У вас нет в роду шотлано-ирландских предков? Нет? А у меня есть. А ещё, английские, французские, голландские, польские и русские. Но речь сейчас не о них.

Я думаю, что во всём виноваты именно выходцы с севера Британских островов, подмешавшиеся в мою родословную, где-то лет семьсот тому назад. Иначе объяснить то, что происходило со мной всю жизнь, а особенно в последнее время невозможно.

Всё началось… Впрочем, точной даты начала странностей назвать не получится. Странности со мной происходили всегда, с раннего детства, так что я к ним привык и давно перестал обращать внимание на такие мелочи, как исчезающие карандаши, шариковые ручки, оловянные солдатики и прочие «сокровища», которые так ценишь на заре жизни.

Напряги начались, когда в моих карманах завелись монеты. Ну, ладно – дадут родители несколько серебряных кругляшей, (я про монеты своего детства, на которые действительно можно было неплохо погулять), на мороженое и игровые автоматы или, скажем, кино. Идёшь с друзьями в парк, заходишь на аллею аттракционов, суёшь руку в карман, а там… Правильно – пусто!

Карман глубокий, надёжный, ни единой дырочки. Конечно, специалист «карманной тяги» обчистит его без проблем, но какой вор соблазнится капиталами мальчишки? Слишком жалкий куш, даже если благоприятствуют обстоятельства. Но факт таков, что заветных монеток нет, как нет! Обидно, но можно пережить – полюбоваться, как развлекаются другие. При этом кто-нибудь из друзей обязательно даст откусить от своего мороженого и на мультики тоже сводит.

Иное дело, когда тебя посылают в магазин за хлебом, кефиром и пачкой чая. Вот тут явиться домой без денег, хлеба и кефира, настоящая катастрофа! Куда деньги дел? В воровстве и растратах меня, правда, не обвиняли, но в ротозействе подозревали постоянно. Я даже перестал класть монеты в карман – зажимал в кулаке, да так, что на ладони отпечатывались гербы, достоинства, зубчики и все причитающиеся надписи. Только так и удавалось сохранить, хоть что-то. Но в один прекрасный день детство взяло и кончилось, и началась моя самостоятельная жизнь. Учёба, работа, семья, собственные деньги… Которые не переставали исчезать!..

Причём, это касалось именно монет. Бумажные дензнаки похитителя, (забегу чуть вперёд, ибо он был изобличен), не интересовали. Своя рубаха, как известно, ближе к телу, а потому за кровно заработанные медяки обидно вдвойне! Одно преимущество – не надо ни перед кем отчитываться за потерю денежных средств. Но это пока не женился. Правда, несколько выходов из этого положения я нашёл ещё до того, как обзавёлся собственной семьёй.

Выход первый – держать мелочь в кулаке, я уже упоминал. Второй способ избежать потерь был тоже прост – постараться потратить всё до копейки, накупив ненужного барахла впрок. Например, спустить лишнюю мелочь на газеты и журналы, которые потом так и не соберёшься читать. А вот третий способ, оказавшийся самым действенным, был открыт и осознан не сразу, но именно он имеет отношение к началу этого рассказа.

То, что деньги у меня кто-то ворует, я понял ещё в подростковом возрасте. Ребёнка взрослые могут убедить в том, что он ротозей, растяпа и рохля. С подростком дело обстоит сложнее. Человек, который приближается к порогу взрослой жизни, успевает научиться анализировать, и всё чаще сомневается в обычных родительских объяснизмах. Что значит – «я опять всё потерял»? Я не спал, я ни на что такое не отвлекался, не ходил на руках, чтобы монеты выпали сами собой. Чтобы эти деньги потерять, я должен был, как минимум вынуть их из кармана, но я их не вынимал. Вывод один – их взял кто-то ещё, и этот кто-то не обычный вор-карманник. Но это было ясно мне одному, и никому другому. Однако изобличить воришку удалось лишь спустя годы, а точнее десятилетия.

