Пепельная Пустошь: Новая земля

Часть 16. 18.04.250-11.01.251. Западная пустошь, Кислотные болота Лит – ледник у Кельских гор

18.04.250 от Применения. Западная пустошь, Кислотные болота Лит

Зелёное свечение сквозь веки просочилось в сон. Руины, в которых заплутал Гедимин, зажглись холодной ирренциевой зеленью. Сармат потянулся за дозиметром, не обнаружил ни его, ни «рукава» скафандра – и проснулся окончательно. Скафандр, к счастью, был на месте, как и дозиметр. Зелёный рассвет разгорелся уже на полнеба. В невысокой, местами пожелтевшей траве что-то шуршало. Гедимин пошуршал в ответ и увидел в зарослях растопыренные белесые иглы. Колючие рептилии бродили и тут, выискивая какую-то пищу на кислых почвах.

Сармат поднялся на ноги, огляделся по сторонам. На юге виднелся редкий лесок, на севере – гряда невысоких холмов, изрезанная оврагами. Над ними стоял туман, зелёный в лучах рассвета. Гедимин вспомнил вчерашнее, встряхнулся, снова быстро огляделся, - местность не изменилась. «Вчера я узнал…» - он прижал ладонь к шлему и сощурился. «Очень много странного. Надеюсь, это мне не померещилось.»

Он покосился на дозиметр – фон был привычно-ровным. Сармат отмотал запись назад, к вечеру, и облегчённо вздохнул. Не померещилось, - по крайней мере, сильное излучение в ЭСТ-диапазоне, острые зубцы на графике интенсивности и резкий обрыв. «Прибор надурить можно, но сложнее,» - сармат опустился в траву, потянулся за флягами. «Я вчера всё-таки встретил Майкла Вольта. И он теперь квантовый зве… существо квантовой природы. А вон там – посёлок ксеносов под названием Тайкемы Вольта. Что ж, пора к ним зайти. Пока дойду, как раз все встанут.»

Он включил сканер, направил на холмы – и вздрогнул.

- Уран и торий! – вырвалось у него. Весь экран, почти вплотную подступая к сармату, занимало плотное облако ряби. Мощный источник ЭСТ-излучения лежал рядом, невидимый для дозиметра, - потоки, смотанные в клубок, наружу не лезли.

- Уран и торий, - прозвучало в голове. – Так у местных сарматов звучит приветствие? Я, увы, о земной популяции не знаю ничего сверх рассказанного Миком… Микаелем… то есть – Майклом. Доброе утро, Гедимин. Я вас не напугал?

- А, Брайан Вольт, - сармат криво ухмыльнулся и протянул в пустоту раскрытую ладонь. Невидимые тёплые волоски оплели её и крепко сжали. «Как со станцией здороваешься,» - беззвучно хмыкнул Гедимин.

- Можешь стать видимым? – попросил он. Бионические «скафандры» очень хотелось сравнить. Судя по рукопожатию, и у старшего «картографа» были ветвящиеся щупальца, - возможно, и правда, более удобные для исследований, чем человеческие руки.

- Что ж, Мика вы уже видели… - воздух сгустился, принимая очертания светящегося рельефного многогранника. Гедимин не ошибся – «скафандры» обоим Вольтам делали по одному образцу. Отличался только рельеф да размер глаз – у Вольта-старшего они были крупнее и, кажется, выдвижные.

- А эта штука, правда, прочная? – не удержался сармат и сам же назвал себя идиотом. У древнего ядерщика следовало бы спросить о синтезе сверхтяжёлых элементов… а лучше – о технологиях Куэннов. Он-то наверняка бывал в их колониях…

- По правде говоря, Гедимин, - сармат услышал протяжный вздох, - чем больше ты можешь понять в Куэннских делах, тем меньше они тебе рады. Технологии раздают дозированно и с далёким прицелом. Как, похоже, случилось на Земле. А панцирь прочный. Можете постучать по нему прикладом. Или выстрелить.

Гедимин ошалело мигнул.

- Стрелять?.. – он медленно стянул с плеча сфалт, перехватил за сопло. – Брайан, там внутри реактор. Три сотни кило.

- Хм… Буду рад после испытания на прочность осмотреть такой миниатюрный реактор, - отозвался «квантовый». – В наше время серьёзные ядерные устройства занимали очень, очень много места. Бейте, только плечо себе не вывихните. Я вправлю, но я всё-таки не медик.

Глаза втянулись в щитки панциря и угасли. Сармат, смущённо щурясь, размахнулся и ударил. Обшивка сфалта загудела, плечо заныло, Гедимина шатнуло назад. Многогранник даже не качнулся.

- Всё в порядке? – «квантовый» высунул глаза из-под панциря. – Можете попробовать плазменный резак. Понимаю, интересно изучить что-то новое. Как и мне – миниреактор.

Гедимин уткнулся взглядом в приклад сфалта и сдёрнул экранирующие пластины.

- Смотри. Он не очень мощный, но для плазмореза хватает.

Кольчатое щупальце легло на приклад, запуская отростки под металл и фрил.

- Да, в разработке защитных материалов Земля ушла далеко вперёд. Хотя без звёздного металла и тут не обошлось. Но без него и Куэнны не обходятся, даже их аккадалс не перекрывает все потоки. Но интересно было бы увидеть, что вы смогли бы сделать из аккадалса. Жаль, никто из мастеров Хесса так его и не воссоздал. Даже богам не подступиться…

Щупальце втянулось в многогранник. Гедимин думал о веществе под названием «аккадалс». «Верно. На Равнине говорят «аккадалис», но штука явно та же самая. Да, мне бы тоже было интересно. Куэнны! У высокоразвитой цивилизации и секретность на высоком уровне…»

В мозгу еле слышно хмыкнули.

- Это да. Однако мы отвлеклись. Мик… Микаель просил отвести вас в Уэлькечтин. Если вы не передумали…

- Идём, - сказал Гедимин. – Уэ…кчин?

- У-эль-кеч-тин, - чётко, с нажимом прозвучало в мозгу. – «Озёрные каменные дома», если по-вашему. Простое описательное название, в самый раз для нового поселения. Что ж, вам уже довелось летать с Миком и стоять за завесой. Так что, если вы готовы…

Щупальце высунулось из-под брони и свернулось толстой кольчатой спиралью, втянув отростки. Гедимин мигнул.

- Под завесой? Значит, нас не увидят? Они там совсем не хотят ни с кем общаться? Майкл говорил, тебя там уважают…

- Ну… в общем, да, - признал Брайан – но сильно смутился. – Я там малое божество. И вот поэтому и не хочу просто так маячить над поселением. Не беспокойтесь, мы с жителями пообщаемся. Но сначала осмотримся. Мне тоже любопытно, как Тайкемы устроились в новом мире. Вообще странно, что они рискнули переселиться. Всегда думал, что они накрепко привязаны к своим островам и мысам в Хашт-Илане…

…Внизу проплыли посадки гилгека. Гедимин задумался о расстоянии между порталом и болотами Лит, - для такой кислотозащитной полосы караваны между горами и топью должны были ходить в три смены, и хоть один из них на глаза сармату попался бы. Внутри черепа еле слышно хмыкнули.

