Данияр. Неудержимая страсть

ГЛАВА 8

Тени от ночника плясали по стенам, извиваясь, как тёмные существа, живущие своей жизнью. Аптечка лежала распотрошённой на полу — пустые ампулы, использованные шприцы, смятые упаковки. Все попытки Марты исправить ситуацию потерпели фиаско.

Она стояла над кроватью, сжимая в руках пустую ампулу. Стекло треснуло под давлением, острые осколки оставили на ладони тонкие порезы, и выступила кровь, но Марта не чувствовала боли — все её мысли и чувства сейчас были сосредоточены на девушке.

Марта прикоснулась ладонью к её лбу.

— Гадство, горячая, как чайник в аду, — покачала головой, тяжко вздохнув, и убрала руку. — То в жар, то в холод, то вообще в отключке… — Марта от бессилия сжала кулаки. — Чёрт! Что же делать? Ещё, как назло, не могу до Исты дозвониться!

В этот момент Дея начала метаться в постели, её тело изогнулось при очередном приступе, каждое движение сопровождалось болезненными судорогами. Капли пота, как слёзы, стекали по вискам, образуя мокрые дорожки на подушке.

Марта подошла к тазу с холодной водой и, намочив полотенце, вернулась к Дее.

— Держись… — прошептала, прижимая ткань ко лбу несчастной.

Кожа Деи была горячая, как раскалённые угли. Кажется, каждая клеточка у неё была охвачена огнём.

Марта провела рукой по лицу. Где-то в глубине сознания шевелилась мысль: есть ещё один вариант, отчаянный и опасный — препарат Исты. Тот самый, что спрятан в потайном отделении шкафа.

И Марта решилась.

Она рванула к тумбочке, сбивая со стола стакан с водой. Стекло ударилось о пол и разлетелось, но Марта уже не обращала на такие мелочи внимания. Она нащупала скрытый отсек, вытащила крохотный флакон с мутной жидкостью.

Марта судорожно вздохнула и вскрыла флакон.

— Это должно сработать… — прошептала она, будто убеждала себя.

Дея застонала, её немного увеличившиеся ногти впились в матрас и порвали ткань. Марта подбежала к Дее.

— Сейчас станет легче… — Приподняла её голову, поднося флакон к губам. — Глотни, милая. Хотя бы немного…

Дея проглотила густую жидкость, источавшую аромат полыни и меди, и скривилась. Её веки дрогнули и раскрылись, зрачки расширились, и на мгновение в них вспыхнуло золото.

— Она… — с трудом переводя дыхание, прошептала Дея, — …шевелится.

Марта чуть слышно выругалась:

— Гадство!

Данияр пробудил в Дее волчицу. Это был худший из возможных сценариев. Никто не мог обрести зверя так быстро, кроме химер. Если стая узнает правду, то последствия будут ужасными. Даже если каким-то чудом удастся справиться с этой проблемой — останется Данияр. После его укуса между ним и Деей неизбежно образуется связь.

А он сейчас увлечён Зарой, и Дея не станет разлучать пару — для неё это табу. Значит, будет страдать и скрывать правду. Это будет адом для неё, если она останется здесь.

Придётся уезжать. Жаль покидать такое безопасное место. Несмотря на все разговоры о Видаре, он сильный альфа, и безопасность членов стаи всегда была для него приоритетом.

Марта встала и, взяв телефон, снова попыталась дозвониться до той, кто лучше всех знал, что делать в таких случаях. Снова и снова набирала номер Исты, но слышала всё тот же противный гудок. Она сжала телефон так сильно, что хрустнул пластик.

— Чёртова охотница! Обязательно сейчас гоняться за кровососами!

Марта швырнула телефон на край кровати, и тот отскочил, как живой, и замер в складках одеяла.

— Что за день-то сегодня такой дерьмовый, — прошипела Марта, потирая пальцами в виски.

Тишину разорвал тяжёлый и настойчивый стук в дверь. Марта замерла.

— Кто там? — Её голос предательски дрогнул.

— Это я. Открой.

Бета — спаситель и виновник их проблем. «Чтоб тебе хвост купировали! Нашёл время для визитов!»

— Данияр, — прошептала Дея, и в голосе её смешались тоска и страх.

— Ни слова, ни звука, — Марта прикрыла ладонью её рот и крикнула: — Подожди, я сейчас открою! — И накрыла Дею одеялом с головой. — Она вышла в прихожую, на ходу поправляя передник, чтобы скрыть дрожь в руках. Дверь скрипнула. Данияр вошёл без приглашения. — Я сказала подождать!

Марта бросилась ему навстречу, преграждая путь в комнату, где лежала Дея.

Данияр остановился в двух шагах, брови поползли вверх.

— Ты вся… в крови.

Марта посмотрела на свои руки — действительно, они перемазаны кровью.

— Порезалась. Пустяки, — небрежно ответила, а мысленно пинками выпроваживала незваного гостя.

Данияр попытался заглянуть за её плечо:

— Как Дея?

— Спит. — Марта сделала шаг вправо, блокируя обзор.

Тишину разорвал стон из-под одеяла. Данияр напрягся.

— Она не спит, ей плохо!

Было видно, что он на грани и очень переживает за девушку. Хотя скорее это инстинкты сейчас управляли им, и для него мир сузился до Деи, которая металась на кровати в бреду.

— Да спит она, успокойся! — Марта вцепилась в его рукав. — Просто бредит. Температура.

Его ноздри дрогнули.

