Аннабель Ли Второй шанс возврату не подлежит

Глава 1

С больничной палаты начинается множество грустных историй. Серые здания, мрачные коридоры, запах хлорки и медикаментов, печальные лица – все это вводит в уныние и вряд ли способствует выздоровлению. Впрочем, в обычных больницах я бывала редко. Вот и сегодня мой путь лежал в частную клинику. Позади остались сомнения, ссоры с родителями, недопонимание подруг и год тотальной экономии. Услуги лучшего пластического хирурга в городе стоили недешево.

Меня разместили в одной из палат. Я отметила вежливость персонала, уют и чистоту помещения. Соседкой по комнате стала миловидная дама среднего возраста. Мой наметанный глаз быстро проанализировал приятные черты лица, которые портил поплывший овал и несколько глубоких морщин. Однозначно – круговая подтяжка. Из-за работы в модельном бизнесе с тринадцати лет мне частенько доводилось встречать стареющих красавиц, цепляющихся за молодость всеми возможными способами. Винила ли я их за это? Нет, так как понимала, что сама рано или поздно пополню их ряды.

– Доброе утро, я Зинаида, – представилась соседка.

– Майя, – улыбнулась я и принялась разбирать вещи.

Зинаида пристально следила за каждым моим движением. Подозреваю, ее мучил вопрос, что же я задумала изменить в себе. На фигуру мне было грех жаловаться, прямой, аккуратный нос вполне устраивал, от морщин в двадцать два года избавляться тоже рановато.

– Простите мое любопытство, – не выдержала Зинаида, – но что такая красавица забыла у пластического хирурга?

– Попробуйте угадать, – загадочно хмыкнула я.

– Какую-то экзотическую операцию? Может быть…

– Нет.

Зинаида еще раз окинула меня взглядом, задержавшись на ступнях. Видимо, сочла, что у меня деформированы пальцы ног.

– Нет, – снова произнесла я, предвидя ее вопрос.

– Тогда сдаюсь, – всплеснула руками женщина.

Томить соседку по палате не имело смысла, и, понимая, что она не отвяжется, я хотела уже все рассказать, но появилась медсестра.

– Майя, идемте. Будем вас готовить к операции.

Подмигнув на прощание недовольной Зинаиде, я последовала за медсестрой. Сердце бешено заколотилось.

– Волнуетесь? – спросила та.

Призналась:

– Есть немного.

– Наш анестезиолог – отличный специалист. Вы уснете и ничего не почувствуете. Самое неприятное будет ждать вас уже после пробуждения.

В тот момент, шагая по коридору вслед за медсестрой, я даже представить не могла, о каких именно неприятностях идет речь.

* * *

Головная боль медленно, но верно возвращала меня в реальность. Тело затекло. Под ладонями чувствовалась гладкая, прохладная поверхность. Со стоном я попыталась разлепить веки. Левый глаз отказывался открываться, а вот правый не подкачал. Взгляд сфокусировался, и я убедилась, что лежу прямо на полу! Незнакомое помещение отличалось от палаты, где меня должны были разместить после операции. Охнув, я перевернулась на спину. Пульсирующая боль в висках усилилась.

– Сестра! – позвала я и тут же закашлялась.

Во рту пересохло. Прошло несколько минут, но никто из персонала так и не появился. Понимая, что спасение утопающего – дело рук самого утопающего, я собрала силу воли в кулак и, цепляясь за стоящую рядом кровать, немного приподнялась. Нет, это определенно была не больничная палата.

Маленькая комната больше напоминала номер в отеле. Об этом свидетельствовали старая казенная мебель, выцветшие плотные гардины и стены, оклеенные нелепыми обоями в мелкий цветочек. В полнейшем беспорядке между кроватью и тумбочкой валялись чьи-то личные вещи. На письменном столе лежала стопка бумаг и что-то еще из канцелярских принадлежностей.

– Да что происходит? – прошептала я и потянулась рукой к лицу.

Левая бровь, глаз и скула опухли, словно недавно кто-то хорошенько мне врезал. Помнится, мы с врачом о других процедурах договаривались. В панике я стала ощупывать себя и пришла к выводу, что никакой операции не было. Более того, меня переодели в старомодное платье и избили!

Страх придал сил, и я неуклюже поднялась с пола. Голова кружилась. Словно пьяная, я прошла через комнату к ближайшей двери и попала в ванную. Аккуратно, чтобы не задеть отек, я ополоснула лицо. Холодная вода помогла прийти в себя. Творилась какая-то чертовщина, и мне необходимо было во всем разобраться.

