Аир Арлен Что может вольный ветер

Часть 1

В Академию я опоздала на три дня. И всё из-за моего опекуна. Он так долго решал и раздумывал, что все сроки подошли к концу. Я мысленно ругалась теми словами, что частенько произносил старый пират Приск. Мог же опекун прислать письмо ещё в начале лета, когда я озвучила своё желание поступить на первый Высший курс Академии! А теперь меня ожидала непростая беседа с ректором.

Привратник на воротах сообщил, что ректор занимает весь пятый этаж. Вздохнула и приготовилась подниматься по ступеням. Хорошо, что сидящий в холле секретарь, сообщил о подъемнике. Мне совсем не сложно пробежаться по ступеням. Но вот только сегодня я в образе «типичной нимфы»: шёлковое длинное платье и босоножки на высоком каблуке создавали нужный образ.

Немного портил впечатление мой рундук. Я его удерживала воздушной петлёй, но следить приходилось постоянно. Он то цеплялся боками о стены, то тёрся днищем о пол. Так что подъёмник был весьма кстати. Мы с рундучком смогли благополучно добраться до ректорской обители.

Секретарь предупредил, что кабинет ректора — первая дверь слева. Дверка была красивой. Вся резная, покрытая позолотой. Мне говорили, что ректор стихийник. А тут такие украшательства и изысканность совсем не типичные для мага воды.

— Нимфа? Блондинка? На факультет боевой магии? — искренне удивился ректор, как только я продемонстрировала документы.

— Да, — подтвердила я своё намерение.

— Ты полукровка? — попытался разъяснить для себя ситуацию маг.

— Не могу сказать. Мой опекун ни родителей, ни каких либо сведений о моей расе не упоминал.

— То есть ты, вероятно, не совсем нимфа? Хотя, о чём это я, — спохватился ректор, — не

представляю, чтобы кому-то из нимф пришло такое в голову — боевая магия!

Я терпеливо ждала, когда глава Академии примет тот факт, что я хочу учиться. Честно говоря, для моего опекуна это тоже стало сюрпризом. И огромная ему благодарность, что не отказал в просьбе. После пяти лет учёбы в школе магии Стихий я могла найти для себя спокойное место в любом приморском городе. Так я и собиралась поступить, пока не узнала, что для выпускников магических школ есть специальные курсы в столичной Академии магии. Два года и ты приобретаешь самый престижный диплом на землях Владыки Стихий. Как жаль, что опекун не отправил меня сюда ещё пять лет назад. Но повезло, что мне вообще было позволено выбрать факультет. Только ректора мой выбор озадачил. А куда мне было ещё идти? Не к целителям же, и не к дриадам. Да и воздушник из меня почти никакой.

— Ладно, Эфалия. Вот тебе документы для деканата. Конечно, это немного против правил Академии, но твой опекун весьма уважаемый маг, — сообщил ректор.

Вдохновлённая напутствием, я поспешила на факультет боевой магии, который располагался где-то в западной части Академии. Немного попетляв по причудливым тропинкам парковой зоны, я вышла к нужному зданию. Манера администрации селиться на верхних этажах слегка напрягла. Безусловно, это не было бы проблемой, приди я в брюках и сандалях. Но «типичный наряд нимфы» не способствовал комфортному перемещению по лестницам. Да и рундук мешался.

Хорошо, что на факультете боевой магии оказалось всего четыре этажа. Но зато не было подъёмника. В общем, слегка растрёпанная, я добралась до нужной двери и вежливо постучала.

Декан оказался мужчиной в возрасте. Кандея с водой стояла на краю стола. Похоже, что этому стихийнику примерно лет сто. Только пожилые маги не могут обходиться без воды и пару часов. Мужчина глянул мельком на мои бумаги и переместил свой взор на рундук, который я притащила за собой. Я даже смутилась. Наверное, неприлично вот так затаскивать личные вещи в кабинет начальства. Но не оставлять же в коридоре?

— Занятный сундучок, — пробормотал декан.

Я вежливо улыбнулась. А господин Равн подошёл ближе.

— Да и рисунок на крышке весьма примечательный. Я знаю ещё один похожий.

Вот тут и я замерла. Старый друг, когда провожал меня в школу-пансион, сказал тоже самое. В смысле, что есть ещё один такой рундук.

— Приск рассказывал, что, будучи молодым моряком, заказал два таких рундука — себе и другу, на одном из островов полукровок.

