадж-Мачиг дарил его не менее задумчивыми взглядами.

- Они что нас, за идиотов держат? - изрек наконец Ливадзе.

- Возможно, - меланхолично кивнул Командор. - Они в Федерации недавно, еще не освоились, не приценились.

- Значит, все исчезли на следующих после Димеи остановках... Вообще все, кто там побывал? Шестнадцать человек?

- Нет, два представителя туристических фирм благополучно вернулись домой.

- Чем они отличаются от пропавших?

Командор посмотрел на экран. Покачал головой. Подумал. И наконец ответил:

- Похоже, только весом.

- А? - недоуменно произнес Ливадзе.

- Ну, они оба довольно пухленькие.

Ливадзе хихикнул.

- Наверное, у мышей обостренное чувство красоты. Плохие фигуры им не по нраву.

- А может, они тайные вампиры? - предположил Прадж-Мачиг. - И им не нравится сосать кровь сквозь жировые отложения?

- Фу! - возмутился аналитик. - До чего же у тебя черное воображение! Как ты мог додуматься до такой пакости?

- На моей должности и не до такого додумаешься, - грустно сказал Командор. - В общем, решай, кого туда послать и как именно все это будет выглядеть. Негуманоиды все-таки, тайного агента туда не забросишь. Ищи подходящего человека, и - за работу.

- А сейчас там есть кто-нибудь посторонний? - поинтересовался Ливадзе.

- Есть. Двое землян свернули с туристического маршрута, чтобы полюбоваться на летучих мышей. Одна девочка-гуманоид из Персея. Тоже туристка. Один негуманоид с окраины нашей Вселенной. Отправился с научными целями.

- Когда они должны оттуда улететь?

- Земляне - через одиннадцать дней. Те двое намеревались подождать лайнера, идущего транзитом в нижние окраины. Это еще четыре дня.

- Отлично. Значит, время у нас есть.

- Да почему ты думаешь, что с ними до тех пор ничего не случится?

- Я ничего подобного не думаю. Просто до тех пор нам не поймать того, кто там безобразничает. Впрочем, возможно...

Ливадзе резко вскочил. У него явно возникла идея. Командор с надеждой уставился на аналитика, но тот молча выбежал из командорского кабинета.

Прадж-Мачиг тяжело вздохнул и вызвал начальника Особого отдела.

............................................

Лейтенант Патрульной службы Винцент Харвич спокойно сидел за столиком в кафе неподалеку от здания патрулей, приканчивая завтрак и размышляя о том, чем бы ему заняться во время отпуска. До отпуска оставалось всего две недели, а Винцент до сих пор не имел ни малейшего представления о том, куда бы ему хотелось поехать. В кафе вошел один из офицеров, с которым Харвичу не раз приходилось работать, и подошел к столику Винцента.

- Не возражаешь, если я тебе составлю компанию?

- Привет, - кивнул Харвич. - Давненько не виделись. Как дела?

- Да все так же, - хмуро ответил лейтенант Никольский. - Скучно мне в нашей службе.

Подбежал блестящий официант на четырех тонких угловатых ножках, и Никольский, сделав заказ, проводил кибера неодобрительным взглядом.

- Ну почему у этих машин всегда такой дурацкий вид? О чем только дизайнеры думают?

Харвич поднял голову и внимательно посмотрел на коллегу.

- Похоже, ты и вправду не в меру заскучал. Не отдыхал давно, или есть другие причины? Если уж ты кибером недоволен - плохи твои дела.

- А!.. - махнул рукой Никольский. - Ерунда все это. Просто наша служба слишком однообразна. Это не для меня.

- Переходи в Разведкорпус. Там веселее, если тебе именно этого хочется.

- Не этого.

- А чего? Ты сам-то знаешь?

- Я знаю. Но...

В этот момент в кафе появился кибер-рассыльный с крохотной оранжевой мигалкой на голове; оглядевшись, он направился прямиком к тому столику, за которым сидели Харвич и Никольский. Харвич заметил, что в глазах коллеги мгновенно вспыхнула надежда. Но кибер обратился не к нему, а к Харвичу.

- Лейтенант Винцент Харвич, для вас срочное сообщение.

Харвич изрядно удивился. Он привык думать, что рассыльный - это не к добру. Ведь для чего-то же существует система личной связи, и если кто-то хочет вам что-то сообщить, то куда проще набрать номер, и...

Рассыльный вручил ему небольшой конверт и бодро ускакал из кафе.

Никольский, не желая проявлять излишнего любопытства, уткнулся в принесенную официантом творожную запеканку и принялся сосредоточенно выковыривать из нее изюминки. Харвич рассеянно посмотрел на него и распечатал конверт.

Письмо было коротким:

"Лейтенант Харвич!

Немедленно явитесь к своему непосредственному руководителю. Вам предстоит срочная командировка, связанная с негуманоидной цивилизацией".

И все.

Винцент недоуменно прочитал письмо раз, другой, потом заглянул на другую сторону листа, подозревая, что там может оказаться продолжение, но, разумеется, ничего не обнаружил... и протянул бумагу Никольскому.

- Ты что-нибудь понимаешь? - спросил он.

Никольский, взяв листок и пробежав глазами короткие строчки, фыркнул.

- Чего ж тут понимать? Ты что, до сих пор не знаешь, кто с таким форсом обставляет свою работу?

- А? - непонимающе моргнул Харвич.

- Федеральная безопасность! - пояснил Никольский. - Их рука, сразу видно.

- Да, но... Но при чем тут я?

- Ты же у нас большой спец по негуманоидам! - язвительно бросил Никольский. - Вот, значит, и понадобился им в этом качестве.

Харвич немножко рассердился.

- Да чего ты такой злой сегодня? - спросил он. - Я что, виноват, что федералы мной заинтересовались? И ты прекрасно знаешь, что с негуманоидами я общался всего раз, когда Школу патрулей заканчивал... уж пять лет прошло!

- Значит, ты созрел для дальнейших подвигов, - сказал Никольский, отодвигая тарелку. - А злой я потому, что уже несколько лет прошусь в Федеральную безопасность, а мне от ворот поворот дают. А тебе это вроде и неинтересно - так вот на же! Приглашают! Да еще у меня на глазах, как нарочно.

Харвич почувствовал себя неловко. Но что он мог поделать?..

Попрощавшись с обиженным судьбой коллегой, он поспешил к своему руководству.

Руководство было лаконично и категорично.

- Ты понадобился федералам, - сообщило оно. - Кажется, мы снова столкнулись с проблемой, похожей на проблему Беатонты. Это новая галактическая область, недавно вступившая в Федерацию. И, возможно, тамошний народ пока что не слишком хорошо разбирается в принципах мирного сосуществования... - И начальство замолчало.

- А при чем тут я? - подождав немного, спросил Харвич.

- А мне откуда знать? - возмущенно откликнулся начальник Патрульной службы. - Наверное, тебя кто-то рекомендовал. У тебя ведь особый дар общения с негуманоидами.

- Это в смысле излишков воображения?

- Ну, может, воображение тут и ни при чем... Да спроси у них сам! вдруг ни с того ни с сего рассердился руководитель Патрульной службы. - Мне велено отослать тебя на переподготовку, и все.

- Когда?

- Вчера, балбес! Так что мчись быстрее ветра. Прямиком в Особый отдел.

- Ого!.. - только и смог сказать Харвич.

И после того молча отправился, куда было велено.

Встретили лейтенанта Харвича, можно сказать, по королевски. У главного входа в здание Управления его поджидал тощий молодой инспектор, из которого так и били во все стороны излишки энергии. Завидя лейтенанта, выходящего из "летучки", он радостно заорал:

- Ну, наконец-то! О чем только твое начальство думает? Мы тебя уже два часа ждем!

Харвич вежливо поздоровался, но от дополнительных высказываний воздержался. Ситуация оставалась для него предельно неясной, а потому лучше было помолчать. Но когда они с инспектором уже очутились в лифте, Харвич осторожно спросил:

- А к кому ты меня...

- К Командору! - мгновенно ответил инспектор. - Он сам тебе все объяснит!

Харвич ужаснулся. Командор Прадж-Мачиг! Человек, отвечающий за безопасность всей Земной Федерации, сотен созвездий и тысяч населенных самыми разнообразными существами планет! В воображении Винцента возникло нечто вроде стоглазого Аргуса, сросшегося с мощной компьютерной системой... Харвич фыркнул и встряхнул головой. Опять эти дурацкие картинки!

Инспектор покосился на него и сказал:

- Что, страшновато?

- В общем, да, - признался Винцент. - Но главное - я совершенно не понимаю, зачем я тут понадобился.

- Ну, через пару минут узнаешь! - обнадежил его инспектор.

Лифт остановился. Они вышли в большой квадратный холл, из которого в три стороны разбегались широкие коридоры. Инспектор увлек Харвича налево, до первой двери.

- Все! - сообщил он. - Прибыли. Вперед, коллега!

И исчез.

Харвич нервно огляделся по сторонам. Вокруг - ни души. Помощи ждать не от кого.

И лейтенант храбро постучал в дверь...


- Ты не ушиблась? - придушенным голосом спросил Сергей, утвердившись на ногах и на ощупь найдя в кромешной тьме свою подругу. - У тебя все в порядке?

- Ага, - чуть слышно ответила потрясенная Марина. - Куда это мы провалились?

- Понятия не имею. Наверное, какой-нибудь старый канализационный люк, крышка съехала, а мы и не заметили в траве.

- Да там и травы-то почти не было. И никакого люка тоже, это уж точно, - уверенно сказала Марина. - Я как раз в тот момент под ноги смотрела.

- Ну, хорошо еще, что здесь не слишком глубоко.

- Почему ты так решил?

- Да ведь иначе мы бы просто разбились в лепешку!

Но у Марины было на этот счет свое мнение. В момент краткого полета в темноте ей почудилось, что их подхватили невидимые мягкие руки и опустили на землю... и что поверхность земли осталась довольно-таки далеко над их головами. Это она и сообщила Сергею.

Сергей не знал, что и думать. С одной стороны, ему трудно было поверить в такое. С другой - он знал, что его подруга обладает нестандартным восприятием окружающей реальности. Так что... все могло быть.

- Ну, в любом случае, надо подумать, как отсюда выбраться, - сказал он наконец. - Этим и займемся, не возражаешь?

- Чего уж тут возражать, - буркнула Марина, пытаясь рассмотреть хоть что-нибудь рядом с собой. Но темнота была удивительно плотной и однообразной. Ни малейшего просвета, ни намека на хотя бы чуть менее темное пятно... а заодно и ни единого шороха.

Марина поежилась. Ей показалось, что так просто с этой черной дырой им с Сергеем не расстаться.

- Давай для начала немножко покричим, - предложил Сергей. - Наверху все-таки не пустыня, может, нас кто-то услышит?

- Попробуем, - согласилась Марина, не питая, впрочем, особых надежд на успех этого примитивного предприятия.

Они подняли головы и завопили что было сил:

- Эй, кто-нибудь! Помогите! Помогите! Мы провалились! Вытащите нас!

Кричали они не слишком долго, потому что внезапно на обоих напал кашель, и призыв о помощи заглох сам собой.

После тягостной паузы Марина сказала:

- Знаешь, Сереж... это не случайность. Это ловушка. Вот только кто ее подстроил и зачем мы ему понадобились - большой вопрос.

- Но это же просто глупо! - возмутился Сергей, но тут же, спохватившись, спросил: - А ты уверена? Мы ведь все-таки на совершенно чужой планете, негуманоидной... твои ощущения не могли тебя подвести на это раз?

- Нет, - уверенно ответила Марина. - Тот, кто это сделал, недалеко. И он не скрывает своего присутствия. Так что жди, скоро познакомимся.

- Но это глупо, - повторил Сергей, оглядываясь по сторонам, но не видя ничего, кроме ровной черноты. - Мы - туристы, мы жители Земли, мы, наконец, гуманоиды, так что на этой планете слишком заметны. Нас спохватятся через пару часов!

- Конечно. Вот только что с нами может произойти за эту пару часов? спокойно произнесла Марина. - Чтобы слопать пару гуманоидов, пары часов более чем достаточно. То есть если у того, кто нас поймал, хороший аппетит и желудок достаточных размеров.

Сергея передернуло. И, чтобы отвлечься от совсем уж неприятной картины, возникшей в его воображении, он предположил:

- Ну, может быть, мы ему понадобились просто как объекты исследования, а не как продукты питания? Мы - двуногие прямоходящие, здесь таких пока что мало видели, вот ему и стало интересно - что мы за существа такие? - Ему тут же захотелось добавить - "И с чем их едят?", но он удержался.

Марина хихикнула и прижалась к другу покрепче, чтобы хоть как-то скрасить тягостное ожидание.

Но ждать им пришлось совсем недолго.

Слева от них неожиданно вспыхнул крохотный огонек. Он подмигнул и запрыгал вверх-вниз, как мячик. А потом плавно двинулся куда-то в даль.

- Ну что, пойдем за ним? - спросил Сергей.

Марина подумала, прислушиваясь к себе и к темноте, и ответила:

- Не хочется, но ведь нам все равно ничего другого не остается.

- Мы можем остаться здесь, - возразил Сергей. - Вот просто будем тупо сидеть на месте, и все. Что тогда?

Марина снова прислушалась.

- Знаешь, Сереж... мне кажется, что неприятностей у нас впереди более чем достаточно, и все же особо тревожиться нам не стоит. Как-нибудь все образуется. А пойдем мы сами, или дождемся того, что нас куда-то переместят без нашего согласия - безразлично. Мы все равно в полной власти хозяина этой дыры.

- Ты уверена?

- Ну, не то чтобы совсем уверена, но мне так кажется.

- Тогда пошли, - решил Сергей. - По крайней мере, сохраним за собой иллюзию свободного выбора.

Теперь уже Марина рассмеялась по-настоящему, и Сергей обрадовался, что его подруга успокоилась и взяла себя в руки. Когда она нервничала и пугалась, ему всегда бывало очень больно...

...Едва они сделали первые шаги, как огонек стремительно бросился им под ноги, превратившись в довольно широкую светлую дорожку. Но они по-прежнему не видели ничего по обе стороны от себя. Мрак, казалось, еще сильнее сгустился, приобретя почти осязаемую плотность. И в нем постепенно начали слышаться звуки...

Сначала Сергею и Марине показалось, что где-то неподалеку тихо мяукнула кошка. Но, обсудив явление, они решили, что стали жертвой слуховой иллюзии. Откуда на мышиной планете взяться кошке? И какого размера должна быть кошка, чтобы ловить полутораметровых мышей, да к тому же летучих? И какой голосок мог бы быть у такой кошки?... Беспечно болтая всякую ерунду и постоянно напоминая себе о том, что до сих пор на этой планете ни с кем ничего дурного не случалось, они осторожно шагали дальше, стараясь не думать о том, что ждет их впереди. Но тут им послышался скрип - как будто огромные когти царапали что-то шершавое... Марина слегка вздрогнула, и Сергей крепче обнял ее за плечи. И в то же мгновение темнота вокруг них взорвалась визгами, воплями, уханьем, хлопаньем крыльев... Они замерли на месте, боясь шевельнуться.

Но через минуту-другую Марина вдруг сказала:

- Пошли дальше. Это фальшивка.

- А? - не понял Сергей.

- Психологическая атака, - пояснила его спутница. - Здесь никого нет. Звук идет издалека. Нас хотят напугать, вот и все.

- Зачем?

- Не знаю, - призналась девушка. - Похоже, автор ловушки хочет от нас чего-то добиться... вот и старается произвести впечатление. Но что могло бы ему понадобиться - ума не приложу. Давай почитаем какую-нибудь подходящую мантру, а?

- Давай, - обрадовался Сергей. - А какую?