- Хесс не первый раз стыкуется с другими мирами. Технология отработана. Через южный портал пришли разведчики. А всерьёз переселение началось через северный. Вулканы, конечно, мешают. Ближе было бы через подземное озеро – и вверх по реке. Странно, что Тайкемы не ходят этим путём…

«Подземное озеро? То, что рядом с «Шаглином»? Да, было бы ближе,» - согласился про себя Гедимин. «Шаглинцы пропустят, если Тайкемы не полезут на станцию. Я бы договорился…»

- Было бы очень любезно с вашей стороны, - оформленные мысли Вольт, похоже, не отличал от речи и реагировал на них моментально. – «Шаглин»? Это одна из ваших баз… станций? Мик рассказывал об этом проекте – очень впечатляет. Одномоментный спуск таких гигантских сооружений, множества ядерных реакторов, века без связи с поверхностью… Скажите, а отчего ваш народ не выбирается наверх? Вряд ли всем нравится сидеть по норам…

Гедимин пожал плечами.

- Не знаю, кто там сейчас что думает. Координатора больше нет, каждый сам за себя. Может, завтра всё поднимут. А может, через сотню лет.

- М-да, без координации непросто… - протянул Вольт и замолчал надолго.

Над Литом клубился желтоватый туман, застилая обзор, а внизу уже появились первые крыши под чёрной черепицей. Из заводей доносился плеск. Не успел Гедимин пожалеть о плохой видимости, как туман стал прозрачным. Он не мог развеяться так быстро, и сармат угловым зрением ещё замечал его, но стоило направить взгляд на башню, как было видно всё, от дверных занавесей из слегка обугленного тростника до структуры туфа и чёрного сланца. Здания в Уэлькечтине складывали из этих камней, и прослойки глинистого раствора, побагровевшего от сернистых испарений, казались красным геометрическим узором по стенам.

Тайкемы с утра плескались в кислоте, вычёсывая полосатую шерсть. Кто-то нырял и с головой, даже не закрывая глаз, только плотно прижимал уши. То, что под «водой», Гедимин тоже видел непривычно чётко, хотя на мелководье на его памяти было много сернистой мути. Но различить можно было даже вибриссы пловцов и серебряные колечки на наружных «бивнях». Для чего зубы так странно изогнуло и прорастило сквозь щёку, по-прежнему было непонятно – но Тайкемам они определённо не мешали. Они, похоже, даже гордились длиной бивней – где хватало места, надевали сразу два-три кольца, иногда со вставками или короткими подвесками. «Тонкая работа,» - думал Гедимин, высматривая ремесленные здания.

Далеко «ходить» не пришлось – одноярусное, но высокое строение поодаль от остальных дышало жаром сквозь пару труб, и изнутри уже с утра доносился перестук молота и молоточка и шипение остужаемого металла. Жар шёл, а золы не было – только плотные столбы серных испарений. Гедимин беззвучно хмыкнул. «Фильтров нет. Топлива тоже, иначе и зола столбом валила бы. Тунга в кислоте не растёт. Остаётся кей-руда. Тоже облучают её для разогрева, как Аватты?»

- В кузнецы обычно идут маги Металла, - отозвался Вольт, зависший над кузницей и «сканирующий» испарения волокнистыми щупальцами. – Но пытаются осилить и Огонь, хоть по самым верхам. Если совсем не даётся – зовут со стороны поработать с камнем. Кей-руда – очень полезный минерал, но без источника излучения с ним трудно.

- Да, помню по Равнине, - пробормотал Гедимин. В мозгу мелькнули смутные соображения по геологии и минералогии. Кейек на Равнине «рос» в магме. Кей-руда в Хессе была своя – и тоже как-то формировалась. Внутри Земли тоже было не холодно – но ни до Применения, ни после Гедимин не видел ничего похожего на кейек…

- Думаю, начнёт расти, - сказал Вольт, смещаясь от кузницы к посадкам то ли грибов, то ли лишайников. – Тут с мантией сейчас работает Народ Н’гар. А ирренция уже достаточно. Несколько миллионов лет, может, сотен тысяч, - и тут будет своя кей-руда. Пока приходится ввозить. Хорошо, что Тайкемам много не надо.

В прошлый раз Гедимин не разглядел за плантациями оранжевых, бурых и пятнистых «грибов» ещё пару строений. А для них с суши притащили ветвистые деревца прямо с листьями и корой, а стены соорудили из кольев и тростниковых циновок. Строения не отапливались, но в болотах Лит всегда было тепло – а внутри, где медленно обугливалась органика, так даже и жарко. Гедимин потянулся за сканером, но включить прибор не успел – тростниковый купол стал прозрачным. Под ним реяли среди ветвей мёртвого дерева серо-чёрные шары. Одни были размером с кулак Гедимина, другие – с ноготь. Внизу, в неглубокой луже, из которой «росло» дерево, шевелилась «бахрома» полипов. Они были короткими, без свежих отростков, - недавно от них отпочковалось новое поколение «медуз».

В тёмную постройку заглянул поселенец с растянутым бурдюком в руках – похоже, из шкурок тех же «медуз»-канзис. Внутри была растёртая органика – «грибы», мелкие рачки из кислотной мути, обрезь – возможно, объедки, остатки от более крупной фауны. Едва Тайкема подбросила первую горсть корма, серые шары спикировали с ветвей, выпуская короткие щупальца. Пять бросков – и поселенец смахнул всё, что осталось непойманным, в лужу к полипам. Мелкие канзисы закружили над водой, вылавливая то, что не ухватили снизу «сородичи».

«Ну, чего бы и не жить в сернистом газе. На Равнине же выживают,» - Гедимин даже не удивился «кислотным» «медузам», только подумал, что Крониону и сарматам «Арамси» пригодятся образцы. От разбросанных по островкам зданий донёсся плеск, а из тумана к востоку от посёлка – вой и треск. По затопленной тропе по колено в кислоте пробирались к широкому холму с парой построек нарвенги. Они пришли с грузом и потому не спешили. На связанных вместе пучках тонких жердей, как на носилках, лежали связки кореньев и мешочки из обугленных листьев. Вокруг носилась, брызгаясь и поднимая волны, пятнистая бурая «кошка-переросток».

- Караван! – оживился Вольт, смещаясь к большому острову. Туда уже выбирались Тайкемы. Кто-то из них нырнул и копался на мелководье, с трудом выволакивая ярко-красные комья глины. Глина была оболочкой – внутри толстого «блина» что-то лежало. Другая Тайкема помогла вытащить здоровенный пласт на сушу. На плоские камни, лежащие на «площади», постелили циновки (обугленные по краям, но прошитые чем-то, устойчивым к кислоте, и поэтому не рассыпающиеся). Нарвенги приостановились, пригладили взъерошенный мех на «лицах». Тайкемы уже раскололи глиняную оболочку, - внутри лежали куски белесой органики, и от них валил пар. «Кот» вылетел на берег, отряхнулся и с разбегу сунул морду в «блюдо». Оказалось горячо – животное попятилось, чихнуло и ткнулось в бедро кому-то из Тайкем. Белый хеск присел, в две руки почёсывая «кошку» за ушами. Нарвенги сдержанно ухмыльнулись, не показывая клыков, и опустили груз за рядом застеленных камней. Сами сели на циновки, приглаживая мех на плечах и загривках. «Кот» сделал круг, подбежал к кому-то из них, был почёсан под подбородком и потопал дальше.

- Чей зверёк? Тайкемы их тоже приручили? – спросил Гедимин, убедившись, что караван приняли дружелюбно. Нарвенгам раздали ещё горячую органику – кажется, местную фауну «запекли» в тонком слое глины, закопав в кислоту, и реакция и её продукты пропарила и размягчила волокна. Гедимин есть бы это поостерёгся, но «кислотникам» из двух миров пришлось по вкусу. Впрочем, и корни тростника, накопанные где-то за болотами, им тоже нравились – Тайкемы и нарвенги уже торговались за каждую связку. Из мешочков достали осколки тринитита. Сармат мигнул – после кузницы он как-то упустил из виду, что металлических орудий у Тайкем практически не видел. Видел камни – крупные, мелкие, вставленные в палки и кости… металл, видимо, шёл только на украшения.