— Ха! Неужели, мой дружок прислал весточку? — обрадовался декан. — И как он? Жив старый бродяга?

От такого заявления я опешила.

— Он подарил мне рундук пять лет назад. С тех пор Приска не видела, но надеюсь, что с ним всё хорошо. Я училась в закрытой школе Стихий на западе.

— Понятно. А то, что он тебе такую приметную вещь отдал, говорит о многом. Не так ли, нимфа?

— Возможно, — пробормотала я.

— Ага. Не думаю, что Приск стал бы просить о помощи для постороннего.

— А он просил? — удивилась я.

— Девочка, такие подарки просто так не делают. В общем, я понял. Значит, у нас нимфа — боевой маг. Ха! Забавно.

Отсмеявшись, декан пояснил, куда мне дальше идти.

Оказалось, что студенты, те, что поступают с основного курса и учатся семь лет, живут рядом с учебным корпусом. А вот для магов, которые выбрали Академические курсы высшего уровня, общежитие располагалось где-то в глубине парка.

— Спускайся по исторической лестнице, потом налево по коридору и выходи на аллею парка. Там, конечно, идти непросто. Недавно дриады дипломные проекты делали. Но ориентируйся на серебристый шпиль флагштока, — дал последние наставления декан.

Почему лестницу назвали «исторической», я поняла, только когда дошла до второго этажа. Сами по себе каменные ступени не представляли ничего особенного, а вот украшения по бокам впечатляли. Справа и слева стояли не то статуи, не то манекены людей и орков.

Пока никого не было рядом, я осторожно поковыряла пальцем ближайшую фигуру орка, с табличкой «Орк степной». Так и не поняла из чего он был сделан. Хотя смотрелся реалистично. Огромный, с патлатой нечёсаной головой, с тяжёлой, чуть выдвинутой вперёд нижней челюстью. Два характерных нижних клыка выступали, демонстрируя звериный оскал. Из одежды это страшилище имело свою собственную шерсть и набедренную повязку.

Похожий монстр, чуть меньше ростом и слегка симпатичнее, стоял справа. Похоже, что это фигура предка людей. Да и надпись: «Человек обыкновенный» это подтверждала. Манекен предка сжимал в руке каменный топор и имел подобную набедренную повязку.

Пять ступеней вниз и на следующем пролёте снова стоят фигуры орка и человека, демонстрируя следующую эпоху. У орка в руках появился каменный топор, а человек приоделся в звериные шкуры.

Следующие пять ступеней и всё те же представители разумных рас. Мда. Люди к этому времени уже развивали шитьё и прочие ремёсла. У человека имелся вполне приличный кожаный костюмчик: брюки и замшевая куртка. На поясе не то кинжал, не то короткий меч, а за плечами лук. А у орка та же повязка и немного татуировок на теле. Но шерсти убавилось. В руках орк сжимал огромный железный тесак.

Разглядывать фигуры, спускаться по лестнице и при этом контролировать воздушную петлю, на которой висел мой рундук, было непросто. А если вспомнить, что по настоянию опекуна я оделась, как и положено выпускнице школы Стихий, то можно понять мои трудности. Шёлковая длинная расклёшенная юбка то и дело обвивала ноги, а высокие каблуки заставляли быть всё время начеку. Не хватало ещё рухнуть с этой лестницы, засмотревшись на очередную набедренную повязку.

Наверно, я была уже на середине лестницы, когда услышала чьи-то голоса. Небольшая группа учащихся двигалась по коридору первого этажа. Завидев меня, студенты остановились. Ну а я, естественно, решила продемонстрировать достойный нимфы образ.

Итак, я нимфа. Легкая улыбка на губах, высоко поднятая голова. Дамская сумочка в руках. Держу её с элегантной небрежностью (всё, как учила наставница Варта). Взгляд не сосредоточен, но «таит в себе одухотворённость и возвышенность».

В общем, я так увлеклась созданием нужного образа, что уследить за всем сразу не смогла. Зато успела заметить, что в ряду исторических фигур людей, по какой-то причине последним стоял орк! Одежда на фигуре была вполне современная, но не поэтому же его переместили в человеческий строй?

Отслеживать воздушную петлю с рундуком и эффектно цокать на каблуках становилось всё труднее. А мне ещё хотелось понять несоответствие рас, потому я повернулась в сторону орочьих манекенов и в результате всё с той же «элегантной небрежностью» зацепилась ручками сумки за меч, что был у фигуры человека, закованного в латы.

