Академия Шепота. Книга 2

Глава 8: История не любви

Проснувшись, первые несколько минут я продолжала лежать с закрытыми глазами, пытаясь осознать приход нового дня. Голова не болела, чувствовала я себя нормально, но при всем при этом было внутри меня какое-то странное ощущение – настороженность.

Распахнув веки, я поняла, в чем дело. Вчерашние воспоминания навалились тяжестью, придавили прочно к матрасу, обрушились осознанием неминуемости.

Так стыдно мне не было еще никогда. Если бы было можно, я бы обязательно повернула время вспять. Но, увы, даже лучшие маги не владели таким заклинанием, потому что его попросту не существовало.

Закрыв лицо ладонями, я испытала дикое, почти непреодолимое желание спрятаться под одеяло, но проблема была в том, что это было чужое одеяло, чужая кровать и даже спальня чужая!

Я ночевала в чужом доме. Как я до такого докатилась?

Лишь немного успокаивало то, что в спальне я находилась одна.

Попытавшись сесть, я не смогла сдержать крик. Резкая боль пронзила настолько внезапно, что на мгновение у меня даже в глазах потемнело. Согнувшись, приложив руки к животу, я поджала под себя ноги и испугалась еще больше, увидев на белых простынях красное пятно.

Дрожащими пальцами я прикоснулась к нему и поняла, что это кровь. Моя кровь.

Как я умудрилась получить рану? Где?

Дверь в спальню открылась с грохотом, но я не смогла вымолвить ни слова. Лишь показала дракону окрашенные кровью кончики пальцев.

Боль пронзила низ живота с новой силой, и я резко окунулась в темноту. И снова это была чужая воля.

В себя пришла от резкого запаха, что ударил в нос. Распахнув веки, закашлялась, но испугаться не успела.

– Тихо-тихо, – обнял меня дракон, крепко прижимая к себе. – Я здесь. Как ты себя чувствуешь?

– Я... Я не знаю.

Отстранившись от мужчины, я попыталась прислушаться к себе. Хоть и сидела сейчас все на той же кровати, но боли больше не испытывала. Осталось только какое-то тянущее ощущение, но ничего более. Спешно собрав юбку платья, кровавого пятнышка на постельном белье я не нашла.

Ну не приснилось же мне! Комната была все та же.

– Что? Что это было? – заглянула я дракону в глаза.

– Мелисса, я не уверен, что я тот человек, который должен обсуждать с тобой эту тему, – осторожно подбирал мужчина слова, а я только сейчас заметила, что он сидит рядом со мной фактически обнаженным.

Домашние штаны – все, что вообще было на нем, но мне было не до смущений.

– Я ранена, да? – похолодела я, едва пришло осознание случившегося.

– Что? Нет, конечно, Мелисса. Никаких ран у тебя нет. Ты совсем не понимаешь, что происходит?

– Нет, – была вынуждена я признаться. – А что это? Какая-то болезнь?

– Можно я на минутку выйду?

Я кивнула, но поведение мужчины мне показалось странным. Когда он скрылся за дверью, я быстро поднялась на ноги и осмотрела сначала постель, а потом и свое платье. Кровь совершенно точно исчезла, будто ее и не было. И боль исчезла, оставляя после себя неприятные ощущения.

За дверью кто-то тихонечко взвыл.

– Мейстер Карстар, с вами все в порядке? – обеспокоенно выкрикнула я.

Мало ли, если это болезнь, то вдруг она заразна?

Дверь открылась, впуская мужчину обратно. Один взмах руки – и кровать оказалась заправлена.

– Мелисса, присядь, пожалуйста, – похлопал он по одеялу рядом с собой.

– Все очень плохо, да? – села я, готовясь к худшему.

– Скажи мне, не было ли у тебя необычных эмоциональных всплесков в ближайшие дни? Может быть, тебе резко хотелось плакать? Или ты злилась по пустякам?

– Это первые симптомы, да?

– Можно сказать и так. Было такое?

– Было, – снова была вынуждена я признать.

Вдаваться в подробности не хотелось совершенно. Это сейчас я понимала, что вчера фактически разозлилась на пустом месте и повела себя очень некрасиво. Воспитанные нелюди и люди себя так не ведут. Все можно было решить тихо и без конфликта.

Да лучше бы я сама ушла! Просто вышла из комнаты и отправилась в общую гостиную.

Я действительно повела себя вчера как... Нехорошо повела.

– Понимаешь, в жизни каждой девочки наступает такое время, когда она взрослеет физиологически и становится девушкой. Организм перестраивается для того, чтобы в конечном итоге дать потомство. Каждый месяц приходят такие дни.

– Замолчите, – прошептала я, пряча лицо в ладонях.