В том же состоянии я направилась к выходу из комнаты, но боковым зрением заметила чье-то движение. Вздрогнув, прижалась спиной к стене. Около шкафа стоял… призрак девушки! Она испуганно пялилась на меня. Светлые волосы спутаны. Полинявшее коричневое платье висит как на вешалке. Левая щека сильно больше правой, и на ней расцветает огромный сиреневый синяк!

Я отказывалась верить единственному видящему глазу, но правда была такова: напротив меня стоял вовсе не призрак, а отражение в обычном зеркале.

Понадобилось некоторое время, чтобы отлипнуть от стены. Дрожащей рукой я потянулась к ручке и осторожно выглянула наружу. Комната выходила в широкий просторный коридор. Красные ковровые дорожки, узкие окна с витражами, каменная кладка и необычные светильники в виде кристаллов больше ассоциировались с площадкой для съемок фэнтези, чем с больницей.

Закрыв дверь, я вернулась в комнату и залезла под одеяло с головой. Разум судорожно искал логическое объяснение происходящего и счел, что мне попросту снится дурной сон. На самом деле сейчас идет операция, и под действием наркоза неуемное воображение решило устроить хозяйке экскурс в фантастические миры. Завтра я проснусь в палате с Зинаидой и еще долго буду смеяться над глупыми видениями. А досыпать гораздо удобнее в кровати, чем на полу.

Спустя какое-то время меня отвлек шум снаружи. Боясь открыть глаза, я прислушивалась к женскому смеху и шагам в коридоре. Возможно, у медсестер пересменка или пришло время кормить пациентов? Головная боль немного утихла. Набравшись смелости, я открыла единственный рабочий глаз и… скривилась. Чуда не произошло, комната была та же.

– Нет, нет, нет, – простонала я, теряя надежду проснуться в «нормальном» мире и в здравом уме.

Шанс, что у кое-кого поехала крыша, исключать не стоило. Теперь, при более пристальном рассмотрении, я подметила некоторые странности. В комнате царил бардак, словно недавно кто-то перевернул все вверх дном. На столе лежала опрокинутая чернильница. Краска залила поверхность, испачкав перьевую ручку и стопку чистых листов. Из приоткрытого ящика торчали скомканные бумаги. На полу, с обратной от кровати стороны, валялась шкатулка. Приблизившись, я ее подняла. Внутри лежало незамысловатое украшение – серебряное сердечко на цепочке. Помнится, в таких хранили фотографии близких людей. Стараясь ничего не сломать, я аккуратно раскрыла створки кулона. Догадка оказалась верна. Искусной рукой мастера с помощью масла был нарисован миниатюрный женский портрет. Надпись на второй половинке сердца гласила «Катарина Мэй».

На дне шкафа нашлось несколько скомканных невзрачных платьев и винтажный кожаный чемодан. Я подошла к наглухо занавешенному окну, осторожно, словно вор, выглянула из-за края гардин и задержала дыхание от шока.

Огромный готический замок мрачным исполином вырастал на залитой утренним солнцем лужайке. К нему со всех концов степенно стекались люди в непривычных одеждах. Вычурные платья в пол, высокие прически, сюртуки и даже мантии кричали о том, что я попала на съемочную площадку. Вот только камеры с режиссером нигде не было видно.

Стук в дверь заставил меня подпрыгнуть на месте.

– Мисс Мэй? С вами все в порядке? – спросил взволнованный женский голос с той стороны.

Ладони вспотели. Я так и замерла, вцепившись в штору и надеясь, что незваный гость уйдет.

– Мисс Мэй?

Кто-то стал проверять, закрыта ли дверь, и я не выдержала:

– Да, все отлично! Уходите!

Помедлив несколько секунд, незнакомка послушалась и ушла. Я облегченно выдохнула, отпуская помятую штору. Еще раз взглянув в окно, осторожно отошла и сжала виски ледяными пальцами.

«Это не съемки, – думала я испуганно, – и не карнавал. Замок вполне настоящий. Тогда где я?! Неужели наркоз так действует? Или это сон?»

Пришлось себя ущипнуть. Больно! Тихо застонав от ужаса, я решила принять как факт: меня куда-то забросило. Да, странно, нереально, но других объяснений происходящему не находилось.

Помедлив, посмотрела на дверь. Не знаю, что за мир находился за ней, но встречаться с его представителями совершенно не хотелось.

Как, собственно, и с новой собой! Я припомнила девушку-привидение из зеркала. Чье это тело? И главное, каким образом я в него попала?! Все эти вопросы обрушились на меня и вызвали очередной приступ паники.

