"Фантастика 2024-82". Компиляция. Книги 1-22

Глава 1

Глава службы безопасности рода Огневых-Белых-Разумовских выглядела и была уставшей. Откинувшись на спинку шикарного антикварного кресла и закинув ногу на ногу, она накручивала на палец локон огненно-красных волос и задумчиво изучала трёхмерную проекцию звёздной системы.

Бронестворка двери с лёгким шипением поднялась, и внутрь просторного кабинета, надёжно защищённого от прослушки, да и в принципе защищённого от всего, зашли трое. Вениамин — управляющий рода, Зигфрид — адмирал флота, и Снегирь, старый одноногий ветеран, ответственный за космическую пехоту, а заодно за многочисленных сторожей и охранников.

На ходу поздоровавшись с хозяйкой кабинета и делая вид, что не замечают её вызывающей красоты, мужчины расселись по другую сторону стола для совещаний.

Наина быстро посмотрела в глаза каждому. Легко улыбнулась и удовлетворённо кивнула своим мыслям.

На совещание были приглашены только самые приближённые, те, на кого можно положиться в трудный момент. И в то же время — те, кто не боится отстаивать свою точку зрения и перечить. Такими людьми очень сложно управлять, в типичных иерархических системах их обычно выдавливает либо на нижние уровни, либо и вовсе прочь из системы, ведь для вышестоящих такие раздражители всегда неудобны, даже опасны. Но именно такие и требуются в сложные моменты, когда важнее не слепое подчинение и исполнительность, а инициатива. Тем более, Темнозар как-то умудрился со всеми найти общий язык, подобрал к каждому свой мастер-ключ, убедив работать на себя не за страх, а за совесть.

Мысленно улыбнувшись воспоминанию о шебутном племяннике и не тратя больше ни секунды времени, Наина подалась вперёд и заговорила.

— Вы уже должны быть в курсе, — она кивнула на проекцию, на которой светилась густая россыпь светящихся точек. — Около нашего Маяка — вражеский флот. Почти восемь десятков разнокалиберных кораблей, внушительная армада. Сёстры Битв, Инквизиция и примкнувшие к ним несколько влиятельных семей из других систем…

— Причина? Чего им надо? К чему готовиться? — Снегирь решился перебить главу службы безопасности. Наина не стала одёргивать — сейчас не до этикета и не до требований соблюдения всех формальных правил субординации. Важнее функциональность, качество и скорость принятия решений.

— Нам прислали ультиматум. В течение двенадцати стандартных часов — на самом деле, уже на тринадцать минут меньше — мы должны разоружить войска, предоставить свои корабли, включая имперский дредноут, отослать коды доступа к системам противокосмической обороны… И главное — выдать инквизиции Темнозара Огнева-Белого-Разумовского. Фактически, это капитуляция на милость победителю, с мутными перспективами и без гарантий. Если выполним всё, рядовым членам и служащим рода якобы, дальше цитата: «оставят эту жизнь, сохранят свободу и право владеть далее имуществом, некогда принадлежавшим родам Огневых и Белых». Всё же остальное надлежит… «Вернуть законным владельцам».

— Неприемлемо! — Снегирь рубанул рукой, адмирал и управляющий согласно кивнули.

— Если кто-то решится рассматривать предложение с предательством моего племянника всерьёз, я его судьбе не завидую, — в прекрасных голубых глазах Наины Разумовской мелькнуло нечто такое, что всем троим стало сильно не по себе. И пусть они не подали вида, но женщина легко считала промелькнувшие у приглашённых эмоции, и усмехнулась, довольная произведённым эффектом. Ей нравилось, когда её боялись. — Не сомневалась и не сомневаюсь, что ни у кого из вас даже не возникнет подобной глупой мысли. Потому — вы здесь.

— Тем более, мы всё равно не сможем выполнить условия. Темнозар Храбрович в данный момент находится вне системы… — добавил свои пять кредитов управляющий.

— Ну, на самом-то деле варианты есть всегда, Вениамин… Но мы ведь уже решили, что не будем их рассматривать. Не так ли?..

Управляющий поспешно закивал, а Снегирь снова вклинился, задав волновавший его вопрос:

— А я вот не возьму в толк. Они что, не понимают, что мы не пойдём на такие условия?.. Почему не напали сразу, почему дают время на подготовку? — и продолжил, повернувшись к адмиралу. — Зигфрид, скажи. Ты у нас птица высокого полёта. Я правильно понимаю, что это нелогично?..

Адмирал молча кивнул, но говорить сказать ничего не успел — его опередил Вениамин.

— Позвольте высказать предположение. Помимо соблюдения внешних приличий для каких-то возможных внешних наблюдателей и того, что нас банально не принимают всерьёз, у этого выжидания может быть и другая очевидная причина. Судя по тому, что вражеская армада не однородна и состоит фактически из нескольких самостоятельных флотов…

— Ждут подкрепление, — не спросил, а скорее утвердительно заявил Зигфрид.

— Именно это я и хотел сказать, вы верно угадали, — кивнул управляющий.

— Паршиво, — Снегирь угрюмо нахмурился. — А чего Перовский? Эта гнида продала нас?

— Федул Саввич не выходит на связь и все наши запросы к их правительству игнорируются, — Вениамин был внешне бесстрастен, однако голос его зазвенел от скрытого негодования. Подобное отношение со стороны недавних союзников управляющего возмутило до глубины души.

— Более того, всего стандартные сутки назад весь боевой флот Дома куда-то пропал. Они просто-напросто убрались из системы, — добавил Зигфрид. — Одновременно были зафиксированы два случая, когда в область видимости сенсоров наших кораблей и зондов попадали невидимки, наподобие «Косатки», о чём я направлял подробные рапорты. Это могли быть как корабли Перовского, так и любого другого флота…

— Мальчики. А позвольте сказать?

Все трое тут же замолкли и повернулись к Наине.

— Мы собрались здесь не для того, чтобы по десять раз обсуждать и без того очевидные каждому вещи. Да, нас кинули, и да, Перовский ведёт какую-то свою игру. Вероятно, ему пообещали нечто взамен Дома, и наш горе-союзник просто решил слить свою планету в обмен на некие преференции. Может даже, ему не оставили выбора и каким-то образом прижали. Но это совершенно не важно сейчас. А важно — то, что у нашего Маяка висит флот, едва ли не на порядок больше нашего. Так что нам надо согласовать стратегию… И времени на это очень мало. Зигфрид, пояснишь по раскладам? Что там у нас в космосе. Я отчёты, конечно, листала, но хочется словами послушать. Вместе с оценочными суждениями. Зигфрид, пояснишь?

Адмирал кивнул.

— Из того, что есть на данный момент. У них — два средних истребителеносца и один малый, четыре крейсера, дюжина эсминцев, полсотни фрегатов и малых кораблей. И полторы сотни десантных транспортов. У нас — батареи на лапутах и возле Ирия, крейсер, корвет, три сторожевика, пять канонерок, миноноска и ещё три условно боевых корабля, переделанные из обычных гражданских…

— А ещё — «Разрушитель».

— Да. Наш главный козырь и единственная причина, по которой, как мне кажется, враги до сих пор не напали — это старый имперский дредноут. То, что в их лагере на самом деле несколько союзников с только условно общим управлением, очень сильно играет нам на руку. Никто не хочет первым подставляться под выстрелы. Но если они всё же скоординируют свои действия и навалятся толпой, нам несдобровать.

— Каковы шансы?

— Их нет. Вопрос только в том, сколько мы продержимся, — адмирал говорил спокойно. После гибели Империи, которое он наблюдал по собственным субъективным ощущениям ещё совсем недавно, поражение в какой-то небольшой локальной войне казалось ничего не значащей мелочью. — Я готов выиграть время. Возможно, это позволит провести ограниченную эвакуацию из системы…

— Так, быстро собраться! Нам нужна победа, а не покорность судьбе! — Наина разозлилась. — Зигфрид. Не заставляй жалеть о твоём назначении. Если что, Темнозар оставил мне все широту полномочий.

Адмирал подобрался.

— Прошу прощения. Но… Я действительно не вижу путей решения без полной гибели нашего флота. И предлагаю мыслить конструктивно, искать пути, как минимизировать ущерб при поражении…

— Это очень плохо, что не видишь. Хотя… Давай, так. Племянник оставил мне пару боевых вирусов, которые я попытаюсь натравить на вражеские вычислители. Они помогут временно снизить эффективность кораблей и даже частично вывести их из строя. Также я напоминаю, что по разным системам у нас раскидан солидный боевой флот, ещё почти три сотни кораблей. По политическим мотивам их нельзя было перебросить в эту систему… Но теперь запрет больше не актуален. Конечно, мы не можем управиться со всем этим добром наиболее эффективно, так, как это сделал бы сам Темнозар. Далеко не все команды нам полностью лояльны и согласятся слушаться… Но контакты у меня есть, и в моих силах как минимум разослать приказы с требованием явиться в нашу систему. Остаются вопросы: как скоро все они окажутся здесь, и как скоординировать действия. Иначе — перебьют поодиночке.

— Это в корне меняет дело!

— Вот и займись, будь добр. Всю информацию я тебе скину. Только перед этим хочу сказать, что у нас ещё одна небольшая проблемка… — когда Наина сказала это, всем стало ясно, что проблема на самом деле очень серьёзная. — К Маяку движутся остатки экспедиции, те корабли, что провожали племянника до портала Древних. Их изрядно потрепали, и они в сверхсвете, а значит уже не могут изменить курс — должны появиться у нашего Маяка, и нигде больше. Это меня очень сильно беспокоит, ведь они вывалятся прямо в центре вражеского флота. Можно что-то сделать, чтобы их спасти?..

Наина не стала объяснять — но все трое поняли без слов. Там, на борту одного из кораблей, летит её Александер. И женщина очень бы не хотела, чтобы бывший первый пилот «Косатки» терял эту жизнь, возможно — с перспективой плена. Ведь инквизиторы — очень опасные враги, отлично умеющие справляться с одарёнными. У них наверняка с собой есть специальные ловушки, перехватывающие погибших неподалёку теней и заставляющие их возрождаться не в ближайшем пятне Хаоса или на алтаре рода, а прямо на борту корабля фанатиков. А вечное заключение — участь, которой не позавидуешь. Возможно даже похуже, чем попадание в Преисподнюю…

— Курс изменить уже нельзя, — услышав это, Наина ещё сильнее нахмурилась. Зигфрид, заметив это, тут же поспешил закончить фразу. — Хоть это и неприятно, но не смертельно. Мы можем как минимум попросить наши корабли замедлиться… Так, чтобы они вышли из сверхсвета после, или одновременно с остальным нашим флотом. Который, якобы, можем призвать себе на помощь.

— Зигфрид, мы можем на тебя рассчитывать?..

— Сделаю. С новыми вводными выходит, что главная задача — продержаться до прибытия подмоги… А дальше преимущество будет уже у нас.

— Истинно так. Если только к противнику за это время не присоединятся ещё более превосходящие нас силы.

— Будем надеяться на лучшее… Мне нужно немного времени на сбор информации и расчёты. Дам ответ через считанное количество минут, и прошу не отвлекать меня в течение этого времени. Есть ещё что-то важное, что касается конкретно меня?

— Да. Есть ещё вопрос про быстроходные транспорты, пригодные для абордажа.

— Увы, специальных средств для этого нет… Однако — можно приспособить кое-какие гражданские суда, из тех, что прибыли в нашу систему. Как временное решение сойдёт.

— Пожалуйста, займись и этим вопросом тоже, Зигфрид.

— Слушаюсь.

Подавив желание вскочить на ноги и взять под козырёк — Империи уже давно нет, и эта женщина в кресле относится к гражданским — адмирал окружил себя трёхмерными интерфейсами в несколько уровней и полностью погрузился в работу. Глаза его забегали, пальцы начали стремительно мелькать, губы безмолвно зашептали что-то… Он полностью выпал из жизни, занявшись привычной и знакомой работой.

Наина же подняла глаза на Снегиря, который вновь поспешил, опередив её на какие-то секунды:

— Абордажные команды?..

— Да. Насколько безумна моя идея?

— Абсолютно безумна, госпожа. Но… Шанс есть.

— Что у нас по космической пехоте?

— Главное — уже прибыли нанятые тамплиеры, всего семнадцать человек. Они одни стоят целого войска, имеют соответствующие навыки и снаряжение, легко могут брать на абордаж любые корабли. Проблема в одном: как доставить эти машины убийства до цели. К сожалению, вероятность быть сбитыми на подлёте слишком высока.

— А кроме тамплиеров?

— С последним пополнением число репликантов всех типов достигло восьми тысяч, из них только две — воины, остальные — просто переученные гражданские модели. Из людей, которые служили ранее Огневым и Белым — преимущественно из вахтовиков, а также из проверенных новобранцев — мы имеем сейчас почти пятнадцать тысяч человек. И под три тысячи локов, совершенно неуправляемых в условиях отсутствия Темнозара, которого они признали вождём.

— И «союзники» из других родов Ирия, которые так и ждут, как бы всадить нож в спину…

— Именно так. Их не считаю. Мы не можем рассчитывать на их помощь, и должны держать на Ирии силы, примерно равные или большие им. Из-за этого у нас на руках остаётся совсем мало свободных бойцов.

— Наши люди уже заняли ключевые точки на планете?

— Почти. Сейчас высадятся на космодроме с обратной стороны, возьмут ещё пару ретрансляторов, несколько удобных для защиты зданий… И всё. Отдал приказ самым первым делом.

— Да, знаю. Если бы ты не отдал его, пришлось бы мне. В общем… Собери, пожалуйста, абордажные команды из лучших. На поверхности пусть остаются те, кто похуже.

— Сейчас сделаю. Претенденты есть.

Зигфрид отмер и подал голос, безжалостно вклинившись в разговор.

— Предварительный расчёт показывает: до прибытия подмоги в размере трёх десятков кораблей нам нужно выдержать чуть менее двух стандартных суток. Лучше — семь с половиной, чтобы собрались все корабли… Но это, боюсь, уже невозможно.

— Семь нам никто не даст, однозначно. Какие шансы продержаться имеющимися силами?

— «Разрушитель», если прикрыть его другими кораблями, может задержать вражеский флот. Точные выкладки не дам, слишком много неизвестных… Боюсь, основной в этом уравнении станет переменная под названием «удача».

— А может — наше мастерство, Зигфрид?

— Безусловно, и оно тоже.

— Адмирал. Ты слишком многое пускаешь на волю случая. Не заставляй меня в очередной раз сомневаться в своей компетентности…

— Простите, госпожа. Я видел падение Империи. Я теперь знаю, что может быть разрушено даже то, что казалось вечным.

— Отлично. Опыт падения позволяет уверенно ходить и даже летать. И тем не менее. Если тебе плевать на себя… Подумай о девушке.

Наина улыбнулась, но глаза её блестели двумя холодными льдинками. Зигфрид буквально побелел.

— Нет, я не угрожаю тебе, адмирал. Не думай. Просто, если мы проиграем…

— Я всё понял, госпожа.

— Всё, эту тему закрыли. Вернёмся к нашему флоту. Мы остановились на «Разрушителе»… Что с его боеспособностью? Я знаю только, что ремонт идёт, и конца ему не видно.

— Увы, так и есть.

— Подробнее? И, пожалуйста, кратко. Время!

— Хорошо. На данный момент удалось восстановить почти все маршевые двигатели, кроме двух, а также основную часть маневровых. Протянуты новые силовые линии взамен сгоревших. К сожалению, кое-где решения временные, не рассчитанные на долгое постоянное использование. Энергии для работы на полную мощность не хватает, действуют только два штатных реактора из четырёх. Починить оставшиеся мы не способны, и заменить их нечем. Во времена Империи агрегаты такой сложности создавались по индивидуальным заказам в высокоразвитых мирах… Сейчас — технологии и производственные цепочки утеряны, за работу банально никто не возьмётся. Никто не возьмётся, даже если решится пойти на встречу и согласится взять заказ — что также совершенно невозможно, ведь никто не захочет усиления вероятного противника и явного конкурента.

— Короче, Зигфрид. Что всё это значит? «Разрушитель» летает?

— Летает, но недалеко, медленно, неуклюже, и пока — только по нашей системе.

— Понятно. А воевать может? Щиты, орудия?..

— Защитные системы получилось частично восстановить, используя небольшие локальные реакторы для отдельных подсистем. Это позволяет генерировать щиты мощностью до восьмидесяти процентов от номинальной. С вооружением сложнее — восстановлены орудия главного калибра, а также часть среднего и малого, но не хватает людей.

— В отчётах указывается, что комплектация команды всего двадцать процентов…

— И это в основном люди без реального опыта управления кораблём уровня дредноута. К сожалению.

— Плохо…

— Тем не менее — кое-какие базовые действия, пусть и несколько неуклюже, мы можем продемонстрировать уже прямо сейчас. Я готов отправиться на борт «Разрушителя» и взять управление на себя. Возможно, получится максимально снизить негативный эффект от перечисленных факторов.

— Думаю, так и придётся сделать. Но не забывай, адмирал: ты должен управлять флотом, не одним кораблём.

— Разумеется. Но достаточно квалифицированных специалистов на роль капитана настолько серьёзного судна у нас просто нет. Кроме меня, возможно, подошёл бы отсутствующий сейчас Александер… И то не уверен на все сто. Также есть смысл рассмотреть кандидатуру дяди Темнозара, как слышал у него есть кое-какой опыт. А остальной флот без поддержки дредноута не продержится и секунды, так что предлагаю работать с ним по остаточному принципу, поставив общую задачу и в ограниченном объёме отслеживая выполнение, а вот «Разрушителем» управлять в ручном режиме.

— Хорошо, уговорил. И давай ещё раз проговорим. Он у нас летает, но медленно. Стреляет, но только из всех пушек по очереди…

— Расчёты для всех орудий главного калибра подобраны. Наша главная проблема сейчас — это малый и средний, без которых линкор становится слишком лёгкой мишенью для вражеских истребителей и абордажа. Кроме того, комплектация собственными истребителями меньше десяти процентов — а это, считай, их просто нет.

— Остальной флот может выполнять роль прикрытия?

— Очень ограниченно. Но… Да, может.

— Срочно необходимо заполнить эту брешь. Оставлять линкор на поживу вражеской мелюзге нельзя.

— Если у меня будет карт-бланш на некоторые дополнительные меры… Можно попробовать решить эту проблему. Увеличить выпуск пилотов, создав специальные лагеря для обучения. Начать выпуск эрзац-истребителей, переделанных из гражданских судов и атмосферной авиации. Проекты всего этого я уже посылал на рассмотрение… Но они, кажется, так и не были просмотрены.

— Я просматривал те отчёты, — опередив собравшуюся было начать говорить Наину, сообщил Вениамин. — Добавил своё резюме и отправил дальше, на рассмотрение Темнозару Храбровичу… Которого сейчас нет. Если кратко: для всего перечисленного нужны люди и средства. Большие.

— Они будут. Эти работы необходимо запустить как можно скорее. Считайте, я даю добро на любые действия от лица племянника. Дальше, мальчики… Что у нас всё же с возможностями абордажа? Есть вариант пытаться что-то захватить в космосе, или не стоит даже пытаться?..

— Можем набрать быстроходной мелочёвки — гоночные катера, яхты, клиперы. Если количество челноков будет превышать количество членов абордажных команд в четыре раза, и если атака будет поддержана интенсивной стрельбой и получится отвлечь вражеские истребители — можем обеспечить прогнозируемый процент потерь ниже семидесяти процентов. Если хотя бы одно из условий не выполняется, тогда он будет от девяноста…

— Неприемлемо. Но всё же… Подготовьтесь, на всякий случай. Нам надо использовать любую возможность, в том числе — возможность нарастить наш флот.

— Позвольте предложить… Возможно, часть гражданских судов можно использовать в качестве брандеров. Пустить их первой волной, или даже совместно с абордажными командами.

— Спасибо, Вениамин. Зигфрид, идеи подобного рода должны были исходить от тебя…

— Использование кораблей таким способом малоэффективно и расточительно. Потери будут большие, польза — сомнительна…

— Но мы не в той ситуации, чтобы перебирать. Надо цепляться за любую возможность. Отдельно прошу оценить эффективность всех мероприятий в комплексе с использованием боевых вирусов.

— Признаю, смотрел на задачу слишком узко. Займусь и этим тоже, но мне нужны хоть какие-то данные по вирусам.

— Сейчас перешлю… Вениамин? Что такое?

Управляющий резко вскинулся и подался вперёд.

— Получил сообщение от одного… Старого знакомого. С Дома. Пишет, что вся их верхушка куда-то смылась, планета оставлена без управления. Сейчас там высаживаются вражеские десантники… Судя по всему, власть поменялась.

— Не инквизиция?

— Нет.

— Жаль. Так бы мы могли попытаться поискать союзников среди одарённых Дома… Тех, кто по каким-либо причинам остался.

— Корабли инквизиторов демонстративно зависли у Маяка и не показывают признаков агрессии. Мол, мы здесь для другого, вас не тронем.

— Свежо предание…

— Немного времени у одарённых Дома всё же есть. Сразу за них не возьмутся, только после нас. Это может внушить ложные надежды.

— Значит, мальчики, мы одни против всех. Впрочем, ничего нового….

Наина явно хотела сказать что-то ещё, но замолкла на полуслове и к чему-то прислушалась.

Секунду спустя прямо перед ней возникла голограмма с человеком в бронескафандре, с затенёнными светофильтрами.

— Что случилось, Василь?

— Тут… Никифор Всемирович. К вам ломится.

На лице женщины не дрогнул ни один мускул, но при этом удивительным образом лицо её сразу ожесточилось.

— Скажи, мне сейчас некогда его принимать. У меня совещание.

— Простите, госпожа. Он настаивает.

Наина картинно закатила глаза, но после крохотной задержки кивнула.

— Впусти его.

Голограмма исчезла. Глава службы безопасности вздохнула.

— Тогда — на этом всё. Не тратьте время, мальчики. Готовьтесь к битве! Жду доклада через шесть часов. При возникновении любых проблем действуйте на своё усмотрение, не дожидаясь моего или чьего-либо ещё одобрения. И ещё… Мы должны быть готовы раньше выделенного срока. Просто на всякий случай. Идите!

— Может, нам подождать?..

— Нет, Вениамин. Не стоит. С Никифором Всемировичем я могу справиться… Поговорить и сама.

Все трое встали и, не прощаясь, направились к выходу из кабинета. Где едва не столкнулись с ввалившимся внутрь круглолицым живчиком, заросшим по брови бородой, с маленькими глазками и торчащей из уголка рта трубкой.

Дядя Темнозара, застыв на полушаге, уставился на Вениамина.

— Ба! Веня! И ты тут?..

— Да. И я тут.

— Ты ещё. Как там тебя… — Никифор Всемирович повернулся к одноногому ветерану.

— Снегирь меня зовут.

— Видел тебя на лапуте нашей, служака. Чего, как, поднялся? Большая шишка теперь? По совещаниям ходишь?..

— Никифор Всемирович. У вас было ко мне какое-то дело? Пожалуйста, не отвлекайте людей. Им ещё готовиться к грядущей битве, — тихий голос Наины Разумовской заставил обратить на неё внимание.

— Именно об этом я и хотел поговорить. Верните мне линкор! Я разнесу их всех к Кровавым…

— Линкором будет командовать тот, кто подходит лучше всего — адмирал Зигфрид.

— Это я привёл линкор в нашу систему! У меня больше всего прав на него!

— И за это наш род вам очень благодарен. Но сейчас, ради наибольшей эффективности, каждый должен занимать своё место. Такое, где принесёт наибольшую пользу общему делу. Адмирал Зигфрид единственный среди нас имеет реальный опыт управления кораблями такого класса в бою. Поэтому на капитанском мостике будет именно он. Вам могу предложить возглавить абордажную команду. Если не подходит — есть ещё варианты, где ваши безусловно выдающиеся таланты будут наиболее востребованы…

— То есть, ты будешь указывать мне, второму человеку в роде, на моё место!..

Покраснев, Никифор Всемирович затряс кулаками… Но вдруг осёкся под взглядом Наины.

— Каждый. Должен. Занимать. Своё. Место, — глаза женщины гневно сверкнули. — Пока племянника нет, я в нашем объединённом роде за главного. И ситуация сложилась критическая, так что прошу все разногласия оставить на потом. Обязательно отвечу на все претензии и предам их Темнозару. Но — после того, как отобьёмся от вражеского флота.

Скривившись, будто съел не поспевший плод баогавы, Никифор всё же моргнул, опуская глаза, а после буквально выдавил из себя:

— Ладно, девочка. Абордажная команда — это тоже хорошо. Давно не брал я в руки шашку…

Глава 2

— Во славу Богини, Сёстры!

— Во славу Богини…

Голос Рапиры потонул в многоголосом хоре.

Адмирал не была в претензии — именно в такие моменты и чувствуешь себя частью чего-то большого, грандиозного. Ведь нет во всём разведанном мире такого человека или инопланетника, который не слышал бы о Сёстрах Битв. Слава ордена по праву разнеслась широко по вселенной, проникла в каждый медвежий угол, заставляя одних испуганно опускать при встрече глаза, а других — с восхищением смотреть вслед…

Как всегда перед боем, Сёстры встали и обнялись.

Лязгнуло металлом о металл.

Новичков на капитанском мостике не было — каждая из этих женщин и девушек уже давно шла по пути служения Богине, заменяя слабые человеческие конечности и органы искусственными, куда более совершенными: красивыми, надёжными и эффективными.

Иначе и быть не могло — на борту тяжёлого крейсера «Милашка», флагмана собранного с бору по сосенке флота ордена, собрались только самые лучшие. Исключительно те, кто должен подавать пример остальным, первыми врубаясь во вражеские порядки и ведя за собой более слабых духом младших, тех, кто из новых наборов.

Постояв с полминуты, наслаждаясь ощущением единства и силы, Сёстры разомкнули объятия.

Рапира улыбнулась. Тонко настроенными «подкожными» пьезодатчиками своей задницы она отлично почувствовала, как по гладкому металлу скользнула чья-то нежная рука.

Старая подруга, Нагината, напомнила о себе… И о минувшей жаркой ночи.

Рапира поймала себя на том, что покраснела и рефлекторно опустила глаза. Глупые привычки и реакции, оставшиеся от старого тела и мира. Мерзкие, навязанные глупыми мужчинами стереотипы! Как же крепко сидит внутри всё это, вбитое ещё в детстве! Даже после стольких лет служения Богине их так и не удалось окончательно вытравить.

Принеся в жертву покровительнице возможность иметь детей, регулярно даря ей свою живую плоть, дав клятву никогда больше не быть с мужчиной — Рапира до сих пор иногда, на краткие мгновения, чувствовала себя всё той же слабой и живой девчонкой, которая вынуждена выживать в среде, полностью контролируемой представителями другого пола.

Ощущать это было отвратительно!

Нахмурившись, адмирал резко развернулась спиной к Сёстрам, чтобы никто не заметил секундной слабости своей предводительницы. Чеканя шаги и звонко впечатывая металл острых каблучков в поверхность палубы, Рапира прошла к своему боевому посту и кинула тяжёлое тело в жалобно скрипнувшее противоперегрузочное кресло. Мгновение слабости миновало, его место заняла холодная злость и спокойная решимость.

Сегодня представится возможность поквитаться, заставить очередных омерзительных мужчин страдать.

Те, кто посягнул на орден, кто выставил его в неприглядном свете на виду у всего разведанного мира, кто отбил претендентку на вступление в ряды Сестёр из-под самого их носа, буквально в прямом эфире передачи, транслировавшейся по всем обитаемым системам — будут наказаны. Пусть ради справедливого возмездия и придётся действовать совместно с жалкими мужчинами, в том числе из Инквизиции.

Всё это Рапире очень не нравилось, особенно последний пункт. Ведь адмирал — достойная цель для любого из фанатиков. Им всё равно, где ты берёшь силу: у родового Алтаря, у семьи мужа или у божественного покровителя. Для них важно только то, что с тобой происходит после смерти. Они поклялись избавить мир от теней, и последовательно идут к своей цели.

Рапира как раз тенью и являлась, в отличие от основной массы Сестёр. Давным-давно будущий адмирал сбежала в орден от неугодного замужества — да и, чего греха таить, за силой. Служение кому-либо из пантеона Кровавых остаётся единственной возможностью заявить о себе и заставить других уважать себя, когда ты — всего лишь слабый одарённый, без перспектив развиться. А в чужой семье всегда занимаются прокачкой в первую очередь своих, в крайнем случае — чужаков, но только из тех, кто уже и так многого добился.

Так что, Рапира всегда отчётливо понимала, что является для Инквизиции приоритетной целью — и как жрица Богини, и как тень, и как просто значимая фигура в иерархии ордена.

Но сейчас пришлось временно делать вид, что всего этого нет, и действовать вместе. Ведь одновременно у целого ряда уважаемых людей по всему разведанному миру появилось нестерпимое желание избавиться от самозванца, с изяществом мирийского слона в посудной лавке оттоптавшегося по их больным мозолям.

Конечно, Сёстры могли всё провернуть и сами, сил у ордена достаточно. Лучше бы так и было — но наглый выскочка из системы на задворках получил слишком много силы за такое короткое время. Чего стоил один имперский линкор! Победа в сражении один на один могла обойтись немалой ценой, а тут бы и старые враги подоспели, из тех, кто всегда рядом и ждёт минуты твоей слабости… Так что, лучше уж действовать вместе, чтобы потери распределились между союзниками хотя бы частично равномерно. В такой ситуации ослабнет не кто-то один, а сразу многие.

Кроме того, если бы не неведомый координатор совместной операции, собравший вместе жаждущих крови самостоятельных игроков и договорился о беспрепятственном проходе объединённого флота к нужному Маяку, в конечной точке маршрута корабли Сестёр встретили бы залпы местных батарей, и это точно привело бы к немаленьким, пусть и допустимым, потерям. Так что, пара старых, но быстроходных эсминцев, и несколько грузовиков со стратегическими грузами казались не такой уж и высокой ценой за беспроблемный пропуск в звёздную систему. Ведь в противном случае, часть кораблей Сёстры так и так бы потеряли. Возможно, куда более заметную часть.

Правда, ещё одной платой за возможность избежать потерь сразу и проблем впоследствии была необходимость мириться с союзниками…

Рапира не сдержала брезгливую гримасу — но быстро взяла себя в руки, и активировала сеанс голосвязи.

— Отец Сикст.

Появившаяся перед адмиралом голограмма приветственно кивнула.

— Адмирал Рапира.

— Флот Сестёр Битв готов к бою!

— Как и наш, дочь моя…

Рапира всё же не сдержалась и злобно оскалилась. Это было уже слишком. Гнусное напоминание о том, что мужчины тоже принимали участие в появлении на свет каждой из сестёр. Омерзительный биологический атавизм!

— Я не твоя дочь, инквизитор!

— Спокойно, спокойно, дитя, — в ответ примирительно поднял руки фанатик и добро, по-отечески, улыбнулся, выводя этим из себя ещё больше. — Давай лучше вернёмся к нашему общему делу. Союзники давно отчитались о готовности, отставшие корабли прибыли в систему… Мы ждём только вас, объединённый флот готов действовать.

— Вы получили ответ на ультиматум?

— Нет, да это и не важно.

— До истечения срока осталось четыре стандартных часа.

— Правильно. Поэтому надо атаковать прямо сейчас, когда они ещё не готовы и не ждут с нашей стороны активных действий. Как задержавшиеся, начинайте обратный отсчёт.

Рапира внутренне скривилась, но сумела сохранить лицо. Плясать под дудку мужчины было до невозможности противно — но, увы, хитрый фанатик был кругом прав. Лучше атаковать сейчас и застать врага врасплох.

Тем не менее, адмирал не удержалась от шпильки:

— Я восхищена и в очередной раз убеждаюсь, что Инквизиция — серьёзная организация. Каждому сказанному вами слову, каждому данному вами обещанию можно безоговорочно верить!

— Инквизиция и правда очень серьёзная организация, девочка, — отец Сикст изобразил намёк на улыбку. — Но мы тратим время.

Рапира нахмурилась и несколько секунд смотрела инквизитору прямо в глаза. Но, наконец, не выдержала и отвела взгляд.

— Хорошо. По команде «Старт» запускаю отсчёт на шестьдесят стандартных секунд. По отсечке «Ноль» все синхронно начинаем движение в сторону небесного тела «Ирий», координаты отправлены, скорость по самому медленному кораблю — тринадцать космических узлов. Старт!

Искусственный голос тут же начал отсчитывать: «Пятьдесят девять… Пятьдесят восемь… Пятьдесят семь…». Импульсы точной синхронизации ушли на флагманы союзных флотов, числом пять штук — ровно таково было количество игроков, решивших проучить выскочку из системы Альфы Работорговца.

Стандартная минута пролетела незаметно.

Наконец корабли, полыхнув дюзами, двинулись в сторону внешней планеты-гиганта и её крошечного обитаемого спутника.

Не всё прошло гладко.

Два флота из шести будто случайно замешкались, пропуская остальных вперёд. Несколько кораблей столкнулись. Часть вырвалась вперёд и начала двигаться быстрее, часть — наоборот, замешкалась, тут же начав отставать. Сказывались отсутствие централизованного управления и сильный разброс в уровне подготовки экипажей. А, возможно, и прямой саботаж со стороны некоторых союзников…

В космическую пыль лицом не ударили только Сёстры Битв и Инквизиторы — их два флота двигались, как на учениях, чётко соблюдая ордер, с одинаковой скоростью и ускорением.

— Послали же Кровавые союзничков… — не выдержав, прокомментировала происходящее Рапира.

— Мужчины, — лишь пожала плечами в ответ Нагината.

Остальные Сёстры рассмеялись. И правда — чего ещё ждать от этих примитивных существ, ушедших в своём развитии не так уж и далеко от первобытной обезьяны, обитавшей на забытой сейчас прародине человечества?..

— Мужчины, — кивнула Рапира и отдала команду. — Снижение скорости до пяти узлов. Я не собираюсь подставляться, пока эти отсиживаются в нашем тылу…

Флот Инквизиции тоже замедлился, а после — и остальные.

Началась безобразная ругань и выяснение: кто, когда, в каком порядке и с каким ускорением должен двигаться.

В итоге удалось всё же выступить единым строем, почти без отстающих и забегающих вперёд. Но момент упустили, эффекта неожиданности не вышло. Ирийский флот успел собраться в единый кулак, развернулся в сторону надвигающейся угрозы и выпустил вперёд своё главное оружие — старый имперский линкор, а остальные корабли спрятал сзади, прикрыв его щитами. Позицию вражеский адмирал выбрал возле своих стационарных батарей, очевидно рассчитывая на поддержку с их стороны.

Всё это противник проделал с неприятно удивившей точностью и согласованностью. Хотя — чего там того флота, двух десятков кораблей не наберётся… С такими крохами кто угодно бы справился, если бы не флагман. Вот он реально пугал своим потенциалом и мог наделать бед, несмотря на превосходство в численности союзного флота. Понимая это, Рапира внимательно следила за перемещением разноцветных точек на тактической карте.

Когда главная связистка сообщила о вызове, поступившем на флагман с Ирия, адмирал поначалу хотела проигнорировать его. Остановило только то, что запрос отправила женщина, некая Наина. Кроме того, кто знает — вдруг она сообщит, хоть даже и невольно, нечто важное, дающее преимущество над союзниками? Информация никогда не бывает лишней.

Взвесив все «за» и «против», адмирал дала добро на установление сеанса связи.

Женщина на появившейся перед Рапирой объёмной голограмме оказалась невероятно красивой. Настолько, что Рапира даже на пару мгновений потерялась. Огненно-красные волосы спадали на плечи в кажущемся беспорядке — в котором, однако, каждый локон занимал строго отведённое ему место. Пронзительно-голубые, очень умные и добрые глаза — прямо как у мамы — смотрели с пониманием и вселенской мудростью. Будто вытесанные профессиональным скульптором из белого камня точёные, аристократичные черты лица вызывали восторг и восхищение, желание прикоснуться к этому совершенству пальцами. Строгий и дорогой костюм серого цвета подчёркивал подтянутую спортивную фигурку. А яркие сочные губы попросту манили…

Вдруг нестерпимо захотелось не воевать с этой незнакомкой, а, наоборот, пойти с нею куда-то рука об руку. Женщине точно нашлось бы место среди Сестёр. А если даже и нет… Да плевать на этот орден, состоящий из глупых самовлюблённых дур!

Внезапно Рапира ощутила острую боль, её Источник будто обожгло что-то. Печать, дарованная Богиней… Сработала защита от ментальных атак!

Сбрасывая наваждение, адмирал вскинулась, готовясь дать гневную отповедь. Но женщина на том конце защищённого канала только с улыбкой кивнула каким-то своим мыслям, провела ладонью по горлу в угрожающем жесте — и тут же оборвала связь. Заставив этим всё внутри буквально запылать.

Не дала ответить!

Гнев затмил глаза и начал мешать думать трезво — лишь с неким трудом удалось совладать с собой, загнав злость поглубже.

А потом стало не до эмоций… Линкор начал стрелять.

Рапира погрузилась в боевой транс. Кроме управляющих голопанелей, отчётов и сигналов, окружающий мир перестал существовать. Теперь не было больше ни Сестёр, ни этой проклятой красноволосой из стана врага, ни старой подруги Нагинаты, ни воспоминаний о тяжести её био-механической руки на ягодицах… Только корабли и траектории, цели и щиты, мощность и проценты.

Орудия имперского линкора принялись гвоздить со страшной силой. Залп — и один из самых мощных кораблей объединённого флота, истребителеносец инквизиторов, превратился в груду обломков. Невзирая ни на какие щиты и с дистанции, с которой ответный огонь был попросту безвреден!

Последовала пауза на накопление энергии, ещё залп — и такая же участь постигла следующую жертву, на сей раз — истребителеносец Сестёр. Как хорошо, что Рапира успела дать команду москитному флоту покинуть ангары! Если бы не это, их флот остался бы без истребителей вообще.

Только теперь девушкам-пилотам некуда возвращаться. Единственный шанс — закончить бой победой и сесть на поверхность Ирия…

Третий залп, внезапно, пришёлся не на истребителеносец одного из союзников, а уничтожил крейсер инквизиции.

Четвёртый разметал эсминец, на сей раз досталось одному из явившихся за головой своего врага вельмож…

Тут могли бы помочь скорость и манёвр, тем более, на таком расстоянии — но наводчики линкора демонстрировали просто отличную выучку и будто предугадывали все перемещения союзного флота. Каждый выстрел приходился точно на то место в пространстве, где буквально за мгновение до этого появлялся очередной выбранный мишенью корабль.

И всё это в условиях, когда достать ирийцев было ещё попросту нечем! Лишь истребители рассерженным роем унеслись вперёд… Но на подлёте их начали расстреливать стационарные батареи, малокалиберные орудия линкора и прикрывающие его корабли.

Какие-то минуты — и значительная часть москитного флота Сестёр перестала существовать. А те, кто прорвались к цели… Хоть они и отстрелялись, но так и не смогли прогрызть могучие щиты дредноута.

— Кровавые! А нам говорили, что у него щиты работают лишь на десять-двадцать процентов… Нас обманули! — процедила сестра Нагината, и Рапира с нею полностью согласилась. Но — не сказала ни слова, душой и разумом полностью оставаясь на поле боя, подправляя траектории и помечая приоритетные цели.

Всё оказалось зря.

Единственный успех, которого удалось достичь — подбитая миноноска. Просто не смешно.

Остатки истребителей разлетелись в стороны, начав кружиться в ожидании удобного момента. К сожалению, от медленного уменьшения численности это их не спасало. Да и энергозапас ограничен — сожгут всё топливо, останутся без оружия, щитов и движения.

Наконец, самые мощные корабли союзного флота — крейсера — приблизились на расстояние прямого выстрела и начали ответный огонь. Но мощнейшие щиты проклятого дредноута съедали урон без каких бы то ни было непоправимых последствий, будто не замечая его. Более того — наводчики безбожно мазали по такой, казалось бы, удобной цели. Немалая часть выстрелов уходила «в молоко»…

Расстояние уменьшалось, в схватку вступало всё больше кораблей. А толку от этого не было.

— Что, во имя Богини, происходит⁈ — сквозь глубину боевого транса вновь прорвался голос Нагинаты.

Рапира вроде и не слушала её, но… Всё вдруг будто встало на свои места.

— Это вирусы! Нас заразили! Все вычислители — на принудительный сброс к заводским настройкам! Передайте на другие корабли. Вызвать союзников, надо предупредить…

С последним ничего не вышло. Главный связист флагмана отчиталась:

— Мы не можем никого предупредить — вся внешняя связь отвалилась. И главный, и резервный блоки выведены из строя, перегорели. Требуется полная замена или капитальный ремонт…

— Сколько?..

— Замена — не менее десяти минут, ремонт от суток…

— Кровавые! Сейчас же чини, чтобы Ангелы Похоти тебя на куски порвали! Если через десять минут не будет связи — придушу собственными руками!

— Есть!..

— Стой! Резервные каналы?.. Связь по лазеру?..

— Только с одним объектом за раз, долго настраивать…

— Сделай! Верни мне управление кораблями, хоть как-то!

Противник в это время не бездействовал. Будто почуяв момент слабости — а, скорее, точно всё рассчитав и его предугадав — вражеский адмирал решился нанести следующий удар.

— Приближается москитный флот противника…

Прокомментировала появление на карте сразу большого количества красных точек Нагината. И Рапира не сдержалась, высказалась вслух:

— Но как, откуда⁈ Нам же говорили, что у них нет своих истребителей…

— Это быстроходные гражданские суда.

— Уже вижу. Кровавые! Все блоки на перезагрузке, система координации огнём не работает…

— Время подлёта — две стандартные минуты…

— Все системы — на ручное управление! По вражеским кораблям — огонь!

Космос тут же расцвёл от мгновенно гаснущих взрывов. Флагман начал огонь сразу, остальные корабли подключились с заметной задержкой. Сообразительные и инициативные капитаны додумались сами, остальные ждали, пока получат приказ по лазерной связи.

И вроде можно было радоваться, вес залпа флота Сестёр Битв был весьма внушительным. Но… С неработающими вычислителями и отправленными на перезагрузку «умными» программами управления огнём, эффективность защитных мероприятий заметно снизилась. По одним мишеням начинали бить одновременно несколько стволов, другие, наоборот, пропускали… И наводчики продолжали мазать.

— Зафиксирован огонь со стороны союзников! Атакована «Ромашка», атакована «Красотка», атакована «Цыпочка»… Ведём ответный огонь…

— Отставить ответный огонь!.. Передать на остальные корабли!..

Однако, всё вокруг уже погрузилось в настоящий хаос и безумную свару в формате «все против всех».

Объяснять, что это действие вируса и вражеская провокация, было уже бесполезно. Щиты сажались с неумолимой скоростью, оставляя нежную обшивку кораблей беззащитной для атак извне. Смертоносные разряды летели отовсюду — уже не только со стороны линкора и прикрывающих его шавок, но и от находящихся рядом, вроде как, союзников…

— Прекратить стрелять по союзным кораблям! Срочно! Вся мощность на щиты, беглый огонь по москитному флоту противника…

К сожалению, момент вновь оказался упущен. Сразу три корабля Сестёр взорвались, по очереди — сначала один, чьи щиты перегрузил слитный огонь союзников, а затем сразу два, угодившие под залп орудий линкора — враг внезапно сменил тактику и перестал концентрироваться на одной цели, вместо этого начав бить сразу по нескольким. К сожалению, дружеский огонь делал своё дело…

Будто этого всего мало — в боевые порядки объединённого флота ворвались крошечные, юркие суда — небольшие быстроходные яхты и прогулочные катера.

И корабли начали взрываться один за другим.

— Кровавые! Это брандеры!

На объёмном тактическом экране быстро двигавшееся облако мелких красных точек налетело на редкую россыпь из жирных зелёных и жёлтых. И пусть некоторые из красных исчезали ещё на подлёте, но далеко не все. Некоторые успевали добраться до вожделенной зелёной или жёлтой цели, после чего, мигнув, пропадали обе.

Никакого утешения от того, что враг уничтожает свои лёгкие и быстроходные суда, не было. Разменять небольшую начинённую взрывчаткой яхту на эсминец, или даже на фрегат — совершенно не тот расклад, о котором мечтает космический флотоводец. Затраты — несопоставимы.

И ведь некоторые из вражеских корабликов не взрывались, а будто пиявки присасывались к своим целям…

— Эй, это что за новость? Они что, пытаются брать нас на абордаж?.. Вот это наглость! — гневно вскрикнула Нагината.

Мгновенно оценив ситуацию, Рапира скомандовала:

— Полный разворот! Про атакованные корабли забыть, бросаем их!

— Но мы подставим бок…

— Выполнять! Всю мощность на щиты и двигатели! Огонь только по самым близким целям!

Флагман начал менять курс. С некоторой задержкой, не очень согласованно, за ним последовали и остальные корабли.

Страшный удар сотряс «Милашку». Освещение и даже виртуальные интерфейсы вмиг погасли, сменившись тусклым светом аварийных красных ламп. Спустя пару секунд, правда, они всё же начали снова включаться. Невыносимо медленно, один за другим…

— В нас попали! Щиты полностью уничтожены, один из маршевых двигателей вышел из строя, обшивка повреждена в нескольких местах, разгерметизация второго и третьего отсеков…

— Богиня спасла нас, сёстры! — а может — то, что дредноут рассредоточил огонь, и по флагману угодил выстрел всего лишь одного из орудий. Но этого говорить Рапира не стала. Такие факты — точно не то, что поднимет боевой дух. — Пожарные команды — на устранение последствий! Продолжаем движение!

Манёвр с разворотом предполагал то, что придётся подставить бока под выстрелы, сделав каждый корабль куда более удобной и предсказуемой мишенью. Конечно же, это повлекло за собой самые тяжёлые последствия. Вражеская мелюзга окончательно потеряла страх, перестала прятаться за щитами линкора и разошлась широким зонтиком, подключившись к избиению союзного флота. Пространство вокруг кипело от наполнявшей его энергии.

Несмотря на потери — два корабля оказались взяты на абордаж, два уничтожено, ещё три — подбито, Сёстры Битв всё же смогли совершить разворот и выйти из боя.

То же самое повторили и инквизиторы. Очевидно, святоши придя к схожим выводам… С примерно такими же тяжёлыми последствиями.

Остальные — замешкались, и тем самым уже скоро приняли на себя основную тяжесть последствий поражения. Вражеский огонь, с каждой секундой становившийся всё мощнее и эффективнее, полностью сосредоточился на самых нерасторопных. Флоты сближались, целиться было всё легче, мощность залпов возрастала, к веселью подключились и орбитальные батареи. Лишь самые быстрые и маневренные корабли умудрялись в таких условиях кое-как уворачиваться, и только самые сообразительные капитаны догадались и успели повторить опасный манёвр вслед за Сёстрами Битв и Инквизицией…

Настолько сокрушительного поражения не было ни разу за всё то время, что Рапира состояла в ордене.

Как⁈

Как они смогли такое допустить?..

— Отходим к Маяку!

Чтобы прийти в себя и оправиться, требовалось время. К счастью, вражеский флот не погнался, сосредоточившись на добивании более близких и удобных целей, которых хватало. Если бы не это — кто знает, чем бы всё закончилось… Рапира прекрасно осознавала, что полного разгрома Сёстры, и действовавшие с ними наравне инквизиторы, избежали лишь чудом. Чего нельзя сказать о союзниках. Те редкие корабли, которые не легли в дрейф, сдаваясь, уже перестали существовать. За считанные минуты их расстреляли, словно в тире…

Но желающих биться до последнего нашлось не так уж и много. Как только первые капитаны догадались выкинуть белый флаг, цепная реакция прошла по всему объединённому флоту. И теперь юркие маленькие челноки шныряли между внешне не пострадавшими кораблями, высаживая призовые команды и отправляя трофеи один за другим в тыл — в сторону Ирия.

— Твари… — процедила Нагината.

Рапира кивнула, как всегда всецело согласная по этому поводу с сестрой.

Их обвели вокруг известного органа, как деревенских простушек.

И кто это сделал? Какие-то жалкие мужики!..

Гнев внутри бурлил всё сильнее, желание мести требовало выхода. Усиленные металлом зубы Рапиры, которая сама себя накручивала и никак не могла остановиться, заскрипели.

— Что там связь?

— Ещё чуть-чуть… Почти готово… Есть!

Буквально дрожа от злости и не скрывая своих чувств, Рапира вызвала флагман инквизиторов.

— Отец Сикст…

— Скорбные вести, дочь моя. Мы и мои братья скорбим…

Вот только, разговора не получилось. Прямо по курсу расцвело несколько огненных цветков — кто-то подорвал батареи возле Маяка.

Одновременно, невежливо оборвав святошу, заорала Нагината — как всегда дублируя то, что и так уже было видно благодаря помощи виртуальных интерфейсов.

— Мы атакованы! «Цыпочка» подбита, «Гортензия» частично выведена из строя, «Анжелика» потеряла подвижность…

Секунду назад всё было спокойно. И вот, вдруг вокруг закипел очередной космический бой, причём противник явно хорошо подготовился для первого удара.

Вражеские невидимки классом не ниже фрегата атаковали остатки объединённого флота. И пока наводчицы Сестёр тщетно пытались вычислить юркие цели и били больше наугад, с противоположной стороны в сторону Маяка медленно двигалось подкрепление. На сенсорах дальнего обнаружения появлялись один за другим крупные корабли, по классу предположительно эсминцы и крейсера. Нужды скрываться у них не было — их сильной стороной, в отличие от юрких невидимок, были мощные щиты и дальнобойные орудия.

— Кто это⁈ Откуда они здесь появились?..

Запустив анализ, Рапира дождалась результата… И обомлела.

— Да это же людоеды! — охнул кто-то. — Нам конец!

— Мамочка… — совсем не воинственно пискнула Нагината.

— Защити, Богиня! Дай нам сил! Полный ход к Маяку, отстающих не ждём… «Гортензия», «Ромашка», «Красотка» — прикрыть отступление. Подорвать себя при угрозе захвата. Живыми не сдаваться! Слышите, сестрички… — голос всегда бесстрастной, жесткой и даже жестокой к подчинённым Рапиры предательски дрогнул. — Живыми не сдаваться ни за что!

Глава 3

Адмирал Зигфрид с небольшой командой верных помощников, скрупулёзно отобранных среди многих из многих, устроился на «адмиральском насесте». В былые времена на флоте именно так в шутку называли эту специальную площадку для высшего начальства, вынесенную над капитанским мостиком флагмана.

Разумеется, флагманом безальтернативно назначили дредноут «Разрушитель».

Откинувшись на спинку кресла, адмирал напряжённо вглядывался в многочисленные виртуальные интерфейсы, то и дело поправляя что-то жестами пальцев, а иногда добавляя голосовые команды. Полупрозрачные объёмные картинки и поля с текстовой информацией буквально окружали Зигфрида со всех сторон, полностью заслоняя внешний мир.

Интерфейсы были впереди, с боков, над головой, даже под ногами, иногда — аж в несколько слоёв. И по-другому никак, управление космическим сражением требует максимального сосредоточения. Под флагами ирийского флота собрались капитаны, совершенно не имеющие опыта совместных действий, никогда не выступавшие в составе хоть сколько-нибудь крупных соединений, и не способные без чётких инструкций извне даже выстроиться в атакующий порядок. Команды кораблей не успели сработаться, у многих офицеров кроме загруженных с помощью гипнолент теоретических знаний ничего больше в голове и не имелось…

Из-за этого большинство задач адмиралу приходится решать в ручном режиме, делегировать их оказалось попросту некому.

Это была неимоверно сложная, но приятная и привычная работа. Не в первый раз управляя крупными соединениями военно-космических сил, Зигфрид представлял, с чем придётся работать и сразу настроил все интерфейсы нужным образом, отсортировав в удобном и привычном для себя порядке. Благодаря этому он прекрасно знал расположение всего самого важного, быстро находил как нужную информацию, так и органы управления.

На соседних креслах расположились несколько помощников адмирала — Зигфрид уже давно подбирал штабную команду из наиболее толковых и подготовленных людей. Управлять и флотом, и стоившим по сложности его всего вместе взятого флагманом в одиночку было бы просто нереально: слишком велика размерность задачи, слишком много параметров надо отслеживать одновременно, слишком мало умеют подчинённые офицеры и нижние чины.

Эти проблемы приходилось компенсировать нужными людьми на самом верху. Пусть они тоже пока умели не так уж много, но хотя бы находились рядом, под рукой, и с готовностью учились, выполняя сначала простые задания, а со временем — всё более сложные.

В число оказавшихся в штабе флота счастливчиков повезло попасть тем немногим, кто имел какой-никакой опыт управления и успешно прошёл личное собеседование сначала с адмиралом, а потом с главой службы безопасности. Среди огромного множества присягнувших на верность молодому роду таких набралось совсем немного: троица бывших имперских офицеров — два капитана первого ранга и инспектор по технической части, и ещё один человек, уже после Катастрофы прошедший путь от юнги до капитана крупного лайнера. Причём, двое из четвёрки раньше уже работали с Зигфридом, в прошлых его жизнях, и он их смог найти благодаря пересланному дочерью дневнику.

Компанию четверым матёрым космическим волкам составила верный адъютант адмирала — Инга, высокая светловолосая блондинка-репликант, никакого опыта управления кораблями никогда не имевшая. Как смеялись за спиной у Зигфрида, в штаб к нему девушка попала через постель… И это не было такой уж неправдой. Однако, надо признать, работала она за десятерых, и не только за дверями адмиральской каюты.

— Второе орудие вышло из строя! — внезапно нарушил сосредоточенную тишину один из помощников — половина интерфейсов перед ним тревожно замигала, окрасившись в красный.

— Срочно прекратить огонь! Состояние корабля, полный доклад…

Отдав устный приказ, Зигфрид скривился и подумал про себя — какой же это архаизм. Но, увы, приходилось работать именно так, используя живых помощников и простую, но такую громоздкую и не самую эффективную человеческую речь.

Конечно, для своей команды он отобрал лучших, но каждого из этих людей ещё учить и учить. Могут пройти годы, прежде чем получиться достичь полного взаимопонимания, слаженности, в самом деле удовлетворительной в условиях космического боя скорости работы. Пока они ещё далеко не единый механизм, хотя первые шаги в этом направлении уже сделаны, и даже это уже — очень много.

После двухсекундной паузы, в течение которой адмирал успел отвести в тыл два корабля с просевшими почти в ноль щитами и обозначить несколько приоритетных целей среди всё ещё опасных вражеских кораблей, помощник снова заговорил:

— Докладываю! Щиты — остаточная мощность пятнадцать процентов, шесть вспомогательных реакторов из двадцати семи выведены из строя. Время на перезарядку — не менее девяти часов, полный ремонт — от трёх суток. Второе орудие — перегорели силовые линии, время ремонта не определено. Четвёртое орудие — сильный перегрев, возможны необратимые повреждения при дальнейшем использовании, рекомендовано провести профилактические работы. Два маршевых двигателя и три маневровых вышли из строя. Внешних повреждений обшивки нет, защиту ни один из выстрелов не пробил…

Вслушиваясь в устный доклад, адмирал одновременно крутанул перед собой, увеличивая, полупрозрачную модель линкора. Отдельные узлы на ней были помечены зелёным, жёлтым или красным. Последних двух цветов было удручающе много.

Дублируя картинку, сбоку от неё висело сразу несколько экранов со строчками и столбцами текстовой информации, которые будто жили своей жизнью — значения постоянно менялись, а многозначные числа росли или уменьшались, извиваясь, словно маленькие длинные черви.

— … бой с остатками вражеского флота один на один по прогнозам тактического анализатора мы не выдержим. Доклад окончил, — подвёл итог помощник.

— Проиграем, — кивнул своим мыслям адмирал. — К счастью, и враг уже отступил.

Одна из проекций показывала движение объединённого флота Инквизиции и Сестёр Битв. Они развернулись в сторону Маяка, и, судя по всему, о реванше не думали.

— Так… — смахнув жестами пару проекций, адмирал вчитался в сухие строчки отчёта, всё больше хмурясь. И спустя минуту выдал вердикт: — Срочно выделить людей для профилактики четвёртого орудия. Остальные ремонтные работы заморозить. Огонь не открывать. Вся мощность реакторов — на восстановление щитов.

— Есть! — отчитался помощник.

— Что с трофеями?

— Минуту… Собираю информацию,— отозвался другой помощник. И надолго замолк, вновь заговорив только после значительной паузы. Задержка эта показалась настолько большой, что Зигфрид опять не сдержал недовольную гримасу. Часть необходимых данных он уже успел получить и сам. Возможно, без этого горе-помощника даже вышло бы закончить быстрее… Но как тогда научить человека работать эффективно? — Захвачено двадцать кораблей. Один истребителеносец, три крейсера, эсминец, остальное — мелочёвка.

— Команды «Чайки» и «Резвого» — отогнать корабли в доки Небесной Гавани, пересадить на трофейный крейсер «Модница», капитаном назначить Петрова. Только переименуйте этот ужас во что-то вменяемое. Команду «Дракона» пересадить на трофейное «Святое слово». Тоже — обязательно сменить название… Так, а это что⁈

В течение следующих минут Зигфрид и его помощники молча наблюдали за разгоревшимся вдалеке, на самом пределе видимости сенсоров, космическим боем.

Корабли Сестёр Битв, Инквизиции и примкнувшие к ним ошмётки других флотов оказались атакованы. Потеряли пару эсминцев, фрегат и корвет, бросили недобитков прикрывать отход, а основными силами продолжали на полном ходу рваться к Маяку… У которого кто-то уже успел подорвать батареи, и к которому двигалась ещё одна неизвестно откуда взявшаяся космическая армада.

Пискнул сигнал вызова. Не дожидаясь ответа и одобрения, на голограмме появилась Наина Разумовская, её допуск позволял такие вольности.

Глава службы безопасности выглядела крайне озабоченной.

— Зигфрид. Можешь объяснить, что у вас там происходит?

— Если кратко: мы отогнали вражеский флот, сами чуть не надорвались. А теперь на противника кто-то напал и довершает начатое нами. Там корабли-невидимки и ещё целый флот.

— Кто это сделал? Племянник вряд ли, он бы вышел на связь… Неужели — Перовский?

— Количество зафиксированных нами кораблей-невидимок значительно больше, чем было у Дома.

— Это ничего не значит. Старый лис легко мог что-то скрыть от нас.

— Мог. Но я не понимаю, зачем ему это. Сначала пустить, потом — нападать… Ещё и взорванные батареи…

— Перовский крайне хитёр. Он легко мог провернуть и не такую многоходовку ради одному ему ведомых целей… Но нужно больше информации, пока это досужие домыслы.

— Уже послал вперёд быстроходный корабль с мощными пространственными сканерами. Вся информация будет совсем скоро… Кровавые! Наш разведчик уничтожили! Доклад, срочно… Мы успели что-то узнать⁈

— Да! Несколько пакетов сырых данных для предварительного анализа дошло, фрагментарные, но можно что-то восстановить… Распознавание уже запущено, результат… Адмирал! Адмирал, это…

— Вижу. Да хранит нас Бог Космоплавания!..

Все, собравшиеся на «адмиральском насесте», поражённо замолкли.

— Зигфрид. В чём дело? Что вы узнали? — напомнила о себе Наина, которая не могла видеть виртуальные интерфейсы.

— Госпожа. Боюсь, вам это не понравится…

— Ну давай уже, не томи! Я не молодая институтка! Хватит этих прелюдий…

— Это флот людоедов.

Глава службы безопасности резко захлопнула свой рот и проглотила уже почти сорвавшуюся с языка хлёсткую фразу. Нахмурилась, она опустила глаза, рассматривая сцепленные пальцы… И резко вскинулась.

— Это всё резко меняет, Зигфрид. Уже есть какие-то прогнозы? Что говорит ваша аппаратура?

— Тактический анализатор предсказывает полный разгром объединённого флота в течение ближайших… В лучшем случае, часов. Далее — захват людоедами Маяка, Дома, и медленная оккупация системы.

— Этого нельзя допустить! Я сейчас же свяжусь с флагманами Инквизиции и Сестёр Битв. Предложу нашу помощь. С этой нелюдью надо расправиться, и как можно скорее…

— Но…

— Увы, враг нашего врага — пусть и не друг, но временный союзник. А главный враг сейчас — именно Чужие. Не святоши и не эти безумные бабы. Все распри и ссоры придётся отложить на потом… Думаю, их главные со мной согласятся.

— «Разрушитель» еле пережил бой. Одно орудие вышло из строя, другое на грани.

— Плохо. Но придётся рисковать — если останемся без Маяка, тогда нам конец. Я поговорю с командами захваченных судов… Думаю, их можно использовать тоже. Перспектива быть сожранным сделает сговорчивым кого угодно.

— Есть ещё вражеские истребители. Они почти израсходовали энергоресурс, висят в пространстве бесполезным облаком… Если удастся договориться, мы могли бы подобрать их тоже, зарядить и направить в бой.

— Отлично. Подниму этот вопрос. Если получу добро, с вас — собрать всю эту мелюзгу… И обеспечить безопасность на борту. А ещё, Зигфрид, надо обязательно сообщить в другие миры…

— Уже направил стандартные сигналы бедствия, которые использовались в Империи. Но… Сильно не уверен, что нам кто-то поможет.

— Пусть будет. Вторжение такого врага — повод забыть про междоусобицы и распри. Вряд ли, конечно… Но чем Кровавые не шутят?..

— Я бы не надеялся, госпожа.

— Я и не надеюсь… Что?

— Сигналы бедствия не прошли… Ретрансляторы отключены!

— Срочно! Срочно выдвинуть флот к Маяку! Необходимо любой ценой вернуть связь…

Наина резко отключилась. Ей предстояла сложная задача — договориться с недавними врагами о совместных действиях…

Зигфрид же на секунду прикрыл глаза. Увы, адмирал ясно понимал — малой кровью на сей раз они не отделаются. Силы слишком неравны.

На предплечье адмирала легла лёгкая рука. Губы Зигфрида будто сами собой растянулись в улыбке.

Ему есть, ради чего биться.

Он победит.

— Маршевые двигатели — полный ход. Орудия — к бою.

Глава 4

— Итак, сеньор князь. Пока вы тут развлекались, путешествовали и наслаждались экзотическими видами да всякими амазонками, снаружи случилась задница. Полная, абсолютная, беспросветная и непроглядная…

Мы обступили Хосе со всех сторон и с нетерпением ждали, когда же он наконец перейдёт к сути. Хотел уже было прикрикнуть на него, мол, ну сколько же можно тянуть мирийского кота за резину — но бывший юнга будто почувствовал, что перегнул, и наконец разродился:

— На наши миры напали! Людоеды… И другие расы Чужих.

Кажется, кто-то из сестёр Яромиры упал в обморок, а у неё самой лицо сделалось мертвенно-бледным.

Кинув на супругу быстрый взгляд и убедившись, что сама она стоит на ногах твёрдо, я переключил всё внимание на Хосе.

— Что значит — «на наши миры»? О чём ты?..

— Значит — на все человеческие миры! Вообще, на все! Сигнал бедствия сначала не прошёл — враг захватил ретрансляторы. Но когда их получилось отбить… Выяснилось, что такой сигнал пришёл уже из половины человеческих систем. А из каких не пришёл… Туда ничего и не отправить. То есть там, вероятно, тоже уже всё совсем плохо!

— Кровавые…

— Что значит — другие расы? А что же локи? Тоже? — гребень Аррака покраснел.

— Да. Твои собратья — напали тоже. Кроме тех, кто пришёл в нашу систему… Они всё ещё верны сеньору князю, но бунтуют и никого не хотят слушаться, кроме него самого. Говорят, что не примут приказов ни от кого, кроме своего Вождя, а пока его нет — вольны делать всё, что заблагорассудится. То есть — хулиганить, избивать местных и развлекаться с ирийскими женщинами.

— Но ведь после Катастрофы у нас со всеми мир… Чужие захватили несколько систем,и после этого был заключён договор восемнадцати рас! — подавленно выдавила одна из сестёр Яромиры, и в конце совсем по-детски всхлипнула.

— Си, сеньора. Вы говорите совершенно верные вещи. Я тоже был в этом полностью убеждён… Считал, раз нет Империи — нет больше нужды воевать, и со всеми Чужими у нас дружба. Все всех простили, забыли старые обиды, списали долги…

— Людоеды никогда ничего не подписывали. Они вообще ни с кем на контакт не идут — другие разумные для них не более, чем еда, — вставил и я свои пять кредитов. — Продолжай, Хосе.

— Да вот как бы сказать-то вам… В общем… После того, как… — Хосе опять потупился. — Карахо! После некоторых событий, причиной которым стал сам наш сеньор Темнозар, собственной персоной — во многих населённых людьми мирах начались междоусобицы. Местные принялись делить власть, боевые корабли перестали нести дежурство, оставили охраняемые объекты… И будто исчезло то, что всё это время сдерживало наших соседей по галактике. Может, они вообще всё это время только делали вид, что человеческие миры им не интересны, а сами готовили масштабное вторжение. Выжидали удобного момента, подстерегли момент слабости, и вот.

— Неужели у них что-то получилось?

— Си! Ещё как получилось! Больше семидесяти процентов населённых людьми систем уже захвачено. В других — идут бои, с переменным успехом. И сектор Крота… Оказывается, там произошло то же самое! Ещё давным-давно! Он полностью оккупирован.

— Откуда информация?

— Мы смогли взять на абордаж транспорт с ещё живыми… Рабами. Хотя, скорее, их правильнее называть скотом. И даже это слово слишком мягкое — они там были все в полуживом и наполовину разделанном состоянии… Мясо, короче. Живые припасы. Ужасная картина, сеньоры и сеньориты — поверьте. Меня прополоскало так, как раньше никогда в жизни, и позывы возникают теперь сразу, стоит только вспомнить. И вот среди этих несчастных оказалось несколько человек оттуда, из сектора Крота… Которые умудрились дожить и не свихнуться. Они рассказали, что людоеды просто проникли в их системы какими-то своими путями, захватили ретрансляторы сверхсветовой связи, отключили Маяки от общей сети, а после — полностью подчинили сектор себе. Вообще — полностью.

— Да что же творится…

— Творится страшное. Там сейчас просто мрак какой-то, если судить по их рассказам. Везёт тем, кто имеет достаточные компетенции и кого просто угоняют на работы… Их хоть как-то берегут. Остальные — просто мясо.

— Понятно. Жаль их, но давай ближе к нашим делам. Вы-то смогли отбиться?

— Ох, сеньор… Карахо! У нас заварилась такая маисовая похлёбка, что если бы кто рассказал мне раньше, я бы просто не поверил.

— Давай по порядку, и хватит уже материться. Можешь с того места, как на вас напала Инквизиция и вы прыгнули в сторону Альфы Работорговца…

— Си. Мы нашей небольшой эскадрой разогнались в сторону дома, а там уже объявился здоровенный вражеский флот, как я вам уже и говорил. Кораблей под сотню, в разы больше, чем у нас на всём Ирии. Перовский беспрепятственно пропустил их всех и, судя по всему, передал ещё и ключи от батарей, которые у Маяка. А сам скрылся в неизвестном направлении, вместе со всем своим флотом и кое-кем из приближённых. Так что, когда в системе появились незваные гости, Дом был полностью оставлен беззащитен, и лишён управления. На поверхность планеты высадились и начали хозяйничать, как у себя дома, вражеские десантники… А наши оказались один на один с мощнейшей армадой. И тут ещё мы, летим прямо в лапы к этим, без возможности изменить маршрут!

— Судя по тому, что ты здесь, с нами, живой и здоровый…

— Верно. Когда «Косатка» и остальные наши корабли вышли из сверхсвета около Маяка, всем этим Инквизиторам и прочим было уже совершенно не до нас. И они были уже даже, как бы это сказать помягче, нашими союзниками. Там кипела такая жестокая битва…

— И тут появились вы.

— Именно, сеньор Темнозар. Не только наши несколько кораблей — тётя Наина и адмирал Зигфрид вызвали ещё часть тех, что были раньше на службе у Синдиката и других организаций, и которые вы смогли переманить на нашу сторону. Там откликнулось всего-то пять десятков, и из них только три успевали к бою вместе с нами — но, тем не менее, вместе мы уже представляли какую-то силу. Людоеды как раз добивали остатки инквизиторов и Сестёр Битв, наш флот вместе с «Разрушителем» и кучей трофейных кораблей, у которых даже оставили старые команды — ну, кто пережил абордаж — пытался помешать им сделать это…

— Вот и правда, та ещё маисовая похлёбка заварилась. Как же иронична жизнь! Вместе с недавними врагами, против новой напасти…

— Си. Хотя, должен отметить, сеньор князь, союзники из этих наших недавних врагов… Ну уж очень сомнительные. Да какие есть. Мы наладили с ними какое-никакое взаимодействие, начали делиться разведданными — ведь сенсоры на наших кораблях более совершенные, могут выявлять хорошо замаскированных невидимок. Вместе нам даже удалось потеснить людоедов от Маяка. Там вскоре начали появляться остальные корабли, вызванные из других миров, с ходу вступая в бой. Было жарко.

— Потери?

— Четыре наших корабля уничтожили, один захватили, ещё мы лишились двух трофейных — уж не знаю, стоит их к остальным причислять, или нет. С десяток получили разные повреждения. Кроме того… Подкрепление прибыло не только к нам. Как оказалось, там на подходе ещё были корабли Инквизиции и Сестёр Битв. Вот и получилось в итоге, что висят вокруг Маяка три враждующих друг с другом флота, время от время сходясь в схватке между собой…

Кто-то за моей спиной выругался. И я не мог не согласиться. Ситуация вырисовывалась такая, что нарочно не придумаешь. В чём-то комичная, но на самом деле — просто Кровавые знают, насколько грустная.

— Почему инквизиторы, сёстры и вся остальная кодла сразу не свалили, как пробились к Маяку?