Немного подумав, они остановили свой выбор на формуле, защищающей от недобрых влияний. Конечно, они оба не были Мастерами, они были простыми людьми, и не могли вложить в формулу необходимой силы. Они просто не умели концентрировать сознание до нужной степени. Но формула сама по себе была мощной, так что должна была хоть немного, но помочь.

Они пошли дальше, размеренно произнося слоги, - и шум вокруг постепенно затих. Но тьма по-прежнему оставалась тьмой, и бледная дорожка вела их неведомо куда.

Но вот наконец неяркий свет растекся в озеро. А в центре светового пятна Сергей и Марина увидели простенькие и вполне земные предметы: стол, два стула и низкую широкую кровать.

- Ни фига себе! - воскликнул Сергей. - Да тут, похоже, для нас камера длительного заключения приготовлена! Вот только железной маски не хватает для полноты впечатления!

Марина подошла к столу и испуганно потрогала его рукой. Потом она повернулась к другу и тихо сказала:

- Да... это серьезно. - И тут же добавила, стараясь успокоить себя: Ну, по крайней мере, совершенно очевидно, что прямо сейчас нас никто не съест.

- Ага, - фыркнул Сергей. - Сначала немножко откормят. Мы с тобой, наверное, слишком тощие на местный вкус.

Марина невольно улыбнулась.

- Попробуем выяснить, что вокруг? - предложила она.

- Само собой, - согласился Сергей. - Только подозреваю, что мы недалеко уйдем.

Он оказался прав. За пределы светлого круга выйти им не удалось. Там они обнаружили невидимую преграду.

- Неужели силовое поле? - удивилась Марина. - Значит, у них очень развитая технология. Жаль, мы ничего не успели спросить у экскурсовода об уровне технических знаний на этой планете.

- А тебе стало бы легче, если бы ты знала все подробности? - буркнул Сергей, снова и снова ощупывая ладонями упругую тьму. - И как бы мы могли использовать такие сведения вот в этой конкретной ситуации? Может быть, у тебя в сумочке случайно припрятан деструктор? Или ты знаешь формулы, снимающие силовые поля?

- Нет, конечно, - рассмеялась его подруга. - Я вообще не уверена, что такие формулы существуют.

- Ну, я думаю, у Мастеров еще и не то нашлось бы в запасе. Только нам от этого никакого толку.

Марина подошла к краю светлого круга и тоже принялась ощупывать невидимую стену.

- Какое-то оно странное, это поле, - сказала наконец девушка.

- Что в нем странного? - насторожился Сергей.

- Даже не знаю, как сказать... - Марина сосредоточилась, снова и снова проводя ладонями по сгустившейся темноте. - Просто мне кажется, что оно другое, понимаешь? Скользкое какое-то, фактуры в нем не хватает. И слишком жесткое, об такое и разбиться можно.

- Ну, ты даешь! Тоже мне, специалист по фактуре силовых полей! А жестким оно может только казаться. Попробуй стукнуться об него лбом - оно, может, и отступит сразу. - Но, говоря так, Сергей ничуть не сомневался в том, что Марина и вправду уловила в стене что-то необычное. Сам-то он не отличался повышенной чувствительностью к подобным мелочам, но Марина - это другое дело. На всякий случай Сергей хорошенько двинул по преграде кулаком - и, ойкнув, отдернул руку. "Поле" и не подумало отступить, оберегая человека, и Сергей основательно ушибся...

- Ладно, - сказала наконец девушка, оставляя стену в покое. - Что дальше-то делать будем?

Они сели возле стола, придвинув стулья поближе друг к другу, и принялись размышлять. Но вариантов развития событий было слишком много. Землян могли съесть, могли использовать для каких-то научных экспериментов, могли впутать в какую-нибудь ворожбу; земляне могли сбежать сами, их могли отыскать и спасти, они могли просто молча сгинуть в этой слабо освещенной дыре... и так далее.

В общем, перебирать все это не имело смысла. Зато имело прямой смысл попытаться воззвать к тому, кто все это затеял.

Как это сделать - ни Сергей, ни Марина не имел ни малейшего представления, а потому решено было начать самым что ни на есть незатейливым образом, а уж потом изобретать более сложные варианты.

Сергей сложил ладони рупором и рявкнул что было сил:

- Эй, кто тут есть! Выходи, поговорим!

Звук его голоса мгновенно затих, поглоченный невидимой стеной. Они покричали еще - вместе и по очереди. Но никаких видимых или слышимых результатов не добились.

Побродив туда-сюда по загадочной клетке, выстроенной неведомо кем, и еще немножко подумав, они решили прочесть формулу, уничтожающую Мару, миражи и вообще всякие фикции, связанные с восприятием окружающего мира. Эта идея пришла в голову Сергею, решившему, что все происшедшее могло им просто показаться, и что после сосредоточенного прочтения формулы они вполне могут оказаться где-нибудь поблизости от своего коттеджа на Димее, а то и вовсе в салоне туристского лайнера.

Но и формула ничего не изменила в неприятной реальности.

Земляне устали и отчаянно проголодались. Им обоим одновременно хотелось и есть, и пить, и спать. Марина сердито сказала:

- Такой вариант мы, кажется, не предусмотрели. Может быть, нас просто желают уморить голодом?

В то же мгновение, словно в ответ на ее слова, что-то зашелестело в темноте неподалеку от них, и не успели они испугаться, как в светлый круг влетела стайка летучих мышей, черных и противных, ничуть не похожих на огромных разумных крыланов. Мыши несли довольно большую плоскую корзину с четырьмя ручками, нагруженную самыми разнообразными продуктами. Осторожно опустив корзину точно в середину стола, мыши тут же улетели, тихо пища и посвистывая.

Сергей и Марина подошли к столу.

- Мне кажется, это вполне съедобно, - сказал Сергей, доставая из корзины гроздь темно-красных ягод, похожих на виноград. - И это тоже, - он ткнул пальцем в золотистый плоский хлебец.

- Больше-то у нас все равно ничего нет, - пожала плечами Марина. - А есть ужасно хочется. Да и подумай - зачем бы этому шутнику нас травить? Столько хлопот по устройству ловушки, а в результате - два покойничка?

- Ну, может быть, он хочет проверить действие местных ядов на представителей других цивилизаций? - предположил Сергей. - Может быть, у него какие-то далеко идущие планы, и он начал их реализацию с нас?

Марина рассмеялась.

- Может быть, - согласилась она. - Но мы все равно рискнем.

Выбрав большой круглый фрукт - нечто среднее между нектариной и яблоком - девушка приложила его к щеке и на мгновение замерла. Сергей тоже замер, ожидая результатов своеобразного теста.

- Мне кажется, здесь нет опасности, - осторожно сказала Марина. - Я лично собираюсь это съесть.

Она откусила кусок фрукта, а Сергей, не желая отставать, тут же впился зубами в хлебец. И ничего с ними не случилось. Еда оказалась очень вкусной. Потом они выпили воды из керамического кувшина и, окончательно осоловев, едва добрались до широкой кровати.

Уже засыпая, Марина вдруг пробормотала:

- А мыши-то были маленькие...

- А?.. - мало что соображая, откликнулся Сергей, но его подруга уже спала.

И тут до молодого человека дошло: мыши, принесшие корзину, и вправду были маленькими. Самые обыкновенные летучие мыши, каких можно увидеть на сотнях планет...

А утром землян ожидал новый сюрприз.


- Ну и что я могу поделать? - развел руками Прадж-Мачиг. - Аналитики выбрали тебя, вот и все. Конечно, ты там не один будешь, но пойми наконец планета совсем недавно подписала Конвенцию. Грандиозное нашествие землян выглядело бы слишком странно. Еще подумают, что мы заимели какой-нибудь меркантильный интерес... Нет, все отправляются туда под видом агентов туристических фирм. Будете готовить базу для грядущего туристического бума. Четыре-пять человек, больше мы себе не можем позволить. И ты - один из них, хочешь ты того или нет.

Харвич озадаченно почесал затылок, и тут же смущенно отдернул руку. Когда он наконец избавится от школьных привычек? Вроде не маленький уже...

- Ну, хорошо, - ворчливо проговорил он. - Деваться мне некуда, это я уже понял. Но что я должен искать, а главное - как? И кому докладывать о найденном?

- Кому - это последний вопрос, - энергично отреагировал Командор. - А что и как - тебе объяснят в Особом отделе. И очень быстро объяснят, потому что сегодня ты уже должен отправиться туда и прибыть на Димею утром по тамошнему времени... ну, часиков в десять. И сразу за дело. Все понял?

- Да уж чего тут не понять, - ответил вконец расстроенный лейтенант. - Я вообще-то в отпуск собирался... надолго я там застряну?

- Понятия не имею, - сообщил Прадж-Мачиг. - Может, за несколько дней управитесь а может, и на несколько месяцев застрянете. Как повезет. Все, иди.

Харвич встал. Вот уж неожиданный поворот кармы, подумал он. И с чего это ему так везет на странные цивилизации? То пауки, а то вот теперь летучие мыши... нет, это неспроста. Может быть, в прошлой жизни он и сам был каким-нибудь членистоногим? Или, еще того хуже, был котом и охотился на мышей? А теперь мыши начнут охотиться за ним. Да не какие-нибудь, а летучие. В полтора метра ростом. Харвич невольно представил, как он яростно, всеми четырьмя конечностями, роет землю, чтобы укрыться в яме от колотящих его крыльями черных гигантских вампиров... Вздрогнув, лейтенант покачал головой и вышел из кабинета Командора.

...Из Особого отдела Винцент Харвич выбрался поздно ночью очумевший, обалдевший и так далее. Точнее, его вывели, нежно держа под локоток, и прямиком потащили на крышу здания, чтобы посадить в скоростную "летучку" и доставить на космодром. Сопровождал ничего не соображающего лейтенанта пожилой особист, не любивший, похоже, зря тратить слова. Во всяком случае, Харвич ничего не услышал от него по дороге. И только когда они уже выскочили из "летучки" и направились к ожидавшему лейтенанта крейсеру Разведкорпуса, Харвич спохватился и спросил:

- А кто будет руководить операцией на Димее? Перед кем я должен отчитываться?

Хмыкнув, особист тихо пояснил:

- Там будет инспектор Ольшес. Даниил Петрович.

- А как я его найду?

- Он сам тебя найдет, когда надо будет. И найдет, и представится, и семь шкур с тебя спустит.

Харвич даже остановился после таких слов, но особист бесцеремонно подтолкнул его, и лейтенант зашагал дальше. Но не молча. Он пробормотал себе под нос:

- Ольшес... Где-то я слышал это имя.

Старый особист кивнул.

- Это имя слышал каждый, кто имеет хоть какое-то отношение к Федеральной безопасности, или вообще сталкивался с нашими делами.

- Вот как? - удивился Харвич. - И чем же он славен, этот Ольшес?

Особист, подумав, пожал плечами.

- Да в общем ничем. Просто... крутой мужик.

- И все?

- Ага, - фыркнул старый инспектор и, убедившись, что лейтенант вступил на трап крейсера, в конце которого его уже поджидали двое разведчиков, повернулся и, не попрощавшись, отправился назад к "летучке".

Харвич на мгновение остановился. Определение "крутой мужик", данное особистом коллеге, что-нибудь да значило, поскольку в Особом отделе все мужики, на взгляд Харвича, были уж такими крутыми, что дальше некуда. Винцент тут же представил себе гиганта, похожего на древних викингов, крушащего противника ударами мощных кулаков. Потом встряхнул головой и рассмеялся. Опять эти детские фантазии! Ну при чем тут кулаки, скажите на милость?!

И лейтенант Харвич зашагал вверх по трапу, навстречу новому повороту своей странной кармы.

...Димея оказалась самой что ни на есть простенькой планетой земного типа. Материки, океаны, горные хребты - полный стандарт. Но вот население Димеи у кого угодно могло вызвать нервный ступор. Когда Винцент Харвич, выйдя из шлюпа, доставившего его на поверхность Димеи, увидел встречавшего его представителя Столичной мэрии, он невольно разинул рот. Вежливо представившись, мышь чуть заметно улыбнулась и резко взмахнула крыльями. Харвич чуть не сел на землю. Мышь расхохоталась.

- Ну, как вы думаете, мы можем надеяться на большой приток туристов из гуманоидных областей галактики?

Откашлявшись, Харвич искренне ответил:

- Я думаю, к вам изо всех Галактик Конвенции поналетят... Вам только позавидовать можно. Здесь такие возможности... просто голова кругом идет, как представишь. Какой у вас размах крыльев?

- В среднем два метра. Но у стариков крылья шире.

- Да, но старые люди вряд ли смогут участвовать в больших шоу.

- Вы судите по гуманоидным стандартам, да?

- Ну, само собой, - согласился Харвич.

- У нас все несколько иначе, - сказал Кли-Кхор. - Но вы быстро разберетесь. В общем, пойдемте. Вы ведь не первый представитель большой туристической фирмы, гуманоиды уже посещали нас, и кое-какие идеи и планы мы уже имеем. Мы начали строить большую гостиницу для бескрылых, а для деловых людей уже давно готово жилье рядом с мэрией.

- А неорганизованные туристы вас пока что не одолевают? - с профессиональным интересом спросил Харвич.

- Отчего же, и эта публика уже появилась. Для них мы пока подготовили два коттеджа в Большом парке. Там тихо, вполне спокойно, чудесные пейзажи.

- И сейчас кто-нибудь есть? Мне бы хотелось с ними поговорить, узнать, какие у них впечатления, ну, и так далее. Главное, сами понимаете, выяснить, что может вызвать у гуманоида чувство дискомфорта в столь необычной обстановке.

- О, да, это очень важно, - согласился Кли-Кхор. - И вам будет легче понять их требования. До меня лично далеко не всегда доходит, что их раздражает.

- А такое случалось?

Кли-Кхор кивнул, и его огромные полупрозрачные уши, у основания покрытые серебристым пухом, колыхнулись. Харвич во все глаза смотрел на мышь. Ему вдруг представился хоровод рукокрылых, вьющихся над самой землей и грозно рокочущих... а в центре хоровода, на плоском жертвенном камне, лежат двое рыжеволосых землян, политых каким-то зеленым соусом... Харвич сердито зажмурил глаза и приказал себе не валять дурака.

Для удобства передвижения лейтенанта Харвича по Димее Особый отдел снабдил его федеральной "летучкой". Винцент оглянулся на нее, не зная, как быть. Кли-Кхор сразу понял его сомнения.

- Очень хорошо, что вы прихватили свою машину, - сказал он. - Вы первый до этого додумались. Я полечу рядом с вами.

Харвич усмехнулся.

- Видите ли... боюсь, что... Понимаете, на низких скоростях эта машина не слишком устойчива.

- А кто говорит о слишком уж низких скоростях? - весело произнес крылан. - Конечно, мы не ракеты, но... Между прочим, ни один из гуманоидов, побывавших у нас, не догадался спросить о скорости нашего полета.

- Вот как? - насторожился лейтенант. - И какова же эта скорость?

- Некоторые крыланы могут набирать двести пятьдесят километров в час, - с заметным ехидством в голосе ответил Кли-Кхор. - Вас это устроит?

Харвич в очередной раз разинул рот, и тут же подумал, что скоро это состояние станет для него хроническим. Так и будет ходить по Димее с отвисшей челюстью...

Кли-Кхор улыбнулся и предложил:

- Ну, поехали?

Харвич встряхнулся и направился к "летучке".

Забираясь в нее, он сказал:

- Еще очень важно не запороть рекламную кампанию. Мы с вами хорошенько подумаем, с чего лучше начать, что подчеркнуть, а что, возможно, и оставить в тени. И мне бы хотелось самому осмотреть Столицу и другие города, куда вы намерены приглашать гостей, и выбрать городские и сельские пейзажи для буклетов.

