Доспех духа. Том 11

Глава 12

Пока я шёл к Карамельке было время подумать, только ничего в голову толкового не приходило. Неожиданный звонок вышел странным, но любопытным. Кому успел перейти дорогу Мгуапе, чтобы его хотели убить? Характер у него вспыльчивый, может, в этом дело?

Поздним вечером в богатом районе города всегда тихо, но молодёжь по пути попадалась, особенно у кафешек. Пара девушек мне даже рукой помахала, приглашая в свою компанию. В самой Карамельке было шумно, почти все столики заняты парнями и девушками. На их фоне заметно выделялся угрюмого вида мужчина лет за сорок, сидевший за дальним столиком. Перед ним как-то неестественно выглядел бумажный стаканчик с кофе и маленькое заварное пирожное.

– Дмитрий? – спросил я, подходя к столику.

– Добрый вечер, Кузьма Фёдорович, – он кивнул, бросил взгляд на вход в кафе, дождался, пока я сяду напротив. – Это я звонил. С чего бы начать?..

– Давай самую краткую версию, – обычно у нас так шутили, когда кто-то не знал, с чего начать рассказывать что-то очень долгое и наверняка скучное.

– Если коротко, – он всего на секунду задумался. – Князь Дашков разрешил убрать чернокожего мастера из Ваших людей. Уже нашёл подходящих исполнителей, которых уберут следом за ним, чтобы концы в воду, как говорится.

Мы встретились взглядами. Да, с чувством юмора у Дмитрия явно было всё в порядке.

– Так, с короткой версией не получилось, – проворчал я. – Давайте подробнее. Чем Мгуапе Дашковым насолил? Убил кого-то? Если это что-то, что можно решить миром, то мы договоримся.

– Я всегда знал, что Вы хороший человек, – сказал Дмитрий. – Радеете за своих людей, и вопросы ставите правильные. Нет, ничего он Дашковым не сделал. Просто удачно под руку подвернулся.

– Тогда не понимаю. Это ваш князь таким образом со мной поссориться хочет? Начать с кровопролития?

– Это уже ближе к истине, – кивнул Дмитрий.

– Вроде ничего ему не делал и дорогу не переходил. Что за обострение случилось? Мы же с ним виделись недавно. Он улыбался, был вежлив, дружить предлагал. И напряжения между нами не было.

– Напряжение как раз было. Павел Георгиевич никак забыть не может, что сделка с Хантами сорвалась. Всё время её вспоминает. Говорит, что репутационные потери.

– Мелковато как-то для развязывания войны, – я всё ещё не мог понять, почему взбеленился князь Дашков. – Из-за Воронцова?

– Всё из-за княжны Романовой, – кивнул Дмитрий. – Он хочет, чтобы Матчины от неё отступились.

– Понятно, – произнёс я, сдерживаясь, чтобы не ругаться. – Ну, можно и повоевать, если ему так хочется. Только боюсь, что это будет крайне скоротечная война.

– Кузьма Фёдорович, не заводитесь раньше времени. Я поэтому и пришёл, чтобы подумать, как всего этого избежать. Наш князь, наверное, десять раз пожалел, что связался с Воронцовым, но поделать ничего не может. Было вложено много средств в деловые проекты, и не только наших, многие семьи присоединились. Поэтому у большой группы людей появилась общая цель, позволить этим деньгам расти и приумножаться. Видите, вопрос даже не стоит в том, чтобы банально их вернуть, потому что это будет равносильно убыткам.

– То есть, Дашков не один со мной воевать собрался? – уточнил я.

– Речь не идёт о войне, – поправил он. – Учитывая Вашу силу. Да что я…

Он тихо выругался, устав подбирать слова.

– Вредить они собрались семье Матчиных, по любому поводу и удобному случаю. А потом придут договариваться и требовать свою долю от имущества Воронцова. Либо же потребуют просто самоустраниться. Теперь, когда у Вашего старшего брата и княжны всё серьёзно, у них не остаётся времени и места для манёвра. Поэтому понятие «вредить» сильно расширяет границы. И под горячую руку князя попал Муга…

– Мгуапе, – поправил я.

– И не только он, – сказал Дмитрий. – Будут бить по дальнему окружению. Сейчас, пока обстановка не накалена, будут стараться придерживаться правил, а потом в ход пойдут средства и методы, которые уже можно считать войной.

Я снова задумался, даже принялся постукивать пальцем по столешнице. Странный этот человек, Дмитрий Дашков. Князя своего легко сдал. Может, провоцируют меня на необдуманные действия? Надо бы с братом посоветоваться.

– Расклад понятен, – я покивал. – Что по поводу Мгуапе?

– В Серпухове есть группа мастеров, считающих себя охотниками за головами. Хотят на международный рынок выйти, но пока только кровь пьют окружающим. Полиция их никак взять не может. У помощника князя есть выход на них, через несколько человек. Говорит, что нанять будет несложно. А как только они работу сделают, их уберёт служба безопасности Дашковых. И обо всей операции знают только три человека. Даже СБ будут использовать в тёмную. А там мой младший брат, у которого трое детей. И опыт подсказывает мне, что ничем хорошим это не закончится.

Мимо нас прошла молодая пара с подносами в руках, занимая соседний столик.

– Я здесь исключительно ради брата, – продолжил Дмитрий. – И войны хотелось бы избежать. Как будто мало было смертей.

– Соглашусь. И что, есть идеи, как избежать всего этого?

– У меня? – он даже удивился. – Ну, я бы предложил убрать недоделанных охотников за головами. Превентивно, так сказать.

– Чтобы Дашков нашёл на эту роль ещё кого-нибудь. Или выбрал целью тех, кто сдачи дать не сможет. Ох, если из моих близких или друзей кто-то пострадает, я такое вашему князю устрою, что он доплатит, лишь бы близко не подходить ни к Матчиным, ни к княжнам Романовым.

