Адвокат Империи 18. Финал

Глава 9

Середина рабочего дня. Льющий как из ведра на улице осенний дождь так и не закончился. Если верить прогнозам погоды, то продлится так до самого конца дня.

С другой стороны, какая мне разница? Я сидел далеко не в самом удобном и комфортном кресле в небольшом офисе в западной части города. Поначалу мне это даже показалось странным. Столичное представительство «ТермоСтаба» находилось довольно далеко от центра и ближе к промышленному району города. Обычно такие офисы стараются открыть в местах… наверное, тут больше подойдёт слово «респектабельные», чем «приличные». «ТермоСтаб» же для себя выбрал место именно в промышленном районе. И не просто так. Именно здесь они планировали открыть новое предприятие. Точнее, линию сборки тех самых датчиков, патент на который они и оформляли.

И теперь новое производство, которое уже готово было приступить к работе, простаивало.

Секретарша продержала меня в приемной перед кабинетом директора больше тридцати минут, сославшись на то, что Игорь Валентинович сейчас ведёт очень, ну прямо-таки крайне важный разговор. Но обязательно будет готов поговорить со мной, если я соглашусь подождать.

К её удивлению, я согласился. А зачем мне отказываться, когда меня так явно пытаются обмануть? Правильно, незачем. Потому что чем бы Белов сейчас не занимался за закрытой дверью своего кабинета, он точно ни с кем не разговаривал. Эмоции его даже и близко не соответствовали человеку, который ведёт в данный момент хоть сколько-то серьёзный телефонный разговор. Скорее они подходили тому, кто спокойно сидит у себя в кабинете и читает документы.

В общем, пусть завуалированный, но весьма понятный намёк на то, что меня принимать не хотят. На самом деле, я почти готов поставить на то, что если бы не мой титул, то меня вообще бы выпроводили прочь. А то уж больно сильно его секретарша раскланивалась передо мной со словами, что им так неудобно тратить моё драгоценное время и всё прочее.

Ничего, я подожду. И ждал уже больше тридцати минут. За это время успел выпить чашку кофе и почитать журнал, лежащий на небольшом столике в приёмной. Разумеется, техническое издание, что неудивительно, если вспомнить, где я сейчас находился.

И вот, где-то сорок минут спустя, секретарша сняла телефонную трубку.

— Да, Игорь Валентинович. Что? А, да, — она бросила на меня короткий и смущённый взгляд. — Да, он всё ещё здесь. Конечно. Да, я сейчас передам.

Сказав это, она положила телефонную трубку, после чего встала и подошла ко мне.

— Прошу прощения, ваше сиятельство…

— Да? — улыбнулся я, будто не прождал здесь почти сорок минут.

— Игорь Валентинович готов вас принять.

Ещё одна очень извиняющаяся и смущённая улыбка.

— Вот и славно.

Я встал с кресла, и девушка тут же поспешила проводить меня к кабинету и открыла дверь. Сидящий внутри за столом мужчина встал с кресла, всеми силами стараясь скрыть всю ту явную неохоту, с которой он произвёл это телодвижение. Сразу видно, что он был бы куда более счастлив, если бы я покинул стены его офиса ещё тридцать минут назад.

Игорь Валентинович Белов оказался мужчиной пятидесяти шести лет. Высокий. Широкоплечий. С уже успевшей практически полностью облысеть головой и узкими, будто прищуренными глазами, что скрывались за стёклами очков в недорогой оправе.

Куда любопытнее оказался его кабинет. Порой помещение, в котором работает человек, может очень многое сказать о своём хозяине. Вот и в этом случае это правило подтвердилось на все сто процентов. Внутри меня встретила довольно аскетичная и практичная обстановка. На стенах вместо картин висели фотографии какого-то промышленного оборудования, сканы чертежей, в которых угадывались патентные заявки и вставленные в рамочку дипломы. Позади же стоящего за столом кресла висели фотографии самого Белова, сделанные где-то на сервере на фоне поднимающейся над землёй металлической конструкции. Вероятно, одна из тех скважин, для коих фирма делала оборудование.