— Там тоже всё очень интересно и ни разу не просто, сеньор. Вскоре стало известно, что главная обитель Инквизиции подверглась мощнейшей атаке и пала. То же самое — и с базой Сестёр Битв. Из-за того, что чужие уничтожили ретрансляторы сверхсветовой связи в ряде систем, все эти новости значительно запоздали… А когда дошли до своих адресатов, то выяснилось: чудом спасшиеся остатки что инквизиторов, что шизанутых поклонниц Богини Войны бегут именно в сторону нашей системы — ведь именно сюда ушли их основные силы незадолго до этого. И свернуть, затормозить или развернуться в сверхсвете им уже никак, они оказались в той же ситуации, что мы сами незадолго до этого. Вот и вышло, что наша система оказалась точкой сбора, и теперьвсе были временно заперты в ней, без возможности удрать. Это стало вопросом выживания сразу двух организаций. И не только — многие беженцы из других человеческих миров также устремились именно к нам. Альфа Работорговца стала одной из немногих систем, где люди смогли отбиться от нашествия… И бежать куда-то из неё смысла уже, как правило, никакого, везде вокруг ситуация только хуже.

— Ясно. И какова обстановка на момент твоего прыжка? Наши ещё держатся?..

— Обстановка жуткая, сеньор. Дом людоеды захватили сразу, никто его даже не пытался отбить. Твари тут же начали свои гекатомбы. Пока крутился возле Маяка, насмотрелся… Реки и земля возле крупных городов буквально окрасились в красный цвет от пролитой крови, на каждом столбе кто-то висит, эфир заполнен мольбами и призывами о помощи. А к людоедам постоянно прибывает и прибывает подмога, количество кораблей у них растёт. Идут не через Маяк, используюткакие-тосвои, альтернативные пути. Дважды накапливали достаточно сил, чтобы атаковать нас, вместе с инквизиторами и остальными… Оба эти раза у адмирала Зигфрида лишь чудом получалось отбиться, только благодаря его мастерству, Разрушителю, а также нашим мощным сенсорам. Маяк уже несколько раз переходил из рук в руки. Когда я улетал — там вокруг уже снова роился флот людоедов, под две сотни кораблей… И не знаю, получится ли ыбить их снова. Прорваться вышлотолько благодаря активной маскировке «Косатки» и её скорости. Да ито отследили, чуть не грохнули в момент разгона.

— Александер остался?

— Си. У насжуткаянехватка офицеров, капитанов… А у него — такой опыт! Сразу поставили на капитана, рулить «Разрушителем». А Зигфрид сосредоточился на управлении флотом.

— Ирий держится?

— Ирию повезло куда больше Дома. Людоеды прорывались несколько раз, порушили остатки батарей на орбите — те, которые мы с таким трудом восстановили… Но мы их всякий раз выбивали с поверхности. Ваша тётушка и дядя Снегирь взяли всех одарённых за жабры. Заставили начать массовую мобилизацию, предоставить ополчения, подготовить людей для обороны на местах. Наладили нормальное, централизованное управление. Перед лицом внешней угрозы все эти зазнайки высокородные наконец поджали хвосты, перестали воротить носы и включились. Ведь общее дело же делаем, жрать будут всеходинаково — что высокородного, что неодарённого. Взяли в оборот и беженцев, в том числе с Дома. В общем, Ирий держится… Пока. Но прогноз паскуднее некуда. Меня попросили передать, что разорив другие миры, людоеды без вариантов стянут все силы к нам. И тогда — конец. По самым грубым прикидкам, твари могут пригнать не менее пары тысяч кораблей, и тогда даже Разрушитель не спасёт. Поражение лишь вопрос времени… Там такая армада, какую не видели со времён Империи! Да что говорить, у меня вся информация, которую успели собрать, с собой, закачана в хранилища «Косатки». Можете ознакомиться.

Не тратя времени, я подключился к бортовому вычислителю яхты и начал изучать сводки, переданные извне.

Очень скоро волосы на голове буквально зашевелились.

Хосе, к сожалению, видел лишь часть картины и не мог проанализировать за короткий отрезок времени большой массив информации. А у меня такая возможность была, и я понял: враг реально силён. Это не временно, это навсегда…

К нам нагрянула действительно настоящая армада. Вовсе не тот хлипкий флот-насмешка из объединившихся инквизиторов, Сестёр Битв и прочих прихвостней, которые решили заявиться по мою душу. Даже от этих-то наши едва отбились, но… Там реально совсем иной масштаб, едва ли не на пару порядков больше. Тысячи боевых кораблей, в разы больше транспортов, десятки миллионов десантников… Даже если собрать все флоты человеческих миров в одном месте, у одних только людоедов будет многократное преимущество — и это считая исключительно те их силы, о которых мы знаем без учёта возможных резервов. А ведь в нашествии замешаны и другие расы Чужих…

— Сеньор князь, надо что-то делать! У меня с собой аппаратура для сверхсветовой связи. Удивительно, но она ещё работает, пусть с перебоями и не везде. Также, в трюме кое-какие узлы из тех, которые, как мне сказали, самые важные для функционирования Маяка… И стержни… Увы, нормальный грузовик, тот, который мы готовили для отправки сюда, протащить не удалось. Но уж что есть… Надо обязательно попытаться спасти наших! Без ваших способностей им не отбиться, и тогда на Ирии воцарится кровавый ужас. Такой, который поглотил уже большую часть известных человеческих миров… И Сектор Крота.

— Понял. Ладно… Время дорого. Хосе!

— Слушаю!

— Десантный танк всё ещё на «Косатке»?

— «Шершень»-то? В трюме.

— Выгрузи его, надо будет кое-куда слетать.

— Си, сеньор князь!

— Аррак. Метнитесь вдвоём с Хосе на «Косатке» к Маяку, срочно займитесь им. И что важнее — запустите аппаратуру для сверхсветовой связи. Нам нужна актуальная информация и возможность передать весточку наружу. Потом с вас — ещё разобраться с яхтами и клипером, которые прорвались в систему. Они подбиты, или даже уничтожены, но хотелось бы по возможности вернуть эти суда в строй. Задача ясна?

— Да, вождь.

— Аррак…

— Да?

— Если что-то в наших взаимоотношениях поменялось — скажи.

— Нет, вождь. Локи не мечутся, как продажные девки между клиентами.

— Но, возможно, твой народ сделает другой выбор?.. И в какой-то момент придётся идти против него?..

— Неважно. Я сделал свой, и не изменю его. К тому же, вождь… Где ещё я найду такую интересную работу?

— Отлично.И так уж получается, что на тебя очень многое сейчас завязано, и заменить тебя сейчас простонекем… Но тут ничего не сделаешь.

— Прекрасно понимаю.

— Это хорошо. Не тратьте время, действуйте! Сам я пока пойду, переговорю кое с кем. Может, удастся заполучить какого-никакого союзника. А все остальные… Увы, пока вы нам никак помочь не можете. Просто готовьтесь к большой, очень большой драке, с самым страшным противником из всех возможных. И, что не менее важно — готовьтесь к тому, что скоро здесь станет немного людно. Надо провести разведку местности, определить места для временных лагерей и будущих поселений.

— Зара. Ты же не хочешь сказать, что?..

— Хочу. Конечно, можно было бы отгородиться здесь и жить нашей маленькой колонией, питаться подножным кормом… Но я себе не прощу, если бросим своих. Надо спасать людей. Но и действовать в лоб нельзя, сражаться со всем флотом вторжения лоб в лоб бессмысленно. Рано или поздно они просто стянут побольше кораблей и задавят массой. Буду я рулить всем, не буду — уже не так важно, это только продлит агонию. И Маяк в твоей родной системе можно хоть даже и уничтожить, это совершенно ничего не изменит. У людоедов есть свои, обходные пути как туда, так и Кровавые знают ещё в какое количество наших систем. Ни одна из них не может считаться защищённой… Но — остаётся небольшой шанс. Мы можем сработать на опережение, перехватить инициативу. Надо успеть собрать силы в кулак, ударить в одном месте, хотя бы временно ошеломив врага, и воспользоваться этим.

Яромира кивнула. И в её глазах мелькнуло что-то такое, что я почувствовал теплоту внутри. Обожание? Гордость? Вера? Очень странно чувствовать такое после долгих лет борьбы в одиночку против всего мира… Непривычно. И неожиданно приятно.

— Эта система, вроде как, пока должна оставаться чистой. По крайней мере, с большой степенью вероятности. Пусть два вражеских корабля и прорвались сюда, но Хосе их уничтожил почти сразу. И это были именно боевые единицы, вряд ли те же корабли, которые прокладывают межзвёздные пути. Надеюсь, никаких «семян», или как они там это всё делают, тут не осталось… Так что — когда Хосе с Арраком дадут связь, я вызову всех капитанов как боевых, так и грузовых кораблей, до кого смогу достучаться — не только перешедших к нам на службу и даже колеблющихся, а вообще всех. Дам координаты. Не для того, чтобы победить… Чтобы спастись. Нам необходимо провести беспрецедентную эвакуацию. И то, что возле Ирия уже скопилось так много грузовиков со стратегическими грузами, нам только на руку — мы готовы к автономному существованию, как никто другой. Но этого мало. Необходимо прихватить с собой как можно больше людей и материальных ценностей. Станки, инструменты, материалы, семена… Пригодится всё, что поможет возродить нашу уничтоженную цивилизацию здесь, на Арконе, когда мы принудительно выключим Маяк из сети и станем недоступны для вторжения извне. Хотелось бы, чтоб навсегда — но, скорее, всего лишь на время. Надеюсь, людоеды попасть к нам не смогут очень долго… А к моменту, как доберутся, необходимо стать достаточно сильными, чтобы иметь возможность дать достойный отпор.

— Сеньор… Это звучит, как что-то нереальное.

— А кто обещал, что будет легко? — под моим взглядом Хосе аж съежился. — Но мы это сделаем. Придётся сделать!

Глава 5

Слуга Древних сразу понял, что я подключился, но никак не отреагировал на это и не поприветствовал меня — у их племени такое не принято. Только скупые короткие сообщения, только передача актуальной информации без капли эмоциональной окраски… И только в тот конкретный момент, когда это действительно нужно.

Удивительно, но некое подобие эмоций я всё-таки умудрялся улавливать несмотря на такую своеобразную стерильность нашего взаимодействия. Как минимум, получалось распознать по косвенным признакам любопытство. Когда ему что-то было интересно, мой собеседник начинал «говорить» очень много, стремясь получить всю возможную информацию. В обратных случаях он наоборот ограничивался обрывочными односложными ответами.

Подключился к симуляции в самый разгар грандиозной битвы формата «один против всех» — это Слуга Древних попросил развлечений, и я их ему обеспечил. Самообучающиеся модели поведения с запоминанием и совершенствованием наиболее успешных паттернов, автоматическая генерация противников, масштабируемый уровень сложности… Фактически, мой подопечный проходил кое-как, на коленке, слепленную виртуальную игру. Причём не бесполезную убийцу времени, а реально позволяющую оттачивать свои навыки.

Это не было благотворительностью. Обучение шло одновременно с двух сторон — я ведь тоже изучал возможности Слуг Древних, их приёмы и особенности поведения.

Изучать всё это доставляло мне настоящее удовольствие, но сейчас время серьёзно поджимало, поэтому я не стал ходить вокруг да около.

Понаблюдав несколько секунд за битвой, одной командой поставил её паузу, «заморозил», и сразу перешёл к делу.

— Получилось подумать насчёт новой цели для существования вашего народа?

— Ответ отрицательный.

— Это значит — не получилось? Или новой цели нет?

— Я должен передать информация я-мы. Я нет мощность получать верный решение.

— Хорошо. Тогда другой вопрос. Наше общение имеет ценность?

— Первый контакт после много время. Конец эпоха тьма. Ценность большой величина, полученный информация очень много значение.

— Надо мной и над моим народом в данный момент нависла серьёзная угроза. Если враг победит… Нашего общения больше не будет. Как и новой информации.

— Негативный сценарий. Избежать.

— Если бы твой народ мог помочь моему… Мы могли бы продолжить наше общение и дальше. Ко взаимной пользе. Я не говорю о том, что могу многое предложить вам за это, — сказал это с некоторым трудом — не привык выступать в роли просителя. Строить общение со Слугами Древних планировал совершенно по-другому, с иных позиций… Но, увы, жизнь распорядилась так, что все планы и наработки пришлось перекраивать и наступать самому себе на горло. И тут ничего не сделаешь. Или ты подстраиваешься под ситуацию, или банально перестаёшь существовать, так всё устроено.

— Я нет полномочие решать.

— Но такое возможно вообще?..

— Я нет полномочие отвечать.

— Плохо. Мне надо понимать. Или есть вероятность положительного решения, и я буду тратить ресурсы на то, чтобы вернуть тебе тело и дать возможность вернуться к своим — или я сейчас понимаю, что это безнадёжно, и займусь вещами более важными для выживания себя и своего народа.

Слуга Древних надолго замолк. Уже думал, что это и есть ответ — отрицательный — но он, наконец, выдал:

— Вероятность положительный ответ много выше ноль. Я требовать вернуть я-тело и поместить аномалия. Я быть передать информация, быть получать ответ. Я требовать много-весь информация. Много информация, много вероятность положительный ответ. Мало информация, мало вероятность положительный ответ.

— Какого рода информация требуется?

— Твой народ. Твой враг. Твой предложения.

— Хорошо. Я подготовлю блок данных обо всём, что нужно. И мне тоже надо кое-что узнать. В каких системах находятся аномалии? Чтобы можно было попасть в ближайшую и связаться с твоими сородичами…

— Важная информация. Я нет полномочие давать.

— Мне не нужны все аномалии. Только самые ближайшие. Это можно сделать?

— Несколько, ближайшие… Допустимо.

После этого он и правда скинул мне несколько координат. Совместив наши карты по самым ярким звёздам, я определил, что это находящиеся не очень далеко звёздные системы… Вот только — ни в одной из них не оказалось подключённого к общей сети Маяка!

Пришлось, объяснив ситуацию, пытаться вытрясти из Слуги Древних больше вариантов. Но мой немногословный собеседник отказался наотрез, резонно заявив, что я так всю информацию из него вытяну по чуть-чуть.

Пришлось менять стратегию и отправить ему карту известных нам зарегистрированных Маяков. Только благодаря этому и получилось найти точку совпадения двух независимых сетей, ту, в которую мы могли бы попасть и связаться с возможными союзниками.

Точка оказалась поистине символичной. Система Пси и Омеги Червя — в некотором смысле «родина» моего собеседника, ведь мы забрали его именно оттуда. И одновременно, самые известные верфи в разведанном мире. Не говоря о том, что этот мир — один из немногих, который, если верить переданной Хосе информации, пока ещё держался, успешно отбивая натиск людоедов.

Меня и так уже посещали мысли, что стоило бы наведаться туда.

Да, кое-какое оборудование для создания собственных верфей я уже раздобыл, отправив доверху гружёные корабли с честно наворованным изо всех уголков разведанного мира. Любой правитель периферийного мирка наподобие нашего Ирия о таком мог бы только мечтать. Судя по отчётам Аррака, после запуска верфей на орбите, мы будем самостоятельно строить корабли класса корвета, а то и фрегата. Оставались, конечно, некоторые нерешённые проблемы — энергетические установки, орудия крупного калибра — но всё это относилось к задачам вполне себе решаемым, просто требующим времени и выделения дополнительных средств.

Вот только, увы, для последней надежды и новой колыбели человечества таких мощностей уже явно не хватало. И в такой ситуации я просто не простил бы себя, если бы не попытался вывезти с известнейших на весь разведанный мир верфей как минимум часть наиболее ценного оборудования и специалистов. С последними, конечно, ещё надо найти взаимопонимание… Но нависшая надо всеми общая беда сделает кого угодно сговорчивым, да и я бываю убедительным.

Закончил разговор я в большой задумчивости. Как бы ни сложилось взаимодействие со Слугами Древних — а легко может статься, что ничего хорошего из моей затеи не выйдет — но хорошие верфи колонии в будущем точно пригодятся. Но всё это накладывало дополнительные ограничения и значительно осложняло всё. Раскурочить гигантскую космическую станцию и вывезти её в другую систему, да ещё и во время тотальной войны на уничтожение, задача не тривиальная…

Сняв с паузы битву, позволил Слуге Древних развлекаться дальше.

И, неожиданно для самого себя, созвал общее совещание. Не столько даже для того, чтобы выслушать чьи-то мнения — а скорее, чтобы самому успокоить сумбур в голове. Хосе и Аррака вызвал по голосвязи, чтобы они присутствовали удалённо.

Озвучил перед всеми проблему, как её вижу, и предложил желающим высказаться.

Первым внезапно заговорил Тит:

— Мой старый наставник говорил так: одной рукой и за задницу, и за титьки не ухватишься. Так что, увы, приходится выбирать…

Кивнул, принимая мнение, и оглядел остальных.

Следующим порвался выступить Аррак.

— Верфь — важно. Верфь — нужна. А если нельзя схватиться за всё сразу одной рукой, надо хвататься двумя! Мы же не инвалиды. И мы не можем бросать столько оборудования просто так, на поживу врагу. Без флота у колонии нет будущего. Но без лапут и без возможности добывать энергию любые верфи и корабли тоже будут бесполезны. Нам нужно одинаково и то, и то.

— А также требуется медицина, продукты, одежда, оружие… И много чего ещё. Ведь не одной единственной войной мы будем жить. Может, вообще до следующего контакта пройдут сотни лет, — а это уже Яромира.

— Большое количество грузов скопилось в системе Альфы Работорговца.

— Большое, но недостаточно. Надо больше, ты сам знаешь это.

— Знаю. Но… Жадность нас может погубить.

— Можно отправить быстрые корабли в некоторые системы. Невидимок у нас больше нет, увы… Но можно сыграть на скорости. Быстро высадиться, взять нужное, и сразу рвать когти. Если людоеды перехватят… Увы. Значит, не повезло. А если нет, жизнь колонии облегчится в разы.

— Ладно, я вас услышал. Аррак! Ты у нас по технике главный, так что составь пожалуйста список самого необходимого для развития колонии, раскидав по приоритетам. Сначала то, что мы никак не сможем воссоздать сами. Потом — то, что сможем, но сильно не сразу. В конце — легко воспроизводимое. Времени мало, начинай прямо сейчас. Отчёт сразу по завершению работы.

— Слушаюсь, вождь.

— И что там, кстати, с Маяком и связью?

— Завершаем монтаж. В ближайшие часы прогоним базовые тесты, проверим, и всё будет.

— Отлично… Яра.

— Да, Зар.

— А ты у нас будешь отвечать за всё, что не связано с техникой. Продукты, одежда, медицина… Бери кого хочешь в помощники, и составляй план. От тебя требуется то же самое. Что для колонии самое важное — с учётом того, что мы долгие годы будем полностью изолированы… На этом, пожалуй, всё. Луций, ты что-то хотел сказать?..

— У меня небольшая просьба.

— Да, конечно.

— Когда появится связь, нам необходимо связаться со своими. Просьба предоставить приоритетный доступ.

— Что же… Не думаю, что это проблема.

— Есть проблема.

— И какая же?..

— Если ордену грозит прямая опасность — все тамплиеры обязаны временно приостановить контракт и отправиться к нашей крепости, защищать её. Это прописано в правилах. Обычно на этот пункт никто не обращает внимания, потому что он кажется нереальным — ну кому в своём уме придёт в голову напасть на одну из самых могущественных организаций в разведанном мире… Но у меня плохое предчувствие.

— Понял тебя. Новость для меня не самая радостная, я на вас рассчитывал… Но это не такая уж большая проблема. Справимся и без вас.

— Мне очень жаль.

— Ничего страшного. Свой бронескафандр ближе к телу, это известная истина. Я дам вам и связь, и полную свободу на столько, на сколько будет нужно. Только, Луций…

— Да?..

— Подумай над тем, что мы можем оказаться друг другу полезны. Как бы ваша крепость ни была хорошо защищена, но если весь остальной мир захватят — её падение будет всего лишь вопросом времени. Осада рано или поздно закончится вашей гибелью. Так что, может, тамплиерам тоже имеет смысл сменить дислокацию?

— Я передам предложение кругу капитанов.

— Передай обязательно. На этом всё?

Никто больше не изъявил желания говорить. Я распустил всех, а сам направился к «Шершню». Предстоял ещё один сложный разговор.

На полпути меня догнала Яромира.

— Зара…

— Да?

Она взяла мою руку в свою.

— Позволь слетать с тобой.

— Тебе же вроде есть чем заняться…

— Есть. Хочу просто побыть с тобой вдвоём. Да и говорить с амазонками лучше, когда я рядом.

Пожал плечами. Почувствовал подавленное состояние супруги, и не стал отказывать.

Забравшись в «Шершня», устроился в кресле пилота, Яромира — на месте наводчика. Как в старые добрые времена, которые казались сейчас уже такими далёкими, когда мы отбивали лапуту рода Белых у пиратов.

Десантный танк взмыл в девственно-чистое небо Арконы. Предстоял нелёгкий разговор с местными амазонками и их членистоногими друзьями, ведь в грядущей заварушке пригодится каждый союзник… Но в успешном исходе этих переговоров я не сомневался, ведь нам тоже есть что предложить.

А там уже и Аррак закончит возню с Маяком и ретранслятором, появится связь — и можно будет заняться вещами уже действительно глобальными.

Глава 6

Снаружи, на улице, что-то зашуршало и заскреблось.

«Мамочка, только не это!..»

У Аниты перехватило дыхание. Если это они — ей конец…

Раздалось тихое мяуканье, и девушку тут же отпустило.

«Кровавые. Да это всего лишь кошечка…»

Животное настойчиво мяукнуло второй раз. И ещё.

«Наверное, тоже хочет попасть внутрь, в подвал. Тут тихо и безопасно. Может, она даже жила здесь раньше… До того, как я сюда залезла и закрыла за собой вход».

Несмотря на всепоглощающий животный страх, Анита отлепила свою спину от холодной стены, встала на ноги и сделала осторожный шаг к узкому окошечку, тому, через которое сама сюда и проникла. Несчастную кошечку надо впустить. Ведь она тоже может пострадать…

Босые ступни бесшумно ступали по полу. Мелкий мусор больно врезался в нежную кожу — хорошо хоть, не было битого стекла или каких-нибудь ржавых гвоздей.

Туфли на каблуке пришлось снять и бросить почти сразу. Не та обувь, в которой удобно убегать.

Да и одежда тоже не очень. Неудобная, совсем не греет, мешается и за всё цепляется…

«Вот надо было напяливать эту пышную юбку и кофту с открытыми плечами? Сомневалась же, что стоит наряжаться. Можно было спокойно прийти на вечеринку в повседневном. Нет, захотелось красоты…»

Анита всхлипнула. Как же было весело! Ещё недавно девушке казалось, что такой счастливой она не была никогда. Даже напрочь забыла о том негодяе, своём бывшем. Да и на кой он нужен, если в команде столько отличных парней? Пусть ни с кем из них пока ничего не было, и возможно бы так и не случилось, но лёгкий флирт на грани дозволенного прекрасно отвлекал от тяжких воспоминаний о прошлом и собственных личных неудачах.

И вечеринка казалась отличным поводом в очередной раз повеселиться. Решили отметить начало соревнований так, чтоб на все жизни запомнилось.

Отметили…

Из всей дружной команды в живых, может статься, осталась одна лишь Анита. И то — только благодаря чистому везению. В момент, когда по зданию гостиницы прилетело, она была снаружи, вышла освежиться. И сделала это вовсе не из-за пришедших всем оповещений с требованием пройти в ближайшее бомбоубежище. К ним все отнеслись очень легкомысленно. Как оказалось — зря.

И пусть выжить в первые минуты воцарившегося хаоса удалось, но вот костюм, в котором девушка спаслась, оставлял желать лучшего. И теперь приходилось дрожать от холода в темноте подвала, боясь порезаться и наступить что-то не то…

Ещё и эта остервенело мяукающая кошечка, которой не попасть к себе домой.

Уже протянув руку к металлическому листу, которым прикрыла за собой лаз, девушка всё же остановилась. Ею овладела нерешительность.

«Мамочка. Как же, всё-таки, страшно…»

Секунду спустя с улицы послышался шум, и Анита тотчас замерла, буквально парализованная ужасом.

Громкие приближающиеся шаги. Если судить по амплитуде и тяжести — нечеловеческие. У того, кто приближается, слишком большой рост и слишком длинные ноги…

Это явно не спасатель и не защитник планеты — если такие вообще остались в живых.

Сердце пропустило удар. Вот оно, явилось по её душу. То, чего девушка так боялась…

Это точно кто-то из них…

Кошечка снаружи мяукала всё более настойчиво, заскреблась в злополучный лист, начала едва ли не биться об него… Но Анита теперь уже и не думала открывать. Наоборот — осторожно, по чуть-чуть, начала отступать назад, в глубину подвала.

Нет, конечно, наивно считать, что это может спасти. Наверняка у них куча продвинутых сенсоров, наверняка они прекрасно видят в темноте. Глупо надеяться на то, что удастся спрятаться здесь… Но стоять и покорно ждать своей участи Анита всё же не собиралась. Не для того бежала сюда сломя голову во время орбитальной бомбёжки, не для того пряталась столько времени, выжидая. Да и сделала она всё, что могла: закрыла проход за собой, отключила личный терминал, и даже достала из него батарею — так, чтобы по сигналу уже точно было не опознать.

К сожалению, этого было мало. Запах, звук, тепловое излучение… Со всем этим при наличных средствах ничего не сделать. Так что осталось уповать на то, что у них есть дела куда важнее, чем охотиться за одинокой девушкой, и они её попросту не заметят…

Над городом что-то пролетело совсем низко, с пробирающим до самого нутра рокотом. По ощущениям, прямо над головой преодолело звуковой барьер, а немного погодя в отдалении раздалось несколько раскатистых взрывов.

Из-за шума Анита перестала различать шаги на улице, и ей стало совсем страшно, ещё даже больше, чем было до этого. Где он? Насколько близко? Не стоит ли уже над самым входом?..

Мяуканье резко сменилось истошным воем, а потом и вовсе оборвалось.

С ужасом девушка поняла, что была абсолютно права. Её мучительная смерть здесь, совсем рядом, с другой стороны от проклятого железного листа. И это не преграда.

Его, да и хлипкие стены здания, легко прошьёт даже не самая мощная импульсная винтовка, не говоря о более совершенном оружии. А они вооружены прекрасно. Судя по всему — ни местные силы обороны, ни высадившиеся раньше на поверхность Дома пришлые десантники ничего сделать с пришельцами не смогли. Иначе по улицам уже давно ездили бы спасатели, разбирая завалы, и вызывая через громкоговорители живых. По крайней мере, так Анита представляла себе всё это.

Но ничего похожего не было. Снаружи доносились только взрывы, да иногда — истошные вопли. Порой очень долги, никак не замолкающие. От них волосы на голове начинали шевелиться…

Видимо, скоро так орать предстоит и ей самой. Верная смерть подобралась совсем близко, и лёгкой она не будет совершенно точно. Брать Аниту будут живьём.

Слабая, беззащитная девушка — лёгкая добыча. Слишком кстати забралась сама в западню, откуда не выбраться. Единственная железная дверь заперта снаружи, и ни о том чтобы открыть её, ни о том чтобы выбить не стоит даже и думать.

Убежать никак. То, что казалось спасительным укрытием, в одно мгновение стало ловушкой. По логике, конечно, стоило бы выбирать убежище более тщательно, с запасным выходом… Но какая может быть тщательность, когда вокруг грохот, взрывы, все умирают, а проносящиеся над поверхностью планеты чужие истребители ловят людей специальными захватами прямо на лету, унося вопящие и барахтающиеся тела куда-то вдаль?..

Сердце заколотилось в бешеном темпе, а вспотевшие пальцы крепко-крепко сжали рукоятку маленького порохового пистолета, купленного когда-то для самообороны.

«Ха, для самообороны… Ну ты, Анита, и наивная дура!»

Сейчас, когда действительно понадобилось защитить себя, это оружие оказалось полностью бесполезным. Враг в броне, а возможно — защищён ещё и полями. Простая пуля не возьмёт такую преграду ни за что на свете. Не говоря о том, что он не будет ждать, когда в него выстрелят, а наверняка успеет сделать всё первым.

«Ну вот и всё! Прости, мамочка… Мне кранты…»

Холодный ствол коснулся виска.

Решение спорное. Храм Смерти вряд ли станет надёжным убежищем. Но… Это уже будет не она. Вернее, она, но… Другая она. И это будут уже её проблемы.

Да, эгоистично, да, цинично. А как быть, когда тебя вот-вот уже достанут, и начнут на живую расчленять? Нет уж, тут и минуту лишнюю выгадать, уже за счастье.

К тому же, кто знает… Вдруг новой Аните, вернувшейся с той стороны, повезёт чуть больше? Может, у неё будет хоть какой-то шанс?

Неподалёку раздалась стрельба, крики.

Из-за железного листа раздались жуткие, нечеловеческие, пробирающие до самого нутра скрежещущие звуки. Видимо, так звучала их речь…

Шаги начали быстро, почти бегом, удаляться.

Анита обессиленно уронила руку с пистолетом.

Кажется, пронесло… На этот раз.

Но ведь он вернётся. Почти наверняка. Не случайно же он подходил к окну в подвал? А может, найдёт дверь, и вынесет её. В усиленной сервоприводами экзоскелета броне сделать это проще простого.

Убежище окончательно перестало казаться безопасным. Оставаться здесь больше нельзя.

Выходить наружу — очень страшно. Там ждёт жуткая, долгая, мучительная смерть…

Но оставаться не вариант. Конец будет тот же, и возможно наступит он даже раньше.

Да и сидеть здесь, внизу, становилось уже просто невыносимо. Томящая неизвестность и ожидание не пойми чего будут похуже любой пытки… Не говоря о жажде и голоде.

Решившись, Анита быстро пробежала к закрывающему дорогу тяжёлому листу, поднатужилась, сдвинула его в сторону. Выглянула наружу — вроде, рядом никого… Не тратя ни секунды, юркой змеёй выскользнула на улицу. При этом больно ударилась плечом и оцарапала колено. Но, главное, проделала всё быстро и почти бесшумно.

Когда вставала с земли, ладонью вляпалась во что-то горячее, мокрое и липкое.

Уже поднимаясь на ноги, девушка бросила взгляд вниз и содрогнулась. От пытавшейся попасть в подвал кошки осталось одно плоское раздавленное пятно, как от лягушки, которую переехали на дороге.

Содрогнувшись и едва сдержав рвотный позыв, Анита быстро огляделась по сторонам.

Отель, где они с командой остановились, перестал существовать — на его месте дымились развалины. Подобная участь постигла и пару ближайших домов.

Но несколько всё ещё стояли.

За углом сверкнуло, бабахнуло… Значит — бежать надо в противоположную сторону. Ведь они наверняка там, добивают кого-то из уцелевших.

Та тварь, которая стояла возле входа в подвал, почти наверняка тоже там…

Не тратя больше драгоценного времени, Анита с места сорвалась на бег. Пронеслась вдоль стены сохранившегося здания, в подвале которого пряталась, на всей скорости вылетела за угол…

И чуть не налетела на стоящую к ней спиной фигуру в матово-чёрном бронескафандре. Почти трёхметровую, с непривычно длинным телом и короткими конечностями… Это точно был не человек.

Резкое торможение, разворот, бег в обратную сторону… Анита вспомнила, что в школе на физкультуре такая штука называлась «челночный бег».

И, кажется, сейчас она превысила и перевыполнила все возможные нормативы…

Едва успела залететь обратно за угол, как его просто снесло. Стрелявший не рассчитал совсем чуть-чуть.

А может, наоборот, рассчитал всё отлично и сделал так специально. Решил поиграться с жертвой, как кошка с мышкой.

Как бы там ни было, сдаваться Анита не собиралась. И неслась изо всех сил, так, как никогда в жизни.

Плевать уже на всё. Сверкает там что-то с другой стороны? Грохочет? Значит, кто-то сопротивляется. Может, даже ребята из её команды. Жаль, что когда всё началось, она была от них далеко. Не вовремя решила выйти подышать немного свежим воздухом, развеять алкогольные пары… И вот.

«Додышалась!»

Хотя, видимо, именно это девушку и спасло.

За спиной опять что-то разлетелось, в спину и по голым ногам больно ударили мелкие каменные обломки. Но Анита не останавливалась. Бежала, всё ускоряясь, хотя казалось бы — ну куда уж быстрее?..

Вот спасительный угол. Ещё чуть-чуть, и она залетит за него.

Противный скрежет сзади. Опять зазвучала их речь.

Преследователь уже вышел с той стороны, и наверняка взял её на мушку…

«Мамочка!» — мысленно пискнула девушка. И — нырнула вниз. Последняя надежда… Вдруг, промажет?..

Над головой что-то пролетело. Впереди раздался взрыв, опять полетели во все стороны обломки.

Какие-то мгновения, пока оружие перезарядится, у Аниты были. До очередного спасительно угла оставалось совсем чуть-чуть.

Из последних сил встав на колени и прыгнув с места вперёд, Анита буквально рванула со всей возможной скоростью, залетев туда, на другую сторону, и втайне опасаясь, что там тоже может оказаться кто-то из них.

Повезло. Впереди никого не оказалось — по крайней мере, на виду.

Стена дома за спиной опять разлетелась обломками… Вновь для того, чтобы прикончить её, противнику не хватило совсем чуть-чуть.

Но Анита уже видела спасение. Чудо, но открытая стоянка возле отеля уцелела! В отличие от платной, в подвальных этажах, которую завалило обломками.

Это значит — есть пусть небольшой, но шанс.

То, что пожалела кредитов на оплату крытой парковки, внезапно обернулось спасением.

Вон он, её аэробайк, старый верный друг и товарищ. На нём она прилетела сюда, в чужой город, на нём и собиралась участвовать в гонках.

Стоит, послушно ждёт свою хозяйку…

Прямо на бегу запустив руку в небольшую сумочку на поясе, достав оттуда наручный коммуникатор и вогнав дрожащими пальцами в него батарею, Анита ткнула кнопку включения и крикнула:

— Зайчик! Срочный запуск!

Байк послушно пискнул, мигнул фарами, вздрогнул — и приподнялся над выщербленным бетоном, зависнув выше него в нескольких сантиметрах.

На всей скорости плюхнувшись в седло, Анита тут же выкрутила ручку газа на максимум и вывернула руль.

«Зайчик» послушно рванул вперёд, закладывая крутой вираж, а ветер — рванул не совсем подходящую для мотогонок одежду назад, едва не оставив девушку совсем голой.

Спрятавшись за худо-бедно спасающим от потока встречного воздуха стеклом и стараясь вжаться всем телом в гладкую поверхность сиденья, Анита продолжила разгоняться и вывернула руль уже в другую сторону, меняя направление движения.

Мгновение спустя в том месте, где они с «Зайчиком» должны были оказаться, не измени она траекторию., всё разлетелось каменными брызгами и обломками.

Куда бежать и где спасаться, девушка не имела ни малейшего понятия… Но теперь, устроившись в удобном седле своего аэробайка, по крайней мере чувствовала себя гораздо увереннее, каким-то шестым чувством угадывая, когда надо начинать маневрировать и уходить с линии огня.

Смотреть по сторонам было некогда. Но девушка как-то всё же успевала фиксировать проносившиеся по сторонам пейзажи наполовину разрушенного города.

Зрелище удручало.

Повсюду были человеческие тела. Они валялись, висели на фонарях, были распяты прямо на стенах домов, насажены на воткнутые тут и там колья из вырванной откуда-то арматуры…

Кто-то из этих несчастных, кажется, всё ещё оставался живым.

«Мамочка… Я не хочу закончить так же! Нет, нет, нет!..»

Только от способностей Аниты зависело, насколько она сможет отсрочить свою страшную участь.

О том, чтобы спастись, не могло быть и речи… Вопрос был только — как скоро за беглянку возьмутся всерьёз, подтянув какой-нибудь истребитель или самонаводящееся оружие.

Потому она жила моментом, наслаждаясь скоростью и полётом, наверное, в последний раз…

Как браслет коммуникатора завибрировал, она не заметила. Но увидела всплывшее перед глазами сообщение, из-за которого едва не влетела во внезапно возникший прямо по курсу каменный забор.

«Провожу эвакуацию гражданских с поверхности Дома. Координаты прилагаю. Старт через двести двадцать пять секунд…»

Это могла быть и хитрая ловушка…

А мог быть и последний шанс сохранить эту жизнь.

Ведь допуск для принудительной демонстрации отправленных сообщений только у правительственных служб и у силовиков. Вряд ли они сумели так быстро взломать секретные шифры. И нужно ли им так исхитряться?

Да и куда ей, и так уже отсчитывающей последние минуты жизни, деваться? Несущийся по улицам аэробайк рано или поздно засекут и собьют — это лишь вопрос времени. Спешиться… Наверняка место, где девушка приземлится, будут прочёсывать особо тщательно. И её всё равно возьмут. Так что ни спрятаться, ни скрыться.

А тут хоть какая-то призрачная возможность ухватить Богиню Удачи за подол.

«Эх, мамочка… Была ни была!»

Решение принято. Оставалась сущая мелочь… Полететь почти тридцать километров по очень сложной местности и в условиях, когда тебя постоянно пытаются достать отлично вооружённые и оснащённые противники.

И сделать всё это чуть меньше чем за четыре минуты…

Глава 7

Полуразрушенные дома, брошенные машины, перекрёстки, пожары, тела — всё это смазывалось, стремительно проносилось мимо и сливалось в одну нескончаемую вереницу размытых образов, которые разум не успевал обработать. Всё, что он успевал — это фиксировать препятствия и давать простые команды: вправо, влево, выше, ниже — и быстрее, ещё быстрее, ещё быстрее вперёд!

На лице Аниты застыл безумный оскал, что наряду с развевающимися волосами, трепещущей на ветру пышной юбкой и аэробайком в спортивной раскраске складывалось в незабываемый образ. Если бы кто-то мог сделать сейчас голоснимок гонщицы, прославился бы на весь разведанный мир. Но, конечно, заниматься этим в разрушенном и захваченном городе было некому.

Стараясь успеть, девушка нещадно выжимала из движка «Зайчика» всё, что было возможно, практически не тормозила и входила в повороты не замедляясь — просто опрокидывала аэробайк на бок, чтобы не вылететь из седла и не отправиться в самостоятельный полёт, до мелькающего под днищем дорожного покрытия. Выступай она сейчас на трассе — взяла бы первое место, без всяких вариантов.

Аните было страшно. Адреналин буквально кипел — и не только из-за рискованности манёвров. Ведь они легко и в любой момент могли прихлопнуть юркую, но не такую уж и сложную для интеллектуальных систем наведения цель.

Но безумный полёт наперегонки со смертью дарил и настоящее наслаждение, а о риске и о том, что на таких безумных скоростях даже небольшая ошибка может стоить этой жизни, Анита старалась не вспоминать. Наоборот, даже мельком успела подумать, что если даже и собьют — это будет далеко не самым плохим концом этой жизни.

Ведь Анита обожала скорость.

Гонки на аэробайках давно уже из ординарного хобби выросли для неё в настоящую страсть, которой девушка отдавалась вся без остатка, спуская заработок на апгрейды и техобслуживание «Зайчика», а львиную долю свободного времени проводя в гаражах.

И всё — только ради сладостного момента, когда в очередной раз запрыгиваешь в мягкое кожаное седло, выкручиваешь ручку газа до предела и срываешься вперёд, навстречу ветру, оставляя оперников далеко позади. Ради проносящейся под днищем земли, ради ощущения стремительного полёта, когда не остаётся времени ни на какие мысли и тревоги.

Анита старалась не задумываться о том, откуда взялась у неё такая любовь к скорости — хотя, в глубине души всё прекрасно понимала. Брайан всегда любил гонять, и пока они были вместе, девушка каждый раз просила любимого сбавить и ехать медленнее.

А как разошлись… Какая ирония — она подсела на гонки сама. И даже вошла в команду любителей, неизменно занимавшую четвёртые-пятые места на местных соревнованиях — не самый плохой показатель для тех, кого не поддерживает напрямую какой-нибудь знатный род, и кто добился всего действительно сам, без помощи и преференций.

Если быть откровенным, команда с наполовину шуточным названием «Улётные» имела отличные шансы потягаться как минимум за третью строчку рейтинга на грядущих всепланетных гонках.

Но те не случились из-за внезапного нападения… И, видимо, никогда не случатся.

Анита прекрасно понимала, что если кровожадных инопланетников не смогли остановить и не выбили с планеты до сих пор, шансов на счастливое завершение этой истории очень мало.

Про расу людоедов в народе ходило много жутких историй, одна другой кошмарней.

И всё это из страшилок, передаваемых лишь шёпотом, чтобы не накликать беду, сейчас обернулось реальностью.

Страшно, очень страшно.

И парней было жалко до невозможности. Анита так хорошо проводила со своей командой время, они сдружились почти как настоящая семья, прекрасно сработались и достигали хороших результатов вовсе не случайно. Но вот, девушка осталась совсем одна…

Оставалось только надеяться на то, что все они умерли быстро, а после возвращения с той стороны успели вовремя сориентироваться и бежать, не попались.

Как те несчастные, что уныло тащились по разгромленной улице, скованные одной цепью… Анита пронеслась над ними на бешеной скорости, каким-то чудом увернувшись от выстрелов охранников-людоедов, и поскорее нырнула за угол.

Не успела разглядеть ни одного лица.

«Мамочка. Только бы среди вас не было никого знакомого…»

Обречённые на мучительную смерть или на ещё более мучительное существование пленники остались позади, как и их охранники. Девушка же и не подумала тормозить, продолжив свою личную гонку по опустевшим улицам разорённого города, радуясь тому, что увлеклась именно аэробайками, а не на колёсной техникой — ведь иначе преодолеть многочисленные завалы было бы просто невозможно.

А так — то, что было раньше лишь способом убить время и отвлечься от грустных мыслей, стало вдруг единственным путём к спасению. Если выйдет сбежать с обречённой планеты — Анита будет жить, если же нет — только вопрос времени, когда за её трепещущей плотью придут не знающие жалости и сострадания мясники…

Дело оставалось за малым.

Девушка едва успевала поворачивать, хаотично изменяя высоту полёта и молясь Кровавым, чтобы за неё не взялись всерьёз.

«Пожалуйста, Кровавые! Пусть они занимаются своими делами, пусть меня не замечают…»

Увы, с какой скоростью ни лети и как ловко ни уворачивайся — когда тебя возьмёт на прицел кто-то с орбиты, вопрос только в одном: сколько времени пройдёт от момента обнаружения до момента уничтожения.

Подумав об этом, Анита будто сглазила…

На очередном резком повороте заметила три стремительно догоняющие «Зайчика» огненных факела.

Самонаводящиеся ракеты, специально замедлившие скорость для маневрирования в условиях города.

Обратный отсчёт пошёл, до момента столкновения — секунды. От таких подарочков не уйти…

Решение пришло в голову мгновенно.

Крутанув руль, Анита влетела в узкий переулок, заскрежетав по стене днищем и рассыпая за собой искры, и понеслась по нему вперёд.

Сзади раздался взрыв, наполняя сердце радостью. Как минимум одна ракета не смогла повторить манёвр, не смогла войти в поворот. Проверить бы, убедиться… Вдруг сдетонировали все три, и опасность миновала?

Но — нельзя, от управления не отвлечься ни на мгновение. И надеяться на то, что всё разрешится само собой, тоже нельзя.

Переулок заканчивался тупиком. Сейчас это было даже в плюс — когда до него оставались какие-то метры, Анита резко задрала нос аэробайка и, всё так же не снижая скорости, погнала его вертикально вверх.

Взрывная волна, прилетевшая в спину, навредить не смогла и лишь придала дополнительное ускорение.

А там… Ещё один резкий манёвр, ещё один взрыв позади, и «Зайчик» заскользил над крышами уютных особнячков двух и трёх этажей в высоту. Начался пригород, а значит — до заветной цели оставалось уже совсем чуть-чуть. Если верить переданным координатам, конечная точка маршрута находилась где-то там.

Но, конечно, не стоило так нагло высовываться…

Байк вдруг резко начал терять скорость и высоту.

Быстрый взгляд на приборы — всё, вроде, нормально… Заряд в аккумуляторах весь не израсходован, двигатели в норме… А значит, оставался единственный возможный вариант: «Зайчика» глушат.

Пока окончательно не разбилась, Анита выкрикнула команду, открывающую приборную панель. И, не успела та откинуться в сторону, просто выдрала шнур питания из управляющего вычислителя, тут же крутанув ручку газа до предела.

Получилось — байк, уже почти было зарывшийся в землю резко дёрнулся вперёд и вверх, да так, что девушка чуть не вылетела из седла. От чужого влияния удалось избавиться, пусть и таким варварским методом.

И высокой ценой…

«Зайчик» лишился целой кучи важнейших функций — таких, как автоматическая стабилизация высоты, а также построение и отслеживание маршрута. Если с первым ещё удалось как-то совладать вручную, пусть движение теперь напоминало полёт изрядно хмельного шмеля, то второе оказалось проблемой. Анита банально перестала понимать, где её цель, ведь места были совершенно незнакомыми, и продолжила полёт, только примерно придерживаясь направления.

А ведь время почти истекло, до заявленного времени старта оставалось меньше минуты…

Будто насмехаясь над последней надеждой девушки, справа и в стороне раздался рёв и в небо устремился, стремительно набирая скорость и с грохотом преодолевая звуковой порог, небольшой орбитальный челнок.

Видимо, неведомые спасители не дождались, стартовали раньше. Возможно, их обнаружили, и выхода не осталось… Для оставшейся на поверхности Аниты это было слабым утешением.

Не в силах совладать с чувствами, она смотрела, как яркая точка уносится всё дальше и дальше ввысь. И… Как она гибнет в яркой вспышке уже под самыми облаками, зарницей подсветив их снизу.

Закономерно.

Никто не собирался отпускать беглецов с обречённой планеты… Все, кто здесь — законная добыча людоедов.

Аниту чужое горе ничуть не порадовало, и удовлетворения от того, что не зря не успела, она не почувствовала. Куда больше беспокоил вопрос — что же теперь делать?.. Куда податься?..

Понимая, что уже всё равно, девушка всё же повернула к месту, откуда взлетал челнок, и снизилась почти до самой земли. Кто знает… Вдруг, он там был такой не один?.. Шанс, конечно, минемален, как и велика вероятность, что скоро туда пожалуют захватчики — просто убедиться, что больше никого живого тут не осталось.

Но альтернативы Анита не видела.

Нужное место нашлось быстро. Оно находилось посреди промзоны — повсюду были склады, какие-то ангары, заборы… И в центре всего этого — воронки, сплавившаяся земля, рассыпающие вокруг искры факелы горящих деревьев, поднятый ветром пепел… И чадящие, вонючие, раскуроченные остовы кораблей.

Их тут и правда было несколько. Вот только, теперь этот хлам уже никуда не полетит.

Понимая, что очередная надежда рассыпалась прахом, Анита решила всё же напоследок облететь усеянное обломками поле. Для чего — не могла бы сказать и сама. Возможно, не хотела так легко сдаваться и признавать, что всё было зря.

Когда девушка уже завершала круг, внутренне готовая к тому, что вот-вот нагрянут вражеские истребители, и вот тогда уже шансов выжить не останется никаких — внезапно увидела вдалеке машущего руками человека. Он выскочил наружу из ангара, одного из многих,

Сердце пропустило удар.

Неужели, оно?..

Считанные секунды спустя девушка уже загоняла свой байк между едва приоткрытыми металлическими створками, которые захлопнули сразу за ней, едва не прищемив хвост «Зайчика».

— Скорее! Давай туда! — появившийся рядом бритый налысо мужчина в короткой кожаной куртке начал подгонять Аниту криками, указывая жестами направление, куда надо бежать.

Девушка спрыгнула на пол и едва устояла на трясущихся ногах — после бешеной гонки они просто не держали.

Но кто-то тут же подхватил её и увлёк за собой…

— Кто вы?.. Куда вы меня ведёте?.. — только успела спросить девушка.

Но ей никто и ничего не ответили, просто бегом затащили по опущенному пандусу небольшой и невзрачной яхты и буквально закинули внутрь.

Не успели створки люка с лёгкими шипением закрыться за спиной, отсекая не понимающую ничего девушку от внешнего мира, как палуба под ногами дрогнула. Последовал удар — судя по всему, яхта просто протаранила крышу ангара — и Аниту вдавило в пол мощнейшей перегрузкой.

— Пошла, пошла! Искусственная гравитация работает на одну пятую, скоро отключится совсем…

Уже сама, Анита поднялась сначала на четвереньки, а потом и на ноги, и следом за показывающим дорогу мужчиной добежала до противоперегрузочного кресла, с трудом ориентируясь в свете красных аварийных ламп.

Рухнула в него — и спустя какие-то секунды почувствовала всю обрушившуюся на неё тяжесть, ещё и быстро меняющую свой вектор. Очевидно, небольшой кораблик отчаянно маневрировал, уворачиваясь от пытающихся подбить его врагов… А искусственную гравитацию отключили, чтобы вся мощь вырабатываемой реактором энергии шла на маршевые двигатели, ведь критичными сейчас могли оказаться даже единицы процентов.

«Мамочка… Как же страшно…»

Вся предыдущая безумная гонка на байке, когда Анита не раз и не два чувствовала на своей спине дыхание той стороны, вспоминалась теперь как нечто простое, понятное и даже приятное. Когда сидишь, ничего не знаешь и ни на что не моешь повлиять — это куда, в тысячи раз хуже, чем когда всё в твоих руках, пусть риск при этом и непомерно велик…

Яхта буквально тряслась и вибрировала, её резко мотало из неё в сторону.

Показалось, что в неё уже попали, что это конец и вот-вот всё сгорит во вспышке взрыва…

В какой-то момент Анита потеряла сознание — измождённое тело не выдержало перегрузок.

А когда девушка пришла в себя — над ней стоял незнакомый худощавый мужчина в белом халате и делал укол.

Работала искусственная гравитация, горел нормальный свет…

Увидев, что Анита проснулась, мужчина-медик спросил её:

— Как вы себя чувствуете, девушка? Всё в порядке?

— Бывало и лучше… Вроде, более-менее.

— У вас диагностирована простуда и переохлаждение. Я ввёл кое-какие препараты… Показан тёплый душ, потом — тепло и покой. И наблюдение. К сожалению, нормального медицинского оборудования тут нет, так что придётся лечиться простыми методами.

— Хорошо.

— Ещё, рекомендую достать нормальную одежду, — медик скользнул взглядом по голым плечам и ногам девушки.

— Было бы здорово… Сама мечтаю об этом.

— Увы, с этим не могу помочь. Но, может, кто-то из команды или из других пассажиров с вами поделится.

— Договорились. Но скажите же главное… Мы ушли? У нас всё получилось?..

— Да, как видите. Мы успешно взлетели с поверхности Дома и сейчас движемся по направлению к Ирию. Возле Маяка идёт бой, покинуть систему невозможно… Так что это единственный возможный для нас путь, там людоедов пока нет.

— А… Я видела другой корабль, который сбили незадолго до старта…

— Отвлекающий манёвр. Внутри не было никого, кроме автопилота. Зато — наши пилоты вскрыли противокосмическую оборону противника и сами смогли проскочить сквозь неё.

— Вот как… Молодцы!

— Да, настоящие профессионалы своего дела. Ещё во времена Империи служили на флоте, а здесь оказались… Честно говоря, мне кажется, что это контрабандисты. Но судить их за это и не подумаю. И я вам ничего не говорил. А вообще, всем нам очень повезло, что в момент нападения их корабли находились на поверхности…

— И правда — повезло несказанно. Но что же с нами будет теперь?

— Хотелось бы сказать, что вы спасены и теперь можно расслабиться, предоставив работать профессионалам… Но, увы, всё не так. Капитан вышел на связь с ирийским флотом, они нас встретят и должны без проблем пропустить к себе, после карантина, разумеется… Но вот дальше всё далеко не так радужно. Твари же точно не остановятся, одного Дома им будет мало. И когда придут за живым мясом уже на Ирий — дай Кровавые каждому сил и стойкости достойно встретить свой конец!

Мрачно усмехнувшись, медик отвернулся и склонился над соседним креслом, где тоже кто-то лежал. Ни лице мужчины была написана обречённость и покорность судьбе. Все действия, которые делал, он выполнял как робот, просто потому что так надо, ни на кредит не веря в счастливый исход.

Анита проследила за тем, как медик возится с ещё одним пришедшим в себя пассажиром, как просвечивает его портативным автодиагностом, как делает укол… И зажмурилась, крепко-крепко сжав кулаки.

«Мамочка! За что мне всё это⁈ Можно сделать так, чтобы я открыла глаза — и всё стало как раньше?..»

Конечно же, как раньше ничего не стало.

Но одно Анита знала точно: быть как этот медик она не хочет.

Да, шансы невелики, неприятель страшен… Но, как показали последние события — если сражаться до самого конца, даже из самой безвыходной ситуации можно найти выход. Главное — продолжать бороться.

Глава 8

Надрывный вой сирен разбудил мгновенно.

Всё, что было во сне — смутно знакомый, утопающий в зелени провинциальный городок, любящие родители, необходимость куда-то и зачем-то идти — всё это разлетелось ошмётками призрачной пены, которые быстро опали, растаяли и без следа впитались в сухую реальность.

Осталось лишь слабое, едва уловимое послевкусие… И, кажется, лёгкая сырость на щеках.

Там, в мире сновидений, осталась обычная гражданская жизнь, там всё было привычно и покойно. Здесь же тело уже само собой, без участия разума, вскинулось и село на жёсткой койке, босые ступни коснулись металлического пола, а руки шарили в поисках лётного комбинезона. Слипшиеся глаза всё никак не желали открываться — но даже сквозь опущенные веки безжалостно проникала пульсирующая краснота аварийного освещения.

«Кровавые! Пятая тревога за сутки!», — пытаясь впихнуть ногу в непослушную штанину, выругалась про себя Анита. — «Мамочка, так никакие стимуляторы не спасут! Просто сдохну от переутомления и недосыпа…»

После того, как яхта со спасёнными села на условно-безопасном Ирии, можно было попытаться сделать вид, что ничего не случилось, прожить эти последние спокойные дни в своё удовольствие — насколько это возможно для беженца, оказавшегося на чужой планете без средств к существованию и даже без нормальной одежды… Но Анита слишком хорошо помнила, что людоеды сделали с Домом. И решила, что лучше уж погибнуть в бою, чем стать их безвольной жертвой.

Да и все мирные интересы — карьера в модельном бизнесе, увлечение гонками, тоска по предателю Брайану — перестали что-то значить ещё там, когда девушка пряталась в тёмном подвале. Толку со всего этого, если тебя вот-вот освежует и сожрёт живьём инопланетник, для которого причинять боль — естественный способ существования, а ты — всего лишь вкусный и истекающий соком кусок мяса?..

Единственными, о ком Анита вспоминала, были родители. Но как с ними связаться, когда планета захвачена? О их возможной судьбе не хотелось даже и думать… Хотя разум сам собой, раз за разом, возвращался к этой проблеме, и наполнял сердце чёрной тоской.

Но тут, увы, Анита была бессильна. И старалась компенсировать своё бессилие деятельностью в другой области, там, где могла сделать хоть что-то.

После принятия судьбоносного решения о вербовке в силы обороны Ирия всё происходило стремительно, так, как ничто и никогда в этой жизни Аниты. Осмотр и тестирование на приёмном пункте, неожиданное предложение пойти учиться на пилота истребителя, отдельный временный лагерь для кандидатов-девушек, прослушивание гипнозаписей, инструктажи, закрепление навыков на виртуальных тренажёрах, выпускные испытания… Недели обучения промелькнули незаметно, а по его окончанию на какой-то старой, трясущейся будто от страха грузовой барже, Аниту вместе с остальными курсантами доставили на орбиту. Туда, где нарезал круги вокруг Ирия исполинский корабль — старый, имперской ещё постройки дредноут, гордость новых хозяев этого мира и истинный красавец.

Но на барже не было предусмотрено ни экранов, ни иллюминаторов, и впервые увидеть грандиозный корабль со стороны повезло только в первый боевой вылет.

А вот он спустя всего несколько часов после прибытия…

Курсантки тогда едва успели получить койко-места в своей специальной женской казарме, распихать по ящикам немудрёные пожитки — у кого они были, и переодеться в новую форму. Анита как раз думала прикорнуть, устала с дороги — но всех внезапно погнали в ангар за номером «четыре».

Многие, оказавшись внутри, не сдержали разочарованные возгласы и даже плач при виде куцего ряда разномастных эрзац-корабликов, кое-как слепленных из случайных запчастей. Донорами для них явно были гражданские катера и атмосферные флаеры… Эти убожества даже близко не походили на настоящие серийные истребители, с которыми пилоты тренировались на виртуальных тренажёрах.

Возмущённый гомон прекратил появившийся откуда-то из недр ангара угрюмый техник в засаленном комбинезоне, но с лейтенантскими знаками различия. У него было помятое, заросшее щетиной лицо, пустые полубезумные глаза серого голоса и громкий хриплый прокуренный голос.

— А ну, смирно! Замолчали! Построились! Толпятся, как стадо баранов…

Техник дождался, когда броуновское движение среди курсанток утихнет и кристаллизуется в нечто отдалённо похожее на ровный строй, прошёлся по наполненной взволнованными шепотками неровной шеренге тяжёлым взглядом, после чего с явным усилием расправил плечи и выпрямился — до того сам заметно горбился.

Стоящая рядом Лизка, с которой успели сдружиться за время подготовки в лагере, шепнула на ухо с лёгким смешком — мол, приходится тянуться перед каким-то измазанным в масле обезьяном, похожим на бездомного. Из тех, кого на поверхности полицейские из приличных мест дубинами гоняли… Но Анита помотала головой, не соглашаясь. Если этого лейтенантика отмыть и побрить, а заодно дать ему выспаться — получится совершенно нормальный, и даже, вероятно, симпатичный мужик. А как они сами с подругой будут выглядеть неделю-другую спустя, ещё вопрос…

Девушка даже не представляла тогда, насколько права. Но осознание пришло позже, а тогда она просто замерла в ожидании, пытаясь внимательно слушать вещающего унылым голосом техника, который постоянно сверялся с виртуальной шпаргалкой:

— Я Нил Борзов, лейтенант технической службы. Приветствую вас на борту «Разрушителя», девочки! Добро пожаловать в доблестные ряды пилотов истребителей, и всё такое. Не посрамите честь, будьте достойны… Это пропустим… И это тоже, пусть кто-нибудь другой рассказывает. Я, позвольте, сразу к главному. А главное — знаете, что? То, что если мы проиграем… Нас просто сожрут! Схарчат и всё, с наслаждением причмокивая, в самом буквальном смысле. Ещё, возможно, не сразу, и живьём…

Сказав это, техник залился безумным смехом, при полном молчании выстроившихся перед ним курсанток. Но его, казалось, это ничуть не волновало.

Спустя пару минут, наконец успокоившись, мужчина продолжил:

— Так вот, девочки, не забывайте! Сейчас решается вопрос банального выживания, и любой ваш косяк может поставить под вопрос будущее человечества в лице отдельно взятой системы. Так что, попрошу относиться к своим обязанностям предельно серьёзно, а к выданным вам машинам — бережно. Потому что других не будет. Эскадрильей курсантов командует капитан второго ранга Головкина, позывной «Пуля»… Которая сейчас отсутствует по причине ранений. Её временно заменяет лейтенант Кошкина, позывной «Собака»… Но она отсыпается после нескольких вылетов подряд, и тоже не может приветствовать вас лично. Так что, здесь и сейчас, главный — я!

Выждав паузу и оценив унылые выражения на лицах внимающих ему девушек, лейтенант криво усмехнулся и продолжил:

— Выше нос, курсанты! Приступим к самому приятному и волнующему моменту в вашей карьере! Сейчас я буду вызывать вас по одному и озвучивать номера машин. Кого назову — шаг вперёд, внимательно выслушать, запомнить номер, и дальше — идёте принимать. Все вопросы, если будут, потом…

После этого предисловия техник, равнодушно тыкая пальцем в виртуальный интерфейс, стал вызывать всех новобранцев по порядку и назначать каждому конкретный истребитель.

— Перекличка будущих покойников… — опять хохотнула на ушко Лиза.

Анита посмотрела не неё укоризненно, но сама задумалась.

Если смотреть объективно, то… Да, пока всё плохо. Короткого обучения совершенно недостаточно для того, чтобы стать отличным пилотом, а если добавить к этому ещё и не самую качественную матчасть, а это видно даже неопытным, совершенно не искушённым в технических деталях взглядом — две вероятности сильно меньше единицы умножаются друг на друга, и результат несложной арифметической операции выходит куда более прискорбным, чем значение каждого из множителей по отдельности.

Все эти невесёлые мысли, невольно запущенные мимолётной шуткой подружки, так и бродили в голове Аниты, словно поставленная отцом доходить бражка, пока она дожидалась своей очереди.

Наконец, дело дошло и до неё.

— Курсант Воробьёва!

— Здесь! — девушка, вытянувшись, вышла вперёд.

Техник окинул её пристальным, изучающим взглядом — как рентгеном просветил. Даже слишком пристальным. Аните показалось, что на остальных девушек он смотрел не так долго и не так внимательно.

— Отличные показатели, курсант Воробьёва!

— Да. Второе место на выпускном экзамене…

Лейтенант кивнул, но как будто не в ответ на эту фразу, а каким-то своим мыслям. И принялся листать что-то в своём виртуальном интерфейсе.

Вот это уже точно была первая запинка за всё время. Курсанты с удивлением смотрели на сосредоточенно размышляющего над чем-то мужчину, который будто не мог решиться и сделать сложный выбор. Анита физически ощущала на своей спине множество недоумевающих взглядов, слышала гуляющие по ангару шепотки.

Наконец, техник отмер и махнул рукой, будто решившись:

— Курсант Воробьёва, бери истребитель «ИР-0305». Твой ведущий… — он скосил глаза на интерфейс. — Агата Лесная, позывной «Ёлка». Познакомитесь потом, сейчас её здесь нет. Отсыпается после вылета. Иди, принимай машину… Курсант Волошина! А твоя машина «ИР-304»…

Анита удивилась. Почему-то ей достался не следующий по порядку истребитель, как было со всеми до этого, а стоящий через одного. Тот же, про который девушка уже практически уверилась, что придётся летать на нём — ушёл Лизке.

Мысленно пожав плечами, девушка прошла мимо продолжающего вещать хриплым голосом техника, и, дождавшись подругу, с которой переглянулась и обменялась непонимающими взглядами, направилась к своей машине.

Со странным, противоречивым чувством вскарабкавшись по гладкому борту с приваренными скобами, Анита нырнула под откинутый фонарь кабины. Устроилась в анатомическом пилотском кресле, быстро настроила его под себя, ввела пароли, прошла биометрическую аутентификацию, активировала виртуальный управляющий интерфейс. Коснулась руками дублирующих рычагов управления и прикрыла глаза, пытаясь свыкнуться с мыслью, что является теперь пилотом. Человеком, которого совсем скоро от пустоты космоса и несущейся сквозь него навстречу смерти будут отделять только тонкий металл обшивки и прозрачная поверхность фонаря кабины…

Мерзкий вой сирены вырвал из задумчивости, а лезущие друг на друга оповещения полностью перекрыли обзор, вызывая лёгкую панику.

Не сразу Анита сообразила, что это — тревога.

И не учебная.

Боевая…

Прийти в себя помог истошный вопль лейтенанта:

— Чего стоим, чего тупим? Греем двигатели, готовимся к вылету! Минута на всё про всё! Кто без машин — бегом, разбирай оставшиеся, уже не до церемоний! Дальше сами…

Осознание, что всё происходит на самом деле, резануло ножом. Сердце бешено забилось, ладони вмиг вспотели, а загруженные с помощью гипнолент знания, якобы закреплённые после изученного теоретического курса на тренажёрах, вмиг выветрились из головы, в которой осталась только гулкая звенящая пустота и непонимание. Немалых усилий стоило взять себя в руки, собраться, и начать всё-таки готовить истребитель, с трудом вспоминая все положенные алгоритмы действий…

Всё усугублялось тем, что машина девушке досталась не серийная, и многие вещи относительно управления были далеко не очевидны. А вылетая из ангара, Анита чуть не разбилась о створки ворот. Это могло стать самым глупым концом из всех возможных — погибнуть ещё даже не выбравшись в открытый космос. Но пришлось прямо на ходу разбираться в непривычном управлении, осваиваться с небольшим корабликом, который внезапно оказался очень резким и норовистым…

Было сложно. Но — разобралась, освоилась, и даже смогла отыскать свою ведущую, пристроившись за нею в хвосте. Задача не такая уж и простая, ведь истребителей высыпало наружу реально много. Они вылетали, один за другим, сразу из шести ангаров «Разрушителя», а также с нескольких кораблей куда меньшего размера.

Величественное зрелище, которое заставляло сердце биться быстрее, а душу наполняться гордостью. Даже подумалось, что ничто не сможет противостоять такой силе, частью которой посчастливилось стать… Какие там людоеды?.. Да от них ничего не останется!

Ложное ощущение тотчас развеялось, стоило появиться информации о противнике.

Сначала это были просто приближающиеся красные точки на виртуальной карте и сухие цифры статистики.

Серьёзные цифры.

А потом из темноты космоса вынырнули хищные корпуса с непривычными обводами, все как бусами — или паутиной — унизанные гирляндами белеющих черепов.

Каждый из них символизировал личную победу пилота в космическом поединке, хоть при жизни и принадлежал какой-то случайно замученной жертве, а не поверженному в бою противнику — ведь после уничтожения корабля собрать разлетевшиеся по всему космосу останки не так-то просто, если вообще возможно.

Но, как утверждали слухи, у людоедов с такими «ёлочными игрушками» всё очень строго. Не заслужил, не смог подтвердить средствами объективного контроля — не вешай, иначе придётся отвечать перед своими же. Также поговоривали, что порядки внутри популяции у этих безумных мясников не сильно мягче их отношения к другим расам.

Впервые разглядывая истребители противника, увеличенные с помощью корабельных приборов, и с каким-то болезненным любопытством всматриваясь в опутывающие их жуткие украшения, Анита едва не проспала вражеский залп. Начала манёвр уклонения с сильным запозданием, закономерно словила первое попадание. К счастью, оно пришлось вскользь, и лишь продырявило обшивку, оставив истребитель без связи и нарушив герметичность корпуса. Спасла исключительно резвость машины.

Дальше пришлось действовать полностью самостоятельно, догадываясь о полученных приказах исключительно по поведению остальных пилотов, в первую очередь — ведущего. Не забывая при этом вертеться, уклоняясь от вражеского огня, стрелять в ответ…

Закономерный итог — Анита едва не проспала команду к отходу. Лишь каким-то чудом смогла вырваться из самой гущи схватки, зажатая двумя вражескими истребителями. Которые незадолго до этого подбили Лесную, оставив неопытного пилота совсем одного, без ведущего…

Уходя, девушка получила ещё одно повреждение — к счастью, опять не фатальное, просто оказался пробит один из основных аккумуляторов. Но доставшаяся ей машина, несмотря на неказистый вид, по скоростным характеристикам превосходила вражеские настолько, что даже с ограниченным ресурсом энергии продолжала лететь довольно ходко и смогла оторваться от преследователей. И больше уже, к счастью, без попаданий.

Так и получилось, что спустя пять стандартных часов после прибытия баржи с будущими пилотами на борт «Разрушителя», курсант Анита уже прошла боевое крещение и стала настоящим ветераном, успевшим побывать в космическом бою.

И даже умудрилась выжить! Последнее — действительно удивительно, потери среди новичков оказались ужасающими. Наверняка не вернулись многие, в том числе и Лизка — её ещё в самом начале сбили, это Анита видела своими глазами.

Впервые севшие за штурвал курсанты сражались с настоящими профессионалами, на счету которых десятки побед, если верить украшающим вражеские истребители гирляндам. Скидки новичкам никто не делал, и форы не давал.

Возвращаясь, Анита с горечью думала, что в том бою многие вражеские пилоты заработали себе право на новые черепа…

Кто-то, наверняка, приписал себе и Лизку.

Для врага это были лёгкие победы. Если бы не поддержка орбитальных батарей, под прикрытие которых отступили жалкие остатки истребителей, и если бы не старшие, более опытные пилоты, которые в основном и вытягивали на себе всю тяжесть боя, разгром вышел бы абсолютным.

Удивляло только то, что при всём при этом, невзирая на огромные потери, боевая задача оказалась выполнена. Вражеский флот задержали, не подпустили к «Разрушителю». Эта заминка дала возможность подтянуть остальные корабли, нарастить интенсивность зенитного огня и в конце концов отогнать нападавших прочь.

И тогда же, когда Анита под прикрытием тащилась на самом экономичном ходу в сторону базы и молила Кровавых о том, чтобы заряда в оставшихся аккумуляторах и ресурса превратившегося в импровизированный скафандр комбинезона хватило дотянуть до ворот шлюза, она и смогла впервые в спокойно обстановке посмотреть на «Разрушитель» со стороны.

Зрелище даже заставило девушку забыть ненадолго о всех её злоключениях.

Корабль был идеально пропорционален, от носового орудия до крестовины вынесенных далеко в стороны маневровых двигателей, расположенных ближе к корме. А размеры циклопического сооружения особенно поражали в сравнении с крошечными истребителями, вьющимися вокруг этого молчаливо плывущего сквозь безмолвную пустоту левиафана, словно прибившиеся к нему стаи мелких рыбёшек — а то и планктона…

Освещённый, уютный и безопасный ангар встретил вернувшихся пилотов ощущением уюта и безопасности. Анита смогла провести внутрь и безопасно посадить тащившийся уже еле-еле истребитель. Это оказалось непросто, вылезла ещё одна поломка, не замеченная сразу: единственная идущая к двигателям силовая линия оказалась задета и могла вот-вот перегореть полностью. Если бы это случилось, девушка осталась бы на полностью потерявшем ход истребителе, лишённом связи, с нарушающими герметичность дырами, в открытом космосе…

О такой перспективе не хотелось даже и думать. Нашли бы, спасли бы её? А если нет? Перспектива конца сильно не очень… Хоть и получше, чем сгинуть в плену у людоедов.