– Я подумаю, что можно сделать, – он примиряюще поднял руки. – Позвоню Хованской, если ситуация изменится или появится дельная мысль. Только Вы, если всё плохо будет…

– В отличие от князя вашего, я не злобный монстр. Людей убивать, чтобы конкуренту досадить... В голове не укладывается.

– Перегнул он, – Дмитрий вздохнул и нахмурился.

Я пока решил из себя не выходить. Думаю, что Дмитрию и без этого было сложно решиться, чтобы прийти сюда сегодня и сдать собственного князя. Учитывая фамилию, может, он с ним в родстве. Скорее всего, терпеть подобное не было сил. У него даже лицо немного потемнело, как бывает от безысходности.

– Когда всё должно случиться и как? – уточнил я, на что Дмитрий покачал головой.

– Могу только сказать, что вряд ли сегодня.

– Хорошо, будем держать связь. Как смогу Вас найти, если нужно будет?

Дмитрий Дашков протянул мне небольшую визитку. Просто имя и номер телефона в стилизованной рамке. Пожав ему руку, я вышел из кафе и зашагал к дому. Достал телефон, первым набрав номер Алана. Ответил он с небольшой задержкой.

– Слушаю, – раздался его голос.

– Алан, привет. Дело есть важное. Завтра с утра бери Мгуапе и часам к десяти приезжайте на нашу квартиру рядом с МИБИ. Мы там были, помнишь?

– Хорошо, будем. Что намечается?

– На горизонте маячит нехорошее, и надо бы всем вместе собраться и подумать, что делать будем. И по дороге вас может ждать неприятность, поэтому из жилого комплекса уйти надо тихо, не привлекая внимания. И посмотреть, будет ли хвост за вами.

– Не проблема, – деловым тоном добавил он. – К десяти будем на месте.

– Тогда до завтра, – я положил трубку, затем набрал номер Никиты.

Никите я объяснил примерно то же самое, попросив приехать утром. Последним на очереди шёл Григорий Карпов. С ним я говорил немного дольше, так как нужно было отправить людей в наш жилой комплекс и усилить охрану.

Из доступных сил я собрал почти всех, и получилось довольно много мастеров. Нам бы столько сил пару лет назад, мы бы точно на первое место вышли среди фирм наёмников. В прямом противостоянии не только Дашковых снести можно, но и половину их союзников. Надеюсь, что они это понимают и до войны дело не дойдёт. Хотя о чём я думаю, меня одного хватит, чтобы вразумить любого. Была даже мысль лично зайти к Дашкову, взять его за грудки и хорошенько потрясти, чтобы в чувство пришёл.

Думал, что дома меня потеряют, но мама лишь удивилась, когда увидела, как я захожу с улицы. Она как раз спускалась по лестнице с третьего этажа. Подумав, решил её в насущные проблемы не впутывать, как и остальных женщин. Не нужно им лишний раз волноваться, тем более пока ничего серьёзного не происходит. А вот брата и Джима я потревожил, пригласив на разговор в кабинет Саши.

Пересказ встречи с Дашковым занял всего десять минут.

– Я завтра решил собрать наших мастеров, чтобы поговорить и подумать, что можно сделать, – подытожил я рассказ. – Джим, на тебе самое важное, быть всегда дома, рядом с женщинами. Можешь Виктору всё рассказать, он человек толковый и очень сильный.

– Строишь планы, как будто послезавтра боевые действия начнутся, – сказал Саша. – Вполне возможно, что Дашковы нас так проверяют. Смотрят, засуетимся мы или нет. Но отреагировать нужно. Кстати, ты узнал подробности о наследстве Воронцова? Почему все так остро реагируют?

– Тебе будет интересно узнать, – улыбнулся я.

* * *

В нашу квартиру, недалеко от МИБИ, я приехал первым, почти за час до назначенного времени. Хотел собраться с мыслями, подумать о том, что происходит и как из текущей ситуации лучше выйти. Вариантов было много: от союза с Разумовским, который меня обязательно поддержит, лишь бы насолить Дашковым, до помощи военных. Генерал Руднев и его специалисты могут не только кулаками махать, но и головой думать. В том плане, что не только силовую поддержку окажут, но и подробный план составить помогут. Только обращаться к ним так рано я не планировал. Подождём, посмотрим, как будут развиваться события.

Войдя в квартиру, к большому для себя удивлению, застал там Каэдэ. В домашней одежде, лёгкой кремовой водолазке и серых бриджах выглядела она необычно. Длинные волосы убрала под ободок, чтобы не мешали. В руках планшет. При этом в доме приятно пахло завтраком.

– Привет, – озадаченно произнёс я.

– Привет, – она кивнула, по-хозяйски жестом приглашая проходить.

– Катя говорила, что квартиру тебе нашли и уже всё оформили.

– Неуютно одной там, – сказала она, говоря на русском. – Плохо сплю и кошмары.

Со стороны кухни выглянул помощник Фа Чжена, в белом фартуке, с лопаточкой для готовки.

– Завтрак готов, – сказал он. – Подать в гостиную?

Я удивлённо посмотрел на серьёзного наёмника тридцати пяти лет, со шрамом на подбородке. Не помню, чтобы у него шрам был, так как он всё время небритый ходит. А тут, начисто выбрит и подстрижен.

– Давай, – согласился я.

– Пока тебя в городе нет, здесь тихо, – сказала Каэдэ, садясь на кресло рядом со столиком. Коснулась пластыря на голове. – Зудит. Как у тебя дела?

– Не спрашивай. Головная боль. Сейчас дяди взрослые приедут, будем решать, что делать. Вижу в твоём взгляде любопытство.

– Расскажи, – попросила она. – Если не секрет.