Реакция и хватка у меня ещё старым Приском отработаны. На резкий рывок сумочки я среагировала соответствующие. В смысле, вцепилась крепче и дёрнула на себя.

Возможно, исторические фигуры как-то и крепились к полу, но мы с сумочкой не подкачали. Оп! И вся эта железная хламида рухнула и покатилась вниз по лестнице. Я же попыталась остановить, как-то исправить то, что натворила, и поспешила следом. В результате про рундук, конечно, забыла. А он, оставшись без привязки, покатился вниз. На последней ступеньке подпрыгнул и точнёхонько упал на ногу той фигуры орка, что стояла не в «своём» ряду.

Только вот фигура повела себя как-то неправильно. Звериный рык оповестил всех, что ЭТОТ орк был живым! А судя по тому, что на нём было форма Академии, скорее всего, являлся одним из студентов, пришедших из коридора.

Я растерялась, не зная, что делать в первую очередь: подбирать своё имущество, извиняться перед орком или собирать доспехи фигуры человека. Дружный хохот студентов подсказал мне, что лучше заняться фигурой. И сделать вид, что остальное меня касается. Честно говоря, было очень стыдно. Так что я вздохнула с облегчением, когда студенты удалились, оставив меня наедине с манекенами.

Пока суетилась на лестнице, смогла рассмотреть все фигуры подробнее. Из всего увиденного сделала вывод, что ещё пару тысяч лет назад люди были похожи на современных орков. Потом черты лица стали симпатичнее. Похоже, что и орков есть шанс в будущем стать более привлекательными. Хотя… рост у орков, по-прежнему высокий. Да и в целом они мощнее людей.

Мне отчего-то такая мощь понравилась. Вон, какие рельефы на груди. Жаль у того «современного» орка, что ушёл со студентами, я не успела рассмотреть подробно. Хотя успела отметить, что под рубашкой у него сильное тело.

И на лицо нынешние орки явно похорошели. Исчезли тяжёлые надбровные дуги. Нос стал прямым и довольно аккуратным. Нижняя челюсть, конечно, тяжеловата, но это из-за особенности строения зубов. А вот глаза, как у древних предков, так и современных орков стального цвета. Вероятно, такая отличительная особенность расы.

Примерно четверть часа я собирала и нанизывала все «кастрюльки» на человеческий манекен. Наконец, привела всё в надлежащий вид. Поправила платье, подцепила рундук и пошла с высоко поднятой головой на выход.

То, что декан назвал дипломным проектом дриад, я оценила в полной мере буквально сразу. Проблуждав не меньше часа, я поняла, что самостоятельно выйти к общежитию не смогу. Периодически видела серебристый флагшток, что мелькал среди крон деревьев, но найти подходящую тропинку не получалось. Дриады постарались.

Нет. Всё было красиво и живописно. Лужайки с беседками чередовались с зарослями удивительных (по форме и цвету) деревьев. Почему-то в листве преобладали оттенки розового и фиолетового. Несколько раз мне попадались ручейки. Приходилось искать мостик, чтобы перейти на другую сторону. Я так и не поняла, один ли это был ручей или несколько, но лезть в воду не решалась. Да и росшие по берегу ручья цветы было жалко. Всё же, чувство прекрасного мне не чуждо. Вот только выбраться из парка не получалось. Я всё время ходила кругами. По крайней мере, беседку, увитую виноградом голубого цвета, я встречала уже раз пять.

Плюнув на условности (и свои каблуки), побрела напролом через какие-то уникальные по форме кусты. И вышла на хороший такой перекрёсток. У меня даже сложилось впечатление, что эти две дорожки, мощенные брусчаткой, к дипломному проекту дриад отношения не имеют. И возможно, сохранились с тех времён, когда студенты передвигались по парку параллельно и перпендикулярно. Да и цель (флагшток) была отсюда хорошо видна.

Скорее всего, моя преждевременная радость и послужила причиной того, что я опять упустила контроль над воздушной петлёй, удерживающей рундук. К тому же я несла свои вещи немного впереди, чтобы не ронять, когда проламывалась сквозь кусты парка. Потому, повернув на дорожку, не уследила за тем, какой разворот делает моя ноша. И только звериный рык оповестил, что рундучок опять кого-то пригрел.