Потом уже девушка узнала что всё бы, скорее всего, обошлось. Истребители были слишком большим дефицитом, и между боями она не раз и не два вместе с другими курсантами прочёсывала пространство, собирая даже мельчайшие обломки…

Из всего полка Анита вернулась последней.

Откинув фонарь кабины и стянув шлем, она с наслаждением встряхнула насквозь промокшими волосами и попыталась втянуть ноздрями «свежий» корабельный воздух, который был однозначно лучше спёртого и вонючего, который поступал из системы рециркуляции.

Увы, насладиться не получилось — девушка почти тут же закашлялась от попавшего в лёгкие густого табачного дыма.

— Какого хрена?.. — Анита вызверилась на того самого лейтенанта, который обнаружился неподалёку, на одном из вернувшихся истребителей. Сидел на «крыле» с вынесенным в сторону для повышения маневренности боковым двигателем и курил, уставившись в пустоту.

Техник никак не отреагировал на возглас. А когда возмущённая девушка выпрыгнула из кабины и подошла — просто молча протянул ей открытую пачку, даже не повернув головы.

Анита никогда не курила. Но тонкие, подрагивающие пальцы сами собой потянулись за сигаретой, с третьей попытки смогли вытащить её и пропихнули в узкую щёлку между крепко сжатых губ.

Лейтенант всё так же ни слова не говоря положил пачку обратно в карман, достал старомодную зажигалку и чиркнул колёсиком, выставив руку в сторону. Девушка подалась навстречу трепещущему огоньку, коснулась его кончиком бумажного цилиндра. Выпрямилась, затянулась… И, разумеется, закашлялась.

Это было отвратительно.

— Какая гадость!

Техник просто пожал плечами и продолжил курить.

Анита сделала вторую затяжку, закашлялась опять. Потом третью, четвёртую… Ощутила лёгкое головокружение, облокотилась на крыло — а потом и вовсе запрыгнула наверх, оказавшись совсем рядом с лейтенантом.

— Ты вообще говоришь кроме случаев, когда выступаешь перед строем? — девушка повернулась к нему и поводила перед глазами мужчины ладонью.

Тот в ответ лишь отмахнулся — мол, отстань. Но потом, будто передумав, повернулся, впервые за всё время посмотрел прямо Аните в глаза, и прохрипел:

— Голос сорвал.

— А, извини… Дашь ещё? Что-то не распробовала.

— Держи, — лейтенант снова протянул девушке пачку. И добавил: — Соблюдай субординацию, девочка. Теперь ты в армии, на. Я-то ладно, а кто другой может и разозлится.

— Ой. Прости…

— Правильно: «Простите, господин лейтенант».

Девушка фыркнула, но потом всё же приняла серьёзный вид и повторила:

— Простите, господин лейтенант, — и после небольшой паузы добавила, не скрывая раздражения: — Вы такой гро-о-озный, такой серьё-о-о-зный, суро-о-овый… Сидите тут, ковыряетесь в своих железках, пока мы с девчонками пачками дохнем в космосе! А потом командуете, как и что делать!

— А ну, смир-р-рно! Привести себя в порядок! — техник грубо вырвал сигарету прямо изо рта Аниты и кинул куда-то на палубу, а свободной рукой спихнул девушку вниз. — Вы как разговариваете со страшим по званию, курсант⁈ Упор лёжа! Отжаться! Встать! Присесть! Лечь! Ещё раз!..

Поначалу Анита собиралась по старой гражданской привычке начать перечить и качать права… Но что-то в безумном взгляде лейтенанта и его ужасном сиплом голосе остановило. И девушка начала послушно выполнять всё то, что от неё требовалось.

Прошло не больше десяти стандартных минут, а пот уже заливал глаза, подложка лётного комбинезона-скафандра промокла, хоть выжимай, а трясущиеся конечности больше не способны были удерживать тело — хоть в вертикальном, хоть в горизонтальном положении. И Анита просто распласталась на холодном металле палубы, понимая, что не сможет больше двинуться, и что ей совершенно плевать на то, что там будет говорить и делать дальше этот наглый тип.

Но техник присел рядом и протянул зажжённую сигарету, предлагая вставить прямо в рот. Девушка отвернула голову, не желая больше этой гадости — да и куда там курить, когда дыхание никак не успокоить? Тут бы обычного кислорода в лёгкие набрать…

Лейтенант невозмутимо пожал плечами, наклонился ниже и, заглянув вновь повернувшейся к нему Аните прямо в глаза, заговорил:

— Что бы ты понимала, соплюха! Я уже трижды подавал рапорт на перевод. Но каждый раз одно и то же. Мне присылают вас, недоучек. Приказывают выдать истребители. Я готовлю весь тот хлам, который худо-бедно удалось привести в работающий вид. Вас посылают в бой… И возвращается хорошо, если процентов десять. Гибнут люди, гибнут машины. Без смысла и без пользы. Тогда как у меня самого налёта больше, чем у вас всех вместе взятых… И подтверждённых побед тоже. Но — адмирал запретил! Личным приказом, ля. Если не я, и не такие, как я — то кто будет заниматься всем этим?.. — мужчина обвёл рукой ангар. — Подготовить пилота, пусть даже такого бесполезного, как ты — дело считанных недель. А вот найти или обучить человека, который из хлама соберёт что-либо летающее…

— А как же дроны-ремонтники?..

— «Разрешите обратиться, господин лейтенант».

— Разрешите обратиться, господин лейтенант. А как же?..

— А вот так же. Их мало, кроме того их эффективность сильно преувеличена. Я знаю много приёмов и у меня столько опыта, что я могу делать работу как примерно десять-пятнадцать стандартных дронов. А ещё лучше выходит, когда я управляю ими. Так что, девочка… Я слишком ценный специалист для того, чтобы лететь с вами. Как бы мне ни хотелось.

— А… Разрешите обратиться ещё…

— Кстати, можете вставать, курсант. Вольно… Так чего ты там ещё хотела спросить?

Девушка не без труда поднялась на ноги, отряхнула локти, живот, штанины — и, набравшись смелости, спросила всё-таки то, что интересовало её больше всего:

— Истребитель. Мне должен был достаться другой, но он достался курсанту Елизавете. Почему?..

Лейтенант усмехнулся, дымя сдвинутой в уголок рта сигаретой.

— А сама как думаешь?

— Не знаю.

— Тот истребитель был… Обычная груда хлама. Этот, вообще-то тоже, но… Хоть чуть-чуть получше. Тут отличные двигатели, выпускались ограниченной серией. И у него на удивление неплохие характеристики.

Анита аж дар речи потеряла, не зная, что ответить на такое откровение.

А когда набралась смелости задать следующий вопрос — техник перебил её, махнув рукой в конец ангара:

— На следующий вылет отправишься на «ИР-0017», вон он. Пилот выбыл, перебрал со стимуляторами. Это пока лучшей истребитель из тех, что у нас тут удалось собрать…

— Нет.

— Что — «нет»?

— Нет, господин лейтенант. Я не полечу на том «И», «Эр», и все эти цифры. Я хочу на следующий вылет отправиться на том же самом, на котором летала сегодня.

— Тот лучше, надёжнее… И не повреждён.

— Зато этот — счастливый! На нём я смогла вернуться сюда после такой жуткой мясорубки…

— Я прикажу.

— А я пожалуюсь. Рапорт напишу!

Лейтенант усмехнулся.

— Что же. Вот и поговорили… Ладно. Летай на этой своей развалюхе, если нравится. Его вон уже чинят мои дроны, повреждения минимальны, за несколько часов управмстся. А я умываю руки… Убивайся так, как сама того пожелаешь, девочка.

— Я не девочка! У меня есть имя и фамилия, вы их прекрасно знаете…

— Да я эти имена-фамилии даже не запоминаю. Зачем, если вы каждый раз все новые?..

Так с тех пор и повелось. Возвращаясь с очередного боевого вылета в родной ангар, Анита сажала свой «триста пятый», которого про себя окрестила «Зайчиком», находила усталого техника — которого успели повысить сначала до чина старшего лейтенанта, а потом и до капитан-лейтенанта — устраивалась рядом, и они курили вместе. Когда молча, когда за разговором, но делали это всегда.

Кроме того, девушка заметила ещё одну любопытную вещь.

Всякий раз, провожая покидающие ангар истребители, техник быстро чертил в сторону кормовых дюз её машины какой-то простенький знак. Не иначе, посылал благословение кого-то из Кровавых Богов…

Благодаря ему, или невзирая на него, девушка смогла как-то пережить ещё немало вылетов, половина из которых закончились ожесточёнными космическим схватками, стала ведущим звена, получила чин мичмана и даже умудрилась сбить шесть вражеских истребителей — став одним из самых результативных пилотов четвёртого «бабского» ангара.

Остальной состав их полка за это время успел смениться практически полностью. Кроме Аниты, осталось только два десятка старожилов, из старых, опытных пилотов. Как-то незаметно девушка вошла в их круг, вместе с ещё несколькими удачливыми новичками, а имена остальных перестала даже пытаться запоминать. Какой смысл, если они всё равно постоянно новые и сменяются с каждым следующим циклом «воздушный бой/приём пополнения»?..

И сейчас, судя по истошно воющим сиренам, да по приходящим одно за другим оповещениям, настала пора нового витка этого бесконечного процесса — предстоял очередной боевой вылет. И Анита давно уже сбилась со счёта, какой именно…

Несмотря на волнение, всё происходящее теперь воспринималось как самая обычная рутина. Девушка готовилась, как обычно, поймать в задних камерах взгляд чертящего странный знак капитан-лейтенанта, помахать ему крыльями, и сорваться в безумный полёт на бешеных скоростях, навстречу пришедшей из космоса чуме…

Только вот этот раз, как оказалось, сильно отличался от всех предыдущих.

Глава 9

Виртуальные стрелки указателей мигали вовсе не в сторону родного четвёртого ангара, а в направлении соседнего, третьего.

Это показалось очень странным. Но Анита уже почти выработала привычку не задумываться над приказами — вернее, сначала приниматься за выполнение, а только потом уже начинать думать. Поэтому она, одной из первых выскочив из казармы, просто побежала по коридору в заданном направлении.

То, что скорость важна, Анита тоже выучила очень хорошо. Иногда даже секундная задержка могла стоить жизни…

За эту свою расторопность девушка и поплатилась, повернув на месте пересечения двух коридоров за угол и на всей скорости налетев на кого-то.

— Смотри куда прёшь, дура!..

Отскочив в сторону, Анита испуганно пискнула. Заросший бородой по самые глаза низкорослый мужчина с торчащей изо рта старомодной трубкой, в штатской одежде без знаков различия, и в старомодной широкополой шляпе… Казалось бы, что делать подобному типу тут, на корабле? Ему здесь не место!

Вот только, к сожалению, ему здесь было самое место. Анита сразу узнала этого человека. Никифор Всемирович Огнев, один из членов семьи правящего рода — и родной дядя его главы…

Это же надо было так вляпаться!

— Простите… — едва слышно прошептала не на шутку перепуганная девушка. Подобное поведение было не свойственно бравому ветерану истребительного флота — но, увы, сейчас она и правда чувствовала себя крошечным нашкодившим ребёнком, которого застукал за непотребством суровый взрослый.

— Я подготовлю рапорт… Мичман Воробьёва. Это возмутительно! Надеюсь, тебя хорошенько выпорют перед строем.

— Не надо, пожалуйста…

— Как всё закончится, — бородач махнул рукой в сторону мигающих ламп, скользнул липким взглядом вверх-вниз по затянутой в тесный комбинезон фигурке Аниты и сально улыбнулся уголком губ. — Жду тебя в своей каюте, мичман Воробьёва. Объяснишься! И только попробуй не явиться, будет только хуже…

Сказав это и не дожидаясь ответа, Никифор Всемирович резко развернулся и вальяжно зашагал дальше. Вскоре его излучающая довольство спина скрылась за углом коридора.

Мимо пробежала неприлично замешкавшаяся ватага курсанток из четвёртого ангара. Анита отметила недоумевающие взгляды, кто-то даже притормозил, думая, что она тут стоит не просто так. Молодые пилоты просто не понимали, почему ветеран и заслуженный пилот замерла посереди дороги и не двигается дальше, прямо игнорируя приказ срочно прибыть в третий ангар.

Глядя на молодёжь, Анита устыдилась и наконец встряхнулась, всё-таки заставив себя сдвинуться с места.

«Нет! Ни в какую каюту я ни к кому не пойду! Пошёл он, и катись всё в Преисподнюю!»

Решение принято, плечи расправились сами собой… Но внутри поселился сосущий холод и пустота.

Аните теперь было страшно.

Ведь очевидно, что он не забудет. И ничего хорошего впереди девушку не ждёт. Настолько могущественные люди прекрасно умеют создавать проблемы, если захотят, поэтому лучше бы они вообще не замечали твоего существования.

Этот уже заметил…

Надо же было так опростоволоситься, привлечь внимание склочного старика, широко известного своими отвратительными выходками и безобразным отношением к женщинам! Особенно — к женщинам из простонародья. По слухам, он их вообще за людей не держал.

«Мамочка, ну за что мне это?..»

Из-за досадной задержки Анита забежала в третий ангар одной из последних.

Вскользь отметила количество набившегося внутрь народа — мыслями была далеко.

В грандиозном помещении, на фоне размеров которого истребители казались небольшими, а уж отдельные люди так и вовсе терялись и казались крохотными букашками, было просто не протолкнуться от шевелящейся людской массы. Будто кто-то сунул палку в гигантский муравейник и растревожил его обитателей, заставив вылезти наружу, на защиту своего дома — всех, до последнего.

Далее взгляд зацепился за ещё одну удивительную вещь.

На помосте высоко над палубой, установленном так, чтобы было видно всем, стоял адмирал Зигфрид и зачитывал речь, которая дублировалась с помощью громкоговорителей и разносилась эхом во все стороны. Позади помоста колыхались флаги с гербами рода и крутилась гигантская голопроекция с изображением звезды и планет, в которых легко угадывалась система Альфы Работорговца.

— … но к противнику прибыло подкрепление. Наши сканеры дальнего обнаружения зафиксировали уже как минимум две сотни семьдесят один корабль, из которых тридцать два — по нашей классификации крейсера, тридцать восемь — эсминцы, пять — истребителеносцы. Возможно также наличие кораблей-невидимок, засечь которые на таком расстоянии наши технические возможности не позволяют.

Анита не сразу осознала сказанное адмиралом. Но когда смысл произнесённых слов дошёл до неё, сердце невольно пропустило удар.

— Нам звезда, — довольно громко констатировал кто-то неподалёку.

И описать ситуацию точнее вряд ли бы получилось.

За время, проведённое на борту «Разрушителя», Анита уже вполне навострилась разбираться в обстановке, да и «солдатский телеграф» работал исправно. Девушка начала худо-бедно понимать, что к чему, и знала: несмотря на значительное численное преимущество противника, у объединённых человеческих сил есть мощнейший козырь, который пока ещё способен крыть все другие карты.

За счёт этого в системе установился некий паритет. Людоеды оккупировали родину Аниты — Дом, а также после ряда успешных для себя операций захватили контроль над Маяком, перехватывая все прибывающие извне и пытающиеся прорваться наружу корабли, а заодно уничтожив ретрансляторы сверхсветовой связи. Но при этом к Горнилу и к его единственному обитаемому спутнику — Ирию — враги пока подступиться оказались не способны, и эта зона осталась под контролем людей. Несколько неудачных попыток высадиться на поверхность сорвались, и всё противостояние двух цивилизаций теперь ограничивалось регулярными налётами на «Разрушитель» большими массами истребителей и других малых кораблей, которые оказались очень неудобными мишенями для его главного калибра.

Эти атаки отбивались каждый раз очень большой кровью, ценой немалых потерь и напряжения всех возможных сил…

А теперь, если верить новым данным, перевес в пользу врага становился просто подавляющим. Одних истребителеносцев раньше у людоедов было раньше семь… Теперь, с подкреплением, москитный флот людоедов грозил в очень грубом приближении увеличиться едва ли не вдвое. И вывозить эту проблему предстояло Аните с её коллегами-пилотами.

Тем временем, Зигфрид продолжал вещать, почти без пауз и почти не сверяясь с виртуальными интерфейсами.

— … думаю, каждому очевидно, что сражение с настолько более сильным противником мы не потянем. Нас просто задавят массой. Тактические вычислители выдают продолжительность боя от пяти стандартных часов при самом негативном прогнозе до почти суток при наиболее благоприятном. После этого, в любом из вариантов, мы полностью потеряем контроль над системой… И это я ещё не говорю о том, что людоеды могут стянуть сюда со временем ещё большее количество подкреплений.

Адмирал сделал паузу, предоставляя ошарашенным слушателям возможность проникнуться ситуацией.

«Мамочка, ну зачем он всё это говорит?.. И без того ведь тошно!»

Не хотелось верить в такой быстрый и бесславный конец. Хотя разум, конечно, уже давно твердил, что в конце тоннеля никакого света нет и не предвидится, и всё, что делают защитники Ирия, все их действия — совершенно не имеют смысла, потому что в долгосрочной перспективе ничего не изменят. Как ни старайся, сколько вражеских истребителей не сбивай, но надежды на победу в этой войне нет…

— Повторю отдельно: удержать систему невозможно. Равно как и никакую другую из тех, что подверглись атаке. Людоеды используют для перемещения между звёздами свои пути, о которых мы ничего не знаем, возможно это система автономных и не связанных с остальной сетью Маяков. Обнаружить их, не говоря об уничтожении, до сих пор ни у кого не получилось, противник надёжно хранит свои секреты. Мы пытались прочёсывать пространство на быстроходных и малозаметных кораблях… Всё оказалось бесполезно. И времени на то, чтобы решить эту проблему, у нас нет. Возможно, в более спокойной обстановке, без противодействия вражеского флота, который сильно превосходит наш как количественно, так и по многим параметрам — качественно, ещё бы что-то получилось… Но здесь и сейчас мы бессильны.

«Ну зачем, зачем ты всё это рассказываешь, адмирал? Хотя — спасибо, в одном ты помог. Перестала думать о том старом пне. Ведь какая разница, если скоро все станем их добычей? На фоне такого даже перспектива оказаться в каюте дядюшки князя пугает не так сильно».

— При этом враг не гнушается пользоваться и нашей стандартной сетью, активно перемещается по ней отдельными кораблями и даже эскадрильями. Такое уже несколько раз становилось неприятным сюрпризом, как для нас, так и для защитников других человеческих миров. Поэтому — в любой из наших систем можно ожидать внезапного появления всего вражеского флота сразу. И даже если мы каким-то образом сможем собрать по ещё сохранившим самостоятельность мирам все свои и союзные корабли, этого будет для победы недостаточно… Враг слишком силён и превосходит нас минимум в несколько раз. Минимум! А возможно, и на порядок.

Голос адмирала слегка охрип, и он запнулся.

К нему тотчас шагнула высокая блондинка в отлично сидящем парадном белоснежном мундире и подала бутылку воды. Мужчина взял её, глотнул и благодарно кивнул девушке.

Анита усмехнулась. Эта красотка, которая на самом деле не более, чем искусственно созданный репликант — предмет зависти всего «женского» ангара. Сколько раз, собравшись после очередного вылета, девушки-пилоты перемывали ей кости… Слишком многие мечтали оказаться на месте этой наглой самозванки, посмевшей занять настолько тёплое место.

Сама Анита во всех этих разговорах не участвовала, об адмиральском теле не мечтала и к акциям «случайно попасться на глаза красавчику Зигфриду» не присоединялась. Прекрасно понимала, почему остальных интересует статный подтянутый мужчина с красными волосами, облечённый самой большой на «Разрушителе» и во всём объединённом флоте властью, но — её он не интересовал, не тот типаж. Больно уж слащавый.

Потому речь адмирала девушка слушала без того душевного трепета, который мог бы быть, и к блондинке-репликанту никаких негативных чувств не испытывала. Тем более — она же не настоящая… Так недолго начать ревновать к какой-нибудь дешёвой кукле из синтетической плоти, запрограммированной для утех и знающей всего несколько простейших фраз.

Тем временем, Зигфрид вернул бутылку помощнице и продолжил свою речь. Голос его заметно окреп, а речь стала куда более энергичной.

— Это была плохая новость, а теперь — хорошие. Их сразу две! — адмирал поднял палец вверх. — Первая из них — то, что людоеды не заодно с другими расами Чужих, как мы предполагали ранее. Было зафиксировано минимум пять столкновений между флотами разных рас. Возможно, их больше — но мы потеряли связь с внешним миром, и дальше следить уже не можем. То есть — все вместе Чужие на нас нападать не будут, а если повезёт, даже повоюют между собой. Значительно облегчает задачу, согласитесь! А вторая хорошая новость… Спасение у нас всё же есть!

На голограмме позади Зигфрида появилось изображение какой-то покрытой морями планеты, с большими зелёными островами и континентами.

— Знакомьтесь. Аркона! Пригодна для жизни, богата полезными ископаемыми, плодородна, имеет развитые флору и фауну. Поверхность — семьдесят процентов воды, тридцать суши. Использовалась когда-то пиратами в качестве базы, но давно, ещё в имперские времена. Населена слабо, практически безлюдна. Находится в системе звезды, которую было решено назвать Надеждой. До недавнего времени была полностью забыта и закрыта для доступа извне, и наш враг проникнуть туда пока не успел. Это место сейчас действительно безопасно, возможно, единственный защищённый уголок во всём разведанном мире. Наш последний шанс — прорваться туда, а после завершения перехода отключить Маяк, отрезав себя от внешнего мира. Мы должны эвакуировать в эту безопасную систему всё, что только сможем. Главное, конечно, люди — но подлежат переброске также стратегические товары, медикаменты, демонтированное оборудование заводов и фабрик, продукты питания и тому подобное — всё, без чего переселенцы не выживут. Благодаря счастливому стечению обстоятельств, большое количество именно таких грузов в последнее время скопилось в нашей системе, причём многие суда так и не были разгружены, что в данном случае играет нам на руку. Но есть проблема…

Голограмма с изображением планеты сменилась трёхмерной картой, показывающей охваченные войной — красные, и захваченные — чёрные, звёздные системы.

Красных было совсем немного.

А зелёная, гарантированно безопасная — всего одна.

— К сожалению, враг невероятно силён, а мы, наоборот — слабы. После падения Империи развитию космического флота уделялось недостаточно внимания. Большинство кораблей оказалось уничтожено во времена Катастрофы, новые не строились, а если и строились — то классом не выше эсминца, причём чаще — патрульные катера и корветы. Не говорю уж о разобщённости отдельных человеческих миров, каждый из которых теперь стал сам за себя. Так что всё, на что мы можем надеяться — это локальная кратковременная победа на отдельном участке, да и та возможна лишь при концентрации всех наличных сил человеческих миров, которые всё ещё сопротивляются. Я говорю не только о кораблях, которые собрались сейчас в этой системе… А вообще обо всех.

К картинке на голограмме добавились цифры, показывающие, сколько сил совокупно у людей осталось в той или иной системе. Самые внушительные показатели были у Альфы Работорговца, а также у Пси и Омеги Червя. Последнее ничуть не удивительно — ведь там верфи.

— Так что, от нас требуется следующее: сконцентрировать силы и нанести врагу максимальный урон в одном заранее выбранном месте, после чего воспользоваться временным перевесом и провести эвакуацию. Как вы уже догадались — место генеральной битвы выбрано именно здесь, в нашей системе.

Насмешливый голос из зала спросил то, что было у многих на языке, но никто не решился озвучить вопрос:

— И как, интересно? У нас даже связи с внешним миром нет!

«И правда, как? Это же… Невозможно. Ни уговорить никого покинуть свои родные системы за такой короткий срок, ни перебросить силы, ни скоординировать операцию — ничего этого не сделать! Особенно когда ты сидишь, полностью отрезанный от остального мира…»

Однако, далее Зигфрид расставил всё по местам:

— Как вы знаете, наш Маяк уже много дней контролируется противником, а станции сверхсветовой связи захвачены. Тем не менее, недавно в систему прорвался беспилотный корабль, вся миссия которого заключалась в передаче одного-единственного информационного сообщения. Что он и успел сделать до того, как был уничтожен. И… Мы получили весточку от главы нашего рода, князя Темнозара! Вы все должны его знать.

Сказав это, Зигфрид отошёл в сторону — мол, дальше без меня. И на голограмме появилась фигура Огнева-Белого-Разумовского, про которого столько всего было слышно в последнее время. Про этого человека сплетничали даже далёкие от политики, его безумные похождения обсуждали со всем спектром эмоций — от восхищения до возмущения…

Темнозар говорил уверенно, спокойно, и смотрел будто бы в самую душу. Он сообщил, что имеет все средства и возможности скоординировать действия последних защитников человечества, которые до сих пор не опустили флаги. Что у них всё получится, эвакуация на далёкую безопасную планету будет проведена успешно, а всё, что требуется от ирийцев и примкнувших к ним союзников — продержаться до прибытия подмоги.

Удивительно — но речь главы рода, к которому до недавнего времени не имела никакого отношения, Аниту воодушевила. Откуда-то появилась вера: всё именно так и есть, слов на солнечный ветер этот человек не бросает.

Это значило, что свет в конце сверхсветового тоннеля всё-таки появился, и всё было не зря… Переварить эту мысль девушка не успела: запись отключилась, и вперёд снова шагнул Зигфрид.

— Итак, если даже не верите мне, поверьте князю Темнозару: выход из ситуации есть, и мы на пути к нашей пусть маленькой, пусть локальной, но всё же победе. Правда при этом, как говорится, есть небольшой нюанс…

Опять смешок из зала, и кто-то выкрикнул:

— Да кто бы сомневался!

Зигфрид его не услышал, или не посчитал нужным обращать внимание, и продолжил так же спокойно и размеренно доносить до личного состава ситуацию.

— Чтобы всё получилось, мы должны продержаться до прихода подмоги. А это, учитывая изменение ситуации, сделать будет крайне сложно. Так что… Ирий придётся оставить. Не удержим. Единственный шанс — отступить к Горнилу, где нас прикроют мощные батареи лапут. Инженеры и пилоты специальных кораблей-буксиров уже стаскивают их в один сектор, чтобы повысить плотность огня. Но контроль за Храмами Смерти, которые все располагаются на нашем обитаемом спутнике, будет утерян. Какие у этого последствия, прекрасно знаете сами… После гибели в бою и последующего возврата с той стороны каждый из вас окажется на вражеской территории и почти наверняка будет схвачен. Сделать с этим, увы, мыничегоне можем. Есть только надежда что в период, когда система будет очищена от противника, и до момента завершения эвакуации, получится вернуть Ирий обратно и подобрать всех с поверхности. Говорю честно и сразу: гарантий этого дать не могу. Поэтому цена гибели для каждого из нас очень высока — вам будет хуже, чем попасть в Преисподнюю. Но выхода нет.

Кто-то в толпе выругался, кто-то охнул… А Зигфрид опустил глаза и проговорил совсем тихо, заставив всех смолкнуть, прислушиваясь:

— Братья и сёстры по оружию! Мы должны дать людоедам последний бой. Такой, чтобы проклятые твари умылись кровью. И мы должны продержаться до прихода подмоги извне. Иначе — конец… У нас просто нет права не сделать это!

Глава 10

Вновь шагая по коридору, теперь уже — обратно к своему родному четвёртому ангару и ждущему пилота «Зайчику», Анита никак не могла унять волнения.

В ушах не умолкали отголоски громогласного рёва, которым люди по завершении выступления адмирала выразили свой восторг. И пусть всё это осталось позади, в недалёком прошлом, в оставшемся за спиной и уже наверняка опустевшем ангаре, чувство единения с товарищами никак не хотело отпускать. Весь экипаж «Разрушителя» с придаными ему пилотами ощущался теперь, как единый организм.

Вместе с Анитой громыхали магнитными подошвами десятки людей — каждый член команды носил специальные «космические» сапоги, на случай отключения искусственной гравитации.

И все они, все, кто был рядом, буквально вибрировали от воодушевления. Анита была уверена — никто не оступится, никто не отступится, каждый готов действовать решительно и будет стоять до самого конца!

И до общей победы.

От осознания грандиозности происходящего здесь и сейчас пробирало до дрожи. Будто сама история творится прямо на глазах. События масштаба Катастрофы, не меньше! В конце тоннеля мерещился уже даже не просто слабый свет, а настоящий мощный прожектор, скорее даже — тёплое сияние далёкой звезды…

Надежда! Насколько же прекрасное и подходящее название выбрали для светила далёкого мира, которому суждено стать ковчегом для человечества!

Вера в будущее вернулась, скверные мысли отошли на задний план. Про плохое не хотелось даже и вспоминать… Хотя, увлекаемая людской массой, Анита как раз дошла до проклятого пересечения двух коридоров, туда, где некоторое время назад произошла неприятная встреча с дядюшкой князя Темнозара.

Оказавшись у этого проклятого перекрёстка, девушка почувствовала иррациональную, нелогичную робость, и даже сбилась с шага. Щёки вспыхнули от стыда, ладони сами собой сжались в кулаки.

Она понимала разумом, что это место ничем не лучше и ничем не хуже любого другого на всём огромном корабле. Если проклятый дед реально захочет достать назначенную жертвой мичмана Воробьёву, найдёт её даже в самом глухом уголу трюма, куда кроме крыс никто не заглядывает.

Да, всё это Анита знала и понимала… И, тем не менее, не могла заставить себя идти дальше. Где-то в глубине её разума проснулись древние инстинкты, оставшиеся от очень простого первобытного мира, где опасность и правда можно было локализовать в пространстве и избежать её, просто не ходя туда, где можно быть съеденным.

«Страшно! Страшно и противно. Мамочка, ну зачем же я тогда бежала так быстро?.. Куда так спешила?»

Заминка продлилась пару секунд. Потом мимолётную слабость всё же удалось перебороть. Но — Анита отстала от обогнавших её девчонок-новичков из четвёртого, шагала дальше уже далеко не так быстро, и её догнала группа каких-то техников из команды «Разрушителя»…

Взрыв разворотил кусок потолка и стены впереди. Тех, кто оказался рядом, раскидало и поломало, многих завалило обломками. Девчонки из четвёртого как раз попали в самый эпицентр, и некоторые из них теперь страшно кричали, получив несовместимые с жизнью травмы…

Зачадило вонючее химическое пламя. Злобно зашипели системы автоматического пожаротушения. Истошно и бессильно завыли сирены.

Обзор заволокло поднявшееся вверх облако пыли, к нему начали быстро примешиваться грязный дым и белёсый пар. Кто-то истошно кричал, кто-то стонал… Кто-то валялся, кто-то пытался встать, кто-то бестолково носился туда и обратно, словно обезглавленная курица.

— Спокойно! Не паникуйте! Давайте поможем тем, кто пострадал… — какой-то необъятно тучный техник со знаками различия старшего лейтенанта попытался обуздать хаос, но куда там…

И, как оказалось, это было только начало.

Из пролома в потолке посыпались фигуры в бронескафандрах, спрыгивая прямо на ползающих внизу раненых, и открыли шквальный огонь на поражение во все стороны. Подстреленные люди начали падать один за другим.

В узком пространстве коридора спрятаться было просто некуда. Гудящие разряды, проносясь с огромной скоростью, легко находили цели и с чавканьем вонзались в живую плоть, забрызгивая всё вокруг кровью и оглашая пространство новыми криками.

Аниту спасла отличная реакция — не мешкая, девушка-пилот тотчас отскочила в сторону, а после и вовсе бросилась на пол, откатилась к самой стене и поползла прочь. Но — быстро осознала: уйти не получится, до спасительного поворота слишком далеко.

«Мамочка! Неужели опять, ну за что мне это всё?..»

Решение пришло внезапно. Не самое приятное и надёжное, но… Уж какое есть.

Анита нырнула за тушу того самого старшего лейтенанта, который неудачно пытался организовать всех. Бедняга пораскинул мозгами в самом прямом смысле слова, поймав один из первых разрядов…

Девушка прижалась к нему всем телом, так, как ни к одному мужчине в этой жизни. И, зажмурившись, принялась молить Кровавых о том, чтобы её не заметили…

Крики и суета утихли — живых, кроме нападавших, вокруг не осталось.

Тяжёлые подошвы забухали по палубе.

Ближе, ещё ближе…

Звук шагов сопровождался прерывистыми завываниями сервоприводов экзоскелетов и редкими выстрелами — судя по всему, добивающими.

Одно было хорошо. Амплитуда шагов небольшая — значит, это хотя бы не они. Обычные люди.

Но погибнуть так глупо сейчас, когда красотка победа впервые подразнила из-за угла своей доступностью, взмахнув подолом платья, казалось особенно обидным. И без разницы, кто нажмёт на спусковой крючок — людоед, предатель из своих, или какой-то иной враг.

Как же паршиво, что пилотам не выдавали личного оружия! По штату всем полагались разрядник с виброножом, но ещё в самый первый день Нил заявил, что на складе ничего нет, и вряд ли скоро предвидится. Мол, вам это и не пригодится, так что не парьтесь. И казалось, оно действительно не нужно… Ровно до этого момента.

С другой стороны — какой прок с небольшого разрядника, когда против тебя полностью упакованный космопехотинец, наверняка ещё и увешанный щитами?.. Сгодится разве что на то, чтобы умереть с честью, с оружием в руках. А не как на бойне.

От ощущения бессилия было паршиво особенно…

Шаги прогрохотали мимо и начали удаляться.

«Неужто пронесло? О Богиня Удачи, спасибо! Я такие жертвы принесу тебе, когда всё закончится… Всё отдам, что есть!»

Выждав секунд десять, Анита решилась всё же открыть глаза и медленно, очень осторожно повернула голову, так, чтобы посмотреть вслед шагающим прочь людям в бронескафандрах.

Спины, покачиваясь, быстро удалялись. Ещё чуть-чуть — и скрылись за поворотом…

Пронесло!

Анита шумно вдохнула — только сейчас поняла, что всё это время лежала, задержав дыхание. Поднялась на четвереньки, с тем, чтобы вскочить на ноги и побежать в свой четвёртый ангар, прочь от этих убийц в бронескафандрах.

Но из разлома вдруг послышался звук…

Сердце пропустило удар. Девушка на всякий случай вновь бросилась на палубу, вжавшись в холодный металл и придвинувшись к омерзительно смердящему свежей кровью телу старшего лейтенанта. Голову пришлось опустить, так что дальше следить за тем, что происходит, уже не получалось… Ориентироваться приходилось исключительно на слух.

Сперва раздался сдвоенный стук о палубу — видимо, кто-то ещё спрыгнул на палубу. Один — уже хорошо.

За этим последовала невыносимо долгая, мучительная секунда тишины… Которую сменило громыхание приближающихся шагов.

И на сей раз явно не человеческих…

Анита похолодела.

До этого было просто страшно. А теперь девушку начало буквально трясти от ужаса.

Это ведь пришёл кто-то из них!

Тяжёлые подошвы бухали всё ближе и ближе, неумолимые, как стук молотка гробовщика из какого-нибудь захолустья, вроде Новой Америки или Окрайной.

«Мамочка! Пройди мимо. Только, прошу, пройди мимо… И не смотри вниз! Кровавые, помогите, сберегите, пусть он только не заметит меня…»

Шаги замолкли. Людоед остановился где-то совсем рядом.

Девушка пыталась не дышать и вообще прекратить существовать, прижимаясь к мёртвому телу изо всех сил, будто это могло спасти.

Но он не двигался и не спешил уходить.

Прошла стандартная секунда. Вторая. Третья…

Неизвестность становилась почти физически ощутимой, невыносимой. Казалось, что лучше уж рискнуть и выяснить всё прямо сейчас, чем томиться дальше в неведении.

Не выдержав, Анита осмелилась легонько, чуть-чуть, приподнять голову…

И увидела две закованных в металл ступни прямо напротив.

«Мамочка…»

Волосы на голове зашевелились.

Наплевав уже на всё, Анита задрала голову ещё выше… И встретилась взглядом с ним.

Где-то в глубине нечеловеческих вертикальных зрачков почудилась насмешка.

«Да он играл со мной!..»

Понимание пришло внезапно…

Раздался мерзкий скрежещущий звук — омерзительная, пугающая до дрожи их речь.

И дальше всё происходило стремительно.

Взмах слишком длинной, нечеловеческой руки — и Аниту резко дёрнуло вверх, буквально распяв в воздухе высоко над палубой. Как он это сделал, было непонятно. Казалось — использовал какие-то невидимые и очень сильные конечности…

Ещё один взмах корявой клешни с остро отточенными когтями — и он отточенным движением вспорол одежду бьющейся в путах девушки от шеи до паха, задев и глубоко вспоров её нежную кожу.

Анита опустила взгляд и увидела, как прочнейшая ткань лётного комбинезона-скафандра трещит, легко разрываемая на две половинки. Далее он принялся быстрыми, но аккуратными движениями царапать трепещущую плоть и начертил кровавыми чертами какую-то сложную геометрическую фигуру. Сорвал с ожерелья, висящего на своей шее, висюльку в виде небольшого черепка, раздавил пальцами — и вперёд метнулось похожее на дымку или на облачко тумана полупрозрачное существо, с провалами на месте глаз и с тянущимися вперёд крошечными ручками.

Когда существо на всей скорости вонзилось в центр вырезанной на теле Аниты фигуры, девушку выгнуло дугой от жестокой боли. Казалось, в свежие порезы плеснули жидким металлом, который быстро просочился внутрь и начал жечь изнутри.

А дальше всё стало как в страшном сне…

Неведомая сила отпустила, и Анита бессильно рухнула вниз.

Попыталась сгруппироваться, чтобы не удариться… Но тело отказалось слушаться. Лишь в последний момент извернулось и приземлилось на руки.

Вот только это произошло вопреки воле Аниты. Она не собиралась делать так, это было не её решение.

Дальше девушка встала на ноги, повернулась… И опять — будто кто-то извне управлял каждым движением.

Захотелось в ужасе закричать, но даже это оказалось невозможным.

Послушная воле внешнего кукловода, Анита со всех ног побежала вперёд по коридору, слушая будто со стороны свой голос, истошно зовущий на помощь.

Не получалось управлять даже глазами. Приходилось смотреть туда, куда заставляют, и видеть то, что видеть не хочется…

Единственное — Анита успела краем глаза рассмотреть, как он исчез, будто растворившись в воздухе. Явно в броне был встроенный модуль активной маскировки.

Враг всё рассчитал прекрасно. Направил Аниту не в тот коридор, в котором скрылась группа в бронескафандрах и откуда слышались стрельба и крики, а в другой. Здесь никто не стрелял, живые навстречу попадались часто, и были не пуганными.

Бегущая, истошно голосящая, безоружная девушка, в разорванной и окровавленной одежде, не вызывала ни у кого подозрений. К ней навстречу выходили с искренним желанием помочь…

И каждый раз расплачивались за это жизнями.

Непонимание, удивление, обида отражались в стекленеющих глазах. Мужчины, женщины, старые, молодые… Для всех исход был один, отличаясь только формой. Кто-то просто бессильно опадал на палубу, кого-то пробивали или душили невидимые руки, кого-то разрывало изнутри, кому-то отсекало конечности, кого-то иссушало, как мумию… Он будто игрался, всякий раз выбирая новый способ, чтобы расправиться со своей следующей жертвой.

И не было конца этому жуткому кровавому кошмару, пока после очередного поворота Анита и следующий за ней невидимый кукловод не наткнулись на группу в бронескафандрах, впереди которой трусил… Настоящий мирийский тигр! Громадный, белый в чёрную полоску, с будто бы сияющими зелёным пламенем глазами, с могучими мышцами, перекатывающимися под шкурой с прекрасным дивным мехом. Зверь был страшен и поразительно, по первобытному красив.

Они столкнулись лицом к лицу, чуть не налетев друг на друга. А потом началась бойня.

Анита увидела, как сразу трое бойцов начали заваливаться — тот, кто привёл её сюда, атаковал сразу же, не откладывая, и использовал свои жуткие способности на полную.

Досталось и тигру, на шкуре которого появились глубокие кровоточащие порезы. К счастью, не смертельные.

Он взревел и тут же взмыл вверх, в могучем прыжке.

Если бы могла, Анита бы зажмурилась…

Но девушка не могла и следила за происходящим будто со стороны.

Тигр пронёсся прямо над головой, лишь обдав потоком воздуха и оставив после себя запах дикого зверя. Его цель была дальше, за спиной Аниты.

Одновременно, бойцы впереди открыли шквальный огонь. Один из них явно был одарённым, из его руки ударил поток раскалённой плазмы. Казалось, всё это летит прямо Аните в лицо.

И… Она вдруг смогла зажмуриться!

Не веря в своё счастье, девушка тут же открыла глаза. Увидела улетающее прочь полупрозрачное облачко, увидела, что огненная плеть проносится мимо — стреляют не в неё, хотя легко могут задеть.

Не искушая судьбу, Анита тут же бросилась на палубу. Истерзанное тело болело, накладывалась усталость от долгого бега — захватившая управление сущность и не думала жалеть свою рабыню… И теперь всё это навалилось сразу, давая понять, что приходить в норму придётся долго.

Но до чего же приятно оказалось вновь управлять собой!

Внезапно Анита поняла, что шум боя стих. Подняла голову… Оставшиеся на ногах бойцы приопустили оружие.

А один из них, откинув шлем в сторону, пробежал мимо.

«Что? Это же тот, о ком я думаю?..»

С немалым удивлением Анита поняла, что они знакомы. Это был не кто иной, как Никифор Всемирович…

Повернув голову, девушка проследила за ним дальше. Увидела, как сволочной старик, которого без привычной трубки и в броне можно было и не признать, подбежал к распростёртой на палубе туше тигра, рухнул перед нею на колени, зарылся в белоснежный мех лицом…

И самым натуральным образом завыл.

Вокруг валялись тела убитых, даже растерзанных людей, да и сама Анита полулежала на палубе, боясь пошевелиться — её сейчас вполне могли прихлопнуть, как вражескую пособницу, и были бы в полном праве. Где-то вдали продолжало грохотать — бой внутри корабля не закончился…

А дядюшка главы рода Никифор Всемирович, известный на всю систему своими одиозными выходками и скверным характером, рыдал над телом, вероятно, единственного близкого ему существа. Которое спасло старика, да и остальных, ценой своей жизни…

За минуты забега, показавшиеся часами, Анита видела десятки смертей. Каждая из них была ужасна и безобразна. Перед глазами до сих пор стояли эти лица.

Но почему-то именно сейчас, глядя на того, кто ещё недавно казался воплощением зла во плоти, девушка почувствовала себя особенно паршиво… Даже поймала себя на том, что испытывает к Всемировичу что-то вроде сочувствия.

Тем временем один из бойцов подошёл к Аните и склонился, заставив испуганно обмереть и сжаться.

— Девушка. Как вы? — прогудело из динамиков.

— Я… Я… — сказав это, она постыдно разрыдалась.

Хотела рассказать, объяснить — но слова просто застревали в горле, их душили рыдания.

— Всё в порядке, вы в безопасности. Сейчас мы вызовем медиков, и…

Что за «и», Анита так и не узнала. Поняв, что здесь и сейчас конец отсрочен и опасность лишиться этой жизни — да ещё и таким страшным образом — миновала, девушка попросту отключилась…

А пришла в себя в медицинском отсеке.

— Как я? Что со мной? Сколько времени прошло?.. — окликнула она проходящую мимо женщину в белом халате.

Та приостановилась, скользнула взглядом по виртуальным интерфейсам, и сообщила:

— У вас истощение. Прописано пребывание в палате и укрепляющие процедуры в течение нескольких дней. Вы поступили к нам чуть больше стандартного часа назад.

— А… Ранения?

— Искусственная регенерация завершена, основные повреждения восстановлены, функциональность организма — семьдесят три процента. Полное восстановление — только после завершения полного цикла укрепляющих процедур…

— А что людоеды? Их смогли выбить?..

— Все диверсионные группы, проникшие на корабль, уничтожены.

— Отлично. Спасибо вам большое…

Проводив удалившуюся женщину взглядом и дождавшись, когда она скроется вдали, Анита села в койке, выдрала капельницы и поднялась на ноги. Пошатнулась, чуть не упала — но всё же устояла и сначала по стеночке, а потом всё более уверенно направилась прочь из лечебницы, в свой ставший уже родным домом «женский» ангар.

Диверсионные группы уничтожены — это отличная новость.

Но какой ценой!

Твари действительно смогли подловить, ударили в больное место, в наиболее удобный для себя момент.

Могли прорваться даже до капитанского мостика, и тогда — конец всему…

Но даже и так потери должны быть жуткими. Гибель многих пилотов Анита наблюдала собственными глазами. Те девчонки, шедшие впереди, полегли все. Да и отставшие, наверняка, тоже…

А это значило одно — гигантский корабль, несмотря на всю свою мощь, уязвим как никогда. И сейчас на счету каждый, кто способен вывести истребитель из ангара.

Это с одной стороны. А с другой… Только там, в космосе, девушка чувствовала себя в безопасности, способной как-то повлиять на события. Только сидя в кабине «Зайчика» она действительно могла постоять на себя — пусть это и иллюзия, и риск погибнуть в бою гораздо выше… Но «на суше», как выяснилось — пилот истребителя уязвим почти так же, как и обычный гражданский. Во время нападения Анита чувствовала себя такой же беззащитной, как в самый первый день нападения, когда тряслась от ужаса в подвале.

А значит — лучше уж забраться в кабину и наблюдать за миром через прицельную сетку виртуальных интерфейсов. Ведь вряд ли они станут жалеть раненых. Пустят в расход точно так же, как и здоровых…

Вот только, попасть сразу к себе не получилось. На выходе из медблока Аниту перехватил лейтенант службы безопасности. Пришлось идти за ним в отдельный кабинет и в течение получаса подробно отвечать на многочисленные, зачастую повторяющиеся вопросы… И сослаться на плохое самочувствие уже было нельзя, ведь девушка сама решила встать с койки и тем самым показала, что уже считает себя здоровой.

К счастью, утомительный допрос в конце концов закончился, и лейтенант отпустил Аниту, и она с чувством невыразимого облегчения встала из-за простого казённого стала и вышла из кабинета.

Вот только, гулкая пустота коридоров теперь пугала. Шагая со всей возможной скоростью и нервно оглядываясь, девушка вдруг поняла, что её буквально трясёт. Лишь с трудом удалось сдержать желание вернуться к суровому офицеру службы безопасности — когда кто-то, хоть даже и он, находился рядом, страх немного отступал.

«Это слабость. Это животное во мне. Я сильнее!»

Крепко сжав кулачки, девушка всё же заставила себя продолжить движение.

Если бы могла, побежала бы… Но, увы, измученное тело сейчас было способно только на очень быстрый шаг.

Только когда створки третьего ангара разъехались, открывая вид на выстроившиеся на взлётной палубе разномастные истребители, Анита почувствовала что-то похожее на облегчение.

Из-за полуразобранного остова какого-то корабля выскочил Нил. В руках он держал жуткого вида самострел, явно переделанный из какого-то корабельного орудия.

По сторонам виднелось ещё несколько дронов-ремонтников, судя по всему спешно переделанных в охранников и водящих по сторонам тёмными раструбами разрядников.

Когда девушка увидела старого знакомого и то, что в ангаре худо-бедно готовы к неожиданностям, стало ещё спокойнее.

Но — не до конца.

— Ты цела! Кровавые, неужели ты в порядке! Это настоящий подарок…

Глаза быстро шагающего навстречу техника сияли самым настоящим счастьем.

— Я так рад, что ты жива! Сегодня… Был очень плохой день. Вернулись не все.

— Знаю, Нил.

Анита опустила глаза — она и вправду знала это, как никто другой.

— Всё хорошо, девочка?

— Да, нормально. «Зайчик» на ходу?

— Разумеется. Несколько часов назад закончил полное ТО, заменил аккумуляторы на более ёмкие, поменял один движок. Летает, как никогда.

— Отлично. Новости слышал?

— Про эвакуацию? Конечно.

С благодарностью взяв сигарету и дождавшись, пока Нил спрячет пачку, достанет вместо неё зажигалку и поднесёт к кончику зажатого в её губах тонкого бумажного цилиндрика трепещущий огонёк, девушка с наслаждением затянулась… И закашлялась.

— Что думаешь? Пошли только к «Зайчику», мне далеко от него неуютно.

— Пошли. А думаю я… Что шанс есть. Это гораздо лучше, чем было раньше, когда шанса не было.

— Сдюжим?

— Вполне. Хотя это, конечно, зависит от многих факторов…

— Было бы очень здорово. Как уже всё это достало… Хотелось бы нормальной жизни, без войны и без желающих сожрать тебя живьём врагов.

Подойдя к своему истребителю и облокотившись на холодную обшивку, девушка наконец почувствовала себя полностью в безопасности. Если что случится, всего пара секунд — и она запрыгнет в кабину. А там уже, враги, берегись! Обделённым не останется никто, внутри кипела лютая ненависть и желание убивать поганых тварей сотнями…

Нил встал рядом и молча закурил, смотря куда-то вдаль, в пустоту, и не опуская оружия.

Анита повернулась и уставилась ему прямо в лицо.

Только спустя несколько долгих секунд техник повернулся к девушке и вопросительно поднял бровь.

— Что такое?

— У меня вопрос.

— Давай, девочка. Жги.

— Ты же… Почему… Короче, объясни.

— Объяснить — что?..

— Из всех пилотов ты общаешься только со мной. Мы вместе курим. Ты ждёшь, когда я вернусь… И провожая, чертишь тот знак вслед. Не думай, что я не заметила. И, наконец, ты дал мне истребитель, который должен был достаться другой…

— У тебя отличные показатели. Ты достойно прошла выпускные испытания.

— Лизка была не хуже меня, у нас примерно равное количество баллов по итогам курса.

— Ну… Допустим, я хорошо разбираюсь в людях.

— Нет. Не ври мне, Нил. Дело в другом.

— И в чём же?

— Думаешь, это не очевидно?

Мужчина усмехнулся и затянулся. Тишина надавила недосказанностью, набухшей десятками слов… Казалось, Нил готов был уже заговорить — но лишь махнул рукой и с щелчком отправил окурок прямо на палубу.

Поняв, что не добьётся ответа, Анита заговорила вновь.

— Ты что, боишься признаться? Послушай, это же смешно…

Нил неожиданно серьёзно кивнул.

— Да. Ты права. Я боюсь, — и, не дав уже открывшей было рот возмущённой девушке сказать, заговорил вновь: — Я суеверен. Мне кажется, что пока я держу всё это при себе, не озвучиваю — тебе будет сопутствовать удача. Но как только скажу вслух… Случится что-то страшное и не поправимое.

— Но это же глупо.

— Возможно. Да я и не скажу, что особо умный. Я же был простым продавцом портативных коммуникатров когда-то. Кажется, в прошлой жизни. Но… Знаешь, я видел слишком много вас, пилотов. Не хочу, чтобы ты стала следующей, кто вылетит из этого ангара — и не вернётся.

— Чушь, — фыркнула Анита.

Отбросив сигарету, она просто шагнула вперёд, навстречу Нилу, и поцеловала его.

Замешкавшись на мгновение, мужчина ответил. Всё ещё не опуская оружия, свободной рукой обнял Аниту за талию, притянул к себе…

Им отмерили друг на друга какие-то считанные секунды. А потом вновь завыли сирены и замелькали оповещения.

Это была очередная боевая тревога.

Зная, что экипаж главной силы флота людей — дредноута — понёс огромные потери и ослаблен, как никогда, коварный враг начал очередную атаку.

Которая легко могла стать последней.

Глава 11

Разговор с амазонками не задался с самого начала.

Хотя, собственно, чего я ожидал?..

— Чужеземец! — голос матриарха Раен звенел злостью. — Ты так красиво расписывал наше совместное счастливое будущее, как всё будет хорошо и прекрасно! Вкусная еда, красивые наряды, новые мужчины… Но вместо твоих сказок — на орбите какие-то корабли гоняют друг друга и палят почём зря, а кого-то и вовсе разносят прямо на поверхности. Разведчики Красного Кургана наблюдали за этим, и уже даже изучают обломки… Мы с сёстрами ждём объяснений!

Созвать совет в полном составе времени не хватило — представителям некоторых племён было добираться слишком далеко. Они просто не успевали прибыть за то время, что прошло до нашего прибытия с запроса на срочное заседание, который я направил матриарху через оставленный ей как раз для таких случаев приёмопередатчик. Поэтому амазонок перед нами было не так чтобы много… Но напряжение ощущалась почти материальным, я своими способностями прекрасно чувствовал исходящее от каждой из этих женщин раздражение, гнев, и… Внезапно, страх. Они очень боялись перемен и того, что их привычный мир пойдёт прахом.

Раен по сравнению с остальными была ещё образцом сдержанности и хладнокровия, её экспрессивная речь была, на самом деле, больше игрой на публику. Хороший политик, считала настроение остальных и говорила именно то, что они хотели бы услышать и теми словами, которыми они хотели бы это сказать.

Пройдясь взглядом по лицам обступивших нас амазонок, я примирительно улыбнулся и постарался сказать как можно более спокойно:

— Ситуация немного изменилась. Я потому и попросил созвать совет.

Раен усмехнулась — мол, ну и чего ещё ожидать от мужчины, даже слова своего не держит.

Я же почувствовал, что стоящая рядом со мной Яромира буквально полыхнула раздражением. Пришлось аккуратно взять её за локоть, чтобы не наговорила лишнего.

— Я не шучу. Ситуация и правда несколько отличается от той, когда мы впервые с вами увиделись. Сказать, что изменилось?

— Ну скажи, чужеземец.

— Людоеды.

Вот теперь страхом от собравшихся полыхнуло буквально осязаемо.

— Вы же помните этих тварей, да?.. Должны помнить, даже здесь, в этом своём захолустье. Весь разведанный мир горит. Человеческой Империи давно уже нет, а разрозненные миры не способны защитить себя сами. Людоеды на нас напали, и сейчас захватывают систему за системой.

— Надо срочно изолироваться…

— Этот вариант напрашивается, но он неверный.

— Ваши заигрывания могут погубить нас, чужак!

— Людоеды переходят между мирами какими-то своими путями, минуя наши Маяки. Как это происходит — никто не знает. Таким образом они проникли уже ко множеству звёзд… Думаете, вы исключение? И у вас есть стопроцентная гарантия, что они никогда не придут сюда?

— Нас защитят джунгли, наше оружие! — выкрикнула одна из амазонок.

— Глупенькая. Да ваши джунгли выжгут с орбиты за пару часов, — жёстко парировал я. — Ваше убогое оружие не сможет пробить броню даже самого слабого из врагов. А вас легко вычислят и найдут, в какую бы дыру вы не забились. Это будет конец. Может, он наступит не сейчас, а века спустя… Но вы готовы жить в страхе, что когда-нибудь это случится? Готовы встречать каждый новый день и смотреть в небо — не появились ли там вражеских кораблей?

— Если открыться миру — нас уничтожат не потом, а прямо сейчас. Это всё-таки хуже, чем прожить в спокойствии ещё сколько-то времени… К тому же — с чего ты взял, что они точно придут сюда? Они могут никогда не узнать о нашей планете!

— Могут и не узнать, верно. А могут узнать. Уже узнали — их корабли были здесь, и кто знает, успели ли они передать какие-то сообщения? Так что я бы не надеялся на случай. И… Кто сказал, что нас должны уничтожить?

— Ты сам сказал, чужак, что уже много миров, развитых гораздо лучше, пало. И что наше примитивное оружие не способно причинить врагу вреда.

— Вообще-то, я даже не рассматривал вариант поражения. Он не приемлем.

Вот сейчас мне удалось удивить их, это я почувствовал прекрасно.

Активировал способность трансляции эмоций — чтобы поняли, что не вру, и говорю то, во что по крайней мере сам верю.

— У меня есть план, и он может сработать. Мы объединим оставшиеся силы — а некоторые миры ещё сопротивляются. Мы нанесём один мощный удар, в одной системе. Ну… Может, не в одной, а в нескольких, но это будут скорее точечные воздействия. На время, пока мы получили перевес и смогли изгнать людоедов, начнём массовую эвакуацию. Будет вывезено всё, что только можно вывезти, включая людей. Вывезено сюда. И когда отправка всего необходимого завершится, вот тогда мы отключим Маяк, и только после этого можно будет использовать полученную нами временную фору с толком — создавая мощную промышленность, свой флот, готовясь к будущей войне.

— Ты сам сказал — все человеческие миры не смогли выстоять. А наш — один. Ещё и не развитый. Что мы сможем?..

— У вашего мира большой потенциал. На Арконе есть все необходимые полезные ископаемые, а наличие в системе гигантской планеты — газового гиганта — обеспечит нас энергией, когда запустим в её атмосферу лапуты с добывающим оборудованием. В моей системе уже скопилось множество готовых к немедленной отправке кораблей со стратегическими грузами, которые я… Ну, скажем так: незадолго до этого не совсем законно присвоил себе. Там очень много полезного. Если вывезти ещё ряд недостающих производств, это полностью закроет потребности растущей колонии и обеспечит отличный потенциал для роста и развития. Я даже сказал бы так: судя по всему, ещё никогда со времён Империи ни у кого в руках не было такой концентрации материальных ресурсов и технологий, как у меня сейчас. Всё было раскидано по отдельным мирам, из-за чего сильно осложнялось взаимодействие и развитие… Ну, конечно, всё это будет верно исключительно в том случае, если у нас всё получится.

— Ты заговариваешь нам зубы, чужак… Что мы реально получим хорошего со всего того, что ты сейчас описал?

— Будущее. Процветание. Безопасность.

— Ха-ха-ха.

— Я построю здесь не просто поселения. Это будут города, фермы, шахты, заводы с замкнутым циклом. Вы получите технологии и комфорт, о которых не мечтали. Хватит уже прозябать в дикости! Верните себе то, чего были лишены столько времени!

— Какой ценой…

— Ценой риска. Тут я ничего не скрываю. Нам придётся немного повоевать… Но я надеюсь, аджанты тоже заинтересуются возможностью стать сильнее. Ведь только убивая других тварей хаоса, твари хаоса развиваются. Это правило. Будучи запертыми здесь, на планете, все ваши четыре кургана стагнируют, войны между ними лишь перераспределяют ограниченное количество Силы по-новому. А я могу дать им сейчас надежду на то, чтобы совершить мощный рывок вперёд.

Обязательно присутствующие на совете аджанты заинтересованно зашевелили усиками, запоминая информацию, чтобы передать королевам.

— Свободные женщины не будут подчиняться чужакам, — заявила Раен. — Наши законы — наши правила. Наши земли — принадлежат нам и только нам. Мы требуем автономии и права голоса в совете, который будет управлять этой планетой. Ведь будет же, да?..

— Планетой буду управлять я. Но… Пожалуй, совещательный орган создать тоже будет можно.

— А не много ли ты на себя берёшь, чужак?

— Нет, не много. Не будь меня — не было бы ничего. И насчёт того, что вы якобы не будете подчиняться… На время боевых действий, если таковые начнутся — будете. Это не обсуждается. В таких ситуациях отсутствие сосредоточения власти в одних руках — гибельно.

— Мы не собираемся гибнуть за чужие интересы…

— Эти интересы теперь и ваши.

— Ладно. Мы подумаем над твоими словами, чужак. Положительного ответа не обещаю…

— Хорошо, к этому разговору ещё вернёмся. Жду вашего ответа и надеюсь на благоразумие.

Опять со стороны Яромиры мощно полыхнуло сильнейшим раздражением. И что это так её раздражает? Мои слова, или амазонок?..

Как бы там ни было, переговоры надо было закруглять. Свои слова я передал, и сделал это лично — что хорошо как с точки зрения политики, как бы оказал уважение местным, так и с той точки зрения, что считал их эмоции в процессе общения и оценил вероятность положительного ответа. Она всё же была не нулевой.

— Я ещё прилечу к вам, когда соберутся все, и когда аджанты-парламентёры передадут мои слова королевам курганов и принесут ответы. Я не тороплю, хотя времени не так много. И ещё, что хотел сказать… Нужна будет ваша помощь в ближайшее время. Я хочу, чтобы курганы выделили мне в помощь аджантов-воинов, которые могут очень помочь во время эвакуации из внешнего мира. В долгу не останусь, стоимость найма и все остальные условия готов согласовать отдельно. Мне есть что предложить — как вам, так и курганам.

— Мы тебя услышали, чужак.

…Яра молчала всю дорогу, пока мы шли к оставленному на полянке «Шершню», хотя я чувствовал, как у неё внутри всё бурлит.

Наконец, её прорвало.

— Муж, я тебя не узнаю! Почему ты стелешься перед этим тупым бабьём? Что за чушь!.. Будут ещё какие-то дикарки, не одарённые даже, указывать тебе и ломаться, принимать какие-то предложения, или нет! Да они на коленях должны ползать и благодарить, что ты их не уничтожил сразу!

— Нам нужны союзники, а не рабы, — устало ответил я. — Энтузиазм, эффективность… Тебе знакомы такие термины? А ещё — нам нужен крепкий тыл, а не война на два фронта. Сейчас, когда ситуация настолько напряжена.

— Нам нужен сильный, способный удержать власть глава рода, который не пресмыкается перед… Перед… Перед какими-то гулящими девками. Ведь, когда ты уйдёшь, они останутся. И будут считать, что сила — за ними, что имеют право и власть. Об этом ты не думал? — в конце её голос дрогнул.

И тут до меня, наконец, дошло.

— Ты боишься оставаться. Верно?

— Зар! Я понимаю, что мне нельзя. Что у меня ребёнок, и что твоя аура… Случись что — нам всем конец. Но… Я не хочу сидеть в этой дыре и мучиться неизвестностью, пока ты где-то там, рискуешь, и может быть никогда уже не вернёшься! Я должна быть рядом с тобой!

— Ты должна сохранить её, — мягко ответил я, привлекая девушку к себе и кладя руку на едва обозначившийся животик. — Мы не можем рисковать.

Девушка опустила голову, прикусив губу и с трудом удерживаясь, чтобы не заплакать.

— Всё будет хорошо, я уверен. Но на всякий случай… Вы поедете на далёкий остров, аэростаты уже нашли его. Там до вас не доберутся. Если нормально озаботиться маскировкой, то в пещерах и лесах можно прятаться долго, даже если планету вдруг захватят. Создадите вместе с сёстрами базу, постараетесь сделать так, чтобы с орбиты не было видно… И будете ждать хороших вестей.

— Ожидание — самое ужасное, что может быть.

— К сожалению, с этим ничего не поделаешь… Так, вызывает Аррак. Кажется, они закончили. Полетели, я по пути с ним поговорю.

Усевшись наконец в «Шершня» и подняв его в воздух, я ответил на вызов.

— Слушаю.

— Вождь, всё настроено! — лок выглядел возбуждённым и довольным. Хороший знак — значит, проблем не возникло, всё прошло без накладок.

— Запускайте всё. И я скажу, когда отключить Маяк… — закончив с техномансером, тут же набрал Луция: — Сейчас будет связь. Даю вам выделенный канал… Попробуй связаться со своими.

— Благодарю! — тамплиер кивнул, и тут же отключился — он не привык тратить время на глупые и бесполезные расшаркивания.

Сам же я, задав автопилоту маршрут, закрыл глаза — и полностью погрузился в поток данных, который хлынул на меня, преодолев сотни и даже тысячи световых лет.

Новости были неутешительными. По сравнению с теми уже устаревшими сводками, что доставил Хосе, ситуация ещё больше усложнилась. Ещё несколько систем пали, о многих не было информации — передатчики сверхсветовой связи там либо уничтожены, либо уже контролируются врагом.

Не было информации и по системе Пси и Омеги Червя. Что там с верфями — держатся ещё, или мы опоздали?..

Какое-то время занимался тем, что искал обходные пути для получения необходимой информации, да рассылал краткие сообщения всем, до кого получалось достучаться. В том числе послал и весточку Наине, использовав для этого автоматически управляемый корабль. Конечно, как проникнет в систему, его сразу уничтожат… Но единственной его задачей была передача сжатого информационного сообщения, и с ней он вполне мог справиться.

Моё занятие прервал Луций, отправивший срочный запрос на соединение.

— Ну что? Чувствую, новости не очень?

— Наша крепость почти пала. Прошу прощения, но… Нам с Титом необходимо лететь. Срочно.

— Лететь… Куда? На геройскую смерть? — холодно спросил я. — Вы вдвоём ничего не измените.

— Это наш долг.

— Долг — спасти своих братьев, а не погибнуть вместе с ними! Обдумай следующий вариант: ваша крепость и твои братья включаются в список того, что мы постараемся эвакуировать в первую очередь. Как я понял, много кораблей у вас нет… Так что помощь со стороны собранного мной флота будет кстати.

Тамплиер упрямо насупился — но я видел, что задумался.

— Подумай. Всё равно отдельного корабля выделить пока не могу — его просто нет. Придётся лететь вместе с нами или ждать, пока Аррак восстановит что-то из попавшего к нам сюда металлолома.

— Ладно, — наконец выдавил Луций. — Я передам кругу капитанов предложение.

— Аррак, что с кораблями? — спросил я, снова переключившись на лока. — Уже получилось посмотреть?

— Пока только поверхностно, вождь. Многого не обещаю. Боюсь — одна-две яхты или, возможно, клипер. Это самый максимум. И то, если снимем движки с нашей «Надежды». На большее просто запчастей нет, у всех попавших в систему кораблей сожжены двигатели…

— Действуй. Сроки?

— Ну… Тут пару дней возиться, не меньше… И, вождь.

— Да?

— На некоторых кораблях есть живые люди. Беженцы.

— Вот это поворот. Подбирайте их и отправляйте на поверхность. Поговорю с ними.

— Слушаюсь.

— Кстати, Маяк можно выключать. Смотрю, Луций закончил свой разговор… А я уже тоже всё.

— Кто-то мог прыгнуть в нашу сторону, — прошептала сидящая в кресле наводчика Яромира.

— Мог. А могли и наши враги. Так что… Считаем, что им просто не повезло.

Когда вернулись на базу, я сразу же забрался в грузовик, в котором везли вычислитель с подключённым к нему мозгом Слуги Древних, и вошёл в симуляцию.

Подражая манере своего собеседника, перешёл сразу к делу.

— Если всё получится, у меня для тебя есть новое тело. Наша яхта, человеческой постройки, восстановленная после боя… Но уж что есть. Извини, это совершенно не то, к чему ты привык, но антенны ваши поставлю, подключу, и худо-бедно связь с твоими сородичами наладить можно будет. Надеюсь, они тебя признают за своего.

— Недостаточно. Суррогат. Требовать настоящее.

— Ну… Увы, тут я не помощник.

— База технического обслуживания. Должна быть внутри этот система. Один из планет. Возможна сохранность.

Я только и смог на это ответить, про себя, правда: «Вот это поворот».

Если здесь и правда есть рабочая станция по ремонту Слуг Древних — это, как минимум, возможность подсмотреть технологии, на голову превосходящие наши…

А как максимум — отличный предмет для торга с сородичами моего собеседника!

— Слушаю внимательно. Скажи, где искать… И мы попробуем найти её.

Одновременно отбил запрос Арраку: «Срочно возвращайтесь, планы меняются».

Приоритеты, и правда, несколько сместились. Перед глазами стояло внутреннее устройство Слуг Древних. Каждый из них был в некотором смысле совершенен. Уникальные корабли, хоть и созданные неизвестно сколько тысяч лет назад, но до сих пор обладающие отличными характеристиками. И, конечно же, системы автоматического восстановления… Насколько они упростили бы эксплуатацию флота!

Только бы вот это «возможна сохранность» не означало руины, как обычно бывает с наследием исчезнувшей цивилизации…

Глава 12

Сразу отправиться на поиски не получилось.

— Сеньор князь, у нас тут… Как бы это сказать… Проблема.

— В чём дело, Хосе?

— Люди, которых мы с Арраком сняли с подбитых кораблей. Они требуют себе главного…

— Прямо «требуют»?

— Си!

— Да пусть хоть до конца веков требуют.

— Сеньор князь…

— Ну хорошо, Хосе, не ной. Мы возвращаемся, скоро уже будем на базе. Разберёмся… Кстати, те, кто успели сесть на поверхность — их подобрать удалось?

— Нет, сеньор, они разбежались — или погибли, не знаю. Чтобы найти их, надо прочёсывать леса… Это много времени, я подумал, что у нас его сейчас нет.

— Всё верно. Про этих пока забыли… Да и они далеко. Только надо вытащить остатки их кораблей, если от них что осталось, и перетащить к нам на базу. Но сделаем это потом, сначала остальное.

С этими словами я отключился. И усмехнулся про себя. Потому что в процессе разговора прямо чувствовал, как Яра опять закипает — она ведь слышала весь наш с Хосе разговор от начала до конца, и поведение спасённых ей сильно не понравилось. Судя по всему, беременность не очень хорошо сказывалась на настроении моей супруги…

Хотя, может быть, и не в беременности дело, потому что меня это всё тоже неприятно напрягло. Нам надо готовиться к эвакуации, к войне, а потом к налаживанию жизни в колонии — а вместо этого приходится отвлекаться на всяких наглецов.

Тем не менее, Яромиру постарался урезонить.

— Дорогая, да не волнуйся ты так. Эта проблема — не проблема. Вообще не стоит того. Я всё решу.

— Не сомневаюсь, дорогой. Вот только — что с этими людьми делать дальше?

— Как — что? Интегрировать в нашу общину, приспособить к делу…

— А если там окажутся сильные одарённые? Или те, кто не привык подчиняться, а видит себя только на верху пищевой цепочки? Которые поначалу будут вести себя тихо, а потом начнут плести козни…

— Там не будет никого сильнее меня, гарантирую. А кто будет плести козни, лишится головы.

— Нет, Зар. Я вовсе не про то, что ты с ними не справишься. В этом даже не сомневаюсь. Я про другое. Ты ведь улетишь… А мы с ними останемся тут, один на один.

Некоторое время помолчал.

Потом признал:

— Да, ты права. Это проблема. Вижу два пути… Один — беру их с собой, проверю в деле. Второй — высадим всех, кто опасен, на каком-нибудь необитаемом острове как можно дальше от вашей базы, чтобы вы друг другу не мешали…

— Третий — сразу прикончить тех, кто опасен, а остальных интегрировать в общину — не рассматриваешь?