– Войну с нами хотят развязать, не объявляя её, – я подумал, что не такая уж это и тайна. – Начать решили с убийства моего друга и соратника.

– Уже убили? – уточнила она, посмотрев прищуренно.

– Нет, только собираются. Не забивай голову, это наши разборки. Я знал, что будет сложно, когда род Матчиных появится, поэтому не сильно удивился.

– Поделись проблемой, может, я что-нибудь посоветую.

– Говорю же, не забивай голову. Оно тебе нужно?

Помощник Фа Чжена, принёс на подносе омлет с овощами и поджаренный молочный хлеб с сахаром в виде десерта. Пара больших кружек с растворимым кофе. Очень даже неплохо получилось.

– Спасибо, Дин, – поблагодарила его Каэдэ, мило улыбнувшись. Мне даже на секунду показалось, что это не она сидит напротив, а кто-то другой. – Сладкий хлеб с молоком очень вкусный.

– Мы такой часто готовили, когда под рукой очень скудный набор продуктов. Если удавалось достать свежего молока. Я позавтракал, спасибо. Кофе попью.

– Значит, не расскажешь? – спросила она, переходя на японский, чтобы Дин не подслушал. – Хорошо. Убегая из Японии, я забрала из папиного сейфа карту памяти. На ней документы о праве собственности на большую часть всего, что принадлежит клану Фудзивара, в том числе резервные банковские счета. Очень много разных бумаг, компромат против высоких чинов в окружении императора и в правительстве. Но самое важное – это копии документов о наследовании. Оригинал хранится в закрытых банковских ячейках в Токио. Пароли от них, кстати, тоже на карте памяти. Любую сделку, что совершит или уже совершила мама, я могу оспорить. Любую. Я ей об этом уже сказала.

Я только вздохнул, догадываясь, к чему всё это было сказано.

– За два дня мне написали две родные и четыре двоюродные тёти, спрашивали, как дела, где живу, и всё ли со мной в порядке. Одна даже обещала приехать, чтобы помочь. Тяжело ведь оставаться наследнице большого клана одной, тем более в чужой стране. Оживились мои подруги, даже те, с кем я после школы не общалась ни разу. Хотят поступать в МИБИ, просят помочь или, наоборот, предлагают помощь. Даже дедушка позвонил, сказал, чтобы я никому не верила. Он единственный из всех, кто… действительно переживает за меня.

– Обязательно было маме говорить? – спросил я.

– Возвращать собственность, проданную или отданную даром, гораздо труднее, чем удержать сейчас. А пока все будут знать о завещании и документах, нас не разорвут на части. Будут ждать, чем всё закончится.

– Или попытаются устранить, – веско заметил я.

– Скорее всего, – она понимающе кивнула. – Пароль от карты памяти сказать?

– Обойдусь.

– Я отправила тебе закрытое сообщение с паролем, – спокойно продолжила она. – Открыть его сможешь, если вспомнишь дату нашей первой встречи.

– Каэдэ, я тебя прошу, не веди себя так, словно за тобой уже выехали охотники за головами. Ничего с тобой не случится. Если не станешь бегать кругами, рассказывая всем подряд про это. Кстати, с деньгами что?

– Мама все мои счета заблокировала. Но я пользуюсь картой, которую мне вручила твой секретарь. На ней деньги ещё есть.

Нет, всё-таки передо мной Каэдэ. Согласен, что немного изменившаяся, но в лучшую сторону.

– Рассказать ещё что-нибудь откровенное? – спросила она.

– Уверена, что тебе мои проблемы интересны? – спросил я, понимая, что она играет в очень неприятную игру: откровенность за откровенность. – Хорошо, расскажу, не смотри так. Всё из-за наследства. Случай чем-то схож с твоим. Ты русских великих князей знаешь? Братьев покойного императора. Началось всё с альянса, в который Матчиным повезло вступить.

Мой рассказ получился немного путанным, да и всех подробностей я не рассказывал, но занял он минут сорок. Каэдэ слушала внимательно, с большим интересом, иногда бросая очень странные взгляды. Позавтракав, попросила Дина убрать посуду. Вроде живёт здесь неделю, а уже умудрилась построить серьёзных мужчин. Собственно, я в этом и не сомневался. Что Каэдэ, что Сабина, эти могут.

– Да, – Каэдэ покачала головой, когда я закончил. – Вляпаться в подобное мог только Кузьма. Потому, что допустил несколько серьёзных ошибок, став главой рода.

– Четыре дня прошло, – напомнил я. – Как Матчины статус рода получили.

– Это было неизбежно, едва ты стал великим мастером. Поэтому готовиться нужно было с самого начала. Искать союзников и договариваться. Возможно, идти на компромиссы и уступки, но заручится дружбой с влиятельными семьями.

– И как бы это сейчас помогло? У моего брата и Лизы всё серьёзно.

– Нет, от главной проблемы это бы не уберегло, но было бы проще пройти через трудности. Дай мне подумать немного.

– Давай, стратег, думай, – рассмеялся я. – Только в соседней комнате, так как сейчас здесь мужчины будут решать взрослые проблемы.

Она смерила меня холодным взглядом, встала и молча прошла в дальнюю часть гостиной, к окну, усевшись с ногами в удобное кресло. Понятно, что выгнать её оттуда будет сложно. Она даже шторку набросила поверх, как бы отгораживаясь от остального помещения.

В квартиру как раз вошёл Никита в компании с Карповым. Встретились во дворе и решили вместе подняться.

– Дин, если несложно, свари ещё кофе, – попросил я. – Чем больше, тем лучше. Растворимый тоже подойдёт.

Он кивнул, скрывшись на кухне.

– Кузьма, привет, – первым поздоровался Никита, пожал руку.

