Глава 2

– Мисс О’Нелл, где вас носит?! – маленьким хомячком пропыхтел мистер Саллин, скользнув по мне угрюмым взглядом. И тут же все его внимание занял коммуникатор и высвечивающаяся на нем информация. – Мистер Мак-Иш ждет вас уже двадцать минут! И уж поверьте моему богатому опыту, заставлять его ждать – худшее из того, что можно сделать в первый рабочий день.

– Второй, между прочим, – недовольно поправила я кадровика и язвительно добавила: – А если бы кое-кто удосужился меня предупредить о том, что весь свой первый день я посвящу ручной уборке…

– Ну все, все, – тут же деловито засуетился мистер Саллин, явно почуявший, что не на ту нарвался. – Мистер Мак-Иш вас ждет! Идите!

И я пошла. На ходу поправляя спутанные волосы, расправляя мятую юбку и невозмутимым кивком приветствуя пожилую секретаршу, проводившую меня до самой двери высокого начальства подозрительным взглядом.

– Разрешите войти?

– Да, конечно.

В кабинет я вошла бодро, уже практически заготовив гневную речь по поводу унылого состояния медблока, но стоило только найти взглядом хозяина кабинета, как слова застряли в горле, колени дрогнули, рассудок помутился, и все, что получилось, это выдавить хриплое и обескураженное:

– Ты?!

Не меньше минуты мы в ступоре глядели друг на друга. Более нелепой и двусмысленной ситуации я даже представить себе не могла. Даже в самых диких кошмарах!

Но… Может, я ошибаюсь? Может, он тут просто мимо проходил? Может…

– Господин Мак-Иш, вам чай заваривать? А вам, доктор О’Нелл? Чай, кофе или просто воды?

Эти, казалось бы, простые вопросы от заглянувшей в кабинет секретарши активировали взрывной механизм: я пришла в себя и с приглушенным писком подалась назад к спасительному выходу, подло закрывшемуся прямо перед моим носом, а пресловутый господин Мак-Иш, наоборот, вперед и глухо прорычал:

– Доктор О’Нелл?! Ты?!!

– Я! – буквально выкрикнула очевидное, когда поняла, в какую передрягу попала по собственной неосмотрительности.

Дверь-злодейка не реагировала на мои попытки ее открыть, и я, занятая насущной проблемой побега, упустила момент, когда Эдриш успел подкрасться и обличительно припечатать мне в затылок:

– Ты мне солгала!

Вздрогнула, с трудом сумев удержаться с перепуга от прыжка к потолку, и вынужденно обернулась, сообразив, что для побега уже поздно, а вот для скандала – в самый раз.

– Как и ты мне!

И первая ткнула пальцем ему в грудь.

– Если бы я только знала!

– Если б я только догадывался, – рычаще перебил меня мистер Мак-Иш, без особого труда отводя мой палец от своей груди и практически опаляя гневным взглядом. – Саллин гарантировал мне, что взял на работу специалиста! И что я вижу? Развратную особу, в первый же рабочий день нарушающую букву трудового договора!

– Ах, это я развратная особа! – Почему-то куда больше меня возмутил именно этот факт, а не упоминание договора. С ним разберусь позже! А вот с попыткой оскорбить – прямо сейчас! – Что-то не припомню, чтобы тебя это угнетало при знакомстве! Да и ночью ты ничего не имел против, даже не попытавшись намекнуть, что не гость на станции, а ее начальник! А сейчас посмотрите на него! А что до моего профессионализма, так с себя начни! Начальничек хренов! Ты вообще хоть раз посещал медблок? Видел, какой там срач?! – Я распалялась все больше и больше, уже не стесняясь ни в выражениях, ни в громкости. – Да там бактерий больше, чем в самом грязном толчке станции! Там последний раз убирались в момент постройки! А медикаменты?! Мне чем пациентов лечить? Благим словом и голограммой подорожника?!


Когда на пороге его кабинета возникла ночная гостья, воспоминания о которой до сих пор будоражили мысли и тело, сначала он не поверил своим глазам. Затем ушам. Обонянию. И снова глазам. Он был готов поверить во что угодно, даже в то, что семья всем составом прибыла за ним на станцию, но только не в это.