Чтобы не впасть в истерику, решила заняться делом и хоть что-то выяснить о хозяйке комнаты. Подумав, я достала из шкафа чемодан. Снаружи имелась табличка с данными владельца: «Мисс Сансара Мэй. Гансбург, Виладж стрит, 15». Итак, у меня появилось имя. В столе нашлись письма, адресованные девушке, но уже с другим адресом: «Мисс Сансара Мэй, Ландр, Академия магии, корпус 3, комната 87». Я зависла у стола, перечитав несколько раз надпись на конверте.

Академия магии?! Это шутка?!

Дрожащими пальцами я достала из первого попавшегося конверта листок.

«Мисс Мэй, с прискорбием сообщаем, что мистер Алан Мэй скоропостижно скончался во время неудачного эксперимента в лаборатории. Согласно его последней воле, все имущество семьи Мэй переходит в собственность Научно-исследовательского сообщества Ковенгарда. Соболезнуем вашей утрате. С уважением, секретариат НИСКа».

Также к записке прилагалось само завещание. Интересно, кем он приходился Сансаре? Дедушка, дядя, брат или отец? Он однозначно не мог быть мужем, ведь тогда в официальном письме к Сансаре Мэй обращались бы «миссис». Я бросила конверт на стол. Головная боль вернулась, страх тоже попытался взять надо мной верх. Но простое правило решать проблемы по мере их поступления не раз выручало меня, и сейчас с его помощью я надеялась сохранить остатки рассудка.

Я расчесала гнездо на голове, еще раз умылась. К сожалению, это не сильно спасло ситуацию. В животе заурчало. Когда я в последний раз ела? В прошлой жизни? Подобный каламбур заставил меня нервно хмыкнуть. Это движение болью отдалось в поврежденной щеке. Изо рта вырвался стон. Я мысленно выругалась и принялась усиленно соображать. Имя «Сансара», чужое тело и совершенно незнакомый мир наталкивали на определенные догадки.

Я верила в реинкарнацию, немного увлекалась эзотерикой и знала, что «сансара» – это замкнутый круг рождений и смертей. Что, если именно в нее я и угодила прямо с операционного стола? Но разве мне не полагалась новая жизнь с чистого листа? Разве я не должна была по законам жанра возродиться младенцем и все к черту забыть? То, в какой ситуации я находилась, больше напоминало случайно занятое чужое место. И если я в теле Сансары Мэй, то куда делась она сама?! Я представила, как девушка из мира, где царят шляпки, пышные платья и магия, просыпается от наркоза в послеоперационной палате…

Живот снова истошно заурчал. Как бы мне ни хотелось сидеть в маленькой комнатушке, организм требовал еды, а мозг – ответов на вопросы. Мне следовало выйти и встретиться с новой реальностью лицом к лицу.

Снаружи было тихо. Пока я собиралась с мыслями, поток людей иссяк. Если верить письму на столе, то здание, где располагалась моя комната, являлось чем-то вроде корпуса общежития при академии. Как ежик в тумане, я прошла в один конец коридора, но попала в тупик с лестницей, ведущей либо на следующий этаж, либо на чердак. Прошлась в другую сторону, спустилась на первый этаж и вышла на улицу, так и не встретив по пути ни единой души.

Стоял погожий солнечный денек. Мягкий ветерок доносил аромат роз, что пышно цвели около дорожки. Все выглядело обычным, но в то же время холодным и чужеродным. Поежившись от мурашек, пробежавших по коже, я направилась к замку в поисках объяснений или хотя бы еды.

Странная штука человеческая психика. Кажется, я вляпалась в неприятности вселенского масштаба и все равно думала о хлебе насущном.

На подходе к замку я встретила двух девушек. Прижимая к груди книги, они щебетали о прекрасной погоде и прочей чепухе.

– Боги, – прошептала одна из них, прикрыв ротик ладошкой в кружевной перчатке.

Они замолкли, уставившись на меня. К сожалению, им было на что посмотреть. Не иначе как леди пришли в полнейший ужас от моего внешнего вида. Их идеальные прически, шляпки и явно дорогие платья слепили глаза на контрасте с тем мятым, выцветшим мешком, в который я была одета. И конечно же, дам шокировали мои волосы, сбившиеся колтуном. Перед выходом стоило собрать их хотя бы лентой. Я почувствовала себя юродивой попрошайкой. Желая скрыться от ошарашенных взглядов, я зашла внутрь. Огромный холл встретил прохладой и гулким эхом множества голосов. Все были заняты собственными делами, и никто не обратил на меня внимания. Закрыв ладонью лицо, я прижалась к стене. Сердце колотилось на грани сердечного приступа. Каждый удар глухо отдавался в ушах. Нужно было попросить о помощи, но все, что я могла, – это растерянно хватать ртом воздух и отчаянно желать вернуться назад. Домой.