- Зверёк… он не совсем зверёк, - Вольт скосил часть глаз на «кота», растянувшегося рядом с Тайкемой и подставившего живот для почёса. – Хлоргеоры вполне разумны. Как говорит Мик, у нарвенгов они в статусе добровольных помощников. А когда пришли Тайкемы, хлоргеоры включили и их в число условно-своих. Кажется, для них свои все, кто живёт в кислотных болотах. Если нет личной вражды. Но я не видел, чтобы нарвенги или Тайкемы обижали хлоргеоров. Глупо, да и зачем бы?

«А. Ещё одна… цивилизация,» - Гедимин смотрел, как «кот» ест остывшее мясо. «Как нхельви, только не стайные. Странно всё-таки. Хлоргеоры звероподобны, Тайкемы и нарвенги – гуманоиды, делают орудия. Никогда никто не хотел посадить «зверьков» под замок? Шкуры, мясо… с теми, кто смирится, можно на охоту ходить. Или мелкие грузы возить…»

В мозгу раздался негромкий смешок.

- Грузовой хлоргеор? Мы с Миком бы на это посмотрели. Я боюсь, Гедимин, на Земле что-то подобное и устроили бы. Но в более… вменяемых мирах это так не работает… Смотрите! Что это они делают?

Пока Гедимин глазел на «кота», «кислотники» договорились. Караванщиков пригласили в дом, груз распределили между Тайкемами и растащили по островкам. Все корни забрали себе двое жителей – и, держа их высоко над «водой», поплыли к кузнице. Стук там уже умолк, и кузнец и подмастерье (у одного бивни были гораздо длиннее, хватило места на три кольца с камешками) отдыхали, лёжа в кислоте на «мелководье» и выставив только носы. Доплывший до островка хлоргеор обнюхал их, сунулся в «воду» и принялся толкать лежащих широким лбом. Кузнецы нехотя сели. Клыкастый потрепал «кота» по загривку и поднялся на ноги, отряхиваясь от кислоты. Двое с грузом корешков уже добрались до острова и оживлённо махали свободными руками. Кузнец и подмастерье переглянулись.

Едва Тайкемы (и хлоргеор с ними вместе) зашли в кузницу, её крыша стала прозрачной. Гедимин увидел пару небольших песчаниковых жерновов. Мастер рубил корни и кидал их в податчик, не тратя времени на чистку, подмастерье крутил ворот, жижа и кашица лились в глиняный чан. Двое пришельцев между тем наполнили забортной «водой» большую ёмкость и, держа её на двух чапельниках, засунули в горн. Вскоре из трубы повалил густой пар. Кузнецы не возражали. Они, перемолов все коренья, заглянули в бурлящую ёмкость, обменялись короткими жестами – и упаренная «вода» была вылита в чан и прикрыта тяжёлой крышкой. Внутри забурлило.

- На закваску непохоже, - заметил озадаченный Вольт. – Может, я видел сходный процесс, но…

Бурление в чане стало тише. Тайкема, заглянув под крышку, навострила уши и зашуршала чем-то в занавешенных нишах под потолком. Подмастерье вертел в руках толстую кованую трубку – как разглядел Гедимин, бронзовую, изрядно позеленевшую. Загнутая в двух местах трубка напомнила что-то знакомое – примитивную версию более сложной детали. Ещё там было что-то про Би-плазму и сернистую атмосферу Венеры…

- Жжёнка! – выдохнул сармат. – Они её и дистиллировать собрались… Видел? У него мешок с грибками! Дикие дрожжи или что-то вроде… как только выжили в кислоте?!

- Бездна… - пробормотал Брайан; он пригляделся к Тайкеме, высыпающей сухие грибки из мешочка в чан, и Гедимин тоже увидел их – чётко, как под микроскопом. – Да, я вспомнил. Меня даже угощали. Да, у них крепкий алкоголь. Надо проверить, могут ли нарвенги его усваивать. Не хотелось бы, чтобы это им повредило…

На долю секунды у Гедимина сильно закружилась голова. Потом Брайан виновато хмыкнул, и сармат на невидимой опоре проплыл над заводью от кузницы к «гостинице». Ничего, кроме крыши из чёрного сланца, ему не показали – видимо, Вольт заметил, что Гедимин смотрит его глазами, и «канал» был «обрезан».

- Всё в порядке, - пронёсся в мозгу чужой облегчённый вздох. – Алкоголь им знаком. Вам, сарматам, кажется, тоже. Значит, жжёнка? Мик как-то умолчал о такой важной части жизни…

- Мы тогда не палились, - буркнул Гедимин. От воспоминаний о довоенном Ураниуме до сих пор саднило под лопаткой.

- Нарвенгам дали что-нибудь за корешки и деревяшки? Или они так дань платят?

- Дань? – удивился Вольт. – Вы же ви… А, да, теперь не видите. Подождите немного, скоро мы разделимся, и вам станет легче. Нарвенги как раз укладывают всё, что наменяли. Ремни, непромокаемые мешки, мелкие украшения…

Один из жёлтых «кислотников» как раз вышел из дома и рассматривал стену, шевеля усами и навострив уши. Он поскрёб когтем глиняный раствор, дёрнул вибриссами и проверил кладку в другом месте. Потом сунулся в дверной проём, посмотрел наверх, покрутил невидимый Гедимину ворот – дверная завеса с шорохом поехала вверх.

- Изучает, - пробормотал сармат. – И… что у него на руках?

Жёлтый мех на предплечьях придавили маленькие многогранные щитки, нанизанные на тонкий шнурок. Браслеты из «медузьей» «резинки» и останков местной фауны, - ничего подобного Гедимин у нарвенгов раньше не видел.

- Как пища, этот вид канзис… он на любителя, - отозвался Вольт. – Щупальца надо удалять, и остальное так себе – только на корм животным. А вот оболочка – сырьё ценное. Если нарвенги переймут не только её использование, но и разведение канзис, - им это пойдёт на пользу. А каменное строительство… дойдёт и до него рано или поздно. Вообще, Гедимин, мне кажется – в топях Лит они не засидятся. Это не их родная среда. Это временное убежище. Кстати, скоро наш выход. Видите святилище?

Гедимин ошалело мигнул. Повисший в небе многогранник развернул его к одинокому островку с глиняным столбом. Основа была каменная – колонна, сложенная из плитняка – но снаружи её обмазали ярко-красной глиной. Это можно было бы назвать обелиском, если бы не шесть коротких «веток» наверху, пониже острия. С них свисали панцири и клешни. Красная глина была покрыта кругами с мелкими знаками и рисунками внутри. Сейчас рядом стояла Тайкема с длинными подвесками на бивнях и что-то напевала, касаясь ладонью поочерёдно каждого знака. Ещё десяток жителей собрался вокруг, не вылезая из кислоты, - да на островке и не было места для толпы. Гедимин заметил, что весь клочок земли вымощен плитняком, и на камне красной глиной выведены узоры. Тайкема, перетрогав все рисунки, достала мешочек глины и принялась подновлять всё, что стёрлось.

- Вон там и моё имя, - Вольт заметно смутился. Один из разрисованных кругов стал чётче, а Гедимин наконец понял, что там нарисовано. Это был ручной радиометр, рядом с ним – прошитая тетрадь и заострённая палочка, а сверху, уже в переплетении с орнаментом над кругом, - атом с тремя орбиталями электронов. Прибор Гедимин узнал с большим трудом – это была совсем уж древняя модель, таких он и не застал.

