Светлана Кобелева Александр Alias БРАТ

Глава 1

…Вика скептически хмыкнула, пару секунд посмотрела на Сергея, затем покачала головой и снова зашла в особняк. Лавров же, будто впав в детство, продолжал выписывать в морозном сером небе немыслимые пируэты, не замечая ничего и никого вокруг. Если честно, Вика ему даже немного завидовала — хоть один из них нашел, чем себя развлечь, дожидаясь следующего задания. Вика же маялась вынужденным бездельем. Все, чем она увлекалась до этого, ради чего пошла на большие жертвы, после инцидента на горной дороге разом потеряло ценность. Что ей теперь до актерского мастерства? Чем оно может помочь после того, что с ней произошло? Да ничем.

Качая головой, она вышла из узкого холла в каминный зал и застыла, пораженная, не зная, то ли засмеяться, то ли покрутить у виска пальцем. Над бокалами с вином, которые стояли на журнальном столе, упершись руками в колени, с блаженным выражением лица замер Артур. Его ноздри возбужденно подрагивали, будто он принюхивался. Интересно, что он делает? Вика некоторое время наблюдала за ним в недоумении, затем, не выдержав, рассмеялась. Кривошапкин подскочил, как ужаленный, и нервно оглянулся. Он настолько был удивлен и смущен, что Ермолаева почувствовала себя виноватой. Но не успела она начать извиняться, как Артур, приняв невозмутимый вид, хмуро произнес:

— Что ты здесь делаешь?

— Я? — Вика хмыкнула и пожала плечами. — То же, что и ты — ищу, чем себя занять. Переодеться не могу, летать, как полоумная, не хочу. Объясни, чем ты занимаешься — может, присоединюсь.

Она широко улыбнулась и округлила глаза: вид наивной девочки всегда безотказно действовал на мужчин. Они моментально теряли бдительность и становились неосторожными. Это подействовало и на Кривошапкина. Он вмиг расслабился и даже усмехнулся в ответ. Затем, пожав плечами, ответил:

— Да я, собственно… напиваюсь.

Вика удивленно изогнула бровь, села и подперла рукой подбородок.

— Напиваешься? Но как? Разве мы это можем?..

Артур вновь усмехнулся — теперь немного грустно — и скосил глаза на фужеры.

— Шучу. Думал, если смогу ощутить аромат вина, то хоть немного опьянею. Увы, я ошибался — не чувствую ни вкуса, ни запаха. Ни-че-го. Оказывается, быть призраком не так уж и… хорошо.

— Понимаю.

Хмыкнув, Кривошапкин подошел к Ермолаевой, сел в соседнее кресло и склонил голову набок.

— Знаешь, может я тебе не говорил, но этот костюм тебе очень идет…

— Ох, неужели? — рассмеялась Вика. — Мне кажется, тебе не стоит беспокоиться, впереди у нас мно-о-ого времени — еще успеешь повторить это сколько угодно раз…

Она внезапно замолчала и перевела взгляд на картину, висевшую на стене: весы, на чашах которых — светлые и темные шары. На миг Вике стало все равно — где она, с кем и что делает — вся ее сущность потянулась к свету, желая раствориться в нем.

— Вика! Вика!

Ермолаева тряхнула головой, отгоняя видение, и обернулась. Артур недоуменно взирал на нее, ничего не понимая. Рядом с ним стоял не менее удивленный Сергей — и когда успел появиться?

— Все в порядке, друзья мои, — Вика стряхнула с себя нашедшее на нее оцепенение. — Ну что, налетался, Карлсон?

Лавров, продолжая удивленно смотреть на Вику, почесал затылок, затем перевел взгляд на картину.

— И что ты там, интересно увидела? Полчаса пытались до тебя докричаться.

— Что?! Полчаса? Неужто так долго? Странно… Я просто смотрела на весы, думала, сколько всего нам еще предстоит сделать, чтоб заслужить прощение и…

— Прощение? За что? — Артур скрестил руки на груди ухмыльнулся. — Я не считаю себя виноватым в том, что произошло с тем парнем. Причем тут я, если какому-то придурку надоело жить?

