Бахтиярова Анна Свадьба без брака, или в Пекло эльфов!

Глава 1. Ошибка колдовства

— Стоять! Не разбегаться! Я кому сказала?!

Да, я понимала, что это совершенно глупое, а главное, бесполезное занятие — отдавать приказы магической живности, которая почуяла свободу. Но поделать ничего с собой не могла. Слова вылетали со зла. Причем, злилась я даже не на живность. Что взять с двухголовых куриц? Пусть они сто раз приносят в дом удачу, курицы — они всё равно курицы. Я злилась на помощницу Вивиану, криворукую и неуклюжую девицу, которая досталась мне в наследство от недавно почившей бабушки вместе с магической лавкой. В смысле, завещала мне бабка только лавку. Но в документе черным по белому было прописано, что выгонять Вивиану нельзя, иначе лавка разорится, а она — бабка в смысле — в гробу крутиться начнет.

Почему нельзя гнать в шею Вивиану за два месяца владения лавкой я так и не выяснила, но бабкину волю исполняла. И даже не из-за угрозы вращения в гробу. Бабка у меня была самой грозной ведьмой в долине. Такая и из царства мертвых достанет, не поленится.

— Ви, хватай их! Не стой, как пень! — приказала я.

— Голыми руками? Без магии? — взвизгнула та и врезалась пышным задом в стену, ибо одна из куриц исхитрилась клюнуть ее в ногу.

— Я бы «схватила» магией! Если б ты сдуру блок не поставила на любые заклятья!

Нет, это просто ходячее недоразумение, а не помощница! Сначала, пытаясь переместить клетки с клушами магией, умудрилась их уронить, да так, что все дверцы пооткрывались. Потом в попытке всё исправить, перепутала последовательность слов в заклятье, и теперь до вечера в лавке не работала магия. Совсем!

— Добрый день, мне бы настойку от бессонницы и… ох ты, батюшки!

Постоянная клиентка леди Свенсон очень некстати переступила порог лавки, настежь открыв дверь, и чертовы курицы с радостными воплями ринулись на волю.

— Стоять! — вновь потребовала я и рванула за имуществом на улицу.

И угораздило меня купиться на уловку давнего бабкиного поставщика. Мол, ценный товар, отбоя от клиентов не будет! Проверено и не раз. Угу, вот именно ценный! Денег отвалила за клуш кучу, а отдачи раз, два и обчелся.

— Ну, чучела! Кто сам не вернется, на суп пущу!

— Дык ты их магией! Магией!

В лавку как раз направлялась Мойра — бабкина младшая сестра. Вечно растрепанная и слепая, как крот, от рождения, но прекрасно умеющая ориентироваться в пространстве с помощью магии.

— Как я магией-то?! Она нынче в лавке не работает!

— Дык ты ж не в лавке.

— Я… Ну, черти!

А ведь, правда, уже не в лавке.

— Вивиана, тащи клетки быстро! — приказала я и приготовилась магичить.

Это я умела делать отменно. Не зря окончила лучшую магическую школу столицы с отличием. Да и потом карьера шла в гору легко и непринужденно. Так бы продолжалось и по сей день, если бы не треклятое замужество, которое поставило крест на всем и сразу.

Я прищурилась, сложила нужный пасс, и чертовы разбегающиеся в разные стороны клуши взлетели в воздух. Повисели так, отчаянно кудахча, с полминуты, и моими стараниями «поплыли» к клеткам, которые вынесла-таки из лавки Вивиана.

— Только попробуйте еще раз выкинуть подобный фортель, и у нас будет самый большой куриный пирог в долине, — пообещала я, закрывая замок на последней клетке.

Остаток дня прошел бестолково. Магия в лавке не работала, приходилось для демонстрации каждого товара (кроме зелий) выходить наружу. Покупатели сердились, соседки злорадствовали, мол, у прежней владелицы — леди Фионы — такого позора никогда не случалось, а внучка оказалась настоящей бездарностью. В общем, когда пришло время закрываться, я была почти счастлива.