— Добрый день, ваше сиятельство, — сухо, без какой-либо приветливости проговорил Белов и протянул мне руку.

По одному тону становилось ясно, что какого-либо большого желания вести этот разговор у него не было. Меня и пустили сюда только потому, что я всем своим видом продемонстрировал стойкое нежелание уходить. А выгнать меня напрямую он не мог из-за титула. Патовая ситуация, так сказать.

Впрочем, как-то обижаться на это я не стал и руку пожал, мимоходом отметив грубую, явно покрытую мозолями кожу. Сразу видно — мужик за свою жизнь успел поработать не только в кресле за столом.

— Здравствуйте, Игорь Валентинович, — улыбнулся я. — Рад, что вы нашли для меня минутку.

Кажется, это его немного смутило.

— Вы уж извините, ваше сиятельство, — пожал он плечами. — Важный разговор, который я не мог прервать. Надеюсь, что вы поймёте…

— О, я всё понимаю. Можете об этом не волноваться. Для предпринимателя дела всегда стоят на первом месте.

В ответ он лишь кивнул, и мы заняли кресла. Он в своё собственное, а я уселся в то, которое стояло напротив его стола.

— Итак, — произнёс он. — Евгения сообщила мне, что вы представляете какую-то юридическую фирму.

Отрицать очевидное я не стал.

— Правильно. И мы хотели бы заняться вашей проблемой, Игорь Валентинович. Насколько я знаю, в последнее время вы испытываете некоторые, скажем так, определённые трудности с имперским патентным бюро.

Едва только стоило мне это сказать, как сидящий напротив меня мужчина ощутимо насторожился. В его эмоциях сквозили подозрительность и явное раздражение. Последнее, скорее всего, относилось не лично ко мне, но тут это значения большого не имело. В его эмоциях чувствовалось сильное отторжение.

— И что же, ваше сиятельство, позвольте спросить, вы хотите мне предложить? — без особого интереса спросил он.

— Консультативные услуги и юридическое сопровождение деятельности «ТермоСтаба» на протяжении следующих пяти лет, — спокойно ответил я и достав из внутреннего кармана пальто пухлый конверт, положил его на стол перед Беловым. — Здесь всё указано более подробно. Могу лишь сказать, что мы готовы предложить вам крайне приятное условия взаимного сотрудничества.

Белов посмотрел на меня, затем перевёл взгляд на конверт.

— Ваше сиятельство, при всём уважении, но боюсь, что вы ошиблись дверью, — наконец проговорил он, вновь подняв глаза на меня. — Я ценю потраченное вами вермя, но нам не нужны услуги… консультантов. Особенно от тех, о ком я никогда ранее не слышал, уж не сочтите это за оскорбление.

Что-то подобное я и ожидал получить в ответ. В целом, если вспомнить, в какую задницу он попал из-за ошибки своих прошлых юристов, винить его в подобном отношении не стоило. Человек сильно обжёгся и не хотел повторить свою ошибку второй раз, доверяя дела своего детища неизвестно кому.

Но подобной линии поведения я и ожидал от человека в его положении.

— Игорь Валентинович, давайте на чистоту, — заговорил я. — Когда человек начинает свою реплику с фразы «при всём уважении», то это значит, что он этого уважения, скорее всего, не испытывает…

— Я не это хотел сказать! — тут же взвился он, но я лишь мягко прервал его, подняв ладонь.

— Послушайте, я не собираюсь вас в чём-либо обвинять. Я просидел сорок минут в вашей приёмной, пока вы здесь занимались чем угодно, но только не вели тот самый разговор, про который мне наплела ваша секретарша. Надеялись, что я не захочу тратить своё драгоценное аристократическое время и просто уйду?

Он поморщился, но ничего не сказал. А вот то, что Белов испытал глубоко скрытое чувство вины, меня удивило. Значит, копаю в правильном направлении.

— Игорь Валентинович, видите ли, ситуация такова, что если бы вы обо мне уже слышали, то это означало бы только одно. Мой гонорар был вам не по карману. А что до «консультантов»… тут вы, пожалуй, правы. Вам не нужна помощь консультантов. Консультировать вас уже поздно. Вам скоро патологоанатомы потребуются.