- Брайан и Микаель, - будто солнечный луч скользнул по рисунку. – Его, конечно, тоже вписали. Покровители из нас, если честно, никакие… Гедимин, я сейчас проявлюсь. Вы не двигайтесь. Очень скоро встанете на твёрдую землю. Совсем расцепиться нам не выйдет – вы сейчас не поймёте их, они – вас.

Воздух колыхнулся. Тайкемы, собравшиеся уже уплывать от островка, вскинулись и уставились в сторону Гедимина. Точнее – на полосатый бело-чёрный многогранник, повисший над островком. Вольт расправил щупальца (кроме того, на котором стоял Гедимин), накрывая метров сто с островками и зданиями волокнистым куполом.

- Да не обмелеет озеро Лит! Вот я пришёл посмотреть, как живёте вы на новых водах.

- Вольт! – Тайкема с подвесками прижала одну руку к груди, другую – ко лбу. – И вы с сыном пришли сюда? Мы слышали вчера его голос, но он прошёл мимо…

- Он вернётся, - заверил Брайан, втягивая щупальца и снижаясь. – Вижу, башни строятся, и с нарвенгами у вас мир…

- Нарвенги – хорошие соседи, - подвески на бивнях Тайкемы звякнули. – Ты и их возьмёшь под свою руку? Им бы выйти из болот на холмы. Видно, что им тут плохо живётся. Не все рождены в озёрах хашта…

- За них я решать не могу, - отозвался Брайан. – А что с короткой дорогой? Или так и пробираетесь мимо взрывных гор?

Тайкемы глухо заворчали.

- Для вас, бессмертных, дорога, может, и короткая, - «жрец» помрачнел. – Но нам не пройти. Яркий, сжигающий сидит у реки и закрывает путь. Кто-то из детей Древнего Владыки или же… тебе, равному им, виднее. Мы не знаем, что сказать ему, и не знаем, что подарить. Его свет обжигает издали. Может, ты с ним знаком лучше?

- Я знаю, о ком вы, - сказал Вольт, покосившись на Гедимина всеми глазами на одной стороне. – Сам я вряд ли найду с ним общий язык. Но со мной тот, кто знает многих таких существ, и кого знают они. Гедимин, вы не против побыть посредником?

Мигнул и сам сармат, и все вокруг – видимым он стал резко, в одно мгновение. Тайкемы дружно посмотрели, на чём он стоит (всё на том же щупальце – на островок его почему-то не спустили), смерили взглядом чёрный скафандр и навострили уши.

- Шемт Гедимин, Чёрный Странник! – жрец пригладил усы. – Твою тень видели нарвенги. И Жёлтые Молнии встречали тебя на тропе. Значит, ты – друг Вольтов?

Гедимин кивнул.

- Я не нападаю первым, - буркнул он. – Хранители станций – тоже. Говоришь, один из них не пускает вас в портал? Как? Это смертельные лучи, или жжение на коже, или что-то внутри головы?

- Удобнее было бы сойти на сушу и говорить уже спокойно, - вполголоса заметил Брайан. Тайкемы быстро переглянулись, зашевелили ушами, и сразу пять рук протянулись к «острову торговли».

- Будь нашим гостем, Чёрный Странник, - жрец чуть наклонил голову и коснулся вибрисс. – Сейчас все соберутся. Пока ты ждёшь – что тебе принести? Что едят шемты, что пьют?

…Гедимин с полными карманами образцов сидел на циновках у «гостиницы». На островке и на мелководье вокруг становилось всё теснее – Тайкемы сплылись со всего посёлка, даже кузнецы оставили работу. Откуда-то выбрались и трое хлоргеоров – не считая того, который пришёл с нарвенгами и успел вернуться в «гостиницу». Нарвенги вышли было на улицу вместе с ним, но посмотрели на тесноту и устроились внутри здания, у двери, подтянув повыше циновку-занавесь. Вольт, «чтобы не смущать» Гедимина, висел над крышей – и смущал, похоже, всех сразу, даже хлоргеоры на него косились. Да и трудно было не обращать внимания на глазастый многогранник, даже если он втянул щупальца…

- Мы не видели шемтов ни внизу, ни наверху, - один из тех, кто пытался пройти «коротким путём», сидел на соседнем камне и заметно волновался. Впрочем, всем «очевидцам», которых собрали по Уэлькечтину, было не по себе. Это была явная группа разведки, может, даже боем, - жилистые, быстрые в движениях, с крупными «бивнями», со следами шрамов под шерстью.

- Мы знаем шемтов и никогда не стали бы их трогать, - сказал разведчик. – И того, о чём ты говоришь – каменных и металлических корней и опор – тоже не видели. Мы прошли берегом Белой Карны к новому руслу. Она сильно разлилась там, затопила лес, и провал, куда новый рукав впадает, залит доверху. Но мы нырнули. Мы несли кристаллы с собой…

Он показал сармату мелкие цериты, вставленные в прорези в плоской кости. «Фонарь» был отполирован ладонями до матового блеска. Кристаллы кислота не брала, а кость, видимо, принадлежала кому-то из аборигенной фауны – её даже не обуглило.

- Там, и правда, короткий путь – нырнуть и вынырнуть. И мы уже видели каменную стену и свод, уходящий вверх. И тогда стена белого огня нас отбросила.

Он прикрыл глаза шестипалой рукой, и Гедимин разглядел короткие перепонки между пальцами, спрятанные в шерсти. Постоянное плавание в кислоте всё-таки не прошло даром…

- Белый огонь? Не зелёный? – переспросил сармат.

- Белый. Самый яркий, - отозвался разведчик, и другие Тайкемы согласно шевельнули вибриссами. – Всё в нём, и ничего, кроме него. Карна вынесла нас на берег. Мы там лежали и видели только красное поле и ничего за ним.

«Эффект Черенкова внутри глазного яблока,» - Гедимин невольно поёжился – он знал, под какое излучение для такого надо попасть. «И ожог сетчатки. Повезло им восстановиться… да и выжить – тоже.»

- Скоро нас нашли, - разведчик переглянулся с жителями посёлка. – Отвели домой. Три дня мы видели красное поле – сначала целиком, потом кусками, потом – тонким маревом. Жрецы говорили с нами и меж собой. Уже с ними мы пошли снова. И снова белый огонь отбросил нас.

«Экспериментаторы…» - Гедимин покачал головой. «Вот ведь радиостойкие существа! Сармата с одного раза флонием бы откачивали…»

- Во второй раз вы лечились дольше? – негромко спросил он. – Сам «огонь» был сильнее? И… вы слышали что-нибудь? Чужой гнев, или боль, или страх?

Жрец навострил уши и пересел ближе.

- Нет, дочь Древнего Владыки не говорила с нами, - сказал разведчик. – И… говорят – она едва ли нас видела. Её сила закрывает провал – от нас, от карнийской рыбы, от самой реки. Оттого русло так раздулось – хашт течёт, а его выталкивают. И оглушённой рыбы на отмелях много.

- Послали уже собирать её, сажать в садки, - вмешалась другая Тайкема. – Она уплывает на четвёртый день. А то много рыбы гибнет там попусту…

«Рыба, живущая в разбавленной кислоте…» - Гедимин покосился на заводи. «Хотя – кто-то должен тут жить. Заполнять все ниши. Вот, деревья уже привезли…»

- Дочь Древнего Владыки? – вспомнил он странные слова и перевёл взгляд на жреца – кажется, это было по его части. Тот пригладил вибриссы.

