Рирз

Море штормило все десять дней плаванья, и лишь теперь, когда корабль вошёл в небольшую бухту, путешествующие нашли в себе храбрость выбраться на палубу. Молитвы Богам всё ещё звучали то тут, то там, но стали заметно тише. Лишь отдельные люди шептали слова благодарности перед тем, как садиться в лодку, что должна была доставить их до берега.

На месте, где должен будет воздымать башни к небу новый замок Династии Холдбист, сейчас были только холмы, деревья, камни и высокая трава. Эти земли, весь этот материк начали исследовать и заселять всего четыре поколения назад. Раньше междоусобные войны, пиры и иные способы проведения досуга мешали лордам смотреть дальше границ своих владений – так говорили.

Рирз был уверен в другом – лорды не нуждались в новых землях, пока смертность среди них не начала стремительно падать. Веками из четырёх детей выживало лишь двое, а обзавестись своими детьми, здоровыми и способными дать жизнь следующему поколению, как правило, получалось лишь у одного. Но всё изменилось.

Отец и дед нынешнего короля тратили немало денег на лекарей и их обучение, они разрешили многие споры, начали контролировать все стычки Династий и Ветвей. И лордам стало скучно. Когда запрещено убивать своих соседей, приходится или смириться, или искать себе новые способы развлечься, в том числе и проливая кровь.

Знать отправилась искать то, что удовлетворит всем их требованиям. Новые дикие земли были населены многочисленными, совершенно раздробленными племенами, не имевшими единого правителя, хорошего оружия и доспехов, не строившими крепкие стены. Их вотчина оказалась плодородна, на ней обнаружились золотые прииски, а сами жители, на радость захватчикам, были куда выносливее крестьян Ферстленда и представляли собой хорошую рабочую силу.

Рирз наблюдал с безопасного расстояния, как к берегу причаливает первая лодка. Он не стремился идти впереди, прежде него отправлялись разведчики. Опасные земли всегда встречали захватчиков враждебно, местные жители всеми силами боролись за свою свободу. Некоторые из Великих Династий уже прошли весь путь – от первых высадок до обустройства лагеря и даже возведения стен, и теперь разосланные всем письма с предостережениями и их опыт помогали остальным не повторять ошибок. В этом деле у лордов не было вражды – огромные просторы сулили приумножение богатств каждому роду, а младшим из семей или незаконнорождённым – получение в свои руки власти и возможности добиться почёта и оставить своё имя в истории.

Вторая и третья лодки причалили почти одновременно. Первый отряд ждал подкрепления, прежде чем отправляться на разведку. Каменисто-песчаный берег встретил первых захватчиков с севера удивительным радушием: насколько мог судить Рирз, наблюдая с палубы корабля, никого крупнее крабов вблизи кромки прибоя не наблюдалось. В высокой же и густой поросли, верхние части которой отличались по цвету, могла таиться опасность. Только когда разведчики подошли ближе к траве, бастард понял, что прогадал с высотой – большинству заросли доставали до груди.

Мучительные минуты ожидания тянулись. Люди бродили по траве, раздвигали её руками, лучники стояли у самой кромки воды, готовые стрелять в первого появившегося врага. Арбалетчики, как и было положено, расположились несколько ближе. Их оружие уже было полностью готово к бою. Со своего места Рирз не мог разглядеть их лиц, но предполагал, что они более чем напряжённые.

Юноша привалился к борту, впился в него руками и начал напряжённо вглядываться. Наконец, трава снова зашевелилась, лучники единым и хорошо отточенным движением натянули тетиву, несколько тяжеловооружённых воинов в доспехах отступили на пару шагов, чтобы не быть застигнутыми врасплох… Из зарослей появились лишь те же самые северяне, и никого более. Рирз считал: один, два, три, четыре… На десятом он оставил это занятие. Ничего с его людьми не произошло, засады не было, и теперь он мог отправляться лично – командир войска должен его возглавлять, что на войне, что в походе. За дни, проведённые в море, непривычный к этому, хоть и стойко выдержавший всё юноша устал и желал поскорее добраться до суши. Конечно, он бы с большим удовольствием предпочёл оставаться дома, за безопасностью стен, а не рисковать шкурой каждый день.

На берегу всё по-прежнему было тихо.