Лавров взглянул исподлобья на Кривошапкина и осторожно произнес:

— А я… в общем, я не то чтобы виноват, но так, в общих чертах… Пойми, малыш, я не…

Вика возмущенно взмахнула руками и перебила его:

— Ах не виноват, Артур? В общих чертах, Сергей? Да что с вами такое?! Если вы и дальше будете, как ослы, упорствовать в своих заблуждениях, то мы ничего не добьемся! Так и останемся здесь… на земле.

Кривошапкин, пританцовывая, подошел к Вике и тихо, чтоб ей только было слышно, проговорил:

— Ты так стремишься попасть на небо? Думаешь, там будет лучше?

— П-ф-ф… — Вика передернула плечами и, сузив глаза, отступила. — Артур, то, чего я хочу, не твое дело. И Сергея это тоже не касается. И кстати, Карлсон, не зови меня больше малышом. Не дорос еще!

— Чего? — Сергей ошарашенно взглянул на Вику, не понимая, на что она так взъелась. — Какая муха тебя укусила?

Ничего не ответив, Ермолаева резко развернулась и решительно направилась к дубовой лестнице, ведущей на второй этаж. Но не успела она коснуться даже первой ступени, как тихий, слегка скрипучий, голос заставил ее остановиться. «Не стоит», — вот что произнес этот голос. Затормозив, Вика обернулась и увидела, что из черной дыры вырвался яркий комок света. Следом за актрисой в сторону камина посмотрели ее компаньоны и тут же прикрыли глаза, чтобы не ослепнуть. Свет заполнил всю комнату, вырывая из тени кадки с миниатюрными деревьями, установленные по углам, охотничьи трофеи, развешанные на деревянных панелях стен. Это длилось пару минут, пока сгусток света не начал приобретать очертания мужской фигуры. Пришелец отряхнул невидимые пылинки с пиджака, пригладил белые волосы и приветливо улыбнулся. Вокруг его глаз тут же образовалась сетка морщинок, что сделало его улыбку особенно теплой и обаятельной. В этом облике Светлый напомнил троице американского Санта-Клауса — такой же статный, с небольшим животиком. Правда, без бороды и не в красном тулупе.

Светлый прошел к столу и, скосив глаза на бокалы, произнес:

— Рад вас видеть во здравии.

Нахмурившись, Сергей засунул руки в карманы джинсов и переспросил:

— Это что — шутка?

— Нет, что вы. Констатация факта. Ну что, готовы к следующему заданию?

Лавров пожал плечами и пробурчал:

— Даже если нет, какая разница? Нам некуда отсюда деться. Остается только работать на вас, надеясь, что вскоре вы нас отпустите.

Светлый недовольно взглянул на Сергея и потер уши, будто не веря тому, что услышал. Затем подошел к Лаврову поближе и по-отечески хлопнул его по плечу, чем немало удивил экс-милиционера. Тот даже вздрогнул от такого обращения.

— Курортную жизнь с тюрьмой сравниваете? Зря. У брата спросили бы, на что настоящая тюрьма похожа, тогда и говорили бы.

— Вы что-то о нем знаете? — тут же встрепенулся Лавров.

— Совесть гложет? Ну-ну…

Сергей еще больше нахмурился — видно было, что он едва сдерживается, чтобы не вспылить. Он и так не обладал сдержанностью Артура, а сейчас и подавно мог растерять остатки самообладания. Понимая, что сейчас может никому не нужное столкновение, Вика решила вмешаться в перепалку. Откинув со лба прядь волос, она подошла к креслам и, мягко улыбаясь, произнесла:

— Вы Светлый, да? Рада вас видеть, хотя и не сразу узнала. Что за задание на этот раз? Что-то интересное? Надеюсь, биомуляжи будут лучше прежних, а то как-то не хочется вновь оказаться в теле пятидесятилетней толстухи.

— Вот оно что, — Светлый задумчиво огладил бороду. — Вы еще условия ставите. Просто удивительно.

Ермолаева, продолжая улыбаться, осторожно повторила:

— Вы ведь точно — Светлый? Ваше поведение… оно отличается от того, что мы видели раньше.

Посланник тихо рассмеялся, хлопнул себя по животу, затем резко замолчал и поправил воротник рубашки. Его взгляд стал жестким, а в уголках губ залегли складки.

— Поверьте, я тот самый, кого вы видели в первый раз. Это мой второй облик. Весьма неординарный, не так ли? Но мы заболтались. Не возражаете, если мы перейдем к делу?