– Доброе утро, – сказал Карпов. Я обратил внимание, что он носит при себе нож, что я ему отдал. Даже ножны сделал такие, чтобы сразу в глаза не бросались.

Мужчины посмотрели на шторку, закрывающую кресло.

– Не обращайте внимания, – устало сказал я. – Как наши дела на базе? Никита, у тебя как?

Со слов мужчин, у них всё было отлично. Единственный неприятный инцидент был связан только с гостями из Клондайка. Наша охранная фирма работала в полную силу, без происшествий. У Никиты тоже всё было в полном порядке. Он уже договорился с начальством, чтобы проводить в МИБИ больше времени. Жаловался он только на братьев Шоу, ненасытных в плане тренировок и спаррингов. Складывалось впечатление, что занимаются они всё время, пока бодрствуют. Собственно, братья делали всё правильно, на что я Никите указал.

Минут через десять к нам присоединились Алан и Мгуапе, вооружённые до зубов. Бывший генерал привёз кейс с Большим зубом, а Алан набор метательных снарядов в спортивной сумке. Теперь уже все, не сговариваясь, посмотрели на Каэдэ, не спешащую покидать укрытие, затем на меня. Пришлось в очередной раз рассказывать о проблемах, которые нам собирался доставить князь Дашков и его товарищи.

Москва, отдел полиции Тверского района, полдень

По длинному коридору отдела полиции шёл высокий, крепкий мужчина, выглядевший лет на тридцать пять. Серый костюм без галстука, в руках спортивная сумка, поверх которой лежал плащ на случай дождя. Синоптики расходились во мнении, где и когда в столице пройдёт дождь. Станислав Никольский никогда ничего не оставлял на волю случая, поэтому захватил с собой и плащ, и большой чёрный зонт. В отделении он был проездом, чтобы встретить новичка. После служебных перестановок, в отделе контроля за одарёнными существенно не хватало специалистов, особенно с опытом.

В дверях одного из кабинетов появился новичок, если так можно выразиться о мужчине тридцати лет, давно работающим в полиции.

– Сергей, – Станислав приветственно поднял руку. – Я как раз за тобой.

– Отлично выглядишь, – Сергей показал большой палец. Сам он был одет в простой лёгкий свитер и джинсы. – Сейчас, куртку заберу и можно ехать. Ты на колёсах?

– На машине, – Станислав решил не шутить о таблетках, которые принимал уже неделю, пытаясь избавиться от прилипшей простуды.

Мужчины созвонились буквально десять минут назад, и можно было подождать на стоянке, но Станиславу хотелось посмотреть на недавно отреставрированный отдел. Мэр столицы месяц назад лично приезжал, чтобы презентовать отреставрированное здание, просторную парковку для машин и полностью модернизированное отделение полиции. Каждый кабинет мог похвастаться современными компьютерами, средствами связи и всем необходимым для плодотворной работы. Действительно, выглядело всё очень по-современному, даже спецмашины, стоявшие в гараже отделения.

– Да я не виноват! – раздался громкий молодой голос. – Подбросили же. Подбросили.

Станислав оглянулся, посмотрел на двух мужчин в гражданском, ведущих под руки парня лет двадцати четырёх.

– Не напасёшься на вас, подбрасывать, – фыркнул один из полицейских, ткнув парня кулаком в бок, чтобы не брыкался. – Что же ты так сопротивлялся-то, если не виноват.

На скуле парня наливался синяк, губа была немного разбита, а на лбу набухала большая синяя шишка.

– Я по работе был, – сказал парень. – Кате позвоните, Хованской, она подтвердит.

– Кате? – один из полицейских прыснул, едва сдерживая смех.

Станислав положил руку на плечо одному из полицейских, когда они поравнялись с ним.

– Катю Хованскую знаешь? – уточнил мужчина, проигнорировав взгляд полицейского.

– Да. Мы на Матчиных работаем. Я риэлтор, недвижимостью занимаюсь, а она самая главная у Матчиных.

– Друг, не мешай, – влез один из полицейских. – Не Ваше это дело.

Он бы попытался увести парня дальше, но ладонь Станислава всё ещё лежала на плече его товарища, и сбросить её у крепкого мужчины не получалось.

– Что подкинули? – спросил Станислав у парня.

– Порошок какой-то белый. Да это всё блондинка та. Я видел, она в машину патрульную садилась.

– Блондинка, брюнетка, чушь не неси, – рыкнул полицейский. – При понятых тебя взяли.

– Как зовут? – спросил Станислав.

– Гарик. Кузнецов.

Свободной рукой Станислав достал телефон, по памяти набрал длинный номер. Пока в трубке пошли гудки, из кабинета выглянул Сергей, с сумкой на плече и лёгкой курткой в руках. Увидев странную картину, подивился, но спросить ничего не успел.

– Катерина Геннадьевна, здравствуйте, это Никольский беспокоит.

– Да, узнала Вас, – послышался голос девушки. – Я уточняла у Кузьмы Фёдоровича, он обещал сегодня в МИБИ быть, так что планы не меняются, не переживайте. Но лучше приехать заранее, минут за сорок. Пропуск оформить и успеть переодеться.

– Мы уже в пути, – сказал Никольский. – Катерина, вы знаете парня, невысокого, рыжего, сильно кудрявого, по имени Гарик?

– Да, – она немного удивилась. – Кузнецов его фамилия. А что с ним?

– Нет, ничего, не переживайте. Мы увидимся в МИБИ?

– Буду Вас там ждать, – подтвердила девушка.

– Тогда, до свидания.

Никольский повесил трубку, убрал сотовый телефон во внутренний карман пиджака.

– Станислав Егорович, Вы бы обороты сбавили, – сказал Сергей. – Сейчас во всём разберёмся. Парни, вы где этого гаврика взяли?

