Батршина Лилия Валинуровна Стрелы Амура

— Эй, Кать, Семеныч у себя? — крикнул я, заметив уходящую в дальний конец коридора подружку.

— У себя, у себя, Амурчик, — крикнула она в ответ на весь коридор и расхохоталась. Я тоже растянул губы в улыбке, хотя смеяться мне сейчас хотелось меньше всего, и быстро нырнул в свой кабинет.

Вот так всегда. Едва где появлюсь, знакомые сразу орут на всю округу: "О, Амурчик пришел!". Когда ко мне это прозвище приклеилось, сам не пойму. Подумаешь, единственный парень во всем отделе любви, ну и что? Нашли себе повод для насмешек. Надо будет Катьку как-нибудь старухой с косой обозвать, вот тогда посмотрим, кто чего стоит и кто как реагирует. Ишь, придумали — Амурчик…

Я бросил папку под стул и стал быстро перебирать бумаги на столе. Семеныч у себя — это редкая удача. Надо ее использовать и как можно быстрее подсовывать ему мое дело, а то оно еще месяца три будет лежать, пока я его дождусь. Я быстро подскочил к шкафу с делами, переворошил там все документы, нашел наконец свое и стал спешно запихивать в него все справки, которые я нарыл за эти полтора месяца.

— Эль, диаграмма из отдела судьбы пришла? — спросил я, холодея от одной мысли, что ее еще не успели составить.

— Пришла, пять минут назад, — ответила напарница, подавая мне бумагу. У меня отлегло от сердца. Я пробежал диаграмму глазами и выдохнул наконец свободно: все было именно так, как я и предполагал. У моей пары судьбы просто безумно интересные при всех вариантах развития событий, но особенно интересными они становились, если эти двое будут вместе. Получался двойной коктейль. Аналитикам будет чем заняться, не одну диссертацию на этой паре напишут. Если, конечно, я сегодня получу разрешение их в конце концов соединить.

Я сложил документы в папке и еще раз, как можно спокойнее пролистал их, проверяя, все ли на месте. Разрешения — из отдела судьбы, подотдела знакомств, подотдела влюбленности, отдела семьи и брака, отдела деторождения… Еще куча-мала из всевозможных справок и медицинских заключений… Вроде все. Ах, да… Была здесь очень интересная справка из отдела смерти. Она может подгадить мне все дело. Хотя, в принципе, у нас однажды уже такое было, правда, то дело не проходило через наш отдел. Но о нем вся канцелярия гудела не хуже пчелиного улья еще года два, если не больше. А здесь все в двойном объеме. Ну, что ж… Видать, судьба такая.

— Пожелай мне удачи, — попросил я Элю, запихивая папку под мышку.

— Чтоб тебе пусто было, — от всей души ответила та.

— Спасибо, — кивнул я и отправился к Семенычу.

В приемной у шефа меня Элиными молитвами поджидала невероятная удача: на диване ждал вызова только один человек — Илья, из подотдела измен. В руках он держал тоненькую папочку — вероятно, отчет о расследовании какого-нибудь дела. Мы поздоровались, и я спросил:

— Ну, чего у вас там случилось?

— ЧП, как всегда, — пожал тот плечами. — Угроза второй Троянской войны из-за новой Елены Прекрасной.

— Ого, — восхитился я. — И кто же выступает в этой роли?

— Жена одного нашего посла на Филлипинах, — усмехнулся Илья. — Мы как обнаружили, все за голову схватились — связь там такая, не разорвешь. Двое суток на ушах стояли, слышал, наверное.

— Не слышал, но ладно, — махнул я рукой. — И чем закончилось?

— Ты меня обижаешь, — улыбнулся Илья. — Все честь по чести, успели вовремя предотвратить, срочно направили запрос в отдел судьбы — все чисто. Считай, операция удалась.

— Поздравляю, — кивнул я.

— А у тебя что? — поинтересовался Илья. — Очередная пара?

— Да…

В этот момент из двери, ведущей в кабинет Семеныча, а точнее — главы канцелярии Игоря Семеновича Поверина, нашего всеобщего шефа, вышел предыдущий посетитель, и Илья вошел вместо него. Минут через десять вышел и он, весь сияющий, как пасхальное яйцо. Проходя мимо меня, он наклонился и шепнул: "Похвалил за удачно проведенную операцию". Из этого я сделал вывод, что шеф сегодня в хорошем настроении. Что ж, это мне только на руку.

— Здравствуйте, Игорь Семенович, — сказал я, останавливаясь на пороге его кабинета.

— Здравствуй, здравствуй, дружок, — покивал шеф. Надо будет поинтересоваться, так, между прочим, во внутреннем отделе, что это у него сегодня такое произошло, что он такой радостный и веселый. "Дружком" он меня в последний раз называл года три назад, не меньше. — Ну, что там у тебя?

— Как всегда, — пожал я плечами и подошел к нему. Выложил на стол папку, мысленно призывая Ее благородие Удачу на подмогу. — Очередная пара людей, просто созданных друг для друга.

— Ага, — хмыкнул шеф. — Ну, давай посмотрим.