Но это была она.

Рыжая, растрепанная, со следами ночной страсти на шее, которые ничуть не скрывал джемпер со слишком глубоким вырезом для таких откровений, искренне напуганная и шокированная столь скорой встречей.

Запах. Ее моментально выдал запах.

Это слегка отрезвило и, как ни странно, успокоило. Но лишь на секунду. А затем он вспомнил, почему согласился на это безумие, и гнев всколыхнулся с новой силой.

– Ты мне солгала!

Маленькая девочка Шанни, всю ночь без устали мурлыкающая в его руках, взвилась разъяренной кошкой и в два счета высказала ему ответные претензии. Она уже не боялась, она была готова рвать и метать!

И это отрезвило вновь.

– Да там бактерий больше, чем в самом грязном толчке станции! Там последний раз убирались в момент постройки! А медикаменты?! Мне чем пациентов лечить? Благим словом и голограммой подорожника?!

– Что ты хочешь этим сказать? – Эдриш вновь отвел ее опасно острый (спина все-о-о помнит) ноготок от своей груди и нахмурился. – Не кричи, у меня все в порядке со слухом.

– А вот с медблоком – нет! – рявкнула Шанни напоследок и действительно успокоилась. Немного дерганым жестом оправила юбку, отбросила со лба рыжую прядь, тут же вернувшуюся обратно, и недовольно сузила зеленые глаза цвета сочной молодой листвы. Этот редкий, удивительно чистый цвет поразил его еще вчера, вот и сейчас он не мог оторвать взгляда от ее глаз. – А давайте вместе туда сходим, господин большой начальник, и вы лично убедитесь, что я не лгу!


– Сходим, – хмуро согласился со мной мистер Мак-Иш, чем слегка охладил мой воинственный пыл.

Вообще-то, я была уверена, что он придумает какую-нибудь отговорку, и я, полыхая праведным гневом, с гордо задранным подбородком покину его негостеприимный кабинет, но вышло иначе.

– Идемте, мисс О’Нелл. Или правильней говорить – миссис?

От последнего вопроса, заданного нескрываемо ехидным тоном, из груди поднялась такая жгучая волна ненависти, что лишь чудо и остатки самообладания помогли мне не нахамить в ответ. А ночью его это мало волновало! Или большой начальник вернулся в свой кабинет и вспомнил, что он начальник?! Козел он, а не медвежонок!

– Доктор О’Нелл, – отрезала я ледяным тоном и развернулась лицом к двери.

Как же она открывается, демоны ее задери?! Что вообще за допотопная система?!

– Нужно всего лишь повернуть ручку, – хмуро раздалось у меня над ухом. – Вот так.

– Каменный век, – не сдержала я ворчания и поторопилась на выход, благо на пути никто не стоял.

– Станция действительно нуждается в ремонте, а кое-где и в реконструкции, – неожиданно согласился со мной хайд, без особого труда выдерживая мой резвый темп.

Там, где я делала два шага, ему хватало одного. Отрастил ноги!

Я была зла! О, как же я была зла! На него, хладнокровно идущего рядом; на кадровика, успевшего скрыться в неизвестном направлении; на станцию, которая оказалась невероятно убога; и даже на себя, всю такую бесстыжую дуру!

– И почему вы до сих пор этим не занялись? – Язвительный вопрос против воли сорвался с губ, хотя всего секундой ранее я приняла решение вести себя гордо и молчаливо.

Но я и молчаливо – вещи несовместимые.

– Занимаюсь, – раздраженно отрезал хайд, и я поймала на себе его косой взгляд. И так язвительно, что меня аж перекосило, закончил: – Вот с вас начал, доктор О’Нелл.

Начал он! Ах, он начал! Ну, я ему…

В голове лихорадочно закрутились мысли о мщении, но их перебил хайд:

– Мистер Саллин заверил меня, что вы – высококлассный специалист, доктор О’Нелл. Это ведь так?

– Так, – процедила я сквозь зубы, чтобы не сказать лишнего.

Да, я действительно специалист. И, между прочим, действительно высококлассный! Проблема в том, что немного иного профиля, чем необходимо.