— Прибери тут, — велела я Вивиане. — Пол как следует помой, а не просто пройдись шваброй по середине. Иначе утром перемывать заставлю. При клиентах.

Та вздохнула тяжко-тяжко, но кивнула, а я поднялась на второй этаж, где обитала последние два месяца. Собралась принять ванну и завалиться спать. Ибо ночи с некоторых пор стали для меня отвратительным временем. Я даже сонные микстуры принимала, дабы быстрее уснуть и не переживать из-за мерзкого проклятия, которым меня наградили. Проклятия, последствия которого проявлялись исключительно по ночам.

Сегодня я решила добавить в воду в ванне особую настойку. Она дарила поистине волшебные сны и позволяло выспаться так, будто проспал лет десять кряду. Пользоваться ей, правда, разрешалось не чаще раза в месяц, иначе грозило не ночное волшебство, а кошмары. Я потянулась за флакончиком на полке и умудрилась задеть шкатулку с украшениями. Разумеется, в падении та раскрылась, и всё содержимое рассыпалось по полу. Я опустилась на колени, дабы собрать подвески и серьги, и застыла каменным изваянием. Среди украшений на полу лежала фотография. Моя свадебная фотография.

Надо же, я и забыла, что она в шкатулке.

Следовало поднять ее и разорвать на мелкие клочки, но я взяла ее в руки бережно. И принялась рассматривать лицо мужчины, которого еще недавно звала мужем.

Бен был красавцем. Что уж отрицать. И я влюбилась в него — высокого брюнета с черными глазами — как идиотка. Души не чаяла, смотрела в рот и верила, что проживу с ним до глубокой старости. Наивная. Впрочем, смотрелись мы вместе неплохо. Я ведь тоже не была уродкой. Особенно удачно вышла на этой фотографии: истинная ведьма с копной каштановых волос и озорным взглядом зеленых глаз. Вот только внешняя гармония оказалась обманчивой. Мой брак с Беном закончился катастрофой.

— Гадом своим ползучим любуешься? — спросила Мойра, появившаяся в дверном проеме.

Она никогда не стучала. Заходила ко мне, будто к себе. Впрочем, этот дом она была вправе называть своим больше, чем я. Мойра всю жизнь тут прожила. Под крылом бабки.

— Не любуюсь, — проворчала я и засунула портрет обратно в шкатулку.

— Магия опять заработала, — оповестила Мойра хмуро.

— Это хорошо.

— Ничего хорошего. Ты б спустилась вниз, Вэл. Вивиана магичить собралась. Взяла книгу старую из личной коллекции Фионы. Как бы не вышло чего.

— А сама почему ей не помешаешь?

— Дык бабка твоя с меня клятву взяла не обижать никогда дуреху. Вот я и не связываюсь. А тебе только гнать ее в шею запретили. Мозги вправлять имеешь право.

— В пекло! — прошипела я, поднимаясь с пола.

Горячая ванна и сон откладывались. На неопределенный срок. Я мало что знала о прошлом Вивианы, но успела понять за два месяца, насколько девчонка упряма.

Я спустилась по лестнице, цокая каблуками высоких кожаных сапожек. Вошла в торговый зал, готовясь обрушить на негодницу великий ведьмовской гнев. Да не рассчитала. Не учла, что обряд, который проводила Ви, аккурат достиг кульминации.

— В котле сварю, — пообещала я, когда меня подхватило мощным магическим порывом и швырнуло в стену.

Последнее, что я успела разглядеть, прежде чем потерять сознание, были брачные символы на полу. Причем, нарисованные вперемешку с символами удачи и везения. Но в такой странной последовательности, что наши педагоги из магической школы за голову бы схватились.

****

— Вэл… Вэллари Свон, ты жива иль как?

Я выругалась, назвав Вивиану драной кошкой, и открыла глаза.

Девчонка взирала на меня со слезами умиления. Мол, не померла, уже чудо.

— Прибить тебя мало, — процедила я и потрогала нывший затылок.

— Я ж не со зла. И вообще для себя старалась. Мне замуж надобно. Очень. А то всю жизнь старой девой проживу, как Мойра.