Если я думала, что мне было стыдно в тот момент, когда я проснулась, то нет. По-настоящему стыдно мне было сейчас.

Потому что я наконец-то поняла, что произошло на самом деле.

Да, в жизни каждой девочки наступает такой момент – в этом дракон был прав, но обычно, как рассказывала мама, такой момент наступает гораздо, гораздо раньше, а не тогда, когда до восемнадцатого дня рождения остается лишь несколько месяцев.

Мы ждали прихода этих дней, когда мне было тринадцать, четырнадцать, пятнадцать, но они все не приходили. Мама говорила, что мне не о чем волноваться. Я не обычная ведьма, а наполовину маг, наполовину ведьма, а потому и перестроение у меня могло начаться гораздо позже положенного срока.

Просто...

Я забыла о том, что эти дни вообще когда-то должны наступить. Просто привыкла, что у меня их нет. Проблемы, с которой девушки сталкивались ежемесячно, никогда не касались меня.

– Простите, – выдавила я из себя, не имея ни сил, ни желания смотреть на дракона. – Еще раз простите, я лучше пойду.

– А как же завтрак, Мелисса? И я хотел поговорить с тобой.

– Но мне надо. Понимаете, мне надо заклинание и... – объяснять такие вещи взрослому мужчине было, по меньшей мере, стыдно.

А ведь он собирался объяснять их мне! Представляю, как ему было неловко.

– Я прочел обезболивающее заклинание, Мелисса, если ты о нем. И второе, поддерживающее чистоту, тоже. Ты об этом беспокоишься?

Однако на этом мои злоключения не заканчивались.

Правильно вчера Копер крутил у виска: я действительно сошла с ума. Не хотела. Нет, не хотела вчера идти в дом к мейстеру Карстару и была права в тот момент на все сто процентов.

Меня обвели вокруг пальца, заманили в ловко расставленную ловушку, но где была моя голова в этот момент?

Ральвиан.

Я даже в мыслях не могла называть мейстера Карстара по имени. Я так зажглась, когда ему понадобилась моя помощь. Так переживала, когда ничего не получилось с Эбигайл Фарсуа. Так надеялась, что теперь-то с таким помощником мы отыщем того, кто похищает студентов, но...

Мужчина мне нравился, что уж скрывать от самой себя? Он был мне симпатичен. Симпатичен не внешне и не внутренне, а как образ, что так удачно сложился в моей голове.

Мне нравилось то, что я испытывала, находясь рядом с ним. Меня словно бы накрывало от артефакта энергии, который напитывал мои потоки под завязку.

Мне нравилось испытывать дрожь от каждого прикосновения, что были гораздо интимнее, нежели я могла бы себе позволить.

Было страшно, волнующе, но мне нравилось целоваться. И нравилось то, как мужчина смотрел на меня. В его глазах, в том безумном коктейле, я нередко видела опасность, чуяла ее ведьмовским нутром, но, демон меня задери, это было приятно. Было приятно видеть восхищение, ведь мной в моей жизни еще никто не восхищался.

Влечение? Или, может, увлечение?

Я запуталась. Запуталась во всем происходящем, в себе, в тех, кто меня окружал. Мне срочно нужен был кто-то, кто мог бы помочь мне во всем разобраться, но с кем я могла поговорить обо всем?

На ум приходила только мама, но в последние недели я не связывалась с ней, не желая неправильным словом и резким высказыванием выдать свои проблемы. Поймет ли она меня?

Нет.

Если она только узнает, что сразу два существа узнали о моей тайне, тотчас же прикажет все бросать и возвращаться к ней. А я не могла. Не хотела возвращаться к бегам, когда до моего совершеннолетия осталось всего ничего.

Нет, этот бой будет выигран.

Дистанция. Мне нужна была дистанция от мейстера Карстара. Не могла объяснить своих чувств даже себе самой, но для меня он был чем-то сродни красивому бальному платью в витрине дорогой лавки. Оно нравилось мне, даже очень, но при этом я всегда знала, что никогда его не куплю. Оно нравилось мне на расстоянии, и совсем не факт, что оно бы мне подошло.

Права была Айрата. Пора проводить границы.

Не знала, сколько времени прошло, пока я раз за разом умывалась, но мейстер Карстар меня не торопил. Оторвавшись от зеркала, я едва не выругалась вслух. Все стены уборной, все вокруг подверглось воздействию моей магии. Чарам ведьмы и мага.

Каждый сантиметр, каждая плитка была оплетена толстыми лианами с широкими листами, что все продолжали виться, нарастая слой за слоем.

Неужели теперь так будет всегда? Учеба и без того давалась мне нелегко, а теперь как?

Если моя магия выйдет из-под контроля на занятиях, меня могут и от учебы отстранить. Что делать?