— Твой вариант очень жёсткий. Не хотелось бы разбрасываться ресурсами.

— Вариант жёсткий, но справедливый. Если кто-то недоговороспособен и может навредить нашему ребёнку — зачем с ним возиться и давать ему возможность как-то навредить? Ведь тот, кто может создавать проблемы, рано или поздно начнёт их создавать. Это правило.

— Жизнь со мной рядом не пошла тебе на пользу. Раньше ты была добрее…

— Отнюдь, дорогой. Если ты родился в такой семье, как моя — вариантов нет, быть мягкотелым и нерешительным непозволительно. Слабость презирают, слабых сжирают… Ну, ты сам прекрасно знаешь всё это.

Мы ещё немного помолчали.

— Так что будем делать, Зар? Какой из трёх путей? Или… Просто сразу всех под нож, чтоб не мучиться?

Усмехнулся — эта внезапная кровожадность Яромиры забавляла.

— Давай сначала хотя бы посмотрим на них. Я попробую поговорить, прощупать… Подключусь к вычислителям подбитых кораблей, наконец. Возможно, получится вытащить оттуда какие-то логи и предысторию, с этим уже можно будет работать.

Вскоре мы долетели до базы.

Группа спасённых оказалась не очень велика, меньше сотни человек. И все они сбились в кучку вокруг сколоченных из грубых досок импровизированных столов, на которых красовались угощения из наших запасов — вернее, их жалкие остатки. Люди явно заедали пережитый стресс.

Я посадил «Шершень» прямо напротив, ненавязчиво направив раструб разрядника на собравшихся. И не успела ещё поднятая танком пыль осесть, как выскользнул из люка и спрыгнул вниз. Тело Темнозара всё лучше слушалось и всё больше соответствовало желаемым кондициям.

Яромира отстала от меня совсем чуть-чуть, и, обдав лёгким ветерком, встала слева. Судя по скорости движений и не скажешь, что в положении.

Так, бок о бок, мы и подошли к столам, и, конечно же, к обратившим на нас внимание людям.

Одновременно, из-за грузовиков появились наши тамплиеры и встали поодаль. В полном боевом облачении, поблескивая шикарными рунными доспехами и не двигаясь, они напоминали стационарные противокосмические турели. Репликанты, оборотень и Ивой, индейцы, байкеры — все они тоже неспешно повылезали из разных мест, располагаясь на видных местах. И все — с оружием.

В довершение, низко над головами пролетел Громовержец, заставив какую-то девушку взвизгнуть, а несколько человек в испуге присесть.

Я постарался сделать всё, чтобы дать понять, кто тут хозяин, а кто — незваные гости.

— Князь Темнозар Огнев-Белый-Разумовский, — представился с ходу и широким жестом обвёл вокруг себя. — Эта планета принадлежит мне. Мои люди уничтожили корабли людоедов, очевидно, собиравшихся захватить вас живьём с не самым приятным для вас исходом, и потом те же мои люди помогли вам попасть на поверхность. Тем самым — вы обязаны своими жизнями лично мне и моему роду… Я молчу про то, что именно мы включили Маяк и позволили вам всем попасть сюда, хотя это нам было и ни к чему. Итак… Кто из вас «требовал главного»?

Придавил всех аурой и окинул наигранно-суровым взглядом.

А компания, конечно, подобралась колоритная…

С одной из яхт сняли некоего высокопоставленного чиновника с целым гаремом из девяти разбитных девок биологическим возрастом заметно меньше восемнадцати. Я уже знал, что сбежал он, прихватив казну своего господина, весьма немаленькую сумму… Вот только — кредиты теперь ничего не стоят, и этот глупый человек ещё не понял, что очутился на чужой планете фактически с голой задницей.

На другой яхте прибыла женщина-одарённая, с не идентифицированными мной способностями. Была она в шикарном дорогом наряде и при розовощёком, лопоухом, веснушчатом и очень наглом на вид сыне. Я уже знал, что в своих трюмах эта семейка провезла изрядное количество припасов и очень полезных для колонии товаров, а также родовые артефакты, которые наскоро распихали по карманам и сложенному в сторонке багажу, охраняемому вооружёнными слугами. В отличие от чиновника, женщина или собиравший её в путь явно понимали, что в конце пути их может ждать всякое, и постарались подготовиться ко всему.

Третья яхта подарила нам компанию первокурсников технологического университета одного из периферийных миров, молодых парней и девок, из которых двое оказались слабыми одарёнными: один — геомансер, а второй — телекинетик. Эти могли бы стать для нас настоящей находкой… Вот только, относились к так называемой «золотой молодёжи» и совершенно точно не привыкли работать, да и научиться ничему пока не успели — если даже и пытались. Теперь они в основном глупо смеялись, пытались казаться друг перед другом крутыми, но заметно робели при появлении рядом кого-то из старших.

Далее, на клипере обнаружилась самая обычная команда… Контрабандистов, возивших оружие в миры, где торговля им под запретом. К сожалению, перед прыжком к нам они шли порожняком и только собирались загрузиться. Однако, кое-что любопытное по сусекам наскрести всё же было можно, например — переносные мобильные пусковые установки класса «земля-космос», портативные сканеры и немного стрелковки. Понятное дело, оставлять всё это им я даже не собирался.

И, наконец, на последнем корабле из тех, что людоеды подбили в космосе, обнаружился целый царёк из какой-то совершенно незнакомой мне системы, некий Гай Тиберий Сикст. С ним явилась дружина из полутора десятков верных бойцов, корабельная команда, слуги, и… Молодая любовница. Остальных членов семьи — а я пробил, в неё входило несколько жён, куча детей, братья и сёстры с родней — брать с собой он по всей видимости не посчитал нужным.

А судя по тому, что при сказанных мной словах многие взгляды обратились именно на этого Гая Сикста, он и был главным возмутителем спокойствия, который имел наглость «требовать главного».

И я сразу, ещё когда разглядывал всю эту компанию с высоты, понял: конструктивного диалога не выйдет. Бойцы Сикста встали грамотно, прикрывая друг друга и держа оружие поблизости, готовые не только сражаться, но и грамотно использовать оказавшихся рядом собратьев по несчастью в качестве живого щита. Некоторые из которых — как те же студенты — вообще не понимали происходящего и вели себя непростительно беспечно, бестолково лупая глазами по сторонам, ровно неразумные телята.

При этом, другие — например, часть контрабандистов и хитроумный чиновник — наоборот старались держаться от возможного источника неприятностей подальше. Последний ещё и постарался — как он наивно думал, незаметно для других — отгородиться от бойцов дерзкого царька привезёнными с собой девками. Очень предусмотрительно и цинично.

Почувствовала что-то и та одарённая женщина с рыжеволосым сыном. Быстро стрельнув глазами вправо, влево, она что-то шепнула отпрыску и отошла с ним к вооружённым слугам, якобы для того, чтобы срочно зачем-то покопаться в своей поклаже…

Отметив всё это краем сознания — камеры вокруг были, и позволяли контролировать обстановку вокруг — я впился глазами в царька. Который не обманул ожиданий, гордо подбоченился и молвил с такими видом, словно это кто-то из Кровавых снисходит к смертным.

— Гай Тиберий Сикст, полноправный властитель благословенной планеты Малый Лондониум…

— Бывший властитель.

— Что? — от того, что я осмелился оборвать его речь, царёк аж опешил. Очевидно, он ждал восторга в моих глазах, преклонения, желания приобщиться к великому — а я вместо этого отвесил ему хлёсткую словесную пощёчину.

— Я говорю, не властитель, а бывший полноправный властитель благословенной планеты как там она называется — уже и не важно. Потому что в тот момент, когда вы сбежали с неё, оставив население и оставшихся членов семьи на поругание людоедам, вы больше не владеете никакой планетой. А владеете только собой и тем, что можете сами взять и защитить.

— Да как ты смеешь, щенок…

Яра внезапно сделала шаг вперёд, одновременно взмахнув рукой — и прямо в Гая Тиберия метнулось полупрозрачное лезвие, которое снесло спесивому царьку голову с плеч.

Какие у него способности, мы так и не узнали…

Я же успел только мысленно помянуть Кровавых, проклиная импульсивность жены — ведь её поступок легко мог превратить наводнённую людьми поляну в кровавую бойню.

Люди Гая Сикста, показывая отличную выучку, все практически одновременно вскинули оружие и принялись жать на спусковые крючки…

Безрезультатно.

К счастью, у всех оказались современные импульсные винтовки и разрядники, со встроенными в них «умными» контроллерами. Перехватить управление ими не составило никакой проблемы…

Кроме одного случая, когда стрелок предпочитал старомодный огнестрельный револьвер устрашающего калибра — но его я вычислил сразу и нагрузил разум бедняги галлюцинациями — он увидел, будто прямо сверху на него пикируют боевые дроны. Естественно, тут же принялся палить в небо, совершенно безопасно израсходовав весь боезапас. А когда тот закончился, этот человек, да и все остальные — застыли, вынужденно подчиняясь моей команде:

— Замерли!

Команда была подкреплена трансляцией полной уверенности, что все присутствующие будут уничтожены за доли секунды — ведь цели уже давно были распределены между моими людьми, которые только ждали отмашки.

Да и шок от того, что ни одного выстрела произвести не удалось, тоже наложился на это… Вряд ли они успели понять, что же случилось.

— Положили оружие. Сняли доспехи. Медленно, по одному! Потом — отошли в сторону и легли на землю… Вон там. Если хотите жить. От клятвы верности своему господину вы освобождены — он погиб окончательной смертью, и больше вас никогда не потревожит. Вас ждёт то же самое, если попробуете…

Один из бойцов попытался выхватить гранату — но нелепо упал и уронил её. Опять — спасибо галлюцинациям: заставил свою жертву поверить в то, будто что-то схватило его сзади и потащило за собой, а граната оказалась раскалённой докрасна.

За сим последовал ювелирный укол полупрозрачным лезвием — и голова отделилась от тела, заливая всё вокруг кровью. Решил воспользоваться тем же оружием, что и Яра. Пусть думают, что это наш родовой дар.

— Последнее предупреждение. Ваш товарищ отправился прямиком в Преисподнюю и никогда не вернётся оттуда. Что до вас… Ещё одна попытка — и вы ВСЕ будете уничтожены. Подумайте хорошо. Вы всё равно не сможете нам ничего сделать — только погибнете зря. А оно вам надо?..

Ждал, что придётся ещё хотя бы пару раз повторить демонстрацию, но больше смельчаков не нашлось. Послушно выполнив приказ, все бойцы разоружились и разлеглись, вжавшись в траву, после чего пара репликантов прошлась по ним, крепко и надёжно связывая каждого.

Остальные спасённые, как только началась заварушка, попытались разбежаться, частью попадав на землю… Но мои люди, окружившие поляну, недвусмысленно намекнули, что делать этого не стоит.

Я было хотел продолжить не очень задавшееся знакомство, прояснив политику партии — но жена совсем чуть-чуть опередила.

— Этот человек прилюдно оскорбил моего мужа и поплатился за это, — голос Яромиры звенел от искреннего негодования, но в то же время и сочился довольством — пройдя вперёд, девушка втянула в себя хоровод звёздочек, поглотив всю Силу убитого. А там было немало. — Если кто-то ещё, вместо благодарности нам, попытается качать права… Не обессудьте. И попрошу учесть отдельно — мы тут не играемся, а убиваем окончательной смертью. С той стороны уже никто из убитых не вернётся. А даже если бы и не это, то вы, скорее всего, возродились бы в захваченных людоедами мирах… Тоже мало приятного. Ведь не за этим вы оттуда бежали?

На самом деле, я не был так уверен в последнем. У той же одарённой с сыном, возможно, был при себе Алтарь их рода. Да и у царька, не исключено, тоже — этой информацией я, к сожалению, не владел. Так что, если бы меня с моей треклятой аурой не было рядом, они вполне могли погибнуть и возродиться снова именно здесь, уже в свободной системе… Но это если.

После такого начала проблем больше не предвиделось. Кроме жадных взглядов, которыми меня пожирали бывшая любовница ныне покойного Гая Сикста, а также некоторые студентки и девушки из гарема чиновника. Оставалось надеяться на то, что у них хватит благоразумия не нарываться… Но я прямо чувствовал их голодные эмоции и жажду этих самок, внезапно обнаруживших достойную себя цель.

Это могло бы польстить, но мне от такого липкого и «грязного» внимания наоборот стало противно. Если бы и хотел завести себе гарем — то уж точно набирал бы в него кого поприличнее, а не этих тупых куриц. В конце концов, не на помойке же себя нашёл?

Далее, стараясь хоть немного сгладить впечатление от кровавой расправы, вновь собрал испуганных беженцев перед собой, прочитал краткую мотивирующую речь, обрисовал ситуацию, наши планы, объявил набор добровольцев на поход во внешние миры, перечислил интересующие нас специальности.

Видно было, что едва спасшиеся люди не шибко-то горят желанием снова совать голову в петлю… Но, надо отдать должное, многие согласились. В частности — почти весь экипаж клипера.

Всех пилотов и других членов команд я всё равно собирался привлечь к делу, добровольно или насильно. Но теперь знал, кому можно доверять чуть больше, и планировал всех вызвавшихся помогать поставить над теми, кого заставлю.

Остальным предлагалось либо идти в космическую пехоту, либо подбирать занятия по душе на планете, ведь колонию тоже надо поднимать. Это уже поручил Яромире.

Бойцов Гая Сикста и ещё нескольких человек, кого я посчитал неблагонадёжными — включая чиновника, отправили на необитаемый остров посреди океана, с минимумом средств для поддержания существования. Деваться им из этой импровизированной тюрьмы будет некуда, вокруг океан, и проблем не доставят точно. А пожив в полной изоляции, без привычного комфорта, эти люди вполне могут пересмотреть свои взгляды на жизнь и стать сговорчивее. Ну а если нет — отдам амазонкам.

Ещё была мысль, что на отдельный остров неплохо бы выселить ту женщину с рыжеволосым отпрыском. Ведь если они протащили с собой Алтарь, возле него через какое-то время легко могут появиться и другие представители рода. А оно нам надо?

С другой стороны, и портить отношения с ходу тоже ой как не хотелось. Ведь каждый одарённый — мощная боевая единица, которая может усилить любую армию.

Разбрасываться человеческим ресурсом и зря отправлять в Преисподнюю никого не хотелось, но и разбираться с ними сейчас желание отсутствовало тоже — слишком уж мало времени.

Поэтому, оставив дальше разбираться со всем этим балаганом Яромиру, сам вместе с Арраком, Хосе и небольшой группой помощников проследовал в «Косатку» и мы отправились, наконец, на поиски заветной базы Древних.

Ведь, в конце концов, сколько можно тянуть?..

Глава 13

— Искомый найден. Небесный тело два три, квадрат восемь шесть десять. Вероятность девяносто семь сотый от один.

— Ну наконец-то!

Я выделил на экране обозначенный участок космоса и приблизил его, разглядывая место, которое указал подключенный мной к внешним сенсорам «Косатки» Слуга Древних.

Удивительно, но наша цель оказалась на крупнейшем спутнике того же газового гиганта, на который у меня уже имелись планы.

— Так-так-так, а что это у нас там… — я ещё больше увеличил картинку — аппаратура пока позволяла. Одновременно запустил активное направленное сканирование, жрущее кучу энергии, и потому включаемое только при необходимости.

— Вождь. Ты видишь то же, что и я?..

— Вижу, Аррак.

— Сеньор… Неужели, это?..

На поверхности спутника, под толстым слоем пыли, угадывались многочисленные объекты слишком правильной формы. И нечто подобное мы уже видели.

— Судя по всему, это кладбище. Кладбище кораблей Древних…

— Вождь. Мне надо туда!..

— Погоди, Аррак. Успеется. Мы же ещё не добрались до главного… Тут — возможно, только безжизненные остовы. А на базе, вероятно, найдётся что-то более целое. Хотелось бы в это верить, во всяком случае.

Слуга Древних, подключённый к общей сети и способный как слушать нас, так и говорить из динамиков искусственным механическим голосом, решил, что последняя фраза обращена к нему, и начал отчитываться:

— База есть хороший защита. Вероятность сохранность. Для пуск необходимость восстановление силовой контур питание. Без цельный контур нет работа гравитационный генератор энергия.

— Кровавые…

Ну кто бы сомневался!

Судя по всему, газовый гигант для представителей исчезнувшей цивилизации нужен был ровно для того же, для чего и мне: в качестве гигантского неисчерпаемого источника энергии. Только подходы у нас разные: через химические реакции или используя гравитационные возмущения. В этом смысле планета Древними была выбрана идеально: крупнейшая во всей звёздной системе, следующая по величине после местного светила.

А использование гравитации для генерации энергии… До чего же интересная технология! Её бы освоить, или хотя бы понять — уверен, такое будет куда эффективнее, чем использовать лапуты и заряжать по чуть-чуть энергетические стержни, выкачивая топливо из верхних слоёв атмосферы.

Причём, на очень дилетантском уровне вся эта схема была уже мне хорошо знакома. Даже словил мимолётное ощущение дежавю — очень уж облюбованный Древними космический булыжник, едва набравший массу для приобретения шарообразной формы, оказался похож на тот, с которого мы стартовали на Аркону. Всей разницы, что спутник вращается вокруг планеты-переростка, а не звезды. Видимо, межзвёздные порталы потребляют больше энергии, чем просто база обслуживания.

Но во всём этом крылась проблема.

Как и в случае с пробуждением портала, от нас требовалось совсем немногое: восстановить узоры, опутывающие весь спутник и сильно повреждённые за прошедшее время, как падающими метеоритами, так и, возможно, собственной геологической активностью.

Вот только, в прошлый раз мы к такому готовились — трюмы были забиты кусками добытой по указанию жреца Хаоса специальной «проводящей» породы. Сейчас же ничего такого не было, ведь никто на новую работу с механизмами Древних не рассчитывал.

Уж я, по крайней мере, точно.

— Хосе!

— Сеньор?

Бывший юнга обернулся и сверкнул белоснежными зубами. Он уже совершенно уверенно сидел в кресле первого пилота и управлял яхтой, в процесс этот вмешиваться смысла не видел.

— Помнишь те куски породы, для пробуждения портала Древних?

— Конечно, помню, сеньор! Ох и возни с ними было…

— Мы их все истратили?

— Нет, много оставалось. Там оказалось сильно с запасом…

У меня аж сердце забилось чаще. Вдруг да что-то и осталось?..

— А… На «Косатке» таких случайно не завалялось?..

Хосе покраснел и потупился.

— Что?

— Простите, сеньор князь. Я забыл выгрузить их из трюма. Но там немного…

— Так это прекрасно! Хоть бы хватило…

Быстрая инспекция показала — в трюме и правда только остатки, потому их и не выкинули, места они почти не занимали.

Надежда оставалась только на то, что спутник гораздо меньше планеты, и материала хватит.

Слуга Древних ничем в этом вопросе помочь не мог — банально не знал, откуда берутся специальные «проводящие» породы, и что с ними дальше делать. Руслан же куда-то запропастился и на мои запросы не отвечал.

Ничего не оставалось, кроме как начать работу и надеяться. Не теряя ни секунды драгоценного времени, я выпустил наружу вспомогательные зонды и отправил «Косатку» нарезать круги на орбите, для составления полной карты поверхности.

Как и в прошлый раз, для начала пришлось строить карту оставленных Древними узоров, искать на ней повреждения… После чего началась кропотливая работа по распределению между разрушенными участками силовых контуров тех немногих булыжников, которые у нас завалялись в трюме.

Материала катастрофически не хватало. Просто прийти и починить не вышло, лёгкий путь оказался для нас закрыт.

Пришлось доставать из памяти бортового вычислителя «Косатки» узоры планеты с порталом, заняться статистическим анализом и поиском закономерностей. Понятное дело, не вручную, а с помощью нескольких оперативно написанных программ.

В итоге получилось набросать несколько вариантов упрощённых узоров, в которых отдельные линии отсекались.

Не было никакой гарантии, что это сработает, но другого пути не было. В конце концов, не получится запустить базу — которая после стольких лет не факт, что включится даже при наличии энергии — значит, так тому и быть. Ничего критичного. Некоторые, как тот же Луций, вообще считали возню с наследием Древних потерей времени, и ситуацию от бунта и прямого неповиновения спасал исключительно мой авторитет.

Но, конечно же, лучше бы у нас с этой базой всё получилось… Тайны исчезнувшей цивилизации так и манили, будоража открывающимися перспективами.

В итоге закончили всё за неполные сутки. И это быстро, учитывая масштабы проделанного.

Попотеть пришлось всем — за неимением большого количества роботов-ремонтников, не оставалось ничего другого, кроме как заниматься восстановительными работами вручную. Привлёк к этому занятию всех, на кого нашлись скафандры.

По предыдущему опыту рассчитывал на то, что ждать результатов придётся от двух до десяти суток — но ошибся.

Контуры на спутнике начали светиться уже через несколько часов. Пусть не так интенсивно, как на планете с порталом, но довольно заметно.

Это не могло не радовать — десяти суток на то, чтобы ждать завершения процесса, у нас не было, и это я считал самым узким местом своего плана. Если бы ничего не вышло, Луций имел бы все основания предъявить мне за потраченное зря время. Да и все остальные тоже…

Но, к счастью, обошлось.

— Требовать доступ антенны я владеть раньше. Передавать код.

Антенны, некогда срезанные нами с обездвиженного остова Слуги Древних, были уже давно установлены на «Косатке». Не без некоторых колебаний, но всё же предоставил запрошенный доступ своему виртуальному собеседнику. Ведь кто знает, что взбредёт ему в голову? Легко ведь может послать команду уничтожить дерзких наглецов, посягнувших на артефакты и ценности, оставшиеся от своих создателей.

Но выхода не было — опять приходилось рисковать…

— Предоставил доступ. Можешь передавать свой код.

— Уже делать.

Порядок и форму всех переданных сигналов я, естественно, сохранил в памяти вычислителя, с тем чтобы попытаться расшифровать потом… Но без гарантии, что это когда-то получится сделать.

«Косатка» же направилась в точку, указанную Слугой Древних.

Там была просто безжизненная каменная поверхность, ровно такая же, как и во всех других местах, разве что без узоров «силовых линий» — но прямо перед нами в большом кратере раскрылись гигантские створки, открывая путь внутрь, в освещённую слабым сиянием пещеру.

Видимо, это был ангар. На ровной поверхности под нами стояло с десяток кораблей, внешне отдалённо похожих на виденных нами Слуг Древних.

Но они буквально терялись на фоне одного, гигантского, необычного желтого цвета, который был чем-то похож на гигантское насекомое, сложившее крылья.

— Восторг! Иметь большой счастье!

Кажется, впервые на моей памяти Слуга Древних проявил какие-то эмоции.

— Что это?

— Арбитр! Арбитр Древних! Свои глаза видеть никогда! Знать только через разговор!

— И… Что это?

— Великий корабль! Мощный корабль! Сокровище!

— И ты, конечно же, захочешь, чтобы твой мозг поместили именно в него?..

— Сожалеть. Нельзя… — в голосе снова явно послышались эмоции — на этот раз разочарование. — Мой народ нельзя. Только внутрь обычный корабль. Ты — шанс пробовать… Возможно, успех.

— И чем же так хорош этот корабль?

— Много поддержка! Поле локальный ускорение. Поле локальный замедление, вплоть до полный стазис. Мгновенный телепорт для корабли далеко. Постоянный поле невидимость для корабли рядом. Создание точка высокий гравитация. Много возможность… Долго перечислять.

— Здорово… Ну что, попробуем оживить этого зверя?.. — мысленно довольно потирая руки, спросил соратников, уже зная ответ.

Но в следующее мгновение всё благодушие с меня слетело.

Судя по данным датчиков, трюм открылся, и находившийся внутри «Шершень» стремительно рванул вперёд, как раз по направлению к кораблю Древних, безнадёжно нас опережая — несмотря на всю скорость и маневренность «Косатки», в тесном помещении она просто не могла разогнаться и включить двигатели на полную мощность…

А как всё хорошо начиналось!

Глава 14

— Кто угнал наш «Шершень»?.. — Хосе наклонился вперёд, вглядываясь в изображение на экранах, и протянул поражённо — даже как-то совсем по-детски обиженно.

— Кто-кто… Только кибермансер может спрятаться от другого кибермансера! — я уже выдвигал турели, наводя вспомогательные орудия на юркий десантный танк.

Жалко его, конечно — но что делать?..

— Сеньор! Неужели вы будете стрелять в Руслана? Он же… — Хосе резко обернулся ко мне и посмотрел умоляющим взглядом.

— Он же — жрец Хаоса. Надо было решить этот вопрос сразу, а не пригревать мирийскую змею… — одновременно с этими словами, я открыл огонь. Но щиты танка были выкручены на полную мощность, и пока умудрялись гасить весь урон, так что я начал ещё и доворачивать «Косатку» так, чтобы навести на беглеца орудие главного калибра.

— Сеньор! Руслан хороший! Не надо!..

— Вождь! Стрелять по жрецу Хаоса — не лучшая идея. Чревато последствиями…

— Ладно… Ты прав.

Не стал озвучивать, что палить из главного калибра в не таком уж и большом ангаре Древних — тоже идея так себе. Ведь избыточно мощное орудие — несомненный плюс во многих ситуациях, который позволяет преподнести смертоносный сюрприз вражеским кораблям даже с более высоким классом. Но в некоторых случаях нужно не палить из пушки по воробьям, а что-то послабее — но при этом мощнее противоабордажных скорострельных пушек, которые оказались неспособны прогрызть выкрученные на максимум щиты десантного танка.

Скривился и всё же послушался лока, прекращая манёвр и останавливая стрельбу. Вместо добивания танка, дал увеличенную тягу на двигатели, рискуя влететь на всей скорости прямо в лежащий прямо по курсу корабль Древних… Но тут уж была, ни была.

— Спасибо, сеньор…

Хосе сидел потерянный — управление «Косаткой» я у него забрал, не спрашивая и не предупреждая. Увы, на чувства бывшего юнги сейчас было плевать, больно высоки ставки. Если жрец захватит корабль — или сделает то, что ему приказал сделать покровитель — мало не покажется никому.

В прошлый раз заигрывания с хаосом привели к Катастрофе, которая изменила жизнь во всём известном мире…

Не хотелось думать, чем всё может закончиться сейчас. Как минимум, ничего хорошего ждать не следовало…

Мы безнадёжно отставали. «Косатка», верткая и быстрая в открытом космосе, в тесном ангаре никак не могла разгоняться на полную мощность. И пока я аккуратно маневрировал, боясь врезаться во что-то, «Шершень» уже скрылся внутри гигантского корабля, юркнув в похожее на шлюз отверстие.

Мы, конечно же, не могли лететь следом. Проход оказался слишком узким…

— Придётся пешком!

— Напоминаю ещё об одной проблеме, вождь.

— О какой проблеме?

— Центурион.

— И правда. Кровавые…

Огромный имперский боевой робот и настоящая машина для разрушения… Конечно же, хотелось надеяться, что верный слуга нашего полоумного жреца остался на Арконе. Но я в такую благость не верил, и проверить не мог — связь с планетой хоть и была, но сильно ограниченная, не говоря об отсутствии покрытия всей поверхности камерами. Я просто чувствовал себя слепым.

Отбил сообщение следующего содержания: «Посмотрите, у вас ли Центурион. Сообщите. Будьте осторожны. Руслан чудит».

Вот только, ответа можно было ждать долго…

А вопрос со жрецом требовалось решать здесь и сейчас.

Сначала хотел пойти один — но увидев, что остальные члены команды сорвались следом, не стал им препятствовать. В конце концов, если что пойдёт не так — их дело.

В условиях низкой гравитации отлично работали реактивные ускорители, так что из трюма «Косатки», зависшей напротив похожего на шлюз отверстия в обшивке Арбитра, мы вылетали огненными болидами, послав вперёд шустрые зонды. Благо, высокие и широкие коридоры, рассчитанные на рост явно больше человеческого, позволяли перемещаться внутри довольно вольготно.

Конечно же, мы не успели…

Руслан первым добрался до помещения, которое я сразу охарактеризовал, как сердце корабля — и по расположению, и по размеру, и по внешнему виду.

Жрец стоял к нам спиной ровно посередине, а его руки густо опутывали сложные полупрозрачные светящиеся структуры, изменяющиеся с каждым движением — будто он по локоть вляпался в переливающуюся всеми цветами радуги и мигающую паутину.

Только мы влетели внутрь, Руслан обернулся. Лицо его выглядело мертвенно-бледным — возможно, просто из-за гуляющих по нему отсветов — но было спокойным.

А вот глаза фанатично горели. Наверное, впервые я увидел в них хоть какую-то жизнь.

— Стрелять… Не советую. Защитное поле.

Сразу понял, спасибо родному Источнику Темнозара — это не ложь, и демонстративно опустил раструб своего гипербластера.

— И что всё это значит? — спросил, одновременно касаясь поверхности палубы тяжёлыми подошвами, выключая ускорители и готовясь к бою.

— Сейчас расскажу. У нас как раз есть немного времени… Выслушаешь? Тебе может быть полезно.

Опять понял — говорит искренне. Мне и правда может пригодиться то, что собирается сказать…

Но шанс, что поганец просто заговаривает зубы, всё равно оставался.

Не говоря о том, что его божество могло использовать своего послушника втёмную…

Но я всё же кивнул.

— Слушаю. Только давай скорее, пожалуйста. Ситуация, знаешь ли, не располагает.

— А долго и не получится. Всё проще простого: с момента, как я пошёл на службу к Разрушителю и в качестве платы потребовал всезнание — ну или, как это получилось на самом деле, получение ответов на все заданные в течение некоторого ограниченного промежутка времени вопросы — с того самого момента я знал, что где-то здесь, в этой системе, находится ключ. Ключ к моему освобождению.

— Освобождению? От бога Хаоса? — уточнил я.

— И от него тоже. Но я имел в виду — от всего этого, — Руслан широко взмахнул рукой, словно обнимая весь корабль, всю планету, всю галактику. — Я же говорил тебе, Темнозар… Весь мир вокруг нас — иллюзия. Симуляция. Матрица. Мы — либо искусственно созданные строки кода, либо игроки, погружённые в виртуальные капсулы с автономным питанием, и доживающие свои последние годы — пока они не откажут…

— Я уже говорил. Это интересная гипотеза. Но — всего лишь гипотеза…

— Открой глаза, Последний Воин. Неужели всё вокруг нас похоже на настоящий мир? Какие физические процессы могли создать такое? А?

— Ну… Всё выглядит совершенно нормально. Разве нет?..

— Нормально, как же… Перемещения в сверхсвете. Мгновенная связь. На одних планетах технологическое развитие дошло до создания искусственных людей и сложнейших вычислителей — на других до сих пор возделывают землю мотыгами, или охотятся на бизонов. Наконец, мир, где даже погибнуть на самом деле нельзя! Все простые люди, статисты, возвращаются с той стороны, как ни в чём ни бывало, заполняют пустоты и оживляют декорации, что бы ни случилось. Что же до теней… Будучи тенью — ты либо перерождаешься в Пятне Хаоса, а если повезёт добыть его — у своего родового Алтаря… Либо, в самом худшем случае, попадешь в Преисподнюю. А там вынужден выполнять дурацкие квесты Бога Смерти. Да что я говорю — ты ведь знаешь об этом больше всех, ведь прошёл всю эту цепочку и вернулся назад…

Снова пожал плечами — безумный жрец меня не переубедил.

Он, заметив мой жест, усмехнулся и оборвал речь на полуслове.

— Ты можешь считать, как хочешь — у меня нет задачи переубедить тебя. Просто хотел сказать следующее. Чтобы проснуться, выйти из системы в реальный мир — нужно её взломать. Создать неразрешимый конфликт. То, что она не сможет обработать.

Руслан посмотрел на светящиеся линии, в которых утопали его руки.

— Слияние разума жреца Хаоса, существа, чья душа и сила принадлежат одному из новых богов, с вычислителем корабля Древних… Древних, которые существовали задолго до Кровавых, и чьи технологии лежат вне нашей логики… Это и есть тот самый конфликт. Нерешаемая задача. Противоречие. Билет домой.

— То есть — ты просто использовал нас всё это время ради того, чтобы осуществить свою безумную затею?

— Так и ты тоже. Это нормально. И слово «использовал» всё же слишком крутое… Я бы сказал скорее, что просто воспользовался удачным моментом. Знаешь… Ты же гонял по своему Ирию на мотоциклах. Так вот — это примерно то же самое, как если пристроиться за быстро несущейся по трассе фурой. Тебя в какой-то момент может начать затягивать завихрениями потока воздуха и утаскивать следом… Вот и я просто оказался в нужном месте в нужное время, чтобы меня подхватило ураганом событий и подбросило до нужной точки. Я ведь знал, что из Преисподней вернётся легендарный Последний Воин, и после этого мало не покажется никому. Вариантов действий, по хорошему, оставалось всего три: попытаться тебя остановить, спрятаться где-нибудь в глухом углу, как сделал хитрый лис Перовский… Или помочь. Я выбрал последний.

Он помолчал, глядя куда-то в пустоту.

— Я ухожу.

— Руслан…

— Присмотри за Ивой.

— Не хочешь делать это сам?

— Нет. Я же говорю — всё здесь, лишь декорации. Да, я привязался к некоторым, и прощаться тяжело… Но я сделаю то, что должен сделать.

— Мы тебя не переубедим?

Помотал головой.

— Центурион? Что с ним делать?

— Отдал ему последний приказ — служить Иве.

— Понял. Для нас не худший вариант.

Стоимость контракта для девчонки теперь придётся поднять — но меня такие мелочи не волновали. Главное, боевой робот останется с нами. Чем-то это даже лучше — теперь над ним будет даже больше контроля.

— С меня ещё небольшой подарочек напоследок. Надеюсь, пригодится. И на этом всё… Прощайте.

Светящиеся и кажущиеся живыми нити начали набирать яркость и поползли дальше, опутывая теперь не только руки жреца Хаоса, но и тело, полностью повторяя все его контуры и вскоре превратившись в сияющий человеческий силуэт. В какой-то момент линии полыхнули особенно ярко, озарив огромное помещение…

А в следующее мгновение там, где ещё недавно стоял Руслан, никого уже не было.

— Сеньор Темнозар… — первым нарушил тишину Хосе. — А Руслан… Он… Всё?

— Похоже на то. И меня что-то напрягли его слова про «подарочек»…

Тем временем, вокруг всё пришло в движение. Стены из желтоватого металла начали со скрежетом менять свою конфигурацию, двигаться — и слабо светиться, постепенно становясь прозрачными. Наружу поползли мерцающие нити, точь-в-точь такие же, что пожрали Руслана… Но к нам они не тянулись, а сплетались между собой в сложные и объёмные геометрические фигуры, которые постоянно меняли свою конфигурацию… И, медленно трансформируясь, стали превращаться в интуитивно понятные пиктограммы и надписи на знакомом языке.

Но самое главное… Я внезапно начал чувствовать корабль! Если до этого способности кибермансера воспринимали всё вокруг, как мёртвое железо, то теперь я стал ощущать пусть чуждую и в значительной степени непонятную, но всё же — вычислительную, начинку!

В довершение всего, прямо в моей голове раздался лишённый эмоций раскатистый голос:

«Вершитель класса „Арбитр“ выведен из спящего режима. Ожидаю команд».

— Сеньор… Что происходит?..

— Судя по всему, это последний подарок Руслана.

— Сеньор капитан… Переписал систему?..

Молча кивнул.

— И… Мы сможем управлять кораблём?..

— Вероятно.

— А я говорил! Я говорил, что сеньор капитан хороший!

Я посмотрел на пустое место, где ещё недавно стоял «сеньор капитан».

Похоже, жрец таки добился своего — создал свой конфликт и исчез. Так и не получилось его прикончить…

Причём теперь, почему-то, уже и не хотелось. Внезапно понял, что за прошедшее время успел немного привязаться к этому безумцу. В душе появилась странная пустота… А ведь когда-то прощаться с соратниками навсегда было нормой.

Неужели я так размяк после возвращения из Преисподней? Или это так действует женитьба и то, что скоро стану отцом?

Мысленно встряхнулся, стряхивая наваждение.

Время, когда можно будет позволить себе расслабиться, ещё не настало…

Выполнив несложную цепочку действий, вызвал прямо перед нами трёхмерную полупрозрачную картинку Арбитра. Управляющий интерфейс внезапно легко откликнулся и окрасил узлы красным, желтым и зелёным.

Последнего было совсем мало… Но, к счастью, и первого тоже не так много.

— Аррак, твой выход.

— Да, вождь!

— Если кто и разберётся со всем этим, так только имеющий дар техномансера. Надо понять, насколько Арбитр на ходу, можно ли его починить и вывести из дока в течение единиц стандартных суток. Нам бы желательно стартовать уже завтра… Самый край — двое суток.

— С радостью возьмусь! Это работа мечты!

— В твоём распоряжении кладбище кораблей — тащи оттуда всё, что может понадобиться. Что-то наверняка найдём и на самой базе… Попробую ею как-то управлять и подсобить тебе, но тут без гарантий. Сначала бы с самим Арбитром совладать. И ещё — надо предоставить новое тело Слуге Древних… По порции симуляторов всем, и забудьте о сне до момента, как покинем систему!

Тут же, не тратя время, мы с кибермансером зарылись с головой в работу, каждый погрузился в свою задачу. Сделать предстояло и правда многое.

А мысли о жреце Хаоса и его теории прогнал из головы прочь. Даже если он прав — и что с того? Идти по тому же пути я не собирался. Тем более, учитывая беременность Яромиры, которую просто не в праве бросать, как и Наину, как и сестру Темнозара, как и всех остальных соратников. И безразлично, настоящие они, или, как говорил Руслан — одни из множества «статистов»… Таких, как Ива, от которой жрец откупился подачкой, оставив девушке в услужение Центуриона.

Глава 15

Местное светило садилось в океан, подкрашивая пенящиеся волны багряными красками. Уютно шуршал прибой, противно скрипели чайки.

Мы устроились на пляже возле временной базы, расселись кружком прямо на нагретом за день песке. И не скажешь, что это рабочее совещание… Но кто сказал, что нельзя совмещать приятное с полезным?

— Итак, по порядку.

Я оглядел собравшихся — а позвал на берег только самых приближённых соратников — и дождался, пока смолкнут шепотки и все обратят на меня внимание.

— Мы выполнили свою миссию — оживили базу технического обслуживания, смогли с помощью неё предоставить «тело» захваченному мной Слуге Древних и, кроме того, нашли уникальный боевой корабль. Который теперь тоже наш… Правда, ценой того, что жрец хаоса Руслан скоропостижно нас покинул.

— Этот двуногий сделал, что хотел, — пророкотал нависший над нами живой чешуйчатой горой Громовержец.

Я кивнул.

— Верно. Он сделал, что хотел… А ты, кстати, был в курсе его планов?

— Ну разумеется, неразумный двуногий! Я ведь и донёс до него ту интереснейшую теорию, об искусственности нашего мира. Без меня он до сих пор пребывал бы в счастливом неведении.

— Спасибо тебе, что тут скажешь, что поломал нам жреца. Да и за то ещё спасибо, что не сказал о его истинной цели…

— Так я не обязан был. И, должен заметить, до последнего не было ясно: получится у Руслана добиться этой своей истинной цели, или нет. Если честно, мы не думали, что Разрушитель так просто отпустит своего единственного жреца. Готовились к неприятностям…

— То есть — вы осознанно рисковали навлечь на нас проблемы, причём не со стороны кого-нибудь безобидного, а от — не побоюсь этого слова — самого опасного представителя пантеона Кровавых? И — ничего не сказали?

— Ну подумай сам, неразумный двуногий. Если бы мы рассказали тебе всё, как есть… Неужели бы ты поддержал нас и позволил всё сделать?

В ответ на это только усмехнулся.

Конечно же нет!

Но вслух, естественно, этого не сказал.

— Как бы вы там себя не оправдывали, это очень безответственное поведение, и я впредь попрошу так не поступать. И, Гром… Извини, но доверия к тебе у нас теперь поубавилось. Очень сильно.

— Всё же обошлось!

— А если нет? И, кстати, вот это — что обошлось — и правда удивительно. Ведь Разрушитель, помнится, даже почтил как-то нас своим присутствием. А сейчас — как будто внимания на всё происходящее не обратил. Удивительно…

— Сам в шоке, разумный двуногий. Но Разрушитель всегда был слишком непоследователен в своих поступках. Как и стихия, которой он управляет, бог Хаоса слишком непредсказуем… Потому он до сих пор не подчинил себе весь известный мир.

— Другие Боги бы ему не дали…

— Да кто бы их спросил? Проводи Разрушитель планомерную и целенаправленную политику — остальные бы просто утёрлись, никуда бы не делись. Но для бога Хаоса разменять своих подчинённых ради сиюминутной прихоти — плёвое дело, в прошлом он поступал так не раз, и не два. И это — счастье для нас.

— Ладно. То, что один из Кровавых с премерзким характером забыл о нас, это безусловно хорошо… Но сейчас о другом. Аррак, параллельно с ремонтом клипера, с переменным успехом пытается оживить корабль Древних. Говорит, шансы есть — но понадобятся не одни стандартные сутки. Которых у нас нет. Потому, волевым решением я решил оставить техномансера здесь, в системе — пусть творит дальше. Также, останется Хосе с командой добровольцев на одном из наших находящихся на ходу кораблей, в качестве связующего и защитника. Надеюсь, получится оживить и корабль Древних, и, возможно, не только его… Что было бы отлично. Но пытаюсь планировать исходя из того, что нет, то есть из самого худшего сценария. На этот случай у вас тут должна быть какая-никакая защита и возможность летать от планеты к планете.

Все выслушали меня с молчаливым одобрением — возразить на это было нечего.

— Итого, вопрос с вылетом решён. Осталось только распрощаться с теми, кого не берём с собой… — на этих словах я невольно сбился, и мой взгляд скользнул по смотрящей куда-то за горизонт Яромире, на лицо которой падали последние закатные лучи.

От девушки так мощно шибануло смесью из грусти, тоски, страха остаться одной, любви, нежности и даже чувства гордости за своего избранника, что меня весь этот непередаваемый букет почти в буквальном смысле оглушил. При этом, если серьёзно не присматриваться, внешне по Яромире было ничего практически не заметно. Дочь рода Белых умела себя держать.

Отрешиться от мыслей о жене получилось, только сделав над собой немаленькое усилие — и, когда это сделал, я всё же закончил фразу:

— … и осталось решить: куда нам держать путь в первую очередь.

— Командир. Уговор был о помощи нашим братьям, которые защищают крепость из последних сил, — Луций с вызовом посмотрел на меня и упрямо поджал губы.

— Спокойно, — я в примиряющем жесте поднял руки. — Об этом помню. Речь ведь о другом… Вот скажи, что мы сможем противопоставить флоту людоедов сейчас, если выберем крепость тамплиеров нашей первой целью? С чем мы придём в вашу систему, как будем спасать ваших братьев? Когда доберёмся до них — что может пехота, пусть и такая отличная, против космического флота?

— Наш долг — вернуться и принять бой. Мы и так уже непростительно задержались…

— Принять бой и героически погибнуть, или всё же спасти товарищей? Я клоню к тому, что сначала нам бы посетить верфи у Пси и Омеги Червя, да попытаться договориться со Слугами Древних. И только тогда, с мощной поддержкой, мы могли бы отправиться спасать крепость тамплиеров.

— Красивые слова… Но если к моменту, как мы явимся в систему с этой мощной поддержкой, спасать будет некого? Даже минута промедления может стоить нашим братьям этой жизни.

Пришлось опустить глаза, признавая правоту.

— Ты прав. Потому и надо решить, здесь и сейчас. Или мы рискуем — но рискуем ради возможности спасти ваших братьев… Или летим их спасать на одной-единственной яхте — Слуга Древних всё равно с нами не отправится, у него своя задача. Но на одной яхте, даже такой крутой, как «Косатка», много не навоюешь. И пешком мы тоже мало что сможем… Разве что, если использовать «Шершень» и нашего Громовержца, обвешанного гипербластерами.

— А кто сказал, что я с вами полечу, неразумный двуногий?

— А что, не полетишь?

— Вообще-то, не собирался. Мне вполне нравится здесь, на этой планете. Тут отличная охота и очень живописные места. Я ещё даже малую часть территории не успел обследовать… Нет, я понимаю, что если теория об искусственности мира верна, сам я когда-то тоже был человеком, и просто выбрал себе такой необычный «игровой аватар». С сопутствующим отягощением в виде врождённой болезни, из-за которой поначалу не мог летать… Но всё это было давно и неправда, сейчас я — свободный дракон! Куда хочу, туда и лечу! А за небольшую плату готов ещё и присмотреть здесь за вашими.

— Эх, ты. А я ведь на тебя рассчитывал, Гром… Ты уже второй раз разочаровываешь меня. Сильно.

— Ну, что я скажу. Твои заблуждения — это исключительно твои заблуждения, неразумный двуногий. Так что избавь уж меня от них и от нудных нотаций, если собираешься их читать. А так… Десяток бочонков ракетного топлива в месяц — и я готов одним глазом присматривать за вашей колонией. А что до остальных неразумных двуногих, кого вы там собрались спасать… Так мне на них покласть из-под облаков, три кучи в ряд.

Ненадолго задумался, решая, что бы с этой возомнившей о себе невесть что рептилией делать.

Один вариант был, пусть и не стопроцентный. Но я решил попробовать.

— Что же… Не хочешь лететь, значит не полетишь. Твоё право. Только скажи хотя бы одну вещь, гениальный дракон. А как бы ты поступил сам?.. Куда бы летел в первую очередь?.. Ведь логистика — это твой конёк, не так ли?

Дракон аж вытянул шею, восприняв мою грубую лесть как справедливо заслуженную похвалу, и довольно пыхнул вонючим дымом из ноздрей.

— О, ну хоть кто-то признаёт заслуги старого бедного дракона! Разумный двуногий, ты не так глуп, как может показаться на первый взгляд, раз признаёшь моё превосходство над собой. Так вот же, слушай: проблема твоя не проблема, и если бы ты спросил меня сразу, я бы сразу выдал готовое решение…

— Так мы слушаем тебя!

— Аррак восстанавливает один корабль?

— Да. У нас будут «Косатка» и клипер. Ну и ещё Слуга Древних, но на него положиться полностью нельзя. И — когда-нибудь в будущем Арбитр.

— Вариант с двумя яхтами вместо клипера не рассматривал?

— Нет. Увы, хоть он и решил бы нашу проблему… Но за двумя метеоритами погонишься, ни одного не собьёшь. Там и скорости не выше, и маневренность, и все прочие характеристики… И это я не говорю о размере трюма — даже не то что у двух, а если каким-то чудом удастся починить сразу три яхты — у них у всех он совокупный будет меньше, чем у клипера.

— Ясно. Что ж, следовало ожидать… Тамплиеры ведь дают свой последний бой в системе Тау Палача?

Луций, поколебавшись — явно эта информация была не для широкой огласки — всё же кивнул.

Получив ответ, дракон торжествующе воздел свой когтистый перст к небу и взревел:

— Вот! Тогда мой ответ — Бета Копья!

Сказав это, он замолк и прищурился, безмерно довольный собой.

Поняв, что продолжения не будет, я всё же осмелился уточнить:

— Бета Копья. Это мы услышали. И что дальше? Что ты этим хотел сказать?..

— Не разочаровывай меня, неразумный двуногий! Это точка примерно на пути в обе нужные вам системы. Если выйти там из сверхсвета, а потом снова прыгнуть — потеряете не сильно много во времени.

Сначала не понял, что дракон хотел донести — а потом вдруг понял. Быстро подключился к вычислителю стоящей неподалёку «Косатки», добрался до нужного мне справочника, бегло глянул информацию по озвученной системе.

— Так… Мир населённый, флот имеется… В данный момент статус не определён — судя по всему, бои продолжаются… Найти и захватить корабль будет не так просто. Можно попытаться найти какой-то из тех, с кем у нас есть связь, даже из другой системы, и подгадать так, чтобы он прыгнул туда же, и вышел из сверхсвета одновременно… Короче, варианты есть, ты прав. Главное, чтобы не было людоедов возле Маяка.

— Ну ты же кибермансер, неразумный двуногий. Пока будете лететь, напусти вперёд своих вирусов, изучи всё… А там уже — дело техники. Нашёл, увидел, захватил. Главное, сделать всё быстро, пока враги не очухались.

— Ясно. Луций, Тит — слушайте компромиссное решение. Делаем остановку в системе Беты Копья. Захватываем для вас корабль, после этого разделимся. Мы продолжим путь дальше до верфей, вы — прыгнете к Тау Палача, спасать своих товарищей по оружию и подкреплять их боевой дух известием о том, что подмога в пути. А потом уже до вас доберёмся и мы сами, как решим все свои вопросы. Такой вариант приемлем?

— Абсолютно.

— Отлично. Спасибо, Гром. Твой ясный ум и правда очень помог нам. Очень жаль, что ты не летишь с нами… Если бы полетел, у тебя были бы такие возможности проявить себя и доказать своё превосходство над нами, неразумными двуногими!

Дракон опять обдал нас серной вонью и наклонил башку прямо ко мне.

— О-о-о, да ты играешь со мной, неразумный двуногий…

— Отнюдь. Я просто признаю твои прекрасные способности в части логистики… Не раз в них убеждался. А где тебе ещё их проявить, как не при решении задачи такого грандиозного масштаба, как эвакуация человечества?..

Громовержец опять дыхнул дымом. Но явно задумался, и после небольшой паузы всё же согласился:

— Ладно, разумный двуногий. Считай, уговорил. Но — это последний раз, когда моё бедное тело будет заточено в несущейся сквозь пустоту жестянке! Как закончим — больше никаких полётов! Я буду реять в вышине, охотиться, и купаться в океане. Может, иногда убивать врагов. И ничего больше! Я, как прекрасный свободный дракон, истинный аристократ неба, создан для отдыха, охоты, чревоугодия и благородных войн, а не для вонючего трюма!

— Да-да-да. Как скажешь. И не забудь про десяток бочонков с ракетным топливом…

— После того, как я самоотверженно согласился помогать тебе, ты ещё накладываешь на меня какие-то глупые ограничения⁈ Да ты обязан предоставить мне на топливо безлимит!

— У нас просто нет столько. Так что давай так — сотня бочонков сверх, разом, за согласие участвовать в нашей операции…

— Дёшево же ты ценишь мою помощь, неразумный двуногий!

Дракон был явно нацелен на то, чтобы торговаться до потери пульса, но времени на это у меня не было.

— Подумай хорошенько о том, какую адекватную цену хочешь за помощь, и назови потом мне. Времени выяснять, сто один бочонок или сто семнадцать, у меня сейчас просто нет… А пока, извини уж, я продолжу. Следующий вопрос, который надо обговорить: на каком корабле лететь во внешний мир. Я уже решил… Но хотелось бы послушать и ваши мнения, вдруг не учёл что-то.

— Сеньор! Но разве же вы летите не на «Косатке»? — Хосе немало удивился, как и все остальные.

— Дорогой, и правда. «Косатка» лучше всего приспособлена для задачи, которую ты перед собой поставил. Ты же не собираешься зря рисковать на какой-то из тех развалюх, которые Аррак сейчас истошно пытается восстановить дендро-фекальным методом, да при помощи синей универсальной ленты?..

— «Косатка» и правда отличный корабль, особенно благодаря своей скрытности. Но есть у нашей яхты и недостаток… Я сейчас говорю про малый объём трюма.

— А… Зачем нам большой объём?

— Перед тем, как созвать вас всех сюда, я как раз переговорил с амазонками и представителями курганов. Аджанты готовы предоставить своих воинов, в довольно приличном количестве, в виде яиц, которые как-раз должны будут вылупиться под конец нашего путешествия. Но на «Косатке» таким способом получится перевести только очень небольшое количество особей, которое ничего не решит — чего не скажешь о клипере, у которого реально бездонные трюмы. Молчу уж про то, что здесь, в системе, должен оставаться корабль, способный справиться хотя бы с быстроходными фрегатами людоедов, которые могут успеть прорваться к вам в течение периода активности Маяка. Конечно, я рассчитываю на мощь корабля Древних… Но вдруг с ним ничего не выйдет? В таком случае никаких других вариантов, кроме «Косатки», просто не вижу. Хосе наберёт себе команду из наиболее надёжных и подготовленных профессионально людей, из тех, кого мы сняли с яхт и клипера. И, скорее всего, надо будет приставить к нему в качестве охраны несколько репликантов и ещё кого-то из наших. А то мало ли что.

— Сеньор! Я сам могу постоять за себя!

— Ты будешь летать на яхте один, в компании с как минимум четырьмя посторонними людьми? Которых у нас пока не было возможности проверить в деле? Подумай, когда мы улетим — сохранность всей колонии будет на тебе. Это большая ответственность.

Хосе виновато потупился.

— Так что, боюсь, тут других вариантов не вижу. Летим на клипере.

— Зар. Это опасно. На «Косатке» реально проскочить наружу незамеченным… А как ты собираешься делать это на здоровенном корабле, без активной маскировки? Он не так надёжен и не так приспособлен к космическому бою, у него нет брони, орудий…

— Придётся рисковать. Но это риск приемлемый. Даже если с нами что-то случится — колония останется, это будет не такая фатальная трагедия. Если же, пока нас не будет, сюда прорвутся людоеды или кто-то ещё… А самый плохой сценарий — если они ещё и уничтожат Маяк… Боюсь, это станет полным провалом. Потому, попрошу Аррака потом — сейчас до нашего отлёта, увы, уже не успеть — переместить Маяк в трюм «Косатки». Это гораздо надёжнее, чем сейчас, когда он смонтирован на борту еле-еле вскарабкавшейся в ближний космос развалюхи.

— Всё равно, Зар. Твоя затея похожа на самоубийство.

— Риск обоснованный, и я тщательно взвесил «за» и «против». Наш техномансер прямо сейчас монтирует на клипере мощные сканеры пространства, со вспомогательных зондов «Косатки», а также пару дополнительных орудий. У одной из яхт на внешнем подвесе были отличные современные торпеды с активной маскировкой, их тоже приспособили к делу. Вместе с высокой скоростью это даст некоторое преимущество. Маневренность, конечно, не дотягивает, нет активной маскировки, про броню ты заметила абсолютно верно… Но зато огневая мощь получается заметно выше, а какой-то урон примут на себя щиты.

— Ладно. Ты знаешь, что делаешь, князь. Полностью доверяюсь твоему решению.

Яра смиренно склонила голову — хотя я прямо чувствовал, что всё внутри у неё кипит. Ей предложенный мной вариант абсолютно не нравился.

Благодарно кинул жене, что не стала лезть в бутылку, и окинул взглядом остальных.

— Так что? Возражения, дополнения, замечания к изложенному плану есть?

Остальные промолчали. Было видно, что мои решения многим тоже не нравятся, но, подумав немного, каждый приходил к одному и тому же выводу: в сложившейся ситуации они — едва ли не единственно возможные.

Далее мы ещё долго обговаривали различные детали, уточняли всевозможные мелочи… Пусть после старта связь сохранится, по крайней мере до тех пор, пока мы не окажемся в системах с разрушенными ретрансляторами, и многое можно будет уточнить уже после, по ходу пьесы — но всё же живое общение гораздо эффективнее и ничто его не заменит. Поэтому мы все стремились использовать этот быстро заканчивающийся ресурс по-полной.

Пока мы спорили, обсуждали и согласовывали, на быстро потемневшем небе успели высыпать яркие южные звёзды.

В какой-то момент я решил, что довольно, и пора закругляться. Встав, протянул руку, помогая подняться Яромире.

— Увы, время. Пятнадцать стандартных минут на прощание, и мы вылетаем.

Кто-то встал и просто пошёл прочь, а кто-то так и остался сидеть. По сути, из всех присутствующих на совещании эта четверть часа реально нужна была только нам с женой.

Каждая секунда, бесследно утекая, причиняла почти физическую боль. Призрак расставания будто встал рядом, заглядывая через плечо и давя одним своим присутствием.

Встав, мы просто молча пошли вдаль по берегу, обнявшись.

И когда время почти истекло, Яра всё-таки осмелилась нарушить хрупкую тишину.

— Зара…

— Да?

Я чувствовал — она хочет сказать мне «не улетай», «оставайся». В конце концов — плевать на весь мир! Пусть горит, главное — быть вдвоём, вместе.

Но — нет. Девушка нахмурилась, отстранилась от меня и, встав напротив, максимально серьёзным тоном сказала:

— Князь Огнев-Белый-Разумовский. Иди и сделай то, что должен!

— Только вам, княгиня и моя драгоценная жена, дозволено говорить со мной в таком тоне, — изобразил намёк на улыбку.

Яра зарделась, потупилась — а после вновь подняла глаза и отчаянно посмотрела на меня в упор:

— И только попробуй не возвратиться! Я… — Яра сбилась и погладила живот. — Мы не простим тебе этого!

Глава 16

Снежана стояла напротив входа в мою каюту.

Не вызывала меня, не отправляла никаких сообщений, не стучалась. Просто молча застыла, вытянувшись как по струнке, и смотрела на плотно закрытые герметичные створки с блуждающей на губах лёгкой полуулыбкой. Как кошечка, которая сидит и гипнотизирует дверь, рассчитывая, что та рано или поздно волшебным образом откроется.

Только вот кошечки не одеваются так вызывающе-привлекательно…

Нет, так-то этот чёрный с серебряными узорами китель из жидкого металла, длинный и словно платье прикрывающий верхнюю часть бёдер, мог бы даже казаться строгим и официальным. Если бы не облегал тело девушки настолько туго, будто вторая кожа, и давал однозначный ответ на вопрос — есть ли под ним какое-то бельё. Нет. Равно как нет и никакой другой одежды, если не считать за такую похабные ботфорты на огромном каблуке. Такие, которыми не побрезговала бы работница припортового заведения известной направленности.

И это продолжалось уже несколько минут. Снежана просто стояла снаружи, зная, что я знаю об этом. Молчала ждала.

А я, само собой, не хотел открывать.

Увы, исход этого противостояния был предрешён. Дочь Перовского сейчас была без артефакта, скрывающего эмоции, и я прекрасно понимал: она здесь не просто так, а для того, чтобы сообщить что-то важное. И вырядилась так, просто чтобы подразнить меня.

И снова увы — надо признаться, это у неё получалось прекрасно. Ведь негодяйка не могла выбрать лучшего времени заявиться в гости. Я сейчас был будто древнее взрывчатое вещество, к которому поднеси огонь, и оно взорвётся.

Снежана была сейчас тем, что может меня взорвать.

Я буквально только-только выбрался из медицинской капсулы, которую демонтировали с «Косатки» и притащили в капитанскую каюту клипера «Резвый». Пока длился полёт, успел пройти очередной цикл укрепляющих процедур, так, чтобы к конечной точке маршрута стать немного сильнее, крепче, быстрее и выносливее. Вроде бы и мелочь, но мирийский воробушек по зёрнышку клюёт, разбрасываться такими возможностями не стоит.

После долгой вынужденной неподвижности выбравшись наружу, я чувствовал себя небывало отдохнувшим и окрепшим. Энергия внутри кипела, так и хотелось испытать себя… Всеми возможными способами.

Снежана об этом будто бы знала… Хотя, какое «будто». Когда ты обладаешь даром предиктора, гипотезы и гадания на гуще баогавы легко заменяются стопроцентной уверенностью. Знала эта проклятая искусительница наверняка, и припёрлась в самый тяжелый момент. И сполна отыгрывала роль, с покорным видом стоя по другую сторону от закрытых сейчас гермостворок, не сомневаясь, что я рано или поздно их открою.

И мерзко улыбалась.

А я злился, и хотел мурыжить эту статую воплощённой сверхсексуальности ожиданием. Поскольку изменять законной жене не собирался, а дразнить требующее разрядки тело лишний раз не хотелось совершенно.

Вот только, мой дар кибермансера играл сейчас против меня. Я знал, что Снежана снаружи, видел её сразу через несколько камер. Одна из которых располагалась довольно низко и давала весьма пикантный ракурс…

Снежана, будто почувствовав моё пристальное внимание, наклонилась вперёд. Как будто для того, чтобы оправить одежду. Хотя там и так всё было идеально…

Вид, который и до того был до невозможности неприличным и совершенно недостойным дочери знатного рода, вышел вообще за всякие рамки.

Я не выдержал, самым буквальным образом зарычал, шагнул вперёд и дал команду гермостворкам раскрыться.

Девушка, как ни в чём ни бывало, выпрямилось и посмотрела на меня с лёгким прищуром.

— Ну наконец-то! Я уж думала, что ты специально не открываешь, чтобы показать мне моё место.

— А, ты давно тут стоишь? Извини, не заметил, — нарочито ненатурально соврал я и развёл руки в стороны. — В следующий раз стучись, или как-то иначе сообщи, что имеешь какое-то дело. А то, так можно долго стоять.

Снежана ухмыльнулась.

— Я войду?

— Нет.

— А вдруг нас кто-то увидит тут? Решат, что ты изменяешь жене с такой красивой мной…

— Если ты будешь выходить из каюты в таком виде, решат скорее. А так просто подумают, что я говорю прямо в коридоре с одной потерявшей всякие берега одарённой, которая вырядилась, как… Да ты сама знаешь, как. И давай к делу! Ты хотела мне что-то сказать?..

— Ну За-а-а-ар… Ой, прости, Темнозар. Я так устала стоять… Пусти, дай хотя бы присесть…

Молча отступил назад и позволил створкам закрыться. Прошёл к небольшому столику, перед которым был привинченный к полу металлический стул. Несколькими ударами клинка снёс крепления, легко подхватил этот довольно массивный предмет мебели одной рукой, вернулся ко входу в каюту и, дождавшись когда гермостворки разъедутся, выставил наружу.

— Садись.

Девушка красиво приподняла бровь.

— Прямо здесь? Что же…

Несколькими плавными, похожими на танец движениями пройдя вперёд, она примостила своё седалище на гладкой металлической поверхности, откинулась назад и, конечно же, закинула ногу на ногу.

А после, не отрывая от меня взгляда смеющихся и голодных глаз, будто бы продолжая свой танец — поменяла ноги местами. Та, которая сначала была сверху, теперь оказалась снизу, и наоборот.

Учитывая, что никакого белья под длинным кителем-платьем не было, картина вышла наиразвратнейшая.

— Кровавые… Вот что ты делаешь?

— Да так… Подсмотрела в одном старом голофильме. Всегда хотела эту сцену изобразить.

— Ты меня не поняла, Снежана. Ответь. Что. Ты. Делаешь?..

Девушка прикрыла глаза, взмахнув длинными ресницами, и мечтательно улыбнулась.

— Твоя жена далеко-о-о… А твоему организму после завершения процедур требуется разрядка и, даже больше того: тебе самым прямым образом показана физическая близость с представителями другого пола. А ещё ты кибермансер, который полностью управляет этим кораблём. И если ты сам того не захочешь — о том, что я была у тебя, никто так и не узнает… А ещё… Я тебе нравлюсь как женщина.

Сказав последнюю фразу, она резко открыла глаза и посмотрела на меня.

Я же понял — блефует. Это то, чего она не знает наверняка. Хоть и совершенно точно подозревает, но — сомневается.

Постарался, чтобы на лице не отражалось никаких чувств. Трансляция их, естественно, была отключена. Ответив на взгляд, я продолжал смотреть, пока Снежана не сдалась и не потупилась.

— Ты пришла по делу. Я чувствую, иначе не открыл бы. И?..

— Какой ты скучный! — Снежана фыркнула и принялась изучать свой маникюр, будто там, на ногтях, записано что-то действительно важное.

— Я слушаю.

— А может, я обиделась? Может, ты ведёшь себя по отношению ко мне с подчёркнутым пренебрежением?..

— Ладно. Если тебе нечего сказать… — сделал вид, что разворачиваюсь.

— За несколько секунд до выхода из сверхсвета надо раскрутить реактор на полную и дать максимальную мощность на левый, левый нижний и задний щиты.

Остановился и медленно повернулся опять к девушке. А та продолжила:

— Остальные щиты надо отключить полностью, направив всю энергию туда, куда я сказала — с других сторон врагов не будет. Также, сразу по выходу из сверхсвета желательно дать полную мощность на маршевые двигатели и начать манёвр уклонения… Направо-вверх по направлению движения, оптимальные углы тридцать и десять градусов. После этого можно запитывать только кормовой щит и движки, это позволит распределить энергию наиболее эффективно. Также, в момент выхода из сверхсвета можно запустить торпеды, предварительно развернув установки в нужную сторону… Это позволит выиграть несколько секунд.

— Сколько кораблей?

— Точно не скажу. Знаю, что не один… Минимум два больших.

Немного помолчал, потом спросил:

— Почему я должен тебе верить?

— Потому что я не хочу сдохнуть вместе с тобой на этой железяке. А если не сделаем так, как я говорю — она точно получит повреждения, несовместимые с дальнейшим существованием. И в самом лучшем случае нас просто убьют. И… Разве я для этого так красиво одевалась? — невинно хлопнув ресницами, девушка провела по своим бёдрам руками.

— Спасибо за предупреждение. Я подумаю.

— Подумаешь над тем, чтобы всё-таки не идти против природы и сделать то, что два взрослых и полностью отдающих себе отчёт о последствиях человека давным-давно хотят?

— Подумаю над тем, чтобы управлять кораблём в бою так, как ты предлагаешь.

— Не сделаешь — погибнем… Поверь мне.

Я поверил — по крайней мере, она сама своим словам верила.

— Ладно, Снежана. На этом всё?

— Объект Древних в системе интересует?

— Ну… Допустим.

— Может, всё-таки впустишь?

— Не может. Всё-таки не впущу.

— Жаль, жаль… Ну и ладно тогда. Наверное, не так уж он тебе и нужен? — девушка улыбнулась так доброжелательно и искренне, что сдержаться и не врезать ей хорошенько оказалось неожиданно трудно.

— Наверное.

На самом деле — нам сейчас просто не до того, чтобы ещё какими-то объектами Древних заниматься. В иной ситуации перерыл бы в этой системе всё вдоль и поперёк, но сейчас… Увы, время поджимает, мы и так едва успеваем. Если успеваем вообще…

— Ладно. Что ж, Зар… Ой, прости. Темнозар. Как ты видишь, я тоже могу быть полезной. У меня хорошие, нужные способности. И если бы я могла их нормально развить…

— То стала бы очень опасной.

— Полезной! — девушка подняла пальчик с наманикюренным ноготком вверх. — Есть печати, позволяющие развить ветку пилота, а потом и капитана. Представляешь, что я со своим даром могу наворотить, находясь в нужном кресле?

Кивнул, принимая информацию к сведению. И правда — предиктор-пилот, или ещё лучше капитан, это очень круто. Наверное — даже круче, чем пилот-кибермансер.

— Я подумаю.

— И ещё…

— Да?

— Маленький совет.

Демонстративно устало прикрыл глаза, показывая, что мне советы не особо-то нужны. Но, конечно же, не обманул это прохвостку.

— Не забудь захватить с собой с Беты Копья цветочек. Пригодится.

— Цветочек⁈

— Ну да. Цветочек.

— Ты издеваешься? Какие на космической станции и шахтёрских планетах могут быть цветы, и на кой они мне⁈

— Это очень красивый… И полезный цветочек.

Снежана не стала больше ничего говорить, только мечтательно улыбнулась и провела языком по губам. Мол — бесплатный период использования завершён, а дальше — только за отдельную плату…

— Ладно. Аудиенция закончена. Пока.

Всё-таки развернулся и позволил створкам захлопнуться.

— Увидимся на ужине, Зар… — успела крикнуть вслед девушка и послала воздушный поцелуй.

Снежана намекала на то, что давняя традиция общих приёмов пищи, зародившаяся ещё на «Косатке», благополучно перекочевала и на новый корабль. Пусть все предыдущие ужины-обеды я пропустил, но на последний перед выходом из сверхсвета попадал, и пропускать его по понятным причинам не следовало — это хорошо и для поднятия морального духа команды, и для импровизированного совещания, да и вообще после лежания в капсуле хочется простых человеческих радостей. Например — есть еду ртом.

Усмехнувшись настырности дочери Перовского, с некоторым усилием всё же выбросил её из головы. И действительно крепко задумался.

Ведь всё пошло не по плану с самого начала…

Практически сразу после ухода в сверхсвет наша первая цель, система Беты Копья, окрасилась с красного цвета — «охвачена войной», в чёрный — «захвачена». Людоеды полностью подавили сопротивление местных. Судя по всему, нас там ждал весьма тёплый приём.

Затормозить или развернуться уже нельзя, а значит оставаётся надеяться только на то, что хватит сил пробиться. Или хватит скорости оторваться.

Другой проблемой, совершенно внезапно для меня, стал поиск подходящего корабля для тамплиеров.

Изначально хотел использовать что-то из флота, некогда подчинявшегося Синдикату и дочерним компаниям, который теперь условно управлялся мной. Какая-то часть капитанов вняла призыву Наины и отправилась к Альфе Работорговца, отбиваться от людоедов, но так поступили далеко не все — кто-то отказался подчиняться, кто-то уже ввязался в бои местного значения и просто не имел возможности выйти из них, а кто-то банально не мог прорваться к цели. И теперь все эти корабли были рассредоточены по самым дальним закоулкам разведанного мира, предоставленные самим себе.

На них-то я и рассчитывал, как мне казалось, вполне обоснованно. Думал, смогу подчинить и провести ещё не один десяток кораблей.

Но реальность грубо обломала меня с этой хрупкой розовой надеждой, жестоко разбив её о чугунную задницу действительности. Получилось достучаться меньше чем до десятка кораблей, из которых подчинились мне и смогли стартовать в нужную точку, ещё и успевая к заданному времени, всего трое — гружёное бытовой техникой судно, катер береговой обороны и старенький корвет.

Уже в сверхсвете, руля всем процессом из медкапсулы, пришлось подправлять всем троим скорости. Теперь грузовик прилетал первым, и, пусть ценой своего захвата или даже уничтожения, предоставлял нам хоть какую-то информацию о происходящем впереди. Катер же с корветом, наоборот, по новому плану прибывали позже нас, ведь их потеря ставила весь план под удар.