— Но-но, — слепая старушка погрозила пальцем. — Поговори у меня. Я сама, между прочим, замуж ни за кого не пошла, хотя звали. И не раз.

Так и было. Мойру звали. Магичка, отлично разбирающаяся в целебных зельях, в любом хозяйстве пригодится. А то, что слепая и некрасивая, это тоже неплохо. Никто лишний раз не позарится, а самому мужу спокойно можно на сторону бегать, никто не осудит, коли правда всплывет. Но Мойра «видела» особым зрением, что зовут корысти ради. Так и осталась старой девой. Всю жизнь жила при лавке, помогала моей бабке. И ни на что не жаловалась. Хотя и была довольно бойкой на язык.

— Что за обряд ты провела, дуреха? — спросила я Вивиану, поднимаясь.

— Свадебный.

— А поконкретнее?

— Ну, чтоб на мне жениться хотели, ибо брак со мной будет удачу приносить во всех делах.

— Вот только не с тобой, а с Вэллари, — припечатала Мойра. — Магическая волна ж в нее ударила. Хотя… — она почесала подбородок. — Я бы не беспокоилась. Колдовство Ви еще ни разу не срабатывало. Так что желающие жениться на нашей Вэл на пороге вряд ли выстроятся.

— И хорошо, — бросила я, отряхивая подол юбки: длинной сзади и короткой спереди. — Мне только женихов сейчас не хватало. От прошлой свадьбы не отошла.

Я велела Вивиане повторно прибраться в торговом зале. В полёте я сбила несколько товаров, а порошок, дарующих мужчинам особый вид здоровья, и вовсе рассыпался. Но это была не моя вина. Я ж не по своей воле тут летала. Так что и убираться Ви. Та грустно кивнула, соглашаясь на новую уборку, а я пошла к себе. Решила обойтись без ванны, ограничилась умыванием и обтиранием. Завалилась спать, но сон не шел. Перед глазами, как назло, стоял чертов бывший муж.

А эти самые глаза застилали слезы горечи…

Я была счастлива с Беном, что уж кривить душой. Все три месяца нашего так называемого брака. Не ходила, а летала. Я же вышла за любимого. За красавца, которого мечтали заполучить все вокруг. А то, что он слабенький маг, подумаешь. Не всем же рождаться выдающимися. И, да, это благодаря моей работе в департаменте магии, супруг тоже получил тепленькое местечко. А что такого? Все мы помогаем близким и родным.

Так я и жила, летая. Пока в один прекрасный день на пороге не появилась глубоко беременная провинциалка (в компании судьи и двух стражей порядка) и, тыча мне в лицо документами, не объявила, что это она, а вовсе не я — законная жена Бена. Я сначала не поверила. Не хотела верить. В голове не укладывалось, что любимый мужчина мог жениться на мне, состоя в законном браке с другой. Той, что все это время жила в их общем доме в маленьком городке на краю королевства. Той, что носила под сердцем его ребёнка. Но всё подтвердилось, и мой мир рухнул. А с ним и всё остальное.

Самое безумное, для всех вокруг виноватой оказалась я. Разлучницей, которая посмела увести мужа у беременной женщины, стервой и разрушительницей семьи. Обо мне писали в газетах, мол, умелая ведьма, наверняка, приворожила бедного мужика. Да так, что забыл и о жене, и о ребеночке. Бен поддерживал эту версию, дабы остаться чистеньким, мол, совершенно память отшибло, напрочь из нее стерлась предыдущая женитьба.

Скандал набрал та-акие обороты, что с работы в департаменте пришлось уйти. Начальство прямо посоветовало уволиться самой и не осквернять приличное ведомство своим присутствием. О продолжении карьеры в столице речь не шла, меня теперь здесь знала каждая собака. Пришлось собирать пожитки и… возвращаться в Долину роз, где я провела детство. Туда, куда я не планировала возвращаться, и где мои столичные привычки с манерой одеваться считали странными и вызывающими. Я вернулась к доживающей последние недели бабке, дабы скрасить остаток ее жизни, а затем принять в наследство магическую лавку.