Осторожно выглянула из-за угла и узрела орка. Здорового такого. Даже не знаю, не то орки все на одно лицо, не то это тот же самый. Но как-то нужно было исправлять ситуацию. Я здесь одна (рундучок не в счёт), место безлюдное, ещё пришибет меня этот рассерженный орк.

— Извините, — как можно вежливее пробормотала я. Орк продолжал смотреть на меня как-то уж очень зло. — Не подскажите, где женское общежитие факультета боевой магии? — продолжила я, чтобы сгладить возникшую ситуацию и не привлекать излишнее внимание к ушибленной орочьей конечности.

Взгляд орка изменился. Лицо стало таким, как у Мартины, что подрабатывала в трактире Приска. Подобное удивлённо-растерянное выражение появлялось у трактирной шлюхи, когда она понимала, что в очередной раз беременна. Каких-то проблесков интеллекта в серых глазах орка я не заметила. «О! Так может, он язык не понимает», - пришла мне в голову неожиданная мысль. Хорошо, что нам в школе преподавали орочий! Повторила вопрос на языке этой расы.

Что-то в глазах у орка промелькнуло, но ответить он явно не был готов. Меня это тоже озадачило. Вспомнила, что орки бывают двух видов. Степные и горные. Ни тех, ни других живьём я не видела. Но насколько помню, отличаются они цветом кожи. По незнанию, я отнесла этот экземпляр к степным. Скорее всего, степень утемнения кожи определила неправильно. Стала припоминать наречие горных орков и с трудом смогла скомпоновать вопрос об общежитии.

— Если я пойду по этой дорожке, то выйду к общежитию? — завершила я свою фразу.

— Гы-р-р-р, — невнятно ответил орк.

Мда. Мне казалось, что рундук стукнул орка только по ноге, и голову не задел. Похоже, у него что-то было деформировано ещё до встречи с моим имуществом. Потому я мило улыбнулась и поспешила обойти эту громаду, стараясь побыстрей отойти подальше, вдоль выбранной дорожки.

И вскоре стояла напротив входа в здание, рядом с серебристым флагштоком. Легко отыскала коменданта за стойкой в холле. Преклонных лет стихийник сидел на стуле. Правая ладонь опущена в кандею с водой. У стихийников возраст трудно определить. Все пожилые выглядят так, как будто им лет сорок (по человеческим меркам, конечно). Но вот желание быть рядом с водой наглядно демонстрировало, что конкретно этому мужчине уже много лет.

— Это женское общежитие факультета боевой магии? — вежливо поинтересовалась я.

— Нимфа. Блондинка, — констатировал факт начальник общежития, вынимая руку из чаши.

Я радушно заулыбалась.

— И кто ж тебя такую хорошую к нам направил? — приподнялся мужчина.

— Декан. Вот, у меня все документы имеются, — протянула я бумаги.

— Угу. К ним бы ещё мозги, и был бы полный комплект, — припечатал комендант.

А мне оставалось только похлопать глазами. Показалось или меня только что оскорбили?

— Нимфа, — продолжил мужчина. — Смотри сюда. Это здание — общежитие. Для студентов факультета боевой магии.

Кивнула головой — попала по адресу.

— ВСЕ студенты первого высшего курса живут вместе.

Вот тут до меня дошло, что нет никакого женского общежития! Наверное, тот орк потому дар речи потерял, что сильно удивился.

— Как все вместе! — поразилась я. — И спят в одной спальне?

— Блондинка, — поставил диагноз комендант и продолжил. — Общежитие прямоугольной формы, с внутренним двором для тренировок.

— Удобно, — вставила я.

— Да, удобно. Теперь смотри. Это коридор, идет по периметру всего здания. В коридор выходят двери. Видишь двери?

Кивнула.

— Это комнаты, — продолжил терпеливо, чуть ли не по слогам, пояснять комендант. — В комнатах живут студенты.

— А! — обрадовалась я. — Общежитие одно для всех, но комнаты индивидуальные.

— Молодец, — похвалил меня комендант. — Всего комнат четырнадцать. Когда курс большой, то живут по двое. Сейчас у меня ровно четырнадцать студентов. Как раз по числу комнат.

— А я?

— Вот именно, — комендант задумчиво меня оглядел. — Давай думать. На курсе было три девушки, а теперь четыре.

— Может, я смогу с кем-то поселиться? — подсказала решение.