Сделав глубокий вдох, я закрыла глаза и выдохнула. Слова складывались сами собой. Мне оставалось только надеяться.

– Я ведьма и маг – не так проста.

Пусть все вернется на свои места.

Открывать глаза было страшно, но я сделала это и с облегчением выдохнула, когда увидела, что все получилось. Уже сейчас была уверена: это заклинание станет моим самым любимым на ближайшие дни, недели. Месяцы?

Когда я вошла на кухню, мужчина уже ждал меня там. Он был облачен в парадную мантию директора и выглядел строгим и собранным. Впрочем, как и всегда.

Остановившись рядом со стулом, сесть я так и не решилась.

– Присаживайся, – улыбнулся он одним уголком губ, указывая на маленький сервированный столик.

Взглянув на предложенные блюда, я поняла, что аппетита у меня нет совершенно.

– Простите, но завтракать я не буду. Мне совсем не хочется есть.

– Мелисса, завтрак – важная часть дня, – объяснил он мне словно маленькой, а я в этот самый миг осознала, что рядом с ним и чувствую себя маленькой. Маленькой девочкой, которая отчаянно нуждается в защите от отца. Зависит от кого-то другого.

Это чувство мне совершенно не понравилось. Нет, наверное, это даже неплохо, когда ты точно знаешь, что тебя защитят, решат все твои проблемы. Так жить было бы гораздо легче, но это был не мой путь.

Если бы я хотела найти защитника, то осталась бы с мамой.

Гулко выдохнув, я сумела собраться:

– Я действительно не хочу.

– Тогда тебе все равно стоит присесть. Я хочу поговорить с тобой о похищениях.

Села я в то же мгновение. Смотреть дракону прямо в глаза было невыносимо трудно после всего того, что произошло вчера и сегодня, но этот день вообще был трудным и к вечеру должен был стать еще труднее.

– Я хочу попросить тебя больше не заниматься этим делом. Теперь я официально могу взять все под свой контроль и в том, чтобы ты отвлекалась от учебы, больше нет нужды.

– Я не отвлекалась! – опешила я, совсем не ожидая подобных слов.

– Хорошо, выражусь по-другому. Это очень опасное дело, Мелисса. Я думаю, что ты была права, когда назвала пропавших студентов сосудами с магией. Эти студенты действительно не были связаны между собой ничем, кроме того, что имели высокий уровень личного дара. Каждый был силен в своей области, а ты в этом случае лакомый кусочек с надписью «Возьмите».

– У меня посредственный дар, минимальный уровень, – напомнила я.

– Как у мага? Да. А как ведьма ты почти безграничный сосуд с энергией. Тебе нельзя участвовать в этом деле. Я тебе это запрещаю, но обещаю делиться новыми фактами, которые удастся выяснить. И еще одно. Калест инд Дармист.

– А с ним что не так? – сдержать возмущение едва удалось.

Разве может дракон мне что-то запретить? На каком основании?

– Держись от него подальше, Мелисса. Он совсем не тот, за кого себя выдает.

– В каком это смысле, мейстер Карстар?

– Большего сказать не могу. И, терхил, я просил называть меня по имени, когда мы наедине. Мне было бы очень приятно.

– Мейстер Карстар, спасибо вам. За все, – поднялась я из-за стола, тщательно делая вид, что совсем не вижу, как глаза дракона вспыхнули огнем, а его губы сжались в тонкую линию. – Вы действительно сделали для меня очень многое, но ваше имя... Я боюсь, что для каждого из нас эта неформальность будет иметь разный смысл.

– Терхил, не закрывайся от меня, – предупреждающе покачал он головой.

– Мейстер Карстар, я не понимаю, что со мной происходит, и прошу вас, пожалуйста, не усложняйте все еще больше. Я с этим прекрасно справляюсь сама.

Из дома дракона мы вынужденно вышли вместе. В отличие от меня, вся академия уже была предупреждена об общем сборе в главном зале учебного корпуса.

Туда мы и направлялись.

Ощущала неловкость – неприятную, сковывающую, – а потому молчала всю дорогу.

Видела взгляды. Они были прикованы к нам, вынуждали закрываться еще больше, но в какой-то момент я осознала, что прятаться не хочу.

Почему мне должно быть стыдно за то, что я иду рядом с директором?

Расправив плечи, я подняла голову. На ступеньках, ведущих к парадному входу, в окружении подруг стояла Айрата. Не могла распознать, что означал ее взгляд, но девушка явно была встревожена.

Решив узнать, что случилось, я остановилась на ступеньках, но никак не ожидала, что мейстер остановится вместе со мной.

– Пообедаем сегодня вместе? – предложил он внезапно.

– Мейстер... – посмотрела я мужчине в глаза.

