Чужестранка. Новый мир

2 глава

За полгода до этого.

Я люблю холод. Чувствую себя в нем гораздо комфортней, чем в жаре. Часто, когда вокруг меня люди зябнут и кутаются в одежки пытаясь согреться, я совершенно не испытываю неудобства. Но я не люблю замерзать. Если это все-таки происходит, потом очень долго не могу согреться. Будто холод проникает в меня исподволь и глубоко-глубоко под кожей прячется. И если уж окутывает меня не уходит, несмотря на все усилия согреться.

Что-то подобное со мной случилось после событий в Капите. Мне еще казалось, что все не так трагично, катастрофично и неисправимо. По инерции я еще стремилась куда-то. Но постепенно понимание того, что вся моя жизнь, встав с ног на голову, стала другой совершенно, проникало в меня. И вот, наконец, накрыло с головой. У меня не было больше привычных дел, занятий, знакомых, друзей и тех, кто не слишком меня любил. В той жизни врагов у меня не было. Но вдруг ничего этого не осталось. И я растерялась.

О чем бы не задумывалась - оказывалось, что беспокоится об этом уже нет смысла. Чтобы не задумала сделать - тут же понимала, что возможностей для этого больше нет. Чтобы не пожелала, обнаруживала, что и это мне не доступно, а главное не нужно по-настоящему уже. Мой мир до невозможности мал стал.

Кроме Фейрина в нем никого не осталось. И даже ему я не могла рассказать все, что меня тревожит. Пару дней мы провели в пещере, он пытался меня тормошить, спрашивал, что я думаю делать. Каких-то планов, решений от меня добиться пытался. А я застыла в этой своей растерянности, не зная, куда мне идти, а главное зачем. А вести его за собой тем более не могла и не знала куда. Из-за меня и он оказался в этом тупике.

Все решилось самым неожиданным образом. Проблема снова крылась во мне. На четвертый день нашего бессмысленного пребывания в пещере, мы решили перекусить, и я начала задыхаться. Без маски я была всего несколько минут, но все симптомы - "горение" в груди, тяжелая голова, помутнение зрения, разом навалились и если бы не быстро среагировавший Фейрин, который нацепил на меня маску, я бы и сознание потеряла.

- Что случилось?

- Не знаю, - хотя в маске дышалось нормально и боль, удушье прекратились, я никак не могла наладить ритм дыхания, наверное, от испуга.

- Ты снимала маску сегодня надолго?

- Только когда умывалась. Ты же все время со мной, разве не заметил бы?

- Да, правда. Тогда в чем дело? Раньше ты могла без нее дольше находиться.

- Изначально, этого времени было еще больше.

- Насколько?

- Несколько дней.

- То есть ты все меньше и меньше без нее можешь обходиться?

- Как видишь.

- Но...

Мы подумали об одном и том же. Если я не смогу снимать маску, то как мне есть и пить?! Хороший выбор - задохнутся, умереть от обезвоживания или голода!

Но признаться совсем честно... откуда-то всплыла малодушная мысль. Если я потерпела крах по всем фронтам - это закономерно? Именно сейчас, когда мне не к кому обратиться за помощью. Когда мне некуда идти, чтобы найти средства спасения. Именно сейчас судьба словно толкает меня в спину, хотя я и так на краю пропасти застыла. Что я сделал такого, что со мной такое произошло? Вопрос, ушедший в пустоту.

Не знаю, чтобы со мной было, если бы в тот момент я была одна. Я чувствовала себя мало того, что беспомощной... Я чувствовала себя обреченной. Мне казалось, чтобы я не сделала, только хуже будет и закономерного конца не избежать.

- Собирайся, едем, - не выдержал ожидания, пока я начну хоть что-то делать Фейрин.

- Куда?

- К Хранителям. Они же сделали для тебя маску и зелье? Значит, есть шанс, что помогут.

Ничего во мне не шевельнулось. Я почти... смирилась. Впала в апатию.

В тот момент я лежала и после заявления Фейрина, просто отвернулась от него, перевернувшись на другой бок.

- Не выйдет.

- Почему?

- Изра, что сделала для меня маску, умерла.

- Есть и другие! Как знахарям им нет равных! Они даже меня на ноги поставили. Придумаю что-то наверняка.

- Не придумают.

- С чего ты так решила?

- У меня только один шанс есть.

- Какой?

- Вернуться домой.

Это была правда. Этот мир всеми силами выживал меня. Складывая обстоятельства так, чтобы мне не осталось среди людей места. И будто этого ему было мало, он медленно убивал меня, так или иначе стремясь избавиться, как от занозы, застрявшей в нем.

Фейрин молчал какое-то время. Но потом снова заговорил, с не меньшей, если не большей энергией, которая меня только раздражала и вызывала глухую досаду:

- Хорошо. Едем к тебе домой.