И всё бы ничего, ведь от многого в жизни можно оправиться и начать всё сначала, но на меня обрушилась еще одна катастрофа. Кто-то (не то сама женушка Бена, не то некто из сочувствующих бедняжке) наградил меня знатным проклятием. Да таким, что даже бабка (выдающаяся ведьма) не сумела снять. И на люди я теперь могла выходить исключительно в дневное время. Дабы не пугать окружающих внешним видом.

— Ладно, прорвемся, — сказала я самой себе, вытерла слезы и перевернулась на другой бок.

Нечего себя жалеть. Рано или поздно для любой проблемы находится решение. Однажды и для моей найдется. Когда-нибудь.

Снились, как часто это бывало, шумные столичные улицы, пыхтящие неповоротливые автомобили, модные рестораны, эпатажные выставки и театры, где каждую неделю гремели новые постановки. Вся та жизнь, которая была мила моему сердцу, но осталась в прошлом. Теперь она являлась мне по ночам, напоминая обо всем несбывшемся. Сны будто нарочно пытались ранить, демонстрируя колоссальную разницу между прошлым и настоящим.

— Вэл! Вэл, вставай! Там сумасшедший дом! — пробился сквозь сон голос Мойры.

— Где? — спросила я и попыталась укрыться с головой, но бабкина сестрица не позволила.

— Сглазила я вчера. Работает Вивианин обряд. Еще как работает. Там толпа женихов. Замуж тебя взять хотят. Все разом.

Я села на кровати, свесила ноги одну за другой и выругалась.

Ну, Вивиана! Ну, удружила!

Мужского гарема мне сейчас и не доставало.

****

Они, правда, жаждали жениться. На мне. Все до единого. А женихов этих у порога лавки собралось десятка четыре! Все с цветами, подарками и кольцами.

— И угораздило тебя выйти не вовремя, — прохныкала Вивиана. — Сейчас бы они все ко мне сватались.

Хотелось дать ей по лбу. Сковородой. Но я заставила лавину гнева внутри чуток притихнуть и велела:

— Отмени обряд.

— Не выйдет, — ответила вместо Вивианы Мойра. — Я проверила. Там путаница с символами произошла. И это привело к неожиданным последствиям. Во-первых, женихи не просто рассчитывают на удачу, которую дарует женитьба, они все одурманенные. Во-вторых, обряд нельзя повернуть вспять. Единственный способ отвадить толпу — выбрать одного кандидата и выйти за него.

— Ты сейчас пошутила, да? — спросила я, хотя начинала осознавать, что Мойра говорит очень даже серьезно, и у нас огромные проблемы.

— Если бы, — протянула та.

— Ладно, — я поправила кожаные нарукавники, что носила для красоты. — Я, в конце концов, окончила магическую школу с отличием. Найду способ отвадить всех женихов.

— Попытайся, — разрешила Мойра тихонечко. — Только это… лавку целой оставь. А то бабка твоя, впрямь, с того света на помеле прискачет.

…Увы, я быстро поняла, что дела плохи. Магия отмены на женихах не работала, отрезвляющие чары тоже, а на попытки доказать, что я самая неподходящая невеста на свете, толпа женихов только шире улыбалась, протягивала букеты и наперебой говорила комплименты.

— Вэллари, твоя красота не сравнится даже с солнцем!

— С луной и всеми звездами!

— Ты прекрасна, как роза и орхидея вместе взятые!

Я едва не рычала.

— У розы, между прочим, колючки!

Но женихи не унимались.

— У тебя самые очаровательные колючки в королевстве!

— Во всем мире!

И ладно, если бы разбираться пришлось только с ними. Спасать бедолаг и возвращать к родным очагам прибежали матери. Они уговаривали отпрысков опомниться, шипели на меня и плевались ядом, кое-кто попытался даже побить. Но я быстро сообразила, к чему идет дело, и применила мощную защиту. Каждая потенциальная свекровь знатно обжигалась в попытке меня ударить или схватить за волосы.