– Кто приказал подкинуть парню наркотики? – спросил Никольский у побледневших мужчин. При этом кровожадная аура силы заполнила коридор, поэтому из соседних кабинетов с удивлением и тревогой выглядывали сотрудники отдела. – Вывезу на полигон и закопаю там. Оформлю как несчастный случай.

– Ничего мы ему не подкидывали, – возмутился один из полицейских. – Подумаешь, мажор со связями. Нехорошо…

– Блондинка, в патрульной машине, – продолжил Никольский, стиснув плечо одному из полицейских. – Ваша? Гарик, скажи, была блондинка.

– Была, была, – закивал парень. – Улыбчивая такая. Всё о рюкзачке беспокоилась.

– Стрижка – каре? – уточнил Сергей, показав длину волос.

– Ага, такая – снова закивал парень.

– Значит, закопаю, – подытожил Никольский, и кровожадная аура стала ещё более пугающей.

Сергей Зайцев всего пару лет назад стал мастером, при этом считая себя очень сильным, но с давлением, которое демонстрировал Никольский, он сделать ничего не мог. Оно было пугающим, жаждущим твоей крови. Он слышал, что у супруги Матчина, работавшей в отделе пару лет назад, была схожая сила, заставляющая испытывать страх.

– Станислав Егорович… – снова влез Сергей. – Так, парня пустите. Гарик, правильно? Вали быстрее отсюда, считай, что мы тебя не видели, и ты нас не видел. Обознались эти… энтузиасты, а ты им под руку подвернулся. Саня, выведи парня.

Зайцев махнул рукой одному из старших следователей, показывая на парня, который вряд ли понимал, что вокруг творится, так как, помимо прочего, сила у Никольского имела избирательный эффект.

– Сергей Витальевич, – быстро сказал один из полицейских. По его лицу катились крупные капли пота. – Мы тут вообще не при делах.

– Лопата нужна будет, – сказал Зайцев, глядя на коллег из отдела по борьбе с наркотиками. То, что они промышляли подобными подставами, он слышал, но разбираться не приходилось.

– Лопата у меня есть, – процедил мастер Никольский. – В багажнике. Как раз для таких, как эти.

– Полковник это, – сказал второй, на плече которого лежала ладонь Никольского. – Он распорядился.

Давление силы резко исчезло и в коридоре стали слышны возмущённые голоса. Сергей замахал руками на самых любопытных.

– Чтобы сидели в кабинете, пока я не вернусь, – сказал он бледным мужчинам. Хотел выразиться грубо, но Никольский, насколько он знал, терпеть подобного не мог. А с ним ему предстояло работать, поэтому не стоило портить отношения так сразу.

Уже спустя минуту в коридоре снова всё стихло, словно и не было ничего. Никольский, всё ещё хмурый, задумчиво сверлил взглядом дверь, за которой скрылась парочка полицейских.

– Полковник – это Рыжов, – Сергей показал пальцем в потолок. – Начальник. С очень большими связями. Я таких называю непотопляемыми. На моей памяти его раз пять пытались подвинуть с должности, но без результата.

– Связи, говоришь? – уточнил Станислав Егорович, недовольный тем, что рассердился. Он не хотел использовать столько силы, но не сдержался. – Сейчас посмотрим.

Достав телефон, он снова по памяти набрал номер. Ответили гораздо быстрее, чем в первый раз.

– Егор Васильевич, Никольский беспокоит.

– Да, Станислав, слушаю тебя, – прозвучал в трубке голос Бабичева, главы МВД. – Только не говори, что военные сорвали нам занятия.

– Нет, с этим пока всё в порядке. Я сейчас в отделе Тверского района, и здесь очень странные дела происходят. Начальник местный приказал подчинённым подкинуть наркотики человеку Матчина. Не знаете, с чем связано?

С той стороны повисла небольшая пауза. Никольский даже представил удивлённое лицо генерала.

– У нас занятия через полтора часа, – добавил Станислав. – А потом я свободен.

– Отлично, – сказал Бабичев. – Позвони, как освободитесь.

Сергей уважительно посмотрел на старшего товарища. Он бы так прямо с вышестоящим начальством разговаривать побоялся. Потому как даже Бабичев может нарваться на крепкую стену связей полковника, а крайним потом сделают тех, кто эту бучу затеял. В любом случае неожиданная ситуация была неприятной. Сергей пока не в полной мере понял, что происходит, но уже решил для себя, что в случае проблем поддержит Никольского. А ещё очень хотелось знать, у кого хватило смелости сердить великого мастера и зачем?

Зайцев оглянулся на двери кабинета, в котором скрылась парочка глупых оперов. Сейчас воздействие силы выветрится, они поймут, что сболтнули лишнее и побегут к начальнику. Сергею даже любопытно стало, во что всё это выльется.

* * *

Обещанное занятие с военными я решил не переносить, хотя мог бы, сославшись на прошедшие события. Но тогда на следующей неделе у меня не будет и одного свободного дня. Катя говорила, что ужимать график важных дел больше нельзя. Проще переносить или отменять не самые важные встречи или обещания. Сегодня утром я уже отменил занятие с иностранными студентами, свалив всё на плечи братьев Шоу. И в благодарность за то, что они занимались с двумя группами вместо меня, я сегодня пригласил их на тренировку. Им тоже защитные техники будут полезны.

К крытому стадиону я подходил как раз вовремя, за пять минут до начала. Даже успел заскочить в общежитие и переодеться в спортивный костюм преподавателя. Заметил у входа начальника охраны МИБИ и несколько студентов из дисциплинарного комитета. Скорее всего, они будут следить, чтобы нам не мешали и не подглядывали. Дело не в том, что мы что-то секретное изучать будем, а в том, что неокрепшие эксперты первой ступени могут серьёзно пострадать.