– Тогда все в ваших руках, – весомо кивнул хайд, и мы подошли к медблоку, который оказался расположен совсем неподалеку от его кабинета. На том же уровне и всего в двухстах шагах с одним поворотом налево. – Как только освоитесь на рабочем месте, потрудитесь составить заявку на все необходимое. Уверен, с вашей квалификацией это не составит проблемы. Медикаменты, оборудование, подчиненные – я удовлетворю любое ваше требование.

Я вот тут не поняла: это сейчас было такое тонкое издевательство?

Но нет, кажется, он говорил всерьез. Эдриш убрал из тона ехидство, натянул на лицо невозмутимое выражение и вел себя так, словно мы познакомились лишь пару минут назад. Это нервировало и выбивало из колеи, но затем я вспомнила, что он хайд, и все встало на свои места: в груди похолодело, колени ослабли, а последние здравые мысли сбежали в неведомые дали.

Святые сиськи праматери! У меня начальник – хайд! Ну мистер Саллин, ну удружил! Найду – зарежу ржавым скальпелем!

– Доктор О’Нелл? – Недовольный голос начальника станции, с которым я кувыркалась всю ночь, ненадолго вернул меня к жизни. – Может, вы все-таки откроете дверь?

– Конечно, – пробормотала я слегка заторможенно, экстренно восстанавливая в памяти пункты о досрочном расторжении контракта. Но, как назло, в памяти было девственно чисто.

Чип-карта нашлась в сумке раза с пятого. По панели я попала ею лишь с третьего. Но стоило нам только войти в приемную, как все внимание хайда тут же переключилось на обстановку. И слава праматери! Если бы он и дальше продолжил прожигать меня своими недовольными звериными глазами, я бы упала в обморок прямо в коридоре. И так уже начало мелко потряхивать от осознания той глубокой задницы, в которую я попала, а тут еще он… Рядом, только руку протяни.

Да ну на фиг!

– Да-а… – тем временем раздраженно протянул господин Мак-Иш, которого я больше не желала называть медвежонком даже в мыслях. – А все еще хуже, чем я думал. Доктор О’Нелл?

Хайд, успевший обойти приемную и сунуть нос в операционную, выглянул из смотровой и жестом поманил меня к себе.

Моя б воля, только пятки мои сверкали бы! Но нет… пришлось подойти и изобразить внимание, хотя больше всего в эту минуту я хотела спать. И есть. И кое-что еще.

В общем, нервы не железные.

– Слушаю вас, господин Мак-Иш.

Хайд едва уловимо поморщился, а может, мне просто показалось. Но его деловой тон нисколько не изменился.

– Вы уже проверили наличие необходимых медикаментов?

– Для начала неплохо бы заглянуть в местный перечень, – хмуро хмыкнула я. – Не удивлюсь, если и он позапрошлого века.

– А все же?

Тон начальства стал суше, хотя, казалось, куда уж больше-то?

– Со списком не сверялась. – Я тоже не постеснялась высказать свое недовольство и даже вздернула подбородок повыше. – Но в сейф с наркотическими и психотропными заглянула. Там пусто. Половина вакцин и лекарств просроченные, другая хранится не в соответствии с предписанием. В хладокамере выставлен неверный температурный режим, так что всю плазму и физрастворы можно смело выкидывать. Перевязочные средства времен первых колонизаторов, как и весь хирургический инструмент. Робот-уборщик воняет протекшим аккумулятором, а утилизатор не реагирует вообще. В смотровой и операционной необходимо провести плановое обследование и обслуживание оборудования, хотя такое старье я даже в музеях не видела. Сомневаюсь, что слой сантиметровой пыли пошел технике на пользу. Это из уже обнаруженного. Мне продолжать?

– Для начала достаточно, – помрачнел хайд, а затем почему-то нахмурился и смерил меня оценивающим взглядом. – Так…

Взгляд мне не понравился. Вот не понравился, и все тут! Так смотрит хищник, решая, убить ли ему жертву или сначала поглумиться.

Не дамся!