Белов нахмурился, а его густые брови чуть не сошлись на переносице.

— Я уже успел наслушаться глупых метафор от других щеголей в костюмах, ваше сиятельство. Уж не сочтите за оскорбление, но большого доверия к вашей адвокатской братии у меня нет. При всём уважении, разумеется.

— Разумеется, — хмыкнул я. — Сколько вам осталось?

— Что? — не понял он.

— Я говорю о том, сколько ещё ваша компания продержится на плаву, — прояснил я свой вопрос. — Вы лишились патента на один из главных своих активов. На тот актив, на производстве и поставках которого держался весь ваш бизнес. Вы же планировали использовать эту новую производственную линию для новых датчиков, ведь так?

— У нас есть и другие…

— Есть, — не стал я спорить. — Но они вас не спасут.

И, говоря это, я чётко знал, что это полная правда. Как знал это и сидящий передо мной человек. Пинкертонов не успел многое накопать за прошедшие три дня, но общую информацию он добыл. Там же имелись и аналитические документы, касающиеся будущего финансового состояния компании Белова.

— Без этого патента, который в конце концов уйдёт Бергу, ваша компания разорится через полтора года в самом лучшем случае.

— Чушь, — фыркнул он, но мы оба знали, что это правда. — Компания находится в профиците…

— Нет, не чушь, — спокойно возразил я. — Но да. Вы находитесь в профиците. Прибыль есть. В данный момент. И так будет продолжаться некоторое время. Ровно до тех пор, пока Берг не запустит в производство датчики по вашему патенту. Производственные мощности у него больше. Как только он получит патент, то сможет в течение года запустить производство. А с учётом его ресурсов, он вполне себе может снизить стоимость, чтобы полностью вытеснить вас с рынка и остаться там если не единственным крупным игроком, то уж точно одним из крупнейших. И тогда вам конец.

Эта небольшая речь не произвела на него никакого заметного впечатления. Впрочем, я этого и ожидал. Сложно удивить человека тем, что он и так знает.

— Очень красиво стелете, ваше сиятельство, — отозвался Белов. — Только вот мои предыдущие юристы говорили не хуже. И костюмы у них были получше вашего.

— Ну, слава богу, что я пришёл не для того, чтобы хвастаться своими костюмами. Пусть я и не такой нарядный, но, в отличие от ваших предыдущих юристов, я никогда не сочту описание эффекта тензорезистивного сдвига на монокристаллической структуре при анизотропном травлении… Как они там оправдывались? Погрешность, да?

— Откуда Вы…

— Оттуда, что я привык хорошо делать свою домашнюю работу, Игорь Валентинович. Я уже изучил не только вашу аннулированную заявку, но и все материалы, связанные с этим делом. И сделал это для того, чтобы понять, где именно ваши предыдущие юристы проявили свою некомпетентность.

Он нахмурился, а в глазах появилось недоверие.

— Что, думаете, если вы мне сейчас лекцию мне прочитаете о том, что знаете, что такое анизатропное давление, я сразу разжалоблюсь и найму вас на работу? Это ваш гениальный план, ваше сиятельство?

— Даже не близко, — покачал я головой. — Вместо этого я буду с вами честен.

— Это как? — удивился он.

— А вот так, — просто ответил я. — Я понятия не имею, что такое анизотропное давление. Более того, если вы сейчас спросите меня о том, что именно означают формулировки в вашей патентной заявке, я вам даже половину объяснить не смогу.

— Если вы так думали себя прорекламировать, то у вас паршиво выходит, ваше сиятельство, — скривился Белов, но мне было, что на это ответить.

— Это верно, — не стал я спорить. — Если бы я хотел вести себя с вами так же, как ваши прошлые юристы, то поступил бы именно так.

— А есть что-то, что заставит меня думать, будто вы собираетесь поступить иначе, — чуть ли не с усмешкой спросил директор «ТермоСтаба».

— Да, Игорь Валентинович. Есть. Выживание.

Его брови удивлённо поползли вверх.