- Да, конечно, - согласился Кли-Кхор. - Я познакомлю вас с нашими специалистами по рекламе. У них уже есть несколько рекламных фильмов, но они сняты крыланами, и, само собой, неизвестно, как воспримут их гуманоиды. Так что и здесь ваш совет будет нелишним. Вы ведь представляете одну из самых крупных в Федерации туристических фирм, я ничего не перепутал?

- Да, я из фирмы "Эльдорадо", - подтвердил Харвич, поднимая "летучку" в воздух и сам удивляясь тому, как он ловко врет. Впрочем, у него и вправду лежала в кармане карточка сотрудника этой туристической фирмы. - Сюда собирались еще двое моих коллег. Они еще не прибыли?

- Нет, вы первый.

- Ну, значит, не сегодня-завтра явятся, - небрежно бросил Харвич. Наша фирма всегда действует с размахом. Наверное, именно поэтому у нас так мало стоящих внимания конкурентов.

Но, несмотря на уверенный вид, лейтенанту было не по себе. Правда, в Управлении его предупредили, что он может очутиться на Димее первым, но он все-таки надеялся, что кто-нибудь из настоящих, опытных инспекторов опередит его. Ну, раз уж так вышло, придется начинать работу самостоятельно.

И первой его задачей было найти тех четверых, что случайно забрели на Димею, и по возможности не спускать с них глаз. Харвич не слишком хорошо представлял себе, как бы это ему удалось. Начать с того, что и глаз-то у него всего два... К тому же Винцент не был уверен, что сумеет так запросто подружиться с двумя представителями далеких негуманоидных цивилизаций, по воле кармы залетевшими на Димею, и согнать в удобное для присмотра место все стадо, которое обязан пасти до полного выяснения обстоятельств... Уж поскорее бы явился кто-нибудь из специалистов Особого отдела! Ведь кроме бдительного наблюдения за посторонними лейтенант Харвич должен был еще и задействовать во всю силу свои особые способности общения с негуманоидами, то бишь как можно больше встречаться с мышами и разузнать как можно больше об их личной жизни и о том, почему четырнадцать землян бесследно сгинули в просторах Галактики вскоре после того, как посетили Димею...

Да, перед ним стояла именно такая вот двоякосложная проблема. Следить за тем, чтобы не случилось беды с уже имеющимися на Димее праздношатающимися, и одновременно пройти по следам исчезнувших представителей торговых и туристических фирм. Харвич, искоса поглядывая на мчащегося рядом с "летучкой" крылана, размышлял над тем, всегда ли федеральная безопасность работает вот в таком запредельном режиме, или это особый случай, выпавший специально на его несчастную долю.

Они опустились на центральной площади Столицы, напротив мэрии, и Харвич изумленно огляделся, не веря собственным глазам. Да, такой город можно увидеть только во сне...

Высоченные здания, опиравшиеся на изогнутые ноги, стояли непривычно далеко одно от другого, и на первый взгляд казалось, что они разбросаны вне какой-либо системы и порядка. Но присмотревшись, лейтенант понял, что в Столице, как и в любом городе, построенном разумными существами, есть улицы - просто они очень широкие и не отличаются особой геометрической прямолинейностью. А между домами и под ними проносились толпы крыланов... Яркие развевающиеся одежды в сочетании с огромными почти прозрачными крыльями - от белых и светло-бежевых до угольно-черных - производили неизгладимое впечатление. Во всяком случае, лейтенант Харвич, с его повышенной впечатлительностью, просто онемел.

Кли-Кхор коснулся его плеча длинными тонкими пальцами с крупными суставами.

- Ну, каково мнение бескрылого? Мы можем рассчитывать на прибыли от межпланетного туризма?

Харвич глубоко вздохнул, приходя в себя, и протяжно воскликнул:

- Ого-го! И какие прибыли!

Крылан рассмеялся.

- Итак, с чего вы хотели бы начать? Сначала поговорите с нашими специалистами, или у вас какие-то другие планы?

- Сначала я хотел бы поговорить с землянами, - уверенно ответил лейтенант. - Не знаете, как их найти?

- За их передвижениями должна присматривать полиция, - сказал Кли-Кхор. - Сейчас попробуем выяснить.

Он достал из-за пояса радиотелефон и набрал номер. Харвич отошел в сторонку, чтобы не мешать разговору, а заодно еще раз полюбоваться свободным полетом крыланов. Через несколько минут Кли-Кхор окликнул его:

- Винцент! Они сейчас в Естественно-историческом музее. Я провожу вас туда.

- Спасибо, - весело поблагодарил крылана Харвич, обрадованный тем, что земляне живы-здоровы. Впрочем, на самой Димее и прежде ни с кем ничего не случалось. Люди пропадали уже после, отбыв с этой планеты...


Проснувшись, Марина не сразу поняла, где она находится. Купол смутного света, чужая постель... Но через несколько мгновений она все вспомнила и резко села, сбросив одеяло. Рядом на широкой кровати спал Сергей. А по соседству с освещенным кругом их таинственной клетки возникли еще два светлых круга, частично пересекшиеся с первым. Марина всмотрелась в них... и что было сил толкнула Сергея:

- Эй, просыпайся!

Сергей испуганно вскочил и уставился на Марину.

- Ты что, с ума сошла? Ой...

Он тоже вспомнил вчерашние события.

- Смотри! - шепотом сказала Марина, показывая на новые клетки.

Сергей озадаченно потер глаза и снова ойкнул.

Землянам составили компанию двое новых пленников.

В бледном круге света слева от землян стояла явно растерянная девушка неземного типа, в свободном темно-зеленом платье, почти достигавшем пола. По сравнению с землянами она была маленькой и очень хрупкой, но у нее тоже были рыжие волосы... Правда, не такие красно-огненные, как у Сергея и Марины, а скорее бледно-морковные, но все-таки рыжие. Девушка замерла, приложив палец к серьге-переводчику, как будто прислушиваясь к чему-то, что оставалось неслышным для землян. Она смотрела в темноту и не заметила, что земляне проснулись. Марина и Сергей переглянулись.

- Похоже, тут открылся межгалактический филиал клуба рыжеволосых, прошептал Сергей. - Но я что-то не пойму, кто в третьем круге...

В клетке девушки-гуманоида стояли, как и у землян, стол, стулья и кровать. Но в третьем световом пятне находилось нечто непонятное. Больше всего это сооружение напоминало помесь шведской стенки с дюжиной детских люлек. А рядом с этой изысканной конструкцией красовалось вроде бы кресло-качалка, но перевернутое вверх ногами.

- Ну и ну... - выдохнула Марина, и в это мгновение девушка в зеленом платье обернулась и шагнула к ним.

- Вы... - тихо сказала она и замолчала.

- Мы тоже пленники, - поспешила объяснить Марина, испугавшись, что девушка примет их за нехороших типов, способных воровать девиц на чужих планетах. - Мы здесь с вечера.

- А...

И тут из третьего круга раздалось мощное пыхтение. Одна из люлек, подвешенных на шведской стенке, закачалась, и из нее вывалился на пол мягкий шар диаметром в полметра. Он смачно шлепнулся на камни и скрипучим басом сообщил: "Бу-у-у..."

Марину и Сергея почему-то ничуть не удивило то, что шар был покрыт нежным рыжим пушком...

- Очень смешно, - проворчал Сергей. - А этот рыжий откуда? Ты таких когда-нибудь видела, а, Маришка?

- Нет, даже и не слыхала о похожих. Наверное, он из какой-нибудь дальней области, - предположила Марина. - Ну, сейчас он сам все объяснит, я думаю.

- Если это не дама, конечно, - так же ворчливо сказал Сергей.

- А чего ты такой недовольный? - удивилась вдруг Марина.

- А чему радоваться-то?

Шар тем временем медленно вытянулся вверх, превратившись в некое подобие толстого огурца в метр высотой, выпустил с десяток ложноножек, протопал к границе освещенного круга и принялся обследовать невидимую стену. Делал он это основательно, распластываясь по границе света и тьмы и порой доводя себя до почти прозрачного состояния. Земляне молча наблюдали за его манипуляциями, и девушка-гуманоид тоже стояла, не шевелясь, не сводя больших темных глаз со странного существа.

Наконец огурцу то ли надоело ползать по стенкам клетки, то ли он пришел к выводу, что занятие это лишено смысла. Он снова свернулся в шар и покатился к землянам. Марина тихо пискнула. Шар тут же заговорил:

- Почему вы издаете звуки, лишенные информационной наполненности?

- А чем, собственно, он говорит? - спросил Сергей, ни к кому в особенности не обращаясь. - И где у него переводчик?

- В переводчике я не нуждаюсь, - не замедлил откликнуться шар. - А чем я говорю - не ваше дело.

- Получил? - фыркнула Марина.

- Мое имя - Клатоварпоридариус, - представился шар, и, немного помолчав, добавил: - Похоже, для вас это сложновато. Ну, подберите сами любое наименование, мне все равно.

- Клавдий? - осторожно предположила Марина.

- Сойдет, - благодушным тоном бросил шар. - А вы кто?

- Мы земляне, - ответил Сергей. - Мою подругу зовут Мариной, меня Сергеем.

Шар снова немного помолчал, потом пробасил:

- А, это падежные изменения. Понял. А ты, девочка? - Он перекатился чуть ближе к молчавшей до сих пор девушке в зеленом платье. - Ты откуда, кто, как зовут?

- Я из созвездия Персея, - тихо сказала бледно-рыжая хрупкая красавица. - Мое имя - Нэя.

- Отлично! - рявкнул шар. - Осталось выяснить, кто завлек нас в это таинственное место, а главное - с какой целью. Вам уже известно что-нибудь?

- Нет, - хором ответили трое гуманоидов.

Клавдий смялся в толстую лепешку и умолк. Земляне решили, что он задумался над решением загадки клеток и их владельца, и подошли к Нэе.

- Ты как сюда попала? - спросила Марина. - Мы, представь себе, просто шли по улице - и провалились неведомо куда. Мы просто хотели посмотреть планету с летучими мышами, и вот - на тебе!

- И я тоже, - грустно сказала Нэя. - Я поехала отдыхать, а по дороге услышала о новой планете, и решила, что это очень интересно - летучие мыши... Мне сказали, что планета недавно подписала Конвенцию, но здесь уже бывали туристы, и ни с кем ничего дурного не случалось.

- Ну да, - кивнул Сергей. - И нам сказали то же самое. А результат сама видишь. Что делать-то будем?

- Может, попробуем сбежать? - предположила Нэя.

- Да не выйти отсюда! - сердито бросила Марина. - Мы вчера все стенки ощупали. Ох, добраться бы мне до того шутника, который это подстроил!

Сергей рассмеялся.

- И что бы ты с ним сделала? - поинтересовался он.

- Да уж сделала бы, - огрызнулась Марина.

Нэя спросила:

- А как вы думаете, зачем мы ему понадобились? Он хочет нас убить, съесть, или тут дело в чем-то другом?

- В другом, - уверенно ответила Марина. - Обрати внимание, он набрал исключительно рыжих. Значит, это связано с колдовством, ворожбой, вообще с чем-то таким, не относящимся к пропитанию.

Нэя испуганно поежилась.

- А кстати, о пропитании, - сказал Сергей. - Я бы не прочь позавтракать. Да и умыться не помешало бы. Интересно, ванну нам предоставят, или нет?

Нэя осторожно улыбнулась.

- Ванну... Какой ты смешной. Я что-то даже не уверена, что нас накормят.

- Вечером же кормили! - возразила Марина.

- А... Я попала сюда только рано утром. Вышла погулять на рассвете, и вот... И тоже, конечно, ужасно хочу есть.

Воззвание о завтраке было услышано.

Послышался тихий писк, шорох многочисленных кожистых крыльев - и снова, как накануне вечером, маленькие летучие мыши принесли еду. На этот раз прилетели три стайки, с тремя корзинами, - но еда во всех трех корзинах была одинаковой. Поставив корзины на пол возле Клавдия, мыши улетели.

Нэя взяла лепешку, с сомнением осмотрела ее и спросила:

- Это съедобно?

- А ты привыкла к чему-то другому? - догадалась Марина.

- В общем, да. У нас... ну, неважно. Это фрукты? - Она подняла гроздь красных ягод.

- Ага, - кивнул Сергей, откусывая здоровенный кусок пирога неизвестно с чем. - Мы вчера ели такие, вкусно.

Нэя отщипнула ягодку, надкусила ее и аккуратно высосала сок. Подумав, взялась за вторую ягоду, потом за третью... Марина тем временем налегла на хлебцы, то и дело поглядывая на Клавдия, по-прежнему неподвижно лежавшего на каменном полу.

- Интересно, а ему эта еда подойдет? - сказала наконец Марина.

Клатоварпоридариус шевельнулся.

- О! Услышал! - воскликнул Сергей. - Тоже проголодался, не иначе.

- Ничего подобного, - прогудело из лепешки на полу. - Я питаюсь, во-первых, совсем не так, как вы, двуногие прямоходящие, а во-вторых гораздо реже. У меня другой метаболизм.

- Рад за вас, - сообщил Сергей. - Потому что вряд ли наш таинственный захватчик станет трудиться, подбирая каждому соответствующую пищу.

- А почему бы и нет? - возразила лепешка. - Если его программа требует для реализации длительного времени - ему поневоле придется это сделать.

- Вообще-то верно, - согласился Сергей. - Но мы же ничего не знаем о его программе!

- Узнаем! - категорически бросила лепешка и начала трансформироваться в огурец.

- А вы тоже турист? - спросила Нэя, расправившись с последней ягодой из грозди.

- Еще чего не хватало! - возмутился огурец, отращивая ложноножки. - Я ученый, специалист по рукокрылым. Я изучал летучих мышей на ста двенадцати планетах! Но все они были абсолютно безмозглыми. А эти оказались уж слишком башковиты.

Земляне и Нэя расхохотались. Да, не повезло специалисту по рукокрылым!

- Зато теперь у вас будут огромные возможности для изучения особо сообразительного представителя мышиного рода, - сказал Сергей. - Если, конечно, мы его вообще увидим. А может, так и будем здесь сидеть до распада Вселенной.

Клавдий громогласно фыркнул и затопал к краю освещенного пространства. И снова принялся ощупывать каждый квадратный миллиметр невидимой стены. Земляне и Нэя молча наблюдали за ним. Все трое думали об одном: почему их до сих пор не нашли и не извлекли из клеток?.. Это было слишком непонятно. Четверо гостей пропадают, можно сказать, на глазах у всей планеты, - и никто этим не обеспокоен? Ведь совершенно очевидно, что за ними присматривали, что их маршруты были известны столичной полиции... Так в чем же дело?

Лишь много позже они узнали, почему никому и в голову не пришло искать их. А в тот момент...

Они вдруг услышали странные звуки - словно огромные когти скребли по гравию... и во все стороны летели камешки, и их стук временами заглушал визгливый скрип... а потом вокруг потемнело, и они потеряли из виду Клавдия, а прямо им на головы посыпались крупные ледяные градины. Марина вскрикнула и прижалась к Сергею. Он одной рукой обнял свою подругу, другой - молча прильнувшую к нему Нэю, и трое гуманоидов замерли в ожидании...


Харвичу повезло - в Музее естественной истории он обнаружил не только землян, но и девушку из Персея, Нэю. Все трое с интересом слушали пояснения экскурсовода к экспозиции, представлявшей собой нечто вроде картины из жизни предков современных крыланов - гнездо на дереве, в гнезде - выводок малышей; задник декорации изображал собой горный склон с пещерой. Всё вместе означало, что крыланы в какой-то момент своего развития вышли из пещер на свет и тем самым двинулись по новому пути эволюции, заодно отказавшись от вампиризма.

Ну что ж, подумал Винцент, среди наших предков тоже были каннибалы. Ничего особенного. Нормальный путь разумных существ.