— Пойдём спрашивать, — вздохнул комендант. — Сначала зайдём к стихийницам, если откажутся, то к саламандре.

— А если и она не захочет? Куда тогда, к мужчинам? — логично предположила я.

— И не надейся, нимфа. Если девушки откажут, то пойдем к декану решать в приказном порядке.

Мне же оставалось только последовать за комендантом.

— Сейчас время обеда, — пояснял мужчина по пути. — Все вернулись с занятий и ещё с полчаса будут здесь.

Но постучать в дверь нужной комнаты комендант не успел. В коридоре появился кто-то из студентов.

— О! Нимфа! — раздался восхищенный возглас саламандры.

А я с интересом посмотрела на девушку. Изящная, высокая. С тёмно-красной кожей и яркими рыжими волосами. Наверное, для представителя своей расы красивая. Меня же огненные всполохи в зрачках слегка пугали.

— Галлея, мы как раз ищем место, куда поселить новенькую студентку, — пояснил комендант суть проблемы.

— Ко мне! — восторженно предложила саламандра.

Комендант как-то помялся, критически оглядел Галлею, но согласился.

Саламандра же толкнула следующую дверь и пропустила меня вперёд. Я же искренне порадовалось, что всё так удачно получилось. Не хотелось бы портить отношения с девушками только потому, что кто-то не захотел брать меня в соседки. А саламандра выглядела приветливой и веселой.

Сразу после знакомства Галлея потащила меня в столовую. Действительно я не ела с утра и с радостью согласилась.

— У нас ещё одно занятие сегодня, — сообщила девушка. — Но мы с тобой не пойдём. Завтра с утра приступишь к учёбе.

— А тебе за пропуск ничего не будет? — усомнилась я.

— Нет, — заверила саламандра. — У меня вообще половина занятий индивидуальных. Огневиков на нашем курсе больше нет. А у второго курса только двое. Вот нам и поставили специальные уроки, отдельно от общей группы.

Вторую часть дня мы потратили на знакомство с Академией. Галлея уже облазила всё вокруг и даже дала несколько практических советов, как передвигаться по тропинкам дриад. После посещения библиотеки, саламандра повела смотреть, где расположен корпус общежития второго курса.

Мы не успели дойти до здания с золотым флагштоком, когда встретили трёх девушек стихийниц.

— Нимфа! — воскликнули они. — И эта дрянь туда же!

Студентки решительно преградили нам дорогу.

— Если тебе удалось как-то попасть сюда, то дальше ты не пройдёшь, — с угрозой в голосе сообщила одна из стихийниц.

Поскольку я никак не была в курсе местных традиций и отношений, то повернулась за разъяснением к Галлее.

— Дуры, — пожала плечами саламандра.

Меня пояснения не удовлетворили. Вернее, к такому выводу я и сама пришла. Нормальные, адекватные девушки кидаться на тех, кто ходит по парку, не станут. Хотя, им явно не понравилось, что я нимфа. Вообще-то нимфы воды всегда дружелюбны, потому претензии студенток мне были непонятны. Ладно бы им встретилась горная нимфа — брюнетка. У тех такой темперамент, что их действительно не любят. Но я то выгляжу, как «очаровательное создание». Даже в форму Академии ещё не переоделась, только в сандалии переобулась. И до сих пор «порхаю» в своих шёлках.

— А ну пошли отсюда, — продолжили угрожать стихийницы. — Ещё раз увидим рядом с общежитием, ноги переломаем.

Вот тут уже саламандра буквально вскипела.

— Я вам ноги не переломаю, — прошипела Галлея. — Я вам задницы подпалю и ходить буду, где хочу.

А я мысленно прикидывала расклад. Их трое — нас двое. Да и учатся они на год больше. Додумать мысль о соотношении сил, мне не удалось. Стихийница, что стояла справа от меня, сделала резкий выпад, явно вознамериваясь причинить какой-то вред моей тушке. Но мои рефлексы не подвели. Раз, и я уже перекатилась в сторону (успев прихватить юбку повыше), два — горсть гравия и песка с дорожки летит девушке в лицо. На три-четыре я запрыгнула на спину и «пять», завершилось заломом руки. Краем глаза заметила, что саламандра действительно, как обещала, подпалила то, что было пониже спины, у оставшихся двух девчонок.

— Так ты что, не нимфа? — прохрипела скрученная мной стихийница.

