Одинокая грунтовая дорога, петляя, скрывается за невысокими холмами пустыря. Сначала она идёт прямо, но очень скоро теряется между вмятинами и возвышениям, она не зарастает травой и сорняками, ведь по ней часто проезжают машины, особенно в выходные дни в хорошую погоду. «В убогом небольшом городке места для шашлыков такие же убогие», – думает про себя Митя.

Он стал приходить на этот пустырь летом. Оказавшись один на один с собой на каникулах, мальчик стал приходить на заброшенные стройки, отделяющие пустырь от города. Первым стало ближайшее к его двору здание, потом он исследовал следующий недостроенный дом и так, здание за зданием, он оказался на пустыре. Друзья разъехались к бабушкам и дедушкам, в детские лагеря на ближайшей реке, а тем, кто побогаче повезло попасть на море. Митя остался один.

До своего тринадцатого лета он не интересовался пустырём. Митя вообще мало интересовался окружающим миром. Жизнь просто проходила и не заставляла задумываться. Окружённый друзьями, не заводила и не лузер в своей стайке мальчишек, он всегда держался немного особняком. До прошедшего лета он не осознавал этого. Мальчик встретился лицом к лицу с пустынными дворами и тихими улицами и через робкое беспокойство полюбил уединение. Лето закончилось, но его монолог с одиночеством продолжался по выходным на пустыре.

Митя осмотрелся. Редкие деревья вдалеке начали желтеть, высокая трава больше не поёт, а печально стелется под дыханием пронизанного холодом ветра. Сегодня школьник возьмёт последнюю крепость пустыря – заброшенное здание, стоящее особняком.

Одинокая бетонная коробка возвышается на два этажа над землёй слева от дороги. Если бы ребята постарше не приезжали сюда оттянуться на старых шестерках и девятках, то дорожка к разрисованным граффити стенам полностью скрылась бы в зелени.

Митя приблизился к своей последней цели. Под окнами валяются бутылки и упаковки от чипсов, он едва различил их в сорняках и траве, подошедших к самым стенам. Прямоугольные отверстия на месте несбывшихся окон недобро смотрят на дневного посетителя. Митя подошёл к ближайшему окну, подтянулся и влез в тёмную комнату первого этажа. К его удивлению на полу не оказалось мелкого сора и лохмотьев, оставленных бродягами и скучающими подростками. Он прошёл в соседнюю комнату, лучше освещённую из-за окон, выходящих на юго-восток, но и там не обнаружил напоминаний о жизни в захудалом городке.

Тихий шорох заставил Митю остановиться, напрячься и всем телом превратиться в слух. Кто-то неизвестный передвигался по второму этажу. Глаза мальчика широко раскрылись, зрачки расширились, Митя почувствовал, как его светлые волосы пружинят у корней. «Вот что значит «волосы встали дыбом» – подумал Митя. Ему захотелось броситься к ближайшему выходу из одинокого заброшенного дома и мчаться в уют своей комнаты, засесть за компьютер и забыть об ужасе, испытанном только что.

Митя помедлил несколько секунд, пока сердце не перестало перекрывать своим стуком остальные звуки, волосы легли непослушными локонами на свои места, а шорох больше не казался чем-то угрожающим. Митя достал телефон, выключил звук, включил прямую трансляцию на своей странице и двинулся к лестнице на второй этаж. Ему не хотелось ни с кем делиться едва открытым одиночеством, но если его сегодня убьёт маньяк, останется последнее видео, из которого все узнают правду, и маньяка покарают.

Осторожно выбирая место для шага, исследователь поднялся на второй этаж. Строительство дома бросили, не закрыв его целиком крышей. Наполовину покрытый второй этаж был светлее первого. Митя приблизился к стене, за которой что-то происходило. Мальчик нерешительно замер с телефоном в руке, он прижал его к груди, собрался с духом и осторожно выглянул из-за дверного проёма. Открывшаяся картина его удивила больше, чем мог испугать притаившийся маньяк. В большой светлой комнате вырисовывался какой-то механизм. Он появлялся из воздуха так, будто его печатали на 3D-принтере, только никакого принтера рядом не было. Невидимый принтер уже «напечатал» сверкающий хромом механизм ростом с Митю.

Загрузка...