А потом он залюбовался на внеземную девушку, и больше уже экскурсовода не слышал. Нэя была нежной и хрупкой, с тонкими чертами лица, с бледно-золотыми пышными волосами... Винцент не сводил с нее глаз, и наконец девушка обернулась, явно ощутив неловкость. Харвич не успел отвести взгляд. И тут...

Ему вдруг показалось, что в глубине огромных глаз красавицы из Персея мелькнуло нечто нечеловеческое, жестокое, холодное... Лейтенант вздрогнул и чуть было не отступил назад. Но вот Нэя улыбнулась, и Харвич покачал головой, дивясь собственной дурости. Опять его необузданное воображение подвело! Такая милая девушка... да не милая, а потрясающая!

Экскурсовод наконец умолк, и земляне повернулись к Харвичу.

- Кажется, нашего полка прибыло, - сказала Марина, встряхнув пышными огненными волосами. - Ты тоже турист?

- Нет, я сотрудник туристической фирмы, - с улыбкой ответил лейтенант. - Винцент Харвич.

- Сергей, - представился землянин, протягивая лейтенанту руку. Харвич пожал крепкую ладонь, и... и снова его передернуло от ощущения чужеродности, холода, злобы...

"Да что это со мной сегодня? - сердито думал Харвич, машинально продолжая разговор. - Завтрак, что ли, несвежий был?"

- Так ты здесь по службе? - спросила Марина. - Прибыл готовить базу для нашествия любопытных?

- Ага, - кивнул Харвич, то и дело поглядывая в сторону Нэи. - И мне очень повезло, что вы здесь оказались. Я, если не возражаете, постараюсь как можно больше времени проводить с вами. Мне нужно...

- Все понятно, - не дал ему закончить Сергей. - Мы будем выступать в роли опытных образцов. Ты будешь на нас примерять свои идеи.

- Верно, - согласился Винцент. - Как-никак, здесь живут существа летающие, а налетят - бескрылые.

Марина расхохоталась. Нэя улыбнулась. Сергей фыркнул и сказал:

- Да, нелегко будет создать здесь по-настоящему комфортные условия для гуманоидов. Начать хотя бы с дорог...

И они углубились в обсуждение тех проблем, которые уже выявились за время пребывания землян и Нэи на планете крыланов.

Но почему-то в воображении лейтенанта Харвича то и дело вспыхивали образы злобных существ, ничуть не похожих на тех реальных людей, которые находились рядом с ним...

В конце концов Харвич, устав от раздвоения собственной личности, а заодно вспомнив, что кроме Нэи есть в мире и многое другое, сказал:

- Мне тут нужно еще кое-куда сбегать. Давайте пообедаем вместе, хорошо?

- Конечно, - ответил за всех Сергей. - Ты где остановился?

- В гостинице для деловых людей, около мэрии.

- Вот и отлично. Мы там уже гуляли, и, кажется, ресторанчик напротив мэрии стоит того, чтобы в него заглянуть. Во сколько встречаемся?

Харвич посмотрел на часы. Ему и в самом деле нужно было сделать довольно много, но в то же время он боялся оставить туристов одних надолго.

- В два? - вопросительно произнес он.

- Годится, - согласилась Марина.

Нэя почти все время молчала, и на этот раз тоже просто кивнула головой. Харвич мысленно посетовал на то, что девушка с таким красивым голосом не любит разговаривать. Ее было так приятно слушать...

Туристы отправились осматривать выставку скульптуры под открытым небом, а Харвич на "летучке" вернулся в центр Столицы. Там, оставив машину рядом с гостиницей, он зашагал по улице, поглядывая по сторонам. Ему позарез нужно было познакомиться с кем-нибудь из местных жителей. Просто познакомиться, поговорить... а там видно будет.

Сверившись с картой и обнаружив, что идет он в сторону Дворца Правителя, лейтенант резко повернул налево, чтобы сделать круг и отправиться в противоположную сторону. В Особом отделе его специально проинструктировали на этот счет: искать знакомств среди самых что ни на есть простых людей. Выслушивать с максимальным вниманием все сплетни и слухи, блуждающие на окраинах. И так далее в этом роде.

Конечно, дойти до окраины Столицы пешком Харвичу вряд ли удалось бы так уж скоро, учитывая размеры этого города, но он вообще-то отложил это на вечер, когда закончится рабочее время и крыланы вернутся по домам, а туристов он запрет в их коттедже. А пока лейтенант решил просто побродить где придется, и выяснить, станут ли рукокрылые откровенничать с посторонним гуманоидом. Он шел и шел, но ему все не удавалось увидеть хоть одну мышь, чем-нибудь занятую на земле. Все они витали в воздухе, а крыльями лейтенанта, к сожалению, не снабдили. Но вот наконец Харвичу повезло.

Рядом с одним из домов он заметил двух крыланов, вскапывавших клумбу. Неподалеку от будущего цветника стояли небольшие ящики с рассадой и лейка, лежали в примятой траве грабли и примитивная тяпка. Работая, садовники что-то оживленно обсуждали. Харвич решил воспользоваться ситуацией. Он приблизился к работавшим сзади, как можно осторожнее. И, как тут же выяснилось, не зря старался. До него донесся обрывок разговора.

- ...А я тебе говорю, они ночью из канализации лезут!

- Да может, это сантехники чего проверяют!

- Ты мне еще скажи! Я что, не отличу нежить от крыланов?

- Да чего им делать в канализации?

- А живут они там!..

Но тут садовники услышали шаги подошедшего уже почти вплотную Харвича и, резко умолкнув, выпрямились и уставились на лейтенанта. И Харвич увидел мгновенную вспышку отчаянного страха на их лицах... Но едва лишь мыши поняли, кто перед ними, как страх исчез.

Старший из крыланов нервно вздохнул, младший криво улыбнулся, и оба они явно обрадовались Харвичу.

Само собой, лейтенанта это изрядно озадачило, но он не подал виду, а просто вежливо поздоровался и принялся молоть языком:

- А можно мне посмотреть, как вы работаете? А что это за цветы? Красивые? Высокие или низкие? Крупные, да? Вот интересно, на других планетах они могли бы прижиться? Наша фирма, знаете ли, создает на разных планетах очень интересные ботанические сады, мы собираем растения из многих галактик, и это привлекает туристов...

Крыланы молча смотрели на него, и Харвич в конце концов решил, что они приняли его за идиота. Но он просто хотел дать им время, чтобы опомниться... ведь чего-то они боялись?

Наконец лейтенант замолчал, и тогда старший из садовников, с тяжелыми складками кожи на шее и густо-коричневыми крыльями, спросил:

- Так ты по туристической части, да?

- Ну... в общем, вроде бы так, - медленно произнес Харвич, уловив в вопросе некий подтекст. Если он не ошибся - крылан поймет смысл его ответа.

Садовник внимательно посмотрел на Винцента, потом они с молодым коллегой обменялись взглядами. Старший, помолчав, задал следующий вопрос:

- И с какой ты планеты?

- С Земли. Это центр Федерации, в которую вы недавно вступили.

- Знаем, слыхали, - проворчал старый крылан. - Там у вас, говорят, колдуны сильные, а?

Харвич рассмеялся.

- Нет, колдовством на Земле не балуются. У нас другое Учение.

- А какое? - тут же спросил старик, и снова в его вопросе Харвичу послышалось не просто любопытство, а нечто совсем другое.

- Это долго объяснять, - сказал Винцент. - Очень долго. Да и не в этом дело. Видишь ли... это такое Учение, что если человек не созрел для него - все равно не поймет, и уж тем более не примет.

Молодой крылан, до сих пор державшийся чуть в стороне, шагнул поближе, и его мягко спадающие на землю крылья зашелестели. Харвич удивился - звук показался ему на редкость музыкальным.

- Ну хоть что-нибудь скажи о своем Учении, - попросил молодой садовник, и Винцент, посмотрев ему в глаза, увидел хотя и непонятный, но искренний интерес. А потому, вздохнув и подумав, ответил:

- В общем... главная идея та, что каждый сам выбирает свой путь. И все, что с нами происходит, есть результат наших собственных предыдущих поступков. В этой и прошлых жизнях. Вот так. А остальное - следствия и практические выводы. Добрые поступки - хорошие результаты. Злые поступки ну, понятно... Короче, некого винить в своих бедах, не на кого свалить свои проблемы... сам во всем разбирайся и сам трудись ради того, чтобы не страдать в будущем.

- В прошлых жизнях? - недоверчиво переспросил старик. - Так вы живете не один раз?

- Все живут не один раз, - серьезно сказал Харвич. - Но не все об этом знают.

Садовники снова переглянулись, и, кажется, хотели спросить еще о чем-то, но тут из-за опоры здания вышел еще один крылан, одетый не в бесформенные зеленоватые балахоны, как рабочие, а в очень нарядную синюю куртку с заклепками и множеством эмблем и кожаные брюки.

- Эй, - сердито воскликнул он, - вы чего тут болтаете? Вас для чего наняли, для болтовни?

- Извини, хозяин, - и старший крылан, резко подтолкнув молодого коллегу, взялся за лопату. - Мы на минутку отвлеклись, сам видишь, какой случай. К нам пока что не каждый день бескрылые забредают.

И садовники вернулись к работе, вовсе, казалось, забыв о Харвиче.

А деловитый крылан в синей куртке быстро подошел к лейтенанту и, вежливо поздоровавшись, оглядел землянина с головы до ног.

- Знаешь, - сказал он, - я до сих пор ни разу бескрылых вот так близко не видел. Ничего, что я тебя так рассматриваю?

- Ничего, - рассмеялся Харвич. - Я тоже на вас еще не насмотрелся. Никогда рукокрылых не видывал.

- Правда? - удивился крылан. - Неужели во Вселенной больше нет таких, как мы?

- Может, и есть где-нибудь, - пожал плечами Харвич. - Но мы пока ничего о них не знаем.

- Здорово! - обрадовался крылан и слегка поклонился. - Ла-Трис. А ты?..

- Винцент Харвич, - представился лейтенант. - То есть просто Винцент, так удобнее.

- Хорошее имя, - задумчиво произнес крылан. - Длинное и сложное. Четыре слога! Ты случайно не королевской крови?

- Чего? - вытаращил глаза Харвич.

Ла-Трис бросил на него короткий взгляд и сменил тему.

- А ты турист, или по какому-то делу?

- Я организатор, - пояснил Харвич. - У нас многие считают, что ваша планета может стать одним из главных центров межгалактического туризма, если, конечно, вы сами не станете возражать против этого.

- Уж мы-то не станем! - уверенно воскликнул крылан. - Туристы - это деньги. А кто станет возражать против денег?

- Ну, как посмотреть, - усомнился Харвич. - Вам ведь могут и не понравиться толпы любопытных... и все - бескрылые. Что гуманоиды, что негуманоиды. Интерес-то в основном будет строиться на вашей необычности, на отличии вас от жителей других звездных систем. Вообще-то в Конвенции есть две цивилизации летающих разумных существ, но они больше похожи на птиц, и совсем не так эффектно выглядят, как вы.

- Вот и хорошо! - обрадовался Ла-Трис. - Тем выгоднее для нас!

Харвич покрутил головой, окончательно развеселившись. Да, дельцы во всех галактиках одинаковы. Что бескрылые, что крылатые. Плевать им на все, кроме прибыли.

Они еще немного поболтали о том, о сем, и вдруг Харвичу снова почудилась злобная чужеродность... и Ла-Трис словно бы растворился в воздухе, и на его месте остался лишь некий темный сгусток, бесформенный и отвратительный...

Лейтенант испугался, решив, что он просто-напросто заболел, подхватив какую-нибудь экзотическую заразу, и поспешил распрощаться с крыланом. Тому явно не хотелось так скоро расставаться с гуманоидом, но Харвич сослался на дела и ушел.

К тому же время и в самом деле шло к обеду, а в два часа он должен был встретиться с землянами и Нэей. Лейтенант поспешил к центру Столицы.

...Они уселись за столик, покрытый нарядной клетчатой скатертью. К ним тут же подошла рукокрылая официантка в белом кружевном фартучке и кружевном же чепчике, из под которого по бокам выглядывали кокетливые черные локоны. Ее острое мышиное личико горело от возбуждения, складки дымчато-серой кожи на шее подрагивали. Этой девушке явно никогда не приходилось обслуживать гуманоидов.

- Что будете заказывать? - шелестящим голосом спросила она.

Харвич повернулся к Нэе.

- Ты уверена, что здешняя пища не повредит тебе?

- Да, все в порядке - кивнула внеземлянка. - Меня на этот счет подробно инструктировали.

- Ну, и нам здесь можно есть все, что вздумается, - сказал Харвич, снова обернувшись к официантке. - Вот только мы понятия не имеем о ваших блюдах, так что вы уж посоветуйте нам, что выбрать.

Официантка улыбнулась, продемонстрировав отличные острые зубки.

- Если не возражаете, то лучше бы начать с нашего фирменного салата, - предложила она. - Мы готовим его из самых простых трав, но приправляем особым соусом. Его состав - наш фирменный секрет. Но, честное слово, это очень вкусно... - Чуть смутившись, она добавила: - То есть очень вкусно для нас, разумеется. Если бы я знала, к чему привыкли вы...

- Мы привыкли к чему угодно, - сообщил Сергей. - Мы очень любим путешествовать, а на разных планетах - разные вкусы. И всегда интересно попробовать что-то новенькое. Так что не сомневайтесь, тащите ваш салат.

- Хорошо, - кивнула официантка. - А потом я бы предложила вам бульон из моллюсков, жаркое из ... - Она произнесла какое-то слово, на котором дружно споткнулись переводчики всех троих гуманоидов, и продолжила: - А на десерт - фирменный сок, пирожные, сыр и... - Последнее слово было переведено как "чай", но с запинкой.

- Прекрасно! - сказала Марина. - И, если можно, поскорее. Мы просто умираем от голода.

Через несколько минут на столе уже стояли золотистые тарелки с ярко-зеленым салатом. Попробовав его, земляне единодушно решили, что это действительно очень вкусно. К салату им подали румяные плоские хлебцы крохотные, круглые. Все принялись за еду, и при этом Сергей и Марина весело рассказывали о том, что они успели повидать в первой половине дня. Харвич с большим интересом слушал их, то и дело задавая вопросы. Ему-то было не до музеев. Хорошо хоть в один смог случайно заглянуть...

А потом принесли бульон, а потом жаркое - и все было отличным. Гуманоидам понравились все блюда, популярные у крыланов, и они честно сообщили об этом обрадованной официантке. Подавая им десерт, она сказала:

- Это просто замечательно... Во всяком случае, теперь мы знаем, что для жителей по крайней мере двух созвездий нам не придется готовить какую-то особую еду!

И Харвич снова удивился простой деловитости крыланов.

Нэя, как обычно, помалкивала. Харвич, не желая слишком уж смущать девушку своим вниманием, следил за ней боковым зрением, и ему все время хотелось, чтобы Нэя улыбнулась, заговорила, вообще как-то ожила...

А потом он снова увидел в ней зло.


...Трехэтажная гостиница для деловых людей, построенная рядом с мэрией, была, конечно, довольно скромной на земной взгляд, но если учесть, что летучие мыли проектировали ее самостоятельно - она просто поражала, потому что была по-настоящему удобной для бескрылых существ. Широкие лестницы, вместительные лифты, номера с балконами, отличная мебель... Харвич, входя в вестибюль, подумал, что, наверное, крыланов все-таки консультировал какой-нибудь гуманоид - из тех, что приезжали сюда с ознакомительными целями, а потом бесследно исчезли... Портье окликнул лейтенанта из-за стойки:

- Добрый день... ваш коллега прибыл, он ждет вас в вашем номере.

- Мой коллега? - Харвич, поглощенный мыслями о пропавших людях и о той черной силе, которая привиделась ему в рыжих землянах, Нэе и случайно встреченном крылане Ла-Трисе, не сразу понял, о чем речь. Но тут же встрепенулся. Коллега... - Давно он здесь? - спросил лейтенант, чуть не бегом направляясь к лестнице.