Светлый прищелкнул пальцами, и в тот же миг воздух над одним из кресел сгустился. С каждой секундой он становился все плотнее, и вскоре перед Светлым уже лежал первый биомуляж — невысокая женщина лет тридцати, среднего телосложения, с копной кучерявых рыжих волос и веснушчатым лицом. Посланник удовлетворенно хмыкнул и, цокнув языком, произнес:

— Ну как, нравится? Это Алиса Котова — акушерка, живет с мужем и матерью в трехкомнатной квартире. Это… — он полуобернулся и вновь прищелкнул пальцами. В соседних креслах моментально появились еще два биомуляжа: высокий крупный мужчина с квадратной челюстью и пожилая женщина — словно олицетворение того, как должна выглядеть «бабушка»: седая, с пучочком, в больших роговых очках.

— Это муж Алисы — Сергей Котов, бывший полицейский, сейчас подрабатывает охранником в ювелирном магазине, — Светлый махнул рукой в сторону биомуляжей. — А это мать Алисы — Инна Васильевна Горбунова, пенсионерка, бывшая учительница по математике, сейчас подрабатывает репетиторством. Не стесняйтесь, выбирайте тела, потом я объясню, что от вас требуется.

Вика хотела уже подойти к Алисе, но сделать это оказалось не так-то просто. Актриса притормозила и сложила руки на груди: прямо перед ней разыгрывалось представление, становиться участником которого было небезопасно. Артур, холодно улыбаясь, решительно двигался к биомуляжу Котова, но, видимо, Лавров тоже был не прочь провести какое-то время в теле отставного полицейского. Поэтому, когда Артур уже считал себя счастливым обладателем мужского биомуляжа, Сергей с неожиданной агрессией схватил его за плечо и одним рывком перебросил за спину. Затем, пока тот хлопал глазами, приходя в себя, Лавров рыбкой нырнул в биомуляж мужа Алисы. Тело Котова заискрилось, вздрогнуло пару раз и затихло. Спустя миг его грудь начала мерно вздыматься: «заселение» Лаврова прошло удачно.

Кривошапкин от злости слова не мог вымолвить. Он, как изваяние, застыл посреди комнаты, сверкая глазами, и, видимо, не зная, какой из оставшихся биомуляжей выбрать. Хихикнув, Вика мило улыбнулась и склонила голову набок.

— Можешь взять Алису — так уж и быть, пожертвую ее тебе. Она довольна симпатичная и — самое главное — молода… Согласен?

Артур вздрогнул и, нахмурившись еще сильнее, перевел взгляд с биомуляжа пожилой женщины на Ермолаеву. Та под его взглядом растянула губы еще шире, а затем с наигранной заинтересованностью принялась разглядывать узор на ткани кресла — витиеватый орнамент, выполненный «золотой» нитью, с зеленным вкраплением в виде листьев. Вика настолько увлеклась игрой, что едва услышала тихое покашливание Светлого, желавшего привлечь ее внимание. Актриса резко подняла голову и округлила глаза, не понимая, чего от нее хочет посланник. Артура рядом с ним не было, и, судя по тому, как беспокойно начала ворочаться Инна Васильевна Горбунова, Кривошапкин уже выбрал «носитель».

Виновато втянув голову в плечи, Ермолаева нырнула в оставшееся тело Алисы — внезапное ощущение холода дало ей понять, что «слияние» прошло успешно. Вздохнула осторожно, будто боясь, что это сон: еще не привыкла к подобному перевоплощению. Когда ей довелось проделать это в первый раз, то под наплывом эмоций она не успела толком все прочувствовать, а сейчас ощущения становились более понятными. Вика несмело провела ладонью по шерстяной кофте, грубой ткани брюк, желая по максимуму вжиться в свою новую роль, вновь вздохнула и медленно открыла глаза.

Артур, не скрывая отвращения, тоже ощупывал себя — зеленый свитер грубой вязки, длинную юбку и очки в толстой оправе. Затем посмотрел на Вику и, усмехнувшись, покачал головой.

Светлый терпеливо дожидался, когда все успокоятся, и, наконец, очнется Сергей. Но судя по тому, как размеренно дышал Лавров, а также по звучному храпу, вырывавшемуся из его рта, посланнику пришлось бы долго ждать, если бы не Кривошапкин. Тот с резвостью, не подобающей пожилой женщине, подскочил к Сергею, схватил его за плечи и так встряхнул, что тот, хрюкнув, мигом открыл осоловелые глаза. Затем хлопнул себя по колену и рассмеялся.