– Доктор О’Нелл, сколько часов назад вы спали? – вдруг поинтересовался мистер Мак-Иш, огибая меня и направляясь в сторону личных апартаментов. – Кровать-то здесь хоть имеется?

– Кровать? – немного вяловато переспросила я, провожая его растерянным взглядом. – Зачем?

Но хайд уже скрылся за очередной дверью, и пришлось поторопиться за ним следом. Пусть это и не то место, где мне хотелось бы находиться, но, увы, иных вариантов пока не было.

В спальню я вошла как раз вовремя: хайд выражался. Делал он это громко, с чувством и так умело, что я даже невольно заслушалась. Это где ж такому учат? Нет, понятно, что прошлогодняя еда и постельное белье мало сочетаются, но это он еще вчера здесь не был, когда я из принципа пыталась откопать кровать из-под куч мусора, попутно сортируя его на органику, стекло и пластик. Вот где был трэш и угар! И что примечательно, сей трэш был во всех помещениях без исключения.

– Это вы еще на кухню не заглядывали, – криво ухмыльнулась я, подспудно радуясь тому, что негодование звучит не в мой адрес. – На нее у меня вчера сил не хватило, так что можете оценить, так сказать, в первозданном виде.

Хайда натурально перекосило. Неужели чистоплюй? Ох, ну надо же!

Одно не пойму – почему тогда медблок в таком неприглядном виде?

– Спасибо, воздержусь. А вы… – Начальство снова уставилось на меня так, что по спине пробежали мурашки. – Вы идете со мной.

И, даже не думая вдаваться в подробности, двинул на выход.

Отправилась и я за ним, с трудом сдерживая сонные зевки. После всех этих потрясений, открытий и прочего вдруг так дико захотелось спать, что я была готова идти куда угодно, лишь бы все это поскорее закончилось. А затем вернусь обратно и лягу спать! Да хоть даже на полу, сейчас я и на такое способна.

В общем, плелась я за начальством, полностью погруженная в свои вялотекущие мысли, и загадывать не хотела, что меня ждет и куда мы идем. А зря.

– Проходи.

Когда передо мной распахнулась смутно знакомая дверь, а за ней оказалась более чем знакомая гостиная, мои брови мигом заблудились в волосах.

А начальство уже деловито сновало за следующей дверью и чем-то гремело.

– Где кровать – знаешь. Захочешь поесть – разогреешь. – Эдриш вышел из кухни с бутербродом, жуя его на ходу и умудряясь раздавать все новые распоряжения. – Душевая за левой дверью, полотенца в шкафу за темно-серой панелью. Как выспишься и приведешь себя в порядок, наберешь меня на коммуникаторе. Все поняла?

На меня глянули, как на особь с минимально допустимым для разумного существа айкью. Не была б такая уставшая – выцарапала бы ему наглые глазенки. А так лишь кивнула и попыталась прояснить ситуацию.

– Да, но…

– Вот и хорошо, – оборвали меня на полуслове и двинулись к двери. – А я пока поработаю.

– Но мне… тоже надо, – договаривала я уже в закрытую дверь, невольно подмечая, как загорается красным панель электронного замка.

Запер! Он меня запер!

Это было настолько возмутительно, что я не меньше минуты простояла в ступоре, буравя дверь взглядом. А затем…

Отправилась изучать его жилище.

Компромат вряд ли найду, но хотя бы выясню, где очутилась и что делать дальше.

Вообще происходящее напоминало малобюджетную мелодраму с примесью хоррора, но я запретила себе сожалеть и отчаиваться. Ну, подумаешь… С кем не бывает? Ну, переспала с начальником. Ну, умудрилась устроиться на работу в такую дыру, о которой многие даже не слышали. Ну, не соответствует рабочее место даже минимальным санитарным нормам.

Подумаешь!

Зато Луи даже в голову не придет искать меня здесь! Чем не выгода?

Главное, держаться подальше от начальства, и все будет хорошо.

Интересно, получится?

Эти и многие другие мысли роились в моей голове, пока я исследовала апартаменты Эдриша. Но то ли он привел меня не к себе, то ли сам здесь практически не жил, я не нашла ничего интересного: несколько свежих деловых костюмов и рубашек, два черных кителя с незнакомыми мне знаками отличия, средства гигиены, полотенца, о которых он говорил, и немного еды в холодильнике.

