Глава 2 Перед развилкой

Надя так ничего и не сказала Нанасу о своем «разговоре» с начальником гарнизона. Скрывать что-то от мужа ей не хотелось – она считала это нечестным, неправильным, гадким, но и рассказать ему об этом проклятом поцелуе она не могла; у нее попросту не поворачивался язык, едва она ловила влюбленный обеспокоенный взгляд супруга. Впрочем, возможно, она все-таки решилась бы на это, но к ней будто ненароком подошел Сейд и «сказал»:

«Не надо об этом ему говорить. Будет хуже всем, а ему – особенно».

«Так ты все знаешь?!» – чуть было вслух не выкрикнула девушка.

«Не думай, я не подслушивал. Но ты и мысленно вопила так, что я боялся, как бы и остальные тебя не услышали».

«Но как мне теперь с этим жить?»

«Так и живи, как жила раньше. Что такого особенного ты сделала? Никто же от этого не пострадал, наоборот…»

«Что – наоборот? – резко перебила пса Надя. – Ты понял и то, что мне самой это понравилось?.. Поэтому я и спрашиваю: как мне теперь жить, если я почти ненавижу себя?»

«Вы, люди, все-таки ненормальные существа, – помотал большой белой головой Сейд. – Я все больше и больше в этом убеждаюсь. Сначала один страдал из-за такого же пустяка, теперь другая принялась… А о том, что вы оба делали это не по своей прихоти, и вообще не для себя лично, а ради помощи другим, вы почему-то забываете! Между прочим, именно это я и хотел сказать, когда ты меня перебила».

«Что-то я не поняла, о ком ты еще говоришь?»

«О Нанасе, о ком же еще! Я ведь знаю, что он рассказал тебе о той дикарке, Шеке. Но ты и представить себе не можешь, как он страдал и мучился этим, каким чувствовал себя виноватым перед тобой. А ведь не сделай он тогда этого – кто знает, чем бы закончилась осада города».

«Я знаю, как он мучился. Но ты, видимо, не понял, в чем была главная причина его самобичевания. Ты вообще, мне кажется, плохо понимаешь людей, милый мой песик, оттого они… мы и кажемся тебе ненормальными».

«И чего же я такого не понял?» – с явной обидой «произнес» Сейд.

«Нанаса больше заставлял страдать не сам факт измены – у него и впрямь не было другого выхода, – а то, что ему это понравилось!»

«Если понравилось – зачем же страдать?.. Нет, мне и правда вас не понять. Но ты ему все же не говори».

Пес отбежал, всем видом показывая, что подходил к Наде просто так, оказать знак внимания, тем более что их безмолвный диалог длился всего с полминуты, не больше. Девушка поймала вдруг себя на том, что от разговора с умным псом ей стало легче. Вроде бы Сейд и не выдал никаких сакраментальных истин, которые могли бы оказать на нее успокаивающее действие, но тем не менее. Возможно, легче стало оттого, что теперь о ее поступке знала не только она, и пес будто взял на себя часть его тяжести. А еще… Надя не хотела об этом думать, гнала от себя подобные гнусные мысли, но они все равно неуклонно возвращались и, зудя, кружились над ней, словно зловредная мошкара и комарье, которые тоже ее чрезвычайно достали. И Сейд сыграл не последнюю роль в активности этих мыслей. Он напомнил ей об измене Нанаса, и Надя теперь стала невольно оправдывать свой поступок, называя его эдакой маленькой местью. Она понимала, что это не так, что если бы она и впрямь сделала это с целью отомстить Нанасу, то возненавидела бы себя окончательно, но все-таки подобные навязчивые мысли продолжали ее атаковать и, по крайней мере, заставляли ее забыть о главном – о столь приятном вкусе этого отвратительного поцелуя.