Легкая улыбка касалась его губ. В желтых глазах сверкало пламя, что очаровывало, обжигало, завораживало своим теплом.

– Встретимся у ворот? – начал дракон склоняться надо мной, приближаясь для поцелуя. Я уже ощущала тепло чужого дыхания на своих губах.

– У меня другие планы, – выдохнула я, пересиливая себя, оцепенение и то очарование, что накрыло с головой.

Сжав губы в тонкую линию, мужчина посмотрел на меня недобрым взглядом. Скулы заострились, обрисовались, будто дракон сжал зубы. Порывисто кивнув, мейстер Карстар скрылся в учебном корпусе, на прощанье махнув краями своей мантии.

Что это, котел мне на голову, только что было?

Рвано выдохнув, я осмотрела площадь перед учебным корпусом. Чужие взгляды скользили по мне, но разгадывать их у меня не было никакого желания. Я даже к Айрате в итоге подходить передумала, скрывшись среди тех, кто входил в здание.

Впрочем, буравящий взгляд Калеста я чувствовала даже спиной.

Представление нового директора прошло скромно, тихо и вообще особым весельем не отличалось. Мы простояли в зале около часа, пока мейстер Карстар объяснял нам новые правила существования в Академии Шепота.

Не зря говорят, что новая метла метет по-своему.

Правила ужесточились в одночасье. Теперь ночевать мы могли только на территории академии, и надолго покидать учебное заведение позволялось лишь на каникулах. За пропуск занятий полагались предупреждения. Три предупреждения – занесение в личное дело учащегося, четвертое – вылет из академии.

Находиться парням и девушкам в общежитиях вместе можно было только в общих гостиных – ни о каких комнатных посиделках речи больше не шло. Применять чары выше пятого уровня без наблюдения преподавателя, если это не бытовые заклинания, тоже было нельзя.

Впрочем, все это и так было в уставе академии. Просто раньше на все нарушения закрывали глаза. Теперь в равной степени спрашивали и с преподавателей, и со студентов, и с другого персонала.

– Что касается моих занятий и подготовки к «Последнему отбору» – я буду продолжать вести занятия без изменений в расписании. Проведите выходные с пользой для учебы – экзамены не за горами.

– Мейстер Карстар, а как же праздник? – спросила второкурсница из первого ряда.

– А что праздник, студентка? В празднике, как и в экзаменах, изменений нет.

Я выловила каждого. Труднее всего было разговаривать с Бальши, Калестом, Багирой и Джэйлибом. Остановив их на выходе из учебного корпуса, я кое-как набралась смелости. Рушить гораздо легче, чем создавать.

– Вы можете зайти сегодня часам к четырем в женское общежитие? Поговорить надо.

– Поговорили уже, – огрызнулась Багира, но Джэйлиб тронул ее за руку, одергивая.

– Пожалуйста, – выдавила я из себя, глядя исключительно на хмурого Калеста.

Точно знала, что будет так, как скажет именно он.

Бросив на меня абсолютно безэмоциональный взгляд, парень обошел меня по дуге и отправился дальше. Бальши и Багира последовали за ним. Только Джэйлиб задержался чуть дольше.

– Я поговорю с ними, – по-доброму улыбнулся он, пытаясь меня приободрить.

– Джэй, а ты знаешь что-нибудь о драконах? – внезапно для себя самой спросила я.

– Тебя интересует что-то конкретное?

– Они умеют... – попробовала я объяснить свои мысли. – Могут... манипулировать чужими чувствами?

– Манипулировать? – переспросил меня парень и вдруг схватил за руку, вытаскивая на улицу.

Взгляд его при этом задержался за моей спиной. Обернувшись, я увидела пристально смотрящего на нас директора и вспомнила о том, что когда нужно, слух у него идеальный.

Джэйлиб заговорил лишь тогда, когда мы скрылись за поворотом:

– Нет, Лисс, они не умеют манипулировать чувствами. Они просто умеют манипулировать – сказывается опыт, ведь живут они сотни, а то и тысячи лет. А еще они имеют почти непреодолимый животный магнетизм, который исходит от них постоянно. Только знаешь что? В большинстве случаев драконы ничего не могут с этим сделать – в них эти чары заложены природой.

– В большинстве? – зацепилась я за оговорку.

– Они хищники, Лисс. Если у дракона нет объекта для охоты, эти так называемые волны рассредоточиваются на всех особей противоположного пола в округе. А если объект для охоты выбран, все чары направлены на него. И поверь, противостоять этому влечению невозможно. Поэтому драконы и не живут в нашем королевстве. Им здесь проворачивать такое строго-настрого запрещено. Ты ведь из-за Карстара спрашиваешь?

– Нет, – мотнула я головой, стараясь ничем не выдать себя. – Просто о драконах вообще ничего не известно.