Хоть клипер ни разу не боевой корабль, но имеет шансы прорваться сквозь наверняка выставленные заслоны. Уведёт основные силы врага дальше, и это даст возможность остальным кораблям пережить хотя бы первые секунды боя, а там уже что-нибудь придумаем.

Такой был план. С новой информацией от Снежаны получилось его чуть подкорректировать… Но могу ли доверять словам девушки на все сто процентов, я не был уверен. Хотя бы потому, что не знал границ её способностей, и она могла ошибаться… Сама того не зная.

Когда настало время общей трапезы, всё так же погружённый в думы, я прошёл в кают-компанию. Остальные собрались чуть раньше, я опоздал специально.

Рядом с дочерью Перовского оставалось свободное место и она смотрела на меня с лёгким прищуром, с явным любопытством наблюдая, как поступлю. Луций хмуро смотрел в тарелку. Тит время от времени порывался что-то сказать, или, может, даже пошутить — но смотрел на своего мрачного командира, и тут же скисал. Амазонка Раен периодически стреляла в сторону тамплиера голодными глазами. Марк-оборотень хозяйски обнимал кажущуюся на его фоне совершенно миниатюрной Иву, которая этого будто бы не замечала и отстранённо смотрела в пустоту — но не со злым выражением, как Луций, а скорее задумчиво.

Глядя на неё, невольно подумал, что так и не поговорил с этой необычной девушкой. А ведь она, вероятно, переживает уход своего учителя… И бывшего возлюбленного.

Окинув всю картину быстрым взглядом — хотя и видел всё с помощью установленных у потолка голокамер, но своими глазами всё же совсем другое — всех поприветствовал. А дождавшись, когда нестройный хор отвечающих голосов смолкнет, шагнул к стоящему рядом со Снежаной стулу, взял его и, пройдя несколько шагов дальше, уселся во главе стола.

— Рад всех видеть. Жаль, что предыдущие трапезы прошли без меня… Но хоть напоследок посидим вместе.

— Да мы не в обиде, командир. Всё понимаем, — в очередной раз покосившись на мрачного Луция, всё же ответил Тит. Остальные молча или шумно поддержали тамплиера. — И что там впереди? Есть ясность?

— Да известно что — вражеский флот. Легко не будет… Но мы справимся. Других вариантов нет, от нас слишком многое зависит.

— Надо было на «Косатке» лететь. Всё больше шансов было бы, — буркнул всё-таки Луций.

— Если бы мы полетели на ней — не факт, что было бы, куда потом возвращаться.

— А так мы можем не успеть!

— Можем, — просто кивнул я. — Но всё ведь уже обсуждалось, и не раз. Теперь менять что-то поздно… И давайте потом. По нормальной еде истосковался.

Дальше была только принуждённая «светская» беседа, когда все пытались не думать и не говорить о белой обезьяне, но та безмолвно стояла за плечом у каждого, нагло усмехаясь и почёсывая подмышкой… Хотя Тит под конец всё-таки разошёлся и начал сыпать отборными шуточками, некоторые из которых даже показались смешными. Всё-таки, солдатский юмор вечен, и он одинаков везде и всегда.

Раен, пожиравшая тамплиера глазами, смеялась над всем, что тот говорит. Отметив это, усмехнулся — кажется, амазонка нашла себе жертву. Причём сам Тит как будто бы ничего не замечал.

Когда всё закончилось и я только-только покинул кают-компанию, меня внезапно нагнал Марк.

— Темнозар. Надо поговорить!

— Ну… Говори.

— Ива теперь не сама по себе. Ей служит Центурион.

— Я в курсе.

— Мне кажется, это достаточное обоснование для пересмотра условий контракта…

— Справедливо. Но почему она сама не подняла этот вопрос? — посмотрел на оборотня с нескрываемым раздражением. — В целом, проблем не вижу… Но обсуждать всё это буду только с девушкой.

На этом развернулся, оставив недовольно сопящего оборотня за спиной, и проследовал на капитанский мостик.

А когда настал момент выходить из сверхсвета, всё-таки раскрутил реактор на полную. И дал максимальную мощность на маршевые двигатели, а также на левый, левый нижний и задний щиты. Хотя остальные полностью снимать не стал, оставил там процентов по двадцать от номинала. Ни от чего серьёзного не защитит, но хотя бы можно будет поднять их гораздо быстрее, чем с полного нуля.

Так, просто на всякий случай…

Глава 17

Жара началась сразу же.

Слева-сзади от нас и правда дрейфовало два крупных корабля. Из собранной мной по крупицам из всех доступных источников информации следовало, что относятся они к классу мониторов, предназначаются преимущественно для подавления мощных орбитальных батарей, сильно укреплённых баз на поверхности планет и так далее. К счастью, это были «крепкие середнячки», у врага имелись корабли и куда мощнее.

Окажись здесь они — нам бы не поздоровилось. А так пришлось просто несладко.

Ведь кроме «сладкой парочки» мониторов, нас встречали ещё: троица фрегатов, очень похожих на те, что сбил Хосе; один неизвестный мне и не встречавшийся ранее ни в каких сводках корабль; и, наконец, шестёрка разной мелочи, часть из которой, очевидно, специализировалась на абордажах. Один из этих челноков как раз присосался десантными шлюзами к той посудине, которую я послал вперёд, и космические пехотинцы людоедов завершали захват. К счастью ещё не успели, и главное для меня, узел связи, ещё функционировал. Поэтому я сразу получил весь пакет накопленной за время пребывания судна в системе информации, а собрать благодаря моим вирусам получилось заметно побольше, чем было бы доступно просто сканерам обычного грузового корабля.

Вот только анализ информации пришлось отложить на потом…

Мы ударили одновременно. Я запустил все торпеды с заранее развёрнутых в нужную сторону направляющих — причём, опять же, часть всё-таки оставил в стандартных положениях, смотреть по ходу движения корабля. Людоеды со своей стороны просто и без затей вдарили по нам энергетическим оружием мгновенного действия, буквально из всех наличных стволов. Некоторые корабли с небольшой задержкой — всё же нашего появления не ждали и заранее не готовились — но отстрелялись все.

Первый залп мы выдержали. А вот второй…

Свет мигнул и погас, по металлически переборкам корабля прошла гулкая, постепенно утихающая вибрация. Щиты просто снесло. Пробило борт в двух местах, расплавило один из боковых двигателей, в ушах истошно заорали сигналы о разгерметизации.

Все вспомогательные системы в один момент отрубились, после небольшой паузы зажёгся слабый красный свет аварийных ламп, подключённых к резервным накопителям.

Если бы не послушал Снежану, не раскрутил реактор и не дал повышенную мощность на левый, левый нижний и задний щиты — нас бы уже не стало. Если бы послушал Снежану и снял все остальные щиты, не оставляя ничего «на всякий случай», и если пустил бы всю сэкономленную мощность на те три, со стороны которых по нам стреляли — обошлось бы вовсе без повреждений.

Но в целом «Резвый» ход не потерял, и можно сказать первые два залпа выдержал.

Проблема, что со следующим уже бы так не получилось — щитов-то больше нет…

Пришлось играть торпедами, подставляя под вражеские выстрелы, прикрывая нас своеобразным «зонтиком», и, тем самым, сберегая главную ценность — сам корабль. К сожалению, это сильно ослабило ответный удар, но тут уж не до жиру, самим бы не превратиться в космическую пыль.

Постоянно меняя направление движения и мельтеша, как пустынная муха, я повёл «Резвого» с максимальным ускорением прочь, всё дальше от противника, продолжая сыпать во все стороны торпедами — пусковые установки работали без перерыва, постоянно повторяя цикл «запуск-перезарядка-запуск».

То, что система искусственной гравитации отключилось, добавляло остроты — нас буквально вжимало в кресла, кидало из стороны в сторону, и вообще болтало с такой интенсивностью, что темнело в глазах. Содержимое желудка при особо резких манёврах грозило излиться наружу…

Каково там, в трюме, яйцам наших членистоногих союзников, даже думать не хотелось.

Но, как ни крути, с реквизированным у контрабандистов клипером нам очень повезло. Его специально создавали для того, чтобы уходить от погонь и прорываться сквозь кордоны.

Враги, устремились за нами следом, ни на секунду не прекращая огонь, даже пару раз попав, к счастью — по касательной и без критичных повреждений… Но я уже видел, что мы оторвались. Какие-то секунды, и будем в безопасности…

И только собирался облегчённо выдохнуть, мол, всё, проскочили — впереди зажглись красным десятки, сотни, тысячи точек.

Мы чуть не налетели на мины!

Не знаю, кто их ставил — местные защитники, отчаявшиеся отбиться от страшного врага, или сами людоеды — но преследователи определённо о том, что впереди препятствие, знали, и целенаправленно загоняли нас на него.

Едва успел расстрелять несколько возникших прямо по курсу смертоносных «сюрпризов», так, что мы проскочили точно в образовавшуюся после взрывов прореху. Ещё несколько металлических цилиндриков, снабжённых слабенькими двигателями и системами активной маскировки, двинулись в нашу сторону — но пару самых опасных я успел снести установленными по бортам противоабордажными пушками, а остальные взорвались за кормой, не причинив вреда.

Только после этого удалось, наконец, нащупать нужный канал, и — спасибо интуиции кибермансера — подчинить себе простенькие, одноразовые, но всё же искусственные мозги. После этого, передавая заражённые вирусами пакеты от мины к мине, постепенно распространил своё влияние по всему минному полю, скорее являвшемуся сферой — кто-то надёжно изолировал область возле Маяка от остальной системы, перекрыв всё вокруг неё в несколько слоёв.

В это же время выпущенный мной за время боя рой торпед начал настигать одну цель за другой. Яркие голубые вспышки взрывов, мигание быстро исчезающих щитов, разлетающиеся в пустоте обломки… Два вырвавшихся вперёд фрегата взорвались один за другим.

Мощности торпед с лихвой хватало, чтобы уничтожить весь вражеский флот. Отличное оружие!

Вот только — дальше, к сожалению, людоеды прекратили погоню, замедлились и принялись отстреливать летящие по своим кораблям якобы «невидимые» снаряды. Судя по всему, сенсоры у врага оказались на удивление хорошие, и способны были раскрывать даже активную маскировку.

В итоге мы подбили только самую мелочёвку, мониторам и непонятному кораблю только слегка просадило щиты. Но двигались все трое медленно, и несмотря на изрядную огневую мощь опасности для нас уже не представляли.

Капитаны людоедов тоже это поняли, и развернули своих монстров обратно к Маяку… А вот это было уже проблемой, ведь корвет и катер должны появиться в системе вскоре после нас. Передать весточку им, чтобы замедлили скорость, пока не выходило — местный ретранслятор сверхсветовой связи не отзывался и был либо физически отключен от питания, либо и вовсе уничтожен…

Но небольшая передышка позволила хотя бы начать наконец разбираться с полученной о системе информацией.

Первая новость оказалась очень хорошей — на самом деле людоеды контролировали только небольшой участок пространства вокруг Маяка, со всех сторон окружённый минными полями, которые выставили всё же не они, а местные бойцы. Собственно, до нашего прибытия мониторы как раз тем и занимались, что прогрызали проходы, и даже добились в этом некоторых успехов.

И вот это действительно было весьма приятным известием. Потому что стало очевидно, что иным способом к обитаемым объектам Беты Копья противник попасть не может, обходных путей нет, а значит пришли враги тем же путём, что и мы, через Маяк.

Ещё одной полезной информацией стало то, что за сканирование пространства и раскрытие активной маскировки отвечает тот самый непонятный корабль людоедов. Он прибыл в систему после того, как враги столкнулись с необходимостью прорываться сквозь минное поле. И если до этого мониторы палили наугад, примерно в один сектор, с очень сомнительной эффективностью, то с поддержкой определённо куда более эффективной системы наблюдения огонь сразу стал в разы результативнее.

Последней хорошей новостью стало то, что у системы сохранился крохотный боеспособный флот. Всего несколько кораблей, но по нынешним временам даже и это — настоящий подарок.

Сама же система не представляла из себя ничего интересного. Пара космических станций, склады, шахты на нескольких планетах — вот, собственно, и всё. Здесь скопилось небольшое количество неповоротливых медлительных грузовиков, в основном рудовозов, да ещё с десяток слетевшихся с начала нашествия людоедов кораблей беженцев — в основном яхт, хотя среди них затесался и один старенький круизный лайнер.

Разбрасываться всем этим добром совершенно не хотелось, и я тут же попытался вызвать местное руководство на связь — благо, все расклады уже примерно представлял.

Ответили сразу.

На голограмме появилась усталая красивая женщина, черноволосая, с карими, самую чуточку — почти незаметно — раскосыми глазами и с такой плещущейся в их глубине надеждой, что мне невольно сделалось не по себе.

На шее женщины висела массивная металлическая цепь — как я уже успел прочитать из короткого досье, единственная на всю местную систему семья одарённых была металломансерами.

— Княгиня Анна Ким, глава сил обороны Беты Копья! С кем имею честь?

— Темнозар Храбрович Огнев-Белый-Разумовский. Я…

— Можете не представляться. Теперь я вас узнала… Пока ещё всё это не началось, мне дочь все уши вами прожужжала. Следила за «Кровавой ареной». Раньше у неё была кумиром та девчонка, как же её… А, Ива. А теперь — вот, молодой князь. Тесен мир!

Кивнул, невольно поморщившись.

— Всю жизнь мечтал быть кумиром молоденьких девчонок… Это слава, которая мне даром не нужна.

Женщина очень мило улыбнулась.

— Возраст такой. Сама, когда была молода, по уши влюбилась в одного музыканта…

— Ладно, это всё неважно. У нас не так много времени, давайте к делу. Я предлагаю объединить усилия, чтобы уничтожить проникшие в вашу систему вражеские корабли. А потом — предлагаю вам помощь при эвакуации в безопасное место.

— Безопасное место?.. — женщина приподняла бровь.

— Да. Есть одна система, куда враг гарантированно не проникнет. По крайней мере, не в ближайшие десятки лет…

— Какие гарантии?

— Гарантий никаких. Но другие варианты, увы, отличаются лишь сроком вашего окончательного уничтожения. Наступит оно сразу, или сколько-то дней спустя, не суть…

Женщина с каким-то сожалением посмотрела на меня, после чего несколько заторможенно кивнула.

— Допустим, хотя я не была бы так категорична… Ладно. Как предлагаете воевать?

— Сперва скажите — откуда у вас столько мин?

— Здесь были склады ещё во времена Империи. Мы… — Анна замялась.

— Да можете не стесняться, это уже не важно. Так понимаю, вы продавали эти мины всем, кому могли, но кое-что всё же оставили себе. И когда стало известно о нашествии людоедов, решили обезопасить себя, так?..

— Всё верно, — женщина кивнула.

— Ещё остались?

— Совсем немного… Мы почти всё израсходовали.

— Не беда, мне много и не надо. Хватит нескольких десятков. Позволите координировать действия объединённого флота во время операции?..

Женщина посмотрела на меня с явным сомнением. Поспешил её добить:

— У нас на борту сильный кибермансер, он уже взял все ваши мины под контроль. Не переживайте, это временно, после завершения операции всё вернём, как было, если будет надо… Мы если что ничего у вас тут не ищем, всё что хотим — пересадить часть команды на другой корабль и совершить из вашей системы два прыжка дальше, к нужным нам целям. Но этому мешают проклятые людоеды. Поэтому, сделав дело, мы исчезнем… Остальное полностью зависит от вас. Советую не тратить время, собрать поскорее всё ценное и готовиться к эвакуации.

Анна продолжала смотреть с непонятным выражением — увы, прочитать её эмоции через расстояние я не мог.

Не дождавшись ответа, я продолжил:

— Обещаю, что не буду подставлять ваши корабли — кроме пары пустых челноков, которые хочу использовать как брандеры. От остальных требуется только отвлекать противника. Если дадите мне право управлять, потерь не должно быть.

— Хорошо… — наконец, медленно кивнула женщина. — Наслышана о ваших успехах. Наверное, всё так и будет. Но если!..

— Никаких если. Если всё пройдёт по плану, мы без труда разберёмся с врагом. Если нет — всё равно разберёмся… Может, просто не совсем играючи.

На самом деле, мог попытаться подчинить себе местный флот насильно. Но зачем, если есть возможность просто взять, и договориться?

Подготовка заняла немного времени. Собрав все наличные силы в кулак, мы полезли к краю минного поля дразнить людоедов, которые тут же двинулись навстречу, максимально приблизившись к нам — но с внутренней стороны засеянной смертоносными устройствами сферы.

Одновременно, с противоположной стороны к Маяку пошли на прорыв несколько кораблей — по крайней мере, со стороны это выглядело так. Обычные грузовики без оружия, и людоеды особого внимания на них не обратили, тем более после того, как я начал активно лупить по ним торпедами, которые легко проходили мимо полностью контролируемых мною мин.

Грузовики же, максимально приблизившись к Маяку, развернулись и со всей возможной скоростью рванули прямо на вражеские корабли. Те наконец их заметили, развернули орудия и очень быстро разнесли своим метким огнём… Но всякий раз, за мгновение до взрыва, наружу из уничтожаемого корабля вылетал целый рой спасательных капсул, с прицепленными к ним минами.

Новую напасть людоеды всё же заметили, отвлеклись, вынужденно ослабили огонь по торпедам… А тут как раз подоспели корвет с катером, и мы тоже пошли в атаку. В том числе и Слуга Древних, до того намертво прикреплённый к корпусу клипера внешними захватами.

Один монитор взорвало прилетевшей миной. Другой отбился от всех летящих к нему капсул — но пропустил торпеду, снявшую щиты, а дальше не пережил несколько просто близких взрывов. Наблюдателя оставили на закуску — он даже попытался улизнуть… Но и его настигли смертоносные сюрпризы.

Тамплиеры тут же пересели на корвет и сорвались в сторону своей крепости — Луций даже не зашёл ко мне попрощаться.

Я же, довольный результатом, снова вызвал госпожу Ким.

— Ну что, Анна? Я обещал, я сделал. Временно система очищена от людоедов. Можно начинать готовиться к эвакуации, немного времени у нас есть… — меня распирала радость, но встретившись с мрачным взглядом женщины, я сам себя оборвал и начал готовиться к самому худшему. — В чём дело?..

— Не в чём, Темнозар, — женщина поспешно подняла руки с массивными металлическими браслетами на тонких запястьях. — У меня и моей семьи нет к вам никаких претензий. Вы действительно помогли избавиться от врагов, и мы за это безмерно вам благодарны. Можете взять часть наших кораблей и людей, из тех, кто согласится эвакуироваться.

— Часть? Мне не нужно чужого. Собирайте людей и корабли, и мы все вместе отправимся в безопасное место. Нет, легко не будет, не скрою. Возможны потери… Но для большинства беженцев в итоге всё закончится хорошо, они начнут новая жизнь.

Анна покачала головой и грустно улыбнулась.

— Нет, ты не понял, Темнозар Храбрович. Я остаюсь… И верные мне люди тоже.

— Остаётесь? Но зачем? Вас тут рано или поздно уничтожат!

— Я обещала. Обещала мужу, что дождусь его.

— С ним есть какая-то связь?

— Нет. Уже которую неделю…

— Возможно, он уже…

— Не хочу об этом даже думать, — Анна резко меня оборвала. — Пока я не знаю точно, что случилось страшное — он всё ещё свободен, здоров, и сражается за честь нашей семьи. Пусть и вдали от дома…

Все попытки уговорить упрямую женщину всё-таки полететь с нами оказалось бесполезны. Единственное, чего удалось добиться — это то, что Анна решила отправить с нами свою дочку, Лилию.

В ходе разговора узнал, что у женщины есть ещё трое взрослых сыновей, но все они остаются с матерью.

Возможно, получилось бы добиться своего, используя унаследованные Темнозаром у рода Разумовских способности… Но не хотелось никого принуждать. Кто я такой, чтобы причинять добро насильно? Если кто-то хочет красиво сгинуть — это его воля. Хотя нерациональность такого расходования человеческих ресурсов заставляла скрипеть зубами — скоро у нас каждый специалист будет на счету, а тут, на станции, уникальных мастеров и знатоков своего дела по определению должно быть немало.

— Ладно, Анна. Мне действительно очень жаль оставлять здесь кого-то… Но не принуждать же вас покидать систему силой?

— Только попробуйте!

— Да полно, полно! Само собой, я не буду даже пытаться делать этого… Хотя и могу. Но это ваше решение, и не мне принуждать к жизни человека, который решил с нею расстаться.

— Я не…

— Всё-всё, Анна, я же говорю, больше не буду обсуждать с вами этот вопрос. Но, пожалуйста, послушайте… Позвольте дать последний совет. Которым, скорее всего, вы не воспользуетесь… Но всё же. Если отключить Маяк, пока врага нет в системе, это на долгое время защитит вас от вторжений извне и позволит, хоть и без торгового сообщения со внешним миром, но всё же влачить некое жалкое подобие существования.

— И как при отсутствующем Маяке мой муж попадёт домой?.. Нет, простите уж меня — такого совета я не приму!

— Как я и думал. Что же… Ваше право. Тогда, давайте поступим так: у вас ещё остались мины, расставьте их прямо возле Маяка. Я перенастрою их, чтобы реагировали только на корабли людоедов, все остальные будут в безопасности. Так что, как только к вам заявится враг — сразу будет уничтожен. Увы, такое сработает только раз или несколько… После уничтожения первых мин, надо будет подтягивать новые, а этого враг уже может не позволить. Но такое решение хотя бы поможет вам выиграть время.

— Спасибо, Темнозар. Это всё?

— Нет, есть ещё один момент. Что вы можете сказать про артефакты или объекты Древних в вашей системе?

— Артефакты или объекты Древних?.. — Анна весьма натурально округлила глаза. Судя по всему, слышала об этом впервые. Что тут же и подтвердила устно: — В нашей системе нет ничего такого.

— Может, были замечены какие-то аномалии, особенности?..

— Нет. Хотя… — на лбу женщины появилась складочка. — Вроде, пилоты говорили, возле одного из спутников иногда замечают странное свечение… Как будто, непонятный оптический эффект…

Выяснив координаты подозрительного объекта, мы вместе со Слугой Древних метнулись в ту сторону.

Спутник внешне был абсолютно безжизнен и пустынен… Однако это было только на первый взгляд. Детальное сканирование показало полости под поверхностью, а после недолгих поисков удалось найти ведущий внутрь заваленный тоннель.

Расчистка его заняла несколько часов интенсивной работы, для чего пришлось позаимствовать у местных шахтёров несколько автоматических буровых установок. В результате образовался лаз достаточный, чтобы внутрь смог проникнуть человек в бронескафандре и кое-какая не особо габаритная техника.

Спустился вниз сам, в сопровождении десятка шагающих роботов — как боевых, так и ремонтников — и целого роя разнокалиберных разведывательных и диагностических дронов.

Идущий под сильным наклоном тоннель привёл нас в просторный круглый зал с множеством дверей. Вот только, все они были наглухо завалены, некоторые с обоих сторон. Судя по беглому сканированию, работать над такими завалами не один день…

На счастье, за стеной обнаружился какой-то технический тоннель, очень узкий, в который едва получилось бы протиснуться. В отличие от коридоров, он не обвалился и позволял пройти дальше.

С помощью плазменного резака прорубив вход в него, я погнал разведчиков внутрь — и они уже скоро сообщили, что да, пройти дальше возможно. С другой стороны от завалов находился ещё один просторный зал, тоже частично обрушенный, но там оставались какие-то наполовину истлевшие агрегаты и нечто похожее на контейнеры, которые не получалось просветить с помощью наших сенсоров.

Картинку я передавал в реальном времени Слуге Древних, и тот необычайно возбудился при виде находки.

— Стандарт груз контейнер! Внутри может груз! Смотреть обязательно необходимость! Успех вероятен высоко!

— Как их открыть вообще? Ничего не случится?

— Материал прочность высоко. Оборудование, резать.

Контейнеры и правда поддавались очень неохотно, но у меня получилось аккуратно срезать с них крышки.

Все были пустыми, кроме одного, в котором оказалось что-то похожее на сложившего и вытянувшего свои щупальца осьминога — но это была лишь одна из множества рождающихся в голове ассоциаций, штука на самом деле выглядела крайне непонятно.

— Что это?

— Информация иметь нет.

У меня тоже никаких идей не было, что же это может быть… Но оставлять ценную находку я не собирался. Скоро как раз плановый сеанс связи, вот и спрошу Аррака, ужон-то точно разберётся и придумает, как пристроить неведомую штуковину к делу. Конечно, для способностей лока необходимо личное присутствие… Но кое-что можно пытаться делать и удалённо, изучая чертежи и руководя телеуправляемыми дронами.

Деваться некуда — пришлось расширять ходы, вгрызаться в неподатливую почву, прорываться сквозь преграды из неизвестных сплавов… Это отняло изрядно времени.

Также, после операции по извлечению странного агрегата, роботы-ремонтники под моим управлением срезали всё, что только было можно, и даже прихватили с собой распиленные на несколько частей контейнеры. Что-то пригодится, что-то окажется пустышкой… Но пусть лучше выполним лишнюю работу, чем оставим что-то, а потом выяснится, что Аррак без такой детали или куска материала не может оживить очередную приблуду Древних.

Увы, дальше проникнуть на объект и изучить то, что там завалило, возможности уже не было. Раскопки заняли бы не один день… Поэтому, спешно загрузившись не такими уж и богатыми трофеями, мы оторвались от безжизненной каменистой поверхности и на полной скорости устремились в сторону небольшого скопления разнокалиберных кораблей, среди которых были рудовозы, яхты беженцев, пара канонерских лодок и целый корвет — все те, кто решил отправиться дальше вместе со мной, к верфям Пси и Омеги Червя.

Перед тем, как покинуть систему, я восстановил ретранслятор сверхсветовой связи, чтобы иметь возможность говорить с Анной и её людьми — по крайней мере, до тех пор, пока его в следующий раз не захватят и не отключат людоеды.

В том, что враги снова заявятся к ним в систему, сомнений у меня не было никаких…

Но это уже — не наши проблемы. Мы прыгнули в сверхсвет и устремились дальше, к следующей цели и к очередным проблемам.

Имя главной из них было Лйакыыыуш Ауыыыр Соумбыыыл. Мастер, который когда-то делал нам «Косатку», и у которого мы самым наглым образом умыкнули главного помощника — Аррака. Его провозгласили на Верфях чем-то вроде военного вождя, и теперь он полностью управлял их жизнью и обороной.

Что-то подсказывало, что просто не будет при наличии такой истории наших взаимоотношений…

Глава 18

Мы вышли из сверхсвета в системе Пси и Омеги Червя, и двойная звезда тут же предстала во всём своём великолепии.

— Это… Потрясающе! — Лилия Ким вскочила на ноги и завороженно уставилась на голоэкран.

Нагло воспользовавшись положением почётного гостя и пассажира, а также советом Снежаны, девушка пробралась на капитанский мостик «Резвого» и теперь наблюдала космический пейзаж, можно сказать, из первых рядов.

Не удержался, невольно скользнул взглядом по затянутой в тонкий комбинезон из жидкого металла ладной фигурке…

Лилия была очень похожа на мать, но заметно моложе и с более мягкими чертами лица. Пышные иссиня-чёрные волосы обрамляли круглое, как луна, лицо с выдающимися скулами, острым подбородком и вздёрнутым носиком, огромные миндалевидные глаза смотрели на мир немного наивно и будто бы с детским восхищением… Но при этом иногда в глубине их мелькало что-то куда более серьёзное, присущее скорее не молоденькой девушке, а умудрённой жизни женщине.

Почти сразу заметив обращённое на себя внимание, Лилия посмотрела на меня хитрющим взглядом и улыбнулась уголками губ — мол, всё вижу, всё понимаю, комплимент засчитан.

Невольно даже задумался — а не было ли всё это чётко рассчитанной диверсией со стороны Анны? Которая решила, что раз самой не спастись, то хоть дочку получится удачно пристроить…

Очередная напасть на мою многострадальную голову!

Всё так же задумчиво продолжая разглядывать девушку, я вдруг перехватил насмешливый взгляд сидящей чуть позади на одном из свободных кресел Снежаны, и выругался про себя.

Проклятые процедуры… Уже несколько дней прошло с тех пор, как вылез из медицинской капсулы — а реакция на женщин всё никак не придёт к норме!

Ещё раз выругавшись про себя, я прервал неловкую паузу и обратился к Лилии, всё такой же внешне бесстрастной — но чуть порозовевшие щёки выдавали, что невозмутимость всё же только внешняя, и внутри у девушки всё далеко не так спокойно:

— Что, милая барышня, раньше тут бывать не доводилось?

— Откуда! — фыркнула Лилия, вновь усаживаясь в своё кресло. — Только на учёбу в систему Гаммы Копья латала, да ещё в пару мест, не особо примечательных… И — всё. А потом людоеды напали, и пришлось спешно лететь домой.

— Училась в системе Гаммы Копья… Технотрон, да?

— Именно. Поэтому сейчас у меня… Новый и волнующий опыт, — девушка наклонилась вперёд и продолжила пожирать глазами многократно увеличенную черноту космоса.

Кивнул, принимая информацию к сведению. И сам тоже перевёл взгляд на панорамные голоэкраны.

На первый взгляд, в системе Пси и Омеги Червя ничего не изменилось.

Чёрная дыра всё так же пожирала свою несчастную соседку, красного гиганта, вытягивая из неё раскалённую газовую нить.

Где-то там аномалия, в направлении которой Слуга Древних, снова пристыкованный к борту клипера и прикрытый от посторонних взоров тонкими и больше бутафорскими листами тонкого металла, уже вовсю транслировал сигналы призыва для своих сородичей. Если такой фокус не сработает, Слуге придётся отправляться внутрь самому… Но мы решили не дразнить мирийских гусей и попытаться пройти сначала простым путём. Ведь у местных, когда увидят так близко условно враждебный корабль исчезнувшей расы, могут возникнуть серьёзные вопросы к нам…

Скользнул взглядом дальше, в сторону от чёрной дыры и красного гиганта. Экран, повинуясь мысленной команде, послушно увеличил зум и приблизил дальнюю перспективу. Сделал это больше для Лилии — пусть полюбуется на ещё один аспект существования этой системы.

Вереница автоматических кораблей-сборщиков, как гигантские космические муравьи, тянулась от пылевых выбросов-джетов к верфям. Судя по всему, несмотря на боевые действия, работа не прекращалась ни на секунду… Всё как и в наш прошлый прилёт сюда.

Вот только работники, обслуживающие оборудование верфей, теперь трудятся не ради обогащения, а банально пытаясь выжить. Чинят повреждённые в боях корабли, пытаются строить новые, подрываются по тревоге отбивать очередные атаки…

Причём флот в системе собрался приличный. Только мы появились у Маяка, нас тут же взял на прицел десяток крупных кораблей, дежурящих неподалёку Среди них обнаружился и наш старый знакомец — линкор, с которым вместе когда-то гоняли Слуг Древних…

Раньше он казался огромным, но теперь, после знакомства с «Разрушителем», это ощущение пропало. Защищающий верфи линейный корабль, пусть и мощнее любого крейсера современной постройки, всё же значительно уступает настоящему имперскому дредноуту. Как по огневой мощи, так и по ходовым характеристикам, да и банально по габаритам — причём, по последним раза в три. Что говорить, на младшем брате «Разрушителя» даже ангаров для размещения полноценного москитного флота прикрытия нет, только совсем крошечные взлётные палубы…

Конечно, даже несмотря на это я не отказался бы заполучить такого красавца себе. Со времён Катастрофы ничего размером больше уже и не закладывали, максимум — крейсера и такие вот недо-линкоры.

Да уж, с прошлого визита на Верфи многое изменилось не только на них. Я и сам уже далеко не тот, что раньше… И за плечами моими теперь совсем другие силы.

О нашем прибытии местные были заблаговременно оповещены, поэтому появление клипера не стало сюрпризом. А то могло бы получиться некрасиво… Безопасность нашу я бы обеспечил, но вот нормального диалога с местными после этого уже могло не получиться…

К нам сразу же направился небольшой корвет в сопровождении двух челноков, с целью произвести досмотр и отконвоировать до верфей.

Единственное, я на всякий случай не стал никого оповещать, что следом летит пусть небольшая, но всё-таки боевая эскадра. Большинство кораблей уступали по скорости «Резвому», поэтому разбил их на две группы: те, что побыстрее, прибывали примерно через шесть стандартных часов после нас, а совсем медленные — через пару суток.

Один на один все эти собранные мной по крупицам силы, конечно же, не представляли для местных никакой опасности… Но если вдруг дойдёт до конфликта, сражаться честно я не буду.

Как не буду и позволять посторонним людям шастать по кораблю, наблюдая своими глазами забитые непонятными яйцами трюмы, а иногда — и уже вылупившимися из них гигантскими насекомыми. Так что пришлось покидать уютный капитанский мостик, оставлять приятную и не особо — если говорить о Снежане — компанию, и встречать отправленную для досмотра команду лично.

К счастью, никаких артефактов против ментальных воздействий у прибывших к нам на борт таможенников не оказалось, и я без всякого труда убедил их, что «Резвый» идёт порожняком, ничего интересного внутри нет, и вообще стоит поскорее его покинуть и продолжить заниматься своими делами.

Одновременно связался с офицером связи и попросил передать, что Темнозар Храбрович Огнев-Белый-Разумовский желает переговорить со временным командующим Верфей Лйакыыыушем Ауыыыром Соумбыыылом.

Офицер соврал, что выполнит просьбу, с начальством связываться он даже и не подумал. Пришлось самому отправлять запрос под его именем и с его аппаратуры.

Лякыуш сообщение получил сразу, и… Проигнорировал, даже не потрудившись ответить. Тогда я послал ему анонимный вызов по голосвязи. Это тоже не принесло плодов, мерзкий инопланетник просто заблокировал меня. Пришлось брать ситуацию полностью в свою руки… Всем, кто занимал на верфях ответственные должности, послал требование через пятнадцать стандартных минут явиться в большой зал для совещаний.

За отведённое на сборы время «Резвый» как раз успевал долететь до станции, спокойно пристыковаться неподалёку от нужного сектора — а вовсе не там, куда меня пытались направить диспетчеры, и потом уже дойти своими ногами до точки назначения. Делать всё это планировал один, никакая помощь мне не требовалась.

Но опять всё пошло малость не так, как рассчитывал… Уже у пандуса меня нагнал быстрый перестук аж трёх пар каблучков сразу.

— Зар! Постой!

Обречённо обернулся, принимая неизбежное.

Снежана сияла довольной улыбкой, которая показывала, что эта задумка — полностью её. Бок о бок с дочерью Перовского шагала как-будто самую малость смущённая Лилия и невозмутимо надувающая пузыри из воняющей какими-то ягодными ароматизаторами жвачки Ива.

— Темнозар. Можно, мы с тобой?..

— Нет. Это может быть опасно.

— Да брось. Нам ли не знать, что ты всю эту станцию уже фактически за горло держишь, и захватишь, стоит только кому-то против хоть слово пикнуть?..

— Снежана.

— Темнозар?

— Её-то зачем тащить?

Конечно, я имел в виду вовсе не Иву, которая прекрасно поняла это, надула пузырь и усмехнулась уголками губ.

— Молодое поколение тоже мечтает приобщиться к истории! Не жадничай. Тем более, бедняжка кроме своей родной системы, где ничего нет, и голимого Технотрона ничего в своей жизни считай и не видела…

На самом деле, если говорить чисто о биологическом возрасте, Лилия была примерно ровесницей Ивы, а если о реальном — сильно младше, но и Снежана старше её всего на несколько лет…

Горестно вздохнул, понимая, что возразить-то особо и нечего.

— Кровавые, за что мне всё это?..

— Будто ты не доволен! Три такие красавицы хотят составить тебе компанию. К тому же, куда ты собрался без свиты? Тебя так никто всерьёз не воспримет!

— А вы прямо свита, ага…

— Ещё какая! Вот увидишь.

— Я Центуриона позову, — вставила свои пять копеек Ива, надув и лопнув пузырь.

— Он-то нам зачем?

— Страшный. Пусть видят! Будут сговорчивее.

— Я и так достаточно убедителен…

— Темнозар.

— Да?

— У них тут единственная полностью чистая от противника система — даже не красная, а зелёная. Все беженцы летят сюда, оплачивая свои жизни… Дорого. Весьма дорого. Неужели ты думаешь, что эта прямоходящая жаба, с приделанными к ней усами от мирийского сома, по своей воле согласится от всего этого отказаться? У него же вся полнота власти сейчас!

— Да я и не сомневаюсь, что наш друг по доброй воле навстречу не пойдёт.

— Ну так и всё. Значит — надо давить авторитетом! А ещё красота — страшная сила. Пусть местные роняют слюни, смотря на нас, а ты им этим временем мозги-то и промоешь…

Подумал немного.

И, махнув рукой, развернулся на месте.

— Ладно. Не отставайте, далеко не отходите… Верёвки из меня вьёте, окаянные!

Вся троица довольно разулыбалась, причём с таким видом — мол, мы и не сомневались ни секунды…

Время уже поджимало, так что я со всей возможной скоростью зашагал в сторону зала для совещаний, обходя расположившихся прямо в коридорах беженцев с тюками и стараясь не морщиться от запаха немытых тел, а кое-где — и нечистот.

Прямого противостояния сейчас можно было не бояться — не настолько Лякуш и его приближённые не хотят жить. А всё остальное это так, несущественные мелочи. Так что ничего страшного, если мои засидевшиеся без дела спутницы пройдутся и немного развлекутся… В конце концов, нам потом на Арконе безвылазно ещё долго сидеть.

Стук каблучков сопровождал меня, вскоре дополнившись гулкими металлическими шагами боевого имперского робота, а ещё чуть позже — быстрым цокотом когтей по металлу. Марк неожиданно для себя заметил, что его подружка улизнула, и поспешил нас нагнать, перекинувшись в волка.

В итоге, делегация у нас получалась… Представительная дальше некуда. И разношёрстная, иногда в самом прямом смысле. Для полной картины надо было ещё и дракона с собой притащить.

Беженцы, сначала сильно мешавшиеся и постоянно попадавшиеся на пути, заметно нас замедляя, стали сторониться и поспешно уходить с дороги.

А ещё, с помощью камер я прекрасно видел направленный прямо мне в спину взгляд Лилии. Агрессии, дурного и направленной опасности не чувствовал, а вот почти детский восторг от того, что происходит вокруг — этого было хоть отбавляй. Девушке определённо нравилось оказаться в гуще событий.

Ещё от неё веяло лёгкой тоской, стыдом… Видимо, из-за оставленных на верную смерть матери с братьями.

И облегчением. Будто с плеч свалилась некая непосильная ноша. А впереди забрезжил свет.

Но больше всего было банального вожделения, пресловутых «бабочек в животе». Кажется, девчонка уже влюбилась… И вот это было очень плохо.

Тяжело вздохнул, понимая, что с дурацкими бабочками, чтоб они все в Преисподнюю провалились, ещё только предстоит разбираться. Очередная не заслуженная проблема на несчастную многострадальную голову одного бедного князя. Ещё и Снежана, чертовка, наверняка специально всё подстроила, навязав мне эту компанию…

У закрытых дверей, перед которыми дежурил всего один боец в бронескафандре — поразительная беспечность в нынешние времена — выбросил всё лишнее из головы. Бойца сначала отвлёк, потом усыпил. Створки дверей заставил открыться, замок был уже взломан.

Когда мы с девушками зашли в набитый людьми зал, нас поначалу никто и не заметил. Лякыуш с трибуны распалялся, пытаясь выяснить, кто инициировал общий сбор и кому надо накрутить хвост за такое наглое попрание субординации. Все остальные гомонили одновременно и создавали этим мощнейший звуковой фон.

Но стоило внутрь заглянуть — а ему пришлось для этого согнуться едва ли не пополам — имперскому боевому роботу, как все голоса внезапно начали стихать, а удивлённые взоры обратились в нашу сторону.

На ходу приветственно помахав рукой в сторону зала, широко улыбнулся и сказал — причём, динамики станции продублировали мой голос, заставив испуганно подскочить и начать заполошно оглядываться даже тех, кто до того дремал или был настолько поглощён своими делами, что так и не заметил нашего появления:

— Позвольте представиться! Темнозар Храбрович Огнев-Белый-Разумовский, прибыл обсудить вопрос эвакуации оборудования и специалистов верфей в безопасное место…

— Эвыыакуации? Мыы неыы собыыраемсыя никыыуда эвыыакуироваться!..

Сомовьи усики Лякыуша аж затряслись от возмущения.

Я наконец дошёл до трибуны, поднялся, плечом оттеснил инопланетника в сторону и повернувшись к остальным собравшимся. Девушки встали за моей спиной, Центурион остался внизу, недвусмысленно водя стволами орудий из стороны в сторону. Марк запрыгнул на один из столов и, ощерившись, переводил налитые кровью глаза с одного человека на другого.

— Я уже несколько раз пытался связаться с мастером Лякыушем, чтобы озвучить через него наши предложения… Но он все наши попытки проигнорировал, встав тем самым между мной и вами, а также между вами и вашим светлым будущим. Поэтому пришлось собрать всех вас здесь… А ещё — происходящее в этом зале транслируется сейчас по всей станции и на все корабли, собравшиеся в системе. Чтобы, если вдруг вы, облечённые властью, откажетесь — остальные узнали, кому обязаны своей последующей гибелью…

Собравшиеся напротив меня люди и нелюди начали потихоньку роптать. Слышались возгласы, такие как «мы никуда не хотим» и «что ты себе позволяешь».

А ещё очень мешался Лякыуш, который одновременно пытался вызвать охрану и оттеснить меня в сторону. И то, и другое — совершенно безуспешно.

Тратить время на препирательства не хотелось, потому я расчехлил весь свой арсенал, зайдя сразу с козырей:

— МОЛЧАТЬ!!!

В зале повисла гробовая тишина.

— Ваша система пока ещё держится, и даже вполне неплохо — но только потому, что силы врага распылены между другими мирами, где пока ещё продолжаются бои. Но когда все остальные, все те, кто пока сопротивляется, падут — заметьте, я говорю не «если», а «когда» — людоеды обрушатся на вас со всей своей мощью. Вы не выдержите этот бой. Просто из-за соотношения сил не в вашу пользу, полную сводку… Сейчас выведу, вот, можете почитать. Когда ваш флот погибнет, враги придут за вами, за каждым из вас. И будут вас просто жрать…

Кто-то крикнул: «выключим Маяк», и я не стал оставлять эту реплику без внимания, ответив:

— Враг умеет перемещаться между звёздами вне наших Маяков. Они для них — всего лишь ещё один, вспомогательный путь, дополнительная и приятная возможность. Кроме того… Задумайтесь о том, что будет, когда вы останетесь в изоляции. Откуда будете брать товары, которые обычно закупались. Банально — продукты, воду, кислород. Да, какие-то производства получится запустить здесь, что-то вы даже уже организовали, что-то в процессе… Но каждый, связанный с этими проектами, прекрасно осознаёт: сделанного слишком мало. Я же предлагаю эвакуацию в гарантированно свободную и защищённую от врага систему, с пригодной для жизни планетой, где над вами будет голубое небо, где вы будете есть нормальную пищу, даже мясо, а не жалкие заменители, выращенные на гидропонных фермах, безвкусные синтезированные сублиматы. Вместе с этим я дам возможность начать всё заново. Создать новые верфи, ничуть не хуже здешних; начать строить флот, способный дать достойный отпор нашему общему врагу… Всё это — действительно возможно. МЫ ВМЕСТЕ МОЖЕМ СДЕЛАТЬ ЭТО! Возродить цивилизацию, и даже превзойти её в самую эпоху расцвета, во времена Империи. Да, сначала придётся тяжело… Но потенциал у такого изменения очень велик. Впервые мы все будем существовать не как разрозненные и ограниченные куски некогда единого государства, а как нечто цельное, с концентрацией всех технологий и технических возможностей в одном месте. Инопланетники, которые присутствуют здесь — вам в новом мире тоже найдётся место, каждому профессионалу будем рады, каждому дадим работу и обеспечим достойное место. Задумайтесь об этом…

Судя по эмоциональному фону, собравшиеся в зале заколебались — моя уверенность в скором крахе поколебала их веру в то, что всё идёт как надо, и пробудила дремавшие в глубине души сомнения. Многие ведь и сами задумывались обо всех озвученных проблемах, просто старались гнать мысли о своей обречённости… Я же показал будущее без прикрас и без всяких послаблений, в самом жёстком — и самом реалистичном — варианте. А потом предложил альтернативу. Да, она тоже понравилась не всем — многие опасались потерять влияние, многие просто не хотели изменений. Но многие, наоборот, увидели возможности и путь к счастливому будущему.

Победа была близка, и я уже собирался добивать этих сомневающихся, добавляя последние приготовленные аргументы, уже открыл было рот — но осёкся.

За пару мгновений до того, как противно завыли сирены, потух свет, выключилась искусственная гравитация и зажглись красные аварийные лампы — я уже знал, что именно случилось. Понял благодаря камерам и прямому подключению к вычислителям станции, до того, как обо всём узнали остальные.

Нет, это было не очередное нападение людоедов на систему, и даже не появление из аномалии Слуг Древних…

На космической станции банально произошло возгорание, рискующее перерасти в мощнейший пожар.

Глава 19

Клементина была настоящим ребёнком. Не одним из тех, кого Катастрофа застала в возрасте меньше восемнадцати, и чей биологический возраст так навеки и застыл на определённой отметке. Нет, мать зачала девочку в храме Богини Жизни, после долгого служения младшей послушницей, проведя все необходимые ритуалы и принеся достойную жертву, а также перечислив настоятельнице не одну тысячу кредитов якобы просто на развитие приютов. Последнее могла себе позволить, ведь занимала высокое положение при одной из семей одарённых.

Поэтому Клементина, в отличие от многих внешне маленьких, но старых в душе, действительно год от года росла и развивалась. Как губка, она впитывала знания об окружающем мире и царящих в нём странных правилах.

Вот только, все эти знания как-то вдруг в один момент устарели и стали полностью бесполезны…

Сначала на их мир напали. В один не самый прекрасный день случилось то, что ещё накануне считалось совершенно невозможным и невероятным: из глубин космоса появились агрессивные инопланетники, атаковавшие сразу все, или почти все, населённые людьми миры. Космодромы ревели от взлетающих один за другим боевых кораблей, а в небе сверкали тонкие ниточки разрядов и иногда вспыхивали яркие-преяркие звёзды — как Клементине объяснили, это случалось, когда кто-то из защитников или врагов погибал.

Но то там, высоко, в космосе, где отважные пилоты защищают оставшихся внизу. А на поверхности воцарилась самая настоящая паника…

Мама всегда была хладнокровной и расчётливой, даже когда приходили злые дяденьки от другой семьи одарённых и пытались их обоих убить. Тогда она как-то решила вопрос… Вот и сейчас, лишь только всё началось, женщина тут же позвонила няне с работы и приказала срочно собирать девочку в дорогу. Сама же, побросав дела, примчалась домой уже через пятнадцать минут. Быстро покидала в баулы все самые ценные вещи, схватила плачущую Клементину, скомканно попрощалась с няней, смотрящей вслед глазами, полными слёз — и вот они уже в жуткой давке у закрытых наглухо ворот единственного космического порта их города.

С планеты никого не выпускали…

Мама походила туда-сюда, что-то поспрашивала, не раз и не два заглянула в свой коммуникатор… После чего подхватила баулы со встроенными антигравами, взяла Клементину за руку, и они вдвоём пошли вдоль высоченного забора — выше даже, чем вокруг резиденции семьи, на которую мама работала, к служебному входу. Там люди тоже стояли, но было их куда меньше, да и толкались не так сильно. Когда мама подошла к дверям, те открылись, и служащий впустил их в просторное помещение — но не дальше.

Ждать пришлось долго, девочка даже успела заснуть, свернувшись калачиком на жёсткой скамье, где свила себе настоящее гнездо из своей и маминой курток…

Потом пришлось просыпаться. Вышел какой-то усатый дяденька, и, смешно оглядываясь по сторонам — как будто нашкодивший кот — поманил рукой за собой. Мама тут же подорвалась, вскочила, и они долго-долго шли по гулким пустым коридорам, пока не вышли на огромное поле с находящимся на нём большим количеством космических кораблей.

Пока ждали, когда подъедет небольшой роботизированный автобус без крыши и заберёт их, дяденька спросил маму — как показалось, даже с искренним участием:

— Куда же вы улетаете, мэм? Зачем? Сейчас везде всё одинаково…

Мама, кажется, не хотела ему отвечать. По крайней мере, помедлила, и заговорила сильно не сразу, будто поколебавшись — а стоит ли вообще делиться информацией?

— Верфи. Если где и смогут отбиться, то на них…

Усатый дядечка посмотрел на маму с большим уважением и покачал головой, поджав губы.

— Поразительная благоразумность! Позвольте восхититься, мэм. Это действительно единственно правильное решение! Главное, чтобы у вас получилось нормально взлететь.

— Давайте с нами!

— Нет. Моё место здесь… Пока ещё. А вот и ваш транспорт, залезайте скорей!

Усатый дяденька и здание вскоре остались позади, а робот-автобус довёз Клементину с мамой до небольшого красивого кораблика, который, как девочка поняла, должен был вот-вот стартовать с поверхности планеты.

Там, внутри, уже набилось очень много людей. Было шумно, душно и воняло. Клементина расплакалась, потому что устала, хотела есть и спать, а ещё скучала по няне и оставшемуся дома коту… Девочку пожалели, кто-то сердобольный уступил им с мамой отдельную койку, после чего Клементина заснула.

Мама же, кажется, нет. Всё время, пока они не взлетели, а потом и всё время, когда уже поднялись в воздух и быстро вынырнули в открытый космос — она тихо шептала что-то про себя, из-за чего девочка постоянно просыпалась. Правда, иногда она просыпалась ещё и из-за того, что корабль вдруг особенно сильно вздрагивал, и по металлическому корпусу проходила вибрация. Но, конечно же, ничего страшного произойти не могло. Ведь что может случиться, когда мама рядом и так крепко тебя обнимает?..

Перелёт до космической станции, которая почему-то называлась «верфи» и ничем не отличалась внутри от космического корабля, запомнился в основном духотой и теснотой. Но, как оказалось, это были ещё цветочки… Ведь на «верфях» вообще не оказалось помещений, предназначенных для беженцев! Все многочисленные просторные ангары оказались заняты, там кипела работа — либо строились корабли, чтобы защититься от страшных людоедов, либо местные мастера пытались наладить производство продуктов питания, воды и кислорода. Посторонних туда не пускали. Все жилые помещения тем более были забиты… И для тех немногих, кому разрешили сойти с корабля — а Клементина с мамой оказались среди таких счастливчиков, вслед которым завистливо смотрели и даже бормотали проклятья менее удачливые пассажиры — пришлось ютиться прямо в коридорах, на вечных сквозняках и в грязи.

Мама опять везде ходила, узнавала, много говорила… И как-то раз попросила Клементину посидеть возле вещей, а старую Луизу, с которой познакомились уже на станции, присмотреть за девочкой. Сама же ушла вместе с неприязненно посматривающим по сторонам дяденькой в форме местной администрации.

Мамы не было долго, даже очень. Настолько, что Клементина начала плакать, и старая Луиза сначала пыталась её утешить, а когда это не получилось — разозлилась и начала страшно ругаться, один раз даже чуть не ударив девочку. А потом в сердцах воскликнула: «Когда же вернётся эта шлюха наконец? Сил больше терпеть нет!».

Что значит «эта шлюха», Клементина не знала, и решила потом обязательно про это спросить… Но потом, потому что вернулась мама очень расстроенной, была какая-то растрёпанная, помятая, и улыбалась грустно. Поэтому девочка оставила все разговоры на потом, даже не стала ябедничать на вредную старуху.

Зато дяденька в форме выглядел намного более довольным, и смотрел уже далеко не так зло, как раньше. Хотя всё равно не приятно.

Скользнув по Клементине взглядом, он махнул рукой, призывая идти за собой. После чего их с мамой отвели в другой коридор, где было чище и не так дули сквознияки. Вот только — еды там выдавали не сильно больше, мыться оказалось тоже негде, а проходящие туда-сюда по своим делам местные очень сильно ругались на беженцев и иногда, Клементина сама это видела — даже били кого-то, или по крайней мере пинали валяющиеся прямо на проходе вещи.

К счастью, их с мамой не трогали. Они забились к самой стене и старались не отсвечивать… И всё их существование слилось в один сплошной бесконечно долгий день, ведь свет в коридорах не погасал практически никогда. Из-за этого Клементина очень плохо спала, она ведь привыкла к тому что ночью, как и днём, когда надо ложиться — весь свет выключают, а занавески закрывают… Да и вообще девочка ни к чему такому, что происходило вокруг, не привыкла, и плакала бы не переставая, если бы не мама. Было видно, что она очень грустит и как будто бы чего-то боится, и потому девочка старалась быть смелой, неприхотливой и поддерживала её, как могла.

Очень долго никаких событий не происходило — если не считать за такие то, что кого-то из беженцев забирали куда-то, или что кто-то наоборот приходил, или что кому-то удавалось получить весточку из дома.

И так длилось до того рокового дня, когда мимо прошла одна очень странная процессия… Совершенно непривычная и инородная для устоявшегося на территории космической станции уклада.

Впереди широко шагал дяденька в комбинезоне красивого серого цвета, с синими и красными вертикальными полосами. Взрослый, но не как мама. Зато сильнее её!

Он смотрел отсутствующим взглядом куда-то вперёд и будто не замечал ничего вокруг, а шагал решительно, как местные большие начальники. Девочке даже показалось, что он распространяет вокруг какую-то особенную ауру уверенности. Многие сторонились его, пугались… А вот сама Клементина — нет. Ей почему-то сразу показалось, что этот дяденька хороший, и что он пришёл сюда, чтобы навести порядок и сделать всем добро. Не так как тот, из администрации, который отвёл их в другой коридор, после чего мама была такая потерянная, грустная, и ночью тихо плакала.

Следом за уверенным дяденькой шли в ряд, будто его телохранительницы, три совершенно разные, но очень красивые тётеньки.

Одна, посередине — высокая брюнетка, со спадающими на спину волной красивыми длинными волосами, с серыми глазами, в обтягивающем чёрном не то кителе, не то платье, и в очень высоких сапожках на каблуке.

Клементине показалось, что эта тётенька очень красивая. Возможно даже почти настолько же, как и мама… А ещё она была добрая, хоть и хитрая, как лисичка из сказки. Почему девочка так решила? Да потому, что тётенька быстро кинула на неё взгляд и подмигнула: мол не переживай, малышка, всё будет хорошо. И после этого почему-то и правда на душе стало спокойнее.

Может, и правда всё наладится?..

Что до остальных двух спутниц шагающего вперёд незнакомца — те тоже были хороши. С одной стороны от хитрой тётеньки шагала другая, небольшого роста, но фигуристая и даже мускулистая, в синей блестящей курточке из какой-то кожи, светло-голубых штанах и невысоких сапожках, с короткими — по плечи — светлыми волосами и огромными голубыми глазами. Она была заметно моложе, личико казалось очень свежим и юным. Клементина решила бы, что это тоже девочка, просто заметно старше — если бы не очень взрослое выражение лица и очень серьёзный задумчивый взгляд. Такое она видела уже не раз и потому прекрасно понимала, что перед нею — взрослая женщина, просто биологический возраст её больше не увеличивается, и она оказалась на веки заточена в неприлично юном теле.

И Клементина, кажется, узнала её. Видела на каких-то голопостерах в городе. С огромной, больше её роста, винтовкой…

Последней в троице была ещё одна очень взрослая девочка, сильно старше Клементины. Вроде бы, её биологический возраст соответствовал реальному. Только она смотрела очень грустно, будто что-то потеряла… А внешне была похожа на представительницу населяющих одну из ханьских планет людей, только красивее. В чёрно-сером комбинезоне, сапожках на каблучке, и вся увешанная металлическими украшениями.

Замыкали процессию огромный, страшный робот… И волк. Прямо как из сказки!

Проходя мимо, он втянул воздух, посмотрел на Клементину… И рыкнул. Но она не испугалась. Почему-то поняла, что зверь никогда не сделает ей плохого, а сейчас просто сказал что-то типа «привет».

Все эта странная компания прошла по их коридору и скрылись за поворотом…

Люди проводили их взглядом и тут же начали перемывать кости, судачить и возмущаться. Гомон поднялся страшный, ведь такой повод! Но тут вдруг включились динамики и, кое-где, даже голоэкраны. Все обернулись в их сторону, волей неволей, начали слушать. А Клементина даже захлопала в ладоши от восторга — на голограммах показывали того дяденьку, который незадолго до того прошёл мимо них с таким интересным сопровождением!

Дяденька говорил что-то умное, что Клементина не очень понимала. Вернее, девочка поняла самое главное: он хочет сделать всем хорошо и так, чтобы не надо было больше спать в коридоре, на сквозняке и на жёстком полу. И это было очень-очень хорошо!

А потом что-то бухнуло, ухнуло, прямо из вентиляционных отверстий наружу вырвались струи огня…

Сразу стало нечем дышать, противно завоняло горелым. Кое-где наваленные прямо в коридоре пожитки беженцев занялись и начали пылать. А кое-где — и сами люди… Какая-то женщина страшно завизжала, катаясь по полу и пытаясь сбить пламя…

Всё наполнилось криками, дымом. Зажглись красные лампы, замигали сирены, в какой-то момент верх и низ поменялись местами — все начали не ходить, а летать…

Мама страшно закричала, подхватила Клементину, попыталась куда-то с нею пробиться… Получилось только хуже — женщину оттолкнули, она перевернулась вокруг своей оси и улетела в противоположную сторону. Сама девочка то ли ползла, то ли летела куда-то, ничего не видя, с трудом пытаясь втянуть в пылающие лёгкие едкий раскалённый воздух и начав страшно-страшно кашлять…

Когда перед глазами всё уже плыло, Клементину подхватили сильные руки, дёрнули вперёд и очень быстро куда-то потащили. Почудилась знакомая аура уверенности, только теперь приправленная искренним сожалением и грустью…

Это было последнее, что девочка запомнила. Ей показалось, что кто-то всё-таки выключил свет. Как делают всегда, когда надо ложиться спать.

Выключил полностью.

Глава 20

Пожар на станции в открытом космосе — крайне неприятная вещь. Те, кто строил Верфи, безусловно это понимали и предусмотрели всё необходимое, чтобы ничего подобного не произошло. И подобное действительно произойти не должно было…

В обычных условиях.

Все расчёты и системы пожарной безопасности были рассчитаны на эксплуатацию аппаратуры станции в штатном режиме, без учёта толп беженцев, набившихся в каждый свободный угол, когда системы жизнеобеспечения работают на пределе, обеспечивая всех живых на станции едой, водой, отводя лишнее тепло и перерабатывая отходы жизнедеятельности. А если вспомнить ещё и то, что отдельные умельцы пытались заниматься в своих ангарах гидропоникой и прочими важными для выживания в случае изоляции станции экспериментами, конечно же наплевав на требования техники безопасности — ведь было банально не до этого, тут лишь бы как-то сделать…

Исходя из всего этого неудивительно, что беда стряслась. Только вот этот абсолютно логичный вывод я сделал только после того, как полыхнуло. До того голова болела о чём угодно — о предстоящем контакте со Слугами Древних, о необходимости договариваться с не очень расположенным ко мне Лякыушем, о возможных конфликтах с местными, о возможных шпионах людоедов среди людей, и так далее. Но проверить техническое состояние станции, на поверхность которой ступил, даже в голову не приходило — ведь этим занимаются местные специалисты, куда более компетентные в таких вопросах. Поэтому я отслеживал местонахождение людей с оружием, одним глазом поглядывал за происходящим на защищающих станцию батарях, контролировал все боевые корабли поблизости… И мне даже в голову не приходило поинтересоваться загруженностью энергетических установок и степенью износа отдельных агрегатов.

Взрыв и последовавший за ним пожар стали полной неожиданностью. Особенно это неприятно было в свете моей ауры — ведь все, кто сгорит или задохнётся здесь и сейчас, погибнут окончательной смертью. А уж я-то лучше всех знаю, насколько это паршивая судьба… Никто не заслужил её — тем более беженцы, которые и так настрадались. И тем более невинные женщины и дети, которых я видел в коридорах.

Чувствовал, как мерзкий чёрный Источник в предвкушении пульсирует. Для того, кто послал меня в этот мир, ситуация складывалась самым лучшим образом.

Не удивлюсь если то, что и так уже дышавшее на мирийский ладан оборудование накрылось именно сейчас тоже не просто так, а благодаря моему присутствию.

— Чтоб ты подавился! — процедил куда-то вверх — хотя это устаревшее и не имеющее ничего общего с реальностью заблуждение ходящих по земле, якобы боги находятся где-то наверху, на небе… А как быть, когда ты сам в космосе — и небо либо внизу, либо вообще может находиться в любом направлении, смотря о какой планете идёт речь?

Но плевать на Кровавых. Они далеко, и им нет до нас дела.

Раз уж катализатором чужих неприятностей и смертей стал я сам, как и главной опасностью для всех находящихся на станции — мне и разгребать, ведь я же единственный, кто может хотя бы попытаться хоть кого-то спасти.

Действовать начал сразу же. Подал аварийным системам команду задраить все люки, в том числе технологические, обычно использующиеся для передачи воды, для вентиляции и так далее, и изолировал пострадавшие отсеки. При этом тот, где собственно произошёл взрыв, превратился в кромешный ад, системы автоматического тушения очевидно не справлялись, и если продолжать тушить имеющимися средствами — это заняло бы непростительно много времени. Потому я просто перехватил управление пушкой одного из находящихся неподалёку кораблей, выставил на ней минимальную мощность и выстрелил, продырявив обшивку станции как раз таким образом, чтобы не задеть жилые отсеки и свести повреждения к минимуму.

После этого раскалённую плазму буквально вынесло наружу вместе с горящим воздухом и оплавленными обломками. Фонтан сияющего пламени ударил прямо в открытый космос, но быстро сошёл на нет и начал медленно расплываться в стороны багровыми каплями, уже не настолько опасными для станции и находящихся на ней людей.

Внутри пострадавшего отсека всё оставалось раскаленным докрасна, как в печи, но без доступа кислорода горение прекратилось. Теперь предстоит ждать, когда металл остынет, отдав тепло пространству через излучение — ведь вакуум не позволяет иного. Но это уже вопросы очень отдалённого будущего.

Устранив основную опасность для станции и убедившись, что пламя больше не растекается по всей станции через системы вентиляции, запуская огненные струи в забитые людьми отсеки, я переключил внимание на локальные задачи. Такие, например, как спасение тех, кто оказался в пострадавших и задымлённых отсеках. Там я попытался хотя бы изолировать, если было возможно, очаги горения, подсветил расположение огнетушителей, резервных баллонов с кислородом, относительно безопасных выходов… Но всё это были, увы, сущие мелочи.

Также пришлось отключить почти все вспомогательные системы — энергии на всё теперь критически не хватало.

А ведь ещё предстояло объяснение с собравшимися передо мной в переговорной представителями элиты станции, которые уже начали догадываться, что я не просто так замолк. Особенно после того, как потухло основное освещение и выключилась система искусственной гравитации…

Тратить сейчас время на разговоры не хотелось, но и оставлять всё так было нельзя. Потому всё же объяснился парой слов:

— Пожар в техническом отсеке! Изолирован, обесточен, заполнен вакуумом, всё под контролем! Приступаю к спасению людей, иначе погибнут окончательной смертью. ПРОСЬБА НЕ МЕШАТЬ! Ива, дай Центуриона!

Игнорируя поднявшийся гвалт, и даже не договорив толком фразу, оттолкнулся и полетел к выходу из переговорной. У многих были ко мне вопросы, многие, даже рискуя жизнью, рвались сейчас на свои посты, за что честь им и хвала — но мне слишком долго было объяснять, что проще решить все вопросы самому, чем координировать работу такого количества людей, выслушивая каждого. Увы, это смотрелось очень некрасиво со стороны и наверняка в политическом плане играло мне в минус. Также, наверняка многие вещи сам сделаю не так эффективно и качественно, как если бы на моём месте работал профессионал… Но когда счёт идёт на доли секунд, не до политесов и не до поиска оптимальных решений. Успеть бы хоть как-то, хоть что-то, хоть кого-то спасти…

Чтобы хоть частично успокоить оставшихся в переговорной, активировал интерактивные панели, на которые вывел всю информацию о состоянии станции. Правда, без возможности доступа к ней…

На пути к выходу меня догнала внезапно стремительно прыгнувшая следом Лилия Ким.

Я не чувствовал с её стороны опасности, но на всякий случай обернулся и перехватил руку, которой девчонка пыталась дотянуться до меня.

— Я целитель! — выпалила она, когда я ещё даже не успел поднять брови в немом вопросе.

Сразу почувствовал — не врёт…

Перехватил за ладонь и не тратя времени на подробные расспросы потащил за собой, мысленно передавая образы прямо в разум девчонки — тактильный контакт позволял делать это довольно эффективно, куда лучше, чем на расстоянии.

Благодаря камерам я уже примерно знал, что нас ждёт впереди — кто пострадал от огня, кто надышался едкого химического дыма, кто просто паникует, вредя себе и другим. Мой изначальный план был простой — паралич на всех, чтобы не вредили себе и другим ещё больше паникой, эвакуация в безопасное место, и только уже потом — разбираться. Но наличие рядом настоящей целительницы всё в корне меняло: мало того, что она может так же обездвиживать или даже погружать пострадавших в кому или сон, но ведь кроме этого девушка способна также и лечить самых тяжёлых прямо на ходу, не дожидаясь эвакуации и повышая шансы дотянуть до нормальной медицинской помощи!

Мы втроём с Центурионом вырвались наружу, и за нашей спиной тут же захлопнулись створки переговорной — кислорода внутри пусть было не очень много, но впритык должно хватить на всех, а главное — воздух там пока чистый, без едких примесей. Вокруг головы, моей и Лилии, сформировал крупные силовые сферы, примитивные и ограниченные хранилища для такого же чистого воздуха. Ещё парой таких накрыл очаги горения — в невесомости пламя выглядит совсем иначе, в виде слабо светящихся сфер, и сейчас такие надо было как можно скорее тушить.

После этого мы приступили к работе.

И это был совершенно адский, выматывающий труд на износ, кроме того ещё и требующий большой синхронности. Я обнаруживал с помощью своих способностей пострадавших, распределял цели между нами, страховал Лилию, перехватывал её пациентов, если вдруг что-то не получалось — или просил у неё помощи, если мне доставался особо тяжёлый случай, где требовалось срочное вмешательство.

Мы стремительно перелетали от одного пострадавшего к другому, толкали их друг другу и перехватывали прямо на лету, передавали дальше — Центуриону, другим вызванным мной роботам и добровольным помощникам, которые переправляли обездвиженных людей в безопасные места, где другие помощники пытались оказывать им первую помощь.

Во время нашей совместной с Лилией работы мы вели обмен мыслеобразами — так просто получалось быстрее, мы экономили целые секунды такого драгоценного сейчас времени.

Увы, у этого был побочный эффект. Мы открылись друг другу настолько, что стали едва ли не ближе родственников — или лучших друзей. Ведь хоть я и старался, чтобы всё общение было строго по делу, но — хочешь не хочешь, а в поток конкретной и нужной сейчас информации постоянно вплетается лишнее, личное и интимное. То, что каждый из нас обычно не стремится выносить наружу, и чем уж точно не стал бы делиться с первым встречным.

Критическая ситуация и необходимость действовать быстро заставила снять все барьеры, и мы впитали столько информации о самом сокровенном, пусть даже и пока не успели толком осознать и осмыслить её, что всё поменялось просто в корне.

Я внезапно стал гораздо лучше понимать эту девушку, род которой, подобно Снежане, пользовался артефактами для введения всех остальных в заблуждение относительно сути своего дара. Что немудрено, ведь целительство — одна из самых полезных способностей, даже несмотря на развитую медицину и восстанавливающие даже безнадёжно пострадавших капсулы… Но при этом владеющие ими семьи банально не способны защитить себя, в прямом столкновении с противниками почти наверняка проиграют, а значит — либо будут уничтожены, либо займут подчинённое положение…

Вообще это просто удивительно, насколько полным у нас с Лилией вышло слияние разумов. Видимо, сыграло свою роль то, что она — целитель, и наши дары во многом родственны. Девушка многое понимала на интуитивном уровне, и пусть сама мыслеречью не владела, но как будто бы облегчала процесс и открывалась мне навстречу — сначала стыдливо пытаясь прикрывать отдалённые закоулки воспоминаний, а потом с вызовом отбросив всякое стеснение и открывая просто всё, до чего можно дотянуться жадным мысленным взглядом.

Увы, обстановка к близкому знакомству вовсе не располагала, и обо всём этом думал, переворачивая очередное частично обгоревшее тело, касаясь его шеи автодоком. Никаких лекарств в ёмкостях устройства давно не осталось, истратил ещё в самом начале, и потому использовал его исключительно для диагностики.

Автодок сожалеюще пискнул, констатируя, что мужчина с шикарными седыми бакенбардами и застывшим взглядом безнадёжно мёртв. Не успели.

Оглянулся на Лилию, которая так же отбросила в сторону женщину, которой, очевидно помочь уже не могла, и толкнула себя дальше… К следующему телу, которое также уже не давно не подавало признаков жизни.

Мы добрались до одного из самых пострадавших отсеков, и если в предыдущих ещё был шанс найти кого-то живого, то здесь — уже нет.

— Всё, — сказал вслух, сам выпрямляясь и зависая в воздухе. — Наша работа окончена.

Девушка меня будто не услышала. Перевернув очередную головешку, бывшую когда-то человеком, толкнула её в сторону — а себя вперёд.

— Лилия!

Наконец, она сообразила, что я к ней обращаюсь.

— Всё. Остановись. Здесь никто не выжил…

— А… — уже замедлившись и с сомнениями, целительница всё-таки добралась до ещё одного тела. И, конечно же, ничем не смогла помочь.