— Что?

— Моя фирма сейчас находится на грани, — без утайки признался я. — Если я смогу заполучить вас к себе в качестве постоянного, долгосрочного клиента, то это позволит нам выжить и остаться на плаву. По сути, я сейчас нахожусь в точно такой же ситуации, как и вы. Каждый день для нас — это гонка наперегонки со смертью и, судя по всему, мы в ней проигрываем. Как и вы.

Кажется, я смог его заинтриговать.

— К чему Вы клоните? — спросил он после нескольких секунд раздумий.

— Я предлагаю вам сделку. Мы возвращаем вам ваш патент в течение одного месяца. Если мы это сделаем, то вы заключите с моей фирмой договор на длительное юридическое сопровождение сроком на пять лет с возможностью продления.

Белов снова помолчал несколько секунд. Почему-то я был уверен в том, что этот человек ближе по своему характеру к Смородину. То есть, он прагматичен и практичен. А значит…

— Условия? — спросил он.

— Фиксированная ежемесячная оплата. Обязательства по предоставлению услуг в том объёме, который мы с вами обсудим после.

— А если я захочу расторгнуть его досрочно?

— По закону я не могу вас остановить, — пожал я плечами. — Но я могу задрать неустойку за расторжение в такую высоту, что вы никогда даже и не подумаете о том, чтобы сделать это.

— В таком случае я даже думать не стану о том, чтобы заключать подобный договор, — тут же фыркнул Белов. В ответ я лишь коротко улыбнулся.

— Именно. А потому никаких штрафных санкций для вас в этом случае в нашем договоре не будет. Если вы захотите уйти, то никаких препятствий я вам ставить не стану.

— Вот так просто?

— Да, — подтвердил я. — Вот так просто. Они мне не нужны.

— Это почему?

— Потому что я сделаю так, что вам никогда и в голову не придёт этого сделать, — произнёс я. — Поверьте мне. Как я уже сказал, вы для меня такой же шанс выжить, как и я для вас. А я не имею привычки накидывать удавку на шею тому, кто протягивает мне руку помощи.

Белов ответил не сразу. Он молча смотрел на меня секунд десять, после чего поднялся из кресла и протянул мне руку.

— Значит, один месяц? — спросил он, когда я сам встал, чтобы пожать его руку.

— Один месяц, — подтвердил я.

Никонову я удивил в тот момент, когда выходил из лифта. Алиса как раз хотела зайти в кабину, но я ловко перехватил её под руку и вывел наружу.

— Куда?

— Так, на обед, — удивилась она. — Время же…

— Потом пообедаешь, держи. Начинай оформлять. «ТермоСтаб» теперь наш клиент…

Вот оно. То, за что мне импонировала Никонова — она ставила работу на первое место. Едва только я сообщил ей эту новость, как она моментально оживилась, а глаза загорелись.

— Вы смогли их уговорить⁈

— Да. У нас есть месяц на то, чтобы вернуть им патент…

— Что⁈

Алиса едва не споткнулась на каблуках. Я ловко подхватил её под руку, не дав упасть.

И тут же аромат её духов пробудил в голове воспоминания о дурацком сне. Снова. Жасмин, перечная мята и что-то цветочное…

— Спасибо…

— Под ноги смотреть нужно, — пожурил я её.

Кажется, она это даже не услышала.

— Месяц?

— Да, Алиса. Потому нам нужно…

— Месяц, — повторила она, как загипнотизированная. — Такие дела не решаются за месяц! Да тут и полгода… да что я говорю, тут и года может не хватить!

— Алиса, я всё это прекрасно знаю и без тебя, — спокойным, но не терпящим возражений тоном проговорил я глядя ей в глаза. — Я беру это на себя. А ты, будь добра, оформи «Стаб» как нашего официального клиента на это дело и потом прогони бумаги через Ростислава…

Только я это сказал, как она поморщилась.

— А может быть вы…

— Не может, Алиса, — отрезал я. — Давай, у меня и без того мало времени, чтобы я его ещё на твои загоны тратил. Всё поняла?

— Да. Сделаю.