– Потому что они тщательно скрывают свои секреты. Еще тщательнее, чем даже ведьмы.

– А ты откуда знаешь про все это?

– Нам положено, Лисс. По должности положено. Я не знаю, что у вас происходит с Карстаром, но тебе лучше держаться от него подальше. Он не то существо, знакомство с которым приводит к чему-то приятному.

В женском общежитии я оказалась первее Айраты. Наскоро собрав свой саквояж, я взяла Копера и отправилась на улицу. Подруга – единственная, к кому я не подходила лично, попросив Айзека передать мою просьбу.

Мне было не до вопросов. Для начала мне самой нужно было разобраться в себе и во всем том, что происходило вокруг меня. Догадка насчет мейстера Карстара возникла словно из ниоткуда, но на самом деле я лишь произнесла то, что все эти дни пыталась сформировать в своей голове.

Меня раздирало на две части. В одной были мои – настоящие эмоции, а в другой – те, которые заставлял меня испытывать мейстер Карстар. Чувства, усилившиеся многократно.

Я однозначно менялась рядом с ним в последнее время. Я не была собой и хорошо это понимала, но не осознавала причин, а теперь...

Как он мог со мной так поступить? После того, как сам был подвержен привороту, как он мог со мной так поступить? Зачем я ему? Хочется держать под боком ручную ведьму?

Я себя знала. Могла напридумывать таких ужасов, что желание сбежать появится вновь, а потому решила отложить эту затею. Лучше просто поговорить – прямо, не увиливая, задать вопросы, но обязательно в чьем-нибудь присутствии.

Снова быть чужой марионеткой мне не хотелось. А ведь у меня есть защита. Насколько силен дракон, что ведьмовская защита ему нипочем?

Сделав глубокий вдох, я вышла за ворота академии и тут же скрылась в проулке, активируя артефакт. Расставаться с ним мне не хотелось совершенно, но, если не будет другого выхода, я отдам его обратно.

Не только дракон знал мой секрет. Мне тоже в случае чего было чем ответить, ведь он поведал мне об истории с владыкой темных эльфов.

До таверны я добралась довольно быстро. Запыхалась, спарилась в меховом плаще, но Копера в кармане придерживала. Ему холод вообще противопоказан – особенности существования, а потому, чтобы не заморозить фамильяра, приходилось торопиться.

Сняв комнату на последнюю заначку, я, не откладывая в долгий ящик, установила внутреннюю защиту и принялась колдовать. Настойки, порошки, зелья, мази, притирки – я действовала споро, зная рецепты назубок.

К сложным зельям, а значит, и дорогостоящим приступила лишь под конец.

Эти зелья требовали особой концентрации и умений, а потому торопиться было категорически нельзя. На три вида зелья ушло гораздо больше времени, чем на все остальное.

Собрав остатки собственных сил, последними варила специальные успокоительные капли. Варила я их в первый раз, поэтому приходилось то и дело сверяться с гримуаром и советоваться с Копером. Закончив варку, разлила ярко-желтую эссенцию по трем бутылькам.

Торопилась. Уже пропустила не только завтрак, но и обед. Желудок призывно урчал, выдавая такие рулады, что Копер в моем кармане еще и вздрагивал время от времени ко всему прочему. До встречи с обеими группами оставался всего час, но сделать еще нужно было слишком многое.

Для начала – продать все то, что изготовила.

Неприятные воспоминания нахлынули новой волной, едва я вошла внутрь магической лавки. Старалась не думать о предсказании, которое озвучила провидица, и у меня это даже получалось, но теперь оно снова вспомнилось.

И, как оказалось, не зря.

– Смерть твоя за тобой по пятам ходила да нашла. Кровь – я чую ее и сейчас. И он учует и найдет. Найдет тебя и заберет и свое, и чужое, – вцепившись в мою руку острыми ногтями, хрипела женщина. Ее колотило, и вместе с ней колотило и меня. – Одно рукопожатие осталось. Сама за смертью гонишься, сама ищешь, другие погибнут, и сама умрешь.

– А как этого избежать?

Женщина не ответила. Придя в себя, она отсчитала мне монеты. На этот раз получилось гораздо больше даже с учетом того, что я брала новые ингредиенты. Выбравшись из душной темной лавки, я вдохнула морозный воздух.

Кто ищет, тот всегда найдет – эта поговорка была в ходу у чистокровных людей. Мама же всегда говорила, что просто нужно лучше прятаться.

Забежав в другие лавки, я купила несколько бутылок отвара и целую корзину провизии. Кое-как добралась до общежития, потому что тяжело мне было очень даже, но у парадного входа меня встретил Джэйлиб, который и помог занести все наверх – в одну из общих гостиных.

– Не придут, да? – уныло спросила я.