— Нимфа, нимфа. А вы их что так сильно не любите?

— Мы всех не любим, кто прётся к общежитию.

— Чего так? — поинтересовалась я.

— Достали вы все! — злобно рыкнула моя собеседница.

— Э… ээ? — обратилась я к саламандре.

— А! Так эти идиотки на нас из-за своего принца взъелись! — обрадовалась Галлея тому, что нашла ответ.

— Принц? — удивилась я.

— Ну да, мне говорили, что на втором курсе сын Владыки учится. Вот только про агрессивных поклонниц не рассказывали.

— Кто поклонницы! — возмутилась стихийница. — Да девки к нему толпами ломятся. Мы устали от этих почитательниц.

Поскольку ситуация прояснилась, то девушку я отпустила. И две другие, потушив брюки, вернулись к нам.

— Вы с нашего факультета? — поинтересовались они.

— Вообще-то да. А вы почему на всех нападаете?

— Привычка. Фанатки принца куда только не проникают. Спасу от них нет. Могут в окна любой комнаты залезть.

— Мы не знали, — смутилась саламандра. — И что вам теперь за форму будет?

— Ничего не будет. Так и скажем, что отрабатывали боевые приёмы с саламандрой.

— Не очень успешно, — пробормотала я.

В общем, распрощались мы вежливо, без обид. Но смотреть общежитие второго курса не пошли.

Зато самого принца я увидела вечером в столовой за ужином. Красавчик.

— Настоящий эфир, — шептала восторженно саламандра.

А я поняла всех тех почитательниц. Действительно, даже не зная, что парень будущий правитель и наследник Владыки, можно было легко потерять голову. Честно говоря, мне такой тип блондинов тоже нравился. Аккуратные черты лица, и в то же время присутствует мужественность. А ямочка на подбородке только подчеркивает это.

— Писанный красавец, — вздохнула снова Галлея. — Нам с тобой в его сторону даже смотреть не стоит.

Я мысленно согласилась.

— Мне показалась, или девушек-студенток на втором курсе больше, чем на нашем? — задала я вопрос саламандре.

— Так и есть, — подтвердила она. — У них там даже две дриады учатся.

— Вот как? — удивилась я.

— Как узнали, что принц поступил в Академию, так сразу толпой переводится стали с других факультетов, — поделилась Галлея сведениями и опять вздохнула.

Я же представила, каково оно принцу — столько внимания. Даже поесть спокойно не дают, так и ходят кругами. Хотя, наверное, принц уже привык. Во дворце девушек побольше будет.

— Галлея, а почему наследник учится с нами? — продолжила я задавать вопросы уже в нашей комнате. — Насколько я помню, по возрасту он меня старше лет на десять.

— Так и есть. Я слышала, что его Владыка послал. Вроде как проверить навыки боевой магии. Ты же знаешь, как сейчас неспокойно на границе. Того гляди война с людьми начнётся. Боевые маги в цене. Ха! Даже нимф принимать в Академию стали, — хитро подмигнула мне саламандра.

Кстати, насчёт нимфы я бы поспорила. Внешность у меня, конечно, была подходящая. Но вот насчет остального, я бы не стала утверждать наверняка. Приск вообще считал, что у меня кто-то из родителей был человеком. Скорее всего, мать. Опекун о родителях никогда не рассказывал. По косвенным признакам я предполагала, что они были небедными и оставили мне какое-то наследство. По крайней мере, деньги на моё содержание опекун выделял регулярно. Причём немаленькие. Обучение детей в самом дорогом школе-пансионате Стихий могли позволить себе только аристократы.

А с другой стороны, до двенадцати лет я росла в таком месте, где о аристократах и речи не шло. Посёлок Рыбачий только считался тихим местечком. На самом деле это была теневая пиратская столица. Даже не знаю, почему опекун предпочёл, чтобы я провела все детские годы рядом с пиратами и контрабандистами. Моя приёмная семья выглядела со стороны честными рыбаками. Но папочка Муни активно торговал с контрабандистами и отнюдь не рыбкой. А появлявшегося раз в год, на мой День рождения, опекуна, всё устраивало.