— Вот и славно. Всё, давай… хотя нет. Подожди. Калинский сейчас где?

— Он у себя в кабинете. Я минут двадцать назад с ним говорила.

— Спасибо. А, ещё кое-что. Блузку застегни.

Она удивлённо посмотрела на меня. Затем опустила взгляд на свою блузу и снова на меня.

— Да, — уже тише отозвалась она и быстро отвернулась, чтобы скрыть чуть покрасневшие щёки.

Только вот эмоции свои от меня не скроешь.

Впрочем, не важно. Не до неё мне сейчас. Сначала работа, ну а девушки… когда-нибудь потом, как говориться.

Пройдя по коридору в глубь офиса, я нашёл нужную мне комнату.

Нет, я не отправил Льва работать в какую-нибудь кладовку на два квадратных метра только потому, что он мне не нравится. Это было бы слишком низко и вообще мелочно.

Я дал ему кладовку на четыре квадрата. Даже личный стол выделил. В его положении он должен быть рад даже этому. По честному, какая-то часть меня даже надеялась на то, что он тут же начнёт ерепениться и возражать по поводу такого отношения к его чрезмерной важной персоне, что, в свою очередь, дало бы мне шанс просто указать ему на дверь. Заодно и проверил бы, насколько на самом деле тяжёлое у него положение.

Если учесть, что он даже словом не обмолвился, когда увидел свой будущий кабинет, я могу судить, что Калинский мне ни словом не соврал. Раз уж после просторного личного кабинета ты готов пересесть в мелкую каморку ради того, чтобы остаться в игре, то, значит, это действительно для тебя важно.

— Что с делом Парфина? — с ходу спросил я открыв дверь.

Лев в этот момент сидел за своим столом, склонившись над разложенными на столешнице бумагами. Его пиджак висел на спинке стула.

— Работаю, — отозвался он.

— А можно поконкретней? — попросил я с нажимом.

Калинский поморщился, после чего открыл на своём столе один из документов и передал мне.

— Мы ждём ответа по нашему иску, — ответил Калинский.

— Какая правовая база? — спросил я его, читая документ.

Нет, ответ я знал, но хотел услышать, что именно он скажет. Лев же на этот вопрос просто пожал плечами.

— Всё стандартно. Ответственность подрядчика за качество работ, возмещение вреда имуществу, упущенная выгода и косвенные убытки. Плюс моральные ущёрб и судебные издержки.

Я лишь кивнул, продолжив скользить глазами по документу. Дело там простое. Прорыв труб в небольшом ресторанчике после ремонта выполненного жилищной компанией. Работы передали стороннему подрядчику. В итоге всё привело к тому, что жил контора и этот самый подрядчик перекидывали вину друга на друга в течении года, мурыжа нашего клиента.

— Как будешь заканчивать это дело? — спросил я, передавая документы обратно Льву.

— В каком смысле? — не понял он.

— В прямом, Лев. Я хочу знать, что ты будешь делать дальше.

— Слушай, Рахманов, я не маленький мальчик, чтобы ты мне за плечо заглядывал, — тут же вскинулся он. — Это простое дело. Я могу закрыть его с завязанными глазами.

— Какая поразительная уверенность. Интересно, откуда она взялась?

Калинский посмотрел на меня с подозрением.

— Вот сейчас не понял.

— Лев, мы оба знаем, как ты работаешь. И для твоего же блага я надеюсь, что ты подобной ерундой заниматься не будешь, — холодно произнёс я. — Ты и так уже наделал глупостей, чтобы я позволил тебе потянуть ещё и свою фирму вслед за собой.

— Да было бы куда…

— Рот закрой, — перебил я его. — Если ты думаешь, что я взял тебя по доброте душевной, то рекомендую подумать ещё раз. Хорошенько подумать…

— О чём? — резко спросил он. — Ты сам в полной заднице. Твоя фирма загибается. У вас нет клиентов…

— Раньше не было, — пожал я плечами, чем вызвал у него приступ горячего любопытства.

— «ТермоСтаб», — произнёс он с пониманием через несколько секунд.

— Верно.