- Да уже с полчаса, - ответил портье в спину Харвичу и огорченно воскликнул: - А лифт?..

- Это для калек, - отмахнулся Винцент, прыгая через две ступеньки. У вас тут всего-то три этажа!

Мгновенно взлетев на самый верх (он попросил поместить его на третьем этаже, чтобы любоваться Столицей с балкона номера), он подбежал к своей двери и рывком распахнул ее.

- О, наконец-то! - услышал он.

Из глубокого кресла, обитого золотистой мягкой тканью, поднялся навстречу Харвичу высокий сероглазый человек - худой, крепкий и явно более чем энергичный, одетый в темно-синий странный комбинезон с широким поясом и зеленовато-желтую рубашку. Винцент остановился, вглядываясь в него. Так это и есть Ольшес? Крутой мужик? Ну, с виду не скажешь...

- Ты, значит, и есть патрульный с особым даром? - спросил сероглазый инспектор, в свою очередь присматриваясь к лейтенанту. - Ну, посмотрим, чем твой дар нам поможет... Меня зовут Даниилом Петровичем. Впрочем, тебя же инструктировали.

- А ты один прибыл? - поинтересовался Харвич, вспомнив, что вообще-то на Димею собирались послать двоих-троих инспекторов.

- Пока да, - кивнул Ольшес. - Но к вечеру явятся еще двое. Они пока ждут кое-какой информации. Как получат - сразу будут здесь. Они неподалеку, в этой системе. На крейсере томятся.

Харвич хихикнул, представив двух жутко скучающих инспекторов, шатающихся по отсекам крейсера Разведкорпуса, - а Ольшес мгновенно насторожился, но промолчал.

- Ну, чем порадуешь? - спросил он. - Что удалось узнать?

- В общем, ничего, - пожал плечами Харвич. - Но было несколько странных эпизодов. Только я не думаю, что они имеют отношение к делам на этой планете. Скорее всего я просто приболел немножко.

- Рассказывай! - потребовал Ольшес, падая обратно в кресло и широким жестом предлагая лейтенанту сесть напротив. - И во всех подробностях!

И лейтенант рассказал. А потом добавил:

- И еще я уловил обрывок непонятного разговора о нежити в канализации.

Выслушав и это, Даниил Петрович углубился в размышления. Харвич молчал, не решаясь мешать работе инспекторской мысли.

Внезапно Ольшес вскочил, как подброшенный пружиной.

- Ладно, пошли, - сказал он. - Где сейчас наши подопечные гуманоиды?

- Собирались пойти на дневной спектакль в театр.

- Где это?

Харвич показал на карте, где расположено нужное здание.

- Отлично, - сообщил Даниил Петрович. - Сейчас и мы туда рванем. А они не встречались здесь с ученым негуманоидом? Его тоже надо отыскать.

- Нет, - покачал головой Винцент. - Не упоминали.

- Ну, им займемся попозже. Пошли!

И они отправились на улицу. Харвич вдруг сообразил, что перед гостиницей стоит только его собственная "летучка", и тут же спросил:

- А ты что, без транспортных средств явился?

- Ну почему же, - усмехнулся инспектор. - Просто моя штучка стоит на крыше. А номер я снял, как и ты, на верхнем этаже. Соображаешь?

Лейтенант немного удивился. Зачем такие меры предосторожности? Они ведь на мирной планете, здесь ничего плохого ни с кем не случалось... Хотя, конечно... Если учесть все обстоятельства - наверное, инспектор прав. Да и вообще ему виднее, что делать и как. Он специалист, а Харвич - всего лишь дилетант, случайно угодивший в сферу интересов Федеральной безопасности.

Через несколько минут они были уже у входа в театр. Это здание отличалось от окружающих. Конечно, оно тоже возвышалось над землей, но было всего лишь двухэтажным и опиралось не на обычные для Столицы изогнутые "ноги", а на нечто вроде увитых цветочными гирляндами толстенных змей. Харвичу показался очень странным вид висящего в воздухе портика с колоннами и широкой полукруглой площадкой перед ним.

Посадив "летучку" на дорожку перед театром, Ольшес соскочил на землю и задрал голову вверх.

- Ну что, запрыгнем? - весело сказал он.

Харвич прикинул, на какой высоте висела площадка - не меньше восьми метров... и озадаченно уставился на Даниила Петровича.

- Как это - запрыгнем? - спросил он.

- А запросто! - Ольшес примерился взглядом, раз-другой легко подскочил на месте - и вдруг очутился стоящим высоко над головой лейтенанта, на краю площадки. И тут же сбросил Харвичу невесть откуда взявшуюся тонкую бечеву с узелками.

- Карабкайся, малыш! - радушно пригласил он.

И Харвич послушно полез наверх, по дороге думая о том, что же вообще представляют из себя инспектора-особисты? Ну, впрочем, ему же говорили, что Ольшес - личность из ряда вон...

Через несколько секунд лейтенант утвердился на ногах рядом с Даниилом Петровичем. Бечевка так же мгновенно, как появилась, исчезла в одном из карманов комбинезона инспектора Ольшеса, а Харвич, оглянувшись, увидел, что к ним, шелестя темными крыльями, уже направляются два остролицых швейцара в зеленых пиджаках с золотыми галунами. Оба радостно улыбались. Наверное, подумал Харвич, решили, что все гуманоиды такие же прыгучие, и им это, похоже, понравилось.

- Здравствуйте, здравствуйте! - воскликнул инспектор. - Можно нам поприсутствовать на представлении?

- Рады вас видеть! - хором отрапортовали крыланы. - Извольте сюда...

Землян проводили через обширный холл ко входу в зрительный зал. По дороге их перехватила старая мышь - тоже в униформе со множеством золотых галунов - и вручила две программки, отпечатанные на плотной меловой бумаге с золотым обрезом. Харвич мимоходом подумал, что летучие мыши, похоже, любят блеск, как земные сороки. Но потом их с Ольшесом усадили в широкие кресла, лейтенант взглянул на сцену - и все посторонние мысли тут же вылетели из молодой лейтенантской головы.

На сцене разворачивалась любовная драма.

Рукокрылая леди в бело-серебряном свободном хитоне, с широким жемчужным ожерельем,

почти терявшимся в тяжелых складках свисающей с шеи кожи, рыдала, заламывая руки, и ее светло-серые волосы каскадом падали на довольно красивое, на взгляд Харвича, лицо. Белые крылья дамы бессильно обвисли, и искренние страдания актрисы вызвали в зрительном зале бурю вздохов и всхлипов. Винцент с трудом оторвал взгляд от леди и посмотрел на ее партнера. О, это был типичный злодей-соблазнитель! Такого можно увидеть на сценах всех галактик. Правда, в жизни Харвичу ни разу не приходилось видеть подобного типа - ни в одной из галактик, - но от этого он не становился приятнее. Особенно не понравились Винценту тонкие, закрученные на концах усики под вытянутым мышиным носом... но лейтенанту не пришлось насладиться развитием драматических перипетий. Его бесцеремонно толкнул в бок острый локоть Даниила Петровича.

- Эй, ты! В зал посматривай! Нашел землян?

Харвич сердито подумал, что Ольшес и сам не слепой, давно бы мог отыскать троих гуманоидов среди сплошных крылатых существ, тем более, что земляне отличаются весьма выдающимися огненными шевелюрами... но вовремя вспомнил, что вообще-то он и сам на службе. А значит, инспектор прав.

Поскольку их усадили на некоем возвышении, отдаленно напоминающем ложу, только без барьеров, то Харвич отлично видел все ряды партера. И, конечно, ему не составило труда найти две ярко-рыжие головы землян, рядом с которыми светилась бледным золотом головка Нэи.

- Ну, нашел, - шепотом буркнул он. - И что дальше?

- А ничего! - беспечно ответил инспектор. - Вот на них и любуйся, а мышиные истерики на сцене - это не для нас.

Харвич обиделся за актрису. При чем тут истерика? Леди играла отлично, искренность ее чувств не вызывала сомнений - во всяком случае, у лейтенанта. Но деваться было некуда, и Винцент стал смотреть на гуманоидов. Впрочем, несмотря на то, что Нэя сидела к нему спиной, смотреть на нее оказалось даже приятнее, чем на роскошную даму в серебряном одеянии. Так что Харвич немногое потерял. И он совсем перестал прислушиваться к диалогу на сцене, задумавшись о биологическом барьере, стоящем между даже очень близкими по сути существами из разных областей Вселенной. Да, и он, и Нэя гуманоиды, и внешне относятся к одному типу, но если, предположим, он захотел бы жениться на этой девушке...

Локоть инспектора снова прервал фантазии Харвича.

- Тебе они не кажутся странными?

- Кто? - не понял лейтенант.

- Земляне, дубина!

- Нет, а что? Почему они должны казаться мне странными? Ну, то есть, конечно, я никогда не видел уж такой рыжей пары, но в остальном... Нет, не кажутся.

- Ну и ладно.

Ольшес отвернулся, разглядывая крыланов слева от себя, а Харвич снова недоуменно всмотрелся в спины землян. Что в них не понравилось инспектору? Непонятно. Он перевел взгляд на Нэю. Снова на землян. Снова на Нэю... и тут оно вернулось. То самое ощущение зла, темноты... Харвич вздрогнул. Что все это значит? И не об этом ли спрашивал инспектор?

- Поймал? - услышал он шепот Ольшеса.

- Ага, - машинально ответил лейтенант, и лишь потом сообразил, что, вообще-то говоря, не знает, к чему относится вопрос. Впрочем, это было не так. Харвич уже начал догадываться... и через секунду Даниил Петрович подтвердил его догадку.

- Сообразил, да? - насмешливо шепнул он прямо в ухо лейтенанту. - Это не они. Это просто фикция.

- Фикция?.. - растерянно повторил Харвич.

- Нелюди, - твердо сказал инспектор-особист.


Град прекратился так же внезапно, как начался. И воцарилась мертвая тишина. А потом над головами пленников засветилась крохотная синяя точка. Она медленно сдвинулась с места и поплыла,

описывая большие круги и постепенно снижаясь, но не увеличиваясь в размере. Трое гуманоидов, затаив дыхание, следили за ней. Когда точка оказалась уже на уровне их глаз, тишину внезапно нарушил голос Клавдия:

- А вот и хозяин наших обиталищ явился!

- Вы уверены, что это он? - тихо спросила Нэя.

- Безусловно! - энергично бросил Клавдий. - Так что нашему неведению относительно ситуации пришел конец.

Он оказался прав. Но не до конца.

Точка плавно опустилась на землю и мгновенно превратилась в огромный диск. Но синий свет, исходивший от него, не рассеивал окружающую тьму, а, казалось, наоборот, лишь делал ее гуще.

Сергей начал уже всерьез злиться. Какой-такой фокусник поймал их в эту странную ловушку? И почему он не выйдет к ним просто, как все люди, и не скажет, что ему нужно? Зачем устраивает дурацкие сценические эффекты, нагнетает напряжение? Задумал убить - так убивал бы. Нет - так пусть бы сказал, что ему надо...

В общем, кто бы ни появился сейчас перед пленниками и о чем бы ни заговорил - вряд ли предстоящий разговор мог пройти в благостном тоне...

Огненно-синий диск еще немного подрос, и в его центре проявился силуэт крылана.

- Театр теней! - презрительно фыркнула Марина. - Точнее, театр одной тени.

И тут тень заговорила - резким высоким голосом, похожим на скрип несмазанной двери.

- Итак, вы уже поняли, что отныне принадлежите мне, - заявила она. А теперь я сообщу вам, что от вас требуется.

- Ничего себе! - воскликнул Сергей. - Видали такое? Мы ему принадлежим! Ты, брат, ничего не перепутал?

Тень злобно хихикнула.

- Нет, гуманоид, я ничего не перепутал. Я - великий чародей, и мне никто не в силах противиться. И то, чем я пожелаю завладеть, становится моим.

Нэя осторожно прикоснулась к руке Сергея, резко шагнувшего по направлению к светящемуся синеватому диску с тенью в центре.

- Не надо... я боюсь...

- Да брось ты! - отмахнулся Сергей. - С какой стати я должен терпеть эту дурь и блажь? Мы прилетели на вполне цивилизованную планету, подписавшую Конвенцию. Мы - жители Федерации, нас охраняет закон! И вдруг какой-то ненормальный...

Чародей пугающе ухнул и захохотал.

- Мне нет дела до ваших нелепых законов! - сообщил он, насмеявшись вдоволь. - Я сам себе закон.

- Ну и наглец! - возмутилась Марина, и совсем было собралась подробно развить эту тему, но тут в разговор вступил Клавдий. И бас, зазвучавший из почти невидимой в темноте толстой лепешки, распластавшейся на камнях, загудел, как набат.

- Итак, ты чародей, - сказал ученый негуманоид. - И мы тебе понадобились для каких-то твоих, сугубо колдовских целей. И это связано с оранжевым цветом. Я правильно понял?

- Да, - ответила тень чародея, и в ее визгливом голосе послышалось легкое недоумение. - А как ты догадался?

- Элементарно, Ватсон! - небрежно бросил Клавдий.

- Меня зовут не Ват-Сон, а До-Сон, - чуть обиженно откликнулся чародей. - Но как ты...

Однако Клатоварпоридариус не дал ему закончить.

- Значит, тебе для чего-то понадобились волосы любых оттенков красного цвета, - пробасил он. - А у крыланов таких волос не бывает, иначе ты давно нашел бы то, что тебе требуется. И тут тебе повезло - на Димею явилась сразу целая компания с подходящими волосами. Ну, так почему бы тебе не настричь этих самых волос столько, сколько тебе понадобится, и не отпустить нас? Мне лично волос не жаль. Отрастут.

- Мне тоже, - согласилась Марина. - Стриги хоть наголо.

- Конечно... - прошелестела Нэя.

Сергей промолчал. Ему тем более было равно, с какой прической он выйдет из этого идиотского подвала.

- Ничего не получится, - проскрипел чародей. - Мне нужны живые волосы. И нужны постоянно... ну, надеюсь, что... - Он остановился, не договорив, и уточнил: - Волосы теряют нужные мне свойства уже через двадцать часов. Так что вы здесь навсегда. И не пытайтесь удрать! - Он снова захохотал. - Даже если вам каким-то чудом удастся выбраться за ограду, далеко вам не уйти! Вас просто-напросто высосут мои пиявки. Они тут, неподалеку! И не только они!

И тень чародея растворилась в синем безжизненном блеске круга. А потом и сам круг сжался в точку - и исчез.

Клетки пленников вновь залил рассеянный свет, сочащийся невесть откуда. Три частично пересекающихся круга, четыре пересекшиеся линии жизни...

После долгого тяжелого молчания Сергей мрачно произнес:

- Да неужели этот паршивый колдунишка всерьез думает, что его авантюра пройдет незамеченной?

- Скорее всего, так оно и будет, - на этот раз тенором откликнулся Клавдий.

- Почему? - испуганно спросила Марина. - Почему вы так думаете?

- Мы сидим здесь уже достаточно долго, - пояснил Клавдий. - И если до сих пор Федеральная безопасность нас не отыскала, значит, он спрятал нас достаточно хорошо. И наверняка организовал замену.

- Что значит - замену? - вскрикнула Нэя. - Какую замену?

- Ну, создал фантомов, например, - спокойно пояснил ученый. - Так что наше отсутствие могло вообще остаться незамеченным.

- Нет! - в голосе Марины явственно слышались близкие слезы. - Нет, этого не может быть!

- Да почему не может? - удивился специалист по крыланам. - Вы что, никогда с магией не сталкивались?

- Сталкивались, конечно, - огорченно сказал Сергей. - Но нам и в голову не приходило, что магия может быть направлена против людей.

Клавдий мягко рассмеялся.