Все!

Ни документов, ни фотографий, ни безделушек, из которых можно было бы узнать о хайде чуть больше, чем имя.

Ничего не понимаю! Но ведь апартаменты пахнут им! Везде! То есть он тут точно появляется как минимум раз в сутки и периодически ночует.

Странно все это…

А трусики я так и не нашла, как испарились.

В отместку я хорошенько подчистила холодильник начальника, воспользовалась душевой, вымывшись до скрипа и стараясь не думать о расходе воды, и только после этого рухнула в так и не заправленную после ночи постель.

Но какой бы уставшей я ни была, сон не шел. Чужая территория, вся пропахшая зверем, беспокойные мысли о предстоящем, собственная сомнительная авантюра – все это не давало расслабиться и просто уснуть.

Прошел час, другой.

Я снова наведалась на кухню и приговорила к уничтожению последние запасы готовой еды, запила все это великолепие почти литром кофе, щедро разбавив его дорогим коньяком, найденным в верхнем шкафчике. Не меньше часа провела в крохотной ванне, которую хайд с его габаритами вряд ли вообще использовал, и только после этого снова вернулась в спальню.

На сей раз усталость все-таки взяла свое, и я забылась тревожным сном, периодически просыпаясь и сонно осматриваясь. Но начальство возвращаться не торопилось.


Утро, начавшееся с потрясения, продолжилось массовыми показательными казнями. Комиссар Мак-Иш пропесочил всех! Начиная с фельдшеров, которым высказал за безответственное отношение к рабочему месту, и заканчивая техниками по обслуживанию медицинского оборудования, обнаруженными пьянствующими прямо на рабочем месте. И вместе с тем услышал, что кроме него практически все знают о реальном состоянии дел в медблоке и лечатся преимущественно на дому (как правило, алкоголем) или у медиков чартерных рейсов. После этого хайд окончательно озверел и затребовал к себе начальников всех секторов, перед которыми поставил задачу уже к вечеру не только привести в порядок медблок, но и отчитаться за состояние подведомственных территорий и сотрудников. Хозблок, пищеблок, инженерный центр, снабженцы, ремонтная бригада, склады, перерабатывающий комплекс, служба безопасности – комиссар прошелся по начальствующему составу всех без исключения подразделений, не жалея крепких слов для объяснения сложившейся ситуации.

И о чудо!

Чем меньше сдерживал себя Мак-Иш, тем уважительнее посматривали на него сотрудники станции, лишь сейчас начиная признавать за ним право руководства. И что сразу так доходчиво не объяснить? Все бы всё поняли! Нет, надо было ему в бумажках копаться, циферки проверять…

Стукнул по столу кулаком, и сразу ясно, кто на станции хозяин!

– К пяти чтобы отчеты о состоянии помещений и оборудования лежали у меня на столе. Если к отчетам будут прилагаться предложения по улучшению и усовершенствованию, против не буду. Если же хоть один отчет не будет отражать реальное положение дел – всех лишу премий до конца года, – хмуро закончил внеплановое совещание комиссар и небрежным жестом распустил большинство присутствующих. – Мистер Саллин, мистер Бигс, задержитесь.

Один за другим озадаченные непривычным делом подчиненные покинули кабинет, и под хмурым взглядом хайда остались лишь двое. Кадровик и безопасник. И если первый, как обычно, вел себя суетливо, нервно одергивая одежду и теребя кончик уха, то второй вальяжно раскинулся в кресле и невозмутимо ожидал распоряжений начальства. Знал уже господин Бигс о некой рыжеволосой особе, буквально вчера зачисленной в штат. И не просто знал, а уже навел кое-какие справки, результаты которых терпеливо дожидались своего часа на его коммуникаторе.

Ох и не завидует он Саллину…

– Итак, я слушаю вас, мистер Саллин, – мрачно изрек Мак-Иш, только сейчас добравшийся до изучения трудового договора Шанни, который эта полоумная умудрилась подписать еще вчера.

Кто вообще это составлял? Какой извращенец-крючкотвор?!

Загрузка...