Чужая поневоле

Глава 4. Новая роль

- Тиран! Самовлюбленный баран! Тупица! - сокрушалась я, сидя в уголке чулана, где меня запер хозяин дома. - Он ещё пожалеет! Как только выберусь отсюда, сразу пойду в полицию! Сколько там сейчас дают за похищение людей?

Поднявшись, подошла к двери. Только бы Али скорее пришел и помог сбежать.

Попала в дом к каким-то сумасшедшим. Как их в дурку до сих пор не забрали? Живут в центре Москвы и творят такую дичь! Стоп. Может это дурацкий розыгрыш?

Должны же они где-то проколоться?!

Я вспомнила, как на пороге комнаты появился сердитый мужчина. Высокий. С мощной фигурой, хитрыми узкими глазами и сурово сдвинутыми чёрными бровями. Если бы не его весьма странный для современности костюм, сошел бы за обычного симпатичного актера лет под сорок.

Черные широкие штаны-алладины с золотым шитьем, белая рубаха с пышными рукавами и расстегнутый на несколько пуговиц ворот, открывающий сильные грудные мышцы. На шее висел массивный кулон в виде волчьей головы.

Мужчина остановился в шаге от меня и с интересом наблюдал, будто не зная, как подступиться. Это продолжалось довольно долго. Так долго, что я не выдержала и заговорила первая:

- Здравствуйте! Извините, мы обследовали здание в центре, и я случайно провалилось в тоннель. Дошла до вашего театра. Выпустите меня, пожалуйста, отсюда.

Али, стоявший рядом, вытянулся по струнке. Брови мужчины ещё больше нахмурились. Позади него появилась женщина, которая встретила меня первой.

- Господин Джарам, позвать доктора?

- Нет, Авай. Я сам разберусь.

Тут я реально напряглась. Что значит, разберусь? Попятилась назад, кинулась к двери в тоннель, но она, конечно, оставалась заперта.

- Сейчас же откройте! - закричала и бросилась на дверь всем телом, пытаясь выбить плечом, естественно безуспешно. Глупая затея. Придется договариваться с этими психами.

- Послушайте, я обычная девушка и ни в чём перед вами не виновата. Просто выведите меня на улицу, и я уйду. Вы не имеете права удерживать людей силой! Я в полицию обращусь! Вы пожалеете...

Я бы могла говорить ещё долго, если бы не увидела в глазах Джарама темноту. Его радужка внезапно стала абсолютно чёрной. Постепенно она расплывалась на весь глаз. Жуть какая! У меня глюки, наверное, от жары.

Почувствовала резкую слабость, руки задрожали.

- Выпустите меня, прошу, - прошептала в последний раз и разревелась. Сил сопротивляться не было.

Мужчина молча указал в сторону коридора. Я покорно пошла за ним.

По узкому темному каменному проходу мы в полной тишине дошли до маленького чулана. Там на полу лежала куча одеял и подушек. Ну хоть не сырой подвал с крысами - и на том спасибо! Меня оставили одну и снова заперли дверь.

Вдоволь посокрушавшись о тяжелой судьбе, решила отдохнуть. Чем тут ещё заниматься?

Расположилась на подушках, мечтая, что кошмарный сон закончится, и я проснусь у себя дома.

Не успела задремать, как дверь открылась, и на пороге возник Али.

- Алексия, идёмте.

- Куда? - нехотя протянула я, сползая с подушек.

- Господин Джарам ждет вас, - подобострастным голосом ответил тот.

Мы пошли по узким коридорам, то вверх, то вниз по лестницам. Я тщетно пыталась запомнить обратный путь. Без плана эвакуации тут фиг разберешься. К тому же было на что посмотреть. На стенах висели удивительные картины с изображениями животных. Вот будто чучело волка застыло, но сейчас оживет и прыгнет на тебя.

Сами стены из резного камня. Наверное, это очень дорогая отделка. На театральные гримерки совершенно не похоже. Может я попала в дом какого -нибудь олигарха?

Дошли до массивной двустворчатой двери, которая сама собой распахнулась перед нами. Вот так технологии! Я хотела удивиться, но при взгляде на хозяина кабинета все восторженные мысли отбросила. Джарам восседал на кресле, как на троне, и сверху вниз с подозрением осматривал меня.

Вошла в кабинет. Он был небольшой, темный и очень страшный. Черная с красным отделка его напоминала предбанник ада. А вон за той библиотекой, наверняка, прячется тайный вход в преисподнюю.

- Садитесь, - тихо сказал хозяин.

Я послушалась. Смысла возражать не вижу.

- Кто вы такая?

Как ему объяснить? Студентка? Москвичка? Дитя двадцать первого века?