- Весь огонь тверди и неба в его руках. Только его дети так сильны в огне. Там кто-то из младших, чьё имя мы не знаем. Не скажу, что она зла на нас. Но дорога по реке закрыта. Даже и для самой реки. Но Белую Карну так просто не остановишь…

«Боги… Надо как-то разобраться в богах,» - Гедимин угрюмо сощурился. «Ладно. Кажется, я понял. Сарматы с «Шаглина» говорили – кислота течёт сверху, промывает путь куда-то вниз. Похоже, промыла. Состыковалась с рекой в Хессе. Получается теперь – новое русло этой Белой Карны впадает в промыв… провал. И вытекает наверх в какой-то подземной полости. Уже тут, в Орине. Рядом с «Шаглином». И станции это не нравится. Но запечатать портал она не может… Так, погоди с запечатыванием. Мне его, наоборот, надо освободить. Чтобы прошли Тайкемы, и не дохла зря рыба… но тогда и река хлынет под станцию. А опоры «Шаглина» явно недалеко, иначе хранитель бы не тревожился…»

- Белая Карна – большая река? – спросил он. – Пещера, которую вы видели, - её быстро затопит?

Тайкемы переглянулись.

- Белая Карна очень широка, - ответил жрец. – Даже и там, у истоков. Широка, но неглубока – можно идти по дну.

- А пещеру мы еле-еле увидели, - разведчик приопустил уши. – Малую часть. Как она велика, идёт вверх или вниз, - это отсюда, сверху, виднее. Но ведь и тут нет прохода.

Гедимин мигнул.

- Тут – это где?

…Чёрный провал зиял в гребне холма – почти четырёхметровая дыра с неестественно ровными краями. Плавно изгибаясь, вниз уходил туннель, мокрый от конденсата и покрытый серным налётом. Гедимин зажёг фонарь, заглянул внутрь.

- Это вы такое прокопали?

- Это Провал, - второе слово жрец явно произнёс с заглавной буквы. – Ворота Хесса. Так они открываются. Вольт видел сотни Провалов, он рассказал бы лучше.

Гедимин покосился на многогранник. «Квантовый» перебрался к Провалу, но по-прежнему держался поодаль от жителей и сармата. «Ну, допустим. Туннель, кажется, и впрямь не вырубали – следов орудий не видно…»

Луч фонаря упирался в жёлтые кристаллики на стене, дальше проход заворачивал к западу.

- Далеко он так идёт? – сармат развернул карту, отмечая новый объект. Дозиметр фиксировал излучение, но разбираться в перемешанных пульсациях пока было недосуг.

- Даже с грузом дойдёшь быстрее, чем за день, - ответила Тайкема. – Но мы не добирались до конца. Где своды уходят наверх, у мелкой заводи, – стена белого огня…

Гедимин мигнул.

- Заводь? Так пещера целиком затоплена?

Тайкемы переглянулись.

- Это не Белая Карна, её мы узнали бы, - ответил на этот раз жрец. – Запах совсем другой. Это ручьи, питающие Лит. Одни из них текут сюда, другие – туда. И они впадали бы в Карну, если бы не огонь. Может, дочь Древнего Владыки и впрямь боится за железные и каменные корни, о которых ты сказал…

«Защита от кислоты со всех сторон,» - Гедимин сощурился на Провал. «Наверное, трудно удерживать жидкость лучами. Надо всё-таки посмотреть, что внизу.»

- Я спущусь, - он повернулся к Тайкемам; за ними незаметно перебрались к Провалу и хлоргеоры, и нарвенги, хотя проблемы с порталом в Хесс никак их не касались. – Посмотрю на месте, что там. А потом, когда вернусь…

Он посмотрел на разведчиков, так и держащихся вместе угрюмой группой.

- Всем вам от «белого огня» было плохо одинаково? Может, кто-то перенёс его легче, быстрее восстановился?

Тайкемы переглянулись и прижали уши.

- Он обжёг всех поровну, Странник, - мрачно сказала одна. – И нас, и жрецов.

- Понятно, - пробормотал сармат, угрюмо щурясь. «Хуже всего, если это расовое. Я пока не вижу, из-за чего хранитель мог бы на них взъесться. Но если они с ним просто несовместимы – это хуже…»

- Тогда ждите. Завтра постараюсь вернуться, - он двинулся к пещере, но ветвящееся щупальце легло на плечо.

- Гедимин, вас проводить? Место не самое безопасное, даже без учёта преграды…

Сармат качнул головой и подумал, стараясь оформить каждое слово предельно чётко: «Нужно немного поговорить. О Тайкемах. Лучше внизу. Сможешь пройти незаметно?»

«Незаметно для всех?» - Вольт вроде бы отплыл в сторону, втягивая щупальца, и даже растворился в тающем световом пятне, и Гедимин повернулся спиной к заводи и начал спускаться – но мысленный голос был прекрасно слышен. «Что ж, постараюсь. Я буду недалеко, позовите меня на привале.»

…По крайней мере, своды везде были высокие, да и ширину туннель не сбавлял – всюду, если откинуть с дороги камни и заровнять выбоины, проехала бы большая эльфийская повозка. Гедимин, додумав эту мысль, поймал себя на том, что выбрал именно такой «эталон» для измерения прохода. «Ну, глайдер тоже пролетел бы. «Кенворт» зацепился бы кузовом, а что помельче… Но у местных всё равно нет глайдеров, так нечего о них и думать,» - он повёл лучом сканера в сторону, проверяя состав воздуха. Без скафандра тут делать было нечего, если только ты не Тайкема (или нарвенг). Сернистые испарения были повсюду. Ток воздуха в пещере был очень слабый – видимо, из-за «водяной» «пробки» на границе Хесса; Провал в Туманных горах продувался насквозь, и Гедимин думал, что это общее свойство таких переходных «зон». Ни фауны, ни флоры он не заметил, кроме небольших колоний бактерий, питающихся серой. «Ещё не просочилось,» - решил он. «Или нуждается в свете. То, что живёт у кислотной реки, сернистым газом не испугаешь…»

…Карта показывала, что туннель медленно, но верно забирается под «Шаглин». Луч сканера, пройдя пару километров, уткнулся в уплотняющуюся белую рябь. Гедимин остановился. «Дальше – утром,» - решил он. Он шёл быстрее, чем караван нагруженных Тайкем, но «прощупывание» туннеля и забор проб отняли много времени – на поверхности уже настал вечер. Гедимин выбрал участок посуше и сел, накрывшись защитным полем. Так нагрузка на фильтры была всё-таки меньше – сернистые испарения оседали на извилистых воздуховодах. Сармат тронул пол туннеля, покосился на стены и своды. Камни кое-где валялись, но это не выглядело естественными последствиями обвала. Скорее, что-то уплотняло камень вдоль прохода – и смахнуло лишние неровности. Гедимин уже много раз проверял микроструктуру камня, что и отняло столько времени на спуске, - теперь было о чём подумать, отхлёбывая из фляжек с водой и Би-плазмой. «На работу Текк’тов непохоже,» - заключил он, сравнив все «сканы». «Я на них подумал – на них или Хальконов – но тут что-то другое. Может, квантовые постарались, хотя – зачем бы им…»

Он покосился на туннель, уходящий в темноту. За спуском была пещера, более широкая и высокая – та, о которой говорили Тайкемы. Там испарения становились плотнее, и слышно было журчание воды и стук капель. Неподалёку тоже капало, но самые широкие русла закисленная вода промыла ниже. Сармат сверился с картой. «Да, «Шаглин», в общем, недалеко. Может, хранитель меня даже видит…» - он посмотрел на дозиметр и сдвинул височные пластины. Может, не хранитель – но один «квантовый» точно был неподалёку.

- Брайан, ты здесь?

- Да, - из стены высунулось светящееся щупальце. – Пожелал бы хорошего вечера, да как-то неуместно. Значит, мы рядом с одной из ваших… подземных энергостанций?

