– Капитан Морган, корабль полностью готов к прыжку, – раздался голос в моей голове, через встроенный аппарат инфолинка – мы приближаемся к границе Гелиосферы. Двигатель Хокинга готов к синхронизации с дисруптором Койпера. Персонал Отсека Передвижения ждёт Вашего приказа.

Я медленно приложил указательный палец к мочке уха:

– Можете… – мысль оборвалась сама собой, я словно забыл, что должен был сказать. Хотя, скорее всего, это элементарный страх. После недавних событий такая ответственность напугает даже такого отъявленного вояку, как я. Что если с нами повторится то же самое, что и с исследовательскими экспедициями? Мы не увидим родную звезду, планету, систему – это настораживает и пугает. Но ещё больше разъедает разум мысль о том, что в неведении останутся наши семья и дети.

Назойливые мысли в голове прервал вновь раздавшийся голос в инфолинке:

– Капитан Морган? Отсек Передвижения ждёт Вашей команды, – в голосе различалась тревожность, – через несколько минут мы потеряем возможность синхронизации. Нам придётся заходить на новый круг.

Я тряхнул головой, похлопав себя по щекам. Прикоснувшись к уху, я вновь приготовился отдать приказ:

– Можете начинать синхронизацию лейтенант Джефферсон, – наконец произнёс я с уверенностью.

Уверенность была туманной и медленно рассеялась в моей голове. Кратковременную надежду на благополучный исход миссии вновь поглотило сомнение.

– Сэр, извините что прерываю Ваш мыслительный процесс, но напомните мне пожалуйста, сколько будет длиться прыжок?

Я слегка вздрогнул. Пора заканчивать с этими бессмысленными размышлениями. Повернувшись в сторону моей соседки, моё внимание привлёк взгляд. В её больших голубых глазах читалось искреннее любопытство с откровенной паникой. Внутри пробежало лёгкое тепло, сменившееся мурашками на коже – всё-таки приятно осознавать, что я не один такой.

– Пару минут Миранда, – рыжая, голубоглазая девушка, с нежными, заострёнными чертами лица, покрытым редкими веснушками, продолжала всматриваться в меня, – и сколько раз можно повторять – не называй меня сэр или капитан. Можно просто Морган.

Я отвернулся и уставился в галактическую карту, находившуюся прямо перед нашими сиденьями.

– А сколько времени пройдёт на Земле? – вновь раздался дрожащий голос Миранды.

Слегка покосившись на неё, я заметил, что она быстрым движением руки утерла слёзы, словно предугадывая мой ответ. Я медленно вздохнул, и, погладив затылок, медленно сказал:

– Ровно сорок лет, дорогая, – я поднялся с места и медленно направился к галактической карте, сложив руки за спиной, – этот мундир всё-таки жмёт в плечах, – проговорил я шёпотом, пытаясь разрядить обстановку хотя бы для себя.

Подойдя к небольшой перегородке перед огромной голографической картой, я плавным движением руки коснулся консоли управления. Мгновение ока большая часть карты растворилась в воздухе, оставив перед взором одну-единственную систему – наш пункт назначения.

– Тройная система Альфа Центавра, – Миранда уже стояла рядом со мной, уперев руки в бока, – пятая планета от звёзд и ближайшая к Проксиме – наше место назначения?

– Да уж, Проксима Один, – громко выдохнув, сказал я, – мой прадед никогда бы не мог подумать, что мы достигнем этого места.

– Отец рассказывал мне о нём, – Миранда пыталась поддержать разговор, это хороший знак, – в его время люди не могли даже добраться до Марса.

Я усмехнулся, прокрутив эту мысль у себя в голове:

– Да уж дорогая. Порой в такое верится с трудом, неужели люди когда-то были настолько скованными и беспомощными?

Я вновь ощутил на себе пристальный взгляд:

– Знаете, Морган, а я другого мнения об этом, – её голос стал строгим, – человечество может и было скованным, но они всеми силами пытались разбить эти оковы. Помните их первый полёт в космос? Это было сногсшибательным событием для того поколения. Никто не мог в это поверить, многие говорили, что это всё заговор, постановка и снято на…

– Камеру, дорогая, на камеру, – подсказал ей я.

– Да, точно, на неё. Ох уж эти древние устройства, никак не могу запомнить их названия, – Миранда слегка покраснела, склонив голову.