Я только фыркнула невесело. Как все у него просто!

- Где твои горы? Едем! Что тебя держит? Если мне нельзя туда, провожу насколько возможно. Ты вылечишься и вернешься.

У меня не было сил говорить с ним. И что сказать? Провожать придется совсем не туда, куда ты думаешь? Наш путь лежит в Капиту? И если нас там не убьют, то я уйду в другой мир и никогда не вернусь? Зачем?! Я не видела никакого смысла в этих словах и объяснениях. Сказать единственному человеку, что у меня остался, что мы не просто на самом дне, а еще глубже? И снова из-за меня... Все из-за меня.

- Это не возможно.

И тогда Фейрин разозлился по-настоящему. Он просто сгреб меня в охапку, вынес из пещеры и выбросил в водопад! Сам тоже прыгнул вслед за мной и помог выплыть. Уже на берегу, когда мы лежали там мокрые и дрожащие от холода, пытаясь отдышатся, он заявил:

- Хватит себя жалеть. Ты же сильная! Начни уже делать хоть что-то!

Делать, делать, делать... Все время нужно что-то делать. Нельзя останавливаться. Даже если я устала и не хочу больше бороться.

Но, все же пролетев с порядочной высоты в потоке воды, и потом когда ушла под воду с головой, борясь с потоком, который был сильнее и настойчиво тянул ко дну, никак не желая отпускать, я все же боролась с ним. Вырывалась на поверхность изо всех сил, не сдавалась упорно, подстраиваясь и ловя малейший шанс для того, чтобы скорее всплыть и живительного воздуха вдохнуть в себя. Значит... Не так уж бесполезна для меня эта жизнь? Какой бы поганый, на данный момент, мне расклад не выпал, это еще не проигрыш.

- Ладно. Едем к Хранителям.

Я поднялась на дрожащие ноги и сделала шаг к Фейрину. Он лежал на боку, поэтому удар носком моего сапога ему в живот пришелся. Сил у меня почти не было, но я знала куда бить. Он охнул и сжался, закрыв руками живот. Но больше бить его я не собиралась.

- Еще раз сделаешь, что-то подобное - прибью.

Собираться нам недолго было, но встала проблема транспорта. Мы решили, что бросать свои богатства не стоит. Кстати, не все сундуки были забиты деньгами и драгоценностями. Всего два таких было. В остальных книги Фейрин припрятал. Как раз тащить их с собой уже не было смысла. Пока Фейрин ушел добывать для нас повозку, от безделья, я пересматривала их, запоминая заклятья. Ведь для этого мне достаточно было всего один раз прочесть текст.

Наконец, Фейрин вернулся. Порталами мы даже не рассматривали вариант пользоваться, а ехать нам предстояло далеко. Повозка была простая, но крепкая, запряженная парой выносливых ящерок. Прикинув маршрут, выходило, что ехать нам не меньше двух месяцев! Двух месяцев! Я опешила сначала от такой цифры, а потом немного пришла в себя - а куда нам спешить собственно? С торами я в обще полгода добиралась. В обход конечно, и плюс стоянки, так что не так уж и медленно получалось на повозке если ехать, пусть и по окраинам.

Все, что было припрятано в пещере, перечитать я не успела, чисто физически это было невозможно, поэтому помимо богатств материальных, мы взяли с собой и "духовную пищу". Фейрин тоже теперь обладал завидной памятью, предполагалась, что скучную дорогу мы будем коротать тренировками. Все же мало просто знать заклятье, надо его и опробовать, "примерить" на себя.

Первая неделя нашего путешествия прошла именно так. Мы читали на ходу - я свое, Фейрин свое. Потом делились, на стоянках и тут же пробовали изученное, объясняя друг другу нюансы. Как не варварски это звучало - но те книги, что мы прочитали, шли потом на растопку. Тащить этот груз за собой, или оставлять после себя кругом литературу, специфическую притом, не самая лучшая идея.

В походных условиях мне было несколько непривычно. Но работы грязной я никогда не боялась. Фейрин поначалу пытался меня ограждать от всего подряд. Пришлось провести с ним беседу, о том, что мы тут на равных, а если мне понадобиться его помощь, я стесняться не буду и попрошу его о ней сама. Не сразу, но он все же понял, что я не беспомощная барышня "стоящая перед дверью".

Все было неплохо. Занятая делом, я немного пришла в себя. Уже не все казалось мрачным и беспросветным. Даже какие-то мутные планы стали в голове возникать. Главная моя цель не изменилась, по сути. Только путь домой теперь лежал, через совсем недружелюбную ко мне Капиту. Это путешествие возможно и кстати сложилось. Пусть страсти улягутся, поуспокоятся и обо мне начнут забывать. Тем проще потом будет проникнуть в город. И еще нужно было подумать, куда пристроить Фейрина. Я много думала, но все же пришла к выводу, что о своей инородности ему рассказывать не нужно. Зачем? Совершенно ничего не менялось от того знает он или нет, откуда я взялась. Был шанс, что во время нашего побега его не узнали. Все думают, что он мертв. Для него так даже лучше. В других городах он сможет начать жизнь с чистого листа, когда я растворюсь в воздухе.