Третий способ сохранения мелочи был найден случайно. Просто однажды я сделал то, чего не делал до этого ни разу в жизни – положил в карман, где хранилась денежная мелочь пару леденцов.

Никогда не кладите продукты и деньги вместе. Деньги – самая грязная вещь в мире, как в переносном, так и в прямом смысле. Почему-то это мало кто понимает. Однажды я сказал об этом приятелю, когда увидел, как он извлёк из кармана горсть семечек, в которых блестело несколько монет. Приятель, конечно, посмеялся надо мной и после нескольких нелестных эпитетов в мой адрес, заявил, что он де не брезгливый. Пусть так, но, по-моему, проявлять небрезгливость следует как-то иначе. По крайней мере, для моего приятеля это свойство обернулось язвой желудка. Оно вам надо?

Но я отвлёкся. После того, как леденцы эти полежали некоторое время в близком контакте с тяжёлой наличкой, они были мною забракованы и предназначены на выброс, типа – голубям. Но сделать немедленно я это почему-то не смог, и они так и остались болтаться среди монет ещё на сутки.

И вот, опускаю я руку в карман на следующее утро и обнаруживаю… Точнее, не обнаруживаю завёрнутых в фантики съедобных стекляшек. Перерыл карман – нет. Вытащил всё, высыпал в перевёрнутую крышку коробки из-под ботинок, карман вывернул – пусто. Конфет нет, а мелочь на месте. Для очистки совести проверил другие карманы, но и это ничего не дало.

Но, может быть, я ошибся, и какая-то часть монет исчезла-таки вместе с леденцами, а я просто не правильно их посчитал? Решил поставить эксперимент. Пересчитал ещё раз монеты, загрузил их в тот же карман и опустил туда же новую пару леденцов. Специально не добавлял больше мелочи, чтобы знать наверняка пропадёт что-то оттуда или нет. Полученную в магазине сдачу кидал в портфель – оттуда монеты не исчезали.

Леденцы продержались в кармане ровно три дня, потом пропали. Сразу, как только я это обнаружил, провёл ревизию монет – все на месте!

Мы живём среди необъяснимых явлений, к подавляющему числу которых давно уже привыкли. Иное дело непривычные необъяснимые явления, вроде этого. Как с ними быть? Очень соблазнительно докопаться до истины, но не всегда это возможно. Однако человек может управлять даже тем, что понять он не в силах. Вот я и решил обождать до поры до времени с установлением личности неведомого воришки, а пока отправил в карман с мелочью следующую пару конфет.

Эти пролежали неделю. И всю неделю я специально разменивал «бумажки», набивая карман сдачей так, что, в конце концов, он стал тяжёлым и толстым. Но эксперимент удался – монеты у меня больше не пропадают. Леденцы болтаются в кармане от двух суток до четырёх недель. «Барбариски» или «дюшес», других воришка-сладкоежка не признаёт. Увеличение количества конфет не принесло ни вреда, ни пользы, но я заметил, что он не любит нечётные числа. В этом случае леденцы исчезают вместе с монетами, а одна конфета остаётся.

Короче, проблема, изводившая меня с детства, решена. В принципе, не такая уж большая дань – две карамельки-стекляшки за месяц, (в среднем), без глупых потерь в мелочи. А то задолбало! (Ой, простите!..)

......................................................................................

Старое поверье – если поутру волосы растрёпаны, то значит, вас домовой любит. Мои волосы утром напоминают ёршик для мытья посуды годичной давности, который по ошибке сунули в кипяток.

Если учесть, что по мужской линии мне досталась шевелюра, густая, как шерсть хаски, поломавшая зубы не одной рассчестке, то можете представить моё утреннее причёсывание, особенно зимой. Без преувеличения – икры, которые при этом сыплются из-под рассчёстки, смахивают на коротенькие молнии. И не один раз при этом происходило короткое замыкание. (Я так и не понял, что в таком случае «коротит»?) Тогда вокруг моей головы можно наблюдать этакое северное сияние в миниатюре, смахивающее на нимб. Святой, блин…

Сколько нервов было потрачено в молодые годы из-за этого свойства, особенно, когда носил длинные волосы. Думал, что похож на мушкетёра! Нет, в соответствующем костюме и вправду был похож на юного Портоса, но во время электрических аномалий больше напоминал одуванчик из мультика.