Я слегка коснулся её плеча, медленно проговорив:

– Тебе ещё многое предстоит узнать, ты слишком молода для всего этого.

Она лишь усмехнулась, проворчав:

– Зато для прыжков на сорок лет самое-то, ага?

Едва успев открыть рот, меня вновь прервал голос в голове:

– Капитан Морган, прыжок совершён успешно. Двигатель Хокинга введён в режим гибернации. Дисруптор Центавры функционирует в обычном режиме. На какое время установить синхронизацию?

Погладив Миранду по голове, я смахнул галактическую карту в прежнее положение и направился в сторону выхода.

– Отчёт принял, – приложив палец к мочке уха, с наглой радостью пройзнёс я, – синхронизацию я думаю, стоит отложить. Как приняли?

Последовала небольшая пауза, затем в голове раздался слегка растерянный голос:


– Приказ принят капитан. Какие приказы к экипажу?

Неописуемая радость продолжала одолевать меня, я чувствовал себя ребёнком из Додизруптивной эпохи, которому купили новую машинку на пульте управления:

– Я направляюсь к Вам. Миранда придёт следом за мной. Нужно как следует пообедать и обговорить всё в более сближающей обстановке – нас ждёт тяжёлое время, Джефф.

– Так точно, капитан Морган, – голос в голове словно заразился моим позитивным настроем, – через несколько минут экипаж прибудет в столовую.

Мгновение ока моя радость испарилась, словно её и не было. Я подошёл к электромагнитной двери – она медленно распахнулась передо мной, открывая взгляду длинный переход между капитанским мостиком и боевым информационным центром. Стены перехода были полностью сделаны из вольфрамового стекла, открывающими душераздирающий и обезмолвленный вид на космос. Густая пелена бескрайней темноты заполоняла всё вокруг. Голова шла кругом от мысли, что где-то там целая бесконечность. Лишь едва проблёскивающие звёзды, планеты и галактики за тысячи и миллионы световых лет от нас пронизывали тёмное полотно космоса. Недалеко от корабля медленно проплыла комета загадочной формы. Вокруг неё виднелся слабый ореол изо льда и пыли, плавно переходящий в длинный хвост. Проследив за ней взглядом, я наконец обратил внимание на главное достояние нашего места прибытия.

Взор слепило скопление из трёх звёзд – две из них вращались совсем близко друг другу, тогда как третья, самая маленькая, находилась поодаль от них и казалась изгоем. Два огромных жёлтых гиганта пульсировали, изрыгая едва различимые протуберанцы, в то время как их маленький красный сосед мирно проплывал по своей орбите, находясь ближе всех к кораблю, словно приветствуя нас. Насыщенный красный оттенок карликовой звезды радовал глаз, вдохновляя и поражая воображение. Мой взгляд мгновенно привлекла небольшая планета, пятая по счёту от звезды – та самая Проксима-Один.

– Ты точно такая же, как наша Родина, малышка, – с накатившими к глазам слезами произнёс я, глубоко вздохнув.

– Нам пора, капитан, – я почувствовал лёгкий толчок в плечо. Передо мной пробежала Миранда, мимолётно подмигнув.

– Сколько раз я говорил… – отдалившись от мыслей и потеряв голову, я побежал за ней, грозя кулаком.

– Да-да – зануда, – сквозь звонкий смех крикнула Миранда – еда остынет, так что догоняйте.

– Всё-таки Вы стоите своего отца, майор, – я крикнул ей в след, продолжая бежать.

В тот момент я и подумать не мог, как быстро всё сменится будоражащим разум откровением и пронзительным ужасом.


Спустя пару часов наш отряд вовсю готовился к отправке на главное сокровище Альфы Центавры – предполагаемо обитаемую планету Проксима-Один. Джефферсон, Миранда и я уже полностью облачились в скафандры для высадки. Осталось решить вопрос о том, кто же ещё отправится с нами в завораживающую неизвестность.

– Бо Лин, ты точно уверен в своём отказе? – медленно бросил я с лёгким отвращением в сторону главного инженера нашего корабля.

– Не совсем капитан, – Бо Лин потирал виски, пытаясь показать вдумчивость, – я понимаю, что вашему отряду будет тяжело без меня, но ведь за состоянием корабля тоже должен кто-то следить.

Загрузка...