– Уже пришли, – улыбнулся он. – Все в сборе. Я просто тебя через окно увидел. Так что? У нас застолье?

– Можно сказать и так.

Я бы хотела, чтобы все происходило совсем по-другому. В моих мыслях мы должны были сидеть в нашей комнате, где не было бы лишних свидетелей, но с новыми правилами все, что нам оставалось, – это собраться в общей гостиной, где то и дело сновали любопытные студентки.

Что примечательно – свободное место на диванах для меня оставили. Я могла сесть и рядом с Айзеком и Айратой, и рядом с Калестом и Джэйлибом, но предпочла стоять.

Потому что не желала делать выбор, что даже для меня самой был не очевиден, не желала выбирать сорону. И потому что говорить, удерживая дистанцию, казалось легче.

– Я попросила вас всех собраться здесь, потому что хотела извиниться.

– Оу, Гномка извиняется? Кто для этого должен был сдохнуть? – едко усмехнулась Багира и тут же получила тычок от Джэя.

Сжав зубы, я на мгновение прикрыла веки, усмиряя вспыхнувшую злость. Нельзя поддаваться эмоциям – это может плохо кончиться. Натянуто улыбнувшись, я продолжила:

– Мне стыдно за вчерашнее. Мое поведение было недостойным. Простите меня... пожалуйста.

– Это все? – холодно спросил Калест.

Вся его поза была подчеркнуто расслабленной. На ненавистном лице засело выражение смертельной скуки. Я ненавидела вот такого Калеста, но была вынуждена стерпеть показную отстраненность.

Меня бы устроило безразличие в его глазах. Меня бы устроило, но даже на расстоянии я чувствовала, что безразличием там не пахнет.

Демоняка злился. Увы, но с начала учебного года я изучила его слишком хорошо.

– Нет, не все, но об остальном я бы хотела поговорить с тобой наедине. Я, кстати, пирожные купила. Угощайтесь. Нам ведь предстоит придумать стратегию боя.

За разбор корзины взялся Джэйлиб. Он вообще на удивление хорошо ладил и со своими, и с группой Айзека. Парень был той самой золотой серединой, которая соединяла противоречия. Даже вчера он пытался сгладить ситуацию, и, если бы не отсутствие мозгов с моей стороны, у него бы наверняка это получилось.

Я дождалась, пока Калест нарочито медленно поднимется. Отходить далеко или прятаться не имело смысла. В общем коридоре мы были у всех словно на ладони.

– Я жду, – поторопил меня третьекурсник, непримиримо сложив руки на груди.

– Я не могу настаивать, не имею права требовать, но я хотела бы попросить тебя, Калест, извиниться перед Айзеком. Я виновата в том, что произошло вчера, а Айзек пострадал незаслуженно.

Молчание было долгим. Глядя парню прямо в глаза, я ждала ответа. Однако чем дольше я ждала, тем больше становилось желание просто отойти от Демоняки и забыть о своих словах. В его взгляде не было презрения, но было что-то другое, что никак не получалось распознать.

Он меня напрягал. Злился – это точно, но неужели его настолько задело вчерашнее?

Между нами проскальзывали слова гораздо жестче, да и поступки в отношении друг друга всегда были однозначными.

– Ты вообще понимаешь, как это звучит? – произнес он, явно потеряв терпение. – Своими словами ты только что унизила своего дружка гораздо больше, чем я, фактически признав его не мужчиной, а слабым и жалким и...

– Прекрати! – вспыхнула я, все-таки отвернувшись.

И нет, я бежала не от Калеста, а от той бури, что поднималась внутри меня. Мне только прилюдно лишиться контроля сейчас не хватало.

За руку меня не только схватили, но и дернули, причиняя короткую боль. Утащив сопротивляющуюся меня дальше по коридору, парень толкнул дверь нашей с Айратой комнаты, втаскивая меня внутрь.

Выбравшись из моего кармана, Копер быстро спустился вниз и вскарабкался на потолок, пригрозив Калесту лапкой.

Мой герой!

В захлопнувшуюся с грохотом дверь меня вжали со всем усердием.

– Я спрошу один раз, Мелисса. Я спрошу и хочу получить честный ответ. Почему ты ночевала в доме Карстара?

– Это не твое дело! – припечатала я.

– Ответ, Мелисса, – прошипел он сквозь зубы, опасно нависая надо мной. – Во что ты ввязалась, глупая девчонка?

Я сломалась. Честно пыталась удержать лицо, но плечи поникли, будто от тяжелого груза. Зажмурив веки, я молча боролась с собой, боролась со слезами, что грозились выскользнуть в любой момент. Зубы уже сводило, так сильно я их сжимала, но не помогало.

Не помогало ни на миг.