Рирз понимал, почему здесь именно он. Для его отца – лорда Рогора Холдбиста, правителя Великой Династии, человека жёсткого, амбициозного и хитрого, – это было наилучшим решением. Одним махом он продемонстрировал свой род с наилучшей стороны – его рука теперь тоже приложена к освоению земель, и, что важнее, он убрал с глаз долой вечное напоминание о своих человеческих слабостях – бастарда.

Юноша пошёл умом и жаждой добиться большего в своего отца. Да, пока многочисленное семейство живёт и процветает, ему, незаконнорождённому, не достанется ничего, кроме учителей, меча, доспехов и хорошей кобылы, да и то лишь по доброй воле щедрого лорда. Отец видел его насквозь, читал как открытую книгу и, казалось, знал всё, о чём Рирз мечтал.

Рогор любил своих детей, и стоило бастарду начать сближаться с наследником Династии Ротром, как лорд Холдбист нашёл способ разорвать братскую дружбу и отгородить первенца от плохого влияния, а свою ошибку молодости и последствие глупой страсти к служанке – от возможности медленно уничтожить всех конкурентов.

– Милорд, вам помочь?

– Нет, не стоит.

Лодка причалила к каменистому берегу, даже среди валунов росли высокие кусты, а между мелкими камушками то там, то тут торчали зелёные островки свежей и сочной травы. Казавшиеся издалека обычными зарослями травяные джунгли теперь выглядели ещё более пугающе. Настоящее зелёное море. Желтоватые шишечки с семенами, образовавшиеся на концах травы и раскачивающиеся на ветру, были похожи на морскую пену. Заросли волновались, гнулись, выпрямлялись и шелестели нижними подсохшими листьями. Позади слышался плеск волн о камни, но он не заглушал шелест, а лишь дополнял его. Место высадки походило на небольшой островок, с которого некуда было отступать. Беспокойство проникало в душу.

Гребцы пересели, и все лодки дружно отправились обратно к кораблю, чтобы доставить следующую часть войска. Северный бастард хмурился, наблюдая за тем, как они отдаляются, – надо было настоять и приказать одной дежурить здесь. Кто знает, что на самом деле может быть спрятано в траве? Может, враг затаился и потому его не нашли?

Рирз не мог прослыть трусом и потому не стал настаивать. В конце концов, ему пора было учиться доверять своим подданным и не искать опасность под каждым камнем. Может быть, хищники и вовсе не водятся в этой части, предпочитая леса камням, а дикари испугались приближающихся кораблей? Юноша сомневался, что местные жители в самом деле умеют грамотно ловить рыбу или лакомятся крабами, которых оказалось в избытке. Несколько уже вовсю изучали стоящего на одном месте лорда, передвигали своими тонкими ножками, двигаясь вдоль ботинка, и щёлкали толстыми клешнями. По крайней мере, в ближайшие дни голодать им не придётся. На севере Рирзу не приходилось пробовать подобную пищу, но он много слышал об изысканном вкусе этого мяса от братьев-лордов, когда те возвращались с праздников на юге.

– Милорд, думаю, что нам стоит дождаться, пока прибудут ещё люди.

Мужской голос, что отвлёк его, принадлежал Герту Невозмутимому – долгие годы тот служил Рогору Холдбисту верой и правдой, но в качестве благодарности под старость лет был сослан подальше. Будущий кастелян замка, скорее всего, не сумеет дожить до вступления в должность.

– Я ещё не лорд. – Рирз выбрался на берег, где уже находилась часть выделенных ему людей, а лодка, как и несколько других, отправилась обратно к кораблям.

– В Ферстленде – да, но не здесь.

Герт поддерживал Рирза все годы, его жена прекрасно готовила, а его дети, выбравшие путь воинов, в детстве обучали бастарда управляться с оружием.

– Я рад, что ты здесь, Герт. Это прозвучало эгоистично, понимаю. Мне тоже жаль, что твоя семья осталась в Фиендхолле.

– Немного эгоистично, да. Я знаю, кто передал тебе по наследству эгоизм. Рирз, не забывай: пусть твоя мать не была женщиной знатного происхождения, но ты в первую очередь сын своего отца – хочет того лорд Холдбист или нет. Я понимаю, всё это, – кастелян кивнул в сторону серо-зелёного пейзажа, – не то, чего бы ты желал, но здесь ты можешь устанавливать свои правила. Не стоит горевать. Тем более о том, что моя семья сейчас не здесь, – я рад, что мне не придётся бояться за них каждый день.