К счастью, Ярчук не подавал и виду, что между ними что-то произошло. Когда вернулись спрятавшие в кустах мотоцикл мужчины, Надя сказала им, что договорилась с Олегом Борисовичем насчет «УАЗа» и водителя. Это сообщение было встречено радостными возгласами, а Андрей Селиванов стал от души благодарить начальника, на что получил от того в ответ «пару ласковых». А Нанас, хоть и посматривал на Надю вопросительно, самих вопросов задавать, к счастью, не стал. Затем она как раз и «поговорила» с Сейдом, а потом все стали усаживаться в «УАЗик», и оказалось, что огромному псу в нем не нашлось места.

«Ничего, – «сказал» Сейд так, чтобы «слышали» все. – Остальные машины не очень ведь далеко? Вы же все равно остановитесь там. Вот и подождете меня заодно».

– Подождем, – с явным неудовольствием в голосе, – очень уж ему, видимо, не хотелось даже ненадолго расставаться с верным псом, – сказал Нанас. – Только ты прибегай обязательно, не передумай легохонько!

«Не передумаю», – успокоил его мохнатый друг.

Селиванов, убедившись, что все остальные в машине, завел двигатель, и «УАЗик» помчался к поджидающей их колонне.

* * *

Поскольку остановок в ближайшее время делать больше не предполагалось, а радиационный фон снизился уже до приемлемых значений, решено было снять защитные комбинезоны. По правде говоря, еще километров двадцать – тридцать не мешало бы проехать и в них, но уж слишком было жарко в плотной «одежке» даже северным летом – люди просто истекали по́том. К тому же, тем, кто собирался ехать к Ловозеру, костюмы так и так нужно было снять – в машине и без них оказалось тесновато. А еще Надя вспомнила, что в прошлый раз они тоже сняли костюмы сразу после оленегорской отворотки, до которой оставалось всего ничего.

Одежду и обувь тоже поменяли, благо было на что. Мужчины надели защитного цвета рубахи и армейские камуфляжные костюмы, взятые еще из Полярных Зорь, Надя же, не изменяя флоту, – черные брюки, тельняшку и новенький, тонкого черного сукна бушлат. Увидев на жене полюбившийся ему еще на подлодке тельник, Нанас еще раз переоделся – сменил рубаху на такой же. Ноги все как один обули в прочные и удобные «берцы».

Ярчук не обманул: он распорядился, чтобы группе выдали все, что они попросят, а сам забрался в кабину первого грузовика и больше из нее не показывался. Правда, перед этим Олег Борисович отвел в сторону Селиванова и, насупив брови, бросил тому несколько коротких фраз. Надя не слышала, о чем именно говорил начальник гарнизона водителю, но догадалась, что наверняка он приказал парню не только возить их, но и охранять – в особенности, вероятно, ее, поскольку Селиванов во время этого разговора бросил на нее несколько быстрых косых взглядов, утвердительно кивая при этом.

Между тем Нанас забрался под тент кузова одного из «Уралов» и стал подавать поджидавшему внизу Гору автоматы: два, четыре, шесть… Надя собралась уже крикнуть мужу: куда, мол, столько, нас же четверо, но вовремя сообразила, что пара запасных стволов не помешает, мало ли что? Тем более, они будут на машине, на себе лишнюю тяжесть нести не придется. Патронов взяли тоже с изрядным запасом – да и чего было особенно мелочиться, ведь не выбросят же они их, если не используют – все равно привезут назад!.. «Или Селиванов привезет», – неожиданно подумалось Наде. Нет, она вовсе не собиралась жить в сыйте[3], не планировала этого даже в шутку, и с Нанасом у них о подобном не заходило разговора, но сейчас вспомнились вдруг слова Ярчука об этом, и, что удивительно, подобные мысли не показались ей особенно страшными.

– Надя, что из еды брать? – оторвал девушку от размышлений голос мужа. Надя направилась к машине с провизией, выбросив из головы «всякие глупости».


Пока друзья и их новый попутчик загружали оружие и провиант в «УАЗик», колонна двинулась дальше. И то – зачем членам основной экспедиции было напрасно терять время, если за оленегорской развилкой, до которой оставалось всего ничего, их пути все равно расходились?