– Мисс Мэй?

Ко мне подошел мужчина. Его встревоженный взгляд был прикован к моему лицу. Точнее к глазу, который я старательно пыталась закрыть рукой. Он мягко ее отстранил.

– Кто это сделал? – тихо спросил незнакомец, нахмурив брови.

– Не знаю, – честно ответила я, утопая в медовых глазах.

Симметричное лицо. Волевой подбородок с ямочкой. Длинные темные волосы зачесаны назад, но непослушные вьющиеся пряди так и норовили упасть на лицо, придавая его образу легкую небрежность. Мужчина продолжал держать мою руку, и, высвободив ее, я снова попыталась прикрыть лицо.

Из-за внимания незнакомца на нас стали оборачиваться люди. Некоторые даже предпочли подойти ближе, чтобы оценить представление с первых рядов.

– Что здесь происходит? – строго спросил мужчина средних лет, расталкивая собравшихся зевак.

– Мисс Мэй нужна помощь, господин ректор, – ответил незнакомец.

– Боги, – выдохнул тот, увидев масштаб проблемы, и тут же повернулся к толпе, приказывая: – Всем разойтись по аудиториям! Здесь не на что смотреть! А вы, мисс Мэй, следуйте за мной.

– Куда? – испуганно спросила я, не желая покидать незнакомца.

Не знаю почему, но в данный момент он вызывал хоть какое-то доверие, в отличие от нервного ректора.

– Естественно, в лазарет! Я не могу позволить вам и дальше разгуливать по академии в подобном виде. Мистер Вудс, кажется, я сказал идти на занятия!

Они сцепились взглядами, в результате чего незнакомец нехотя ушел. Я же поплелась за ректором. Имея возможность его рассмотреть, я отметила, что тому лет сорок, может быть – сорок пять. Черные волосы тронула седина, придавая локонам оттенок соли с перцем. Несмотря на раздраженный вид, он был статным мужчиной высокого роста и крепкого телосложения.

Мы пересекли холл, миновали внутренний сад замка и оказались в лазарете. Я в очередной раз удивилась размерам академии. В небольшой приемной нас встретила женщина в белом платье и чепчике с красным крестом.

– Какой ужас! – воскликнула она, тут же беря меня под локоть.

Одна из ближайших дверей сама распахнулась, и мы прошли в процедурную.

– Вам лучше остаться снаружи, – обратилась она к ректору.

– Но…

– Вы поговорите с мисс Мэй, когда мы закончим, – отрезала медсестра.

Или врач? Она мягко взяла мою ладонь, и по телу тут же разлилось приятное тепло. Я расслабилась, повинуясь неведомому гипнозу. Головная боль утихла. Веки потяжелели, меня клонило в сон. Медсестра помогла лечь на кушетку и занесла ладонь над заплывшим глазом. Теплое свечение полилось с кончиков ее пальцев. Я впервые видела магию, но ни удивления, ни страха не возникло.

– Ну вот и все, Сансара, – она тепло улыбнулась, – немного пудры, и никто не заметит, что недавно у тебя был синяк.

Незнакомка обращалась ко мне на «ты», и я решила, что стоит поддержать неформальное общение. Видимо, она и Сансара были знакомы.

– Спасибо. Почему я так странно себя чувствую?

– Ты выглядела напряженной, и я помогла расслабиться. Готова поговорить с мистером Шоу о произошедшем?

– С кем? – не поняла я.

– Господином ректором. Он привел тебя несколько минут назад. Ты забыла? – На ее лице отразилась тревога.

Я сцепила пальцы. Настало время принимать решение, как вести себя дальше. Попытаться притвориться Сансарой Мэй? Рассказать, что я на самом деле Майя и понятия не имею, как оказалась в чужом теле? Или…

– Сансара? – она мягко меня позвала.

– Ох… Видишь ли, я ничего не помню о событиях до сегодняшнего утра и, по правде говоря, даже не знаю, как тебя зовут.

С каждым словом глаза целительницы становились все больше и больше.

– Пожалуй, нам стоит проконсультироваться с магистром кафедры целителей. Я скоро вернусь! – заверила она и выскочила из процедурной.

Откинувшись на подушки, я со спокойствием хладнокровной рептилии уставилась в потолок. Самое время было подвести итоги. Я застряла в незнакомом мире в теле серой мышки бесприданницы, которую кто-то жестоко избил. Прибавим сюда полное отсутствие необходимых для жизни в этих местах навыков. Подозреваю, что в Академии магии принято вытворять всякие магические штучки, а я ни сном ни духом, как это делается.

– Ты влипла, – заключила вслух.

И самое нелепое, что влипла я из-за груди!

Загрузка...