- Да, отсюда недалеко, - Гедимин развернул голографический экран, приблизил участок карты с «Шаглином» и окраиной кислотных болот. Туннель выходил из-под них сильно западнее, а пещера тянулась ещё дальше на запад – и ближе к фундаменту станции.

- Кислота стекает как раз к «Шаглину». Вот хранитель и пытается её развернуть. Если бы пробить ещё один туннель… - сармат досадливо сощурился. – Или перенести выход из этого – со дна реки на незатопляемый холм. Чтобы кислота стекала в Хесс, а не из Хесса. Тут своих серных источников хватает.

- Хм… - Вольт надолго задумался. – Я бы сказал – невозможно, но на деле… Этот туннель не перенесёшь, но отводной сделать можно. Если Белая Карна обмелеет, никого на той стороне это не обрадует. Да, пожалуй, я спущусь и поговорю с наместником…

Щупальце стало прозрачным, но в ту же секунду снова уплотнилось и зашевелило отростками.

- Вы хотели спросить о Тайкемах. А мы отвлеклись.

Гедимин смущённо сощурился. «Ты с квантовым существом говоришь,» - напомнил он себе. «И ещё оно было человеком. Лет четыреста назад. Чем его можно удивить?!»

- Эта местная поехавшая физика… - он осёкся. – Короче – система стихий. Ты… ты знаешь о ней?

- Более чем достаточно, - Брайан, и правда, не удивился. – Да и вы времени даром не теряли. Думаете, дело в стихиях?

- Пытаюсь посчитать расклад, - сармат уставился в стену. – Плохо выходит. Кислота противоположна Жизни. Тайкемы – живые. Вот как?

- А! – щупальце засветилось ярче. – Расклады – это непросто. Особенно для выходца с Земли, аборигены-то привыкли… У Тайкем вторая стихия – Лучи. Тоже из восходящих. Она их и держит. Ваш дозиметр её наверняка чувствует… если я не глушу сигнал. Да, у нарвенгов вторая – Молния. Так что сильные кислоты они могут вырабатывать и держать внутри себя. Правда, нужен источник разряда. А магов Молнии у них мало. Стихия нагружена выживанием, не до ерунды.

Гедимин мигнул. Всё, что про нарвенгов и Молнию, осело на дно памяти – информация была важная, но не срочная. А вот про Тайкем…

- Если у них стихия – Лучи, для станции они… почти свои? Не может быть расовой непереносимости? Им-то Лучи не враждебны…

- А! Совершенно верно, Гедимин, - Вольт чему-то обрадовался. – Уверен, дело не в переселенцах. А вот преграждать путь Белой Карне, если станция так близко, а пласт идёт под уклоном… Да, нужно поговорить с наместником. Небольшое проточное озеро поодаль от станции не сильно ей повредит?

Гедимин снова мигнул. Вольт заговорил так деловито, будто в Хессе, у реки, уже стояли горные проходчики, готовые бурить новый туннель.

- Если в пещере и не прямо под станцией, то пусть бы, - неуверенно сказал он. – Сарматы хотели добывать кислоту. А тут целое озеро, хватит на всех.

- Да, химической промышленности без кислот сложно, - согласился Вольт. – А у вас она только окрепла. А много укреплённых баз вы успели построить. Люди, кажется, от вас сильно отстали в этом плане…

Гедимин пожал плечами.

- Убежища были. Только города с ними куда-то делись. А в тех, что не делись… - он вспомнил скайотов и снова осёкся. – Уверен, что хески смогут проложить отток? Сколько времени у них уйдёт?

- Немного, если все договорятся, - ответил Вольт. – Мембрана сейчас непрочна, её ещё потряхивает с тех пор, как ваш мир переродился. Но последнее слово за наместником. Прошу прощения, Гедимин, мне пора. Встретимся в Уэлькечтине. Надеюсь, с хорошими новостями.

Щупальце исчезло. Гедимин смигнул. «Немного… Если туннель будут бить методом Прожига – не снесли бы нам всю станцию… Может, ей бы уже подняться наверх и переставить опоры? Тогда до кислоты ей не будет дела. Даже если от подмыва пойдёт оседание – можно отодвинуться подальше. Если бы «Эданна» была недалеко…» - сармат болезненно поморщился. «Да хотя бы вообще была!»

Он вернул на место височные пластины и лёг. «Думать буду утром. Может, договорюсь о выборочном проходе. Чтобы Тайкем впускало, а кислоту – нет. Или чтобы преграда ненадолго снималась, пока они проходят. Сколько их там ещё хочет переселиться? Вряд ли сотня тысяч…»

19.04.250 от Применения. Западная пустошь, подземное кислотное озеро – Кислотные болота Лит, город Уэлькечтин

«Боги, стихии, ксеносы… Равнина, мать моя колба! Вернулся на Землю – а она стала Равниной…» - Гедимин нехотя поднялся с каменного «лежака», зажёг фонарь. Хотя всю ночь сармат дышал сернистым газом, фильтры ещё держались. «Теперь пойду купаться в кислоте,» - Гедимин растянул вдоль брони защитное поле. В подземной тишине журчание за поворотом казалось оглушительным, будто по стене пещеры сбегали целые реки. Судя по звуку, жидкость падала в жидкость, а под ногами ещё не булькало – либо спасала глубина подземной полости, либо приток был слабее, чем мерещилось на звук. «А сами шаглинцы знают, где портал?» - подумалось Гедимину, когда он огибал каменный уступ со срезанными неровностями. «Что он есть – наверное, догадываются. Но что почти под станцией…»

За поворотом начинался спуск. Кислота, сбегающая по стене, хлюпала под ногами. Ещё десяток шагов – и Гедимин шагнул по щиколотку в «воду». «Заводь, которую видели Тайкемы,» - он проверил состав жидкости, сдержанно хмыкнул и покосился на дозиметр. Фон заметно вырос, и в основном в ЭСТ-диапазоне. Луч фонаря осветил неровный, изъеденный свод в жёлтом налёте. Где-то пещера углублялась до трёх метров, где-то потолок опускался. Гедимин с трудом нашёл следы «опрессовки» - стенку и пол первоначального туннеля, проложенного из Хесса. Она шла слева, а справа зияла промоина, оставленная и с каждым годом расширяемая кислотными ручейками. Сверху, под Взрывными горами, были гигантские залежи серы, - сармат не знал, насколько их хватит, но за две сотни лет они не иссякли.

Несколько шагов – и на защитном поле зажглись зелёные пятна. Гедимин погасил фонарь. Теперь стали видны и частые тонкие кольца красного цвета – следы ЭСТ-излучения. Сармат сделал ещё шаг по щиколотку в кислоте. Защитное поле «загорелось» так, что и фонарь уже был не нужен. «Вот она, «стена белого огня»,» - Гедимин сверился с дозиметром и сделал пару шагов назад, на «кромку» лучевой преграды. «Станция с той стороны, и излучение идёт оттуда. Значит, она. Попробуем поговорить…»

Он сдвинул височные щитки. Кожу обдало дрожащим жаром, будто сармат встал в поток горячей воды. Движение «реки» ощущалось, но отдельных волокон-щупалец Гедимин не чувствовал. «Интересно, с ней вообще говорят?» - запоздало задумался сармат. Он проверил, отключён ли передатчик, отступил к стене и прислонился к камню, поросшему кристаллами серы.

- «Шаглин», приём! Я Гедимин, ликвидатор. Ты меня слышишь?

Из потока «вынырнули» широкие плоские ленты, прикоснулись к затылку, лицу и плечам, одна легла на основание шеи, остальные растаяли. Лента была тёплой, но не горячей. В мозгу всколыхнулось чужое удивление.