Но это ещё полбеды. Некто, с общим названием «домовой», не просто ерошил и путал мне волосы. Он их заплетал в косы!

Не скажу, что это мне шло, тем более что качество заплетания было ниже среднего. Зато давало шикарный повод для насмешек со стороны ближайших родственников. Дошло до того, что я начинал день с того, что совал голову под воду, не считаясь с температурой на улице. Может быть, поэтому часто простужался.

Давно уже ношу короткую стрижку. Утром сам себе напоминаю ежа после драки. Но шанс заплести мне косу ночной парикмахер больше не получит!

................................................................................

Бессонница скверная штука. Самый тяжёлый сон лучше этого отвратительного состояния. Специально для тех, кто с ним не знаком, поясню – бессонница, это не тогда, когда не хочешь спать, а как раз тогда, когда мучительно хочешь, но не можешь!

Нарушается всё, и прежде всего, ощущение тепла и холода. Стоит укрыться одеялом, как под ним начинаются какие-то тропики. Жара, стекающий по коже пот, который можно принять за бегущее насекомое. Всё вокруг мокрое, липкое, гадкое!

Но вот одеяло сброшено, и ночная прохлада остужает разгорячённую кожу. Остужает, остужает… Остужает минут пять, после чего зубы начинают стучать от холода! Лезешь обратно под влажное одеяло, и всё повторяется снова.

По этой ли причине, или ещё по какой-то, сердце начинает бешено колотиться. Оно словно пытается проломить рёбра и выскочить наружу! При этом его удары напоминают звук, с каким слоны бегали бы по железной крыше. Неужели у меня рёбра металлические? Может быть, я не всё о себе знаю?

Иногда удаётся успокоить разошедшийся насос для крови с помощью медикаментов, но это частенько вызывает усиленное желание отдать этому миру взятую у него напрокат воду. Для меня до сих пор загадка, как выпитая на ночь чашка слабенького чая, в таком случае превращается в трёхлитровую банку, сами понимаете чего? Наверное, господа физики всё же что-то напутали с принципом сохранения материи.

Но хуже всего себя ведёт в такие ночи голова. (А, уже слышу, как кто-то потирает лапки – сейчас де, он проговорится, и мы изобличим психа! Валяйте!)

С точки зрения мозга, такая ночь, это самое лучшее время, чтобы припомнить все ошибки, обиды, глупости, недоразумения, дурные тайны, (а у кого их нет?), и весь прочий хлам, накопившийся в сознании за несколько десятилетий. Поток таких воспоминаний, своей логикой напоминает супружескую ссору. Начинается всё с какой-нибудь мелочи, вроде разбитой чашки или пятна на парадной скатерти, потом вспоминается невыполненное обещание, но при этом обвиняемая сторона лишается права на оправдание. Далее выясняется, что чья-то там мама была права в своих подозрениях, ну и пошло-поехало! Может дойти до чего угодно, даже до противоречий в политических взглядах и манере храпеть во сне, которая извела дальше некуда!..

Так и здесь. Какого-то чёрта в голову лезет ошибка, совершённая на предыдущей работе и те слова, которые нужно была сказать тогдашнему начальству, чтобы оправдать свои действия. Но разве же оно стало бы слушать? Когда отметаются даже самые разумные доводы, когда любые твои слова для нечувствительных ушей, словно общий звуковой фон, особенно если это начальство – женщина…

Эти бабы! Да они с самого начала, с ранних лет дуры дурами! Взять хотя бы ту девчонку, с которой гулял лет за пять до женитьбы. Она ведь тогда такое сказала!.. И сошлась потом с таким уродом…

А ведь у неё теперь своя семья и двое детей, как раз от того «урода». А у меня… А что у меня? У меня своя семья и дочка есть, красавица, и всё было бы хорошо, если бы жена не дурила! Хотя она по-своему права…

В конце концов, это всё быльём поросло. Сейчас моя дочь старше, чем тогда была та девица.