За те десять минут, что он пролистывал документы, внимательно изучая все справки и все разрешения, я успел раз двадцать пять вспотеть, похолодеть, побелеть, покраснеть — в общем, претерпеть все метаморфозы, которые происходят с человеком, когда он волнуется. Эта пара — самая удачная из всех, которые я когда-либо видел, а повидал я на своем коротком веку немало. Моими стараниями за то время, что я работаю, образовалось семьсот пять пар. Разошлись из них только десять, а это мой личный рекорд и рекорд всего отдела за последние тридцать лет, поскольку по всему отделу не расставшихся пар набирается только семьсот пятьдесят. Учитывая, какая обстановка была в стране, я мог бы считаться героем. Мог бы, если бы оставил работу на этой вершине. Но я до сих продолжаю гоняться по всей России в поисках подходящих друг другу людей и выбивать в небесной канцелярии справки, прохожу весь извилистый путь от досье на людей до их встречи и, наверное, буду это делать всю жизнь. Потому что на данный момент только я имею возможность с такой скоростью собирать справки, что люди встречаются раньше, чем начинают об этом мечтать. Бывает, конечно, что люди начинают ворчать — мол, Амур где-то запропастился, но, как мне кажется, пособирай они все бумажки хоть на одну пару, как это делаю я, они бы мигом замолчали. Не так-то это просто, как кажется.

— А это еще что такое? — вдруг спросил шеф, выдергивая одну справку. Я глянул — и похолодел в очередной раз: это была справка из отдела смерти. — Отсутствие причин смерти? Что же, они никогда не умрут? Оба?!

— Получается так, — кивнул я. — Но, заметьте, на диаграмме видно, что в любом случае, встретятся они или не встретятся, их линия жизни не оборвется.

— Сразу два человека с замкнутым циклом судьбы, — задумчиво проговорил шеф. Покрутил ручку в пальцах. Я даже дыхание задержал: вот он подводит перо к заветной строке, вот чиркает свою фирменную подпись… — Ай, черт с тобой. Они, похоже, размножаются в геометрической прогрессии. Но если что — ответственность на тебе.

— Конечно, — согласился я.

Он мне это говорил каждый раз, когда я приносил ему бумаги на подпись.

* * *

Она шла по тротуару через дорогу от меня. Я отлип от угла, выбросил сигарету и перебежал на ее сторону, сразу поймав ее ритм и зашагав вслед за ней метрах в трех. Мы подходили сейчас к тому самому музыкальному магазину, в котором моими стараниями уже полчаса маялся созданный для нее парень. Когда мы поравнялись с ним, я резко выбросил руку вперед, перехватил нить судьбы этой девушки и завязал на ней маленький узел. Девушка запнулась, повернулась, долго смотрела на дверь магазина, после чего решительно вошла. Я вошел вслед за ней.

— Вы не знаете, здесь есть где-нибудь русский рок или я не по тому адресу зашла? — спросила девушка у как раз проходившего мимо нее парня. Я воспользовался моментом и, подхватив одному мне видимые нити их судеб, соединил их вместе. Секунда — и нити слились в одну.

— Русский рок дальше и за угол. Пойдемте, я вас провожу.

Все, как и должно быть.

… Когда они вместе пошли в кафе и девушка написала ему на листке из блокнота свой телефон, я понял, что теперь у них все получится. Они будут вместе, даже если расстанутся. Теперь у них одна судьба.

Счастья вам, ребята. А мне пора домой.

* * *

Я открыл дверь в квартиру, заранее пригнувшись: друзья из внутреннего отдела под большим секретом сообщили, что дома меня ждет скандал. В принципе, я это знал и так, но лишнее подтверждение мне не помешало.

Когда надо мной просвистела тарелка и ее осколки посыпались мне на спину (голову я предусмотрительно пригнул), я понял, что ни мое чутье, ни профессионализм друзей не подвели.

— Как ты мог?! — закричала моя девушка, угрожающе замахиваясь еще одной тарелкой. — Как ты мог не прийти?! Ты же обещал!!!

Я обещал, что сегодня мы пойдем в театр, но, поскольку Семеныч оказался у себя, пришлось этот поход отложить и работать сверхурочно. Моя девушка знает, где я работаю и что я трудоголик, и каждый раз из-за этого сердится.

Новая тарелка свистнула над головой, но осколков я дожидаться не стал и, прыгнув вперед, сгреб любимую в охапку, не давая ей двинуться. Она отчаянно сопротивлялась, но я был сильнее, и потому скоро она угомонилась, только сердито засопела.

— Ты помнишь, как мы встретились? — тихо спросил я после небольшой паузы. Она перестала сопеть и растерянно ответила:

— Помню, конечно. Я плюхнулась тебе на колени в автобусе в час пик, а ты очень тактично сказал: "Тот лопух, на которого вы, милая леди, сели, между прочим, я!", — каждый раз, когда она это вспоминала, она смеялась, и теперь сделала то же самое.

— Я тебя, наверное, удивлю, — продолжил я все так же тихо, — но тогда мы с тобой встретились не просто так. Мои друзья из отдела любви свели нас вместе там, в этом автобусе, под страшнейшей тайной от меня и от тебя. Представляешь, что было бы, если бы они этого не сделали?

— Не представляю, — серьезно ответила она. Я осторожно поставил ее на пол и развернул к себе.

— Сегодня я так же свел еще одну пару людей, которые созданы друг для друга, — проговорил я, заглядывая ей в глаза. — И они сейчас так же счастливы, как и мы с тобой. И они тоже не представляют, что бы было, если бы они не встретились.

Она задумалась. Я сам только недавно, совершенно случайно (откопал в шкафу старое досье) узнал, что нас, оказывается, свели, а не мы встретились сами. Впрочем, с моим-то опытом я мог бы догадаться. Но не догадался. А может, не захотел.

— Ужинать будешь? — спросила она, подняв на меня глаза.

— Буду, — улыбнулся я.

Вот так-то. Амуры тоже умеют любить. А я и не знал, что среди тех семисот пятидесяти не расставшихся пар были и мы с ней…

Загрузка...