«У-ухм?» - услышал сармат что-то неразборчивое, но с вопросительной интонацией.

- Ты там в порядке? – Гедимин сосредоточился, представляя реакторы и их внутреннюю выстилку, потом – корпуса, ловушки расплава и ипроновые экраны. – Пробоев нет?

«Ухм? Угу,» - картинка в мозгу сармата стала ярче, будто что-то обвело по контуру корпуса и экран, показывая, что всё цело. «У?»

«Мать их колба, она у них совсем одичала,» - Гедимин досадливо поморщился. Невидимая лента на затылке шевельнулась.

- Тут, внизу, сильно фонит, - сармат представил себе лучевой поток, идущий от станции сквозь пласты горных пород. – Что у тебя тут?

«У-у…» - лента нагрелась и задрожала. В мозгу замелькали размытые картинки. Одна из них повторилась несколько раз – прохладная слоистая толща камня, прошиваемая чем-то плотным и раскалённым. Потом сармат «увидел» пульсирующий сгусток жара и почувствовал жжение и духоту, словно сернистый газ просочился сквозь фильтры. Полоса зелёного света упёрлась в раскалённый ком, будто отодвигая его. Гедимин почувствовал, как обжигающая жидкость течёт по коже – и слетает брызгами, упираясь в ещё одну лучевую стену.

- Понятно, - сармат, как мог, представил себе реку, впадающую в портал и вытекающую в подземной пещере. – Этот ход стыкует две планеты. А тут, сверху, размыло залежи серы под вулканической цепью…

«У-урх,» - пронеслось в мозгу. Гедимин «увидел» всё тот же крупный сгусток жара и зелёный луч, упирающийся в него и мелко дрожащий. Зелёное свечение тянуло портал за края, пытаясь «зашить», но он проступал красным пятном снова и снова, не уменьшаясь ни на миллиметр.

«Знает закрывающую пульсацию!» - Гедимин одобрительно хмыкнул. «Но мощности не хватило. Надёжные они, эти хесские Провалы…»

- Твои сарматы это видели? – он представил себе, как от станции к подземному озеру идёт цепочка ликвидаторов. Картинку «смахнуло». Гедимин «увидел» трубы, «прорастающие» сквозь камень и тянущиеся к «воде».

- Кислоту добывают, а сами не спускались? – сармат недовольно сощурился. Станция «потыкала щупальцем» в прохладную толщу камня. Слои тянулись и тянулись – пока что «Шаглин» от кислотного озера был далеко.

- Ага. Теперь смотри, я постараюсь показать внятно…

Гедимин прикрыл глаза и представил себе посёлок Тайкем, кислотный залив вокруг, жёлтый пар над ним. Лента на затылке пустила отростки к вискам – кажется, хранителю стало интересно. Гедимин «показал» проём в холме, гладкий туннель, идущий всё глубже, - то, что видел сам, - и «переключился» на Хесс и Белую Карну. Река получилась легко. Рыбу, бьющуюся о лучевую стену и вынесенную на мелководье, пришлось воображать самому – как выглядит кислотная фауна, сармат не знал. Мутно получились и Тайкемы, ныряющие в провал и отброшенные излучением. Сармат «подтянул» ближе к реке посёлок «наверху», соединил двумя стрелками Лучевые преграды рассекали их на части. Гедимин мысленно сделал проём, и стрелки загорелись ярко.

«Ухм?» - хранитель (его щупальца уже расплелись, обхватив и голову, и плечи) выдернул из потока изображений Тайкему, приблизил её. Гедимин «дорисовал» картинку до вибрисс и колечек на «бивнях». Потом показал протянутую шестипалую руку ладонью кверху – будто для рукопожатия. Щупальца хранителя потеплели.

- Тай-ке-мы, - по слогам проговорил сармат. – Они мирные. Знают сарматов и к ним не полезут.

Перед глазами мелькнул холм с силуэтом в защитном комбинезоне, кислотная заводь внизу, Тайкема с охапкой местных растений. Существа переглянулись и растаяли.

«Умм,» - хранитель, кажется, задумался. Гедимин снова «увидел» обрывки чужих мыслей. Одни и те же картинки и ощущения мелькали всё чаще – красный сгусток, больше не прикрытый излучением, поток, бьющий в грудь, и резкое жжение, «текущее» по коже.

- Погоди, - Гедимин снова сосредоточился. Он не знал, как будет выглядеть сток для кислоты, и смогут ли вообще его проложить. Неуверенность он «отодвинул» подальше, и вместо второго туннеля сама собой нарисовалась насосная станция – даже и с генераторной, и с ЛИЭГом внутри. Гедимин «стёр» ЛИЭГ и переключился на кислоту, оттекающую из пещеры.

«Мррхм?» - станция «убрала» пещеру и развернула перед Гедимином насосную станцию. Сармат смущённо хмыкнул.

- С той стороны собирались сделать сток, - в этот раз сармат «нарисовал» просто пещеру в склоне холма и текущий из неё кислотный ручей. Потом – обмелевшую реку с дыркой в дне и поток, снова заливающий сухой берег.

- Им нужна глубокая река, - пояснил Гедимин. – Ей не дадут утечь сюда. А ещё…

Он представил себе открывающийся на поверхности люк и громаду станции, выходящую из-под земли. Дорисовать, как она отодвигается от кислотного «карста», не успел, - в мозгу загудело очень громко и радостно, но совсем уже невнятно.

- Вот то-то и оно, - сармат открыл глаза (веки уже заныли) и тяжело вздохнул. – Пора бы вам наверх. А здесь оставить маленькую станцию для добычи кислоты. Но тут решать твоему экипажу…

«Ухм?» - хранитель свернул щупальца, оставив одно на запястье под передатчиком. Гедимин мигнул. Он еле успел включить приём, как экран зажёгся, а прибор загудел.

- Что происходит? Кто на связи? – сердито спросил невидимый сармат. – Кто разрешил дистанционно лезть в оборудование?

Гедимин сдержанно хмыкнул.

- На связи «Пустошь», - он осторожно погладил запястье, надеясь, что хранитель почувствует прикосновение. – Ты из командиров «Шаглина»? Если нет, позови их – есть разговор.

- Чего? Ты сам-то чем командуешь? – обиделся шаглинец. «Точно командир,» - убедился Гедимин. «С ними говорить – хуже, чем с тарконами!»

- Я посредник, - отозвался он. – Между планетой Хесс, переселенцами с неё и вашей станцией. Дело касается вас всех. Я не спешу – позови весь совет, пусть они услышат.

Наверху громко фыркнули.

- Посредник! Опять какие-то дела с ксеносами? Ты вообще где – и как пролез через помехи?

- Я внизу, северо-восточнее вас, под землёй, - ответил Гедимин. – У кислотного озера и рядом с порталом на Хесс. А совет позови – вопрос важный.

Щупальце на запястье мелко задрожало, разогреваясь. Наверху приглушённо выругались.

- Не пропадай, - услышал сармат голос филка-связиста. – От тебя идёт мощный поток, а вот мы тебя не видим. Много кислоты там, внизу? Не растворишься?

- Озерцо мне по щиколотку, - отозвался Гедимин. – Но если бы станция не затыкала вход, было бы с головой. Вы сами-то о портале знаете? Он недалеко от вас.

- Портал там, где ты сейчас? От него помехи? Ну мать моя колба… - филк резко выдохнул. – Нет, я о нём не слышал. Станция затыкает? Чем?!

- «Пустошь», приём! – филка отодвинули от передатчика. – Что там приспичило ксеносам? Это новые, что фонят и возятся в болотах?