В городки и поселки мы не заезжали. Фейрин оставлял меня одну и ходил туда за необходимым, изображая пешего путника. Именно во время такого его похода, мне снова стало плохо. Стоянку мы облюбовали хорошую и решили, что задержимся. Переночуем, утром Фейрин сходит в городок за провизией, а дальше мы поедем только на следующий день. В ожидании, я приготовила обед, но он никак не возвращался, а я проголодалась. Совсем измаявшись, я решила не ждать и начала есть. Все повторилось точно, как в прошлый раз - резкий приступ удушья, боль. И еще быстрее, чем в прошлый раз. Хорошо, что маска лежала рядом, но все же я гораздо дольше приходила в себя на этот раз.

Фейрину я решила не говорить ничего, но он сам заметил, что я стала есть более торопливо. А что еще мне оставалось? Хотя и это не слишком и помогло. Новый приступ всего через несколько дней меня настиг. И я пролежала пластом целый день. Голова гудела и болела ужасно, вялость. Будто я надышалась угарным газом.

Пришлось сменить "режим питания". Теперь, я приподнимала маску, засовывала в рот кусочек еды и возвращала маску на место, пережевывая пищу уже в ней. На этих ухищрениях я продержалась примерно неделю. В тот раз мы застряли на три дня из-за меня. Есть как-то нужно было, но даже такие короткие снятия маски приводили к тому, что я просто без сил лежала, разбитая будто. Фейрин придумал для меня делать особую пищу - просто растирал в кашу еду, разбавляя бульоном. Вместо коротких заходов, я пила одним махом эту жидкую кашу. Кажется, помогло, но я быстро поняла, что пища так слишком быстро усваивается. После всех этих встрясок, я уже стала терять вес. Фейрин ничего не говорил по этому поводу, но я-то замечала, что брюки на мне болтаться начинают.

Мы еще даже половины пути не проехали, когда я слегла окончательно. Попив "кашки" на завтрак, я еле успела сдернуть маску, потому что меня начало тошнить. Контролировать себя в такие моменты невозможно, и я нахваталась ядовитого для меня воздуха так, что потеряла сознание. Пришла в себя только к вечеру.

- Очнулась? - едва я открыла глаза, подскочил ко мне Фейрин и помог сесть.

- Я долго была без сознания? Надеюсь, не три дня прошло?

- Нет. Только вечер, - укутав меня неловко в покрывало, он не смотрел на меня и сердито отчитал: - Может, хватит шутить?

- Может и хватит, - я была слишком вялой, чтобы настаивать.

- Я думаю, что нам нужно отвезти тебя к лекарю.

- Это еще зачем?

- Ты же не можешь больше есть!

Я распахнула глаза в изумлении. Фейрин всегда спокоен. Даже когда спорил, чем-то был не доволен, доказывал свою точку зрения сдержанно, и не повышая голоса. А сейчас мало того, что голос повысил, еще и выглядел он очень сердитым.

- Придумаем что-нибудь.

- Что?! Вскроем тебе живот и будем прямо туда еду закидывать?!

- Да ты затейник, - я насмешливо хмыкнула. А потом вспомнила кое-что: - Но мысль в этом здравая есть.

- Какая?!

- Хватит кричать на меня, - я поморщилась. Молчал, молчал и вот разошелся...

- Прости, - уже гораздо тише ответил он, виновато ссутулившись.

- Лекарь нам не нужен. Ты сможешь меня поддерживать.

- Как?

- Когда ты был без сознания, я тебя как кормила, по-твоему?

- А ты меня кормила?

- А ты думаешь, что если человек в коме, жизненные процессы в нем останавливаются?!

- В чем?! Нет. То есть... я не думал... - запутавшись и смутившись от этого еще больше, он встряхнул головой. - Как это сделать?

Научить его как вливать энергию, было легко. Кажется, моя проблема разрешилась на время. Я все равно что на капельницах теперь была с питательным раствором. Но, тем не менее, я продолжала терять вес и слабеть. По чуть-чуть, день за днем.

Ехали мы теперь гораздо быстрее, Фейрин торопился доставить меня к Хранителям как можно скорее. Это сократило путь на неделю примерно. И все же когда мы приехали к дому Илина, я уже не могла уже передвигаться самостоятельно. Повозка слишком тяжелая оказалась для песчаной почвы, что в лесу с белыми деревьями была, проваливаясь по ступицы. Припрятав ее и оставив ящерок пастись неподалеку, Фейрин понес меня дальше на спине.