– Мелисса... – тихо позвал меня Калест, и это стало спусковым крючком.

Порывисто отвернувшись лицом к двери, я прижалась лбом к холодному дереву. Первый всхлип успешно подавила. Глотала слезы, глотала всхлипы, сжимая пальцы в кулаки.

Ногти до боли впивались в нежную кожу ладоней.

Я вздрогнула, когда меня сначала несмело, а потом уже более уверенно обняли со спины. Чужие пальцы сжали плечи, с силой скользнули по рукам, оплели талию.

Я не хотела реветь. Не планировала ударяться в истерику и даже не понимала ее причин. Просто тяжело. Тяжело настолько, что ощущение обреченности впилось под кожу острыми иглами.

Причины? Их было сотни, но в то же время ни одной.

Ни одной причины для того, чтобы порывисто обернуться и прижаться к Калесту, заливая слезами его рубашку.

– Мелисса. Лисс. Он тебя обидел?

Я честно пыталась спросить: «Кто?» – но стоило мне только попробовать что-нибудь произнести, как всхлипы усиливались, складываясь в нечто невнятное.

Громко выругавшись, Калест схватил меня на руки и уселся на мою же кровать. Он больше ничего не спрашивал, не говорил. Только слегка раскачивался, поглаживая меня по спине, словно маленькую, позволяя выплакаться и успокоиться.

А мне становилось легче. Хотя...

Нет, я по-прежнему ощущала тяжесть. По-прежнему чувствовала яд обреченности, отчаяния, но он словно тек не здесь, а остался где-то там – за спиной.

Когда на мое плечо опасливо взобрался Копер, я уже не плакала, а просто всхлипывала по инерции. Заглянув в занавес из моих волос, ящерка чмокнула меня в нос, выражая тем самым поддержку, заставляя несмело улыбнуться.

Только вставать не хотелось. Если я встану, мне придется смотреть Демоняке в глаза, а там и вопросы появятся. Вопросы, на которые я сама не имела ответа.

– Успокоилась? – глухо прозвучало куда-то мне в макушку.

Кивнув, я лишь сильнее вцепилась в чужую рубашку. Не хочу думать, как это выглядит со стороны. Просто не хочу.

– Говорят, что драконов невозможно сжечь. Порождение огня не может погибнуть от собственной стихии, но знаешь, Лисс, я всегда мечтал проверить эту теорию. Вдруг им просто маги огня попадались слабые?

Я вскинула голову тут же, в ужасе глядя на Калеста.

– Не надо ничего проверять, – произнесла почему-то шепотом.

– И вот скажи мне, ты за него боишься или за меня?

– Не задавай мне вопросов, на которые я...

– Что? Не можешь ответить, не хочешь ответить или не знаешь ответа? Ну же, Лисс, это простой вопрос. Такой же простой, как и тот, на который ты не ответила ранее. Почему ты ночевала в доме Карстара? Что? Тоже сложно? Давай задам другой вопрос. Как ты относишься ко мне, Лисс? И на это не ответишь? Тогда, может, ты сможешь мне объяснить, почему плакала?

Я спряталась. Опустив голову, просто взяла и малодушно спряталась на чужой груди. Сладко-свежий аромат мяты, исходящий от третьекурсника, ударил в нос, на мгновение заставляя закрыть глаза. Под моей ладонью гулко билось чужое сердце. Отдернуть бы руку, но почему-то не хотелось.

Было в этом уверенном стуке что-то притягательное. Наверное, я даже завидовала его уверенности в себе.

Говорят, в южных странах живут такие птицы, которые вечно прячут голову в песок при малейшей угрозе, но правда в том, что угрозы я сейчас не чувствовала. Ощущала другое, низкое, постыдное и в то же время совершенно противоположное.

Мне хотелось и дальше сидеть в кольце его рук, чувствуя, как от поглаживаний ладонями покалывает спину, и одновременно с этим встать и отойти, проведя те самые границы.

А еще мне было нечего ему сказать.

– И все-таки, какие вы, женщины, трудные, – тяжело вздохнул парень, на миг крепче прижимая меня к себе. – И что прикажешь мне с тобой делать? На вопросы не отвечаешь, дракона сжечь не позволяешь...

– Вернемся обратно? – тихо предложила я, заерзав на чужих коленях.

Неудобно, неуютно, стыдно, но мне нужны были эти объятия. Благодаря им я успокоилась, хоть и не должна была позволять Калесту подобную близость.

– Вернемся, – согласился он. – Только растительность за собой подбери.

– Какую растительность?

Оглядев нашу с Айратой комнату, я отчаянно взвыла. Это случилось снова: лианоподобные растения заполонили пол и стены, обвивая каждый угол, каждую ножку мебели плющом.