- Ну, значит, вы еще очень молоды и наивны, - весело сказал он.

- И что же нам теперь делать? - спросила Нэя.

- Думать! - категорически ответил Клавдий. - Думать! Из любой ситуации можно найти выход. Надо только хорошенько поискать.

Но гуманоиды думать были просто не в состоянии. Они были слишком огорчены и расстроены. И обозлены. А потому Клавдий принялся болтать на разные нейтральные темы, чтобы дать всем троим время прийти в себя. Они почти не слушали его, но тем не менее ровное гудение мягкого баритона подействовало на них, как хорошая порция валерьянки.

Наконец Марина сказала:

- А что это мы стоим посреди клетки, как последние дураки? Давайте хотя бы за стол сядем. У меня уже ноги болят! - И, вспомнив о том, как оборудована клетка Клавдия, неуверенно произнесла: - А вы...

- И я с вами, - сказал Клавдий. - Я могу приспособиться к любой мебели. А то, что вы видите в моей клетке, у меня лично вызывает немалое недоумение. Я не в состоянии проследить ход мысли, изобретшей для меня подобное обиталище. Но я справлюсь и с этой задачей, - пробурчал он. Логика непобедима. И она практически одинакова во всех живых мирах.

- Если бы эта самая логика подсказала нам, как отсюда выбраться! фыркнула Марина. - Да поскорее!

Они направились к столу, стоявшему в круге землян, и попутно обнаружили, что корзинки с едой исчезли за время их разговора с колдуном. Сергей посмотрел на часы. Ну, скоро уже и обеденное время, наверное, снова что-нибудь принесут... Он почему-то слишком быстро проголодался.

Гуманоиды уселись на стулья и с интересом посмотрели на Клавдия, шаром катившегося вслед за ними. Клавдий не преминул поразвлечь двуногих прямоходящих. Он снова неторопливо вытянулся, но стал на этот раз не огурцом, а чем-то вроде огромного головастика, покрытого нежным рыжим пушком, и преспокойно уселся на стул, обвив сразу две его ножки длинным хвостом. Потом он отрастил четыре толстые короткие ручки, каждую с двумя пальцами. Потом, немножко подумав, две руки ликвидировал, а двумя оставшимися оперся о стол. Нэя рассмеялась.

- Как у вас здорово получается! - сказала она. - Вы, наверное, можете принять вообще любую форму, да?

- Ну, вроде того, - согласился Клавдий. - Хотя есть и некоторые ограничения.

- Знаете, - задумчиво сказала Нэя, - на моей планете существует множество легенд и мифов, в которых действуют похожие на вас существа. Они постоянно меняют форму... и они очень добрые.

- С чего это ты взяла, крошка, что я очень добрый? - грозно спросил Клавдий. - Ты меня еще не знаешь!

Нэя хихикнула, но Клавдий не позволил углубиться в обсуждение его личности. Он деловито предложил:

- Давайте-ка думать. Но не напрягайтесь чересчур. Будет гораздо лучше, если мы начнем говорить на посторонние темы, а подсознанием искать идеи.

Марина с сомнением покачала головой, но Сергею и Нэе предложение показалось неплохим. И они принялись болтать...

День все тянулся и тянулся, как бесконечный больной удав, и, казалось, ему не будет конца. В два часа мыши принесли корзинки с едой и водрузили их на стол перед людьми. Потом снова прилетели, шелестя крыльями, и унесли остатки. Потом таким же образом доставили кувшины с каким-то соком. И больше ничего не происходило. Колдун не появлялся, и можно было подумать, что рыжие волосы ему уже совершенно не нужны. И с каждым часом хрупкая Нэя все сильнее падала духом. Земляне и Клавдий изо всех сил старались подбодрить ее, но девушка из созвездия Персея, похоже, обладала не слишком крепким характером, и ей было очень тяжело. Потом разговор как-то сам собой перешел на сказки. Марина, тоже, в общем, начавшая терять бодрость, немного оживилась.

- Я в детстве очень любила одну сказку, - тихо сказала она. - И эта сказочка была у меня записана во всех вариантах, какие только мог придумать мой компьютер. И я к ней рисовала картинки... тысячу, не меньше. И до сих пор помню ее наизусть. Да... тогда мне хотелось поскорее вырасти и побывать на разных планетах, а вот теперь...

И Марина неожиданно всхлипнула.

- Ну, Маришка! - всполошился Сергей. - Не надо, прошу тебя!

- Я домой хочу! - жалобно сказала Марина. - На Землю! Только мне кажется, что мы никогда уже туда не вернемся.

- Да не болтай ты ерунды! Нас давным-давно ищут! Даже если этот придурок организовал нам замену. Разберутся, вот увидишь!

- Ну и что - ищут? Кто нас тут найдет?!

- Найдут, не волнуйся. Для чего-то же существует у нас Управление Федеральной безопасности. А может, мы и сами еще что-нибудь придумаем. В конце-то концов, еще не вечер. Знаешь, расскажи нам свою сказку, а? Глядишь, и веселее станет.

- Правда, расскажи, - тихо попросила Нэя. - Я так люблю сказки!

Клавдий несколько раз пискляво фыркнул и присоединился к общему мнению:

- Да, сказочки - иногда дело полезное. Помогают снять шоры с мысли. К тому же меня они всегда интересовали с чисто научной точки зрения. В них отражается менталитет... ну, неважно. В общем, расскажите, пожалуйста. Все равно нам пока нечем больше заняться.

И Марина, несколько раз шмыгнув носом, начала рассказывать старую-престарую земную сказку.


Скакалочка

Ох, как измучился Сков!

Его шкурка начала приобретать малиново-фиолетовый оттенок. Что делать? Зика не хотела играть. Сков предлагал собрать из универсального молекулярного набора фантома-клюкс с Шестой Кляксы, показывал картины Буси-Второй, уговаривал сыграть в охоту на глютамушей... Зика продолжала кукситься. Перебрав все известные ему игры, Сков вышел на лестничную площадку и подключился к розетке Всемирного Информатория (ВИя). Сков рассказал о ситуации, и ВИй посоветовал: "Дайте девочке скакалочку". Сков не понял и переспросил. ВИй дал подробный ответ: "Скакалочка - предмет для перепрыгивания через него. Состоит из тонкой веревки (бечевки, шнура) с деревянными (пластмассовыми) ручками для держания".

Сков задумался.

Потом, нажав кнопку вызова Службы Всемирной Индивидуальной Доставки, сказал:

- Нужна Скакалочка.

В динамике поперхнулось, икнуло, зашипело, и голос потрясенного донельзя Автомата-Доставщика произнес:

- Что... что вам нужно?

- Скакалочку, - повторил Сков. И уточнил: - Предмет для перепрыгивания через него.

В динамике жалобно пискнуло, и Доставщик сказал:

- Извините, придется немного подождать. Я наведу справки.

Сков подождал.

Наконец динамик вновь обрел голос.

- Видите ли... - забормотал Доставщик. - Скажите, а вы не хотите иметь квартирную кабинку подпространственного перехода?

- Зачем? - удивился Сков. - У нас во дворе целых две стоят.

- А может быть, вы закажете копченые рибучики с Беты Кроптимерии? Очень вкусно и в большой моде.

- Скакалочку мне нужно! - возмутился Сков. - Предмет! Для перепрыгивания!

- Извините... - скис Доставщик, переходя на трагический шепот. - У нас нет...

- Ну, знаете! - Сков захлебнулся от негодования. - И это двадцать первый век После Новой Эры! А где есть?

- Только на Абстрее, система Розовой Курицы...

- Розовой Курицы! - продолжал кипятиться Сков. - А почему не Голубой Лошади? Где это?

- Это... Доставщик шелестел еле слышно. - Это... по ту сторону Границы...

- Ну? - удивился Сков. - За пределами Границы? А как же я туда попаду?

- Ближайшая к Абстрее планета с подпространственной связью - Зипуна, система Кес-Мито, - грустно сообщил Доставщик. - А дальше - как повезет...

- Ладно, - Сков сердито ткнул кнопку, даже не поблагодарив за информацию, и вернулся в квартиру. Зика по-прежнему скучала. Сков подошел к ней и сказал:

- Зика! Тебе не нравятся старые игры? Хорошо. Я привезу тебе Скакалочку!

- Ой, а что это такое? - Глаза у Зики стали круглыми.

- Привезу - увидишь, - уклончиво ответил Сков. - Вот только за ней ехать далеко.

- Как это - ехать? - спросила Зика. - А Доставка?

- Там, где есть Скакалочка, - нет Службы Доставки, - продекламировал Сков. - А там, где есть Служба Доставки, - нет Скакалочки! Привет! Я пошел.

И он помчался во двор, к транспортной кабине.

Без пересадки в систему Кес-Мито было не попасть, и Сков перебирался из кабины в кабину несколько раз - сначала на спутнике планеты-звезды, потом на планете-галактике, а потом и вовсе на какой-то бульонной планете, населенной мыслящими молекулами. И только к полудню он очутился на Зипуне.

На Зипуну совсем недавно провели нуль-связь, и местные жители еще не успели к ней привыкнуть. Они предпочитали старый способ передвижения по своей планете - летающих ящериц. А на другие планеты их не тянуло.

Скова это немного удивило, но он спешил и потому не стал вникать в психологические особенности местных жителей. Тем более, что зипуняне ему и не слишком понравились - мелкие какие-то, трехногие, на руках по два пальца, а головы лысые и без ушей. Цвет у зипунян, правда, был очень приятный - золотисто-коричневый.

Спросив, где находится космодром, Сков ринулся туда.

Зипунский космодром, поросший травой, походил на лужок в земном парке. Вместо солидных административных зданий стоял небольшой деревянный домик в два окошка.

В доме, в креслице у окна, сидела золотистая зипунянка и читала книгу.

- Добрый день, - поздоровался Сков. - Скажите, пожалуйста, как мне добраться до Абстреи?

- Абстрея? - удивленно чирикнула зипунянка. - Это где?

- В системе Розовой Курицы, - пояснил Сков. - Отсюда близко.

- Близко? - снова удивилась зипунянка. - Но Розовая Курица - по ту сторону Границы!

- В том-то и дело, - согласился Сков.

Зипунянка перепорхнула в дальний угол комнаты и нажала кнопку. На стене появился экран, по которому поползли надписи.

- Да-да, - сказала зипунянка. - Связь с Абстреей регулярная. Только не с нашего космодрома. В систему Розовой Курицы ходит транспорт из Второго Космопорта. - Она повернулась к Скову. - Вам нужно во Второй Космопорт. Вызвать ящерицу?

- Нет, спасибо, - отказался Сков. - Я лучше через подпространство.

- А вы не боитесь? - с любопытством спросила зипунянка.

- Чего? - не понял Сков.

- Ну... этого... пространства. Под.

- А почему я должен бояться? Всю жизнь так передвигаюсь.

- А-а... - протянула зипунянка. - А мы, знаете, не очень доверяем. Как-то странно - вошел в будку, нажал кнопку - и ты уже в другой будке. А где же я, когда я между ними?

- Как где? - Сков немного рассердился. - В подпространстве, конечно.

- Ну... по-моему, на ящерице спокойнее, - стояла на своем зипунянка. - И воздух, и пейзажи... А тут...

- Это ваше дело, - сухо заметил Сков. - Кто к чему привык. До свидания.

Второй Космопорт выглядел гораздо приличнее первого. Трава на взлетном поле была местами скошена, и даже виднелись в отдалении два корабля. Сков направился к космовокзалу. Войдя, он обратился к диспетчеру:

- Скажите, пожалуйста, как мне попасть на Абстрею?

Диспетчер с недоверием покосился на Скова и спросил:

- А зачем?

- То есть... - растерялся Сков. - Нужно мне

- Зачем? - повторил диспетчер.

- Это мое дело! - возмутился Сков

- Не ваше, - меланхолично сообщил диспетчер. - Абстрея - планета ограниченных посещений.

- Почему? - спросил Сков.

- Потому что, - отрезал диспетчер и отвернулся. - Идите к начальнику порта, - бросил он через плечо.

"Ну и ну, - подумал Сков. - Похоже, до Скакалочки так просто не добраться".

Он нашел дверь с табличкой "Начальник Второго Космопорта" и постучал.

- Войдите! - раздался внушительный бас.

Сков вошел.

Одну из стен кабинета полностью занимали экраны, а перед экранами Сков увидел обладателя баса - здоровенного землянина в комбинезоне, с оранжевой шевелюрой и странным пучком волос на лице. Сков замер, рассматривая это диво.

- Слушаю вас, - рыкнул оранжевый.

- Мне нужно на Абстрею, - без предисловий сообщил Сков.

- Зачем? - взревел начальник из-под рыжего пучка на физиономии.

- Почему - зачем? - решил выяснить Сков. - Почему все спрашивают зачем? Это мое дело!

- Ваше, ваше, - успокоил его здоровяк. - Просто Абстрея закрыта для туризма. По требованию местных жителей.

- Я не турист! - почти закричал Сков. - Я по делу! Мне нужна Скакалочка!

- Так бы сразу и говорили, - пророкотал оранжевый. - Через полчаса туда пойдет транспорт. Сейчас вызову экипаж.

Он взял микрофон и заурчал в него ультрафиолетово: "Экипаж "Филиссы" - к начальнику порта... Экипаж "Филиссы" - к начальнику порта..."

Через две-три минуты дверь распахнулась и в кабинет ввалились двое, одетые в форму Космофлота, - один высокий и тощий, а второй круглый и пухлый.

- По вашему вызову! - ухнул высокий таким сногсшибательным басом, что рык начальника порта сразу показался Скову соловьиным пением.

- Вот, - показал на Скова начальник. - Это чудо нужно доставить на Абстрею. Ему, видите ли, понадобилась Скакалочка.

- Ясно, - сказал толстый нормальным человеческим голосом. - Тебя как зовут?

- Сков.

- Я - капитан "Филиссы" Гольдвакс. - Капитан ткнул пальцем в длинного. - А это мой штурман, Раздобреев. Ну, пошли.

И вышел из кабинета.

"Филисса" оказалась очень старым кораблем. Даже стоя на космодроме, она выглядела

кривобокой и хромой, и Сков не мог понять, как вообще выпускают в космос такую лоханку.

Точно по расписанию "Филисса" взяла курс на Абстрею. Капитан, штурман и Сков сидели в рубке. "Филисса" уже приближалась к Границе, когда Гольдвакс достал из-под пульта оправленный в бронзовую рамку пузырек с жидкостью, в которой плавали подозрительные хлопья.

- Что это? - спросил Сков.

- Штормгласс, - хмуро ответил капитан. - К Границе подходим.

- А что на Границе? - поинтересовался Сков.

- Да ничего, - бабахнул Раздобреев своим жутким басом. - Нормальные завихрения.

- Какие завихрения?

- Пространственно-временные, - пояснил Гольдвакс. - Может занести случайно в другую Галактику, или еще куда похуже.

- А эта банка зачем?

- Штормгласс? А он их чует.

- Чует? Завихрения?

- Ну да, - подтвердил капитан. - Если в жидкости появятся кристаллы значит, впереди крутит. Мы и обойдем это место.

- А откуда он у вас?

- А, - сказал Гольдвакс, - это старая история.

Штормгласс подарила ему прабабушка, когда Гольдвакс пошел в первый рейс. Еще прабабушкин прапрадед, один из первых разведчиков Глубокого Космоса, пользовался этой пробиркой. А ему штормгласс достался тоже по наследству. Кто-то из предков Гольдваксов был моряком в те времена, когда на каждом морском корабле имелся такой пузырек - он предсказывал бурю. Прапрадед прабабушки взял штормгласс в космос просто как напоминание о Земле и древних кораблях. Однако в первом же рейсе выяснилось: пробирка может предупредить не только о буре в земном океане, но и о пространственно-временной воронке в космосе. И с тех пор в семье Гольдваксов пробирка передается из поколения в поколение.

