11

Закат ознаменовал начало службы. Опаленные стены храма покорно впустили в себя полторы сотни нелюдей. Мужской хор перешептывался в ожидании правителя и верховного жреца. Черные жировые свечи лениво оплывали на красный бархат. Гости и участники церемонии шумно обсуждали будущее своей братии. Кто-то с уверенностью говорил, что исход войны уже предрешен, и Тьма уже правит "новым" миром, а кто-то напротив утверждал, что Алиас скоро затянет петлю на шее темных.

Все шумные разговоры превратились в умеренный шелест, когда в храм вошла Патриссия. Кроме длинной полупрозрачной тоги на теле вампирши не было ничего. Взойдя по ступеням к алтарю, девушка оглядела собравшихся и бросила призывный взгляд в сторону главных ворот. Вампиры обернулись и все стихло вокруг. Приветствуя хозяина, темные склонили головы. Эгрэджио тяжело ступал по пыльной ковровой дорожке военными сапогами, оглядывая зал искоса. Они ещё не знали, какие перемены им предстоит пережить, какие правила им придется принять, чтобы не расстаться с жизнью.

Достигнув центра церемониального зала, Грэг оглянулся на Патриссию. Та подошла к возвышению алтаря и навзничь опустилась на него, почувствовав спиной холод камня. Жрец скинул накидку и обратил взор к огромной черной пентаграмме на стене прямо перед ним.

--Shemham-forash! -- провозгласил Эгрэджио.

Все голоса, как один вторили ему. Громыхнул гонг. Его жесткий металлический звук разнесся по залу и застрял в воздухе. Изогнутый кинжал с запястья вампира возник в его руке.

--In nomine Satanum, Magistum terrae, hic Regis mundi, visam caligam conclamo dividere nervum num infernum! -- Громко и размерено, как стих, произнес он.

(Сноска: (латынь) Во имя Сатаны, Правителя земли, Царя мира сего, я призываю силы Тьмы поделиться своей Адской мощью со мной!)

Мужской хор вторил низкими голосами, повторяя слово в слово.

--Откройте шире врата Ада и выйдите из пропасти, дабы приветствовать меня как вашего брата и друга! Дайте мне милости, о которых я прошу! Имя твоё я взял как часть себя! Я живу подобно зверям в поле, радуясь плотской жизни! Я благоволю справедливость и проклинаю гниль! Всеми Богами Бездны я заклинаю все, о чем испрашиваю, произойти! Выйдите же и отзовитесь на ваши имена, сделав явью мои желания!

Услышьте же имена:

Аббадон Астарта Азазель Валаам

Бафомет Кимерис Дагон Геката

Кали Лилит Локи Мардук

Мормо Нергал Риммон

Самаэль Сезмет Сет...

В зале начался гул. Каждый повторял имена.

Грэг назвал вампиршу по имени. Патриссия открыла глаза, ожидая чести и права второй крови, но жрец задал ей вопрос:

--Любишь ли ты Дьявола? Желаешь ли победы любой ценой?

--Да, Эгрэджио... -- сдвинула брови девушка, -- Конечно, да.

--Да свершится же! -- расхохотался в ответ вампир, по рукоять вонзая кинжал в её сердце.

--Ублюдок! -- истошно прохрипела вампирша в наступившей тишине.

--О да, Патриссия... -- улыбнулся ей Грэг, наполняя кубок её бурой кровью.

Едва он сделал глоток, тело вампирши вспыхнуло и осыпалось алыми углями на алтарь. Поворачиваясь в четыре стороны света, Эгрэджио вызывал принцев Ада:

--Сатана, Люцифер, Белиал, Левиафан.

Хор на енохианском воспел имена, и зазвучал текст ключа:

"О, ты, ослепительный свет и горящий камень успокоения, раскрывающий славу Сатаны до самого центра земли, в ком живут великие секреты истины; именуемый в твоем царстве "силой через радость" и неизмеримый. Будь для меня окном успокоения. Покажись же! Открой тайны своего сотворения! Будь ко мне благосклонен, ибо я такой же, как ты -- истинный почитатель высочайшего и несравненного Короля Ада!"

(сноска: Восемнадцатый Енохианский Ключ. Открывает врата в Ад и вызывает Люцифера с его благословением)


Загрузка...