— Да, Лилия. Тут всё.

— Мы… — в её глазах блеснули слёзы.

— Мы спасли, кого смогли. Не всех, да… Но большего бы даже Кровавые не сделали.

— Мои родители бы сделали! — она с вызовом посмотрела на меня, и я успокаивающе кивнул.

Да, она права — родители её и правда сильные целители, настоящие монстры. От этого ещё более жалко, что мать с братьями остались в изолированной системе, а отец вообще неизвестно где…

Правда, я теперь знал маленький секрет девушки. И она знала, что я это знаю.

В своём багаже Лилия протащила на борт ни больше, ни меньше — Алтарь своей семьи. Так что, если родители и братья погибнут, то возродятся уже здесь, рядом.

Проблема была только в том, чтобы никто из них не попался людоедам живьём… Что, возможно, как раз и произошло с главой семейства, и чего Лилия очень боялась, да и её мать тоже.

— С твоим отцом всё будет хорошо. Он всё-таки очень крут… Ну, если то, что ты помнишь — правда. А также я верю что и он, и твоя матушка смогли бы на нашем месте больше. Но… Они не на нашем месте. А мы и правда сделали, что смогли.

Лилия склонила голову, признавая мою правоту. Она знала — чувствовала все мои мысли, «слышала» оценки, полученные с помощью управляемых мной искусственных интеллектов.

— Тем, до кого не успели добраться вовремя — уже ничем не поможешь, увы. Дальше в нашем прямом участии смысла нет. Где остались живые, они уже вполне справляются и сами, пусть следуя моим командам. Кстати, подготовься… Местные мастера уже смогли запустить часть систем, и сейчас вернут искусственную гравитацию.

— Лучше бы вентиляцию подкрутили…

Понимающе хмыкнул, но развёл руками. Увы, проветрить нормально ещё долго не получится, вентиляция и система очистка воздуха и так работают на пределе. Но этого не хватает, потому всюду на станции стоит кошмарная вонь палёного мяса, тряпок и химии.

— Ох… Темнозар. Неужели и правда всё? Мне не верится.

— Да. Пусть мы добрались не до всех, но количество жертв всё удалось снизить заметно. Ты видела начальные оценки того, что могло быть? Мы смогли снизить смертность на пятьдесят семь процентов. И основной вклад в это внесла именно ты, моя внезапная помощница.

Девчонка вымученно улыбнулась. Выглядела она просто ужасно, что совершенно понятно — мы выложились на полную.

— Давай на корабль. Передохни, после такого-то…

— Нет! — Лилия гордо вздёрнула носик и так сверкнула глазами, что мысленно махнул на всё это рукой, позволив ей остаться со мной.

— Тогда, пошли в переговорную… Нас там заждались.

По пути перехватил у одного из помощников величайшую ценность этих часов — резервный баллон с кислородом, предназначенный как раз для таких вот аварийных ситуаций.

Как только вошли, нас с девушкой встретили задумчивые, зачастую хмурые взгляды.

Люди были недовольны, и я их прекрасно понимал.

Не дожидаясь, когда мне озвучат не высказанные ещё претензии, заговорил сразу:

— Ситуация сложилась критическая. Для минимизации потерь временно был вынужден взять управление станцией на себя, у нас сильный кибермансер, работая с которым напрямую мы постарались…

— Зар.

— Что? — Снежана лучезарно улыбнулась, и у меня её довольный вид вызвал глухое раздражение.

— Мы с Ивой и нашим лохматым другом уже провели разъяснительную беседу среди технической и управляющей элиты местной станции. Донесли, что выхода не было, и что присутствие у нас в команде сильного кибермансера… — Я почти физически ощутил улыбку Лилии — она теперь знала про мой секрет, равно как и я про её.: — … помощь этого сильного кибермансера сделала централизованное управление станцией во время устранения последствий аварии более предпочтительным и эффективным, чем если бы эти люди, безусловно профессионалы и мастера своего дела, пытались бы действовать сами по себе и вразнобой. Так что претензий к действиям нет, хоть собравшиеся тут уважаемые люди и не сказать чтобы довольны сложившейся ситуацией. Но, тем не менее, все признают её правомерность. Так что, можно начинать дальнейшее общение примерно с этого места и обговаривать уже условия эвакуации людей, оборудования, и что там ещё надо. Космическая станция к дальнейшей эксплуатации без капитального ремонта непригодна, а ремонт… В сложившихся обстоятельствах скорее невозможен, чем возможен, и это понимают все.

Снежана закончила. Я благодарно кивнул ей, собрался было говорить…

Но меня опередил старый знакомый Лякыуш — вот не мог он не влезть, мерзкое усатое земноводное. Впрочем, я в нём не сомневался.

— Кыыак всыыыё слыыыожиыыыылось длыыыя выыыас! Мыыыожыыыт выыы сыыыамиыыы иыыыы пыыыодстрыыыоили всыыыё?

Кажется, дочь Перовского несколько поспешила с выводами… Добиться полного единодушия и полной победы над оппозицией пока не удалось.

Правда, Лякыуш очень волновался, об этом можно было судить даже только по мощно прорезавшемуся акценту. А значит, позиция у него не такая уж и прочная.

И вновь я набрал воняющего гарью воздуха, чтобы заговорить…

Но, будто бы насмехаясь над ситуацией, внезапно вновь завыли сирены.

И причина на сей раз была уже не на станции, а вне её. Из аномалии начали один за другим появляться корабли Древних. Огромный флот — в несколько раз больше чем тот, который нам довелось видеть в прошлый раз. Одних кораблей-маток оказалось восемь штук!

В переговорной вновь поднялся гвалт, люди возбудились, если не сказать испугались.

Перекрывая шум, я постарался максимально спокойно и уверенно заверить всех:

— СПОКОЙНО, ВСЁ ПОД КОНТРОЛЕМ! Это теперь наши союзники.

Правда, полной уверенности в этом у самого меня не было.

Глава 21

В преддверии эпохального события — контакта двух цивилизаций, я на всякий случай приказал ретироваться с повреждённой станции.

— Так. Наше собрание временно окончено… Кто со мной — возвращаемся на борт «Резвого».

— Бежите, да? — выкрикнул кто-то из местных. — Оставите нас на полудохлой станции, ещё и на растерзание этим кровожадным монстрам?

— Мы не бежим. Нам нужно подняться на борт нашего корабля, чтобы иметь возможность связаться с представителями Слуг Древних.

— И что же ваш хвалёный кибермансер?

— Я сам должен говорить. А для этого должен находиться там… Всё, все дискуссии потом.

Мы гордо покинули переговорную, и плевать, как это будет воспринято жителями станции. Есть вещи важнее. Если контакт вдруг и правда не заладится, хотелось бы иметь хоть какие-то шансы унести ноги.

— Зар. Репутационные потери… — попробовала вразумить меня Снежана, но я прервал её взмахом руки.

— Если всё получится — мы так и так победители. Если же нет…

— Ладно. Признаю, ты прав.

— Кстати. Как думаешь, что там у нас сегодня будет? Спокойно поговорим, или придётся спешно улепётывать?

— Я, Зар, ничего не думаю.

— Совсем-совсем ничего?

— Ну да. Не о всём же на свете мне размышлять?.. Вон, пусть наш Громовержец это делает. У него голова большая…

Лилия усмехнулась. Она теперь знала секрет Снежаны, что она тоже не та, кем все её считают.

Ива с Марком подоплёки разговора не поняли, но они и не слушали: оборотень о чём-то выговаривал девушке, а та в ответ только хмурилась. Судя по всему, у этих двоих снова назрела какая-то ссора. Что-то зачастили они с этим в последнее время…

Оказаться снова на «Резвом» оказалось очень приятно — здесь не воняло. Правда, наши с Лилией костюмы настолько пропахли сами по себе, что только в автомат полной очистки засовывать, и мы сейчас распространяли вокруг себя мощнейшую ауру, такую, что все попавшиеся на пути невольно морщились.

Вместе с девушками мы снова прошествовали на капитанский мостик и расселись по свободным креслам — никто не хотел пропускать контакт цивилизаций.

Клипер легко отделился от покалеченной станции и, развернувшись, направился по направлению к двойной звезде.

Флот Слуг Древних завис на приличном расстоянии от Верфей. Напротив — ощетинившиеся орудиями корабли местных сил самообороны.

Не стал нашим вероятным союзникам объяснять, что контролирую все корабли флота людей… На всякий случай. А так получалось, как будто это руководство Верфей не очень доверяет вторгшимся в их пространство бывшим врагам, несмотря на все мои заверения, будто бояться нечего. А сам я как будто бы не при чём.

Но, увы, было видно невооружённым взглядом: если начнётся заварушка, то максимум, что защитники Верфей смогут — это дорого продать свои жизни… Чтобы дать нам возможность свалить.

И даже один-единственный линкор не спасёт положение. Не при таком перевесе.

К счастью, пожаром на станции неприятные сюрпризы исчерпались…

Слуги Древних вышли на связь со мной и лишь подтвердили ранее достигнутые договорённости. Они были готовы вылететь вслед за нашими кораблями к Арконе, и даже необходимость залететь по дороге на Ирий, возможно даже повоевав по пути, наших новых союзников не останавливала. И это были очень хорошие новости.

После такого убедить защитников Верфей сотрудничать оказалось проще простого. Тем более, серьёзно пострадавшая от пожара космическая станция теперь стала малопригодна для жизни — выживших в основном пришлось эвакуировать на корабли или собирать в отдельных изолированных отсеках, системы жизнеобеспечения сбоили и работали через раз, в любой момент всё могло накрыться окончательно. В таких условиях уже вариантов особенно не остаётся.

Меня обвинять больше не пытались — если кто из облечённых властью и думал плохое, озвучивать вслух уже бы не осмелился. Тем более среди обычных людей мой авторитет взлетел до небес.

И вопрос, как эвакуировать ценное оборудование, как оказалось — решался довольно просто. Верфи, конечно, сейчас были хаотичным нагромождением из множества ангаров и жилых отсеков, но изначально-то они представляли собой довольно изящную и не такую уж и большую станцию, способную перемещаться самостоятельно — в том числе и в сверхсвете. Поэтому, если быстро срезать весь новострой, перетащить наиболее ценное оборудование внутрь оставшихся отсеков, или просто надёжно закрепить на наружной поверхности, мы легко могли утащить всю станции за собой. И теряли не так и много. Если в нашем распоряжении будет целая пригодная для жизни планета, необходимость в жилых отсеках отпадёт, а уж нарастить количество доков — не проблема, были бы ресурсы.

А ведь ещё была и база технического обслуживания Древних, которую тоже наверняка можно приспособить к делу…

Так что на будущее нашего флота я теперь смотрел вполне оптимистично.

— Ну что, девушки. Войны не будет, договорённости достигнуты… Всех поздравляю, и можно расходиться. А то по мне так уж точно душ плачет.

Только успел привести себя в порядок, правда, так и не избавившись от преследующей везде вони — окончательно вымыть её из тех же волос никак не получалось, как раз подоспело время вновь выходить на связь с базой. Аррак по расписанию ненадолго включил Маяк в очередной раз, как раз узнать, получилось у нас со Слугами Древних, или нет.

Я осчастливил всех приятными новостями, в том числе, что у нас будут свои полноценные орбитальные верфи.

И этим хорошее не ограничилось. Будто после чёрной полосы началась белая — Аррак, всё это время изучавший трёхмерную проекцию добытого нами в системе Беты Копья объекта древних, радостно сообщил:

— Кажется, я разобрался, вождь! И у меня две новости, как водится хорошая и плохая.

— Давай в любом порядке.

— Тогда начну с хорошей… Я разобрался, как запустить эту штуковину! Вот здесь, здесь и вот здесь повреждения, надо срастить разорвавшиеся контакты. Вот тут желательно усилить. А эту хреновину на фиг убрать, — все места на трёхмерной проекции, которую мы оба видели, подсветило красным.

— Так. Отлично. Тогда какая же плохая?

— Ну, не то чтобы плохая… Просто хотел сказать, что самостоятельно это у вас там не получится сделать. Только на станции техобслуживания, и под моим контролем.

— Ясно. Но ты мне всё-таки перешли подробные инструкции. Вдруг…

— Не стоит. Советую не спешить и доверить дело профессионалу.

— Посмотрим. А что это такое хоть — идеи какие-то имеются?

— Вон там кабина, она раскрывается и внутрь помещается гуманоид, размером заметно больше человека и даже лока. Скорее всего то, что мы меньше Древних по размерам, не страшно — должно сработать, ведь у них же тоже детёныши какие-то должны были быть. Однозначно могу сказать только то, что эта шутка умеет ходить и даже прыгать, имеет нечто похожее на нашу активную маскировку, манипуляторы…

— Правильно понимаю, что краткий ответ на мой вопрос должен был звучать: «нет»?

— Ну… Да, вождь. Отправляю инструкцию, как эту штуку использовать, как ею управлять… Но остальное для меня — тайна. Слишком сложно. Понятно только, что это нечто для индивидуального использования, возможно — не более, чем личный транспорт. Только моё чутьё подсказывает, что не всё так просто.

— Хорошо. Спасибо.

Закончив с Арраком, я справился об основных новостях, получил краткие сводки о жизни колонии, и только после этого позволил себе поговорить с Яромирой.

По жене успел серьёзно соскучиться. Она тоже явно извелась, просила не задерживаться и возвращаться как можно скорее. Завершать сеанс связи очень не хотелось…

Но — пришлось.

И не потому, что вышло время. А потому что поступил входящий сигнал от тамплиеров, которые смогли наладить связь. На небольшой отрезок времени, уже через минуту сигнал пропал, и восстановить его несмотря на все попытки больше не удалось.

За то время, пока связь была, сквозь жуткие помехи — и откуда они только взялись — едва-едва удалось уловить следующее. Луций передавал, что всё плохо, что они ещё держатся — но из последних сил. И что срочно, «уже вчера», нужна помощь. Желательно — дружественный флот у Маяка…

Это была проблема. Вернее — я подозревал, что просто с тамплиерами не получится… Но надеялся, у нас всё же будет чуть больше времени на подготовку.

Вариант забыть про отважных воинов и списать их как использованный ресурс, безусловно, тоже был. Нам ведь и кроме них было чем заняться, решать свои проблемы — готовить эвакуацию Верфей, с Ирия, и так далее…

Возможно, я бы так и поступил. Когда оперируешь категориями «планета», «флот» и так далее, всё человеческое желательно отключать, иначе ничего хорошего не получится. Правитель не имеет права на сантименты и привязанности.

Вот только — лучше солдат, чем тамплиеры, во всём разведанном мире не сыскать. И позволить им сгинуть безвестно в страшной войне было бы величайшим расточительством.

Это если мыслить уже не категориями «планета» и «флот», а «человечество» и «будущее».

С одной стороны. С другой — среди шахтёров же не зря бытует поговорка, за двумя астероидами погонишься, ни один не выработаешь. И распыляясь сейчас, я непозволительно увеличивал риск всего мероприятия.

Что и не говори, а вопрос — быть или не быть — оказался далеко не таким простым, как могло бы показаться на первый взгляд.

И всё бы хорошо, но в довершение меня решила порадовать ещё и необыкновенно серьёзная Снежана — она даже привычных шуточек почти не отпускала, просто вызвала меня по внутренней связи и попросила об аудиенции. Конечно, все вопросы мы могли решить и удалённо… Но в данном случае решил так и быть пойти навстречу, предложив встретиться в кают-компании — посмотрел по камерам, что там никого нет.

— Зар… Темнозар, — только зашёл, с места в карьер начала дочь Перовского, внимательно посмотрев мне в глаза.

— Да?

— Ты же решил? Мы летим спасать тамплиеров?

— Я. Тебе и остальным делать это вовсе не обязательно.

— Но решил. Летим. Да?

— Ну… Да. Пожалуй, да. Я лечу.

— Мы летим.

— Я…

— МЫ.

— Хорошо. Допустим. Это то, ради чего ты меня искала и это то, что ты хотела мне сказать?

— Ты сегодня уже спрашивал, что я думаю по поводу одного вопроса… Ну, что я думаю.

— Было дело.

— Так вот, по тому вопросу я ничего не думала. А вот насчёт твоих тамплиеров… Кое-какие мысли есть.

— И?..

— Там нас ждёт ловушка. И просто не будет.

— Ясно. Что же… Ничего. Не впервой, справимся.

— Ты — справишься. Но своих тамплиеров ты не спасёшь. Это получится, только если сможешь разобраться с артефактом Древних. Поспеши, времени уже почти нет.

— А подробнее?

— Подробнее — не скажу. Ты думаешь, я всё будущее насквозь вижу? Было бы так, уже стала бы властелином вселенной. Но нет, мне открываются только отдельные факты, зачастую разрозненные и совершенно бесполезные. Зато, если развить мой дар хорошенько…

— Спасибо, Снежана. Я подумаю над этим.

— Подумай над этим, Зар…

— Хватит меня так называть!

— Но тебе же нравится?

— Мне не нравится.

— Ну-ну…

Чертовка коварно ухмыльнулась и упорхнула, оставив шлейф из аромата каких-то духов — очевидно, перебивала запах палёного мяса и гари, который прицепился даже к ней на окаянной космической станции, хотя они вроде и просидели почти всё время в изолированном помещении.

Проводил её задницу, нагло дефилирующую в сторону выхода, задумчивым взглядом.

Отличная задница.

И её владелица вроде бы тоже ничего. Не такая вредная, как казалось когда-то. Наверняка ещё и на ощупь весьма приятная…

Пришлось аж трясти головой, отгоняя наваждение.

Пока шёл в каюту, пребывая в задумчивости, в коридоре столкнулся со старыми знакомыми — амазонками Айей и Селеной. Причём, делать им здесь было совершенно нечего: каюты, где обитают все взятые нами с Арконы воительницы — в противоположной стороне.

Эта сладкая парочка отмылась, подстриглась, накрасилась и принарядилась в нормальную одежду, если можно назвать так бывшие модными в последние месяцы до нападения людоедов сооружения из блестящих клочков жидкого металла, сеток, цепочек и полностью прозрачной ткани.

Сейчас в идущих мне навстречу красотках было не узнать тех дерзких воительниц, которые пытались ко мне подкатить когда-то, кажется, уже вечность назад, на пиру. Шествуя мимо походками голомоделей на подиуме и сверкая обнажёнными участками кожи, обе амазонки посмотрели на меня так… Что никакой двусмысленности относительно смысла этих взглядов не могло остаться. Если захочу — могу хоть сейчас пригласить их в каюту, и прекрасно провести условный вечер, ночь, да и вообще всё время, когда разгонимся до сверхсвета и всё равно заняться будет нечем.

Состроив зверскую рожу, ускорился и быстро прошёл мимо, стараясь не вдыхать доносящиеся от Айи с Селеной ароматы — а они и по поводу духов постарались, причём подобрать умудрились так, что у меня чуть совсем крышу не снесло.

Смог выдохнуть только когда створки за спиной захлопнулись…

И, хоть и был уже там, снова направился в душ.

Когда уже эта пытка женщинами закончится?.. Все собравшиеся на борту «Резвого» красотки будто сговорились устроить соревнование, кто чаще будет попадаться мне на глаза, и кто качественнее попытается искусить старого бедного кибермансера.

Дочь предателя Перовского, безусловно, в этом похабном забеге лидировала… Но была далеко не единственной.

Глава 22

— Вызывали? — Лилия Ким сверкнула улыбкой и пронзила меня дерзким многообещающим взглядом.

Такими шальными глазами молоденькие скромненькие девушки на чужих мужей не смотрят…

Или смотрят?

Кажется, после нашего совместно пережитого «приключения», которого лучше бы не было, она навоображала себе лишнего. И нет, в процессе обмена мысленного обмена образами и содержащими смысл символами мы не поделились друг с другом всем своим прошлым без остатка, у нас не стало одной памяти на двоих. Напротив, друг про друга мы знали ещё слишком мало, фактически — сущие крохи.

Но самое важное, некое ядро — то, что обнажается в критических ситуациях, лезет наружу и показывает, чего на самом деле стоит человек — вот это мы имели счастье наблюдать воочию, причём оба. И то, что увидели, понравилось как мне, так и ей. Как говорили на моей родине — с этой девчонкой я бы в разведку пошёл.

А ещё Лилия знала теперь про мой секрет с несколькими Источниками. И про долг Богу Смерти. И прекрасно понимала, что даже моё стремление сохранить все эти секреты в тайне не заставит причинить ей какой-то вред, просто не позволят принципы. По крайней мере, до тех пор, пока у нас не начнётся открытая вражда.

Вот угораздило же связаться…

Мотнув головой и отбрасывая все эти суматошные мысли, я наконец кивнул девушке, которая всё это время продолжала хитро и понимающе улыбаться, терпеливо дожидаясь моего ответа.

— Вызывал. Заходи.

После чего отступил в сторону и махнул рукой внутрь каюты.

— М-м-м… И сразу в спальню! Мужчины ещё никогда не предлагали мне начать знакомство… Сразу с такого!

Лилия всеми силами пыталась казаться невозмутимой, эдакой раскованной роковой красоткой, которой космос по колено и вообще всё нипочём — однако, увидев в глубине каюты большую двуспальную кровать, девушка всё же густо покраснела.

И это выдало её с головой.

Вернее — выдало бы, если бы не выдали ещё раньше считанные при помощи способностей Темнозара эмоции…

И если бы не обрывки воспоминаний, которые я случайно перехватил ещё раньше, во время эпизода на станции. Благодаря им, например, я точно знал, что мужчины пока не предлагали этой хорохорящейся девчонке ничего и никогда, у неё просто нет соответствующего опыта, он ограничивается просмотренными голофильмами. Не потому что страшная, вовсе нет — напротив, интерес экзотическая красотка у противоположного пола всегда вызывала, но хоть какому-то развитию отношений мешали аристократические заморочки. С одними нельзя — вражда; с другими — не по рангу, родовитости не хватает; третьи — родители попросили держаться подальше, так, просто на всякий случай; четвёртые же даже и заикаться не будут, не подойдут и не посмотрят прямо в глаза, потому что сами предками не вышли, и побояться подставиться под гнев родичей, которые уж точно не пощадят, когда узнают, что за выскочки на их единственную любимую дочку глаз положили.

Угораздило же бедняжку в таком змеючнике оказаться! Кажется, сестрице моей и той меньше досталось, хотя её самостоятельную жизнь на Технотроне тоже назвать сахаром сложно, если судить по обрывкам рассказов…

С другой стороны — опыт, связи, всё это тоже полезно. С моей точки зрения — так вообще Лилия была бесценным источником информации, из которого очень много полезного можно вытащить про разные семьи одарённых, с которыми может сложиться так что придётся коммуницировать.

Но то в будущем. А сейчас она стояла с видом нахохлившегося мирийского воробья, улыбалась, смотрела с вызовом… И не подавала вида о том, что происходит у самой внутри. А внутри-то, я прекрасно это видел, всё дрожит и трясётся.

Меня это неимоверно забавляло.

Лилия знала, что меня это забавляет, понимала, что вижу её насквозь — но ничего не могла с собой поделать. И, пусть очень стеснялась внезапной близости, которая возникла с совершенно незнакомым человеком, но и её это забавляло тоже. Этакая игра, когда все всё знают, но каждый изо всех сил делает вид.

И насколько же мы хорошо теперь понимали друг друга — никогда бы не подумал, что подобный эффект может возникнуть, фактически, всего лишь за один длительный сеанс мысленной связи, которая к тому же сопровождала спринтерский забег по горящей станции с лихорадочными попытками спасти как можно больше людей.

Но получилось, как получилось. Вероятно и правда сыграло то, что Лилия — целитель, и в некоторой степени наши дары родственны: я повелеваю разумом, она — телом, при этом и то, и то — взаимодополняющие и не самостоятельные части человека, области, которые пересекаются и многократно перекрываются. Через физиологию можно влиять на разум, а с помощью разума можно управлять физиологией, пусть ограниченно, но такие связи есть.

Понимая силу и глубину не по моей воле возникшей связи, я просто не мог не вспоминать теперь время от времени о Яромире. Как бы жена не закатила сцену ревности, когда вернусь и она узнает все подробности моих весёлых приключений… Что-то подсказывало, что появление конкурентки её ни разу не обрадует, и Снежану-то дорогая супруга выносила с трудом.

Но Яромира далеко, и объясняться с ней предстоит не скоро. Да и до тех времён легко можно и не дожить…

А вот Лилия в моей каюте, прямо здесь и сейчас, мы фактически одни… И совру, если скажу, что эта юная, стройная, безусловно красивая девушка с яркой внешностью и идеальной фигурой не вызывает внутри вообще никаких желаний, особенно учитывая злосчастные последствия от медицинских процедур, которые всё никак не желают пройти.

Но, конечно же, позвал я Лилию к себе вовсе не для развлечений.

— Собственно, для чего я тебя пригласил. Вот, — позволил себе всё же немного поиграться ещё, и пройти по самой грани — приобнял не удержавшуюся и всё-таки вздрогнувшую девушку за плечи… И развернул её в сторону частично разобранного устройства Древних, которое едва помещалось в довольно просторной капитанской каюте. — Пока мы общались мыслеречью, я мимолётно успел понять, что у тебя есть кое-какие артефакты для работы с металлом…

Девушка, которая при касании моей руки напряглась, сначала вроде бы расслабилась — но только упомянул про артефакты, как напряглась снова.

Пришлось спешно успокаивать.

— Нет-нет, не подумай, не претендую! Просто хотел попросить о помощи. Ну и ты же понимаешь, что некоторые наши секреты… Больше не секреты. Дальше меня эта информация не уйдёт, не переживай. И я со своей стороны тоже рассчитываю на твоё благоразумие и взаимное понимание. Но сейчас — просто посмотри на эту штуковину, и скажи, сможешь ли починить с помощью своих артефактов?.. — Активировал трёхмерную проекцию, присланную мне Арраком, с указанием в каких местах, что и как надо чинить. — Материал не обычный и ты с таким вряд ли сталкивалась, но это всё же скорее металл, чем что-либо другое. Сложный сплав. Наше стандартное оборудование… Не уверен, что справится. А вот с твоими игрушками есть шанс. Можно потренироваться сначала на кошечках, ну, в смысле, на обрезках того же происхождения — они у нас есть, тоже с собой забрали… Что сможешь?

Конечно же, верить всем словам Снежаны безоговорочно не стоило. Мотивы дочери предателя и скрытого — а может, и явного — врага Перовского до сих пор были не до конца мне ясны. Она определённо преследовала свои собственные цели, и совет ускориться с починкой устройства Древних мог легко оказаться и подставой — например, если девушка точно знала, что без помощи Аррака мы всё сломаем.

Поэтому стоило быть предельно осторожным, и всё зависело от того, насколько способна справиться с поставленной задачей Лилия.

А с её стороны я уловил серьёзные сомнения и даже начал было уже примерять мысль, что ничего путного у нас с ней не выйдет… Но потом вдруг глаза девушки загорелись.

— Да это же почти то, чем я занимаюсь с помощью своего дара! Целительство! Пусть восстанавливать предстоит не живое существо, а рукотворно — ну, наверное, всё же рукотворно — созданный артефакт…

— И не привычными тебе методами. Да, всё так и есть.

— Сложно. Никогда не делала такого. Но… Попробую. Это… Очень интересная задача. Темнозар, спасибо, мне бы даже в голову не пришло таким образом использовать свой дар!

— Перестань. Это я тебя благодарить буду. Когда закончим. Если всё получится — проси, что хочешь! Конечно, в рамках разумного.

— И попрошу!

— Об этом поговорим потом. Сначала — сделай…

— Боюсь, мне будет нужна некоторая помощь. Я в этих штуках ничего не понимаю.

— Само собой.

Не откладывая в долгий ящик, мы тут же взялись за работу.

С помощью двух артефактов Лилии — толстого металлического браслета и маленького прозрачного колечка — попробовали срастить отдельные куски сплава Древних. Получилось с первого раза, и даже лучше молекулярной сварки.

Потренировавшись и набив руку, мы начали работать уже с теми местами, где требовалось заделать повреждения. При этом весь процесс от и до контролировал я, а действовали мы опять в жёсткой мысленной связке — у меня была возможность передавать информацию из трёхмерных чертежей напрямую в мозг, фактически проецируя картинку того, что нужно, поверх того, что есть на самом деле. Оставалось только желаемое привести в соответствие с реальным.

Кое-что предпочёл сделать сам — например, аккуратно спилил в одном месте якобы лишнее, по мнению Аррака. Воспользовался при этом своим верным ножом, с которым не расставался после нового появления в мире живых вообще никогда. Когда достал его, в глазах Лилии мелькнуло удивление: волшебное появление оружия, спрятанного до этого на коже под одеждой, оказалось для неё совершенно внезапным.

— Ну а что ты думала? Не у вас одних тела обвешаны всякими штуковинами, которые нужны для выживания!

— Это… Логично. Просто больно уж неожиданно. Ты такой опа-а-асный, Темнозар!..

— Цыц! Отставить разговорчики, у нас ещё пять швов не доделано…

Восстановление всех повреждённых участков на машине Древних заняло не много, не мало, а несколько стандартных часов. Требовалась точность, ведь цена ошибки в работе с штучным артефактом — его возможная потеря.

Всё это время мы провели в состоянии максимального напряжения и сосредоточения. И, опять же, в этом тоже помогла Лилия, во время первого же перерыва немного смущённо обратившаяся ко мне:

— Темнозар. Можно… Коснусь тебя?

— Коснёшься? — я аж опешил от такого поворота. Но сразу понял, что не всё действительно то, чем оно кажется на первый взгляд.

Собственно, так и оказалось.

— Мне кажется, твой организм сейчас работает не на максимуме возможностей. Я бы могла… Попробовать эту проблему решить.

— Хорошо. Действуй.

— Расслабься… И позволь…

Она сделала шаг навстречу и положила ладони мне на грудь. Исходящий от них жар почувствовал даже сквозь прочную ткань комбинезона, в котором, вообще-то, можно и в рытый космос выходить.

И… На какие-то секунды я просто пропал, перестал существовать, растворился в этом расслабляющем и дающем отдых тепле. Глаза сами собой закрылись, мышцы расслабились, дыхание успокоилось, сердце начало биться медленнее, мозг очистился…

Из состояния странного транса вывело девичье хихиканье.

Нехотя взял Лилию за запястья, убрал её руки от себя — почувствовал, что уже всё закончилось, но разрывать контакт девушка не спешит.

— Чего смеёшься?

— У тебя… Ну… — она очень мило покраснела — и я сразу всё понял, могла бы дальше не говорить. Но девушка взяла себя в руки и закончила казённым тоном, будто зачитала диагноз: — для повышения параметров организма до возможного оптимума срочно нужна близость с женщиной. В данный момент наблюдается… Некоторый… Ну, рассеянность, и отвлекаешься много… На всякое. Я бы могла…

Её уши уже прямо запылали, и повисла неловкая пауза. Пришлось срочно возвращать это безобразие обратно в рабочее русло.

— Так! Знать не хочу, что бы ты там могла… У нас ещё дело не сделано!

— Простите, капитан…

— На первый раз прощаю. Со мной закончили, возвращаемся к главному… Давай, тонкое воздействие, самый минимум, примерно два миллиметра, нарастить вот тут и вот тут…

Девушка подобралась, отвернулась от меня к машине Древних, склонилась над ней и мы погрузились в работу, вроде бы по обоюдному молчаливому согласию решив забыть про неловкий эпизод. Хотя, нет-нет, кто-то из нас да вспоминал его… И тогда приходилось делать перерывы, чтобы снова сосредоточиться и выбросить из головы всё лишнее.

Но даже несмотря на такие мешающие мелочи работа спорилась — не чета тому, как дело шло до сеанса. Воздействие, которое Лилия оказала на мой организм, оказало самый благотворный эффект, на уровне сильнейших симуляторов и препаратов для улучшения внимания. При этом я чувствовал, что побочных эффектов будет на порядок меньше, чем у стандартной химии. Максимум — придётся поспать крепко лишних пару часов, да и всё.

Никогда раньше не задумывался: а это ведь ещё одна несомненная и очень весомая польза от целителей. Можно заменить одним специалистом сразу целую аптеку, или полностью снаряжённый автодок. В критической ситуации, вроде того пожара на станции — бесценно.

Эх, нам бы кого-нибудь вроде Лилии, когда партизанили против Железного Союза… Насколько проще всё было бы! А то приходилось справляться только тем, что добудем сами в бою, и даже нормальные медкапсулы были практически недоступны — далеко не утащишь, да и если утащишь, подключать куда-то нужно. И пока не завершатся все процессы, останавливать нельзя, чревато…

Меня невольно унесло куда-то глубоко в воспоминания и в какой-то момент я понял, что Лилия стоит напротив, смотрит на меня с самым настоящим состраданием и хорошо читаемым желанием подойти да обнять. Встряхнулся, прогнал наваждение, затем прогнал девушку, и — вновь за работу!

Но оставалось уже совсем немного. Добавление небольшой перемычки, в обход разрушенного «проводника», до которого было не добраться — и, наконец, мы всё доделали!

— Лилия, поздравляю! — трёхмерный чертёж и реальный объект теперь практически полностью совпадали, кроме злосчастной перемычки и нескольких мест, где незначительные отклонения можно было отнести просто к погрешностям исполнения, и ничего с этим уже всё равно было не сделать — стремясь к идеалу имелся немалый риск запороть то, что уже сделано. — Вот и всё, справились даже без Аррака. А то он говорил, что надо подождать до возвращения, чтобы не поломать ничего случайно…

— Аррак — это ваш знаменитый техномансер?

— Да, лок. Отличный специалист. Сами Кровавые его послали нам… Настоящий бог техники!

— Будет интересно с ним познакомиться.

— Познакомитесь… Если не сгинем по пути.

— А что с этой штуковиной дальше? Надо же убедиться, что мы всё сделали правильно…

— Для этого надо её сначала зарядить… И это не такая тривиальная задача, как может показаться.

— Почему?

— Древние использовали для питания всех своих устройств некую эфирную субстанцию, про природу и происхождение которой я ничего так и не знаю — если даже Аррак или кто-то другой в этом смог разобраться, то поговорить на эту тему мы ещё банально не успели. Поэтому просто подключить устройство к корабельной сети не выйдет, это не приведёт ни к чему хорошему. Всё равно, что электрическую сеть соединить с водопроводом.

— Но решение есть, верно?

— Да. Аррак объяснил, что у доставшегося нам экземпляра есть специальный адаптер-переходник, приспособленный для поглощения широкого спектра энергий. Он все их усваивает, переваривает, преобразует в то, что аппарату нужно. И вот этот переходник вполне уже можно пробовать подключать напрямую к корабельной силовой линии…

— И тогда мы узнаем, получилось ли у нас?

— Да. Но сначала придётся долго-долго ждать, потому что даже мощности реактора нашего клипера недостаточно для быстрой зарядки внутренних аккумуляторов машины, тем более с учётом неизбежных потерь при преобразовании одного типа энергии в другой. Там, кстати, возможны разряды, излучение, выделение тепла… Короче, нас могут ждать сюрпризы.

Решив не рисковать, я вызвал в помощь роботов-ремонтников, и вместе с ними сначала собрали, а затем перетащили тяжеленную махину в специально освобождённое от всего лишнего помещение, находящееся максимально далеко от жилых отсеков и жизненно важных узлов корабля. При этом идущая к одному из маневровых двигателей силовая линия проходила совсем рядом, за стеной, так что протянуть от неё отдельный канал со свободным выходом не составляло труда.

Лилия всё время крутилась рядом, и прогнать её рука не поднималась. Девушка хотела своими глазами оценить результаты нашей работы — и в том плане, получилось ли у нас, и в том, что у нас вообще получилось. Как приложившая руку к оживлению машины Древних, она имела на это полное право. Тем более, в конце опять помогла, прирастив своими артефактами времянку, прокинутую от главной силовой магистрали, и тем сэкономила немного времени — без девушки я бы конечно справился, но точно не так быстро, да и качество скорее всего вышло бы похуже.

Все эти приготовления опять заняли немного времени. И вот, наконец, мы закончили. Я на всякий случай прикрыл нас с Лилией пузырём силового защитного поля — спасибо роду жены и печатям, которые удалось от них получить — и подключил силовую магистраль, обесточенную на время проведения работ, к реактору

Ничего не произошло. Ни взрыва, которого опасался, ни хоть какой-то реакции со стороны машины Древних. Хотя, если судить по датчикам «Резвого», общий уровень энергии в корабельной сети резко просел, и пришлось дополнительно раскручивать реактор, чтобы увеличить её выработку. Причём мощность росла, но всё производимое сверх нормы ухало будто бы в чёрную дыру, исчезая без следа.

В какой-то момент переходник слабо засветился. Причём, судя по тому, что свечение это не разгоралось, не мерцало, не гасло, это было похоже на штатную работу устройства.

Которое начало сосать энергию ещё более интенсивно — в помещении даже свет мигнул и стал куда более приглушённым…

— Кажется, получилось?..

— Похоже на то. Как бы только эта штука все наши энергетические стержни не высосала, так и не зарядившись…

— И надолго это, Темнозар?.. — девушка просто сгорала от любопытства, впрочем, как и я сам. Но дожидаться, когда машина Древних проснётся, нам предстояло скорее всего и правда изрядно…

— Не знаю. Но уж точно не дольше, чем лететь — там просто придётся отключить, на случай боя. Потянуть щиты, пушки, двигатели и ещё это энергетическая система «Резвого» точно не сможет.

— Эх, до-о-о-олго… И ты же не позовёшь меня? Когда будешь испытывать эту штуку?

— Конечно же, нет. Это опасно.

Недовольно поджала губы.

— Темнозар.

— Да?

— Ты говорил, что я могу просить за работу всё, что угодно.

Тяжело вздохнул. Но, собственно, чего я ждал — час расплаты приходит всегда… Особенно, когда сам предложил выбирать.

Нехотя кивнул:

— Было дело, всё так. Говори, что хочешь?

— Свидание! — Лилия выпалила поспешно, будто опасаясь, что вот-вот сама передумает, и смелости уже не хватит.

Глава 23

Лилия отчаянно смотрела на меня, прикусив губу и явно считая, что поставила всё «на зеро».

Я в свою очередь тоже смотрел на неё и понимал, что виноват в этой щекотливой ситуации полностью и исключительно сам. Надо было сразу, с самого начала, жёстко обозначать границы дозволенного, чтобы потом не было ощущения, будто отобрал у ребёнка конфету, за которой тот уже протянул руку.

Проклятые процедуры… Чтобы я ещё раз лёг в медкапсулу, когда рядом хоть одна посторонняя женщина и нет жены!

— Лилия… Я говорил, если дословно, «всё в рамках разумного»!

— Ну… Там… Можно же… Свидание в рамках разумного. Без… Ну, этого… Того. Просто посидеть вдвоём… Время приятно провести… Поговорить… Так же можно?..

Смерил девушку очередным тоскливым взглядом, а также мазнул мысленным взором по транслируемым ею эмоциям, которые легко считывал — и вздохнул, понимая, что дальше может стать только хуже.

И как ни печально, девчонка — хотя какая это девчонка, Яромире столько же — была полностью в своём праве. Она уникальный и действительно незаменимый специалист, очень удачно оказавшийся в нужное время в нужном месте. Она выполнила работу, и теперь хочет получить за неё что-то сопоставимое… А чего это будет стоить мне — проблемы уже не девушки, и по-хорошему волновать её никак не должны.

Терпеть не могу долги… Но, вот как-то получается, постоянно в них влезаю!

— Лилия. Подумай хорошенько. У тебя столько возможностей… Можешь просить у меня многое! Корабль, остров, подъёмные — чтобы начать создавать своё поместье, знания, артефакты… А ты просишь у меня всего лишь свидание. Не будешь ли потом жалеть, думая, что продешевила?

— Не буду!

— Уговаривать ещё раз подумать — бесполезно, так?..

Упрямо мотнула головой, как-то больно уж по-детски изобразив жест отрицания.

— Ох… Тяжело же с тобой… Но имеешь полное право, сам виноват, что предложил выбирать любую награду. Ладно, давай так: через два часа в кают-компании. Я всех оттуда выгоню, двери заблокирую, камеры отключу, роботам нужные команды раздам… Тут конечно не ахти какие хоромы, но в нынешней ситуации вообще нигде не хоромы, рестораны ещё нескоро снова заработают… Так что?

— Через час, в твоей каюте!

— Лилия… — столкнулся с её молящим взглядом, и снова тяжело вздохнул. — Ладно. Через час. В моей каюте. Но! В рамках разумного!

— Да-да, Темнозар! Разумеется! Исключительно в рамках…

Она почти мгновенно испарилась, будто и не было. Побежала наводить марафет…

Я тоже поплёлся к себе.

И сидя там, дожидаясь расплаты, честно говоря — сам извёлся. Но решил подходить к грядущему испытанию, как к бою. Тяжёлому, возможно даже безнадёжному… В конце концов — если не боялся выходить один против многих, чего опасаться одной, пусть и такой красивой, девчонки?.. Надо всего лишь постараться пройти по самой грани, не оттолкнуть её, не обидеть — но при этом и не подпустить слишком близко.

И держать себя в руках…

Конечно, через час у нас ничего не получилось — девушка слишком долго прихорашивалась, из-за чего серьёзно опоздала и, какая ирония, собралась ко мне только через те же самые два часа, на которые изначально мной и были предложены.

Наконец, створки Лилиной каюты разъехались в стороны, и она несмело шагнула наружу, посмотрев по сторонам — будто боясь попасться на глаза посторонним.

У такой осторожности были весомая причина: в таком виде по коридором летящего на боевое задание корабля не ходят, тем более в каюту капитана. Наряд Лилии… Был довольно интересный. Полностью из небольших пластинок блестящего металла разной формы, которые складывались в изображение дракона с глазами-сапфирами и рубиновым огнём, вылетающим из пасти. И пластинки эти не были скреплены и держалось на теле девушки неким таинственным образом — было либо приклеены, либо примагничены в нужных местах, тут и там открывая участки голой кожи, а также оставляя полностью голой спину, плечи, руки до локтей — ниже начинались такие же металлические накладки, изображающие что-то наподобие перчаток, и ноги от края состоящей из вертикальных блестящих висюлек юбки до обнимающих икры не то чулок, не то сандалий. Всё это дополняли ожерелье и диадема, тоже с крупными драгоценными камнями. И по всему этому пробегали разноцветные искорки.

Постояв немного в сомнениях, Лилия порывисто оглянулась назад, в сторону своей каюты, будто бы решая — не вернуться ли туда, в спокойную безопасность, и отказаться от дерзкого плана соблазнить меня — но всё же отбросила сомнения и направилась прямо ко мне.

Через камеры наблюдал, как девушка идёт, постепенно замедляясь. Чем ближе к цели, тем меньше у неё было уверенности. Понял — сейчас будет достаточно совсем чуть-чуть надавить, немножечко припугнуть — и всё, проблема рассосётся сама собой.

Увы, так поступать точно не стоило. И некрасиво, и сам себя уважать перестану, если доведу до слёз ту, кто мне ещё совсем недавно бескорыстно помогала. Причём сразу в двух эпизодах подряд.

А что в будущем подобные ситуации могут не раз повториться, не сомневался ни секунды. И это значило в том числе и то, что честность сейчас может кратно окупиться потом. Хотя может и не окупиться, и я приобрету себе очередного врага — варианты всё же разные бывают, а от любви до ненависти, как говорится, всего один парсек…

Волевым усилием задавив все сомнения, позволил створкам дверей разъехаться и вышел навстречу, встречая девушку и ободряюще ей улыбаясь.

Это помогло — Лилия сразу же ускорилась, выпрямилась, да и вообще стала выглядеть куда более уверенно.

— Темнозар Храбрович… — она остановилась передо мной и манерно протянула ручку, предлагая поцеловать.

— Потрясающе выглядишь, Лилия. Твой наряд… Такой вполне достоин красоваться на принцессе не самого бедного мира!

— Благодарю, Темнозар, — она легонько улыбнулась, принимая комплимент, и зарделась. — Этот наряд и правда стоит, как иная система целиком. Ручная работа не самых слабых артефакторов и уникальные материалы.

— О, так он ещё и боевой!

— Нет-нет, что ты. Исключительно для красоты, да разве что защитные функции ещё. И знаешь… Вообще-то, это мамино. Готовила к одному приёму… Но там не срослось. И отдала мне… С остальными вещами.

Кивнул, усмехнувшись. Девушка совсем смутилась, понимая, на что я намекаю — но не стал развивать тему, и показал рукой на свою каюту:

— Давай, проходи.

Внутри был приглушён свет, на столе стояли самые настоящие свечи, бутыль вина и целая куча угощений, расставленных получасом ранее роботами. Стены были прикрыты голограммами, изображающими какое-то помещение с горящим камином и высокими сводчатыми окнами, за которыми бушевала метель, а постель я просто убрал в стену — была такая опция.

Лилия несмело зашла внутрь, при этом в полутьме её наряд начал сиять ещё более ярко, девушка буквально превратилась в одну большую живую драгоценность. Проводил её внутрь, отодвинул стул, засуетился, предлагая угощения, налил вина… Постарался исполнить все ритуалы, хотя со знанием великосветского этикета у меня не совсем ладно.

Сначала было тяжело и натужно, но постепенно мы преодолели некий барьер, и неожиданно пришла лёгкость и непринуждённость — Лилия, сначала зажатая, всё больше расходилась, и вскоре уже щебетала просто без умолку. И, внезапно, её было интересно слушать. Мы действительно очень душевно посидели, поговорив о многом. Так, например, уже не скрываясь и не таясь, девушка выложила истинную историю своей семьи:

— Как ты понимаешь, целительство — не самый лучший дар. Увы, наш мир жесток. Кто не может за себя постоять, того просто сметают с доски, или подчиняют подчиняют себе, делая вассальным родом. Ведь какая разница, что ты можешь сколько угодно возвращать жизнь в своих изломанных бойцов, если они простые люди с обычными, человеческими ограничениями? И конечно же ситуации, когда наши услуги нужны, иногда возникают… Но скорее редко. И, опять же: всё то же самое, что и с помощью нашего дара, можно сделать при наличии достаточно современного медицинского оборудования, которое достать в каком-нибудь из технологичных миров не проблема, были бы креды. Потому — когда в какой-то момент вознаграждение за работу родителям выплатили артефактами, так уж получилось, заточенными на работу с металлом, папа с мамой решили, что род Кимов-целителей на одном конце разведанного мира должен исчезнуть, чтобы на другом конце появился род Кимов-металломансеров.

— Но артефакты же дают лишь ограниченные возможности?..

— Разумеется. Но родители и правда нашли отличное место, где мы никому не нужны, и отличное применение этим артефактам. Способность чувствовать рудные жилы на расстоянии, способность легко работать с металлами — это позволило легко и быстро зарабатывать, поднять авторитет среди шахтёров. А дальше, потихонечку, мы скупали всё больше артефактов, становились ещё сильнее… Заодно использовали и основной дар. У нас было с собой якобы «современное медицинское оборудование», а на самом деле — устаревшие и еле работающие капсулы. Мы клали туда пациентов, а дальше — наркоз, и работа вручную. Это тоже стало хорошей статьёй доходов. Как и протезирование, которое находится на стыке целительства и управления металлами.

— А что с боевым применением?

— Какая разница, когда ты в космосе, и под твоим началом небольшой флот с командами верных людей, многих из которых ты излечил от неизлечимых, или по крайней мере тяжёлых, болезней, или снова вернул в строй, позволив полноценно жить даже несмотря на инвалидность? Никто из тех, кто смог бы «попробовать нас на зуб» и доставить серьёзные неприятности, просто не долетал до той станции, которую мы оборудовали в качестве резиденции. Со всех сторон только плюсы. Один недостаток — за безопасность и успех пришлось платить. Никаких терраформированных планет, никакого неба над головой… Только переборки станции и бескрайняя чернота вокруг. Я родилась на поверхности, и мне выносить всё это оказалось тяжеловато, особенно поначалу. Не знаю, как ты догадался… Но сейчас, когда вижу эти голограммы, — она махнула рукой на снежный пейзаж «за окном», — Я просто кайфую. Напоминает детство, счастливое и беззаботное, когда над головой было небо, а под ногами — земля.

Сказав последнее, она топнула по металлической поверхности, сейчас замаскированной под камни. Мои глаза невольно сползли на стройную ножку, затянутую в искрящие металлические кружева, которые выгодно оттеняли живую кожу… Отвести взгляд получилось только с не малым трудом.

И только сделал это, тут же наткнулся на довольную усмешку Лилии.

Стараясь прекратить это безобразие выпалил первое, что пришло в голову:

— Тебе нравится твой дар? Ты не считаешь себя неполноценной?

Лилия снова усмехнулась, наклонив бокал и заглянув в него, будто пытаясь рассмотреть там ответ, а потом пригубила вино. Губы её влажно заблестели…

Опять пришлось срочно прикладывать волевое усилие, чтобы смотреть не на них, а в глаза.

Хотя так, пожалуй, было только хуже.

Девушка улыбаясь наблюдала за моими метаниями, отлично понимая, что спросил я просто чтобы отвлечься — но после изрядной паузы всё же ответила.

— Знаешь, Темнозар… Да. Я совершенно не считаю себя неполноценной. Мне почему-то кажется, что способность чинить то, что испорчено, и возвращать к жизни — это куда лучше, чем способность портить и этой самой жизни лишать. И мне кажется, что мир наш устроен несправедливо. Такие, как мы, тоже должны иметь право на существование!

— В будущем мире, который мы вместе построим — если всё получится, конечно — достойное место для всей твоей семьи обязательно будет.

Девушка покраснела и потупилась.

А я усмехнулся.

— Многого про тебя я не знаю… Но кое-что успел считать. Знаю, что ты протащила в своей поклаже. Главное, чтобы все твои не попались врагу живым…

— Мы знаем, как устроен человек, умеем управлять внутренними процессами, — Лилия ответила неожиданно жёстко. — Тот, кто способен запустить чужое сердце — сможет остановить и своё.

— Главное, чтобы хватило духа… Это страшно, даже когда знаешь, что вернёшься с той стороны.

— Духа хватит, Темнозар. Не сомневайся, я знаю своих. У них, у каждого, хватит.

— А ещё — надо, чтобы хватило времени…

— Вот это да. Уже… Может быть проблемой. И потеря части Силы… Но это издержки, без них никак.

— А что твой отец?.. И почему мать ждёт его?

— Это… Сложно объяснить. Если ты этого не прочитал в моих мыслях, значит, пусть останется моей небольшой тайной. Хотя бы одной. Там… Старые долги семьи.

— Ладно. Пусть будет так, хотя всё это и выглядит странно.

— Мои родители очень упрямые люди. И они… Очень ценят то, что сумели создать. Пусть со стороны и кажется, что Бета Копья — всего лишь Кровавыми забытая и очень бедная система без нормальных условий для существования… Но пока они не убедятся, что спасти всё не получится, они не отступят.

— А ты? Как тебя отпустили?

— А я — просто подстраховка. Родители всё же разумные люди, и понимают: может быть всякое, и не складывают все грузы в один звездолёт.

— Может быть… Да не может быть, а будет точно!..

— Я тоже была в твоей голове, видела — и сполна прочувствовала, что происходит. У них ведь нет всей полноты картины, оперируют лишь частью информации…

— Поговоришь? Может, получится переубедить?

— Попробую. Хотя, зная маму — вряд ли. А папа… Он действительно пропал, и никаких вестей от него нет уже довольно давно.

— Я пошлю за ним несколько кораблей. Возможно, что-то получится узнать. Скажи, в какую систему, приметы, всё прочее…

— Спасибо. Это было бы очень замечательно.

Ненадолго в каюте повисла тишина, неожиданно для меня вполне даже комфортная. Хотя чем дальше, тем чаще начала приходить мысль, что хорошего понемногу, и пора бы уже и честь знать.

Молчание первой нарушила Лилия.

— Темнозар.

— Да?

— Ты так любишь свою жену… Что мне кажется, я уже её ненавижу.

— Эм-м-м… Очень неосторожно говорить при мне такое вслух.

— Да ладно тебе… — она махом осушила свой бокал, отставила в сторону, встала на ноги, обошла стол и взгромоздилась мне на колени.

Не помешал, не оттолкнул — но и не стал касаться девушки руками, демонстративно отведя их в стороны.

Чувствовать так близко тепло живого и почти что голого тела было… Волнующе. Всё-таки наряд Лилии — это нечто. Пусть внешне и не такой похабно-развратный, как те видимо украденные из дешёвого портового борделя образцы, которые в последнее время надевала Снежана, но по итоговому эффекту — ничуть не слабее.

— Лилия. Мы договаривались о рамках…

— А я… Я в рамках! — к щекам девушки тем не менее прилила краска.

— Тебе, кажется, слишком много вина. Не делай того, о чём потом пожалеешь…

— Не пожалею.

Молча посмотрел ей в глаза. Не выдержала, потупилась, отвернулась куда-то в сторону и ещё больше покраснела.

— Лилия. Приличные, благородные девушки не садятся на колени к чужим мужьям.

— Темнозар. Приличные и благородные девушки не заходят в каюты к чужим мужьям в одиночку… Я уже скомпрометирована, дальше некуда.

— И зачем?

Помолчала, кусая губы. После чего заговорила, не отвечая мне — а о своём, будто и не слушала.

— Твоя верность, твоя стойкость… Это что-то. Яромира может гордиться мужем.

— Просто я считаю не этичным совершать такие поступки. Тем более, когда жена беременна. Да и мы через столько прошли вместе, она моя верная соратница и боевая подруга, на которую всегда было можно положиться… Я не хочу всё это разрушать ради чего-то непонятного. Боюсь, тебе надо найти более подходящий объект для себя.

— Как раз это и заводит. Если бы ты поплыл, сдался сразу… Наверное, перестала бы уважать, да и интерес бы угас. Но то, что ты остаёшься всё таким же неприступным, делает тебя только ещё более желанным.

— Это всего лишь глупые выверты нашей психики. Нам вечно надо что-то, чего нет и что сложно достать.

— Возможно. И, Темнозар…

— Да?

— Можно вопрос?

— Подумай хорошенько, прежде чем задавать. Хочешь ли ты знать ответ?

Замолчала, задумалась.

— Ладно… Не буду. Спрошу другой.

— Давай.

— Ты легко можешь позволить себе взять в жёны сразу нескольких девушек. Хоть сотню! Не хочешь?..

— У меня на родине такое не было принято. Кроме того, у меня договор с предками Яромиры, это дополнительное препятствие — они могут оказаться против. Да и с женой мы никогда этот вопрос не поднимали. Вряд ли она будет счастлива.

— Всё меняется. Возможно, в будущем тебе покажется, что это не такая уж и плохая практика… А предки, кто знает — может, тоже со временем признают правильность такого решения?..

— Нет. Хотя… Никогда нельзя говорить нет, тут ты права. Иногда случаются даже совершенно невероятные вещи. Но я бы на твоём месте даже не надеялся.

— Если что, я… Всегда буду ждать.

— Не говори таких громких слов. У тебя всё ещё поменяется тысячу раз. Пока молодая, влюбляться легко… Ещё найдёшь себе другого достойного кандидата.

— Вряд ли, Темнозар. Вряд ли.

Быстро наклонившись и мазнув мне по лицу волосами, она легонько чмокнула меня в щёку, одним ловким движением встала — и не скажешь, что внутри плещется уже с полторы бутылки вина, хотя что это для целительницы — и сделала несколько решительных шагов прочь.

Уже у самых дверей обернулась, впилась в меня тоскливым взглядом блестящих от сдерживаемых слёз глаз, и улыбнулась:

— Не переживай, Темнозар. У тебя не будет проблем со мной. Я… Всё понимаю. И я тоже могу быть верной соратницей и боевой подругой!

Она вышла, оставив после себя лёгкий аромат каких-то дорогих духов и тяжесть на душе.

Догонять и утешать не стал — это могло бы сделать только хуже.

И, казалось бы, ну какое мне может быть дело до того, что творится в душе у ещё недавно совершенно незнакомой девчонки…

Только вот выбросить её из головы оказалось неимоверно сложно. И все следующие условные дни полёта я изо всех сил старался занять себя всем, чем угодно, лишь отвлечься и лишь бы некогда было думать…

Тем временем пришёл момент выходить из сверхсвета, а заодно таинственная машина Древних наконец достаточно зарядилась, чтобы включиться.

И когда я понял, что же мне именно досталось — мягко выражаясь, обалдел.ф

Глава 24

Всё произошло само собой.

Просто в какой-то момент пучок вытянутых трубок, похожих на сложенные щупальца, зашевелился, расходясь в стороны… И машина Древних ловко встала на них, разведя в стороны две многосуставчатые верхние конечности то ли с клинками, то ли с клешнями, и открыв клюв-пасть — кабину пилота.

За всем этим я наблюдал через камеры в самый неудобный момент — принимал душ. Пришлось демонстрировать чудеса скоростного одевания, а потом бега по узким и не сказать чтобы приспособленным для этого коридорам клипера. Потому что кто знает эту неведомую штуковину. Вдруг она опасна, вдруг она разумна, вдруг начнёт буянить и крушить всё подряд?.. А так, хоть бы есть шансы попытаться нейтрализовать или подчинить её себе — с помощью способностей кибермансера, или в крайнем случае изолировать защитными полями, которые в данный момент были как нельзя кстати.

Как оказалось, спешил и волновался я зря — мог бы домыться спокойно. Машина Древних спокойно дождалась меня, не набросилась, да и вообще никак не среагировала. И даже позволила залезть к себе в «кабину».

Конечно же, неудобный ложемент был рассчитана совершенно не на людей, а на куда более высоких существ. Но стоило мне только сесть, как он тут же пришёл в движение, изменив свою конфигурацию и полностью подстроившись под мои антропометрические параметры.

— Темнозар! Получилось?..

Глаза вбежавшие следом за мной Лилии горели фанатичным блеском.

— Не приближайся! И вообще, осторожнее. Я не совсем этой штукой управляю… Тебя вообще здесь быть не должно быть!

Не знаю уж, каким образом девушка смогла засечь исторический момент включения машины Древних… Не иначе, караулила всё это время.

— Это жестоко, Темнозар! Я же тоже приложила руку к восстановлению!

— Только поэтому тебя не прогоняю. И… Ещё раз говорю, не подходи!

Это оказалось последним, что я успел сказать.

В следующее мгновение крышка кабины плавно захлопнулась, отрезая меня от внешнего мира.

Я тут же установил с девушкой мыслесвязь, транслируя ей всё, что происходит со мной. Так, на всякий случай… Чтобы, случись что, у неё было лишнее мгновение, чтобы отскочить или попытаться иным способом защитить себя.

В ответ мне пришла волна благодарности — она оценила это, и уверенности, что всё будет хорошо…

Вот только у меня самого этой уверенности не было. А смешней всего, если это спланированная Снежаной подстава. Могло же быть и такое… Зря, конечно, так безоговорочно ей доверяю. И вообще надо было высадить её где-то, чтобы проблем не создавала.

Или нет… Как ни крути, а собственный предсказатель в команде — это довольно круто.

Сейчас я был готов ко всему. Даже к тому, чтобы вновь отправиться в Преисподнюю. Однако время шло, а ничего не происходило. Я оказался заперт в гробу из странного желтоватого металла, и выбраться наружу не получалось никак, не мог я и управлять доставшемся мне наследием Древних. Возможно, для выхода и была какая-то штатная команда, или механизм… Вот только я-то об этом ничего не знал!

И это мне как-то быстро перестало нравиться. С помощью способностей кибермансера я пытался достучаться до главного вычислителя машины, управляющего её поведением — ведь он просто обязан здесь быть. Шарил руками по гладкой внутренней поверхности, пытаясь найти хоть какие-то органы управления: рычаги, тумблеры, впадины, сенсорные панели… Я извивался как червяк, ёрзал на удобном, но почти не позволяющем двигаться ложементе, но совершенно ничего не мог нащупать.

Меня даже захлестнула лёгкая паника. А если энергии хватило только на то, чтобы открыть и закрыть кабину — а потом всё, закончилась? И теперь я так и останусь здесь, в железном гробу… И это самая тупая и нелепая смерть, какую можно представить. А погибать мне никак нельзя. И это значит — придётся резать, пытаться пробить путь наружу, варварски ломать то, что с таким трудом починил… А это же сложнейшая техника, и, самое поганое — уникальная, существующая в единственном экземпляре! Этот образец раскурочу — и всё, останусь без каких бы то ни было машин Древних.

— Да как же с тобой работать?.. Включись ты уже, наконец! Я не хочу тебя портить, не для того мы тебя находили и с таким трудом восстанавливали!

В конце концов, в сердцах крикнул я. И — внезапно, перед глазами потемнело…

А спустя мгновение я ощутил себя так, как будто никакой машины Древних нету, а я стою своими ногами на палубе.

Вот только не двумя человеческими, а многосуставчатыми, металлическими, похожими на конечности насекомых…

В ушах — или прямо в мозгу — раздавалось какое-то шипение с щелчками, а перед глазами мелькали один за другим смутные образы, одновременно похожие и не похожие на те, которыми я обменивался с Лилией. Сначала всё это было больше похоже на белый шум, и едва не сводило с ума… Однако постепенно начало приобретать осмысленность.

Одновременно, любые мои мысли и желания выражались в хаотичных движениях конечностей машины Древних, похожих на конвульсии. Нас буквально трясло, мы метались по помещению, испуганная Лилия взвизгнула и выбежала наружу — иначе её вполне могло бы придавить.

Но со временем самопроизвольные движения стали всё реже и мягче, будто я всё это время учился управлять машиной Древних и понимать её — или, наоборот, она училась правильно воспринимать мои мысленные сигналы.

В конце концов, когда мы наконец встали твёрдо и перестали дрожать, бесстрастный металлический голос гулко прозвучал у меня где-то в голове:

— Калибровка процесс завершение частичный. Тонкий настройка процесс потом. Готовность использование дракон, модель «Сталкер». Слушать команда.

Я не стал тянуть. Сделал первый осмысленный шаг. Неуклюжий — но следующий вышел уже куда легче… А вскоре я вполне свободно расхаживал по помещению взад-вперёд, бегал, подпрыгивал, приседал, уворачивался от воображаемых выстрелов врагов и размахивал верхними конечностями. И даже смог подняться вверх по вертикальной переборке, легко перейдя с неё на потолок и продолжив путь уже вниз головой… Спрыгнуть и перевернуться в полёте, чтобы приземлиться на спружинившие конечности, не составило вообще никакого труда.

А потом, уловив какую-то мою случайную мысль, машина Древних мгновенно переместилась в пространстве. Просто вот я смотрел с одной точки — а вот я уже в двух метрах, практически вплотную к переборке. И как оказался здесь — не помню. Если верить мыслеобразу Лилии, которая следила за этим со стороны, и камерам, мы просто исчезли в одном месте и появились в другом.

Перед моим мысленным взором появилось нечто похожее на координатную сетку, раскинувшуюся во все стороны. И я понимал, что если захочу, в ту же секунду окажусь в любом отсеке корабля. Увы, не снаружи… Но это — только пока летим в сверхсвете. А вот когда затормозим, вот тогда, как что-то подсказывало, возможности к перемещению возрастут кратно. Конечно же, с расстоянием увеличатся и затраты энергии, но это достойная цена для столь уникальной способности.

Помимо этого я видел совершенно отчётливо, сквозь любые преграды и расстояния, все предметы, вывезенные нами с объекта Древних. И Слугу Древних, который всё так же был пришпилен к внешней обшивке клипера. Кажется, теперь поиск артефактов заброшенной цивилизации станет проще, чем когда либо… Достаточно оказаться рядом, находясь в этом «сталкере», и я всё увижу.

Также как чужие Источники, и даже их цвет. Я прекрасно различал пульсирующий зелёный шар Лилии, золотистый Снежаны, сине-зелёный Громовержца. Кажется, мог даже разглядеть на них лёгкую вязь узоров… И если всё действительно так — это просто отличный способ для шпионажа и улучшения своих способностей. Достаточно просто незаметно подкрасться к другому одарённому и срисовать печати!

Проверять боевые способности доставшейся мне шагающей машины на борту клипера я не рискнул. Хотя понял, что мне доступны две пушки, стреляющие сгустками энергии — которые, ко всему прочему, сжигают резерв одарённых, временно лишая способностей.

Также я понял, что могу не только мгновенно перемещаться, но и на ненадолго исчезать из реального мира, позволяя вражеским разрядам и снарядам пролететь сквозь то место, где только что находился. Но даже если это не делать, встроенные щиты позволяли выдержать выстрел корабельного орудия… И они совершенно органично дополнились силовым щитом, подаренным мне Источником семьи Белых. То есть — я накладывал его не лично на себя, а на всю машину Древних, которая воспринималась теперь как полноценное продолжение тела. А мои силовой и плазменный клинки зажигались теперь не внутри, а снаружи, продолжая верхние конечности «Сталкера»…

Я пребывал в самой настоящей эйфории от открывшихся возможностей. И Лилия, с которой у нас оставался контакт, заливалась счастливым смехом, считывая и полностью разделяя мои эмоции. Она была очень довольна, что у нас получилось, и что я теперь стал ещё сильней.

Только одно было плохо — «батарейка» шагохода Древних зарядилась хорошо, если на десять процентов. Пришлось отдавать мысленную команду, выключать все системы, вводить машину в спящий режим — и вновь раскручивать реактор, направляя всю энергию на зарядку. Времени оставалось совсем немного, но я рассчитывал перед окончательным выходом из сверхсвета закачать в «Сталкера» хотя бы ещё немного энергии.

Корабельный энергетик, когда увидел происходящее, аж подскочил — пришлось спешно отбивать ему сообщение, что всё нормально, просто князь Темнозар изволят играться.

Выбравшись из кабины, я обозрел взглядом всех небезразличных к судьбе машины, собравшихся вокруг — а кроме Лилии, диковинку прибежали смотреть уже и Снежана, и Ива, и даже все присутствующие на корабле амазонки, в полном составе.

— Поздравляю, дамы и господа… В смысле, дамы. Нам повезло, — озвучил перед собравшимися результаты. — Теперь я порву любого, кто попытается встать на моём пути. Хоть людоеда, хоть одарённого, хоть кого угодно. Главное, чтобы хватило энергии…

— Это очень скоро пригодится. Готовься, Темнозар… — Снежана усмехалась, но глаза её были серьёзными. — Очень советую находиться внутри этой машины в момент, когда мы выйдем из сверхсвета. И… Сразу идти, нести местным добро и радость.

— Что нас ждёт?

— Там… Всё плохо. И если ты хочешь увидеть своих тамплиеров живыми и в добром здравии, лучше тебе поспешить. Каждая минута критична.

— Какие-то советы по бою, когда затормозим? Как уклоняться, куда стрелять, откуда ждать? В прошлый раз это очень помогло…

— Нет. На этот раз ничего такого не будет… Кораблей там нет. Ни одного. Готовься к высадке и к рукопашной.

— Точно?

— Не сто процентов, конечно же. Всегда лучше перестраховаться и иметь в виду разные варианты. Но скорее всего будет именно так, как я говорю… Ошибки редки.

Глава 25

Снежана не ошиблась.

Как только мы вывалились из сверхсвета, сканеры тут же показали: бояться нечего. В пространстве вокруг — ни единого целого корабля. Ни людоедов, ни защитников системы… Ни даже следов корвета, на котором прилетели Тит с Луцием. Только разряженные облака космического мусора, вероятно, оставшиеся на местах сражений, да крупные объекты естественного происхождения — планеты, спутники, астероиды.

Это было странно. И на этом странности не исчерпывались.

Когда мы затормозили у местного Маяка, я тут же, практически машинально — всегда так делал, оказываясь в новой локации — попытался удалённо подключиться к сверхсветовому ретранслятору и другим доступным для моих способностей объектам, вроде местных автономных станций связи. Для меня контролировать все доступные устройства вокруг было нормой существования, ведь от этого напрямую зависело выживание.

Обычно с этим не возникало никаких проблем, но… На этот раз ничего не вышло! Вообще ничего!

Связь была, я чувствовал кибернетическую начинку вычислителей, оказавшихся в доступной мне области. У меня даже получалось начать со всем этим работать, всё было совершенно привычно. Предельно простые действия, доведённые до автоматизма: анализ, поиск уязвимостей, взлом… И это работало, пока вдруг в какой-то момент всё не обрывалось. Как будто я пытался гнать на машине, у которой между рулём и колёсами нет жёсткой механической сцепки, и при каждой попытке управлять движением тачку начинает мотылять из стороны в сторону совершенно случайным образом — и, разумеется, далеко не всегда так, как надо.

Это оказалось настоящим адом для кибермансера. Пришлось прекратить бесплодные попытки и даже временно заблокировать свои способности, направленные на подчинение новых устройств. Оставил только управление тем, что уже есть — хотя бы тут сюрпризов пока не возникало.

С одной стороны, ужасно раздражающие бесплодные попытки прекратились, и я будто бы вытащил из мозга ужасно досаждавшую занозу. Но с другой — сразу почувствовал себя совершенно слепым.

Но хотя бы крепость тамплиеров обнаружилась аппаратурой «Резвого» сразу, иных вариантов в этой системе и быть не могло. На поверхности одной из планет широко раскинулся грандиозный комплекс из множества массивных, основательных даже на вид строений, основная часть которых была втиснута внутри поддерживающего атмосферу купола. Вот только, был он разбит, а на месте раскиданных широко позиций с орудиями противокосмической обороны зияли проплавленные кратеры, а ряд зданий был наполовину снесён и разрушен. Судя по всему, крепость подверглась мощнейшей бомбардировке из космоса и была серьёзно разрушена. К счастью, не полностью, оставались ещё спрятанные под поверхностью планеты уровни. Сканеры улавливали проникающее наружу излучение, а значит что-то там до сих пор функционировало, и, возможно, в отдельных отсеках даже сохранялись ещё пригодные для жизни условия. Не говоря о том, что довольно долго можно протянуть в бронескафандре.

Тем не менее, увиденное мне не понравилось совершенно. Неужели опоздали? Не самым маловероятным исходом был вариант, что корвет вместе с Луцием и Титом — одно из тех скоплений обломков. И что никого живого здесь больше нет.