И тут новая тема – дочь неблагодарная девчонка, разгильдяйка и лентяйка, не уважающая своих родителей. И одевается, как пугало или того хуже – как путана какая-то, а причёску себе сделала такую, что прямо сейчас в цирк можно идти работать клоуном! Дети вообще пошли какие-то скверные. Дети… Не хватает ещё, чтобы эта лахудра в подоле принесла! Вот мы в своё время в их возрасте!..

А что мы в своё время в их возрасте? Сам ведь уговаривал ту девицу отбросить лишние условности, сейчас де век прогресса, так зачем средневековые ограничения? На её, а может на своё счастье, вёл себя при этом неуклюже, прямо как медведь, вот и расстроил всё дело. Потому и разбежались. А вот «урод», за которого она потом вышла, вёл себя, как профи. Умеют же некоторые! С ним она условности отбросила, хорошо ещё нормальный мужик оказался – не кинул. Поженились по «залёту», а вышло, что на всю жизнь и вроде как счастливы…

Вот такая каша! И кто-то черпаком её в моём котелке перемешивает. А когда слои этой каши меняются местами, вдруг понимаешь, что не бабы дуры, а сам ты дурак! Дочка-то у тебя умница и красавица, а ты с мелочами к ней придираешься. И одевается она приличней, чем многие, да и понимает в одежде куда как получше тебя, старого олуха. А то, что волосы в зелёный цвет покрасила, (хотела в синий, да что-то там не вышло), так ведь у той девицы, о которой ты сегодня чой-то слишком часто вспоминаешь, когда вы встречались, был красный «ирокез»… Который она распарила ради того «урода», на которого тебя променяла. Нда…

Как тут себя уважать? Правильно дочка тебя не уважает, старый ты идол! И жена давно не уважает, хоть и молчит. То есть, не молчит, конечно, а просто выражает своё презрение не в столь категоричной форме. Может действительно была права в своё время покойная тёща? Не выполнил ведь и половину того, что наобещал, когда женихался, не выполнил!

Так что, брат, уважать тебя, вроде как не за что. По службе движение у тебя давно уже прекратилось. Карьера села на мель, а быть может и на рифы. Соответственно и зарплата – курам на смех. Не умеешь ты перед начальством делать «ланца-дрица», не умеешь! Другие вот умеют, а ты – нет. И пофиг, что ты работаешь вдесятеро лучше любого из них. Пофиг, что все об этом знают, в том числе и любящее «ланца-дрица» начальство. Они будут двигаться по службе, а ты сиди себе на месте, работай. Им будет прибавка к жалованию, а тебе – шишь! Они умеют жить, а ты не умеешь. А зачем вообще жить тому, кто жить не умеет?

Эдак можно додуматься до того, до чего не следует додумываться. Так и в окошко сигануть недолго! Только вот кому от этого польза будет? Тебе? Точно не будет. Семье? Сомнительно. Им, конечно, квартира достанется, дача и всякое такое, но состояния, как такового, нет, значит, дочке придётся пойти работать, а ей бы доучиться качественно, сам же мечтал об этом…

И всё в таком духе. Я, надеюсь, вы поняли, что я здесь не на жизнь жалуюсь, а про бессонницу рассказываю? Тогда, поехали дальше!

.............................................................................................

Топ, топ, топ, шур, шур, шмяк!

Шаги? Бессонная ночь всегда наполнена звуками. Тут поскрипывает, там пощёлкивает. В коридоре громко тикают часы. И на тебе – ещё и шаги.

Маленькие лапки. Кошка? Нет у нас кошки. Была бы кошка, так и жизнь стала бы светлее, но у дочки аллергия. Тогда кто же? Неужели крыса?

Приехали! В современном доме, где мышей-то никогда не было, но, правда, имели место быть тараканы, вдруг появляется крыса. И что с ней прикажете сделать? Убрать, что же ещё!

