Дмитрий Луценко Три богатыря и Кощей Бессмертный

Если бы вам довелось увидеть избушку на курьих ножках изнутри, прежде чем снаружи, то вы бы всё равно насторожились. Возможно, не сразу. Всё же русская печь с закопчённым устьем, располагавшаяся у дальней от входа стены, да грубый деревянный стол с самоваром, придавали жилищу человечности, однако оглядевшись по сторонам, гость неизбежно замечал немало странных, а порой и пугающих вещей. Под потолком висели десятки травяных пучков, многие из которых пахли совершенно отвратительно, например, тухлым мясом или болотным илом, а на полках вдоль стен стояли склянки украшенные изображением черепа со скрещенными под ним костями, и глиняные горшки, заполненные высушенными змеиными головами, крысиными хвостами и прочими непотребными вещами.

Утром того дня, когда началась наша история, хозяйка избушки на курьих ножках – хмурая, но отнюдь не древняя Баба-Яга, сидела за столом перед чашкой давно остывшего чая, подперев голову рукой, и с вялым интересом наблюдала, как черный мохнатый паук оплетает паутиной ручку самовара. Надо сказать, что сей милый зверёк был размером с детский кулачок, и, судя по напрочь затянутому углу, где метла со ступой стояли словно за занавеской, лапы на этом занятии он набил изрядно.

– Вот ты, Яшка, вконец обнаглел! – констатировала Баба-Яга совершенно очевидный факт, что впрочем, стало сюрпризом для паука. Прервав работу, он в нерешительности уставился на хозяйку дома парой самых крупных глаз-бусинок.

– Да шут с тобой, плети! – вздохнув, вяло махнула рукой в его сторону Баба-Яга. – Всё равно убираться нет никакого настроения!

Она хотела добавить что-то ещё, но тут изба заскрипела, приподнялась, и, раскачиваясь из стороны в сторону, начала разворачиваться.

– Кого там опять нелёгкая принесла? – проворчала ведьма, в последний момент ловя чашку, устремившуюся вслед за сбежавшим под стол пауком.

Дверь распахнулась, и на пороге появился невероятно худой, но очень бодрый мужчина лет пятидесяти, закутанный в плащ цвета непроглядной тьмы. Его абсолютно лысую голову украшала чёрная корона с острыми зубцами, так что любой человек, хоть раз слышавший о Кощее Бессмертном, мог бы догадаться кто перед ним.

– Здорово, старая! – трескучим голосом поздоровался гость, довольно улыбаясь.

– Здоровей видали, – устало закатила глаза Баба-Яга, явно не ощущавшая радости от встречи.

– Яга, ты чего такая смурная? – спросил Кощей, энергичными шагами подходя к столу и бесцеремонно присаживаясь. – Заболела что ли?

Вознамерившись испить чаю, колдун взял чашку, однако из неё выскочила очень крупная и сердитая сороконожка.

– Нет! – раздражённо ответила ведьма и нахмурилась. – Не знаю, что со мной! Настроение – тоска зелёная!

– Понятно, – кивнул Кощей, щелчком отправляя насекомое в дальний угол и осматривая свою посуду с брезгливым выражением лица, – это у тебя возрастное!

– Что?! – сердито гаркнула Баба-Яга, вскакивая со скамьи и подступая к Кощею с кулаками. – Намекаешь, что я старая и из ума выжила?!

– Заметь, не я это сказал! – поспешно заявил Кощей, отклоняясь от собеседницы как можно дальше.

Из-за поднявшегося шума паук, едва отважившийся выглянуть из своего убежища, снова спрятался от греха подальше.

– Ты никак думаешь, что раз бессмертный, то можешь глумиться над несчастной женщиной? – ледяным тоном поинтересовалась Баба-Яга. – Я вот сейчас, как сделаю наговор, и будешь потом две недели по кустам пятый угол искать!

– Что ты! Угомонись! – не на шутку встревожился Кощей. – Ты у нас та ещё красотка! Хоть сейчас под венец!

– Правда? – приподняв бровь, спросила ведьма.

– Как есть говорю! – заверил её колдун, разве что не перекрестившись.

Пусть лесть и была грубой, но она сработала. Баба-Яга достала зеркальце, взглянула в него и принялась приглаживать волосы.

Обрадовавшись, что гроза миновала, Кощей налил в чашку воды из самовара и отхлебнул, чтобы смочить пересохшее от волнения горло, но, как оказалось, поторопился.

– То есть ты готов сделать мне предложение? – голосом невинной девушки спросила ведьма.

– Да ты чего, ста…, – начал Кощей, однако увидев грозное лицо Яги, моментально рассвирепевшей после такого вступления, поперхнулся и вовремя осознал, что слова надо подбирать тщательнее.