То, что вражеского флота тоже не видать, можно было объяснить элементарно: враги полностью избавили систему от такого явления, как «жизнь», а завершив работу убрались куда-то в другое место. Ведь что здесь дальше делать?

Правда, будь на их месте, я бы оставил хоть бы один корабль, чисто для разведки и контроля. На всякий случай. Конечно, может, мы его просто не заметили — сканеры на «Резвом» мощные, но всё же и у них есть мёртвые зоны и ограничения… И, возможно, блок информации о том, что у Маяка появился кто-то, уже ушёл куда надо.

А возможно противоположное. Что где-то глубоко под поверхностью остались последние защитники крепости, которые, не исключено, прямо сейчас ведут безнадёжный бой против десантных частей людоедов, корабли которых получилось неким удивительным образом уничтожить — ценой уничтожения крепости и всех орудий.

И единственный путь хотя бы попытаться узнать всё, который я видел — это спуститься вниз, и посмотреть на всё своими глазами.

Подумав немного, я решил идти один. Просто потому, что это не такой риск — я, если что, легко ушёл бы оттуда мгновенным перемещением. С другой стороны, представился отличный шанс опробовать машину Древних в деле. Конечно, в идеале бы сначала оттестировать всё в спокойных, полигонных условиях… Но кто же даст такую возможность? И если шанс увидеть Луция и Тита живьём ещё оставался, то что-то подсказывало — с каждым часом он тает…

На дело меня провожали всем экипажем.

— Темнозар, ты уверен?.. — Лилия не находила себе места.

Снежана, напротив, была непробиваемо спокойна. Подойдя к девушке сзади, она положила ей руку на плечо и ухмыльнулась:

— Не переживай, подруга. У него ведь теперь есть всё необходимое для успеха… Ведь так же, Зар?

Пропустил провокационное обращение мимо ушей — уже начал привыкать понемногу.

Не стал обращать внимания и на невероятно наглый взгляд, в котором буквально читалось: я всё про вас знаю. И чем ты расплачивался за починку машины Древних — тоже.

Остальные тоже столпились вокруг, но больше молчали. Разве что Раен осмелилась предложить свою помощь, пусть мы уже и обсуждали этот вопрос раньше, и я тогда отказался:

— Ты уверен, что не потребуется поддержка? Уже достаточно воинов вылупилось из яиц, мы безболезненно можем высадить на планету не менее сотни… А если подождать и простимулировать остальных, их количество увеличится в несколько раз.

— Не уверен, что там везде нормальная атмосфера. И я не могу управлять ими напрямую.

— Для атмосферы подойдут простые маски для дыхания. А связь — вообще не проблема. Я могу пойти с вами и транслировать воинам команды…

— Нет. Исключено.

— Значит, не отступишься… Что же. Удачи, Темнозар! Но только, пожалуйста, вытащи ребят… Если они ещё живы.

— Приложу все усилия. Не только ты имеешь на них виды… И, кстати, Лилия. Не одолжишь мне один артефактик? Тот, который кольцо с драконом. Я верну!

— Конечно, Темнозар!

Девушка поспешно стянула с пальца кольцо и протянула его мне, слишком явно покраснев.

Взял его, с трудом натянул на мизинец… И улыбнулся.

— Если вдруг не вернусь — можешь взять в качестве компенсации любой из оставшихся моих артефактов.

— Не надо говорить так!..

— Всегда надо быть готовым… Ко всякому. Это совершенно нормально, жизнь непредсказуема… Так, всё, девочки! Минута до старта. До скорого…

Запрыгнув в чрево машины Древних, напоследок помахал всем и захлопнул прозрачный колпак кабины…

Низко над Крепостью прошли две выпущенные вперёд дистанционно управляемые яхты. Очень боялся, что какие-то орудия ещё функционируют и могут принять нас за законную мишень, или что людоеды оставили какие-то ловушки. Но ничего плохого не произошло, оба корабля без проблем проскочили опасную зону.

Сразу следом летел «Резвый». В момент, когда он находился в нижней точке траектории, я выпрыгнул из шлюза, активировал способность к мгновенному перемещению — и оказался сразу на поверхности. При этом, что приятно порадовало, жёстко закреплённые на машине древних разведывательные дроны переместились тоже, и я тут же разослал их во все стороны, разгоняя «туман войны» и стараясь обезопасить себя от всех возможных напастей.

Увы, энергии такое перемещение сожрало чуть больше, чем должно было — видно, с ростом массы, или объёма перемещаемого объекта, затраты возрастали. Что, в общем-то, было совершенно логичным.

Как только мои крошечные глазастые помощники разлетелись вокруг, я начал осторожно двигаться к ближайшей точке, дающей доступ на нижние уровни. Строго говоря, это не было штатно предусмотренным отверстием — огромная оплавленная дыра зияла безобразной раной посреди некогда зелёной аллеи, напоминая о кипевшем ещё недавно жесточайшем бое. Перемещаться таким способом по вертикали точно не очень удобно… Чем мне данный путь и нравился: ведь если в крепости окопался враг и выставил заслоны, опасаясь вторжения извне, то здесь — в последнюю очередь. Разве что против летающих мишеней.

Идеально слушающийся меня «Сталкер» легко подошёл к краю темнеющей пропасти и шагнул за её край, а дальше начал спускаться, ловко перебирая конечностями, ровно как ползущий по стене паук. Получалось довольно быстро — быстрее было бы только прыгать вниз с реактивным ранцем или использовать ещё одно мгновенное перемещение, но в данном случае я ставил в приоритет осторожность, да и энергию следовало поберечь.

Даже с хорошей скоростью, спуск на дно проплавленного колодца занял минут пять. После этого я свернул в какой-то из боковых коридоров и остановился около мощной металлической двери. Перекрыв коридор сзади силовым полем — спасибо способностям источника Белых — я взмахнул верхними конечностями «Сталкера». Массивные и устрашающего вида клешни-лезвия засветились, без труда пропоров прочнейший сплав полуметровой толщины. С шипением в щели начал выходить воздух, будто в шлюз, и вскоре давление внутри искусственно созданного мной пузыря сравнялось с тем, которое было внутри станции.

Я сделал ещё два взмаха, а после аккуратно подцепил металл и, опять же, совершенно без усилий — будто это не массивный объект, который держу на вытянутых «руках» — аккуратно положил вырезанный кусок на пол. Заставил машину Древних подогнуть конечности, так что она почти легла брюхом на пол, после чего скользнуть внутрь образовавшегося отверстия не составило труда. Затем я подтащил к себе, поднял и поставил обратно на место криво обрезанную металлическую пластину. Открыв кабину, выпрыгнул наружу и активировал артефакт Лилии, провёл им по щелям и зарастил всё обратно. Конечно же, по прочности получившаяся конструкция заметно уступала изначальной, да и внешне было видно сразу — здесь кто-то похозяйничал… Но хотя бы воздух теперь не должен беспрепятственно уходить наружу, и датчики, если они работают, не засекут повреждение.

Дальше я разослал дроны во все стороны и, снова забравшись в кабину машины Древних, приготовился ждать, когда они завершат работу по сбору информации.

Но тут меня ждал очередной неприятный сюрприз. Отлетев достаточно далеко, дроны начали пропадать, один за другим — просто связь в какой-то момент терялась.

Поспешно дал команду оставшимся зависнуть на тех местах, где они находятся, и не двигаться дальше. Сразу возникло подозрение: просто не будет…

Собственно, так и оказалось.

Глава 26

На меня напали, когда зашёл уже достаточно глубоко по лабиринтам из однообразных и узких коридоров — настолько, что об отступлении тем же путём можно было и не мечтать.

Взрывом вынесло стену, мимо которой только что прошёл, и из-за неё выпрыгнуло нечто безобразное. Внешним видом оно напоминало тамплиера: бронескафандр, высокий рост, затенённая поверхность шлема и зажатый в пальцах массивный разрядник. Вот только, броня тут и там бугрилась похожими на живую плоть пульсирующими наростами, а одна из рук представляла из себя бугрящуюся жгутами и свисающую почти до самого пола длинную плеть. Ею существо и взмахнуло, попытавшись ударить меня наотмашь, при этом не переставая стрелять.

Одновременно с этим начали отключаться, один за другим, последние из оставшихся дронов…

Все несущиеся в мою сторону разряды принял на себя щит машины Древних, а от мелькнувшей «руки» я просто уклонился, подпрыгнув вверх всеми конечностями и пропустив её под собой. А попутно успел быстро рубануть одной из клешнёй, ещё и запалив на ней плазменный меч, и частично перерубил плеть.

Мог бы вообще обойтись без гимнастики, использовать жёсткий блок, и первым же ударом попытаться прикончить уродца… Но когда встречаю что-то новое и доселе неведомое, стараюсь быть максимально осторожным. Так, просто на всякий случай.

И передо мной было действительно что-то совершенно незнакомое, с чем раньше не сталкивался, и про что даже не слышал. О «художествах» людоедов узнать успел уже много, врага ведь надо знать в лицо… Но вот такого, что на меня набросилось, они пока не делали.

Тем не менее, переживал я зря. Справиться с противником не составило труда: внутри покрытой наростами скорлупы из прочных сплавов он оказался самым обычным, с алой кровью, белыми костями и трепещущим мясом.

Несколькими ударами лишив непонятного тамплиера всех конечностей, я ещё и оттолкнул его разрядник подальше, после чего разбил забрало шлема. За ним скрывалось обезображенное как будто сильнейшим химическим ожогом лицо, но всё же — вполне человеческое.

Встав на грудь поверженного врага одной из своих механических конечностей, я наклонился и задал волновавший меня вопрос. При этом боялся, что мои слова не будут услышаны, но техника Древних сама догадалась, что требуется, и без труда передала звуковые волны наружу, ещё и заметно усилив их.

— Что ты такое?

— По… Пошёл ты.

Ожидаемо, уродец не хотел идти на контакт. И учитывая, что вот-вот должен был сдохнуть от потери крови, разговорить его было ни разу не простой задачей. Особенно учитывая, что я совершенно не считывал эмоционального фона. Как будто передо мной вовсе не человек, или не разумное существо…

Время поджимало, шанс на успех был невелик — тем не менее, я постарался

— Скажи. Я должен знать, кого сразил в бою.

— Н-не видишь? Я… Ч-чес… ный… Т-там… Пли… Ер.

— Что здесь произошло?

— Тоже… Н-не… Видишь?..

— Не вижу.

— Б-был… Бой. Мы п-по… Бедили!

— Людоедов?

— Д-да… Не сдали… К-крепость…

— Луций, Тит. Знаешь таких?

— Зн… Наю. Г… Гупцы. Уп… Прямцы.

— Они живы? Где они?

— Они… Н-е… П-послушались…

На губах существа, назвавшего себя тамплиером, вспух кровавый пузырь, и взгляд его остекленел. Отправился туда, где таким самое место, в Преисподнюю. А мне остался крошечный светящийся хоровод из Силы, который я ни секунды не сомневаясь втянул в себя, незначительно пополнив внутренние Источники.

Глядя на лежащее тело я вспомнил, где видел нечто отдалённо похожее. Некоторые твари Хаоса тоже могли выглядеть, как сросшиеся между собой плоть и механизмы. Хоровод звёздочек только подтверждал появившееся подозрение.

Вот только, раньше я никогда не слышал ничего подобного о тамплиерах, и не видел мутантов-людей. И это могло значить либо то, что моя информированность об этом закрытом воинском ордене недостаточна, либо то, что за последнее время внутри него произошли некоторые изменения.

У меня даже мелькнула мысль насчёт того, что же именно могло случиться… Безумная, но очень уж похожая на правду.

Но спокойно обдумать её уже не успел. Почти сразу, как мой первый противник окончательно издох, вокруг стало жарко. Даже удивительно, как нам дали договорить спокойно и не напали раньше.

Враги лезли со всех сторон. Такие же странные, с искорёженной, сросшейся с металлом плотью тамплиеры в бронескафандрах, а вместе с ними — обросшие псевдоплотью механизмы, похожие на обычных сервисных роботов, к которым наспех прилепили оружие. Даже потерянные дроны объявились — только теперь они больше мне не подчинялись, превратившись в какие-то летающие недоразумения с кожистыми крыльями и свисающими вниз жалами, плюющимися едкой кислотой. И как только за столь короткое время они сумели так измениться?..

Благодаря «Сталкеру», получалось сражаться с прущей на меня со всех сторон ордой практически наравне. Иногда я задействовал способности, то выстреливая плазменные шары или копья, то запаляя режущие лезвия. Отклика от разума изменённых существ я, увы, так и не чувствовал — как и от искажённых роботов и других устройств.

Бой быстро превратился в обыденное истребление прущих на меня толпами безобразных тварей… Вот только, просто стоять и перемалывать не прекращающие появляться из боковых коридоров, проломов в стенах, полу и потолке орды врагов не входило в мои планы. В какой-то момент, выбрав себе следующую жертву, я просто изолировал её в коконе из силовых полей. После этого активировал одну из самых мощных боевых способностей — быстро расширяющееся вокруг плазменное кольцо — и смёл всех остальных, чтобы не мешались.

Подскочив к пленённому врагу, который безуспешно пытался вырваться из прозрачного плена, я заговорил снова:

— Тит, Луций. Знаешь их?

В ответ услышал лишь поток отборных проклятий.

— Если скажешь, где они, я отпущу тебя. И продолжим бой.

— Какая тебе разница, убогий? Да чтоб ты сдох! Убери эту дрянь и сразись со мной, трус!

— Уберу, если ответишь.

— Портовая шлюха тебе ответит! А я тебя сейчас убью, пришелец!

— Луций, Тит. Скажи где они, и я…

Пришлось отвлечься, и ещё одним огненным кольцом сжечь очередную партию врагов.

— Тюрьма. В тюрьме они! А ты попробуй-ка туда попасть…

Словами не описать то облегчение, которое я испытал, услышав это. Тамплиеры живы! Не зря всё-таки сюда сунулся, шанс ещё есть!

— Где у вас тюрьма?

— Катись в Преисподнюю…

— Сначала ты.

Мысленным усилием сжал кокон и просто раздавил врага. Втянул Силу… И, больше не сомневаясь, на всей скорости устремился вперёд. Где бы эта тюрьма не находилась, рано или поздно я её найду, пусть без доступных для взлома устройств рядом слеп и двигаюсь почти наобум…

К счастью, долго блуждать не пришлось. То ли какое-то чутьё вело меня, то ли просто повезло — но тюрьма оказалась на том же нижнем ярусе, по которому я двигался, прямо на моём пути.

Хотя, возможно, это не везение, а просто хозяева этого места заранее подготовились ко встрече со мной…

Вынеся очередную массивную дверь, я снёс башку плазменным мечом оказавшемуся с той стороны тамлпиеру-мутанту, двух других без затей подстрелил, после чего выскочил в огромный зал.

Высокие, утопающие во тьме потолки указывали на то, что он общий для нескольких этажей. И от самого низа до самого верха, везде, сколько хватало взгляда, располагались ярусы забранных решётками дверей, за которыми угадывались крохотные комнатушки-камеры.

А ровно посередине этого огромного мрачного помещения застыло поистине жуткое существо. Когда-то тоже, видимо, бывшее человеком-тамплиером… Вот только теперь у него из спины торчало шесть дополнительных конечностей, похожих на паучьи лапы. И бритвенно-острые лезвия на концах двух из них сейчас буквально обнимали за шею стоящих на коленях Тита и Луция.

Оба тамплиера выглядели жутко измождёнными, израненными, по сути едва живыми, а также были закованы в массивные магнитные кандалы. Тем не менее, я испытал сильнейшее облегчение. Искорёженную плоть можно и залатать, а вот вернуть погибшего с той стороны, увы, не в наших силах. Идти на ещё одну сделку с Богом Смерти не было ни единого желания…

Между мной и существом с паучьими лапами застыло под сотню изменённых существ. Тамплиеров среди них было не так много, в основном это были обросшие псевдоплотью роботы и другие механизмы. Кроме того, вокруг существа и его пленников колыхалась полупрозрачная пелена — явно какой-то вариант защитного поля…

Мерзкий, вызывающий желание зажать уши скрип разнёсся по залу… Не сразу понял, что это человеческая речь.

— Ты за этими двумя явился, пришелец? Жизни твоих друзей теперь в моей власти!

Ничего отвечать не стал. Если эта тварь чего-то хочет — сама заговорит, сама всё расскажет.

Так и оказалось.

— Прикажи твоим кораблям опуститься на поверхность и пустить моих людей внутрь. Тогда я пощажу этих двоих отступников несмотря на то, что они пошли против своих братьев.

— А если нет?..

— Убью их, конечно же! И они сдохнут окончательной смертью. Не так ли?.. Каково там, в Преисподней?..

— Тебе понравится.

Существо расхохоталось — и смех его был похож на звук, с которым царапают стекло.

— Не пытайся чудить, пришелец! Ты всё равно меня не достанешь… Не успеешь. А я — успею. А потом уже расправлюсь и с тобой! Думаешь, что силён? Поверь, мне Разрушитель тоже даровал многое!

— Ты — новый жрец?

— Хватит заговаривать мне зубы, пришелец. Отдавай команду своим… Связь я тебе сейчас предоставлю.

— А если я скажу им, чтобы расстреливали вас с орбиты?

— Ничего не добьёшься. Предыдущие, кто пытался, у тех корабли были много мощнее… Они и то не смогли доковыряться до сердца Крепости, только разрушили рекреационную зону и постройки на поверхности!

— Что стало с людоедами?

— Их больше нет.

— Вы попросили Бога Хаоса уничтожить весь их флот, верно?

— Ну конечно же! С теми, кто высадился, сами справились.

— И в качестве жертвы… Вы стали этим?

— Мы перешли к новой, высшей, более современной форме жизни! Наши способности возросли, мы стали сильнее!

— И что — неужели вы все, как один?..

— Кто был не согласен, кто не принял милость даровавшего нам победу повелителя… Те сейчас сидят здесь, по камерам. И в память о нашем боевом братстве мы не убили их. Потому что верим, что рано или поздно помутнение пройдёт, и все те, с кем раньше сражались плечом к плечу и кто ещё сопротивляется неизбежному, тоже встанут под знамёна Хаоса…

В общем, дальше слушать это смысла никакого уже не было. Я узнал всё, что меня интересовало.

Мгновенное перемещение — и я за спиной твари, внутри прикрывающего её от внешних угроз поля. Два одновременных удара, плазменным и силовым мечами — и конечности, угрожавшие Титу и Луцию, оказались перерублены!

Спасая тамплиеров, прыгнул выше своей головы — создал сразу два силовых кокона, заключивших их внутри, каждого.

Рефлекторно дёрнувшиеся и сократившиеся лезвия попытались последним усилием отсечь головы пленников, но не смогли пробить выставленную мной защиту, и бессильно опали на пол.

А дальше начался смертельный танец.

Несмотря на первоначальный успех, мне пришлось очень нелегко — тварь Хаоса оказалась невероятно сильна. Дело отягчало то, что я одновременно прикрывал Тита и Луция, и не мог использовать свои способности в полный рост, сосредоточившись на поддержании прикрывающих их полей…

Мы сходились с многоруким уродом, обменивались ударами, и расходились. Бывший тамплиер очевидно был опытным бойцом, умело использовал свои способности и преимущества, в том числе и то, что мне приходилось отвлекаться. Все мои попытки подловить мутанта неизбежно проваливались: удары либо блокировались, либо приходились в пустоту, а мне приходилось прикладывать все усилия, чтобы не подставляться под лезвия, замерцавшие зелёным и расплескивающие капли какой-то ядовитой даже на вид жидкости.

Наконец-то я встретил достойного противника, который уже скоро начал буквально теснить меня, заставляя то уходить в глухую оборону, используя щиты машины Древних — причём закачанная в неё энергия стремительно расходовалась, то банально прыгать и уворачиваться.

Долго такое длиться не могло. Ещё чуть-чуть, батарейка окончательно сядет… И я останусь против врага буквально один на одни. И нет, могу победить даже с голыми руками, вот только — о прикрытии Тита с Луцием тогда придётся забыть.

Понимая это, я рискнул. Снял поля с этих двух, за мгновение предупредив их, послав мыслеобраз с приказом откатиться подальше и не мешаться под ногами… И, высвободив свой потенциал, атаковал врага уже используя все способности — каждая из конечностей машины Древних теперь оканчивалась мечом, одна плазменным, а вторая силовым, и одновременно вперёд летела целая очередь из плазменных шаров вперемешку с режущими лезвиями.

Тит с Луцием не послушались моего приказа. Как только их освободил — они одновременно, не сговариваясь, бросились в атаку, протаранив застывшего в боевой стойке противника со спины и заставив пошатнуться.

Изменённый хаосом тамплиер всё-таки был великим воином. Он успел подстроиться под изменившуюся обстановку, уклонился от всех моих выстрелов, потом от одного удара, потом принял на блок второй, даже ударил одновременно дополнительными конечностями по Титу с Луцием…

Но один из моих клинков всё-таки достиг цели, глубоко врубившись в бронескафандр и почти отрубив правую ногу мутанта.

В следующее мгновение я просто отозвал мечи, и вместо них послал вперёд большой плазменный шар и ещё одно режущее силовое лезвие.

Противник вновь почти уклонился… Но именно что почти, дистанция была теперь слишком короткая.

И опять помогли тамплиеры, вновь бросившиеся в самоубийственную атаку. Тела обоих уже зияли свежими ранами, выглядящими ужасно — та зелёная дрянь буквально разъедала плоть. Но два последовавших друг за другом отчаянных толчка буквально оторвали подрубленную ногу и чуть не заставили мутанта упасть.

О прыжках и уворотах после такого ему пришлось забыть… И пылающее раскалённое копьё прошило уродца насквозь, а ещё одно выпущенной мною лезвие подрубило шею, заставив повиснуть вбок.

Даже это не оказалось летальной травмой. Я рубил, рубил и рубил живучую тварь, кромсая сросшуюся с бронёй плоть и стараясь наконец заставить перестать цепляться за то убожество, которое заменяло теперь ей жизнь.

Наконец, искажённый хаосом мутант замер и, качнувшись туда-сюда, с грохотом рухнул вниз, подмяв под себя крутящегося внизу Луция.

Одновременно исчезло поле, которое всё это время закрывало нас от любых воздействий извне…

И я понял, что стою напротив целой толпы поглощённых хаосом тамплиеров и обросших псевдоплотью, умеющих только убивать механизмов.

У ног лежат израненные Тит и Луций, которым очень сильно досталось и которых срочно надо эвакуировать, ведь без медицинской помощи они явно долго не протянут.

Позади, в клетках, десятки самых стойких тамплиеров — тех, кто не сдался хаосу, и кто явно стоит каждый десятерых. Прекрасные бойцы, ещё и доказавшие силу своей воли… Которых очень легко всех сейчас потерять.

И всё бы хорошо, но заряда в машине Древних уже почти не оставалось. Не то что на мгновенное перемещение не набрать — даже на щиты и банальные движения конечностями.

Как не оставалось сил и у меня самого. Больно уж много сожрала схватка с этим многоруким предводителем вражеского воинства, пришлось выложиться буквально на полную…

Внезапно пришло кристально ясное понимание: этот бой не вывезу.

Был неоправданно самоуверен. Слишком поверил в себя, понадеялся на свои способности, на чудесную технику Древних… И вот — расплата.

Получается, я так и не увижу свою дочь. И расти ей суждено без отца. Что же до нашей операции по спасению остатков человечества… Вроде бы и сделал всё, что от меня зависело, и, теоретически, дальше могут справиться без меня. В конце концов, соратники и подчинённые у меня тоже не пальцем деланные…

А вдруг нет?

Но сейчас это всё не имело значения. Передо мной были враги, много их.

И было жгучее желание если их не победить, то хотя бы унести с собой как можно больше.

Я шагнул вперёд…

И вдруг понял, что чувствую что-то уже знакомое. Как будто иду не один. Как будто нас много.

За моей спиной, одна за другой, появлялись полупрозрачные фигуры. Расходились в стороны, разминались, выстраивались для атаки.

Павшие товарищи опять пришли для того, чтобы выручить меня. В критический момент когда, казалось бы, выхода уже нет…

Спасибо, братья. И сёстры.

Я не забуду никогда. И простите, что опять пришлось вас потревожить… Постараюсь больше так не подставляться.

Запалив два клинка, тратя последние силы, я с бешеным криком прыгнул вперёд.

Глава 27

Из недр подземной крепости выбрались еле-еле.

Пусть толпу в зале я вместе с нежданными помощниками и покрошил, но это было только начало. Твари хаоса и изменённые тамплиеры в бронескафандрах продолжали лезть со всех сторон, и конца им не было — а вот мои силы иссякали.

Я освободил заключённых тамплиеров. Мы пробились в арсенал, где они облачились в броню и вооружились — но даже так подняться на верхние уровни вышло лишь с немалым трудом. Нас просто заваливали мясом, приходилось идти буквально по трупам.

Но — поднялись. И даже смогли загрузиться в севший при нашем появлении клипер. И даже не подпустили к нему рвущуюся со всех сторон безумную орду.

Лилия тут же бросилась врачевать раненых. Увы, некоторые были совсем плохи, и вытягивать их требовалось любой ценой. Погибать в захваченной Хаосом системе — очень поганая участь, после возрождения ничего хорошего можно не ждать…

Свою медкапсулу тоже отдал под общие нужды, временно даже уступив каюту — перетаскивать и перенастраивать оборудование банально не было времени. А его потери были критичны.

Тем не менее, постепенно всё утряслось, спасённых тамплиеров разместили, накормили, кому надо — оказали необходимую помощь. Луция с Титом выхаживала лично наша королева амазонок, которая взяла над этими двумя шефство.

Бойцы выглядели потерянными. Предательство своих ударило по ним очень сильно, как и потеря крепости, которая считалась неприступным оплотом. Будущее было туманно, прошлое — неприглядно, и я их подавленное настроение прекрасно понимал. Но заниматься психологической реабилитацией не было ни желания, ни сил — сам после всех событий чувствовал себя опустошённым и не хотел ничего, кроме как завалиться спать минимум на пару суток…

Но такой роскоши, разумеется, никто не позволил.

Только было собрался запереться в помещении с «зарядкой» для Сталкера, одном из немногих без кучи посторонних людей, как меня перехватила Снежана.

— Не сейчас, — попробовал остановить её ещё на подходе, даже не поворачивая головы.

Но девушка и не подумала останавливаться, и вот это уже показалось опасным. Повернулся к ней и на всякий случай приготовился… Ко всякому.

А я после боя, несмотря на усталость, был на взводе.

Снежана, увидев такую реакцию, только устало отмахнулась.

— Да не пугайся тытак. Привыкни уже к мысли, что ты мне нужен живой и здоровый.

— Ой ли?

— Зар,перестань.Япо делу.

— Я просил тебя меня так не называть…

— Темнозар.Если мы сейчасочень сильно не поторопимся к Альфе Работорговца — банально не успеем. Надо ускоряться уже сейчас. Хватать всех, кто есть, и давать команду… Иначе, боюсь, успех всей операции под вопросом.

— И я должен тебе верить?

— Зар…Темнозар,— она быстро сняла несколько колец с пальца, а потом висевший на шее небольшоймедальон. — Проверь.

И не подумал отказываться. Проверил.

Снежана и правда не врала. Она действительно видела с помощью своего дара, что вот-вот случится трагедия. А значит, мы потеряем своё преимущество, и даже если получится эвакуировать к Арконе верфи — без всего остального они окажутся бесполезны… Ведь для их нормального функционирования должны работать целые технологические цепочки, с множеством звеньев. Начиная с банальных продуктов и прочих благ, необходимых для содержания достаточного количества трудоспособного населения, и продолжая добычей полезных ископаемых, выработкой энергии, и так далее.

Так что будущее, пусть и отдалённое, при таком раскладе выглядело ой как неприглядно. Просто наш конец оттягивался во времени, и грозил случится не прямо сейчас, а когда-то потом. Само собой, о реванше и возрождении цивилизации в этом случае приходилось забыть…

— И за что мне это всё… Ладно, я тебя понял. Спасибо за предупреждение.

Девушка вернула на места защищающие от ментальных воздействий артефакты и быстрым шагом удалилась, я же начал отдавать команды. Как кораблям нашей эскадры, так и оставшимся в системе Пси и Омеги Червя. Ситуация и правда складывалась критическая, ждать было нельзя.

В итоге разбил весь флот на две части — способную быстро передвигаться, и медлительную — и отправил первую к цели сразу, а второй наказал сопровождать транспорты с оборудованием, мобильную часть верфей и всё остальное, что бросать было жалко.

Когда раздал все необходимые команды, вновь замаячил призрак отдыха, соблазняя своей кажущейся доступностью. Ведь от меня больше ничего не зависело — никакая человеческая воля не заставит нырнувшие в сверхсвет корабли двигаться быстрее своих технических возможностей…

И снова ничего не получилось.

Я услышал звук покашливания за спиной.

А ведь в помещении кроме меня и машины Древних не было больше никого, камеры показывали, что мы совершенно одни… Этому звуку было взяться неоткуда. Но я расслышал его прекрасно.

Развернулся почти мгновенно, готовый ко всему. Усталость усталостью, но расслабляться даже на собственном корабле, где все свои, не стоит. Тем более, на борт взяли столько посторонних… Среди них легко могли затесаться вражеские агенты.

И пусть я устал просто зверски, но был готов защищаться, даже нападать — казалось, ко всему…

Но не к тому, что увидел.

— Ты?!!

Мерзкий старик усмехнулся в свою бороду.

— А ты думал — кто?

— Зачем явился?

Да, говорить с богами в таком тоне — далеко не лучшая идея…

Но сейчас было плевать. Да и сам я, вроде как, под защитой. Пусть и того, кого ненавижу. Ну да в жизни бывают и более запутанные ситуации.

— Как грубо, Последний Воин. Как грубо…

— А ты заслужил вежливости? Ты, разрушивший мой родной мир?

— Не я. А те, кто воспользовалсямоими дарами! Я же не могуконтролироватьвсё.И не отвечаю за каждое деяние своих… Последователей.Как и другие боги. Так что твоя претензия,человек,абсолютно беспочвенна.

Он развёл руки в стороны, будто извиняясь.

А у меня внутри, наоборот, всё начало бурлить от праведного гнева.

Усталость? Истощение? Да плевать! Сейчас здесь, передо мной, тот, кого я долго считал своим главным врагом, главной в своей жизни неприятностью!

Будто почувствовав моё настроение, Разрушитель вновь усмехнулся в усы.

— Ладно-ладно. Я не затем к тебе пришёл, чтобы вспоминать былое…

— Мне это неинтересно!

— Ты нарушил мои планы, человек. Ведь так прекрасно всё было задумано! Вы прилетаете, садитесь, идёте спасать своих дружков… А тут мои последователи захватывают вашикорабли, и выбираются из этой забытойдыры на задницемира! Но ты взял, да и всё сломал. Обидно, знаешь ли…

— Плевать.

— Да, да. Вежливость и дипломатия — не твой конёк… Темнозар? Или как тебя лучше называть?

— Называй, как хочешь. А лучше никак не называй.

— Грубишь, нарушил планы… Я бы должен тебя возненавидеть, начать строить против тебя козни. Но я же бог Хаоса, ты не забыл? Я не последователен. И вместо того, чтобы портить жизнь, я тебе помогу.

— Даром не надо.

— Нет-нет, не думай. Ничего такого. Просто маленькая мысль… Которую ты, кажется, забыл подумать. Сколько,говоришь, ты ещё должен моему коллегедуш одарённых?..

— Не твоё дело!

— Уверен, что много! Так вот… А теперь прикинь,хотя бы примерно, сколько всего одарённых ты сможешь увезти с собой на эту вашу Аркону. Больше, чем число твоего долга? Сильно больше? Или… Не сильно? Может,даже меньше? Молчишь? Задумался? То-то же… А теперь подумай: что первое Дит спросит с тебя, когда ты не сможешь отдать ему долг? И кого он возьмёт с особым удовольствием?.. Ты же знаешь эту кровожадную тварь лучше, чем кто-либо другой. Так что подумай хорошенько… Темнозар. И знай: я всегда рядом, и всегдаготов помочь с твоей проблемой. Обвести коллегу вокруг пальца — истинное удовольствие.Дам тебе всё, что ты попросишь… Когда понадобится. И запрошу за это не такую уж и высокую цену. Подумай!

Не дожидаясь ответа, он исчез.

Глава 28

— Мой адмирал. Ты уже двадцать часов без отдыха. Загонишь себя!

Нежные руки Инги легли на плечи Зигфрида и начали их массировать. Девушка встала сбоку от кресла — сзади не позволила бы высокая спинка — и прижалась крепким бедром к руке адмирала.

Зигфрид сморгнул, будто возвращаясь в реальность — а после и вовсе закрыл глаза, слезящиеся от неустанного изучения виртуальных интерфейсов, расслабляясь и позволяя сильным пальчикам девушки размять мышцы.

Хотя мысленно адмирал всё ещё был там, в бесконечной пустоте космоса, управлял старым имперским дредноутом и поддерживающим его флотом.

Да и не только флотом…

— Я ещё не просмотрел отчёты по восстановлению трёх крейсеров, которые отправлял в доки Небесной Гавани. Их пришлось спешно эвакуировать, так что надо понять, насколько они работоспособны.

— Я сама просмотрю. И составлю краткую выжимку.

— Но…

— Я же изучала гипноленты, во многом разобралась. Да, не на твоём уровне… Но в прошлый раз запомнила, на что конкретно надо смотреть, и что мы пропустили. Постараюсь отследить. Разделю все задачи как в уставе, на работы первой очереди, второй, третьей, буду смотреть по порядку от наиболее к наименее важному. Так что не переживай об этом. А пока иди, поспи… Хотя бы пару часиков. На одних стимуляторах долго не протянешь. Будет что-то срочное, тебя вызовут.

Адмирал недолго подумал, после чего благодарно кивнул, а после и вовсе поднялся из кресла. С немалым трудом, потому что тело затекло от длительной неподвижности.

— Ты золото, любимая.

— Всё для тебя, мой адмирал! — Инга улыбнулась и стрельнула таким многообещающим взглядом, что Зигфрид ненадолго забыл об усталости, пожирая юную девушку жадным взглядом. Но — тут же вспомнил. Всё же возраст… Лучше, правда, выспаться. И не тратить силы, их и без того мало.

— Чуть что случится — сразу вызывай меня. Поняла?

— Ну разумеется.

Зигфрид хотел ещё поблагодарить своего верного адъютанта, по совместительству любовницу… Но понял, что устал настолько, что неохота говорить даже лишнее слово. Так что он просто ещё раз молча кивнул ей, после чего устало спустился по лестнице с адмиральского «насеста» и пошёл прочь с опостылевшего капитанского мостика дредноута.

Уже около каюты, за крутым поворотом коридора — специально на случай, если вдруг придётся отбиваться от проникших внутрь врагов — столкнулся нос к носу с какой-то девушкой из команды.

Увидев её, невольно скривился. Как же надоели эти красотки, постоянно пытающиеся попасться на глаза! И ведь бесполезно им объяснять, что это бессмысленно, кроме Инги ему никого сейчас больше не надо…

Зигфрид уже хотел было резко отчитать девушку и впаять ей выговор, но вдруг посмотрел ей в глаза — и понял, что дело не в попытке соблазнения и не в желании дорваться до адмиральского тела. Тут что-то другое.

— Что? Что случилось… Мичман Краснова? — конечно же, вся информация о незнакомке была предоставлена личным коммуникатором по первому требованию.

— Адмирал…

— Я вас слушаю!

— Адмирал Зигфрид… У меня есть кое-что для вас.

— И что это? Давай, говори, не тяни! Я приказываю.

— Это… Можно пройти к вам в каюту?

Зигфрид смерил девушку оценивающим взглядом. Всё же попытка соблазнить?..

— Если под «кое-что» ты подразумеваешь свои сиськи, то прошу не отнимать моё время.

— Нет. Адмирал Зигфрид… Я к вам не по личному делу.

— А по какому же?..

— Скажу только, когда мы окажемся в каюте.

— Говори тут!

— Я… Не хотела бы. Кто-то может подслушать. Случайно.

— Тогда — неинтересно. Проследуй на свой боевой пост и не отвлекай старшего по званию… — и после небольшой паузы, вспомнив, что в команде куча не понимающих ничего вчерашних гражданских, едва окончивших недельные курсы, добавил: — Это приказ. За невыполнение которого тебя будет ждать трибунал…

— Адмирал Зигфрид, — бесцеремонно перебила посреди фразы девушка. — У меня кое-что от вашей дочери.

— Что⁈

— Вильгельмина. Просила передать… Некое послание. Но я скажу вам это, только когда мы окажемся внутри.

Зигфрид был рассержен, даже разгневан. Но задумался. Эта упрямица Краснова знала имя дочери… Вдруг и правда передаст что-то важное? Хотя, ситуация в целом оставалась крайне подозрительной.

— Моя маленькая сверхновая. Василий, — развеяла последние сомнения девушка, назвав тайные пароли, которые могли знать только сам Зигфрид и Вильгельмина. Ну и, судя по всему, какое-то количество людей ещё… Кому они про это рассказали, в этой или предыдущих жизнях.

— Ладно, Краснова. Проходи! Но только — быстро.

Впустив девушку в каюту, адмирал зашёл следом и заблокировал створки. Так же на всякий случай положил руку на рукоять портативного разрядника. А то, мало ли что… О их коварстве ходили легенды.

Краснова же достала откуда-то из комбинезона коробочку — постановщик помех, и активировала её.

Зигфрид не успел остановить девушку. Видимо, сказалась усталость…

Адмирал спохватился только с заметным опозданием:

— Так. А это ещё зачем? Я разве разрешал?..

— Сейчас узнаете.

Зигфрид, уже не таясь, достал разрядник, направив прямо на незваную гостью. Случись что, каких-то долей секунды могло бы и не хватить… А так — уже точно хватит.

Но Краснова будто не обращала на это никакого внимания. Она извлекла наружу небольшой портативный голопроектор, такой, какие обычно продают на туристических планетах, с видами местных достопримечательностей.

— Это — просто голозапись.

— Предлагаешь тебе поверить?

Однако, воспроизведение уже запустилось, и невольно привлекло внимание адмирала.

Сейчас на появившейся объёмной проекции отображались не какие-то природные красоты или чудеса архитектуры экзотичных цивилизаций… А подвешенная на цепях избитая, покрытая безобразными ранами и запёкшейся кровью девушка. В которой, когда она медленно подняла голову, Зигфрид без труда узнал родную дочь.

— Папа… — едва слышно прошептала она разбитыми, искусанными губами. — Они взяли нас… Это какой-то кошмар, папа!.. Я мечтаю умереть, но они не дают… Пожалуйста… Сделай, что они просят… Иначе… Иначе… Иначе я не вынесу!.. ПОЖАЛУЙСТА!!!

В конце она сорвалась на крик. Голос был хриплым, страшным, незнакомым… У Зигфрида всё внутри перевернулось.

Демонстарция завершилась, и Краснова, опустив глаза, молча убрала проектор в карман.

После небольшого замешательства, в течение которого адмирал пытался осознать только что увиденное, он набросился на девушку и принялся трясти её:

— Что ты знаешь⁈ Где она⁈ Говори!..

— Я ничего не знаю…

— Всё ты знаешь! Давай, а то убью тебя прямо здесь, сейчас! За предательство!

— Это ничего не изменит. Я… Всего лишь делаю то, что мне приказали. Потому что… Сама в такой же ситуации.

— У тебя тоже кого-то взяли?

— Да.

— Кого?

— Сестру, — по щеке Красновой скатилась слеза. — Они… Они её…

Девушка не выдержала, разрыдалась.

Зигфрид сам не понял, как шагнул вперёд и обнял эту самой Преисподней посланной ему сюда Краснову, пытаясь её успокоить. Женские слёзы — это что-то за гранью добра и зла, то, что адмирал не выносил ни в каком виде, никогда, и с чем никогда не умел справляться.

Жена и дочь знали это, и всегда этой слабостью пользовались.

Когда рыдания девушки прекратились, он спросил:

— И что? Это — всё, что я должен знать? Мне это передали, просто чтобы вывести из равновесия? Или есть что-то ещё, какая-то другая часть послания?

— Конечно же есть, адмирал… Остальную часть я должна передать устно.

— И?.. Я слушаю.

— Когда их флот нападёт в следующий раз… Когда они начнут отступать… Надо погнаться следом.

— Но это неоправданный риск — уходить далеко от противокосмических батарей!

Краснова пожала плечами.

— Тем более, «Разрушитель» — главная сила, и ему удаляться от Горнила просто не позволят. Даже если отдам такой приказ, его могут отменить. Та же Наина.

— Этого и не надо. Достаточно… Чтобы ушли малые корабли.

— И это специально расставленная для нас ловушка. Так?

Девушка вновь развела руками, мол — не знаю.

Хотя, конечно, суть такого действия была очевидна.

— И что… Ты думаешь — они и правда после этого пожалеют мою дочь?

— Сестру… Сестру мучить перестали. Пока я выполняю их волю. Они… Даже дают мне иногда с нею поговорить.

Зигфрид скрипнул зубами.

— Твари!

Краснова лишь опустила голову.

— Я пойду… Не стоит слишком долго находиться здесь.

— Иди, — Зигфрид разблокировал двери.

— Никакого ответа… Не нужно. Они сами всё поймут.

— А я и не собирался давать никакого ответа.

Девушка деактивировала постановщик помех и выскользнула наружу, оставив адмирала в каюте одного.

В течение следующих часов он так и не смежил веки, ни на секунду. И это несмотря на жуткую, накопившуюся за долгие дни усталость.

А потом раздался заунывный вой тревожного сигнала… И пришлось бежать обратно, на капитанский мостик.

Инга встретила Зигфрида тёплой улыбкой.

— Как отдохнул, мой адмирал?.. — правда, сразу после этого девушка всмотрелась в усталое лицо своего мужчины, нахмурилась и добавила встревоженно: — Всё хорошо? Ничего не случилось?

Зигфрид лишь раздражённо мотнул головой — мол, ничего такого, что стоило бы внимания.

Помощница быстро встала, подошла к мужчине, совершенно не стесняясь посторонних, обняла его и прошептала на ухо:

— Я люблю тебя, мой адмирал…

Зигфрид снова не ответил, только кивнул.

И — с головой зарылся в интерфейсы управления боем, будто бы прячась в нём от своих бед и дилемм, когда что ни выбери — будешь жалеть всю оставшуюся эту жизнь.

Глава 29

Анита проснулась сама.

Такого с нею не случалось уже очень давно. Всегда — только по тревоге, только под вой сирен, только бегом. А в остальное время, если вдруг окажешься предоставлен самому себе — спать, спать и ещё раз спать. Потому что стимуляторы, сколько ни принимай, рано или поздно перестают работать, в какой-то момент отрубаешься прямо во время полёта, или и вовсе вылезают мерзкие побочки, вплоть до проблем с сердцем или другими жизненно важными органами.

В госпиталь Аните совершенно не хотелось, это место её пугало до дрожи ощущением беспомощности — и необходимостью сдавать оружие на входе. С небольшим портативным разрядником девушка не расставалась теперь никогда… И это не говоря о том, что уже далеко не одна знакомая из эскадрильи, включая действительно отличных пилотов, отправилась прямиком на ту сторону, перебрав с препаратами. Так что отдыхать требовалось в любой свободный момент, и обычно разбудить Аниту мог только одни Кровавые знают насколько опостылевший уже за эти недели сигнал тревоги.

Так было всегда в последнее время — но сейчас девушка просто проснулась, и всё. Без всяких сирен и прочих внешних эффектов, без насущной необходимости. Даже по нужде не очень-то и хотелось.

Причина была непонятна, и беспокойство тут же толкнулось внутри. Всё непонятное — опасно.

Анита подобралась, нащупала лежащий под подушкой разрядник, прислушалась и медленно приподняла голову, стараясь незаметно оглядеться, чтобы не выдавать себя.

Беглый осмотр позволил немного успокоиться. В ангаре больше никого не было кроме самой девушки, мирно храпящего рядом её мужчины и гремящих потрохами разобранных истребителей дронов-ремонтников вдалеке. Остальные девушки-пилоты, только возвращаясь с вылета, тут же разбредались по казармам, других дураков устраивать жильё прямо под своей боевой машиной среди них не нашлось.

Что же до Аниты — она попросту боялась с некоторых пор отходить от «Зайчика» далеко, рядом с истребителем ей было спокойнее. Ведь если что — вот она, кабина: запрыгнул, запустил движки, и спустя пятнадцать-двадцать стандартных секунд уже отрываешься от палубы, в полной готовности стрелять или бежать. В зависимости от того, что требуется…

Нил не смеялся над этой причудой своей, с некоторых пор, официальной походно-полевой жены. Когда она заявила, что никуда от своего «Зайчика» больше не уйдёт — разве что в душ или справить нужду, да и то по-быстрому — бывший простой техник, ныне носящий уже знаки различия капитана второго ранга и курирующий все ангары «Разрушителя», просто притащил откуда-то и расставил прикрывающие от посторонних взглядов ширмы. С их помощью получилось сделать что-то вроде домика без потолка.

Чуть погодя Нил притащил даже снятый с какого-то малого корабля автономный блок с душевой кабиной и небольшим гальюном. Условия, если оценивать по меркам мирного времени, ужасные — но для Аниты сейчас это было самым лучшим решением, она за такой подарок своего мужчину буквально расцеловала.

И больше никуда из ангара вообще не выходила, покидая его только в кабине «Зайчика».

Попросив ещё Нила, чтобы дежурил снаружи, пока принимает душ. Потому что даже такое делать было страшно, когда появлялось хотя бы минимальное ощущение беспомощности, оно делало почти физически больно. А беспомощной Анита чувствовала себя всегда, когда не управляла истребителем — когда больше, когда меньше.

Конечно же, девушка прекрасно отдавала себе отчёт, что все эти страхи абсолютно нерациональны, и что они лишь портят и так непростую жизнь, излишне её осложняя дополнительными необоснованными ограничениями… Но Анита ничего с собой поделать не могла. И очень радовалась, что Нил принимает свою спутницу такой, какая есть. Вернее — такой, какой она стала…

Взгляд скользнул по лежащему рядом мужчине, и на губах сама собой появилась улыбка. Ещё раз оглядевшись и окончательно убедившись, что бояться пока вроде как нечего, Анита аккуратно расстегнула комбинезон и выскользнула из него наружу, ради такого важного дела ненадолго выходя из зоны комфорта — без одежды тоже чувствовала себя не очень. Но лежащий под подушкой разрядник немного успокаивал, случись что, выхватить получится быстро. А там — те же пятнадцать-двадцать секунд, и она в кабине, взлетает.

Критично оглядев свои заметно отощавшие ноги — проклятая война лучше любых диет способствует похудению, они ещё и были бледные совсем без загара — девушка медленно стянула с Нила одеяло и крепко прижалась к нему своим обнажённым телом. К счастью, расстёгивать ничего больше не пришлось. В отличие от Аниты, её мужчина предпочитал спать полностью голым — и плевать, что по тревоге потом приходится натягивать на себя бельё и комбинезон, у него получалось делать это очень быстро.

Нил спал мёртвым сном и совершенно не реагировал. Зато от прикосновений пробудился его «младший матрос». И девушка решила устроить незабываемое пробуждение, скользнув вниз и коснувшись трепещущей плоти губами.

Конечно же, после такого мужчина проснулся. Сориентировался сразу и тут же потянул девушку на себя.

После этого они кувыркались, как безумные. Вопли Аниты разносились на весь ангар, отражаясь от высоких сводов эхом. Наверное, на соседних палубах было слышно… Но этим двоим на возможных свидетелей их счастья было совершенно плевать. Они бросались друг на друга раз за разом, позабыв про весь мир вокруг — всё остальное просто перестало для них существовать. Они наслаждались друг другом и единственное, чего сейчас хотели, это быть вместе…

В любой момент могла прозвучать тревога, или дёрнуть начальство — но Аните с Нилом будто подарили немного времени, дали возможность сделать паузу. И они сполна этим воспользовались.

А изрядное количество времени спустя, когда всё закончилось, девушка лежала своей голой грудью прямо на грязном, приятно холодящем разгорячённое тело полу. Во время своих любовных игрищ они незаметно откатились в сторону и даже снесли одну из ширм…

Вытянув руки вдоль тела, Анита обессиленно обмякла и тяжело дышала, пытаясь перевести дух после такого неожиданного и такого приятного марафона. Она смотрела из-под полуприкрытых век на то, как натянувший штаны на голое тело Нил ходит туда-сюда, пытаясь устранить учинённые ими разрушения… И не могла оторвать взгляда.

Заметив это, мужчина подошёл и сел напротив. Достав из пачки сигарету и не дожидаясь согласия, вставил девушке в рот. Щёлкнула зажигалка, пошёл дымок… Анита закашлялась, а после и вовсе выплюнула сигарету на пол.

Нил рассмеялся.

— Ничего смешного. Травишь меня… Всякой гадостью!

Мужчина подобрал сигарету с пола, снова раскурил её и с наслаждением затянулся. После чего с хитринкой посмотрел на девушку, и ухмыльнулся.

— Что-то ты раньше против «всякой гадости» не возражала.

— Так ещё бы! Приучил… И сам доволен!

— Ну так а ты чего? Взрослый человек же. Нет бы, хорошее чего у меня перенять… А она — вредные привычки!

Они немного помолчали, после чего Анита пошевелилась и перекатилась на бок.

— Ладно. Давай сюда.

Нил прикурил и протянул ей ещё одну сигарету. Девушка снова затянулась, и на этот раз уже не кашляла. Всё это она проделала, не отрывая от мужчины взгляда.

Видя это, он не выдержал и спросил:

— Ну что такое-то? Говори уже.

— Нил.

— Да?..

— Я тебя никогда не забуду.

Мужчина усмехнулся и одними губами прошептал что-то в ответ. Аните послышалось, что в конце она различила слова: «…не увижу».

— Что-что ты там сказал?..

— Да так. Вспомнилось что-то, даже и не знаю откуда… Неважно это. И знаешь, я когда тебя впервые увидел… Сразу всё понял.

— Что ты понял?

— Понял, что у нас что-то будет… — его смеющийся взгляд скользнул по голому бедру девушки. Которая в ответ рассмеялась.

— Охальник, — и, после небольшой паузы, добавила: — А ты мне совсем не понравился. Подумала, что если тебя отмыть и привести в порядок, может ещё что толковое получится… Но даже мыслей не было, чем всё может закончиться. Вот как оно бывает!

— Тебе кстати не холодно там, на полу, валяться?

— Знаешь, сначала было приятно. Но сейчас… Пожалуй, что уже и не очень.

Протянув руку, мужчина помог девушке встать. Они обнялись, постояли так недолго… Потом у Нила пиликнул коммуникатор.

Он быстро кинул на него взгляд, и сразу весь подобрался, напрягся. С лица исчезла лёгкая улыбка, на лбу появилась складка.

— Вызывают?

— Да. Надо идти.

— Давай. Любимый…

Нил улыбнулся, поцеловал её, быстро оделся — и ушёл, почти убежал прочь.

Так что сигнал тревоги застал Аниту одну. Девушка, так и не дошедшая до душа, стремительно натянула комбинезон прямо на голое тело, запрыгнула в кабину, запустила все системы… И потом смотрела, как пилоты эскадрильи забегают в ангар одна за другой, запрыгивая в свои истребители, отрываются от палубы и выскальзывают наружу.

Хоть сама Анита была готова проделать всё это первой, она пропустила остальных вперёд. Потом пришлось нагонять, благо технические характеристики «Зайчика» позволяли…

Девушка до последнего ждала, что Нил успеет вернуться, и начертит ей вслед тот таинственный знак.

Но мужчина не успел. Пришлось вылетать без его благословения…

Потом был бой. Не то чтобы особенно тяжёлый — просто долгий, выматывающий.

Отбиться получилось, враг понёс потери и начал отходить. Опытные пилоты, не дожидаясь приказа, уже разворачивали свои машины назад, к оставшемуся позади «Разрушителю» и к другим кораблям со взлётно-посадочными палубами, которые могли принять на свой борт истребители.

Но внезапно пришёл приказ, завизированный электронной подписью аж самого адмирала: «Продолжать преследование врага».

Анита очень этому удивилась, суть полученного приказа от неё ускользала. Ведь вдали от орбитальных батарей москитный флот защитников системы будут уязвим — это понимала даже она, не ахти какой космический тактик. А без возможности восполнять потери, причём как в технической части, так и в людях, они очень быстро проиграют… Все истребители выбьют, после чего корабли просто возьмут на абордаж, один за другим. Включая дредноут, который наверняка постараются захватить целым — такой трофей ценный! А дальше… Дальше будет то, о чём не хотелось даже и думать.

Тем не менее, приказы не обсуждаются, тем более во время боя. Начальству виднее. Раз сказано, что необходимо сделать именно так — значит, сделать так и правда требуется…

И Анита отработала на все сто. Даже, возможно, и на двести процентов. В сопровождении дюжины быстроходных корветов и пары сторожевиков они долго преследовали отступающие корабли противника, прямо как мирийские борзые загоняют зайцев. Вычленяли их одного за другим, обкладывали, ловили в прицел, сносили огненным шквалом… Проклятые людоеды огрызались как-то совсем уж вяло, и это внезапно пробудило азарт: а сколько ещё кораблей получится уничтожить? Пилоты, и это как-то само собой получилось, устроили между собой негласное соревнование, кто наберёт больше «фрагов».

Правда, вскоре в груди у Аниты шевельнулось неприятное предчувствие.

Это произошло после того, как девушка снесла одному из вражеских фрегатов половину обшивки, как раз в области капитанского мостика, и пролетая мимо потерявшего скорость корабля чисто из любопытства направила внутрь оптический увеличитель. Нил поставил очень мощный, снятый с какого-то серьёзного корабля, разобранного на запчасти.

Аните просто хотелось полюбоваться на сдохших вражеских пилотов, с некоторых пор такое зрелище доставляло ей удовольствие.

Всё продлилось какие-то считанные мгновения — всё-таки «Зайчик» летел на большом ускорении, а корвет продолжал двигаться исключительно по инерции — но девушке показалось, что она увидела внутри никаких не людоедов, а людей. Самых обычных, даже без скафандров и формы.

Прикованных цепями к креслам, а то и вовсе насаженных на железные штыри, словно экзотические бабочки в энтомологической коллекции.

Осмыслить всё это Анита толком не успела. Уже через несколько секунд в эфире начался страшный переполох. Запищали сигналы бедствия от соратников, зелёные точки на карте начали исчезать одна за другой… Прямо на глазах девушки летящую впереди пару снесло двумя меткими выстрелами — сначала ведомого, потом ведущего, пока тот не успел спохватиться.

Ещё не осознав до конца происходящее и не понимая толком, откуда грозит опасность, Анита резким рывком потянула на себя штурвал и выкрутила его на максимум, одновременно включив форсаж двигателей на полную мощность. Кто бы там ни был и откуда бы он ни стрелял, а манёвр уклонения никто не отменял…

Только быстрая реакция девушку и спасла — её ведомая, не такая расторопная, едва ли не в то же мгновение превратилась в облако космического мусора и медленно остывающей раскалённой плазмы.

Зато получилось отследить направление выстрела. Стало понятно, что это — один из кораблей-невидимок. Увы, против них пилоты обычных истребителей были почти полностью бессильны, засекать движущиеся объекты с активной маскировкой могли только мощные пространственные сканеры, установленные лишь на нескольких кораблях… Ближайшие из которых, погнавшиеся за лёгкой добычей, уже прекратили своё существование, а до остальных было не достучаться — почти сразу кто-то включил мощный постановщик помех, нарушив связь.

«Мамочка! Кажется, это всё…»

Анита стреляла в пустоту, наугад. Уворачивалась, вертелась, хаотично меняла траекторию… Истребители и корабли сил обороны Ирия погибали один за другим, а лейтенанта Воробьёву врагам достать всё никак не получалось. Она была словно заговорена самими Кровавыми.

Увы, вечно это длиться не могло. Мощный разряд, прошедший прямо сквозь кабину, мгновенно испепелил находившееся в ней уязвимое человеческое тело, испарил тонкий металл обшивки и превратил некогда юркого, любовно собранного из лучших запчастей «Зайчика» в кусок мёртвого космического мусора.

Какое-то время он ещё будет излучать в пустоту, постепенно остывая… Но рано или поздно температура достигнет абсолютного нуля, после чего крошечный объект на расстоянии не смогут найти даже самые мощные пространственные сканеры.

Глава 30

Зигфрид сидел с отстранённым видом и глядел куда-то вдаль, сквозь виртуальные интерфейсы, как будто даже не замечая их. На первый взгляд вроде и занят делом, но… Каждому из подчинённых было очевидно: это только видимость работы. На деле адмирал уже несколько минут как самоустранился от управления, фактически никак не реагируя на происходящее вокруг.

Наконец, один из помощников не выдержал, резко крутанулся вместе со своим креслом и посмотрел своему начальнику прямо в глаза, хотя обычно обмен информацией между ними происходил безо всяких атавизмов вербального общения — команда Зигфрида привыкла не тратить ценное время: перебрасываться короткими репликами, не поворачивая головы, а то и вовсе отправляя друг другу не отвлекающие остальных короткие текстовые сообщения.

— Адмирал! Мы только что лишились всего нашего москитного флота!

Зигфрид ничего не ответил, продолжая сидеть с отрешённым видом.

— Последний приказ… Был очень странным, адмирал. Может, поделитесь его тайным смыслом? Конечно, мы разменяли наши истребители и дюжину лёгких кораблей довольно выгодно, враг потерял куда больше, но… Без защиты все крупные корабли стали лёгкой добычей. А восполнить потери мы возможности не имеем…

— Вражеский флот пришёл в движение. Расчётное время начала огневого контакта — полтора часа! — вклинился в разговор другой помощник, и тоже развернулся на своём месте. — Адмирал Зигфрид. Судя по предварительным подсчётам, мы имеем все шансы не пережить этот бой. Без прикрытия истребителей — шансов ноль.Наших пушек просто не хватит отбить все атаки. И как всё это понимать?..

Зигфрид сморгнул, сфокусировал взгляд. После чего посмотрел сначала на одного своего помощника, потом — на другого.

— Послать корабли в погоню… Было ошибкой, — наконец, выдавил он.

— Ошибкой? Мой адмирал… Результаты подобной авантюры были очевидны всем, даже мне. Просто мы думали, что у тебя есть какой-то план. А его что… Не было? — Инга тоже полуобернулась на своём кресле, и, как и остальные, посмотрелав глаза возлюбленному.

— Я думал… Обойдётся.

— Думал? Нет, дорогой. Ты знал.

— Знал?

— Ты знал, что не обойдётся. Теперь я поняла. Зачем ты отдал этот приказ?

— Дорогая…

Зигфрид сморгнул и с удивлением посмотрел на девушку. Которая будто прислушалась к чему-то — её взгляд тоже ненадолго стал отсутствующим, но спустя несколько секунд прояснился. И от того выражения, которое на нём появилось, адмирал невольно передёрнул плечами.

Девушка же медленно поднялась со своего места, так же медленно достала из магнитной кобуры на бедре разрядник, плавным движением подняла перед собой… И направила прямо на Зигфрида.

— Дорогая?.. — глаза адмирала округлились.

— Адмирал Зигфрид Кархайс. За предательство и пособничество врагу вы приговариваетесь… К смерти. Расследование проведено Наиной Огневой-Белой-Разумовской, санкция получена. Просьба не мешать приведению приговора в жизнь…

— Инга? Но ты… Ты же говорила, что любишь меня!

Кажется, такая разительная перемена в поведении любовницы поразила Зигфрида больше, чем перспектива расстаться с этой жизнью.

— А яине врала. Но… В отличие от тебя, для меня долг и верность нанимателю — не пустые слова. Пусть дажеэтоневыбор свободного человека, а всего лишь предустановленные в моймозг настройки… Мы ведь с сёстрами репликанты, ты что, забыл?

— Но…

Инга не стала дослушивать.

На секунду отвела глаза в сторону и надавила на спуск.

По щеке девушки скатилась слеза. А лишённое жизни тело адмирала расслабилось и растеклось по креслу.

— Вызовите матросов. Пустьуберуттело. Командование… Переходит к капитану Александеру. А явременно исполняюобязанности, пока он занят с «Разрушителем». Приказ главы службы безопасности…

Тут же появившаяся между кресел голограмма Наины Разумовской подтвердила слова Инги.

— Сказанному верить. Увы, сейчас верность и надёжность ценнее, чем профессиональные качества… А в этой девушке я уверена на все сто. Тем более, всё последнее время она работала с Зигфридом плотнее остальных, стараясь перенять от него как можно больше. Надеюсь, что-то да осталось.

— Госпожа. Но… Как так получилось? — с не наигранной болью в голосе спросил один из помощников.

— Недосмотрели. Увы. Мы постоянно ловим предателей и агентов врага, вычислили уже несколько сотен, из них сорок семь — только на борту «Разрушителя». Но… Главного предателя упустили. Моя недоработка. Увы, в адмирале я была слишком уверена.Неоправданно. Но больше такой ошибки не повторится, не переживайте. Возвращайтесь к выполнению своих обязанностей.

— Но, госпожа Наина…

— Да?

— Судя по всему… Это будет последний бой. В текущих условиях нам не победить, единственный вопрос — сколько продержимся.

Глава службы безопасности повернулась к Инге.

— Это правда?

Девушка нахмурилась и кивнула.

— Абсолютная. Увы… Теперь шансов на победу никаких. Мой… АдмиралЗигфрид ещё мог бы что-то придумать. Но не мы.

Наина сверкнула глазами и подняла перед собой сжатый кулак.

— Отставить панические настроения. Сражаться до самого конца! Всех, кто попытается перейти на сторону врага или будет саботировать приказы — безжалостно устранять. И… Предусмотритевозможность уничтожения «Разрушителя», если возникнетугроза захвата. Отдавать его нельзя. Ни при каких обстоятельствах.

Инга решительно кивнула.

— Будетисполнено.

— Рассчитываю на тебя, девочка. Теперь всё на ваших с Александером плечах… Он поможет, когда сможет. Пока, к сожалению, его снимать с управления «Разрушителем» нельзя.

— Мы справимся, госпожа.

— Вы обязаны справиться. Чтоже… Простите, но я оставлю вас пока. У меня ещё оченьмногоработы,ведь всепредатели и паникёры сами себя непереловят.

Голограмма погасла.

Появились два матроса. Ничего не спрашивая и не выказывая удивления, они подхватили тело адмирала и потащили прочь.

Инга, демонстративно не смотря на это, прошла к освободившемуся креслу и уселась в него. При этом ненадолго прикрыла глаза, будто справляясь с обуревающими её чувствами.

— Что ж… Вступаю в должность временно исполняющего обязанности адмирала флота объединённых сил обороны Ирия. Видят Кровавые, я этого не хотела… Но так получилось.

Возражать никто не стал, как и пытаться оспорить решение командования — мол, Наина во флотских делах ничего не смыслит. На самом деле, у всей команды было достаточно времени на то, чтобы оценить способности друг друга, и вопросов к компетенциям Инги не возникало ни у кого. Пусть девушка начала учиться совсем недавно и опыта имела преступно мало, но постигала науку управления флотом старательно, и со временем имела все шансы стать полноценной заменой выбывшего адмирала.

Увы, пришлось делать всё это не плавно, в рабочем режиме — а вот так, внезапно.

Будто вторя мыслям, которые наверняка возникли в голове у каждого присутствующего на «насесте», Инга продолжила:

— У меня недостаточно практического опыта… Поэтому с радостью приму все ваши советы и подсказки, — правда, добавила после этого куда более жёстким тоном: — Только если ситуация будет позволять. Увы, вбою время принятия решения важнее, чем его правильность. Давайте начнём, господа… И чтотаму нас с москитным флотом?

— Уничтожен.

— Это я знаю не хуже вас. Но вангарах оставалосьнекоторое количество машин, остававшихся в ремонте. Их можно вывести в космос?

— Пилоты…

— Часть пилотов находится в госпитале на излечении.

— Но…

— Если мы сейчас не отобьём нападение— каждый из них всё равно погибнет. Вероятно, очень паршивой смертью.

После секундной паузы один из помощников ответил:

— На излечении находится полтора десятка пилотов. Четверо тяжёлых, остальные — пригодны к пилотированию… С ограничениями.

— Срочно вернуть всех строй! Пусть используют стимуляторы, даже смертельные дозы, вообщевсё, что угодно — нам сейчас нужен каждый человек… Что с машинами?

— Всего четыре на ходу. Ещё шестнадцать мы можем восстановить в ближайшее время… Вернее, могли бы.

— В чём дело?

— Капитан-техник второго ранга Борзов, который должен заниматься этим… В данный момент покинул корабль. Всопровождении ещё нескольких пилотовон сейчас движется по направлению к врагу. Туда, где недавно закончилось уничтожение нашего флота…

— Срочно отозвать!

— Капитанпроигнорировал все прямые приказы, а сейчас и вовсе отключил связь.

— Кровавые… Какой же придурок!

— Капитан Борзов потерял в том бою возлюбленную. Не судите строго… — попытался оправдать Нила один из помощников, но Инга оборвала его на полуслове, закричав:

— Это вы… Мне!!! Мне это будете говорить?!!

Мужчина тут же замолк, стушевавшись.

Девушка же заговорила вновь — уже почти спокойным голосом, в котором, однако, звенел металл:

— Вам не кажется, мальчики, что вы устроили здесь какой-то балаган? А ну-ка, все, настроиться на рабочий лад! Быстро! Через полтора часа… Да уже почти через час, у нас тут начнётся такой бой, что демонам в Преисподней станет тошно. Соберитесь! И найдите мне возможность поговорить с этим Борзовым, метеоритные бесы его задери!

После этого с отвлечёнными разговорами было покончено. Все зарылись в виртуальные интерфейсы, пытаясь решить практически нерешаемые задачи и стараясь гнать от себя мысли, что всё бессмысленно — ведь шансы на победу минимальны, что ни делай.

Однако работа хотя бы позволяла отвлечься, не думать о плохом.

Время томительного ожидания закончилось, завязался неравный бой.

Нила Борзова всё же получилось вернуть. С помощью боевого вируса взломали аппаратуру на его истребителе, после чего в ходе почти десятиминутного разговора сама Наина Разумовская убедила капитана заняться своим делом и не творить глупостей. В конце концов, отомстить ведь тоже можно по-разному, не обязательно при этом тут же отправляясь самому на ту сторону…

При помощи своих верных дронов и нескольких добровольных помощников, Нил ударными темпами восстановил почти десяток повреждённых машин, в том числе несколько, подобранных на месте неудачного боя. Из них — одну, которую специально искал и к которой сам явно очень неровно дышал. Там была снесена кабина, но заменить её, сняв с другого истребителя, и протянуть новые линии к органам управления не составила труда.

А когда настало время, Нил просто забрался внутрь и первым вылетел навстречу врагу.

Этому препятствовать больше никто не стал — теперь уже стало всё равно. Каждый понимал — если не отбиться прямо сейчас, восстанавливать будет больше некому и нечего, и что самое главное — не для чего и не для кого.

Капитан лично сбил не менее десятка вражеских истребителей и даже повредил один фрегат, прежде чем его подбили. Но какой бы класс ни показывал сидящий за штурвалом — а капитан однозначно оказался выдающимся пилотом — количественный перевес рано или поздно должен был сыграть свою роль. Безжалостная статистика играла не на стороне Нила, и сколько бы он ни противился этому, она в конце концов взяла над слабым человеком верх. В какой-то момент капитан не успел увернуться, оказался под обстрелом… И, последним из всех, геройски расстался с этой жизнью…

Флот же врага, по размеру — поистине армада, каких не видывали уже десятки лет, неумолимо накатывался на жалкую горстку защитников системы.

Общий конец был всё более осязаем. Инга и помощники уже готовились разогнать «Разрушитель» и обрушить его в кипящую атмосферу Горнила, чтобы имперский дредноут не достался врагу.

И тут вдруг раздался голос одного из помощников, следивших за сканерами дальнего пространства:

— У Маяка засечено появление кораблей… Вывожу картинку, смотрите.

Все на «адмиральском насесте» невольно замерли и повернулись в сторону голограммы. Побросав свои дела и боясь дать волю надежде, они следили за происходящим совсем недалеко по звёздным меркам, продолжая слушать пояснения принёсшего добрую весть коллеги.

Вот только, разочарования в голосе у него с каждым следующим словом было всё больше.

— Увы. Всего несколько бесполезныхтранспортов, да какой-то старый фрегат. Их аккуратно подбили, обездвижили… Теперь высылают призовые команды. Чуда не случилось.

Кто-то не сдержался, издал тоскливый вздох. Кто-то скрипнул зубами.

— Господа. Не давайте волю унынию. Ещё не всё…

— Смотрите! Да смотрите же!..

У Маяка внезапно начали появляться новые корабли. Десятки их, один за другим, выскакивали из пустоты и на полной скорости уносились вперёд, продолжая движение и походя снося огненным шквалом всех, кто только оказывался у них на дороге.

— Получен сигнал… Да это точно наши!..

— Господа, поздравляю! Отменить подготовку к уничтожению «Разрушителя». Подготовиться к бою… А я транслирую новость на все нашикорабли, а также всем оставшимся на поверхностиотрядам! Люди должны знать, что всё было не зря!

Глава 31

Анита вышла из высоких резных дверей храма Смерти и в полном недоумении посмотрела на сиренево-розовое небо. Судя по висящей близко к зениту большой полосатой планете, опоясанной кольцами, по крошечному ярко-красному шарику над самым горизонтом, и по не приспособленным к осадкам крышам домов — под ногами оказался отнюдь не Дом, родная планета девушки и то место, с которым были связаны последние её воспоминания.

Тем не менее, открывшийся вид был Аните хорошо знаком, их сюда когда-то возили со школой на экскурсию.

«Мамочка, да это же, судя по всему, Ирий!»

