Валентин БЕРЕСТОВ АЛЛО, Парнас!


– Алло, Парнас, Парнас! Как меня слышите? Прием.

– Слышу вас хорошо. Какие распоряжения насчет эвакуации? Прием.

– График тот же. Через три часа всем быть на космодроме. Как поняли?

– Понял хорошо. Докладываю обстановку. Коллекции не влезают! Двенадцать отсеков загружены до предела. Прометей предлагает часть оборудования раздать ахейцам, а освободившееся место заполнить коллекциями. Твое мнение, шеф?

– Парнас! Парнас! Разрешаю отдать тринадцатый отсек под коллекции. Оборудование взорвать! Чтоб следа не осталось. Поручить это дело Прометею. Как поняли? Прием.

– Понял очень хорошо. Оборудование взорвем. Меркурий просит разрешения подарить свой велосипед Гераклу.

– Повторяю: никаких следов нашего пребывания на этой планете не останется. Меркурий - идиот! Неужели он не понимает, что велосипед нужен Гераклу в политических целях?

– Юпитер, ты сердишься - значит, ты не прав.

– Это еще что за шуточки? Прием.

– Шеф, я Мельпомена. Скажи Аполлону, пусть подбросит мне на полчасика вертолет. Забыла отснять театр в Эпидавре.

– Шеф! Шеф! Чепе! Гименея схватили. Опять тащат на свадьбу.

– Это ты, Марс? Пальни из ракетницы, пусть разбегутся. Мельпомена, никаких вертолетов, раньше надо было думать. Аполлон, куда смотришь? Девять лаборанток - и никакого порядка!

– Шеф, это опять Марс. У меня только красные ракеты. Они поймут это как сигнал к войне.

– Пора бы знать, что причины у войн социальные. При чем тут цвет ракеты? Действуй!

– Папочка, какую статую мы сейчас грузим! Помнишь, я позировала одному скульптору? И представь себе, в храме никого не было.

– Немедленно вернуть статую в храм. Она - шедевр человека и принадлежит людям.

– Папочка, откуда такое почтение к храмам? Ты жо атеист.

– Лучше б вместо богини любви они придумали богиню уважения! Парнас! Парнас! Где Гименей? Где Прометей?

– Гименей уже на базе. Прометей на складе, получает взрывчатку. Чтобы не пугать местных жителей, предлагаю ненужное оборудование сбросить в кратер Везувия и взорвать его там. Тогда это будет принято за нормальное извержение.

– Это ты, Вулкан? Придумано неплохо. Действуй.

– Шеф, я Аполлон. Может, все-таки оставим что-нибудь? На память. Пусть знают, что мы были здесь.

– Они превратят наши приборы в идолов, в фетиши. Они будут мазать наши телевизоры и вертолеты бычьей кровью и поклоняться им. Все взорвать!

– Может, зароем таблицы? Клио их уже приготовила. Они откопают их, когда займутся археологией, прочтут, когда откроют кибернетику, когда они станут такими, как мы.

– Понял тебя, Аполлон. Прежнее распоряжение остается в силе. У них странное свойство объяснять икс игреком. Где гарантия, что они не попытаются приписать нам все свои достижения? Между тем все, что они создали и создают, было и будет делом их собственных рук. И нечего примешивать к этому сверхъестественные силы. Например, нас. Все взорвать!

– Докладывает Нептун. Океанографический отряд закончил работу. Батискаф затоплен. Отбываем на космодром.

– Докладывает Плутон. Геологи взяли последние керны. Минут через пятнадцать-двадцать отбываем на космодром.

– Причина задержки?

– Цербер погнался за куропаткой. Вот паршивец!

– Ребята, погодите, не сворачивайте рации. Я Аполлон. Шеф, скажи ребятам что-нибудь красивое.

– Что ж сказать? Слушайте все. Поработали… э-э… хорошо. Хорошо, говорю, поработали. От имени руководства экспедиции благодарю и поздравляю весь коллектив…

– Внимание! Чрезвычайное сообщение. Прометей задержан на космодроме. Пытался взорвать ракету.

– Он сошел с ума. Эскулап, немедленно освидетельствовать этого безумца!

– Я Эскулап. Энцефалограмма хорошая. Отклонения от нормы незначительны. Он здоров.

– Дать его сюда! Прометей, я слушаю тебя. Прием.

– Шеф, я хотел, чтоб мы остались на Земле и помогли людям. Чтобы они были счастливы.

– Мальчишка! Они не созрели для этого. Они придут к этому сами. Я верю в них. А вот ты, как я вижу, не веришь.

– Шеф, я остаюсь на Земле. Я отдам людям свои знания, свой огонь.

– К твоему сведению, они просили у нас все что угодно, кроме знаний.

– А ты им предлагал знания?

– Ладно, договорим в пути. Марш в ракету! Ты отстранен от работы.

– Я же сказал, что остаюсь на Земле.

– Они убьют тебя и свалят это на нас.

– Я готов на все.

– Я не узнаю тебя, мой мальчик. Ты забыл родную планету. Ты чуть было не лишил нас возможности вернуться домой. Чем они тебя опоили? Что они с тобой сделали?

– А что они сделали с тобой? Почему ты скрыл от них, что мы не бессмертны? Почему ты допустил, чтобы они поклонялись нам, как божествам?

– Ну, слушай, это было сделано исключительно в интересах безопасности сотрудников экспедиции. И вообще на нынешнем этапе развития они еще не способны понять, кто мы такие.

– Вас они не поняли и сделали богами. Я понял их и стал человеком.

– Что-о?! “Вас”? “Человеком”? Связать его и затолкать в ракету! Мы будем его судить.

– Я Фемида. Даю справку. Если он человек, то действие наших законов на него не распространяется. Мы не имеем права брать его с собой.

– Понял тебя, Фемида. Закон есть закон. Развяжите его. Пусть у нас будет хоть один провожающий.

– Я Фемида. Даю справку. На планетах с незрелой цивилизацией присутствие местных жителей при запуске космического корабля не рекомендуется, ибо неизвестно, как они это воспримут и поймут.

– Ясно. Отправьте его куда-нибудь. Скажем, на Кавказ.

– Шеф, я Марс. Можно дать ему револьвер?

– Я Фемида. Даю справку. Передача техники существам незрелых цивилизаций воспрещается, ибо неизвестно, в чьи руки она в конце концов попадет и какое найдет применение.

– Шеф, но ведь он один из нас!

– Увы, он уже один из них. Слышал, что сказала Фемида? Прощай, Прометей. Надеюсь, что…

– Внимание! Я Меркурий. Согласно графику начинаю ликвидацию средств связи. Все радиостанции Земли прекращают свою работу.

– Я Шеф. Поправка. Временно прекращают. Гром и молния! Они уже породили Прометея!


Загрузка...