– Станешь на меня лучшие годы тратить? – выкрутился он. – Я же легкомысленный, характер скверный и люблю только себя!

– Ясно всё с тобой, нарцисс недоделанный, – устало констатировала Баба-Яга и вернулась на своё место.

Кощей успел за её спиной облегченно выдохнуть, но тут же натянул на лицо улыбку, стоило ведьме повернуться к нему лицом.

– Кстати, а ты чего такой весёлый и радостный ко мне прискакал? – спросила она. – Что за причина?

– Да просто так! Сегодня пятница и я бессмертный! – ответил колдун. – Могу делать всё, что захочу, и ни о чём не беспокоиться! Не жизнь, а праздник!

– Ну да, – согласилась ведьма, подперев рукой голову и задумчиво скребя столешницу длинным ногтем, – с подобным даром грех скучать!

Из-под стола снова выглянул паук и уставился на хозяйку.

– Яшка, кыш! Хорош глаза мозолить! – прикрикнула на него Яга, правда, без особого рвения.

– Я ведь в стольный град направлялся, – продолжил Кощей Бессмертный, – на празднике погулять, инкогнито, разумеется, а тебя проведать мимоходом заскочил. Хочешь – давай со мной, развеешься! Не то боюсь, в следующем году приеду, а ты тут с самоваром поссорилась!

– Остряк самоучка выискался! – состроила кислую физиономию Яга. – Я в крайний раз от богатырей еле ноги унесла! Нет уж! Бережёного бог бережет! И тебе советую не высовываться!

– Ну, как хочешь! – вставая, сказал Кощей. – Тогда сиди, скучай в своей глухомани!

– Вот зря ты ёрничаешь! Может, лучше заглянем в твоё будущее? Проверим, всё ли там у тебя гладко?

– А давай! – решительно махнул рукой колдун, воспринявший предложение как очередное развлечение. – Только так, чтоб не слишком много подробностей, а то жить неинтересно будет!

Баба-Яга сноровисто набрала с полок нужные для зелья ингредиенты и отправила их в закопчённый колдовской котёл, стоявший на треножной подставке. Тот уже был наполовину заполнен вязкой жижей, которая вскоре закипела без всякого огня. Однако после того, как ведьма добавила в смесь немного фиолетового настоя из крохотного пузырька, бурление прекратилось, и вверх взлетело облачко зеленого дыма.

– Готово!

– Что видишь? – нетерпеливо спросил Кощей, пытаясь заглянуть в котёл, но ведьма строго указала ему на табурет.

– Сядь и не мельтеши!

Убедившись, что её требование исполнено, Баба-Яга принялась вглядываться в чёрную поверхность зелья – похоже, под ней действительно мелькали какие-то образы.

– Вижу город, место тёмное, бутылки с зельем в ряд стоят, – сообщила ведьма и бросила презрительный взгляд на Кощея Бессмертного. – А в прошлый раз говорил, что обеими руками и ногами за здоровый образ жизни!

– Будет тебе! Я такое только с похмелья мог сказать!

– Пляшешь, не пойми с кем! – продолжала делиться наблюдениями ведьма.

– Да, это я люблю! – довольно улыбаясь, согласился Кощей, но через мгновение нахмурился. – Ладно, хватит за мной подглядывать! И так уже понятно, что всё у меня хорошо!

– Не торопись! – заявила вдруг Баба-Яга. – Вижу смерть твою скорую!

Не ожидавший подобного поворота событий, Кощей вздрогнул всем телом и начал заваливаться назад. Попытки поймать равновесие ни к чему не привели, и вылетевший из-под колдуна табурет опрокинул котёл.

– Быть того не может! – просипел Кощей, едва поднявшись с пола.

– Уж поверь! Я совершенно ясно видела, как тебе голову с плеч сняли! Щисть – и всё!

В подтверждение своих слов Баба-Яга рубанула воздух ребром ладони.

– Покажи ещё раз будущее, хочу сам посмотреть! – замотал головой Кощей.

– Не могу! – развела руками ведьма и кивнула на пустой котёл, валявшийся на полу.

– Так сделай новое зелье!

– Не выйдет! У меня глазные яблоки упыря закончились!

– Тьфу ты! Да чего я распереживался-то?! Мне двадцать раз голову отрубали! И всё бестолку!

– Может и так, – согласилась Баба-Яга, – только в этот раз щисть – и прям в прах рассыпался! Или ты у нас феникс?

Кощей вздрогнул, побледнел, взяв себя за горло, и втянул голову в плечи так, словно шея у него вовсе отсутствовала.

– Нет, – вымолвил он слабым голосом, разом утратив жизнерадостность. – Кто ж меня так? Как звать?

– Ты сам просил без подробностей! – упрекнула его Баба-Яга. – Знаю только, что сын богатыря русского!

– И как же он меня одолел?

Загрузка...