– Артём Никитич, добрый день, – поздоровался я, пожав ему руку. – Ничего страшного, что мы весь стадион заняли?

– Добрый день. Ничего страшного не будет, ответственные люди предупреждены, разрешения получены. Почему не ведомственный полигон?

– Далеко, – слегка поморщился я. – И грязно. Такое ощущение, что на их полигон специально грязь завозят грузовиками, чтобы мастера не расслаблялись. Полтора часа туда ехать, и ещё столько же обратно.

– Понимаю, – он улыбнулся. – Ребята посмотрят, чтобы никто не мешал.

– Мы распаляться не будем, – пообещал я.

На стадионе собралось неожиданно много мастеров. Одиннадцать военных специалистов и четверо из полиции, о которых говорил Бабичев. Среди военных я сразу узнал знакомую троицу женщин из специального подразделения. Они как раз болтали с единственной женщиной из отдела по контролю за одарёнными.

– Добрый день, – я приветствовал собравшихся. – Нет, строиться не надо, просто ближе подходите. Киран, Ивар, вы пока посмотрите и оцените технику, чуть позже с вами позанимаюсь.

Я оглядел собравшихся. Знакомых лиц около половины. Странно, что полковника Назарова нет.

– Мастера оружия есть? – спросил я.

– Есть, – вперёд вышла одна из женщин, та самая, из рода Орловых, вызвавшая подозрение у Сабины. Продемонстрировала длинный стилет. – Могу с расстояния в двадцать шагов проделать в любом противнике дырочку размером с кулак.

– Это не нужно, вы ценнее целые, – я тоже улыбнулся. – Когда технику полностью освоите, будем тренироваться в условиях приближенных к боевым. Сейчас ваша задача ловить вот эти шары.

К нам подплыло железное ведро, полное метательных шаров. Они по очереди начали подниматься и поплыли над головой по кругу. Трюк не сложный и зрелищный.

– Защитная техника направлена на то, чтобы замедлять любое холодное оружие в руках мастера. Дальность применения зависит от ваших способностей. В среднем метров с десяти работать будет, но чем ближе, тем лучше. Видели, как в Японии Никита двух мастеров ближнего боя осадил? Эффект будет именно таким. Сейчас вам нужно создавать кинетическое поле и делать его насыщенным. Вливайте больше сил, но вместо увеличения размера поля, наоборот, сжимайте. Как только в него войдёт чужеродная энергия или оружие, пропускающее сквозь себя силу, вы это сразу почувствуете. Я к каждому подойду и подскажу.

Заниматься с мастерами гораздо проще, чем со студентами. В том плане, что все присутствующие в полной мере представляли, что такое внутренняя сила. И кинетическое поле использовали ловчее, если так можно выразиться. Стоило подойти, взять за руку и направить, все без исключения смогли почувствовать энергию внутри летающих железных шаров. Оставалось дело за малым, тренироваться до тех пор, пока не получится их схватить. Думаю, что освоят недели за три усердных тренировок. Или же за пару месяцев, если заниматься один раз в день, о чём я мастерам и рассказал.

Киран и Ивар с этим приёмом освоились быстро и уже к концу занятия могли существенно замедлять летающие над головой шары. Их я поставил в пару с женщиной из числа военных, владеющей стилетом. Ей тоже будет полезно научиться сопротивляться и подстраиваться к чужой защитной технике. Умение ведь не ультимативное и победит тот, кто больше тренировался и лучше понимает распределение силы. Хотя против братьев Шоу или Никиты ни у одного мастера нет шансов.

Если в начале тренировки на лицах мастеров читался скепсис, то спустя три часа они выглядели крайне довольные результатом. Будь их воля, занимались бы до глубокой ночи, так сильно им понравилось. Первыми откланялись специалисты из отдела по контролю за одарёнными. Старшим у них был серьёзный на вид мужчина лет тридцати пяти или сорока. По его лицу сложно судить о возрасте. Но при этом он обладал серьёзной силой. Странно, что я с ним не был знаком и раньше не пересекался. Никольский Станислав Егорович, полковник полиции, как было написано на его визитке. Ещё одна странность, что полковник входит в состав отряда быстрого реагирования. Или же он метит на должность Дорошина, начальника отдела?

– Кузьма Фёдорович, – голос у Никольского был сильный и уверенный, – визитку сохраните. Лучше сразу в телефон занесите мой номер. Если возникнет неприятность, связанная с полицией, звоните сразу мне. Генерал Бабичев может быть занят и не всегда простые вопросы находятся в его компетенции.

– Спасибо, буду иметь в виду, – кивнул я, убирая визитку во внутренний карман.

Коллега Никольского, мужчина лет на пять моложе, тоже протянул визитку, улыбнулся.

– Связи никогда не бывают лишними, – сказал он. – Спасибо за занятие. Не знал, что оружие ближнего боя можно так легко остановить.

– Не легко, – я качнул головой. – Если противник силён, максимум получится замедлить или сорвать убийственную технику. Поэтому использовать нужно в крайнем случае. Желательно мастеров с острыми предметами близко к себе вообще не подпускать. У каждого в рукаве есть козырь, которым можно сильно удивить противника. Приходите через неделю, будем практиковаться.

– Обязательно придём, – сказал он. На визитке, кстати, была фамилия Зайцев, смешная, на мой взгляд, и совершенно не подходящая мастеру из полиции.

– Я бы советовал каждый день тренироваться, хотя бы часа по три, – сказал я их группе. – Чтобы быстрее освоили приём. Да и для общего повышения силы это пойдёт на пользу. У вас, как у всех классических мастеров есть перекос в силе из-за недостатка тренировок.

– Возьму это на себя, – сказал Никольский, обведя взглядом коллег. – Каждый день по три часа, с завтрашнего дня. В девять утра всех жду на занятии.

Мужчины и единственная девушка в их компании закивали.