Чутьё мне подсказывало, что все эти слова будут для него пустым звуком.

- Как ваше имя?

Молчала. Имя вряд ли что-то расскажет обо мне. К тому же Али говорил, что оно странное. А с психами лучше не спорить.

- Я задал вопрос: как ваше имя?! - словно раскат грома пролетел по комнате.

До смерти перепугалась. Хоть бы провалиться и не видеть его чёрных глаз. Опустила взгляд в пол и прошептала:

- Алексия. Меня зовут Алексия.

- Какому вы принадлежите? Каков ваш статус?

Продолжала молчать.

- У вас есть поручитель?

- Нет, - ответила коротко.

- Но женщина не может находиться без мужчины или животного -покровителя. Как вы оказались здесь совсем одна?

Что я могла ответить? Рассказывать в очередной раз про обследование и тоннель - не поверит. Уж лучше снова промолчу и посмотрю, что будет.

- В таком случае по закону вы теперь принадлежите мне.

Вот так поворот. Я, невинная девушка, принадлежу какому -то дикому сумасшедшему мужику?! Не смешите! Вот уж чего никогда не позволю с собой сделать, так это насильно завладеть мной.

- Что значит "принадлежу"? - злость придала сил и смелости.

- Это значит, что вы полностью в моей власти и будете делать то, что я скажу.

- С какого перепуга? - не выдержала и встала, уперев руки в бока. - Я свободная женщина, мы живём в двадцать первом веке, в России, в Москве!

- Не знаю, о чём вы говорите, но в нашем мире именно такие законы.

- В каком "нашем мире"? - я криво усмехнулась. Нашелся тут великий и ужасный Гудвин.

- В Фарсонессе.

- Я вам по-русски говорю: я не актриса, а простая студентка...

- Вы говорите по-фарсонсски. И признаюсь, не очень понятно. Но я попробую разобраться.

- Послушайте, - готова была разрыдаться, - просто выведите меня на улицу, и я уйду. Я не причиню вам вреда.

В мольбе сложила руки и готова была упасть на колени перед сумасшедшим. Останавливало только сомнение в том, кто именно из нас двоих, действительно, сошел с ума.

- Хорошо, - после некоторого молчания выдохнул он.

Аж подпрыгнула от радости. Скоро мучения закончатся, и я окажусь дома.

- Но сначала вы должны поклясться, что никому не принадлежите и не знаете законов нашего мира.

Надо побыстрее сваливать от этого дурака, возомнившего себя Наполеоном. Я готова была поклясться в ём угодно и на чём угодно!

- Да, хорошо, хорошо! Только как?

- Подойди сюда.

Мне не особо понравилась его внезапная фамильярность и властный взгляд. Но деваться некуда. Пошла. Он протянул мне руку. Пришлось класть свою ладонь сверху. Его кожа была горячей, сухой и шершавой. Он не вызывал ни малейшего доверия. Казалось, сейчас схватит в тиски и зажмёт.

- Я вижу, что ты чиста. В таком случае...

Он взял мою вторую руку и вдруг вокруг наших запястий молнией пробежал красный электрический разряд, обогнул восьмеркой и исчез.

От шока я еле дышала. Не хватало воздуха, готова была упасть. И только какая -то неведомая сила удержала меня на ногах.

- Шш-што это было?

- Обычный обряд привязки.

Джарам отпустил мои руки и подошёл к двери.

- Какой обряд? Я что тоже схожу с ума?

- Теперь, где бы ты ни находилась, я буду чувствовать тебя. И каждый, кто посягнет на мою собственность, поймет, что это чужое.

- Брееед, - протянула я и, зажмурившись, потерла пальцами глаза. Срочно надо на воздух.

- Пойдем, - приказным тоном произнес так называемый хозяин.

Теперь осталось выйти на улицу, а потом бежать и кричать "Пожар". Говорят, помогает.

Мы шли по длинным коридорам, сплошь усеянным картинами с пейзажами и странными зверьми. Но мне было не до них. Одна мысль колотила в виски: всё слишком реально и капец как отличается от Моей реальности.

Мы вошли в огромный холл с колоннами из резного камня и шикарно выложенным мозаичным полом. Интересно, где это в Москве такое красивое здание? Подошли к тяжелым кованным дверям. Я боялась открыть их. Шум в ушах и дрожь в коленках подсказывали мне, что надо бежать обратно, в тоннель, и постараться вернуться тем же путем, что пришла сюда. Нельзя открывать эту треклятую дверь!

Но ладонь сама потянулась к огромной ручке. Я отодвинула одну створку и бочком вышла на улицу. Желание кричать "Пожар" испарилось. Москвы передо мной не было.