– Меня печалит лишь одно – здесь нет ни одного борделя. Я подумываю это исправить – не понимаю, почему все начинают с обустройства лагеря и строительства замка, если есть вещи поважнее.

– Как пожелаешь. В письме лорду Холдбисту, среди прочего необходимого, я укажу и бордель. Или тебя удовлетворит какая-нибудь леди из Ветви?

– Скорее из Малой Ветви. Та, чья самооценка не позволит ей отказать мне, пожалуй.

Трава снова зашевелилась. Рирз выхватил оружие, будущий кастелян достал свой клинок и попытался встать перед бастардом, чтобы в случае чего защитить его. Подавить желание назвать старика глупцом было нелегко.

Когда лучники уже готовились выпустить первые стрелы, из зарослей выбрался северянин. Воин яростно размахивал дубиной, надеясь таким образом покончить с ненавистной травой. Мужчина громко и со вкусом ругался, вспоминая всех своих предков, которые решили остаться на службе у Холдбистов и были повинны в том, что теперь он должен был страдать в Новых Землях. Когда же незадачливый вояка споткнулся об особенно выступающий камень и с размаху опустился одним коленом на твёрдый берег, его ругательства на время переросли в подвывания.

– Тише ты! – Вооружённый хорошо сделанным цепом воин в тяжёлых доспехах подал руку своему товарищу. Рирз не успел запомнить имена всех, но этого бритоголового, презирающего шлемы, кажется, звали Боф. – Нам внимание пока не нужно.

Неуклюжий предпочёл вместо благодарности за помощь вступить в перепалку. Бастард вздохнул и снова обернулся к лодкам. Они почти добрались до корабля – одна немного отстала. Вдалеке виднелось ещё одно судно, а за ним – третье. Лорд Холдбист отправил куда больше людей, чем на самом деле хотел, и это давало надежду, что хоть кто-то переживёт переселение в Новые Земли. К сожалению Рирза, с таким малым количеством рабочих, способных возводить замок, строительство займёт с полсотни лет.

Для того чтобы переправить всех людей, материалы для строительства, оружие, инструменты и провизию, отец выделил целых десять кораблей. Щедро. Рирз думал, что Холдбист соизволит отдать разве что три, может, пять. Вероятно, репутация лорду была важнее, чем желание отсрочить возвращение сына. И всё же, прежде чем у Рирза будет всё необходимое, пройдёт не один цикл. Одна корольера могла перевезти около пятидесяти-шестидесяти человек, несколько лошадей, небольшой запас провизии для морского путешествия и на первые дни пребывания в Новых Землях, минимальный набор инструментов для кузнецов и каменщиков, оружие и доспехи для воинов и ограниченный запас трав и всего необходимого для лекарей.

Путешествие в одну сторону, при попутном ветре и хорошей погоде, составило чуть меньше одного цикла – десять дней. Если удача не отвернётся от них, то за четыре цикла, то есть пятьдесят два дня, у него и его людей будет минимум, что обеспечит плодотворную работу. Рирз не верил в такую удачу.

Рогор Холдбист планировал позже, когда пройдёт первое обустройство, отправить остальные семьи подданных Рирза, а также тех, кто изъявит желание поступить на службу к его отпрыску. Но прежде необходимо было решить вопрос с пропитанием и безопасностью – в такой траве, на чужой земле, непривычной и незнакомой, их легко перебьют по одному, сколько бы воинов ни прибыло. Бастард вспомнил, что они проплывали мимо очень выгодного горного возвышения, всего в паре миль от места высадки.

– Герт, – Рирз с неудовольствием отметил, что желающему защитить нового правителя мужчине трава достаёт лишь до груди, в то время как у него самого над зарослями может выглядывать одна голова, – я не обесцениваю твой опыт, но твои обязанности – не защищать меня, а помогать советом. Может быть, тебе следовало пока остаться на корабле?

– И что бы я там делал? Стоял на палубе как трус и просил благословления для каждой лодки? – кастелян покачал головой. – За свои годы я уже изрядно поднадоел своими просьбами Богам.