Закончив с погрузкой, «ловозерцы» разместились в «джипе» следующим образом: впереди, рядом с водителем, сел Нанас – он единственный из всех, не считая Сейда, знал дорогу, – а сзади устроились Надя и Гор, посадив между собой пса.

Наконец все было готово, чтобы трогаться в путь. Но не успел «УАЗ» проехать и пары километров, как Нанас внезапно подался вперед и махнул рукой Селиванову, призывая того остановиться.

– Что такое? – затормозив, недовольно спросил водитель. – В кустики захотел? Не мог раньше сходить?

– Какие кустики! – поморщился саам. – Заглуши-ка свою тарахтелку!

Андрей Селиванов буркнул что-то, но двигатель выключил.

И тогда Надя тоже услышала раздающиеся где-то далеко впереди звуки выстрелов.

– Ёшкин кот! – завертел головой бывший варвар. – Похоже, на наших кто-то напал!

– Я даже догадываюсь, кто, – не стала скрывать тревоги Надя. – Наши старые знакомые оленегорцы, больше некому. Наверное, увидели нас, когда мы ехали в Видяево, и устроили засаду, чтобы напасть на обратном пути.

– Тогда надо спешить на подмогу! – воскликнул Нанас. – Андрей, заводи машину, погнали!

Однако Селиванов не стал торопиться.

– Охолони, командир! – пробасил он с откровенной иронией в голосе, что неприятно кольнуло Надю, но, похоже, осталось незамеченным ее мужем. – Не стоит пороть горячку.

– Но там же… – задохнулся от волнения Нанас.

– Там же – кто?.. – вновь с усмешкой отреагировал водитель и сам же себе ответил: – Там хорошо вооруженные, опытные бойцы. Их вполне достаточно, чтобы принять бой. Отобьются, будь уверен! А вот наш «УАЗик» для бандитов – добыча вполне по зубам. Если у них хотя бы пара человек в засаде осталась – прошьют его с двух стволов, как жестянку! Так что давайте-ка переждем, пока Борисыч с ними разделается, а тогда уж и поедем… как ты там говоришь?.. Легонечко?

– Легохонько, – буркнул, поправляя, Нанас, а потом вновь воскликнул: – И все равно это неправильно! Откуда ты знаешь, сколько их там, этих бандитов?

– Да хоть сколько! Или ты думаешь, что, завидев тебя, такого грозного, братва сразу в штаны наложит и лапки вверх задерет?

– Зачем же ты так, Андрей? – не выдержала Надя. – Там ведь твои товарищи в беду попали, а ты!.. Вот уж никак не ожидала, что ты такой трус!

– Я не трус! – вспыхнув, повернулся к ней Селиванов. – Я просто глупостей не хочу делать. Вас же бандиты положат, а мне потом перед Ярчуком отвечать!

– А тебя не положат?!.. – возмущенно подпрыгнул на сиденье Нанас. – Ты из железа сделанный?!

– Ну, если тебе от этого станет легче, то и меня вполне могут положить. Только вот лично мне от этого вовсе не легче, а как бы совсем наоборот. Из-за этого мне, знаешь ли, тем более туда соваться не хочется.

– Ты и правда трус! – прошипел Нанас и потянулся к рулю, будто сам собрался вести машину.

Селиванов оттолкнул его руки, и неизвестно, чем бы все это закончилось, если бы на мужчин не прикрикнул Гор:

– А ну-ка, ша! Убавьте пылу-то!

Парни, враз прекратив возню, недоуменно обернулись.

– Андрей прав, – проворчал старик, – незачем нам туда соваться, не зная расклада.

– Но как же мы его узнаем, этот расклад, если будем тут отсиживаться?! – возмущенно уставилась на Гора Надя.

«Я узнаю расклад, – подал вдруг «голос» Сейд. – Выпусти-ка меня, я сбегаю и посмотрю, что там».