— Здесь странно пахнет.

Сердце Марты ушло в пятки. Препарат ещё не подействовал.

— Антибиотики так пахнут. Забыл, Дея — человек?

Данияр сделал шаг вперёд. Она — шаг назад. Их странный танец продолжался, пока Марта не упёрлась спиной в косяк.

Из-под одеяла донёсся хриплый вздох.

— Марта… — голос Деи звучал неестественно хрипло.

— Разбудил-таки… — зло процедила Марта. — Видишь, зовёт. Иди, Данияр, пока я не вспылила. Позже навестишь её.

Он замер, изучая лицо женщины:

— Ты что-то скрываешь.

— Да что я могу… — развела она руками.

Данияр отступил на шаг, глаза сузились.

— Ладно. Но это ненадолго.

Он направился к выходу. Когда дверь захлопнулась, Марта подошла к постели Деи и рухнула на стул.

— Черт… черт… черт… — бормотала она, проводя ладонью по лицу.

Дея лежала, вся покрытая испариной, но её глаза уже были человеческими. Обычные.

— Сработало? — хрипло прошептала она, с усилием приподнявшись.

Марта втянула воздух и кивнула, вытирая пот со лба.

— На время. Но он что-то заподозрил.

За окном мелькнула тень — Данияр не ушёл. Он стоял во дворе, уставившись в их окно.

— Ты посмотри, какой настырный, — покачала Марта головой. — Сдаётся мне, через час этот волчара драный вновь припрётся.

— Почему? — слабым голосом спросила Дея.

— Инстинкты. Их игнорировать никто не может.

Марта как в воду глядела — через час Данияр стоял вновь на пороге и пристально изучали Марту, будто пытаясь прочитать ее скрытые мысли.

— Ей лучше? — спросил низким голосом, почти рычащим.

— Всё так же, — устало ответила Марта, уперевшись рукой в косяк, преграждая ему путь. — Прошёл всего лишь час. Данияр, я, конечно, благодарна тебе за спасение племянницы, но, ради всего святого, угомони свои инстинкты! У меня и так забот выше крыши, мне ещё тебя успокаивать не хватало для полного «счастья».

Легко ей говорить, а ему было невыносимо находиться вдали от Деи. Его волк с ума сходил, рвался к девушке, словно она была его парой и нуждалась в нём. Да и Данияру что-то покоя не давало. Складывалось такое ощущение, что Марта темнит. А бета всегда доверял своему чутью.

— Я знаю, что с ней что-то не так.

«Да ты посмотри на него, ещё один провидец в стае появился!»

Марта не отступила, упёрлась руками в его грудь, пытаясь вытолкнуть из дома:

— Уходи.

Их взгляды скрестились, как клинки. В воздухе запахло скандалом.

Из глубины квартиры донёсся звук разбитого стекла. Данияр напрягся, и его взгляд опасно вспыхнул.

— Что это?

«Сама теряюсь в догадках».

— Кот приблудный шалит, — процедила Марта сквозь зубы, чувствуя, как по коже ползёт ледяная волна мурашек.

Он не повёлся.

— Дея! — рявкнул он через плечо Марты.

Тишина. Потом — шарканье шагов. Дея появилась в дверном проёме, бледная, как лунный свет. Но улыбающаяся.

— Всё в порядке, — голос её звучал хрипло. — Просто… упала ваза.

Данияр замер. Его взгляд скользнул по её измученному лицу. Вот она стоит, живая, можно было бы успокоиться, но он не мог. В голове была только одна мысль: схватить ее в охапку и унести домой, чтобы он сам мог за ней ухаживать.

— Ну? Убедился?

Данияр встряхнул головой, пытаясь выкинуть из головы эти мысли. Дее сейчас не до его собственнических замашек. Да и лучше, чем Марта, о ней никто не позаботится.

Он ничего не ответил. Просто развернулся и ушёл.

Дверь захлопнулась. Дея рухнула на пол, как подкошенная.

— Держись, — Марта подхватила её, чувствуя, как под пальцами бьётся учащённый пульс. — Держись, девочка.

Она прижала ладонь к её лбу — жар не спал. В зеркале напротив мелькнуло отражение — на секунду в глазах Деи вспыхнуло золото. Марта стиснула зубы.

— Всё хуже, чем я думала. Давай-ка, милая, в подвал спустимся. Кажется, твоя волчица решила явить себя миру. Ты это… поговори с ней мысленно, объясни, что если о ней узнают, то нам всем кранты.

Дея слабо кивнула и сжала рукав Марты:

— Думаешь, она послушает меня?

— Она зверь, инстинкт самосохранения у них на вашем уровне.

— А если у неё с этим проблема?

— Ну, значит, альфа сделает из её шкуры прикроватный коврик.

Дея усмехнулась, и её взгляд вновь стал человеческим.

— Кажется, ей перспектива быть чьим-то ковриком не по нраву — она резко успокоилась.

— Ну и ладненько. Но в подвал всё равно нужно спуститься — нам рисковать лишний раз не стоит. Тем более Данияр явно сейчас пытается уловить любой звук в нашем доме. Он у нас волчара матёрый, такого вокруг пальца тяжело обвести. Но мы с этим раньше справлялись, значит, и сейчас сможем.

— Ты думаешь, что он что-то заподозрил? — испугалась Дея.

О, Марта в этом была уверена! Но решила пока не делиться этими мыслями — ей сейчас лишние волнения Деи ни к чему.