- Вот и летаем спокойно, - заключил Гольдвакс. - Но дорога здесь, конечно, на редкость паршивая. Сплошные воронки.

- Если вы часто летаете на Абстрею, вот везете им что-то, - сказал Сков, - почему же нет нормальной связи?

- Да не хотят они, чтоб им пусто было! - прогрохотал в сердцах Раздобреев.

- Чего не хотют? Кто не хотит? - Скова слегка контузило всплеском раздобреевских эмоций, и он сбился с грамматической настройки.

- Связь устанавливать не хотят, - умиротворяюще зажурчал капитан. Не нужны абстрикам подпространственные переходы. Боятся они. Опасаются. Космический корабль можно проверить, осмотреть. А если поставить транспортные кабины - разве углядишь? Вдруг просочатся дигурды и утащат все тибурлики?

Сков уставился на капитана.

- Что утащат?

- Тибурлики, - любезно повторил капитан. - Вот такие. - Он порылся в ящике под пультом и вытащил маленький предмет. - На вот, возьми.

Сков повертел неровную палочку из обожженной глины, не понимая, зачем она может понадобиться. Но если дали - взял.

- Из-за этих дигурдов, - продолжал капитан, - масса неприятностей. Кто такие, где живут - неизвестно. Но они очень мешают наладить отношения с Абстреей. И Граница уже сколько лет на одном месте - не разрешают абстрики нуль-связь тянуть! Нам бы этих дигурдов найти, - мечтательно проговорил капитан. - Узнать, что им нужно, чего не хватает, помочь. А то ведь беда, до чего вороватые!

- А какие они, дигурды? - спросил Сков.

В это мгновение штурман вскочил и раскатился громом:

- Вор-р-ронка!!!

В пробирке штормгласса покачивались розоватые кристаллы.

Дальнейший путь до Абстреи был сплошным виртуозным маневром. Воронки оказались натыканы густо, как редис на грядке. И если бы они сидели неподвижно, как редис! Нет, на этом участке трассы воронки бродили с места на место. Бакены здесь не имели смысла, и потому на Абстрею ходил только капитан Гольдвакс на маленькой "Филиссе". А новейшие тяжеловозы - даже со штормглассом - не прошли бы этой дорогой: у них длинные хвосты, и при маневрах среди такого множества воронок хвост непременно попал бы в одно из завихрений. А вы представляете космический грузовик, хвост которого случайно оказался в другой Галактике? Вот то-то... Сложный участок.

Наконец "Филисса" благополучно села на космодроме Абстреи. Корабль осмотрели на предмет нелегального ввоза дигурдов и экипаж получил разрешение выйти в город. Гольдвакс объяснил Скову, как добраться до Улицы Лавок, и Сков отправился искать Скакалочку.

На Улице Лавок во всех витринах были игрушки. Только игрушки! Модели старинных аэропланов, яркие мячи, куклы... Сков смотрел и удивлялся. На Земле ничего похожего и в помине нет! Но где же Скакалочка? Сков не очень хорошо представлял, как она выглядит. Он выбрал лавку, в витрине которой висели цветные обручи и длинные непонятные сооружения с перекладинами, и вошел.

Круглый пушистый лавочник выкатился на середину лавки и, размахивая розовыми ручками, затрещал:

- О прекрасный чужеземец! Ты хочешь купить игрушку для своего отпрыска? Выбирай! Лучших Обручей и Веревочных Лесенок тебе не найти на всей Абстрее!

Сков согласился, что Обручи и Лесенки действительно хороши, но вот ему нужна Скакалочка...

Лавочник огорчился. Лавочник поднял к небу ручки и всей фигурой выразил безмерную печаль. У него нет Скакалочки! И вряд ли она есть где-нибудь еще - на прошлой неделе абстрики нагрузили "Филиссу" именно Скакалочками, и Гольдвакс отвез их на Дир Теути, оттуда поступил большой заказ... Но может быть, очаровательный чужеземец захочет купить Обруч? Недорого, всего три тибурлика.

Сков не понял. Что значит "недорого"? И почему он должен давать три тибурлика?

- Как это - почему? - удивился абстрик. - Это цена Обруча, драгоценнейший чужеземец. Три тибурлика - правильная цена.

- Что такое "цена"? - спросил Сков.

Лавочник был потрясен. Как! Чужеземец этого не знает? Цена стоимость вещи. Каждая вещь сколько-нибудь стоит. Обруч стоит три тибурлика.

- Спасибо, - сказал Сков. Он ничего не понял. - Но мне нужна Скакалочка. Видите ли, я обещал Зике привезти именно Скакалочку.

Лавочник был умилен. Конечно, конечно! Детей нельзя обманывать. Дети доверчивы, и нам, взрослым, приходится всегда держать слово. Дети - это...

- Простите, пожалуйста, - остановил его Сков. - А вы не знаете, где все-таки можно поискать Скакалочку?

- Ну... - Лавочник задумался. - Попробуйте спросить на Улице Золотых Лун, в лавке Старого Бу. Только игрушки Бу дорого стоят...

Найдя лавку Старого Бу, Сков вошел в нее. Над дверью прозвенел колокольчик, и Бу, лохматый, темно-коричневый, выкатился навстречу Скову.

- Приветствую тебя, чужеземец! - прогудел он. - Что ищешь ты?

- Здравствуйте, - сказал Сков. - Я ищу Скакалочку.

- О! - воскликнул Старый Бу. - Тогда ты нашел то, что искал. Скакалочки Старого Бу - лучшие в Галактике!

Бу втиснулся за прилавок, заваленный игрушками, и достал яркую круглую коробку. Скову показалось, что на бархатной алой подушечке свернулась длинная тонкая змея с двумя головами. Но Бу схватил змею за одну из голов и выдернул из коробки. Это была Скакалочка! Гибкий шнур сиял красно-сине-золотой спиралью, ручки вырезаны в виде зверюшек Пимр с Девятой Пиклеи...

- Всего шесть тибурликов, - проворковал Бу. - Почти даром.

- У меня нет тибурликов, - растерянно сказал Сков. - И вообще у нас на Земле за игрушки ничего не просят.

- О чужеземец! - возмущенно заговорил Старый Бу. - Если у тебя нет тибурликов - зачем ты ходишь по лавкам? Зачем смущаешь души торговцев?! Бу мгновенно свернул Скакалочку и уложил ее в коробку.

Сков молча вышел из лавки.

Вернувшись в космопорт, он нашел Гольдвакса и все ему рассказал. Капитан очень расстроился.

- Как я мог забыть! - ругал он себя. - Как я мог об этом забыть! Я должен был дать тебе тибурлики. А теперь их нет - видишь, "Филиссу" давно разгрузили.

- Разве "Филисса" везла тибурлики? - изумился Сков.

- А что же еще! - закричал Гольдвакс. - Что еще может возить "Филисса" на Абстрею?!

- Но зачем?

- Ох... - Капитан сел на какой-то тюк. - Видишь ли, Сков, все это очень сложно. На Абстрее умеют делать лучшие в Галактике игрушки. Жаль только - маловато. Игрушки абстрики меняют на тибурлики. Вот мы со штурманом и возим сюда тибурлики, а отсюда - игрушки.

- А где вы берете тибурлики? - спросил Сков.

- Их делают риприляне и привозят на Зипуну. А с Зипуны мы с Раздобреевым везем их сюда.

- И что берут риприляне за тибурлики? - заинтересовался Сков.

- Ничего, - улыбнулся Гольдвакс. - Риприляне их просто так делают, для собственного удовольствия.

- Э-эх, - протяжно вздохнул Сков, - вот если бы и абстрики ничего не просили за свои игрушки!

- Ты пойми, Сков, - принялся объяснять капитан. - Абстрики вообще-то не жадные, они бы отдали игрушки даром, но они очень любят тибурлики. Здесь даже Праздник Тибурликов есть. А тибурликов не хватает, потому что их крадут дигурды...

- А зачем дигурдам тибурлики? И почему они не попросят у риприлян? И как дигурды попадают на Абстрею, если здесь бывает только "Филисса"?

- Вот то-то и оно, - почесал в затылке Гольдвакс. - Если бы все это узнать... Ну, ладно, - решил капитан. - Пойдем к Старому Бу, попросим Скакалочку в долг. Я ему следующим рейсом привезу хоть двенадцать тибурликов.

И они отправились на Улицу Золотых Лун. Но недалеко от лавки они вдруг увидели... абструшку, прыгавшую через Скакалочку! Правда, эта Скакалочка не сверкала всеми красками, как игрушки в лавке Старого Бу. Честно говоря, это была простая веревка с грубыми деревянными ручками. Сков бросился к малышке.

- Здравствуй, - сказал он. - Тебя как зовут?

- Тюпа, - ответила кроха.

- Скажи, пожалуйста, Тюпа, где ты взяла такую замечательную Скакалочку?

- А что? - надулась Тюпа.

- Понимаешь, - стал объяснять Сков, - я приехал издалека, специально за Скакалочкой для одной маленькой девочки. А на Абстрее, как нарочно, все Скакалочки кончились, ни одной нет! Представляешь, как моя девочка огорчится? Пожалуй, даже будет плакать!

- Плакать? - широко раскрыла глаза Тюпа. - Возьми! - И она протянула игрушку Скову.

Сков вспомнил, что у него есть тибурлик - тот самый, что дал ему Гольдвакс. Сков достал тибурлик.

- А это тебе!

- Не надо, - засмеялась Тюпа. - Ты не думай, мне папа другую Скакалочку сделает. А тибурлик у меня есть. - Она вытянула из кармана глиняную палочку, поднесла ее к губам, и... раздался препротивнейший пронзительный свист! "Ну и ну, - подумал Сков. - А что же здесь творится во время Праздника Тибурликов?"

Едва только капитан и Сков, попрощавшись с Тюпой, направились к космодрому, как позади раздался крик. Они обернулись.

Маленькое существо, неизвестно откуда взявшееся, удирало с Тюпиным тибурликом в руках. Тюпа визжала во весь голос. Сков метнулся за грабителем, поймал его и, встряхнув хорошенько, поставил перед Гольдваксом и Тюпой.

- А-а! - верещала Тюпа. - Это дигурд! Отдай тибурлик, чучело! - И она вцепилась в хулигана, которого крепко держал Сков. От рывка с дигурда свалился темный балахон, и все увидели... зипунянина!

От изумления Сков чуть не выпустил разбойника.

- Так-так, - грозно заговорил капитан. - Ну-с, сударь, ваш маскарад не удался. Извольте объясниться!

- Зачем вам тибурлик? - таким же грозным голосом спросил Сков.

- Зачем-зачем, - пробурчал зипунянин. - Надо...

- Ишь какой, - влезла в допрос Тюпа. - Надо ему! А мне не надо, что ли? Ты у риприлян попроси! А не отнимай у маленьких!

- Мы с этими риприлянами уже тридцать лет не разговариваем, - хмуро сообщил зипунянин.

- Это еще почему? - снова затарахтела Тюпа. - Поссорились, что ли? Так надо помириться!

- Не будем мы с ними мириться! - рассердился зипунянин. - Они наших Поющих Бабочек обругали!

Тюпа снова раскрыла рот, но Гольдвакс остановил ее.

- Погоди-ка, малышка. Ну, - обратился он к зипунянину, - расскажи нам, в чем дело. Может, вашему горю и помочь-то нетрудно?

- Да что уж тут, - сдался зипунянин. - Нужны нам тибурлики. Очень нужны. Без них Бабочки не поют.

- Какие Бабочки? - спросил капитан. - Я на Зипуне двадцать лет живу, ни про каких Поющих Бабочек никогда не слышал.

- Да мы их прячем, - грустно сказал зипунянин. - Их пение космические корабли сшибает. Воронки образуются от их голосов. Вот мы их и держим в заповедниках, в горах.

- Это кто - "мы"? - продолжал выяснять капитан.

- Тайное Общество Слушателей Поющих Бабочек, - признался зипунянин. Мы приглашали риприлян послушать Бабочек, а риприляне сказали, что это не пение, а безобразие, и тибурлики нам больше не дают. А чтобы Бабочки запели, нужно подуть в пятьсот тридцать шесть тибурликов.

- Ого! - сказал капитан. - И много у вас заповедников?

- Много, - опечалился зипунянин. - Потому и тибурликов нужно много.

- А почему вы их прямо на Зипуне не берете?

- Если брать на Зипуне - риприляне догадаются, кто это делает, и всем расскажут. Тогда наших Бабочек переучат...

- Так, - Гольдваксу все стало ясно, кроме одного. - А как же вы попадаете на Абстрею?

Зипунянин тяжело вздохнул и едва слышно ответил:

- На "Филиссе"...

- Что?!! - завопил Гольдвакс не своим голосом. - На "Филиссе"?!! Да вы!.. Да я!.. Да как вы!.. - Он внезапно успокоился и с большим интересом спросил:

- И где вы прячетесь?

- В контейнерах... - Зипунянин боялся поднять глаза. - Здесь вы нас выгружаете...

Тюпа решительно вмешалась в разговор.

- Знаете что? - сказала она зипунянину. - Вы очень плохие! Из-за ваших глупых Бабочек к нам корабли пробиться не могут! Из-за вас мы тут, как в диком лесу, - одни игрушки! Хулиганы вы! - И Тюпа разревелась.

Сков и капитан, забыв про зипунянина, бросились к ней и принялись успокаивать. Тюпа похлюпала носом и рассмеялась.

- Ладно, - сказала она. - Теперь все будут знать про Бабочек, и им придется петь потише!

- Придется, - грустно согласился зипунянин.

Когда Сков вернулся домой, было поздно, Зика уже спала. Сков положил рядом с ней Скакалочку и ушел на место.

А утром... нет, что было утром!

Зика прыгала через Скакалочку, пищала от удовольствия и выспрашивала про Тюпу, про дигурдов, про капитана Гольдвакса и его штормгласс... А когда Зика устала, они сели у окна, и девочка сказала:

- Ты просто замечательный, Сков! Ты чудесный-прекрасный! У меня никогда не было такого Друга!

Сков самодовольно распушил розовую суперсупралитовую шерстку и замурлыкал. Нет, не напрасно он был Новейшим, Универсальным, Модифицированным Роботом-Сказочником!


- Отличная работа! - сказал Ольшес, поднимая "летучку" в воздух и с места бросая ее на такой скорости, что Харвича вжало в спинку сиденья. Осталось найти шутника, который все это учудил, и как следует надавать ему по заднице. Желательно ремнем. С пряжкой.

Харвич невольно покосился на широкий пояс, охватывающий талию инспектора, и Даниил Петрович, смотревший в этот момент в противоположную сторону, тут же сказал:

- Нет, этот не годится. Это сплошная электроника.

Винцент хихикнул, представив, как Ольшес перекидывает через колено хулиганствующего крылана и взмахивает хорошим кожаным ремнем... А Даниил Петрович снова остро глянул на молодого лейтенанта - и промолчал.

- Дан, а как ты узнал, что это нелюди? - спросил Харвич.

- Инспектор я, - ответил Ольшес.

Харвич задумался. Он прекрасно знал, что выявить нелюдей бывает зачастую не так-то просто, особенно если они возникли не сами собой, в силу природных условий, а, например, созданы опытным чернокнижником. Но Даниилу Петровичу стоило лишь раз посмотреть на фиктивные фигуры - и он увидел их истинную сущность. Любопытно... Все ли инспектора-особисты таковы? Или Ольшес и в этом представляет собой особое явление?..

Размышления лейтенанта были прерваны сильным толчком - Даниил Петрович небрежно брякнул "летучку" на землю. Харвич огляделся. Они сели возле того здания, рядом с которым он разговаривал с садовниками и нанявшим их Ла-Трисом.

- А зачем мы сюда?... - заикнулся было Винцент, но инспектор молча выскочил из машины, и лейтенанту не осталось ничего другого, как последовать за ним.