Пса «услышали», видимо, только Надя с Нанасом, потому что, когда девушка открыла дверцу и стала выбираться наружу, Селиванов с Гором в один голос воскликнули:

– Ты куда?!.. – А старый варвар еще и добавил: – С ума-то не сходи! Одна туда побежишь, что ли?

– Да никуда она не бежит, – удивленно посмотрел на старика Нанас. – Она Сейда выпустить хочет.

– Ну, он-то уж точно всех врагов загрызет! – нервно хохотнул водитель.

– Он на разведку идет, – сердито зыркнул на парня Нанас. – Он же сказал!

– Чего он сказал?.. – недоуменно заморгал Селиванов. – Кто сказал? Пес?..

Оказалось, водитель понятия не имел, что Сейд может «разговаривать». С учетом того, что именно благодаря помощи разумных собак удалось одержать минувшей зимой победу над варварами[4], это выглядело весьма странно, но это было именно так. Впрочем, Надя вспомнила, что Ярчук особо и не афишировал стороннюю помощь, как и практически проигнорировал немалый личный вклад Нанаса в эту победу, так что особо удивляться неосведомленности Селиванова не стоило. Поэтому, когда Сейд убежал в сторону хорошо слышимой перестрелки, девушка провела с парнем небольшой «ликбез» на эту тему, чем вызвала у того откровенную оторопь.

– Так это что, – обескураженно прогудел тот лишь минуты через две-три после «лекции», – он все мои мысли читает?..

– Специально Сейд мысли не читает, – успокоила парня Надя. – Только если они особенно «громкие», эмоциональные, или если ты к нему специально обращаешься.

– А почему тогда я его не услышал, когда он вам про разведку сказал?

– Ну, с первого раза не у всех его «слышать» получается. Тем более, он не конкретно тебе это сказал, а как бы всем одновременно. Вот мы его и услышали, потому что привыкли уже к такому «разговору», а ты еще нет.

– Я тоже не услышал, – признался Гор, – так что не переживай сильно.

– Да мне что-то не особо и хочется его «слышать», – поежился Селиванов. – Говорящие собаки!.. Терпеть не могу мутантов…

– Но-но!.. – хмуро посмотрел на него Нанас. – Легохонько!.. Если бы не эти мутанты, где бы ты еще сейчас был!

* * *

Сейд вернулся довольно быстро. Он «рассказал», что колонна уже миновала развилку, а бандиты устроили за ней погоню. Но, судя по количеству убитых с их стороны, досталось напавшим сильно, а следы говорят о том, что силы противника не особо многочисленные. Так что погоня эта – скорее символическая, и остатки бандитов скоро вернутся, не солоно хлебавши, поэтому нужно пользоваться случаем, пока развилка свободна, и скорее ехать, куда они собирались.

На сей раз пес «говорил», видимо, более «громко», так что его «слышал» и бывший варвар, который и поведал по-прежнему «ментально глухому» водителю суть дела.

– Ну вот! – обрадовался тот. – Я же говорил, что не нужно туда соваться, а вы сразу: «Трус! Трус!..» Так что, едем или дальше тут будем комаров кормить?

Комаров и впрямь уже набилось в «УАЗик» с избытком – летнее солнце припекало довольно изрядно, машина нагрелась, и окна в ней пришлось открыть.

Надя с Нанасом переглянулись.

– Если ехать, то сейчас, – подтолкнул их к принятию решения Гор. – А то и впрямь недобитки скоро вернутся, а тут и мы – здрасьте, не ждали?.. То-то они славно злость на нас сорвут.

– Ладно, поедем легохонько, – вздохнул Нанас.

– Э нет, не легохонько! – поправила Надя мужа и кивнула Селиванову: – Ты уж гони, Андрей, так быстро, как только сможешь!

И Селиванов погнал. Уже минут через пять, так и не встретив никого на пути, подпрыгивающий на колдобинах «джип» свернул на ловозерскую трассу.

Загрузка...