– А на аукционах, которые фирма Хантов проводит, подобные техники продают? – полюбопытствовала женщина, за что заработала укоризненный взгляд коллег.

– Бывает, что стоящие продают, – сказал я. – Как мерцающую защиту. Сколько великие князья за неё выручили, пятьсот миллионов или больше?

Зайцев даже закашлялся, услышав сумму.

– А мы документы о неразглашении подписывали? – спросил он у Никольского.

– Восемнадцатый пункт, – ответил он. – О неразглашении государственных тайн и техник.

Ещё раз горячо попрощавшись, мастера ушли. Ко мне как раз подошли братья Орловы, тоже довольные занятием. В отличие от коллег из полиции, у них подготовка была существенно серьёзней. Объём и качество сил отличались. Но это заслуга не только таланта, но и постоянных тренировок. Как я уже сказал, поспорить с ними мог только Никольский. Хотя сравнивать будет некорректно из-за огромного таланта последнего.

– Шикарная техника, – сказал Роман Орлов, глядя вслед полицейским. – Сам придумал?

– Можно и так сказать. Так, кое-что переработал из китайских техник. Было бы время самому позаниматься, улучшил бы.

– Ещё больше? – наигранно удивился Григорий.

– Немного, – я рассмеялся. – Контроль надо повышать, но как это делать проще, чем я делаю сейчас, не знаю. У меня сил много и текущего уровня хватает, чтобы любого мастера удержать. А вот классическим мастерам нужно много и упорно тренироваться.

Рома при этом жестом поманил женщин.

– Девушки у нас в особом антитеррористическом подразделении работают, – сказал Григорий. – Недавно шпиона финского охмуряли, а потом… молчу.

Одна из женщин, Лида, если я правильно помнил, так грозно на него посмотрела, что он не стал продолжать.

– Кузьма Фёдорович, на пару слов, – сказала Даша. В их компании она была самой улыбчивой.

Мы отошли немного дальше, чтобы не мешать остальным, кто ещё упражнялся. Рома положил ладонь на плечо Лидии.

– Мы тут кое-что узнали, – сказал он. – Что есть люди, которые с не добрыми намерениями присматриваются к семье Матчиных. Бывшие союзники Воронцова. У тебя проблем больших в последнее время не было?

– Только мелкие проблемы в лице парочки великих мастеров, – я улыбнулся, но видя их серьёзные лица, вздохнул. – Пока больших проблем нет. Так, Дашков нервы портит.

– Пакостный род, – поморщился Григорий, а девушки дружно покивали. – Злопамятные они, с завышенным самомнением.

– Мы с ребятами тебя поддержим, что бы ни случилось, – подтвердил Рома.

– Дима, супруг мой, – вставила Даша, – говорит, что… одна наглая семейка специалиста по несчастным случаям ищет. Кого-то хотят устранить, скорее всего, связанных с Матчиными. Катя, твой секретарь, она с охраной ходит? Вполне могут её устранить или ещё кого-нибудь.

– Ты не думай, – сказал Рома, – мы тебя не пугаем. Просто просим бдительность проявить и на некоторое время людей своих прикрыть. А с семейкой пакостной мы самостоятельно разберёмся. Артиста к ним зашлём, под видом спеца по несчастным случаям. Как только заплатят, сразу возьмём за жабры.

– Спасибо, бдительность терять не буду, – поблагодарил я их. – Охрану Кате обеспечу, как и остальным. Уже решаю этот вопрос. Ко мне тоже слухи неприятные попали. Мой брат, вы с ним знакомы, хочет взять в жёны княжну Елизавету. И очень это не нравится Дашкову, словно он сам хотел того же.

Ребята переглянулись.

– Слух такой по столице ходит, – подтвердила Лидия, но так, словно не верила этому, пока я не сказал.

– Приглашение на свадьбу достанешь? – заинтересовался Рома, за что заработал тычок в бок от брата.

– Достану, для всех, – улыбнулся я.

– Если поддержка нужна будет, звони, – сказал Роман. – Десять мастеров и до полусотни экспертов организуем. И боевой вертолёт, если нужно. Вдруг ты будешь за тысячу километров от столицы, в Питере или ещё где-нибудь.

– За боевой вертолёт – отдельное спасибо, – я не удержался и рассмеялся.

Распрощавшись с группой военных, я неспешно зашагал к общежитию. Утром мы с командой неплохо поговорили, обсудив непростую ситуацию. При этом мнения мужчин разделились. Мгуапе и Никита предлагали нанести превентивный удар, показав, что мы знаем о планах противника и готовы отстаивать свои интересы любыми средствами. Алан и Григорий Михайлович высказались за менее кровожадный ответ. Говорили, что бить нужно по самому больному, по причине конфликта, то есть, по деньгам. Нужно было показать Дашковым и их союзникам, что ссориться с нами выйдет гораздо дороже, чем возможная прибыль. Вот только интересы Матчиных и Дашковых почти не пересекались, поэтому как их наказать финансово я не знал. Главное – мы были предупреждены. Алан с Никитой обещали помочь организовать засаду для несостоявшихся охотников за головами, а Григорий Михайлович будет пока заниматься насущными проблемами Мгуапе, попутно обеспечив ему безопасность.

Когда Мужчины разошлись по делам, из своего укрытия вышла Каэдэ.

– Знаешь, в чём ваша проблема? – спросила она, усаживаясь за стол напротив меня. – Вы готовитесь к войне, не собираясь её развязывать. Папа говорил, что, если ты не собираешься действовать сразу, а дополнительная подготовка ни к чему не приведёт, значит, упускаешь инициативу.

– Предлагаешь последовать их примеру и начать с убийств?