– То есть это незапланированный акт? А я думал, ты снова мне угрожаешь. Так у тебя с магией проблемы?

– У меня нет проблем, – попыталась я высвободиться, но ключевое слово именно «попыталась».

Почувствовав сопротивление, Калест сжал меня крепче, обжигая прикосновениями, заставляя непроизвольно выгнуться в его руках. Лукавая улыбка коснулась его губ.

– Джэйлиб мог бы тебе помочь, а я мог бы его об этом попросить, если дело в магии.

– Дело не в магии, а во мне, – сурово воззрилась я на него, понимая, что без ответа он меня в покое не оставит. – И я сама с этим разберусь, а точнее, уже разобралась. Я и тебе сварила...

– Что сварила? – не понял третьекурсник, слегка нахмурившись. – Знай, на меня не действует большая часть ядов. Да и тебе прощаться с жизнью таким способом не советую.

– Дурак! – воскликнула я, но тут же вдохнула и выдохнула, успокаиваясь. Достав из сумки три пузырька, один вручила Калесту. Это простое занятие отвлекло от безрадостных ощущений, что все больше меня напрягали. – Это успокоительные капли. Принимать по три капли три раза в день для ясности ума и от нервов. Может, от них ты наконец перестанешь ко мне цепляться.

Хохот Демоняки в тот же миг прокатился по комнате:

– Ты думаешь, что они мне помогут? – усмехнулся он, глядя на меня с кривой улыбкой.

– Я старалась, – пожала я плечами и совершила повторную попытку побега с чужих колен.

Попытка возымела успех, потому что третьекурсник придерживал меня только одной рукой.

– Спасибо, – произнес Калест с самым серьезным выражением лица, пряча стекляшку в карман. На перемены в его настроении у меня уже выработалась аллергия. – А третий для кого?

– Для Айраты. У нее тоже в последнее время с нервами не все в порядке. Мне кажется, что она превращается в оборотня.

– У нее сильная кровь, – согласился третьекурсник и неожиданно сказал: – Знаешь, будь моя воля, и тебя бы здесь не было. Пропавшие студенты, новорожденный оборотень, дракон и куча других проблем. Это место не для тебя, Лисс.

– Тогда где мое место? – спросила я совершенно серьезно.

– Боюсь, тебе мой ответ не понравится, – упрямые губы растянулись в тонкую линию. – Но он очень понравится мне. Так что? Растительность будем убирать?

В общую гостиную мы все-таки вернулись. Красноречивые взгляды впивались в нас с Калестом поочередно. Айрата смотрела с беспокойством, Джэйлиб с улыбкой, а Багира с ненавистью во взоре.

Все как всегда, ничего не меняется.

Кроме того, что Калест сам подошел к Айзеку. Я не слышала, о чем они говорили, но руки парни пожали. Возможно, им все-таки удалось сгладить конфликт, что не могло не радовать. Правда, вслед третьекурснику выпускник посмотрел нехорошим взором, но этого взгляда Демоняка уже не видел.

Его видела только я и... напряглась. Не хотелось бы, чтобы Айзек нарвался на проблемы.

На разработку стратегии боя мы потратили все оставшееся до ужина время. Вначале Демоняка пытался переспорить Айзека, но потом внезапно принял его сторону. Выпускник предлагал работать двойками, что было гораздо легче, на мой взгляд.

Мы больше не будем отвечать за всех. В каждой двойке назначался старший – ими стали Джэйлиб, Айзек, Бальши, Багира и Калест, а остальные были ведомыми. Наша задача – исполнять приказы старшего и прикрывать спину своей пары, в то время как они будут защищать нас.

Мне в напарники достался Калест. Я даже не удивилась. Больше удивилась тому, что Джэйлиб выбрал Айрату.

– Предлагаю потренироваться завтра в городе, – предложил Айзек, выкладывая на стол книги с заклинаниями по каждому дару.

Однако общее время мы так и не смогли выбрать даже посредством спора. У всех имелись свои планы на последний выходной недели, и внеочередная тренировка в них не входила.

– Пора на ужин, – крикнул кто-то из студенток.

Поесть бы действительно не мешало. Наша провизия давно закончилась под натиском прожорливого Бальши. Только бежать впереди всех я не планировала. Наоборот, слегка задержавшись, я окликнула Джэйлиба.

– Джэй, ты можешь помочь мне кое в чем завтра?

– В чем? – с улыбкой накинул третьекурсник плащ мне на плечи.

– Мне нужно поговорить с мейстером Карстаром. При свидетеле.

– Ты уверена, что для этого подойдет моя кандидатура? Может, лучше Лест?

– Нет, Джэйлиб, – покачала я головой, на мгновение вспомнив прикосновение чужих ладоней к моей спине. – Только ты и никто другой. Ты ведь мой друг, правда?