Приск предполагал, что опекун меня прячет в Рыбачьем. Действительно, лучшего места, чтобы замести следы, не было. В посёлке все от мала до велика умели «прятаться» и «прятать своих». Под «своими» порой выступали отъявленные разбойники и убийцы. Рыбачий предоставлял защиту для всех, кто был не в ладах с законом. Даже ушедших на покой преклонных лет пиратов можно было с большой натяжкой считать благовоспитанными гражданами. К примеру, у Приска, кроме трактира, был ещё один бизнес. Старый пират обучал наёмников всех мастей тому, чему не научат ни в одной из элитных военных школ.

Меня он тоже учил с пяти лет. Потому что я была «своей». А значит, должна была уметь защищаться, и в случае необходимости, нападать. В то, что я чистокровная нимфа, Приск не верил. Не было во мне той любви к воде, что присуща нимфам и стихийникам. Живя на берегу, я совершенно равнодушно относилась к морю. Меня всегда удивляло странное желание стихийников купаться в любое время года.

Зато полазить по катакомбам я любила. Вообще-то, всем поселковым ребятишкам нравилось пробираться по тайным ходам контрабандистов. Да, честно говоря, никто нам и не запрещал. Поскольку знали, что через десяток лет все мальчишки пойдут по стопам отцов. И если пиратов в наше время уже не осталось, то «вольных торговцев» хоть отбавляй.

Чаще всего я отправлялась в поход по катакомбам с внуком Приска. Надо сказать, что Калимат был (и остаётся) моим единственным другом. Конечно, меня в посёлке считали своей. Вот только ни с кем дружить у меня не получалось. Девчонки всегда смотрели настороженно, играть с куклами не звали. А мальчишки всё больше дразнились. Помню, что мне как раз было около пяти лет, когда я впервые поняла, что отличаюсь от всех стихийников. Тогда было так обидно, что я долго сидела на заднем дворе трактира Приска и плакала. Заметив меня возле сарая, старый пират решил выяснить, кто меня так обидел. А я и рассказала, как обзывали меня нимфой.

— И что тебе захотелось сделать в тот момент? — уточнил Приск.

— Дать в глаз Римке.

— О как! — удивился пират. — Чего же не дала?

— Я маленькая. А их четверо и они большие, — продолжала я всхлипывать.

— Хм. Проблема, — приобнял меня пират. — Ты знаешь, а я как раз учу маленьких быть сильными и уметь дать отпор. Хочешь научу?

— Хочу, — с жаром ответила я.

Как я потом жалела о своем опрометчивом поступке! Вот только слова Прикса всегда были одинаковыми:

— Ты хочешь быть нимфой или уметь дать в глаз? — спрашивал он каждый раз, когда я падала от усталости.

— В глаз, — упрямо заявляла я.

— Тогда соберись и ещё один раз вниз к морю и обратно бегом!

Калимата Прикс гонял гораздо больше. Но он и старше был на два года.

Обычно после таких занятий, мы забирались на крышу сарая и долго отлёживались. Хотя, со временем это стало в большей степени напоминать ритуал. Нам просто нравилось сидеть на крыше. Оттуда было видно, кто приехал, кто уехал, кто пришёл к Мартине и как долго у неё пробыл.

А ещё, там же, на крыше, Калимат пообещал, что когда вырастет, то обязательно на мне женится. И пусть я полукровка, зато красивая и на нимфу похожа. Я своему другу искренне верила и мечтала.

Оттого отправка в закрытую школу-пансионат, стала для меня настоящим шоком. В тот мой День рождения опекун прилетел, как обычно, на Парусе. Вот только мешочка с деньгами мамушке не дал, а велел собрать мои вещи. Я даже сразу не поняла, что он меня забирает. Когда же дошло, что я вот прямо сейчас уезжаю, то еле выпросила немного времени, чтобы проститься с тем, кто дорог. Тогда же Приск и подарил мне свой рундук на память. Отличная вещь. Даже опекун оценил. Ни украсть, ни открыть никто чужой такой рундук не может. Зачарован он на крови владельца. Приск целый ритуал провёл, чтобы на меня перенастроить. Калимат помог дотащить рундук до дома. И хотя мой друг ничего не сказал напоследок, но я видела подозрительный блеск в его глазах. Сама же я не удержалась. И, не стесняясь, плакала, прощаясь со всеми.

Навыки и уроки старого пирата я не забыла даже по прошествии нескольких лет. Да и тренировки не прекращала ни на день. Как показал сегодняшний случай в парке, Приск мог бы гордиться мной. Без всякой магии я справилась с боевым магом.

Загрузка...