– Ты мог бы послушать увлекательные истории Айдина. Мне кажется, у него в запасе ещё на пару таких приключений смело насобираться может.

– Он до смерти надоел мне. – Седеющий мужчина, крепкий и высокий, превосходивший ростом своего лорда, говорил громко, чётко, словно отдавая приказы, но при этом не повышая тона и уж точно не пытаясь распугать зверьё в округе. Рирзу следовало поучиться командовать так же. – Земля б его поглотила!

– Это было бы некстати, он опытнее любого из лекарей.

– И болтливее! Не затыкался всю дорогу… Он не сможет объяснять, как и что делать, если сотрёт себе язык.

– Я уверен, у него есть специальное снадобье на такой случай. Что ж, мы здесь.

– Нас запомнят, Рирз, как людей, что в начале пятьсот семидесятого года Эпохи Королей прибыли осваивать территорию и возводить новый величественный замок для потомков.

– Или как тех, кто погиб в пятьсот семидесятый год Эпохи королей. Думаю, в первую очередь мы должны найти удобное место для лагеря рядом с источником воды. И сжечь эту ненавистную траву!

– Мне кажется, что мы отправляли больше людей, кого-то не достает? – Герт Невозмутимый оправдывал своё прозвище и не поддавался панике. Он, вероятно, никогда не замечал неудобств, а за всё плаванье бастард не слышал от него ни единого возражения или высказывания недовольства своей участью. Лишь один раз он пожалел, что не успел починить стол дома, в Фиендхолле, и понадеялся, что жених его дочери поможет оставшейся в одиночестве жене кастеляна.

– Я не считал, – признался бастард, – но мне кажется, все в сборе. Скоро к нам прибудут ещё люди. Лодки уже у кораблей. Надо бы гребцов сменить?

– Сменят, не дураки. Отправить людей на разведку ещё раз?

– Да, – вздохнул будущий лорд. – Да, пожалуй.

Герт отдавал распоряжения вместо него и хорошо справлялся. Рирз так и не убрал меч и теперь мог найти ему достойное применение. Рано или поздно им придётся прокладывать путь в сторону будущего лагеря, так почему бы не начать это делать прямо сейчас? Он не хотел тупить оружие об толстые стебли травы, но бездействие вместе с непрекращающим нарастать беспокойством утомляли его – он был уверен, что всё не может быть так просто.

Увлекшийся занятием, приставшим более крестьянину, сын лорда Холдбиста не сразу заметил, как трава снова зашевелилась. Воин с окровавленным топором в руках вышагнул из зарослей. На его поясе в ножнах не было меча, он успел его где-то потерять. Рирз не успел возмутиться оплошностью, как мужчина упал перед ним на колени. Несколько грубо сделанных дротиков с ярко-жёлтым оперением торчали в задней части шеи.

Никто не успел поднять тревогу и понять, что происходит, как из травы начали лететь стрелы. Простенькие, с деревянными наконечниками, они разбивались о жёсткие доспехи с металлическими пластинами, отскакивали от шлемов, не причиняли вреда кольчужным перчаткам. Боф, единственный, кто предпочёл обходиться без шлема, грозно закричав что-то нечленораздельное, бросился на кусты, размахивая дубиной. Он не добежал всего пары шагов – в незащищенное лицо и часть шеи вошло сразу с полдесятка стрел и столько же ярких дротиков.

Лучники и арбалетчики рассредоточились так, чтобы покрывать всю ту зону, откуда в них стреляют. После нескольких их выстрелов послышались тихие стоны – снаряды находили цель. Невыгодная позиция мешала воинам, они не знали, куда наступать, не ориентировались в траве и зачастую даже не успевали до неё добраться. Когда четвёртый человек, защищая отступающего милорда, упал, Рирз тихо выругался. Он ещё не участвовал в настоящих сражениях, а то, что называлось турнирами, подразумевало, что противника хорошо видно.

– Отступаем! – закричал юноша. Вариантов для отступления было немного, берег тянулся на мили в любую из сторон. Когда юноша пытался посмотреть, где же запропастились проклятые лодки с подкреплением, ему на глаза попались несколько здоровенных валунов почти в человеческий рост в сотне шагов от него. – К камням!

Не все люди услышали его и послушались, но большая часть всё же последовала к валунам. Герт отчеканил его приказ ещё дважды, и его командный голос сумел достичь цели.