– Только если ты сам этого хочешь, – хитро улыбнулась она. – Но я этого желания не увидела. Убивать легко. Можно нанять убийц, устроить диверсию или засаду. Можно тихо проникнуть в дом главы рода и устранить его, посеяв страх у оставшихся в живых. Возможно, недоброжелатели хотят, чтобы ты так и поступил, растоптав собственную репутацию. Чтобы с тобой боялись связываться, образуя вокруг вакуум недоверия и сомнения. Ты станешь изгоем, сам того не осознавая.

– Каэдэ, брось, – я даже поморщился. – Понял, что так поступать не надо, как только ты упомянула репутацию. Не нужно разжёвывать. Ты говоришь и одновременно улыбаешься, а это страшно. Понимаю, что тебе нравится, когда у меня неприятности.

– Только если совсем чуть-чуть, – она сверкнула глазками. – Кузьма, сражаясь с таким противником, как огромный клан, точнее, княжеский род, бей по его репутации. Тем более для этого и делать ничего не нужно. Они всё сделают за тебя. Точнее, уже сделали. Подумай, что будет, когда в столице узнают способы и методы, которыми княжеский род проблемы решает?

– Думаешь, им стыдно станет?

– Думаю, что конкуренты, завистники и мелкие недоброжелатели вцепятся в эти новости. Потому, что репутационный ущерб приносит огромные финансовые убытки. Это аксиома, можешь поверить на слово.

Во многом Каэдэ была права, и вместо того, чтобы пытаться воевать с князем на его поле, проще было ударить по репутации Дашковых. Она даже способ выбрала самый простой и действенный. Осталось только найти влиятельного человека, кто меня поддержит. Хотя, зачем искать, люди сами шли ко мне с этим предложением.

– Кузьма Фёдорович, – меня окликнул парень из студенческого дисциплинарного комитета. – Вас у ворот ждут. Третий раз спрашивают. Два странных мастера, так о них Валерий Петрович говорит.

Я уже давно понял, что от «странных» гостей всегда нужно ждать какого-то подвоха. Один раз это был человек Свена, в другой раз лично Бэр Пойзон приезжал. Любопытно, кто пожаловал сегодня?

У ворот института меня ждала парочка мастеров, одетых в непромокаемые кожаные плащи длиной до самых пят. Под такими и холодное оружие легко прятать, и даже автомат можно укрыть. Обоим мужчинам лет тридцать или чуть больше. Ощущаются как мастера средней силы, поднявшиеся на вторую ступень. Ничего выдающегося, в общем, но и слабаками назвать язык не поворачивался. Из-за внешнего вида охрана института отнеслась к ним с настороженностью. Меня гости узнали сразу, заулыбались.

– Добрый день, Кузьма Фёдорович, – поздоровался тот, что был немного старше, и носил короткую бородку и усы.

– Здравствуйте, – сказал второй, глазеющий на меня как-то странно. То ли удивлялся моему возрасту, то ли впервые видел вблизи великого мастера.

– И вам здравствовать, – кивнул я.

– У нас деликатный разговор, – сказал первый. – Очень важный. Где можно поговорить с глазу на глаз?

– А мы Ваши фанаты, – влез его товарищ.

– Саня, уймись. Потом автографы брать будешь. Простите его, Кузьма.

– Вон там лавочки есть, – сдерживая улыбку, я показал на аллейку, тянущуюся вдоль ограды территории института.

Мы прошли немного до указанных лавочек. Мужчины садиться не стали, заговорщицки огляделись.

– Разрешите представиться, – бородатый уважительно кивнул. – Родион меня зовут. Дементьев. А это – Александр Корс. Мы из охотников за головами… На испытательном сроке. У нас пять мастеров в группе, баланс самый нужный, чтобы любую работу взять. Но Европейское отделение в Швейцарии нам отказало. Говорит, что без рекомендаций нельзя.

Я удивлённо ткнул себя пальцем в грудь.

– Так и сказали, – кивнул Александр, – что в России можно у Кузьмы Матчина рекомендацию получить.

– А не охренели ли они? – возмутился я. – Каким боком Кузьма к ним вообще относится?

– Мы не знаем? – сказал Родион примиряющим тоном. – Может, специально, чтобы из России никого не пускать. Можно у какой-нибудь команды из группы «LL» взять рекомендацию, но мы никого не знаем.

Он смешно произнёс рейтинг групп, сказав «дабл эл». Эти группы стояли на ступеньку ниже Бэра Пойзона, поэтому я не видел проблем взять у кого-нибудь эту самую рекомендацию.

– Могу познакомить с топовой командой, которая рекомендацию выдаст за сотню тысяч долларов, – сказал я.

– С Бэром Пойзоном? – проявил удивительную осведомлённость или догадливость Александр. Глазки у него загорелись, он даже оживился, словно Бэр у меня в гостях сидит и сейчас выйдет.

– Только денег таких у нас нет, – сказал Родион, осадив его. – Да мы и не совсем за этим пришли. Рекомендацию мы всё равно получим, это дело времени. Намедни к нам одни чудики пожаловали в гости, хотят чернокожего человека убить. Но мы же не профаны какие-то, мы сначала выясняем, кто и что. И узнали, что это Ваш человек, Кузьма Фёдорович. А с Вами, с Матчинами в целом, в ассоциации вообще запрещают связываться.

– Ага, – я снова посмотрел на них, более внимательно. – И что решили?

– Они ведь всё равно исполнителей искать будут, – продолжил Радион. – Не успокоятся. Мы с предложением пришли. Разрешите, наша команда их уберёт, подчистит всё, а вы нам за это рекомендательное письмо напишете.

– Озадачили, – я даже слов нормальных найти сразу не смог. – Садитесь, дайте пару минут подумать. Хотя нет, не здесь. Давайте в клубную… в кабинете моём поговорим. Есть у меня к вам предложение встречное. И рекомендательное письмо напишу.