Когда же дамы, которые еще вчера считались степенными, сообразили, что голыми руками меня не взять, а сыновей не увести, то подняли вой.

— Всегда знала, что их семейка гнилая! — крикнула одна из матерей, обнимая сына — детину под два метра ростом.

— Еще какая гнилая! Ее бабка — ведьма Фиона — кошку мою украла! — вторила ей другая, параллельно отнимая у отпрыска коробочку с кольцом. — А когда я спросила, что она с ней сделала, она сказала, что в котле сварила! Чтоб обряд редкий провести!

— Ой, и у меня кот пропал! — запричитала третья, хватаясь ладонями за раскрасневшиеся щеки. — Ну, живодерки!

— Что за бред?! — возмутилась я.

Мало того, что я чужих мужей увожу, так теперь еще и в убийцы кошек запишут?! Ну уж нет!

— Бабушка считала кошек — священными животными! — объявила я злым теткам.

— А сама не держала никогда!

— Потому что в лавке другая живность продается. То мыши, то птицы волшебные. Кошка бы давно всех слопала.

— Так может Фиона и мою Лапку продала! — вскричала неугомонная соседка. — Обманула клиента, выдала за магическую!

Тут очень вовремя (или не вовремя) ожил ее сын.

— Вэллари, хочешь, я тебе сто кошек подарю? Породистых! Всех мастей!

— Ох, сыночек! — запричитала мать. — Каких еще кошек? Пойдем домой, а? Ну эту ведьму.

— Нет, — парень вырвался из материнского хвата. — Я люблю Вэллари!

— Нет, это я ее люблю! — раздалось сбоку.

— Нет, я! Я! Я! — понеслось со всех сторон.

Я зарычала и крикнула:

— В пекло! А ну замолчали все! Иначе ни за кого замуж не пойду!

Угроза подействовала. Возле лавки стало тихо-тихо, будто наступила глубокая ночь. Только всхлипы матушек женихов время от времени нарушали тишину.

— Я очень польщена вашими… хм…. предложениями. И теперь мне необходимо их обдумать. У невесты есть такое право. Поэтому все живо по домам. А тот, кто не послушается, пусть пеняет на себя. За него точно не выйду.

Высунувшая нос из лавки Мойра облегченно вздохнула, ибо женихи подчинились. На радость матерям. Посмотрели на меня с обожанием и пошли в разные стороны. По домам.

А я вытерла вспотевший от переизбытка впечатлений лоб.

— И что теперь делать? — спросила Мойру.

— Ты знаешь ответ, — отозвалась та. — Замуж идти. Другого ответа у меня нет.

— Всё равно найду выход, — пообещала я и отправилась в личную бабкину библиотеку — искать способ отвадить одержимых женихов.

Я просидела за книгами до вечера и вынуждена была признать, что Мойра права. Последовательность символов, которую использовала дуреха Ви, делала обряд необратимым. Единственный способ всё исправить — довести дело до логического конца. То бишь до замужества. Моего замужества. И, правда, вот угораздило войти не вовремя!

— А если развестись через пару дней? — спросила я себя. И тут же ответила: — Нет, не получится. Придется ждать полгода, иначе магия не сработает, и остальные женихи окончательно озвереют.

Я даже от безысходности начала перебирать в уме парней, которых видела сегодня внизу и размышлять, кто из них самый безобидный и подходящий на роль мужа, не качающего права. Сложность заключалась в том, что в довесок к супругу я получу свекровь. А они все, как на подбор, мегеры. В этом я нынче убедилась сполна.

— Вэл… Тут это… — в дверном проеме показалась голова Мойры. — К тебе жених. Еще один.

— Гони его в шею.

— Не уходит.

— Тогда пусть стоит у лавки всю ночь. Я защиту поставила, чтоб ни человек, ни маг не мог внутрь пробраться.

— Угу. Только он ее миновал, — огорошила Мойра. — Внутри тебя ждет. Ибо не человек это. И не маг.

— А кто? — я уронила книгу.

Мойра возвела глаза к потолку и выплюнула:

— Эльф! Чтоб пусто ему было!

Загрузка...