Причём, под словом «убрать», имеется в виду всё что угодно, только не убить, так-как мы семья, которая любит всякую живность, кроме тараканов. Мне и самому крысу убивать жалко, (умнющая и прикольнейшая тварь, с удовольствием завёл бы ручную, да больно уж мало живёт, и опять же таки дочкина аллергия…), что же касается остальных, то о таких вещах, как убийство здесь речи быть не может.

Значит, придётся изловить, отвезти в лесополосу и там выпустить, живую и невредимую. Ловить, конечно, мне придётся, ведь именно я, с точки зрения семьи, больше всего похож на кота. Не будем уточнять почему.

Топ, топ, топ, топ, топ!

Совсем рядом. Может быть, удастся её увидеть? Не поймать пока что, а только увидеть. Не руками же её ловить среди ночи!

Осторожно переворачиваюсь, притворяясь спящим, играю ради крысы! Но, почему бы и нет? Эти существа очень чувствительны, и если крысуня почувствует, что за ней наблюдают, то «сделает лапки» в неизвестном направлении, только её и видели. В этом, крысы мастера, ибо на том держится жизнь их крысиная.

Лёгкий топот раздаётся прямо рядом с диваном. Немного странно – крысы передвигаются скачками, а тут ровная дробь. Так может быть это не крыса? Но тогда кто же?

И тут я увидел его! Он вбежал в полосу лунного света, оставшуюся из-за неплотно прикрытых штор, и весело заскользил по ней, как мальчишки зимой скользят по ледяной дорожке.

Да это и был мальчишка, по крайней мере, так он выглядел. Ростом паренёк был не больше крысы, вставшей на задние лапки, одежду его составляли сшитые вместе лоскутки, так что его одеяние – нечто вроде мешка без рукавов, напоминало еловую шишку. Так иногда изображают Питера Пена, но у того, кажется, одежда состоит из листьев.

Лоскутный «мешок», это всё что имелось на миниатюрном мальчишке. Ноги босые, никаких признаков штанов, шляпы тоже нет, зато имелся плащ никак не убранных волос, доходивших почти до земли. Сейчас в лунном свете он казался статуэткой отлитой из серебра, но это была не неподвижная кукла, парень был живой. Вот он сотворил лихой пируэт, словно действительно катался по льду, и оказался стоящим ко мне лицом. И тут наши глаза встретились. Я успел заметить лукаво-насмешливое выражение его лица, потом он приложил палец к губам и произнёс всего одно слово:

– Улли!

Я не успел ничего ответить. Мои веки вдруг стали тяжёлыми, и не было никаких сил удержать их, даже если бы я сделал это руками. Но всё же я успел увидеть, как Улли, (почему-то я сразу понял, что это его имя), оттолкнулся, словно был на коньках, и заскользил по лунному лучу, пока не скрылся где-то в районе окна, вспыхнув напоследок серебряной искрой.

..............................................................................

Надо же было такому присниться! Когда я проснулся, серебряный человечек так и стоял у меня перед глазами, как живой. Я даже поглядел в ту сторону, куда он скрылся, вспыхнув напоследок искрой.

Как бы там ни было, за оставшиеся от ночи полтора часа, я выспался, словно дрых часов двенадцать. Ладно! Иногда такое случается. Со мной было несколько раз, вот только не припомню, когда именно.

Самое главное, что плохое настроение улетучилось вместе со всеми ночными химерами. Вот же глупость была себя так ночью мучить! Жизнь это сложный и неровный путь, так неужели надо убиваться из-за того, что на этом пути и о камень споткнёшься, и о корягу зацепишься, и в лужу, а то куда похуже, сядешь?

Подскочил с кровати, словно сбросил с плеч лет двадцать пять. Сначала вприпрыжку в ванную, затем на кухню, где жена, убежавшая на работу, раньше меня, оставила на столе завтрак…

Я замер на пороге кухни с полотенцем в руках, так и не донеся его до лица, чтобы промокнуть влажные после бритья щёки. Наверное, я сейчас представлял собой идеальную модель для скульптора, ваяющего статую под названием – «Олух удивлённый»!