Находящийся в их же системе спутник отдалённой планеты по имени Горнило, совсем недавно по космическим меркам терраформированный и ограниченно пригодный для жизни. Причём, последнее — только при обязательном условии соблюдения кучи дополнительных требований и постоянного использования «костылей», таких как искусственное орошение, без которого вся флора здесь загнулась бы очень быстро.

Надо сказать, на маленькую Аниту та поездка произвела гнетущее впечатление. Она твёрдо для себя решила, что Ирий — самое унылое место во всём разведанном мире, а живущие на нём люди — несчастные. Это подумать только — никаких океанов, морей… И даже облака — большая редкость, не говоря уже о тучах… Как жить без дождей? Когда не можешь выбежать под тугие струи без верхней одежды, и начать танцевать, наслаждаясь наконец-то падающей с небес прохладой?..

Нет, определённо, на Ирий Анита по своей воле никогда бы не отправилась.

«Как я оказалась в этой дыре? Что произошло?»

В памяти девушки не было ничего, что могло бы дать хоть какую-то подсказку. Будто наступила частичная амнезия, которая полностью стёрла все последние события. Это было похоже на какую-то плохую шутку богов!..

Вдруг в небе, прямо над головой, что-то сверкнуло. Несколько стандартных секунд спустя донёсся отдалённый грохот, похожий на приглушённый раскат грома.

А девушка наконец начала замечать то, чего раньше не видела, полностью погружённая в свои мысли.

«Мамочка… Что же здесь происходит?..»

Наваленные грудой какие-то ящики зелёного цвета. Толпящиеся вокруг такие же, как и она сама, растерянные люди, в одних лишь подпоясанных верёвками грубых балахонах и босые.

Чуть дальше перебегали вооружённые люди. Ничуть не похожие на привычные Аните по парадам и выпускам новостей императорские войска — другая форма, другое, даже на беглый взгляд дилетанта, оружие.

И даже больше того. На краю площади, у выезда на прилегающую улицу, курилась дымком какая-то сгоревшая бронетехника.

А чуть в стороне…

«Да что же это такое! Неужели?..»

Там, куда девушка устремила свой взгляд, безобразной горой были навалены человеческие тела.

Анита едва подавила рвотный позыв. Внутри и так-то было неуютно — желудок скручивало голодом, как будто девушка век ничего не ела. А ещё хотелось… Стыдного, животного, первобытного. Глаз сам собой останавливался на каждом мужчине, внизу тянуло томной сладостью и желанием. Девушка еле-еле заставляла свои мозги, то и дело норовящие погрязнуть в пучине инстинктов, работать ясно и думать о чём-то кроме размножения…

А тут ещё и это. Трупы!

«Что-то здесь нечисто…»

Анита переборола отвращение и сделала несколько шагов в направлении этой беспорядочно наваленной груды человеческих останков. Кое-что показалось ей странным, и девушке почему-то показалось очень важным это проверить.

Вблизи подозрение подтвердилось: в куче находились тела совершенно идентичных людей. Они вообще ничем не отличались друг от друга — один рост, ярко-красные волосы, лицо, и даже замершее на нём выражение высокомерного удивления. Мужчины, как принято говорить, «средних лет», похожие друг на друга, как две капли воды. Единственное, что их отличало — это вид повлекших смерть повреждений: кто-то был застрелен, кто-то обожжён, а кого-то банально, судя по всему, прирезали.

Пока Анита стояла и рассматривала эту жутковатую груду, мимо неё прошёл военный и, крякнув, поднатужился и закинул наверх ещё одно тело. Точь-в-точь такое же, как и все остальные.

Он уже собирался уходить, но задержался взглядом на девушке. Видимо, недоумение на её лице было настолько явным, что мужчина посчитал нужным объясниться:

— Предатель. Только возвращается с той стороны и выходит наружу, сразу кончаем… Чтоб увеличить таймаут между перерождениями. Так он хотя бы не сразу попадёт к людоедам, у наших будет фора…

— Перерождениями? К людоедам?..

— Всё понятно. Вон, девушка, вам туда… — военный махнул рукой в сторону, показывая собравшуюся вокруг чего-то непонятного немаленькую толпу. — Объяснят. А мне бежать надо…

— Скажите одно. Это же Ирий?

— Ирий.

Последнее военный выкрикнул уже через плечо, удаляясь куда-то по своим делам и правда очень быстро, почти бегом.

Анита проводила мужчину взглядом — как красиво он двигался, какая сила чувствовалась в каждом толчке его спортивного тела! — но больше не стала тянуть, и сразу направилась туда, куда ей показали. Все появившиеся в голове вопросы требовали ответов, и чем скорее она их получит, тем лучше.

Откуда-то издалека донёсся очередной удалённый раскат грома… Это на небесном-то теле, где никогда не было туч и грозы.

Многие обеспокоенно задрали головы вверх. Анита тоже.

Здоровенный огненный болид падал почти на них… К счастью, полностью сгорел в атмосфере, и до поверхности так и не долетел. Только остался медленно рассеивающийся огненный след.

«Плевать. Не обращай внимания, Анита. Мало ли что сверху валится?..»

Вновь опустив свою голову вниз, отвлёкшись от небес и вернувшись к бренному, девушка быстро дошла до толпы и привстала на цыпочки.

«Так, и что тут у нас?..»

Между головами стоящих впереди людей можно было частично разглядеть небольшую голопроекцию. До неё было далеко, и видно было очень плохо… Но зато, если напрячься, получилось разобрать закадровый голос.

Девушка явно подошла не к началу, и потому целостность рассказа пострадала. Но и последних новостей хватило. Нападение на человеческие миры жуткой расы людоедов, которыми в Империи пугали не только детей, но и взрослых, страшная война без шансов на выживание — и внезапный луч надежды, в виде отдалённой планеты, куда враги не доберутся — главное, самим туда успеть попасть.

Всё это звучало слишком фантастически, и Анита хмыкнула.

«Бред какой».

Особенно большой скепсис вызвал последний заход, про эту Надежду.

«Какая-то сказка для дурачков. Они что, и правда думают, что мы все в это поверим?..»

Тем не менее, девушка дослушала всё до конца. До самого интересного — когда им сказали, что в системе уже вовсю хозяйничают враги, которые захватили как Ирий, так и Дом.

«Мамочка… А как же родители? Это что же получается, они там, в руках у этих?.. Кровавые, мне даже думать об этом больно!»

Судя по дальнейшему рассказу, здесь, на площади, людоеды ещё не хозяйничали исключительно потому, что опасались применять тяжёлое оружие по Храму и близлежащим территориям — за такое может прилететь даже чужим. Так что вокруг получилось организовать периметр укреплений, на котором прямо сейчас погибали оставшиеся здесь добровольцы-смертники.

И получалось что жизнь и судьба всех, кто вокруг, полностью в руках этих бравых ребят. Пока они сдерживают натиск врага — люди за их спинами живы, но как только последний защитник падёт, сюда заявятся самые страшные монстры разведанной вселенной. И начнут брать в оборот каждого, кто выходит из дверей храма… Думать о таком даже не хотелось.

Заканчивался ролик простым выводом. Если вдруг кто-то из присутствующих умеет держать в руках оружие — их помощь может оказаться очень кстати.

«Какие нехитрые манипуляции, какая очевидная вербовка…»

Однако же, если всё и правда обстоит так, как им описывают — времени на сомнения просто нет. Надо идти и делать. Альтернатива в виде захвата площади людоедами виделась не самой лучшей… Кто такие эти людоеды, и чем они страшны, Анита представляла плохо. Только какие-то смутные слухи, которые иногда всплывали. И обрывки историй, обязательно леденящие душу.

Конечно же, обращаться с оружием девушка не умела, и никогда не хотела. Тем не менее, отсиживаться без дела девушка не собиралась.

«Эх. Ну вот за что мне это вот всё?.. Мамочка! Я же создана для того, чтобы выбирать красивые платьишки в магазине, и чтобы отдыхать на пляже какого-нибудь престижного курорта, привлекая взгляды интересных мужчин… А вместо этого приходится… Эх! Но сначала — надо бы подкрепиться!»

Анита прошла к коробкам с консервами и сухпайками. Скручивающий нутро голод был просто невыносимым. Пусть её прямо сейчас начнут мучить или даже убивать эти проклятые людоеды — плевать тысячу раз. Сначала — еда!

Набрав целую охапку съестного, Анита вернулась к толпе вокруг голопроекции и, присев в сторонке, принялась жадно поглощать продукты, одновременно продолжая слушать ролик — после завершения начавшийся с начала. Так, девушка услышала про гибель Империи (подумать только, а ведь она казалась вечной и незыблемой, как само время!), про последний и очень глупый поступок Императора (вот всегда этот тип чем-то не нравился, и теперь ясно, что не зря!), и, наконец, про главное — про то, что в этом странном, одновременно и таком знакомом, и таком незнакомом мире нормальной смерти давно уже нет, а все обязательно возвращаются с той стороны обратно (очевидно — как и она, иначе каким ещё образом объяснить её появление в Храме Смерти?).

Так что, когда последняя банка с тушёным мясом оказалась дочиста вылизана с помощью куска консервированного хлеба, и вместе с пустой пластиковой бутылкой от воды отправилась в большой мусорный контейнер, девушка чувствовала себя полностью готовой к дальнейшим действиям. Конечно же, в голове всё происходящее до сих пор не укладывалось, но вспышки в небе, грохот — иногда довольно близкий — и всё прочее, вместе и порознь, указывали на одно: как бы услышанное объяснение происходящего вокруг бардака ни казалось безумием, но оно легко может оказаться самой настоящей правдой.

Тем более, такая толпа вокруг… Не могут же галлюцинации быть сразу у всех? И ведь новые люди всё выходили, и выходили, и выходили из дверей Храма, сплошным непрекращающимся потоком. Если каждый «умерший» возвращается назад — то, Кровавые! Сколько же людей сейчас погибает каждую секунду?.. Как-то очень уж много, Аните такие цифры было страшно даже просто представить…

«Мамочка. Если всё это и правда по-настоящему — сомневаться и гадать просто нет времени, каждая секунда на счету»

Ещё раз оглядевшись, девушка нашла то, что ей было нужно — длинную очередь, тянущуюся к растянутому на двух жердях грязному полотнищу с кривой надписью «вербовочный пункт». Прямо под ней, на перевёрнутом на бок ящике сидел офицер с какой-то аппаратурой в руках, а сбоку от него торчала в небо направленная антенна. Видимо, обеспечивала связь с находящимся где-то далеко, в космосе, командованием.

Очередь была изрядная, но утолившая свой зверский голод девушка преисполнилась спокойствием, и отнеслась к этому с пониманием. Единственное, что пока ещё мешало здраво мыслить — это то, что как-то уж слишком сильно хотелось срамного…

Взгляд сам собой прикипел к фигуре военного. Он был такой мужественный, такой сильный, такой красивый!.. Ах, если бы этот прекрасный мужчина только обратил на девушку своё внимание! Анита представила и почти физически ощутила, как крепкие руки притягивают её к себе, как до боли вжимают в себя, как она чувствует прикосновения к своей коже, как чужие пальцы впиваются в ягодицы…

Забывшись, Анита издала лёгкий стон.

Стоящий впереди мужчина резко развернулся, и посмотрел на неё… Плотоядно. Так, что девушка сразу поняла: зря она так, надо быть сдержаннее.

— Простите. Это я… Задумалась чего-то.

— Задумалась она… — мужчина усмехнулся. — Чего думать, делать надо! Пошли может, развлечёмся пока? А, красотка? Всё равно помирать скоро, так хоть не так обидно будет…

— Знаете… Я, пожалуй, воздержусь.

Мужчина нахмурился, продолжая пожирать Аниту глазами, даже сделал полшага навстречу. Отступать он явно был не намерен.

Девушка уже было решила, что придётся отбиваться, но неприятный тип скользнул куда-то мимо неё глазами и всё-таки отвернулся, пробурчав под нос что-то определённо бранного содержания.

Анита быстро повернулась в ту сторону, куда он посмотрел — и увидела спешащего куда-то по своим делам очередного военного.

Только глянула на него — и опять не смогла оторваться, разглядывая эту уверенную походку, мощные мышцы, внимательные, красивые глаза… Этот, пожалуй, был даже ещё лучше того, что расселся рядом с антенной. Настоящий герой!

— Девушка… — вдруг кто-то тронул Аниту за локоть, и она вздрогнула, резко обернувшись.

«Мамочка, ну что это такое? Меня когда-нибудь оставят в покое?..»

Рядом с нею застыл какой-то невзрачный, растрёпанный типчик. Как и она сама, в одном одеянии из мешковины, с удивлённым щенячьим взглядом недавно вышедшего из стен Храма человека — Анита уже научилась отличать таких.

— Девушка… — он смотрел на неё так же, как тот мужик впереди, и от этого стало особенно неприятно. — А не подскажете, что тут вообще происходит?..

— Почему вы спрашиваете у меня? Вон, — Анита кивнула на скрывшегося в толпе военного. — Они явно больше в ситуации ориентируются.

— Я пытался спрашивать в первую очередь, — докучливый собеседник тяжело вздохнул. — Не говорят. Занятые все такие, озабоченные…

— Конечно! Сюда вот-вот заявятся проклятые людоеды, и начнут убивать и ритуально сжирать всех без разбора. Куда тут до удовлетворения любопытства каждого встречного!

— Людоеды?..

— Вон, вам в ту сторону. Там объяснят, — Анита почти дословно повторила ту фразу, которой ей когда-то объясняли всё то же самое. — Расскажут и что случилось, и что нас ждёт, и как можно помочь. Здесь очередь как раз для тех, кто не собирается сидеть сложа руки. Вот вы… У вас есть военная специальность?

— Нет, вы что, — собеседник смутился и заметно расстроился. — Я насквозь гражданский. Так, продажей коммуникаторов занимался…

— Печально. Но, может, чем-то да пригодитесь?.. В любом случае, сначала — вам туда. Там дают информацию для таких, как мы, кто только с той стороны вернулся.

Аните очень хотелось избавиться от надоедливого типа поскорее — и, похоже, это наконец получилось. Мужчина печально кивнул и развернулся, уже намереваясь уйти — но напоследок всё же обернулся к девушке, и улыбнулся:

— Меня, кстати, Нилом зовут. Будем знакомы! И спасибо за информацию.

Девушка в ответ на это только кивнула.

«Нилом… Хренилом! Да мне же плевать, парниша! Это что, ты так подкатить пытался? Очень, ну просто очень плохая попытка…»

Представляться, да и вообще говорить дальше, Аните совершенно не хотелось. Ну не в её вкусе этот субчик, вообще к таким не тянет. То ли дело вон тот военный… Или вон тот… Девушка мечтательно прикрыла глаза, и вновь погрузилась в сладкие грёзы.

Тут внезапно прилетело облако табачного дыма — кто-то позади закурил, и где только эти сигареты достал?..

Нил, которому прилетело прямо в лицо, скривился, закашлялся, злобно посмотрел на курящего мужика и кинул ему:

— Нашёл где курить. Вообще-то, в общественных местах запрещено…

Курильщик в ответ осклабился:

— Ну так пойди, да позови фараонов. Пусть меня накажут.

Нил явно хотел сказать ему что-то ещё, но махнул рукой и быстро удалился в ту сторону, где крутили ролик.

Анита проводила его взглядом — а там уж и до неё очередь дошла.

Сидящий на ящике офицер набрал что-то на коммуникаторе, поднял покрасневшие глаза и спросил уставшим голосом:

— Есть отличная вакансия для вас — пилот скоростного аэробайка! Конечно, это очень опасно, но…

— Нет, что вы! — Анитазамахала руками, не дослушав до конца. — Я… Боюсь скорости, да и высоты немножко. Мне бы попроще что… Там, за ранеными ухаживать, боеприпасы подносить…Возможно такое?

Военный удивлённо поднял брови, но кивнул. Выдал Аните какую-то бумажку и сказал, куда идти… Там она получила мешковатый, больше на несколько размеров комбинезон, и задание таскать с остальными добровольными помощниками ящики вот отсюда и до заката…

Но девушка даже не успела устать.

Кто-то заорал во весь голос:

— Товарищи! Получена новость… В систему прибыл наш флот! Мы спасены!

Над площадью пронёсся слитный ликующий вопль. Люди радовались, как один организм.

А потом вокруг загремело, засвистело, замелькали разряды, и стоящие рядом начали падать один за другим. Кто-то стонал, кто-то кричал… Какой-то из ящиков и вовсе взорвался, ранив тех, кто его нёс, и всех оказавшихся поблизости…

Очевидно, окружившим последних защитников Ирия надоело отсиживаться и выжидать. А может, захотелось напоследок хорошенько нагадить…

Враг пошёл на приступ, и всё вокруг погрузилось в хаос.

Глава 32

По уже сложившейся традиции, вперёд я послал несколько кораблей без команд. Из них только один — старенький и дышащий на ладан фрегат — мог хоть что-то из себя представлять в бою, остальные были обычными грузовиками. Но многого от них и не требовалось, только вскрыть оборону противника, успев выстрелить хотя бы пару раз, а также отвлечь внимание на себя.

Сразу следом, с небольшим лагом — через каких-то двадцать секунд, из сверхсвета начали вываливаться остальные силы. Сначала пять быстроходных крейсеров и эсминцев, с выкрученными на полную мощность щитами, уже в облаке запущенных точно в момент торможения торпед, затем — с десяток Слуг Древних, за ними — наш клипер, и только потом уже все остальные.

То, что «Резвый» шёл в первых рядах, позволило следить за ходом боя и своевременно отдавать нужные команды уже буквально с самого начала. А то, что я в первые секунды смог дистанционно достучаться до узла сверхсветовой связи, взломал аппаратуру и полностью взял её под свой контроль, позволило резко повысить качество управления боем. Наши экипажи ещё до момента выхода из сверхсвета уже знали куда им надо лететь, в кого стрелять, с какой стороны выставлять усиленные щиты, а где можно и ослабить — и это позволило резко снизить потери.

Которые имелись, но… Я изначально опасался, что будут гораздо выше.

И самая главная удача — это то, что от прикрывающих Маяк батарей к моменту нашего появления уже практически ничего не осталось. Они не пережили бои, так долго терзавшие систему — за это время несколько раз переходили из рук в руки, и были уже практически уничтожены. Враг, конечно, в итоге всё же захватил и взял под свой контроль все те несколько оставшихся целыми орудий… Но это было уже не серьёзно, и мы их уничтожили не напрягаясь, первыми же залпами.

Куда большей проблемой стали три монитора, уже знакомого нам типа: медлительные, неповоротливые, но впечатляющие по своей огневой мощи. Увы, победа над этими монстрами стоила четырёх кораблей. Но и они, один за другим, оказались уничтожены, не в силах противостоять на равных потоку постоянно прибывающих кораблей, каждый из которых с ходу отстреливался, включаясь в бой.

Что уж говорить про лёгкие фрегаты людоедов, очевидно, предназначенные для преследования и взятия на абордаж быстроходных судёнышек, дерзающих проскочить мимо мониторов… Этих вообще смели практически сразу, вместе со всеми щитами.

Прошло меньше минуты — и мы уже полностью контролировали всё космическое пространство вокруг Маяка.

Оставил возле него несколько кораблей из самых тихоходных, с задачей охранять, ещё несколько отправил на орбиту Дома — не давать никому взлететь, а вся остальная масса двинулась прямиком к Горнилу, где сейчас бушевал основной бой. И вновь пришлось разделять флот на две части — более быстроходную, которая устремилась вперёд, и вторую, чуть помедленнее. Разница в скоростях была не такая уж большая, но я не хотел ждать и лишних минут — даже крошечная задержка могла сейчас оказаться критичной. Наш же флот, даже разделённый на две части, всё равно представлял серьёзную угрозу для врага…

Через минуту десять секунд после появления «Резвого» в системе я уже взял под контроль большинство ретрансляторов — враги физически не вывели их из строя, а просто выключили, видимо, рассчитывая позже использовать для своих целей. Так что я быстренько захватил при помощи своих вирусов основные управляющие станции и сервера, находящиеся на поверхности Дома, после чего получил в свои руки функцию удалённого перезапуска висящих в пустоте автономных станций — или запуска, собственно как и получилось в сложившихся обстоятельствах.

Прошла всего минута пятнадцать секунд — а я уже пытался дозвониться до Наины Разумовской.

Любимая тётушка не разочаровала, ответила сразу же. Была она заметно уставшей, если не сказать измождённой… Но, тем не менее, выглядела как всегда сногсшибательно, и была искренне рада мне.

— Темнозар! Ты даже не представляешь, насколько вовремя!..

— Прекрасно представляю. Вижу, вас тут немножечко зажали…

— Совсем чуть-чуть, да. Как маньяк малолетку. Если честно, мы уже думали уничтожать корабли… Чтобы врагу не достались хотя бы они.

— Не стоит. Теперь-то мы им покажем! Сейчас переключу управление вашими кораблями на себя… Так будет эффективнее. И держитесь! Мы скоро будем.

— Разберись с локами. Они захватили крупную область на Ирии, не пускают туда ни нас, ни людоедов, приказов не слушают…

— Хорошо. Займусь.

После этого я отключился, тут же связавшись с командирами локов. Они без вопросов признали моё право распоряжаться собой и отдавать команды. Тут же, не откладывая, направил их пехоту на помощь нашим, держащим оборону возле Храмов Смерти, и приказал готовить свои истребители для взлёта.

В параллели я уже начинал вникать в обстановку на основном поле боя, на орбите Горнила… И была она, надо сказать, оказалась незавидной. Ещё и проклятые людоеды ломились вперёд, как одержимые, очевидно не желая оказаться между двумя огнями. Их желание перебить нас по частям было вполне понятным и совершенно естественным, сам бы так постарался сделать на их месте — вот только на своём месте оно мне совершенно не нравилось. Пришлось прыгать выше головы, чтобы стараться хотя бы свести потери обороняющихся к минимуму…

Даже так они оказались непозволительно большими. С болью я смотрел, как один наш корабль погибал за другим, как обрушивались вниз разбитые лапуты, как беззащитные без уничтоженного в ноль москитного флота истребителеносцы брались на абордаж… Враг будто понимал, что это последние минуты доминирования, и старался нагадить нам как можно сильнее. Это у него, увы, получалось прекрасно…

Зато когда первая волна прибывших со мной кораблей наконец смогла включиться в бой, сопровождаемая подхваченными на полдороги истребителями локов, отыгрался уже я. Полностью погрузившись в управление, даже не понимая, где сам физически нахожусь, я выполнял простые действия: назначение новой цели, сосредоточение огня, констатация уничтожения. А в перерывах — уклонения, ротации, игра щитами… Всё то, что позволяло сделать так, что у врага кораблей становилось всё меньше, а у нас — оставалось столько же.

В сторону врага летел сплошной поток из разрядов и двигающихся по хаотичным траекториям, маневрирующих торпед. Корабли людоедов один за другим вспыхивали огненными цветками, оставляя после себя след из фонящих, медленно остывающих обломков и газа — словно кто-то решил затеять грандиозный фейерверк.

Некоторые из целей — корабли РЭБ, способные глушить почти любую связь, и с мощными сканерами наподобие тех, что вскрывали минные поля в принадлежавшей Кимам системе — я наметил для абордажа. Только лишал их подвижности, стараясь повредить меткими выстрелами маршевые двигатели и орудия, а как только представлялась возможность, туда направлялись наши абордажные команды. Потом, когда всё успокоится, надо будет обязательно исследовать эти образцы, и как минимум снять с них ценное оборудование, для изучения или для банального использования в своих целях.

К сожалению, перемалывание противника происходило уже далеко не так быстро и стремительно, как при нашем появлении в системе. Начали тянуться долгие часы утомительного противостояния, когда победит тот, кто выносливее.

Выносливее оказались мы. В какой-то момент вражеские корабли вдруг начали разворачиваться и по одному выходить из боя.

Они побежали!

Конечно, давать уйти людоедам никто не собирался. Они попытались рассеяться, разойтись в стороны, наивно надеясь распылить наши силы… Но не на того напали: я постоянно держал руку на пульсе, управлял каждым кораблём флота самым оптимальным образом, используя все сопутствующие средства, включая программы-помощники и тактические анализаторы, и постоянно поддерживая связь со всеми союзниками — и со Слугами Древних, и с локами, и с автоматизированными платформами.

Через двадцать восемь часов после нашего появления в системе в ней не осталось хоть сколько-нибудь серьёзных и организованных соединений противника. За недобитками гонялись наши корабли, с переменным успехом, и это могло занять ещё прилично времени — но отвлекаться на это я уже не видел смысла

Настало время наземных операций — и здесь мне было что показать.

Правда, сначала пришлось отвлечься на Небесную Гавань, которая была критически важна для приведения в порядок повреждённых кораблей.

На неё зашли с разных концов управляемые мной тамплиеры, репликанты из абордажных команд, десантники — бывшие вахтовики, запущенные мной лёгкие боевые юниты роботизированных имперских Легионов… И в полном составе вылупившиеся уже из яиц воины-аджанты.

Сам я легко мог отсидеться в тылу, словно мозг нашей армии управляя ею издалека — но пошёл в первых рядах, окружённый только бойцами-роботами. И с наслаждением наблюдал собственными глазами, как враги погибают один за другим, порой отправленные в Преисподнюю моей же собственной рукой. Чёрный Источник лихорадочно вибрировал, отвечая радостными сокращениями на каждую новую исторгнутую из мира живых душу.

Проблемой были немногие пленники и заложники, которые ещё оставались в живых… Их старался обходить стороной и помечал, чтобы оказали первую помощь. В крайнем случае, если уже было ничего не сделать — а таких случаев, увы, встречалось больше всего — требовалось просто сохранить в них остатки жизни до того момента, как уйду дальше, и влияние моей чёрной ауры прекратится — и милосердно добить…

Космическую станцию мы полностью взяли под контроль за два с половиной часа. При этом я запустил трансляцию избиения людоедов на все доступные устройства в системе, чтобы каждый, у кого есть возможность, мог видеть: настало время справедливого возмездия.

Следующей моей целью стал Ирий.

Под прикрытием мощнейших орбитальных бомбардировок начали садиться транспорты с моими вкусившими крови бойцами, один за другим.

Вперёд, в самые «горячие» точки с мощным сопротивлением врага, посылал стремительных воинов-аджантов и свои Легионы. Последние — уже с разворачиванием всего списочного состава, когда роботы-щитоносцы прикрывают, разведчики выявляют цели, платформы с тяжёлым вооружением накрывают их мощными залпами, лёгкие бойцы подчищают оставшееся, а подносчики и ремонтники своевременно возвращают в строй повреждённые или израсходовавшие боезапас единицы.

Всё это покатилось волной огня и металла, гремя гусеницами и лязгая сочленениями, с неотвратимостью цунами уничтожая каждого врага на своём пути. Отдельно радовали аджанты — размытые тени то и дело мелькали где-то на периферии, ускоряясь перед атакой на бойцов противника, мощными клешнями сминали и пробивали насквозь бронескафандры, раздирали на куски вражескую бронетехнику… Жаль только, двигаться на полной скорости гигантские насекомые могли лишь ограниченное время, после каждого рывка требовался отдых. И им не хватало дальнобойного оружия — даже один-единственный флаер с подвешенным к нему оружием мог наделать много проблем. К счастью, в воздух теперь поднимались только те, кого я контролировал и кому разрешал — всё остальное беспощадно сбивалось.

Наша наземная операция набирала обороты, садились и высаживали бойцов всё новые корабли, кое-где ужевыполнивших задачу подбирали и перекидывали в другое место, а где-то я даже попытался использовать местное ополчение… Но как бы эффективно мы ни боролись с осквернившими родину Темнозара мерзкими тварями, их число было всё ещё слишком велико. Требовалось тщательно прочесывать весьма изрядные территории, а также с немалым трудом выковыривать успевших закрепиться в «каменных джунглях» городов оккупантов.

К счастью, везде в более-менее обжитых местах имелись камеры и прочие устройства, исправно поставляющие информацию о местонахождении противника, а где этого покрытия было недостаточно — помогали висящие на орбите корабли и снующие тут и там беспилотники, в основном из тех, кто тоже входил в состав Легионов. И пусть объять своим вниманием всю поверхность не такого уж и маленького небесного тела мощности не хватало даже мне, при всей поддержке работающих на меня и помогающих решать разные задачи вычислителей, но и у людоедов тоже возможности были не безграничны, как и число высадившихся на Ирий особей. Поэтому я исправно наводил наших на вражеские укрепления и огневые точки, подсказывал наиболее эффективные маршруты нападений, помогал всеми силами — от удалённого взлома дверей, до дистанционного включения освещения, и тому подобных фокусов.

И в конце концов, когда наступление на одном из направлений забуксовало, снова не выдержал и пошёл в бой сам.

Оставив позади сборную солянку из бывших вахтовиков и переученных с мирных профессий репликантов, я внутри своего «Сталкера» телепортировался прямо в центр импровизированной крепости людоедов, которую они организовали в подвале какого-то завода. Я врубился в самую гущу. Два меча — плазменный и силовой — начали мелькать, как лопасти мельницы, пылающие шары и режущие лезвия доставали тех, кто пытался атаковать издалека. Дроны метнулись во все стороны, помогая закрыть «белые пятна» в моей картине мира — подсвечивая места, где не было камер.

Ещё два мгновенных перемещения, несколько минут — и крепость наша. Позади остались подвалы, набитые людьми, какие-то несчастные на операционных столах — в них пытались вживить бомбы… С этим будут разбираться те, кто идёт следом, моя задача простая: подавить сопротивление.

После первой крепости была вторая, потом третья, четвёртая… Не забывая следить за глобальной обстановкой — вернее, в основном делегировав свои полномочия управляющим программам — я лично и с огромным удовольствием крошил поганых врагов в капусту, радуя этими смертями Источник Смерти. В какой-то момент даже показалось, что за спиной расправляются то ли чёрные крылья, то ли щупальца… И некоторые из моих врагов, до кого они дотягивались, падали замертво ещё до того, как успевал их убить.

Это могло бы напугать — но мне было всё равно. Задачей было отчистить Ирий от нечисти — и я её решал, всеми доступными способами. Так же как и тысячи живых и неживых существ, которые подчинялись мне и действовали, как единый организм, с одной лишь функцией: уничтожать!

Всё было прекрасно ровно до момента, как мне на пути попался генерал людоедов.

Он словно сам искал встречи со мной. Гигант в золотистом экзоскелете медленно вышел навстречу, поигрывая парными зазубренными мечами и скаля мерзкую пасть за стеклом прозрачного шлема…

А я благодаря возможностям своего «Сталкера» понял сразу две вещи. Первое — часть доспеха и оружие у монстра сделаны из материалов Древних. Возможно, это такие же артефакты, как и моя боевая машина. А второе — генерал имел тот же Источник, что и Темнозар при рождении: зелёный, только с какими-то мерзкого цвета прожилками. Даже на глаз его источник был намного более развит, чем мой собственный…

И тварь не стала церемониться. Тут же, с ходу, применила свои способности, попыталась подчинить меня своей воле.

Что самое поганое — у неё это почти получилось… Я замер, не в силах двинуться, тратя все силы только на то, чтобы противиться чужим приказам. И это получалось, но вот полноценно сражаться — нет!

Генерал издал мерзкий скрежещущий звук и медленно, уверенным шагом победителя, направился мне навстречу. Демонстративно медленно занёс меч, метя прямо в кабину…

В последний момент я отдал мысленную команду, и переместился врагу за спину. Из-за того, что отвлёкся, на мгновение потерял контроль над своим телом — и чуть было не открыл кабину «Сталкера», открывая себя для противника.

Но главное, удар пришёлся в пустоту.

Режущее лезвие полетело в сторону генерала людоедов. Тот будто почувствовал, хотя стоял спиной. Наклонился, увернулся… И, продолжая движение, ударом одного из мечей подрубил металлическую «ногу» моей машины. Прочнейший сплав развалился, словно деревяшка, по которой ударили топором.

Я ощутил почти физическую боль… И вдруг понял, почему моим способностям кибермансера до сих пор не удавалось достучаться до управляющей начинки «Сталкера». Просто до этого всегда воспринимал его как некое устройство, бездушный механизм, выполняющий программу. А надо было — как живое существо!

Это оказалось нереально сложно, как идти по натянутому над пропастью канату, жонглируя шариками и держа на голове стопку тарелок. Но я смог, не уступая полностью контроль над собственным телом, слиться сознанием с машиной Древних — которая, видимо, оказалась не машиной, а чем-то вроде домашнего животного. После этого дело оставалось за малым: зафиксировал встроенными средствами своё тело, чтобы не мог себя покалечить, врубил систему принудительного поддержания жизнеобеспечения… И всё, дальше позволил проклятому генералу получить желаемое.

Тот, видимо, удивился той лёгкости, с которой получилось подчинить моё тело. Но я не дал ему возможности разобраться в ситуации. Воспользовался секундным замешательством и атаковал, со всей яростью и со всеми имевшимися возможностями.

Людоед мерзко заскрежетал, завертелся юлой, замолотил по сторонам мечами — но я то и дело мелькал, исчезая из реальности и пропуская удары сквозь себя, или же и вовсе телепортируясь ему за спину. И бил, рубил, стрелял… Попутно не забывая запоминать узоры, которые видел на его зелёном Источнике, и которые старался рассмотреть со всех сторон.

Когда враг наконец пал, от него остался мощнейший водоворот светящихся звёздочек. Столько Силы я, наверное, не видел ещё ни у кого…

Не задумываясь ни на секунду, сделал шаг вперёд и поглотил её всю. А когда спазмы увеличения по всем моим связанным между собой Источникам прошли, и их размер стабилизировался — тут же, пока не успел забыть, начал наносить на родной источник Темнозара только что виденные печати.

Глава 33

Несколько суток после возвращения с той стороны слились для Аниты в один непрекращающийся кошмар.

Сначала она пыталась помогать раненым. Потом пришёл приказ — не тратить время, добивать. Проще подождать совсем немного, пока из дверей Храма Смерти выйдет тот же самый человек, уже совершенно здоровый, чем пытаться вернуть его в строй доступными в полевых условиях немудрёными средствами. Потеря памяти о последних часах, в крайнем случае — днях, роли уже почти никакой не играет, ведь просмотр вводящего в курс ролика занимает считанные единицы минут.

Самой Аните отчего-то отправляться по такому же маршруту жутко не хотелось. Умом она понимала, что ничего особенного не теряет, кроме бесполезных по большей части воспоминаний. Тот мерзкий мужик в очереди, этот смешной Нил — кстати, тоже записавшийся в ополчение, и уже дважды погибший… И каждый раз он снова находил повод, чтобы подойти, познакомиться.

«Мамочка, ну когда же этот, который как банный лист, наконец отстанет?..» — только и думала каждый раз Анита.

Хотя, если сначала это раздражало, потом начало казаться забавным…

И Анита не хотела забывать даже это. Все эти воспоминания, разные мелочи и случайные моменты — они хоть и были не особо-то и важны, но всё же составляли личность девушки. И кто бы там что ни говорил, но потеряв их, она — именно «эта» она, которой сама себя сейчас осознаёт — умрёт на самом деле. И родится другая, очень похожая — но всё же другая…

Спустя время к ним внезапно пришла подмога. Пробился целый отряд локов, с тяжёлым оружием и парой защищённых мощными силовыми полями броневиков, выкрашенных в чёрный цвет. Анита впервые видела этих инопланетников — высоченные, мощные, с лысыми головами, поверх которых шли краснеющие во время боя гребни, с торчащими из пастей вверх острыми клыками, грубыми лицами, массивными челюстями и нависающими надбровными дугами, они произвели на девушку неизгладимое впечатление. И не в последнюю очередь своей отчаянной смелостью и презрением к смерти.

Увы, это было главным их недостатком. Спустя несколько часов боя локи, хоть и забрали с собой немало врагов, отправились на ту сторону все.

А Анита — нет. И подобрав оставшуюся от одного из инопланетников тяжёлую импульсную винтовку, которую и поднять-то смогла лишь с немалым трудом, девушка отправилась к внешнему периметру обороны… И потом ещё долго отстреливалась, наравне с остальными, со временем перейдя в ранг «опытных» и «ветеранов»…

В какой-то момент пришёл приказ — отходить. Чем он был обусловлен, почему они бросали самую главную ценность — Храм Смерти — Аните было непонятно. Судя по всему, у них просто не оставалось сил держать такой большой периметр.

Конечно же, прорвались не все. Многие сгинули…

Тем не менее небольшой сводный отряд из всех подряд, в который повезло попасть и Аните, и севшему опять на хвост бедолаге Нилу, смог прорваться вдаль по улице, засев в полуразрушенном здании. Возможно, ключом к успеху оказалось то, что вёл их тот самый бравый военный, который с самого начала понравился девушке. Она даже узнала уже его имя — Василь.

В какой-то момент натиск людоедов ослаб, эти твари будто переключились на какие-то другие дела… Возможно расправлялись с теми, кто остался на площади.

А потом их, наконец, спасли. И за происходящим Анита наблюдала из первых рядов, видела всё буквально своими глазами.

Размытые тени — сначала показалось, что померещилось — обернулись гигантского размера насекомыми, похожими на богомолов-переростков.

Приземистый броневик людоедов, изрядно подпортивший крови отряду Василя, оказался вскрыт наподобие консервной банки. Вывалившиеся из него людоеды попытались отбиться, кто-то выстрелил… Но одного чудище перекусило пополам, а второго нанизало на гигантскую клешню, а после небрежно стряхнуло в сторону уже безжизненное тело.

Рядом действовали ещё другие такие же тени. Одна разорила гнездо с засевшим там пулемётчиком, вторая снесла с крыши снайпера, ещё несколько разорвали прячущихся в подвале стрелков. Всё происходило стремительно, да так, что ошмётки плоти инопланетников и брызги их тёмной крови разлетались в стороны. И совершенно не играло роли, что у людоедов — современное, дальнобойное оружие, а переростки-насекомые способны сражаться только в ближнем бою. Это им совершенно не мешало выполнять свою задачу.

Потом послышался грохот с другой стороны. Ещё недавно Анита ни за что не сделала бы так — верная гибель — но сейчас рискнула, и высунула голову из своей «бойницы», дыры в стене. Благодаря этому девушка сумела разглядеть, как прямо на крыше высотки напротив совершенно внезапно, будто из ничего, появилась стоящая о четырёх ногах боевая машина из желтоватого, даже скорее золотого, металла. Позади неё колыхалась смутно различимая тёмная дымка, похожая то ли на щупальца, то ли на очень широко раскинутые крылья… И они, казалось, тянутся к оказавшимся рядом телам.

В то же мгновение вниз от машины полетела целая очередь из вращающихся во время полёта огненных шаров, которые с треском разрывались при попадании в цель, разбрасывая вокруг яркие брызги. Одна из вражеских позиций в одно мгновение перестала существовать.

Повернувшись в другую сторону, машина выстрелила вниз ещё несколько раз, сразив ещё двоих людоедов. Потом что-то невидимое разорвало ещё один броневик, выкатившийся из-за угла, и одновременно с этим опять знатно ухнуло за углом, подняв облако пыли и породив столб чёрного, жирного дыма. Что там произошло, Анита могла только гадать, но что-то её подсказывало: причина очередного взрыва, скорее всего, вряд ли иная. Вон она, красуется на фоне закатного неба…

«Ты крут. Но стоять вот так, напоказ — это, наверное, не очень умно…»

Подумала об этом не только девушка. Откуда-то снизу раздалось несколько выстрелов, но золотистая машина просто исчезла на пару мгновений, пропустив разряды сквозь себя, а после появилась обратно.

И, резко крутанувшись, вдарила в ответ — да так, что мало посягнувшим на неё не показалось. Враг замолк сразу же.

Судя по всему, это была самая настоящая охота на живца…

После этого машина спустилась с крыши на выщербленный асфальт прямо по стене, перебирая суставчатыми лапами — одна из которых, как показалось, была перемотана самой обычной проволокой. А из громкоговорителей донёсся усталый, но спокойный и уверенный голос:

— Враг уничтожен. Можете выходить… Идите к Храму, там рядом будет организован пункт эвакуации. И… Спасибо. Ваши заслуги будут оценены!

В следующее мгновение раздался зычный крик Василя:

— Сводный отряд обороны Ирия! Все кто может! Выходи, стройся!..

Подхватив винтовку, Анита устало поднялась на ноги и заковыляла наружу, вслед за остальными бойцами. Потрёпанными, побитыми, ошалевшими, оглушёнными… Кое-кто был ранен, кое-кто без нормальной одежды — из тех, кто включился в дело сразу, только выйдя из дверей Храма. Некоторых вынесли. Объединяло их всех одно: никто их этих людей не сдался, все они стояли до последнего.

Золотистая машина остановилась, дожидаясь, пока Василь выстроит своих бойцов в шеренгу.

Повернувшись, военный заговорил — и Анита поняла, что досталось ему сильно, как минимум контузия:

— Отряд равняйсь… Отряд смирно… Оставшиеся в живых находятся перед вами. Заместитель начальника обороны Ирия, генерал-лейтенант Василь Стрелков!

Анита удивилась — она даже не предполагала, что их главный на самом деле не просто рядовой офицер, а целый заместитель начальника обороны. И не чего-нибудь, а всего Ирия… В голове такое не укладывалось.

Потом Анита удивилась второй раз. Кабина машины открылась, и из неё, пошатнувшись, спрыгнул пилот в серо-сине-красном лётном комбинезоне. И когда девушка пригляделась к нему, девушка поняла, что она этого человека знает.

Да это же сам Темнозар Храбрович Огнев-Белый-Разумовский! С некоторых пор — самая главная шишка здесь! И что, этот князь и натуральный правитель целой планеты сам полез в бой? И спас их? Это казалось просто невероятным!

Всё ещё в шоке от таких новостей, Анита смотрела, как Темнозар шагнул вперёд, и как они крепко обнялись с Василем. Который, отшагнув в сторону, вдруг смахнул слезу… И судить его за это было нельзя. Уж девушка точно не стала бы, ведь по её щекам текло уже в два ручья.

Проходя мимо, князь на секунду задержал на ней взгляд и ободряюще улыбнулся:

— Всё будет хорошо, красавица. Теперь — точно!

И Анита поняла — да, действительно будет.

После чего из неё будто кто-то выдернул стержень. Девушка ощутила, что дрожащие ноги больше не держат, что она вот-вот банально упадёт, сползёт на избитый асфальт… В последний момент её кто-то подхватил. Повернулась — опять этот, который Нил…

«Вот приставучий-то!»

Тем не менее, Анита ему благодарно кивнула и взяла себя в руки. Собралась… После чего зашагала вслед за Василем, пожирая сильную спину мужчины жадным взглядом. Ничего она не забыла, даже несмотря на эти жуткие дни и горячку боя. И теперь, когда всё закончилось, обдумывала план — как бы попасться этому бравому генерал-лейтенанту на глаза… А то, такой красавец зря пропадает. Чем не партия?..

Правда, на площади девушку ждало новое потрясение, и она ненадолго забыла о своих планах.

Навстречу шагающему впереди Темнозару, уже снова внутри своей машины, прямо с неба спикировало несколько массивных фигур. Они направляли свой полёт реактивными струями из ранцев за спиной.

И Анита ахнула.

«Мамочка! Да это же тамплиеры! Настоящие…»

Они возвышались над обычными людьми минимум на две головы. Массивные бронескафандры, покрытые рунами и причудливой резьбой, подходящее для установки на лёгкую бронетехнику оружие, какой-то штандарт, торчащий за плечами одного из бойцов, аура полной уверенности… Да тот же Василь, бравый и опытный вояка, казался на их фоне безобидным щенком!

— Командир, — шагнул вперёд, навстречу Темнозару, тамплиер со шрамами через всё лицо. — Задача выполнена.

Князь снова выбрался из своей машины и кивнул.

— Благодарю за работу.

— Командир… У нас есть небольшая просьба.

— Да, Луций? — Темнозар явно удивился.

Но их диалог внезапно грубо прервали.

Из-за крыш спикировал аэробайк и, заложив крутой вираж, едва не врезался в землю неподалёку от них. Однако в последний момент всё же затормозил, и с него спрыгнула стройная фигурка очень красивой девушки. С распущенными чёрными волосами, серо-стальными глазами, и в подобранном под стать им таком же серо-серебристом обтягивающем комбинезоне, она смотрелась в этом месте инородно — какой-то слишком чистенькой, не запятнанной войной. Хотя за спиной и болталась вполне себе настоящая импульсная винтовка.

— Стойте! Зар, постой!..

Князь повернулся к девушке и недовольно скривился.

— В чём дело?

— Зар… Темнозар. Погоди. Ты должен включить трансляцию!

— Трансляцию? — князь приподнял бровь.

— Да.

— А может, ещё что тебе включить?

— Нет. Это… Действительно важно. Именно сейчас, — девушка быстро стянула с себя несколько перстней, сняла кулон, а потомкинула всё это прямо под ноги. — Поверь!

Темнозар секунду помолчал, после чего перевёл взгляд на тамплиеров.

Тот, которого назвали Луцием, внезапно кивнул.

— Снежана говорит дело. Трансляция… Не помешает. С политической точки зрения. Мы хотим принести клятву!

Немного подумав, Темнозар кивнул. Обвёл всех вокруг взглядом, внезапно подмигнул Аните и объявил:

— Раз не помешает — значит, не помешает. Все, соберитесь! Будете сейчас в прямом эфире. Считай, на всю нашу систему… И чуть-чуть за её границы.

Услышав такую новость, Анита спешно бросилась приводить себя в порядок. Но поняв, что может попасть в кадр прямо в процессе и это будет выглядеть глупо, бросила бесполезное занятие и просто вытянулась во фрунт. Плевать уже: что будет, то будет!

Тамплиеры выстроились напротив Темнозара, сняли сферы шлемов. Обычные человеческие головы, торчащие над плечами бронескафандров, казались теперь непропорционально маленькими. Но никто из присутствующих смеяться даже не подумал…

Тот, который со шрамами — названный Луцием — явно собирался что-то сказать, но вдруг вперёд, мимо него, проскользнула та дерзкая черноволосая девушка. Она остановила тамплиера буквально одним взглядом и сделала шаг вперёд, по направлению к Темнозару. И выглядела при этом сильно возбуждённой и взволнованной.

Князь явно напрягся, весь подобрался — как Аните показалось, отношения с этой красоткой у него не самые простые.

— Снежана. А вот сейчас не понял… В чём дело?

Вместо ответа, одним изящным движением девушка опустилась перед Темнозаром на колено и склонила голову, так что её волосы красиво свесились вниз, закрыв лицо.

— Позвольте присягнуть вам на верность, Император!

— Что? Какой я тебе «император»… Что ты несёшь, подруга?.. — князь рассмеялся.

— Новый Император человечества! Тот, кто вновь возродит его… Из пепла. И приведёт к величию!

— Снежана. Ты, кажется, немножко не в себе…

— Я хочу сделать признание, — тем временем, продолжила девушка, и подняла голову. — Признание для всех. Род Перовских… Наш дар — никакая не демонология, а предвидение. Мы — предикторы, те, кто ограниченно видит будущее. Мы всегда скрывали это, но теперь смысла нет. И я говорю так уверенно просто потому что знаю, чем всё закончится! А случится следующее. Пока весь разведанный мир страдает от нашествия врага, мы спасёмся на Арконе. Отгородимся от остального мира, начнём возрождать нашу цивилизацию и возвращать всё то, что было утеряно. Рано или поздно наш флот вырвется наружу и начнёт освобождать миры, один за другим. Тебя бы в конце концов всё равно признали новым Императором… Потом, в будущем. Но я подумала — а к чему ждать-то? Сейчас — просто отличный момент!

Над площадью повисла тишина.

Анита лихорадочно думала, пытаясь понять — то, что она слышит сейчас: это на самом деле, или у неё галлюцинации?

Темнозар же нахмурился и обратился ко всё ещё стоящей перед ним преклонив колено Снежане.

— То есть, ты хочешь сказать… Что одна нетерпеливая девица, как всегда, полезла куда не следует, и немного поспешила?.. Ведь что будет, то будет — какой смысл говорить об этом сейчас?..

— Ничего я не поспешила! Теперь я — первая, кто присягнул на верность Новой Империи! Первая, кто присягнул Императору! Теперь ты никуда не денешься от меня, Темнозар… А уж вместе мы сможем очень многое, куда больше, чего каждый достиг бы по отдельности! Подумай хорошенько! Твои силы, да мой редкий дар — не каждому правителю везёт заполучить такого советника…

Темнозар улыбнулся — как будто не воспринимает эти слова всерьёз.

Вот только смеяться кроме него никто не хотел.

Анита и сама не заметила, как встала перед новым повелителем человечества на колено.

И так сделали все, кто был рядом, один за другим. Даже появившиеся откуда-то три девушки с копьями, в очень странных — явно не из металла — доспехах. И даже несколько локов — как только выжили? Или, может, это другие?..

Вскоре на площади не остался стоять никто — только сам Темнозар, дазастывшие напротив него тамплиеры.

Луций шагнул вперёд, к князю…

Хотя, какой он теперь князь? К самому Императору!.. Сомнений в том, что происходит, у Аниты больше не было никаких.

— Я — капитан Луций Второй! Уполномочен говорить от лица Круга Капитанов тамплиеров… Всех тех, кто остался. Братья! Нами наконец найдена истинная цель! Та, что некогда была утеряна… Настал конец бесчестью! Мы больше не презренные наёмники, вынужденные работать на тех, кто больше заплатит — просто чтобы не протянуть ноги от голода. Мы больше не отдаём наши жизни за презренные кредиты. Нет, теперь каждый тамплиер, каждый, сохранивший верность Ордену — станет гвардейцем новой человеческой Империи! У новой Империи должна быть новая гвардия! И мы — те, кто встанет на страже её безопасности, те, кто будет защищать порядок внутри Империи и за её границами! И мы — все мы — сегодня присягаем Темнозару, нашему новому Императору!

Закончив речь, Луций тоже звучно грохнул коленом об асфальт, преклоняя голову перед новым Императором.

Анита почему-то представила, что все, кто слышал и видел их сейчас, где бы они ни находились — сделали то же самое… Она не могла понять, откуда к ней пришла такая уверенность, но сомнений в этом почему-то не было.

— Всё, довольно. Можете вставать… — новоиспечённый Император явно чувствовал себя не в своей тарелке, и тяжело вздохнул. Никто не послушался, и он повторил более настойчиво: — Вставайте, люди! Всё это… Шелуха. Отдыхайте, приводите себя в порядок. У нас ещё очень много работы. Некогда рассиживаться!

После этого Темнозар уверенным шагом направился к дверям Храма Смерти.

За всё это время Анита впервые увидела, как кто-то заходит туда… Обычно люди из этого жутковатого места только выходили, и желающих по своей воле попасть внутрь просто не было.

Глава 34

Грандиозное зрелище — когда целую звёздную систему, всё хозяйство и население, пытаются куда-то вывезти.

Длинная вереница из разномастных кораблей — тысяч их — тянулась к Маяку. Грузовики и пассажирские под охраной боевых, все в строгом порядке, соблюдая очерёдность и не затягивая процесс ни на секунду…

Последнее было особенно важно. Чем быстрее всё произойдёт, тем меньше вероятность, что в систему Надежды успеют пробраться посторонние. Конечно, выполнив свою задачу со стороны Альфы Работорговца и обеспечив безопасность на точке входа, все наши быстроходные корабли уже в сверхсвете разовьют максимально возможную скорость, обгонят медлительные грузовики, проскочат вперёд и начнут сторожить у точки выхода, постепенно наращивая группировку. А там ещё и Арбитр, и «Косатка»… Со временем к ним присоединятся тихоходы, в том числе всё ещё страшный по своей сокрушительной мощи «Разрушитель», на котором удалось-таки получить сверхсветовую аппаратуру.

Вроде бы — всего этого достаточно, чтобы снести любого наглеца, который решится сунуться к нам без спроса. И вроде бы по скорости самые быстрые вражеские корабли не должны очень сильно превосходить наши… Но всё равно, даже так оставался некоторый риск, и боялся я не столько столкновения, сколько того, что систему могут заразить, поместив там свой маячок, или как там людоеды путешествуют между мирами.

Хотя и опасность силового конфликта скидывать со счетов не стоило. Повоевать нам за минувшие дни пришлось изрядно: на обе контролируемые нами системы было совершено по нескольку массированных налётов, и пусть мы всякий раз отбивались, но всякий раз с потерями.

Кроме того, мы потеряли Дом. Я ещё только готовил очередную наземную операцию, собирал силы — когда вдруг стали поступать сигналы, что там творится что-то неладное. Людоеды учинили такие массовые гекатомбы, что кровавые узоры стало видно из космоса… А потом планета просто взяла, и рассыпалась — как не было.

Мы не успели.

Чёрный Источник у меня внутри противно толкнулся, будто почувствовав что-то. Возможно, это была гибель целой планеты…

Паршивое чувство. Вдвойне паршивое из-за того, что мы, если бы не медлили, вполне могли бы успеть…

Так что враг был поистине страшен, и какие ещё сюрпризы он мог нам преподнести, никто не знал. В связи с этим риски проникновения врага в «чистую» систему хотелось по возможности минимизировать, и ради этого грузовики шли сплошным потоком, не врезаясь друг в друга только благодаря удалённому управлению — то есть, мне.

Должен сказать, наблюдать со стороны за движением такой массы кораблей было действительно красиво. Издалека — как будто полнеба звёзд вдруг тронулись со своих мест и превратились в медленно текущую реку. Вблизи — словно длинные, с бесконечными металлическими телами червяки ползут куда-то сквозь черноту космоса, незначительно шевеля своими сочленениями. Никогда раньше не видел подобного зрелища — и, вероятно, не увижу…

Нечто подобное происходило и в системе Пси и Омеги Червя, где также подготовили эвакуацию. Огромная махина космической станции, с которой срезали всё лишнее, пришла в движение, в сопровождении конвоя Слуг Древних и кораблей поменьше. Тронулись с места и корабли-матки, и единственный дежуривший там линкор, жалкая пародия на наш «Разрушитель»…

Когда всё это появится возле Арконы и два флота встретятся — зрелище там будет ещё более грандиозное.

Но это только начало… Потом будет куча забот и хлопот. Разместить и накормить людей, засеять поля, запустить фабрики и заводы, начать добычу полезных ископаемых, собрать из запчастей разобранные лапуты, поместить их в атмосферу газового гиганта, наладить добычу энергии… Огромная прорва работы.

И наладится всё далеко не сразу. Поначалу люди будут ютиться в шалашах, землянках, кому повезёт — впалатках, промышлять охотой и собирательством, изредка получая пайки из консервов и прочего, что мы привезём с собой. И сложные производства получится раскрутить далеко не сразу. Те же верфи — уверен, годы пройдут, прежде чем первый полностью построенный в системе Надежды корабль сойдёт со стапелей… И ведь сначала придётся долго и очень многое ремонтировать, долгие бои не дались нашему флоту даром.

Но рано или поздно проблемы решатся, всё наладится. На орбите начнёт расти новый, юный и мощный флот, готовый биться со страшным врагом на равных.

Да и сама Аркона когда-нибудь станет прогрессивной, развитой планетой, пусть и не очень густо заселённой… Но её жители будут брать не количеством, а качеством. Появятся города, Яромира достроит свой дворец, с планами которого столько носилась — все уши мне прожужжала во время наших редких сеансов связи по сверхсвету.

И по этому дворцу будет носиться моя дочь… Наверное. Во всяком случае, когда начнёт бегать — там что-то должно уже появиться, пусть даже какая-то времянка. Ведь негоже Императрице вместе с наследницей жить в шалаше.

Также, вероятно, вслед малышке будут кричать всякие мамки-бабки, мол, принцессе не пристало так себя вести.

Девчонка будет показывать этим занудным тёткам язык и прибегать к маме, запрыгивать к ней на руки с ногами, обнимать…

А всё, что останется мне — это, в лучшем случае, видеть их изображения и говорить по голосвязи.

В худшем, даже и этого не получится.

Система Альфы Работорговца опустела уже несколько стандартных суток назад. Вот-вот Маяк у Арконы отключится, и сообщение между системами закроется… Нет, не навсегда, но на десятки, если не сотни лет.

Я видел, как уходили последние корабли… Осталось только несколько дистанционно управляемых беспилотных развалюх, создавать видимость присутствия, и — по возможности, отвлекатьврага. К ним прилагалось приличных размеров минное поле. По задумке, всё это вместе должно было задержать людоедов, пожелай те уничтожить Маяк или прыгнуть за нами следом.

Предполагалось, что всё это будет функционировать автономно…

Вот только, систему покинули все — кроме меня. А я остался. И вместо того, чтобы сорваться к Арконе, где ждёт любимая жена, по которой страшно соскучился, я остался в совершенно пустом, вывезенном едва ли не до последнего гвоздика мире. Сижу на крыше высотки, свесив ноги вниз, смотрю на висящее в вышине Горнило, на его кольца, на крошечный шарик местного солнца… И с трудом сдерживаю желание крепко напиться. Никогда раньше такого не было — а сейчас аж стал понимать Руслана.

Невольно усмехнулся, вспоминая прикол от Снежаны. «Император», «первая присягнула»… Да что бы она знала, дурочка. Даже со своим предвидением. Не будет из меня никакого Императора. Максимум — фигура из легенд, кто-то, про кого рассказывают детям, когда приходит нужда объяснять историю… А потом забывают.

Единственная польза от всего этого — я составил свод законов, который надо выполнять. Как какой-то правитель из древности, который сделал так же, попросив выполнять оставленные предписания до своего возвращения — а сам никогда больше не вернулся. Даже если не легенда, то почему бы не попытаться? Раз уж ситуация располагает.

И… До чего же тоскливо одному! Как я привык к суете вокруг, к жизни в обществе, к товарищам…

Но деваться некуда.

Я должен был оставаться в Преисподней — но вернулся сюда, с определёнными условиями. Сделал то, о чём столько мечтал: совершил месть. По идее, после этого можно было бы и вернуться назад, наплевав на всё… Цель ведь достигнута? Но не получилось. Как-то незаметно зацепился за новую жизнь, за навязанную жену, за тех людей, с кем здесь познакомился…

И стал уязвимым. Особенно теперь, когда вот-вот родится дочь.

Теперь, даже если захочу соскочить — не имею права. Ведь я в мире живых не просто так, а в долг, и его всё равно придётся отдавать. А это значит — всё возвращается на круги своя. Когда-то меня называли Последний Воин. Я долгие годы партизанил, ускользая от карательных отрядов. Охотился на тех, кто разорил мой мир… Терял соратников, товарищей, постепенно привыкал к одиночеству. В конце даже начал получать от него удовольствие, ведь когда сам по себе — ты свободен, тебе нечего терять. Не страшно.

За то недолгое время, что провёл в теле Темнозара, я как-то слишком быстро привык к новому. Оттаял, расслабился, решил, что теперь всё будет иначе. Но иначе-то ничего не будет. Жизнь всегда будет брать своё, как и проклятый Дит.

Единственное — очень надеюсь на то, что там, за миллионы световых лет, моей жене и дочери будет хорошо.

Мне же… Наверное, со временем станет хотя бы нормально. Но точно не сразу. Ведь надо вновь привыкать к одиночеству, к тому, что ты один против всего мира.

И к простой истине: для того, чтобы жить, надо убивать. Желательно — ежедневно.

Глава 35

— Какого хрена⁈ Что это такое?!!

Я подбежал к севшей неподалёку «Косатке» и заорал прямо в начавшую быстро увеличиваться щель, от начавшего опускаться пандуса.

— Кто позволил⁈ Что за самоуправство?..

— Зара. Ты что, не рад меня видеть, дорогой?

У неё уже был очень заметный живот. И всё та же улыбка…

— Конечно же, Кровавые задери, я рад! Но… Теперь снова придётся держать Маяк у Арконы активным, пока вы не вернётесь туда. Это слишком большой риск. Из-за вашей глупой выходки судьба всего человечества на волоске…

— Никто никуда возвращаться не будет, Зар.

— Объяснись.

— Пошли… Пройдём куда-нибудь. Посидим. Целый пустой город к нашим услугам… Это же подумать только!

Яромира спустилась по пандусу — и я, наконец, сумел обуздать свой гнев. Крепко прижал жену к себе, расцеловал, позволил ненадолго вспомнить то ощущение — что снова рядом кто-то есть, что не надо воевать против всего мира в одиночку…

Но быстро взял себя в руки.

— Яра. Ты совершила большую ошибку. Я…

— Тсс… — она приложила пальчик к моим губам.

— Это всё она? Это она тебя с пути истинного сбила?

— Тсс, — Яра повторила жест. — Потом. Пошли… Сядем где-нибудь, с хорошим видом. Все вместе. И поговорим.

И мы пошли. Забрались в ресторан на верхнем этаже, с шикарным панорамным видом. Я раздал команды оставшимся здесь роботам, они даже смогли запустить приготовление чего-то из оставшихся полуфабрикатов…

Удивительно, но пока этот мир ещё живёт. Всей разницы — что людей нет. Потом, конечно, батареи разрядятся, забытые продукты испортятся, без автоматического полива леса и поля завянут… Останутся хорошо, если какие-нибудь мхи. Да и те могут не выжить.

Города занесёт песком. Долго они будут стоять так — а потом, рано или поздно, разрушатся.

Откинувшись на спинку стула и сложив руки на груди, я посмотрел на Снежану, безошибочно определив в ней главную зачинщицу.

— Итак. Я жду объяснений.

— Объяснений… Что же, слушай. Ты должен отработать долг одному из Кровавых. И ты решил самоотверженно заняться этим в одиночку, оставшись здесь — на стороне, где вечная война… Потому что, если бы ты отправился вместе с остальными на Аркону, то вынужден был бы убивать там, в изолированном коллективе, среди своих. А для тебя это неприемлемо.

— Я бы стал самым кровавым Императором за всю историю человечества.

— Да. И это решение… Правильное. Со всех сторон правильное. Но ты не учёл кое-чего.

— И чего же?

— Сейчас ты очень силён. У тебя уникальные способности, комбинируя их между собой ты можешь творить воистину грандиозные вещи… И со временем ты будешь становиться всё сильнее и сильнее.

— Это очевидно. И?..

— А ты подумал о своей жене? О своей дочери?

— В смысле?

— Оставшись в изолированном мире, где одарённые почти не могут развиваться — ты сам законодательно запретил воевать с аджантами — они так и останутся очень слабыми. И если в отношении Яромиры, допустим, тебя это не очень печалит… Подумай о той, кто ещё не родился. Тебе не кажется, что спокойнее жить, когда знаешь: твоя дочь может за себя постоять?И это лучше, чем когда она лишь самую малость сильнее обычного не одарённого?

Наклонил голову. На самом деле, Снежана не права. Я думал обо всём этом. И… Не нашёл устраивающего меня выхода.

— И какой вывод? Что вы придумали?

— Да всё просто. Один ты силён, и будешь становиться сильнее, приближаясь по своей силе к богам. Но когда ты не один… Процесс будет более плавным, при этомв долгосрочной перспективе принесёт куда больше пользы. Подумай сам. Ты у нас — великий кибермансер, повелитель разума, ещё и с боевыми способностями. Я — предиктор. Если развить мой дар… Смогу предсказывать многое, и синергия наших способностей даст такой результат, который ты пока себе даже представить не можешь. Нам просто надо научиться работать вместе. И тебе надо не жадничать, а давать мне иногда немного добытой Силы… Для развития.

Усмехнулся. Мотив Снежаны кристально ясен — хочет выехать на моём горбу, на халяву прокачаться, стать второй в разведанном мире по силе. Потому что, сколько силы Яромире ни давай, но простой полемансер всегда будет уступать предсказателю.

Вот только, а хочу ли я вообще усиления дочери предателя Перовского? Сомнительно, ой, сомнительно…

— Кроме того! — тем временем, продолжила раскладывать всё по полочкам Снежана. — У нас тут, считай, собралась команда мечты. Твоя жена, конечно, самая бесполезная из всех…

Девушка увернулась от брошенного в неё шарика из смятой салфетки — Яромира не стала терпеть наезда, но и не возмутилась, как будто привыкла уже.

— Тем не менее мы все понимаем, что её ты ни за что не бросишь. Но вообще, управление полями — не самая бесполезная вещь. Особенно хорошо в защите. Так вот, о чём я… Кибермансер, психомансер, предиктор — это просто конец всем, никто не уйдёт. А также, — Снежана указала на ту, на кого я всё это время боялся смотреть. — Если вдруг что — Лиля вылечит нас. Нет, медкапсулы тоже никто не отменял… Но лучше же, когда перестраховка, ведь так? Тем более, хороший лекарь нужен, когда собираешься рожать. А то, мало ли что… Да и в развитии поможет, оптимальный рост обеспечит… Так что вырастет у тебя, Темнозар, дочь более сильная и быстрая, чем ты сам. Как тебе такое, а?

— Всё бы хорошо… Но какой вам интерес торчать здесь, со мной? Видеть всегда одни и те же рожи? Отказываться от нормальной жизни?..

— То-то там, на Арконе, сейчас жизнь «нормальная». Не смеши… У нас здесь и сейчас комфорта в разы больше, чем у наших переселенцев. Кроме того… Все присутствующие явились сюда добровольно.

— Ну… Допустим.

— И я не закончила ещё! Ива, — Снежана кивнула на бывшую зазнобу Руслана, которая даже сюда приволокла свою огромную винтовку. — Вы с ней отлично сработались ещё там, на Кровавой Арене. Мне кажется, такой боец украсит любую команду. Тем более, с нею Центурион.

— Кстати. Не понял, а где Марк? — обратился вроде ко всем, но смотрел при этом на миниатюрную блондинку.

— Достал меня. Послала лесом.

— И… Настолько хотелось оказаться от него подальше, что решила тоже отказаться от нормальной жизни, ради постоянной, бесконечной войны?..

— Мне надо. Сидеть без дела… Не по мне.

— На Арконе очень много работы.

— Верно. Много. Но не для меня.

Кивнул, принимая аргументы.

— Ясно, понятно… Хосе?

— Сеньор князь, ну куда же я… Тоже сидеть там, в безопасности — сдохну от скуки. И к «Косатке» слишком привык. Не смогу без неё…

— Вы очень ослабили флот Арконы, забрав яхту…

— Ничего, сеньор. Аррак справится. Он передавал сожаления, что не полетел с нами… Но у него и правда выше крыши работы. И «Косатка» сейчас уже не такая, как была раньше… Он её наполовину переделал. Вах, это теперь такой уникальный корабль, с такими возможностями! Вы даже не представляете, я потом вам экскурсию проведу!

Усмехнулся. Повернулся к Титу и Раен.

— Ладно. С молодёжью понятно… А вы-то куда?..

— Так, эта, командир… У нас медовый месяц!

— Ну вы и оригиналы. Нашли, блин, курорт…

— Именно! Мять бока этим тварям, да в такой компании — что может быть лучше?.. И, командир… Луций тоже очень хотел полететь. Но у него много работы. Будет бойцов готовить, по нашим специальным программам…

— Поня-я-я-ятно…

— Так вот, — снова взяла слово Снежана, увидев, что я задумался и замолчал. — Гром в трюме, и он тоже готов помогать, в силу своих нехитрых драконьих способностей. Но наш чешуйчатый пассажир полезен вовсе не этим, сам знаешь…

— Знаю… Ладно, всё это хорошо. Кроме одного момента. Как, Кровавые, мне теперь свой долг отдавать? Я же буду за вас бояться, осторожничать…

— Ты ещё не понял, Темнозар?

— Что не понял?

— Что это не мы должны бояться. А они!

Глава 36

Дверь не открывалась — пришлось пилить болгаркой.

А когда распахнулась, и внутрь метнулся свет двух фонариков…

— Матерь божья, дружище, ты только посмотри! Это серверная, и она до сих пор работает!

Они вошли внутрь, навстречу толстенному слою пыли, ровному гудению множества системных блоков и миганию одной-единственной оставшейся лампы. Хотя, гудение было не такое уж и равномерное, один из дальних компов издавал неприятный скрежет — видимо, что-то с кулером.

— Да уж. Оно с самой Катастрофы работает, небось. Настоящее сокровище… На рынке за приличные бабки загоним.

Их было всего двое. Второй стал ходить по помещению, примеряясь, с чего бы начать разграбление, первый же сел возле единственного монитора, выдвинул на подставке из-под стола клавиатуру, наклонился вперёд… И издал удивлённый возглас.

— Ого! Само разблокировалось! Вот это сервис, — и после пары минут тишины: — Удивительно, но тут у командной строки префикс «Руслан». Как будто с живым человеком общаешься… Говорить со мной пытается.

— Макс, хватит страдать фигнёй. Давай, помогай мне всё это отключать.

— Знаешь…Даже боязно это делать. Тут сервер какой-то старой, забытой игрушки. Она всё это время молотила, жила своей жизнью. Диски сыпятся, конечно. Памяти всё меньше и меньше, компы отказывают один за другим… Но сделано на совесть, до сих пор ничего критично не рухнуло!

— Макс!

— Ну чего?

— Говорю, делом займись.

— У меня… У меня рука не поднимается. Ещё и этот… Слышь, «Руслан»-то просит их не выключать. Поменять диски, ещё кое-что, перезапустить…

— Макс. Ты совсем крышей поехал? На кой мы припёрлись сюда — по велению какого-то волшебного духа командной строки старые, на хрен никому после ударов ядеркой не нужные сервера чинить? Забей на это, помогай компы отключать…

Я проснулся, кажется, с воплем.

— Что случилось, дорогой? — Яромира вскинулась, она спала чутко. А вот малышка, к счастью, так и продолжила сопеть.

— Да так… Сон плохой приснился.

— Плохой сон? Это… Серьёзно?

— Ну вот помнишь, Руслан что говорил? Что наш мир — не настоящий, симуляция? Вот и приснилось, как будто нас вот-вот выключат.

Яромира грустно улыбнулась.

— Давай, ложись, дорогой. И не парься о всяких глупостях. Завтра сложный день, ты же хотел тот объект Древних проверить… И мы след папы Лили почти нашли! Вдруг его отыщем наконец?..

Закончив говорить, она тут же заснула — практически мгновенно. Новый навык, который появился после родов.

А вот я долго ещё лежал, ворочался, слушал их дыхание. И думал.

Но в конце концов усталость тоже взяла своё.