- Попробуем найти того делового парня, - сказал Ольшес, задирая голову до невозможности и рассматривая дом. Харвичу показалось, что Даниил Петрович прицеливается к балкону первого этажа, метрах в десяти над ними.

- Что, будем по веревке карабкаться во все квартиры по очереди? - с некоторым ехидством поинтересовался Харвич. - И спрашивать, не тут ли он живет?

- А почему бы и нет? - бодрым тоном ответил инспектор. - Отличная гимнастика, полезно для тела и ума.

- А для ума-то какая тут польза? - не понял Харвич.

- Ну как же! Представь, карабкаешься ты по веревочке на... сколько тут?.. на двенадцатый этаж, а по дороге видишь и городской пейзаж внизу, и обстановку квартир, мимо которых проползаешь. Отличная ознакомительная экскурсия.

Харвич, сообразив наконец, что инспектор просто-напросто морочит ему голову, обиделся. Но Даниилу Петровичу явно было наплевать на чувства напарника. Он продолжал упорно смотреть на один из балконов первого этажа. И, словно ощутив неслышный призыв, на балкон неожиданно вышел крылан. Это был Ла-Трис, Харвич сразу его узнал.

- О, бескрылые! - воскликнул Ла-Трис, увидев стоявших внизу землян. Как интересно!

- Это и есть твой знакомец? - не оборачиваясь, спросил Ольшес.

- Да.

- Ну, хорошо.

И Даниил Петрович, не поздоровавшись и не попрощавшись с рукокрылым, повернулся и зашагал к "летучке". Харвич, неловко помахав рукой Ла-Трису, пошел за ним.

- Он что, тоже фикция? - спросил лейтенант, когда они уже взлетели.

- Вроде того, - коротко ответил инспектор.

- Да зачем создавать фальшивых крыланов? - удивился Харвич. - Кому они нужны?

- Он не совсем фальшивый... но и не совсем живой. А кому нужно - нам как раз и предстоит выяснить, - сердито проворчал Ольшес. - Где же этот негуманоид, чтоб ему пусто было...

- Спроси у любого полисмена, - предложил Винцент. - За ними же наблюдают.

- Не хочется, но спросить придется, - согласился Даниил Петрович.

- Почему не хочется? Что тут такого? - не понял Харвич.

- Не твое дело, - очень вежливо сказал инспектор, и лейтенант решил, что задает уж слишком много вопросов. Пора и передохнуть.

Они долетели до гостиницы и Ольшес, посадив "летучку", приказал:

- Ты побудь здесь. Можешь погулять вокруг, но недалеко. Жди, когда явятся мои коллеги. Сразу доложишь им обстановку. Во всех подробностях. А уж они сами решат, что делать дальше. Моя машина на крыше, если ты еще не забыл. Твою я забираю.

- А ты?..

- А у меня свои дела, - сообщил Даниил Петрович, и не успел Харвич открыть рот, чтобы задать еще один вопрос, как "летучка" взмыла в небо.

Проводив ее взглядом, лейтенант стал размышлять, чем бы ему заняться в ожидании инспекторов. Но заняться ему, по сути, было нечем. Ведь на Димее он, в соответствии с инструкциями, полученными в Управлении Федеральной безопасности, должен был просто общаться с крыланами, знакомиться со всеми, с кем удастся, и вылавливать слухи, сплетни, байки и анекдоты - все без разбору... а уж систематизировать этот мусор будут без него. Но вот он стоит на огромной площади, и напротив него - столичная мэрия, а за спиной гостиница для бескрылых деловых людей. Справа и слева, конечно, тоже есть разные здания, но это не жилые дома... да если бы тут и был самый что ни на есть густонаселенный район, что толку? Харвич не может взвиться в воздух и мимоходом обменяться парой фраз с кем-нибудь из местных жителей.

И тут наконец до лейтенанта дошло, что он вполне может пойти в кафе и посидеть там за чашечкой чего-нибудь вроде кофе. Едят-то крыланы все-таки не на лету! Глядишь, и повезет. А заодно и удаляться от гостиницы не придется.

Харвич взбежал по широким ступеням, ведущим к стеклянным дверям отеля, и, войдя в холл, окликнул портье, отошедшего от стойки и аккуратно вытиравшего пыль с маленького стеклянного столика у стены.

- Скажите, пожалуйста, тут где-нибудь неподалеку есть небольшое кафе? Не ресторан, а что-нибудь такое, знаете... уютное, чтобы просто посидеть, чайку попить, а?

- О, да! - с непонятным Харвичу энтузиазмом ответил портье, и даже слегка взмахнул коричневыми крыльями. Складки кожи на его шее задрожали. Разумеется, есть! Если вы обойдете отель, то сразу за ним увидите кафе "Долинка". Замечательное кафе, уверяю вас! Правда, его пока что ни разу не посещали бескрылые, но, если вы не возражаете, я сейчас позвоню им и объясню, что делать.

Харвич улыбнулся.

- Если мне просто спустят веревочку, этого будет достаточно. Я не турист, я и по веревочке заберусь.

Крылан вежливо улыбнулся, выставив наружу острые желтоватые зубы.

- Да, вот еще что... - спохватился лейтенант. - Сюда должны приехать еще два представителя нашей фирмы, я их жду буквально с часу на час. Если они появятся, пока я буду прохлаждаться в кафе, вас не затруднит объяснить им, как меня найти?

- С огромным удовольствием! - воскликнул портье. - А можно мне задать вам вопрос?

- Само собой, - кивнул Харвич.

- На вашей планете, на Земле, все существа бескрылы?

- Обладающие мыслью? Да, все.

- А вообще у вас есть... ну, птицы, скажем?

- Конечно, - рассмеялся Харвич. - И птицы, и крылатые насекомые. У нас и... - Он запнулся. Удобно ли сказать - "летучие мыши"? Но портье уже и сам догадался.

- Есть существа, похожие на нас? - с искренним интересом спросил он.

- Ага, - кивнул Харвич. - Но они неразумны. И очень маленькие по сравнению с вами.

- У нас тоже такие есть, - сообщил портье, скривив острое лицо. Противные звери! Летучие мыши. Некоторые ученые полагают, что именно они были нашими предками, но это, на мой взгляд, просто глупость. Они слишком малы.

Харвич усмехнулся. На Земле тоже есть чудаки, считающие предками человека обезьян, ну и что? Обычное дело. Во всех разумных мирах существует категория людей, которым обязательно нужны самые примитивные объяснения для любого сложного явления.

- Ну, я пошел, - сказал он. - В то самое кафе.

Персонал кафе, загодя предупрежденный, успел соорудить нечто вроде детских качелей, и эта конструкция была спущена для бескрылого гостя. Винцент с любопытством осмотрел тщательно вымытую неширокую кухонную доску, с двух концов обвязанную надежными веревками. Представив, как развеселила бы такая услужливость инспектора Ольшеса, Харвич осторожно сел на доску, и его с почестями вознесли наверх.

Кафе лейтенанту понравилось с первого взгляда. В нем преобладал любимый Харвичем бледно-сиреневый цвет, да к тому же стены были расписаны примитивными картинками - пейзажами и натюрмортами. Розовато-сиреневые скатерти на круглых столиках, ярко-сиреневые стеклянные вазы с белыми и светло-желтыми цветами, зелень листьев, белые стулья... У дверей землянина встретил официант в белой куртке и сиреневых свободных брюках.

- Нам очень приятно, что вы решили посетить наше кафе, - сказал официант, шелестя беловатыми крыльями, и его острое мышиное личико светилось при этом такой искренней радостью, что Харвич невольно широко улыбнулся в ответ. Но все же он решил немного охладить энтузиазм официанта.

- Ну, когда к вам явится целая толпа бескрылых, вряд ли вы будете так уж рады, - сказал он. - Они вас доведут своими капризами!

Официант рассмеялся.

- Да ведь и крыланы далеко не ангелы, - ответил он. - Прошу вас, куда вы хотели бы сесть?

Харвич огляделся. Посетителей в кафе было немного, и свободных столиков более чем хватало, но ведь ему позарез нужно было хоть с кем-нибудь поговорить...

- А ничего, если я подсяду к кому-нибудь? - спросил он. - Понимаете, я ведь на вашей планете впервые, и...

- О, разумеется! - понимающе откликнулся официант. - Вон там, у окна, сидит наш постоянный клиент. Он старый человек, очень одинокий, и любит поговорить. Но должен вас предостеречь: он слишком любит поговорить.

- Вот и хорошо! - обрадовался Винцент. - Мне у вас все очень интересно, я с удовольствием его послушаю.

Официант кивнул, и Харвичу показалось, что он рад за старика. И в следующую минуту лейтенант уже сидел напротив старого крылана в темно-синем строгом костюме. Почти черные крылья мыши свисали по обе стороны спинки мягкого белого стула. Харвичу понравилась общая цветовая гамма. Он любил контрасты.

Выждав, пока Харвич и официант подробно обсудят заказ, крылан приступил к беседе.

- Вы позволите мне представиться первому? - спросил он. - Или на вашей планете другие правила хорошего тона?

- Меня зовут Винцент, - тут же сообщил Харвич, отлично заучивший все инструкции, полученные в Управлении. А инструкции эти гласили, что правила хорошего тона на Димее в основном такие же, как и во всех разумных мирах. Младший должен оказывать уважение старшему, и уж конечно, первым называть свое имя. - Я слишком молод, чтобы вы мне представлялись первым, - пояснил он.

- О! - в черных, глубоко сидящих глазах крылана мелькнуло что-то, непонятное Харвичу. Но во всяком случае, старик не обиделся и не рассердился. - Рад это слышать. Но, поскольку я впервые в жизни так близко вижу двуногого прямоходящего, я, естественно, не в состоянии определить ваш возраст. А мое имя - Лон-Гир.

И началась беседа...

О чем только они не говорили! Харвич, несмотря на основательную сумму знаний, вколоченную в его память перед командировкой, прекрасно понимал, что ему известен лишь некий каркас, и что познакомиться с настоящей жизнью крыланов невозможно даже в Особом отделе Управления Федеральной безопасности. Конечно, все то, что собрали дипломаты, долгие годы готовившие Димею ко вступлению в Федерацию, особисты знали. Но все это оставалось голой схемой. И для того, чтобы наполнить ее дыханием, необходимо было соприкоснуться с крыланами, заглянуть в их дома и души, прислушаться к шороху их тонких перепончатых крыльев, присмотреться к странным траекториям их полета... и, конечно, вникнуть в их искусство.

И вот тут-то и обнаружилась точка преткновения.

Когда разговор, текущий по принципу свободной ассоциации, повернул к росписям на стенах кафе, Харвич сказал:

- Я вообще-то люблю примитивную живопись, но предпочитаю более яркие краски. Здесь все уж слишком пастельное.

- Примитивную? - непонимающе глянул на него Лон-Гир. - Что вы имеете в виду?

Харвич немножко растерялся.

- Ну, все сразу, наверное, - неуверенно сказал он. - Линию, цвет, объемы...

- Росписи на этих стенах выполнены одним из самых известных на нашей планете художников, - суховато сказал Лон-Гир. - И я никогда не слышал, чтобы его обвиняли в примитивизме. Наоборот, он принадлежит к числу наиболее сложных, философски мыслящих живописцев.

Харвич немного подумал.

- Может быть, мы говорим о разных вещах? - предположил он. - Вот, например, этот натюрморт. - Он ткнул пальцем в ближайшую к ним стену. Говоря "примитив", я имею в виду, что, скажем, вот этот контур... ну, его линия слишком изломана, в ней нет плавности... Знаете, мне трудно об этом рассуждать, я ведь не искусствовед, я говорю просто о собственном восприятии...

Лон-Гир довольно долго молчал, поглядывая то на Винцента, то на натюрморт. Потом старик наконец заговорил - медленно, словно тщательно обдумывая каждое слово.

- Мне очень хотелось бы понять, что именно видите в этой картине вы. Но, похоже, такого понимания не будет.

- Почему? - удивился Харвич.

Лон-Гир чуть заметно усмехнулся.

- Знаете, ваши дипломаты... Да, они долгие годы посещали нашу планету, вели переговоры, и многие из нас видели гуманоидов - издали. Но я почти уверен в том, что дипломатов интересовали только принципы общественного устройства, поскольку именно это - основа для вступления в Федерацию.

- Конечно, - кивнул Винцент.

- Ну вот, - теперь Лон-Гир уже не стал скрывать усмешки. - А изучение всяких мелких деталей, как я понял, у вас принято оставлять до более удобных времен. И потому, похоже, ни один из гуманоидов не заметил, что мы видим мир по-другому.

- Как это - по другому? - Харвич даже чуть привстал, пораженный странной картиной, внезапно возникшей в его воображении: в земном музее крылан смотрит на полотно Чюрлениса и видит вместо него гравюру Дорэ...

На остром мышином лице старика отразился чрезвычайный интерес. Черные глаза впились в Харвича, и Лон-Гир осторожно спросил:

- Скажите, а гуманоиды вообще обладают очень развитым воображением?

Харвич тряхнул головой, чтобы поставить мозги на место, и пожал плечами.

- Все люди разные, и воображение у всех работает по-разному. У кого сильно, у кого вообще никак.

- Жаль. Ну, я надеюсь, мы еще вернемся к этой теме. А сейчас мне пора, - сказал Лон-Гир и сразу же встал. - Возможно, мы с вами еще встретимся. Вы надолго к нам?

- Не знаю, - ответил Харвич, тоже поднимаясь. - Я в командировке, и все зависит от того, как пойдут дела.

- А чем, собственно, вы занимаетесь?

- Организацией туризма, - в очередной раз соврал Харвич, и тут же понял, что старый крылан ему не поверил.

Положив на стол несколько монет, Лон-Гир вышел из кафе. Харвич поспешил подойти к окну. И успел увидеть, как расправились широкие крылья, и старик мягко поплыл вверх, забирая к крыше.

Харвич вздохнул. Жаль, что люди не летают.

...Уже стемнело, а обещанных Ольшесом инспекторов все не было. И сам Даниил Петрович тоже куда-то запропастился. Харвич давно уже сидел в своем номере. Он придвинул к окну кресло и маленький столик и, прихлебывая какой-то кисловатый сок, листал иллюстрированные журналы. Но думал он о другом.

Конечно, в Управлении Федеральной безопасности Харвичу объяснили, что якобы в его потоке сознания имеется некая особая, довольно редкая составляющая, которая и помогает ему понять особенности психологии негуманоида. Но Винцент слишком хорошо заучил в детстве основной закон кармы: все, что с нами происходит, есть результат наших собственных поступков, совершенных в этой и прошлых жизнях. Так что сама по себе составляющая тут была ни при чем. Харвича интересовало, каким образом она возникла. Но ответить на этот вопрос ему могли только адепты, Мастера Учения. Однако кто же рискнет соваться к адептам по таким пустякам? В общем, было Харвичу тошно и томно. Он горестно сетовал на свою карму, заставившую его когда-то поступить в Школу патрулей... а потом его отправили стажироваться на Беатонту, прекрасную планету, где живут совсем не прекрасные гигантские пауки - сольпуги. Именно там, на Беатонте, и выяснилось, что Харвич обладает этой дурацкой составляющей, а заодно и избыточным воображением. И вот результат: сидит он на мышиной планете, ждет неведомо чего, представления не имеет, что ему делать и как... а четверым случайно забредшим на Димею существам тем временем грозит нешуточная опасность.

Винцент снова и снова вспоминал Беатонту, пытаясь там, в недалеком прошлом, отыскать ключ к сегодняшнему, снова и снова пробуя по-настоящему разобраться в себе и сам увидеть ту струйку собственного потока сознания, которую с такой легкостью видели особисты... и, похоже, заметил, ощутил сегодня старый крылан Лон-Гир.

Загрузка...