— Ты уговорил их стать твоими клиентами, — пробормотал Лев, но уже через пару секунд покачал головой. — Хотя нет. Учитывая, какой скандал Белов закатил моим бывшим руководителям, ты не уговорил бы его так просто. Ты ему что-то предложил.

Он с вызовом посмотрел на меня в ожидании ответа.

— Сделка?

— Сделка, — кивнул я. — Мы возвращаем им патент, а они в ответ становятся нашими клиентами на пять лет.

— Белов бы не согласился так просто, — покачал головой Лев. — Берг сожрёт его финансово через год. Значит, ты сократил сроки. Сколько? Полгода? Хотя нет. Ты всегда вёл себя слишком самоуверенно. Три месяца?

— Месяц.

— Ты больной.

Калинский чуть не расхохотался мне в лицо.

— Нет, Рахманов, правда. Я снимаю шляпу перед твоей самонадеянностью…

— Это не самонадеянность, — ответил я, но это только ещё сильнее развеселило его.

— Да. Это глупость. Такие дела за месяц не решают. Да их порой и за годы не решают. А ты решил выпендриться и дал сроки, которые не можешь исполнить…

В ответ я лишь пожал плечами.

— Это твоё мнение.

— Нет. Это здравый смысл. И судя по тому, что я сейчас услышал, у тебя его нет…

— Сказал мне тот, кто попытался с помощью инсайдов получить тёплое местечко у Лазаревых, — фыркнул я. — И кто из нас после этого безумец?

А вот это его покоробило. Заметно так покоробило. Он знает, что совершил глупость, но внутренняя гордость не даёт ему это признать.

— Я рискнул.

— Ты едва не лишился лицензии, — поправил я его. — Если бы Роман пошёл дальше, то тебя бы вышвырнули из адвокатуры навсегда…

— Если бы у него были яйца, то…

Я вздохнул и с сочувствием посмотрел на него.

— Поверь мне, Лев, если бы у Романа, как ты выразился, были яйца, то ты бы здесь вообще не сидел. Ты больше нигде бы уже не сидел.

Он хотел что-то сказать, но затем явно передумал.

— Я тебя услышал, — наконец проговорил он.

— Я очень на это надеюсь. Лев, пойми одну простую вещь. Я согласился дать тебе работу не из-за внезапного приступа сочувствия к тебе. Ты пришёл ко мне, потому что у тебя был козырь для переговоров. Без него я бы тебя к своей фирме даже на пушечный выстрел бы не подпустил. Мы оба это понимаем. Но у тебя было то, что может помочь мне. Потому ты здесь. Это моя ответная благодарность тебе.

— Я почти слышу то самое пресловутое «но» в твоих словах.

— Правильно слышишь, — кивнул я. — Потому что это одноразовая акция. Сам факт твоего присутствия здесь может обернуться мне проблемами в будущем. Скорее всего, обернётся. Тем не менее, как я уже сказал — это моя тебе благодарность за «Стаб». Но! Если я пойму, что твои действия угрожают репутации моей фирмы, я тебя закопаю. Мы друг-друга поняли?

— Предельно.

— Вот и славно. Работай.

Оставив Калинского, я направился в сторону своего кабинета, прокручивая в голове прошедший разговор. У него было что-то ещё. Я чувствовал это по его эмоциям весь диалог. Он может решить это дело как-то иначе. Даже более того, скорее всего Лев и собирался так поступить. Надеюсь, что моя речь немного отрезвила его, потому что я не соврал ни единым словом. Если он поставит фирму под удар, то станет той самой ногой, которую я себе отгрызу, чтобы выбраться из капкана.

Так уж вышло, что путь до моего кабинета лежал прямо через лифтовый холл, что в очередной раз явило мне печальную картину пустой стойки ресепшн.

Я остановился рядом с ней. Немного подумал, после чего развернулся и направился к лифтам. Спустя несколько минут я уже спускался вниз.

Ещё двадцать минут мне потребовалось на то, чтобы дойти от нашего здания до высотки бизнес-центра, что хорошо виднелся из окна моего кабинета. Я прошёл через пропускной пункт, указав, куда именно собираюсь, и зайдя в лифт нажал на кнопку шестьдесят седьмого этажа.