— Старость не радость, да, Артур? — и едва слышно выдавил сквозь смех. — Не беспокойся, я зять хороший, позабочусь о тебе.

Кривошапкин ничего не ответил, лишь стрельнул глазами в Светлого и, скрипнув зубами, вернулся в свое кресло.

Устало вздохнув, посланник окинул грешников рентгеновским взглядом и произнес:

— Ну что, готовы слушать?

Дождавшись кивка, он продолжил:

— Отлично, значит, я могу начать… — Светлый внимательно всмотрелся в каждого и прокашлялся. — Вам предстоит защитить девушку Анну Федорову. Точнее, помочь ей сохранить ребенка. Для этого…

Изумленно выдохнув, Вика воскликнула:

— Она беременна?

— Да, но что в этом странного или удивительного?

— Ничего, — Вика сконфуженно замялась и, сцепив пальцы в замок, дернула плечом. — Просто…

Усмехнувшись, Светлый склонил голову набок, ожидая продолжения и, не дождавшись, проговорил:

— Думаете, не справитесь? Ну-ну, не беспокойтесь, с вашим-то опытом в таком деле у вас должно все получиться. Ладно, продолжим… Анна сейчас находится в трудном положении. Родители поставили ее перед выбором: или она после родов отдает ребенка в приют, или может не возвращаться домой. Вам необходимо убедить ее не соглашаться на такой ультиматум. Точнее, вам, Вика, нужно уговорить Анну не отказываться от ребенка и проследить, чтоб она себе не навредила. Вам, Артур, убедить родителей девушки простить ее и принять в семью обратно. А вы, Сергей, должны найти отца ребенка.

Насупившись, Лавров почесал затылок и спросил:

— М-м-м… это… а зачем мне искать отца ее ребенка? Разве вы сами не знаете, кто он?

Светлый изогнул бровь, и взгляд его стал настолько выразительным, что мужчина, смутившись, начал нервно тереть шею и смотреть по сторонам, стараясь не пересечься с посланником взглядом. Светлый усмехнулся и произнес:

— Как понимаю, вопросов больше нет? Хорошо, теперь перейдем к деталям.

Артур ядовито усмехнулся — в образе Инны Васильевны это выглядело довольно устрашающе — и, поправляя очки, произнес:

— Давно пора. Что насчет паспортов и денег? Или вы предлагаете нам самим искать финансы, как в прошлый раз?

— Разве у вас не осталось заначек, Артур? Вот уж не верю! — строго осадил его Светлый.

Мужчина дернулся, будто его ударили током, затем прошипел:

— Ну, раз вы знаете…

Светлый в ответ лишь покачал головой и улыбнулся. Создавалось такое впечатление, будто он издевается не только над Кривошапкиным, но и над Сергеем и Викой. Ермолаева внутренне напряглась и сжала кулаки: ею овладел страх. Ей было страшно представить, что с ними случится, если они не справятся с каким-то заданием…

Светлый перевел на нее взгляд и, продолжая улыбаться, вновь прищелкнул пальцами. В этот раз туман сгустился над столом — небольшой, полупрозрачный. И когда он развеялся, на стеклянной поверхности лежало три паспорта и три билета. Наблюдая за реакцией грешников, Светлый размял пальцы, затем, развернувшись, медленно пошел к черной дыре.

Сергей резво вскочил на ноги и бросился к столу. Схватив паспорт, он быстро спросил посланника, пока тот не исчез:

— А где мы ночевать будем?

Светлый развернулся. Его фигура подернулась полупрозрачной дымкой, поэтому понять, какое у него выражение лица, было практически невозможным. И когда он заговорил, голос его был лишен интонаций. Настоящий робот.

— Место жительство по прописке, ключи найдете в почтовом ящике. Даю вам срок три недели. Именно столько осталось Анне до родов. Ах да, забыл сказать… Удачи, грешники!

Произнеся это, посланник испарился, превратившись в яркий шар света, который моментально исчез во тьме камина. Переглянувшись, Вика и Артур приблизились к Сергею. Тот протянул им паспорта. Не сговариваясь, они в один голос произнесли:

— Что ж, начали…

Загрузка...