А всё потому, что на кухонном столе, поместив свой зад на сахарницу и поставив не самые чистые ноги на край блюдца, где была моя чашка, сидел Улли! Сидел и с невозмутимым видом хрустел круглой печенькой, которую держал обеими руками, словно руль автомобиля.

– Эй, эй! Прекрати! Что я тебе такого сделал-то? – вдруг выкрикнул он, делая движение, чтобы встать.

И тут я сообразил, что держу одной рукой концы полотенца таким образом, что в сложенном виде оно превратилось в мягкую дубинку. Таким оружием и человека-то можно сбить с ног или, по крайней мере, славно отховозить. А если вы опытный боец, то обезоружить и оглушить вооружённого противника. Для существ размером с кошку, удар этой влажной палицы, мог стоить сломанных рёбер, а для крыс и им подобных он почти всегда смертелен.

В каждом из нас дремлет прапредок – охотник и воин, а потому, увидев потенциальную добычу, (врага, опасное или просто непонятное существо), мы инстинктивно готовимся к обороне или атаке, даже если это не имеет практического значения. Конечно, я не собирался нападать на Улли, а потому тут же сложил полотенце и повесил его на спинку стула. Сам сел на стул рядом.

– А, вот это другое дело, – сказал человечек, всё ещё поглядывая на меня с опаской. – А то, только увидел, так сразу драться! Нехорошо, а?

Я кивнул. Вот так взять и заговорить с тем, кого в природе быть не может, не так просто, как кажется. Но теперь я мог разглядеть его как следует. Понятное дело он не был серебряным ни, по сути, ни по цвету. Собственно, я понял это ещё ночью, ведь луна всё окрашивает в серебряный цвет, соответственно собственному сиянию.

Цвета Улли был самого обычного, человеческого. Его одеяние оказалось зелёным, что ещё больше роднило его с Питером Пэном, а вот волосы… Назвать их просто рыжими было бы неправильно. Бронза с добавлением золота, вот какой это был цвет! Очень красиво, правда, это делало его похожим на куклу-девочку, но всё же это был парень.

– Ну, что уставился? – спросил он с грубоватой насмешкой. – Лепрекона не видел?

Это кое-что объясняло. Именно кое-что, не всё, конечно. Лепрекон! Их обычно изображают в этаких камзолах, килтах, шляпах с высокой тульей, башмаках с пряжками и гетрах. Он же был одет чёрти во что, бос и без шляпы. Килта тоже не было. Но это явно был лепрекон! По озорной хитрой физиономии видно.

– Хорошо сидим! – констатировал факт Улли, явно потешаясь над моим замешательством. – Ты вообще завтракать намерен? Ешь, давай, а то время не резиновое.

Я спохватился. Время действительно было не резиновое, а сейчас его осталось крайне мало. Кое-как запихав в себя остывшую яичницу и бутерброд с колбасой, дважды подавившись, (Улли при этом хлопал меня по спине, забравшись на плечо), я закончил завтрак, и, так и не сказав ни слова, потащился одеваться. Когда я сунул нос на кухню, попутно завязывая галстук, Улли собирал посуду в раковину и упаковывал остатки колбасы в полиэтиленовый пакет для отправки в холодильник.

– Потом! – крикнул он, увидев меня. – Вечером поговорим, а то ты на работу опоздаешь.

На работу я шёл со странным чувством. Не давала покоя мысль, что я оставил в руках подозрительного типа беззащитную квартиру. Но с другой стороны, если всё что я думаю о своём новом знакомом, правда, то его без толку выставлять за порог. Для лепрекона замков и дверей не существует.

День прошёл необычно. Я ожидал традиционных заподлянок со стороны начальника, но тот, как будто забыл о моём существовании. Поздоровался, глядя в бумаги, зачем-то спросил о жене и дочери и прошёл мимо. Новых сверхсрочных заданий, которые затрудняли бы выполнение старых, не было, а ведь это его любимый приём.

Загрузка...