Небольшое укрытие помогало скрыться от метательных снарядов и вынудило дикарей покинуть свои насиженные места. Семь человек, одетых в кожи и шкуры, с непонятной обувью, а то и босыми ногами, тряся в воздухе деревянными копьями и топорами из камня, понеслись в сторону валунов. Им хватило ума рассредоточиться и нападать со всех сторон разом, но этого было недостаточно для победы. Бравые северные воины, облачённые в железо, обученные действовать заодно, уничтожили первую волну дикарей в считаные секунды.

Вторая попытка аборигенов, на этот раз состоящих из более разумных и готовых тратить время на то, чтобы подкрадываться, а не нестись сломя голову, была уничтожена ещё быстрее – тяжёлые арбалетные болты прекрасно пробивали шкуры, кожу и плоть. Пока стрелки перезаряжали своё оружие, лучники продолжали их дело.

Лодки с новыми гребцами, которые старались изо всех сил, ещё не успели прибыть на помощь, как всё сражение вдруг закончилось. Трава тихо шевелилась на ветру, ни один дротик более не вылетал из неё. Отряды из храбрецов-разведчиков, которых Герт, продолжавший вместе с Рирзом сидеть за камнями, тихо поносил за некомпетентность, слепоту и тугодумие, вновь прочесали заросли. В этот раз бастард пересчитывал их. Они обшаривали каждый куст, но врагов так и не обнаружили.

– Может, мы всех перебили? – поинтересовался один из арбалетчиков. – Их уже который год бьют, не размножаются же они, как кролики?

– Почём нам знать, как они размножаются? – Герт положил руку на плечо Рирза, когда тот решил вынырнуть и посмотреть, что да как, и настойчиво нажал. Он не хотел, чтобы будущий правитель рисковал, но не понимал, что, только возглавляя народ, тот сумеет добиться признания и послушания. – Может, за всё это время они только и делали, что рожали и растили детей? Мы не знаем и сколько их было. Милорд, не стоит…

– Они ушли, ты же и сам это видишь, – бастард выпрямился. На всякий случай он натянул на голову кольчужный капюшон. Он не любил носить шлемы, как и Боф, – его металлический, искусно сделанный и внешне привлекательный, а по удобству похожий на ведро с прорезями головной убор остался на корабле. Это было опрометчиво. – Я думаю, в ближайшие пару часов мы можем быть спокойны. А может, и дней.

– Почему ты так в этом уверен? Они додумались напасть на нас, когда лодки далеко, и у нас не было пути отступления. Они додумались стрелять по нам из травы, а до этого сидели так тихо, что их никто не обнаружил. Кроме Гуара, но тот поздновато нас предупредил.

– Своба всё ещё нет. Наверное, дикари убили его, – оповестил лорда арбалетчик. Своб был его родственником – то ли кузеном, то ли кем-то более дальним.

– Додумались. Они не первый раз сталкиваются с такими, как мы, наверное, они заметили наши корабли. Сейчас мы расправились с полутора десятком их бойцов в ближнем бою за минуту. Больше десятка убили наши стрелки, хотя у врагов было преимущество – они успели найти себе укрытие и выжидали. Скольких из наших они убили всеми своими силами? Пятерых?

– Со Свобом шестерых, – не унимался стрелок. – Похоронить бы его как полагается… Найти и похоронить.

– Мы так и сделаем, как только к нам прибудет подкрепление, – сказал Рирз. Он наблюдал, как от остальных кораблей, бросивших якорь рядом с первым, начали отплывать лодки. Бухта заполнилась ими, и каждая везла на подмогу людей. – Скорее всего, они станут за нами наблюдать и ждать удачного времени.

– Например, ночи, – поддержал его мысль Герт.

– Да, например. А значит, нам следует успеть до этого подыскать себе более подходящее место на возвышенности и ждать нападения. Выставим охрану, подготовимся к отступлению, если что. Оставим пока всех женщин, лекарей и тех, кто не умеет сражаться, на кораблях.

– Мы выбьемся из графика, милорд, – напомнил будущий кастелян. – Дольше двух дней мы продержать их не сможем.

– Значит, нам надо успеть за эти два дня подготовить лагерь. Первая группа отправится сразу же, как причалят лодки.

Загрузка...