Эх, ностальгия…

Дождался, когда двери наконец откроются, и вышел в приёмный холл. Почти такой же, как у нас, только декор побогаче. Мы пока себе ещё настоящий мрамор на стенах позволить не можем. Да и вряд ли в ближайшее время сможем.

— Добрый день, — поприветствовала меня девушка за стойкой. — Вы к кому?

— Я хотел бы увидеть Кристину…

Я неожиданно для себя запнулся, потому что только сейчас осознал удивительную по своей глупости вещь. Я не знал её фамилии. Но выкручиваться всё равно нужно.

— Рыженькая такая, — добавил я, мысленно представив, как это всё должно быть выглядит.

На моё счастье девочка за стойкой поняла меня быстро.

— О, конечно. Я сейчас её вызову, — пообещала она с тщательно сдерживаемой улыбкой.

В ответ мне оставалось только улыбнуться и поблагодарить.

— Спасибо.

Рыжая явилась через пять минут ожидания.

— О, какие люди, — заулыбалась она. — Что-то давно тебя не видно было.

— Так я в здании напротив же работаю теперь, — хмыкнул я, и Кристина рассмеялась.

— Да, я что-то такое слышала.

— И у меня офис на целый этаж выше, чем этот, — не преминул я похвастаться.

— Должно быть, неплохо так поднимает самооценку, — с пониманием кивнула Кристина.

— Ага. Аж на целый этаж.

Она рассмеялась и вновь посмотрев на меня жестом предложила отойти в сторону, чем вызвала приступ молчаливого, но крайне жгучего недовольства своей коллеги за стойкой. Видимо опечалилась, что не сможет и дальше подслушивать разговор.

— Так, за чем пожаловали, ваше сиятельство…

— За советом, — признался я. — Мне нужен человек на проходную…

— А в чём проблема?

— В том, что они у меня надолго не задерживаются.

Кристина задумалась, после чего просто кивнула.

— Знаешь, пусть это прозвучит странно, но я могу тебе порекомендовать одного человека…

— Надеюсь, что у него не будет лишней подработки, — с намёком проговорил я. — Ну, если ты меня понимаешь.

— Понимаю. Успокойся. Она недавно уволилась…

— Почему?

— Не поладила с начальником одного из отделов, — не став вдаваться в лишние подробности, сказала Кристина. — Если хочешь, то я дам тебе её номер.

— Давай. Если она продержится хотя бы месяц, то я тебя…

— Расцелуешь?

— Могу на ужин сводить.

— Тоже сойдёт, — усмехнулась она. — Я пришлю тебе номер. Кстати, хочешь новость?

— Какую?

— Твой бывший отдел закрыли.

О как.

— Лазаревы больше не занимаются бесплатными делами?

— Подробностей я не знаю, но, видимо, решили избавиться от него. Деньги жрёт, а толку ноль.

Ну да, конечно. С их-то подходом.

— Ясно. Ладно. Спасибо тебе, Кристина.

Попрощавшись с ней, я уже развернулся и пошёл обратно к лифтам. Вот так. И прогулялся, и проблему решил. Если эта кандидатка и правда закроет эту дыру в нашем кадровом составе, то придётся и правда Кристину на ужин сводить.

Двери лифта открылись, и я отошёл в сторону, чтобы не мешать находящимся внутри людям выйти из кабины.

Каково же было моё удивление, когда я узнал появившегося в холле мужчину. Мы с ним уже встречались раньше, и сейчас он даже не обратил на меня внимания. Просто прошёл напрямую к стойке.

Снедаемый любопытством, я задержался на несколько секунд, а потому услышал часть его фразы.

— … и у меня назначена встреча с Романом Лазаревым.

— Конечно, — улыбнулась стоящая за стойкой девушка. — Скажите, пожалуйста, название компании…

— «КодСтрой».

Так. А вот теперь можно, пожалуйста, получить ответ на вопрос — какого дьявола «Л Р» передёргивает у меня клиентов⁈