- Это Тайкемы, - отозвался Гедимин. – У них каменные города, металлургия и союз с нарвенгами. И лесопосадки, защищающие от сернистых паров, по периметру болот. Думаю, почву от размывания тоже придержат. Меня попросили о помощи…

Наверху раздражённо вздохнули.

- Я же сказал – он вечно возится с дикарями, - пробормотали в стороне от передатчика. – Нет, сам по себе. Не знаю, как. Дистанционное проникновение на станцию… Дослушаем, там будет видно.

Гедимин угрюмо сощурился.

- Со стороны Хесса в портал впадает кислотная река, - сказал он. – «Шаглин» её перекрыл излучением, но ему тяжело. Хесс может пробить сток, тогда вас не подтопит. И станция успокоится.

- Станция? – озадаченно переспросил кто-то. Дальнейшие перешёптывания заглушил недовольный голос в наушниках.

- А мы при чём? Хесс может – пусть пробивает. Что там про перекрытие излучением, я не понял…

- Постоянный отток энергии вовне, - перебил его другой сармат. – «Пустошь», приём! Мы со своей стороны ничего не перекрывали. Но недавно пришлось запускать второй реактор – начался отток энергии. Неисправностей на станции не нашли.

«Хорошо, что искали,» - Гедимин беззвучно хмыкнул. Щупальце хранителя укоризненно обожгло кожу.

- Да, энергия уходит на затыкание портала, - сказал сармат. – Река всё равно прорывается, но никто живой из Хесса пройти не может. Страдает и рыба, и переселенцы. Вы долго ещё думаете сидеть под землёй? Наверху «чисто». И станция уже устала. Если вы подниметесь, подземные работы вас вообще не потревожат. Тут останется небольшое кислотное озерцо. Можно будет поставить насос и сепаратор.

В наушниках кто-то фыркнул.

- Ну да, он всегда такой, - пробормотали рядом с передатчиком. – Всегда знает, что кому делать. А самого ни на одну станцию не берут. А ты взял бы?

- Хватит, - одернул болтунов кто-то из сарматов. – «Пустошь», приём! Пусть пробивают отток. Если наша помощь нужна – выходи на связь. Как убрать излучение от портала, мы не знаем. Если ксеносы не враждебны, пусть живут в болотах. Если нет – «Шаглин» имеет право защищаться.

Гедимин облегчённо вздохнул.

- Думаю, помощь не понадобится. Но станцию вы всё-таки поднимите. Целее будет. Отбой!

Отключив передатчик, он шумно выдохнул и тронул висок. Плоские щупальца и их отростки, почти уже незаметные, снова нагрелись и запульсировали.

- Твои согласны. Так что готовься – когда появится портал для оттока, аккуратно открой проём. Кислотное цунами нам всем тут ни к чему.

«Умм,» - согласилась «Шаглин», втягивая щупальца. Гедимин шагнул от стены и едва не упал – такая навалилась слабость. Хотелось вытереть испарину со лба, но мешал шлем. Отдышавшись, сармат двинулся по щиколотку в кислоте обратно, в «сухой» туннель. «С Вольтом договорились встретиться в Уэлькечтине,» - думал он, поставив на место височные щитки. «Я свою часть работы сделал. Интересно, что получилось у Вольта…»

…У Провала дежурил хлоргеор, и слух у него был тонкий. Едва с поверхности за поворот просочился первый свет, а Гедимин опустился с пальцев на всю ступню и сделал первый нарочито громкий шаг, наверху рявкнуло, и послышался плеск. Когда сармат, не зная, шуметь ему дальше, или можно идти нормально, выбрался к выходу из пещеры, снаружи уже громко плескалось, кто-то отряхивался, а сканер показал пятно белой ряби с дрожащими краями. Гедимин с кривой ухмылкой шагнул на свет. Дело было к вечеру, но солнце Орина показалось сармату ослепительно ярким.

- Чёрный Странник! – Тайкемы держались поодаль, ближе всех подошёл жрец. – Ты устал с дороги? Тебя не обожгло белым огнём?

Гедимин дёрнул плечом.

- Нет, поговорили мирно. «Шаглин» откроет ваш портал, если из Хесса пробьют туннель для оттока… хашта. Вам она не враг. И сарматы «Шаглина» тоже. Если от вас не будет вреда им или станции, путь будет открыт.

Тайкемы зашумели. Гедимин увидел сдержанные ухмылки. Хлоргеор ломанулся было через толпу к сармату, но смутился и развернулся, немного не добежав, только коснулся скафандра мохнатым хвостом. Светящееся пятно над водой исчезло, чтобы появиться над холмом – уже в форме глазастого многогранника.

- Вы всё-таки договорились! Признаться, мы с наместником Хашт-Иланы сомневались, что такое молодое лучевое существо сможет правильно понять речь. Даже те, кто гораздо старше – кто живёт у Куэннов – общаются довольно странно. Впрочем, это уже неважно. Думаю, тянуть незачем. Я спущусь в Хашт-Илану и сообщу наместнику, что работу можно начинать.

Гедимин мигнул.

- Постой! – он шагнул к многограннику, уже тающему в воздухе. – А можно мне из затопленной пещеры посмотреть, как это делается? Или зайти в Хесс, поглядеть оттуда? Порталы я прожигал, но вот Провалы…

Тайкемы, как по команде, прижали ладони к пастям и слегка пригнулись. В мозгу сармата раздался негромкий чужой смешок.

- Следовало ожидать такой просьбы. Конечно, Гедимин. Не против, если я подвезу вас до дальней лучевой границы? Нарушать её не буду – незачем тревожить «Шаглин». А вы спускайтесь к озеру. Когда дело пойдёт, вы это заметите. Только держите броню открытой, чтобы снизу вас видели. Нехорошо будет, если вы свалитесь в портал.

- Подвези, будет кстати, - не стал спорить Гедимин. Свёрнутое в тугую спираль щупальце легло под ноги. Тайкемы, шумно переговариваясь и плескаясь в едкой воде, плыли к «острову торговли» - там на берегу собрались нарвенги и, кажется, ждали исхода переговоров. У пещеры уселись двое хлоргеоров. Один свернулся в клубок, другой повернулся мордой к Провалу и прикрыл глаза.

Спросить, поместятся ли Гедимин и Брайан в туннеле вдвоём, сармат не успел – его уже несло чуть выше каменного пола. Щупальце торчало из стены, иногда зарываясь витками в камни снизу, но на скорость это не влияло – Вольт летел сквозь горные породы, притормаживая только на поворотах. Гедимин на всякий случай обернул себя защитным полем – «квантовый» разогнался уже до пары метров в секунду. От таких скоростей сармат успел отвыкнуть – у него даже в глазах зарябило. Туннель промелькнул мимо размазанной чёрной лентой, Вольт плавно замедлил полёт и втянул щупальце в камень. Гедимин остался стоять у поворота, за которым журчали кислотные ручьи.

- А Майкл тоже так умеет? – вырвалось у сармата. – Летать под землёй?

- Мы же квантовые, - отозвался Брайан. – Часть уплотняешь, часть в лучевой форме, часть плавно переходит из энергии в материю… В общем, дело привычки. Спускайтесь, можете не торопиться. Предупредите «Шаглин», что будет сильное излучение.

Хранитель «ждал» сармата прямо за поворотом – плоские щупальца обхватили его грудь и плечи, прижались к вискам.

- Знаешь, где озеро глубже всего? – деловито спросил он. – Сток, наверное, проделают там. Сюда из Хесса заглянет крупное фонящее существо, не пугайся, оно по делу. А я постою внизу, прослежу, чтобы вы не сцепились.

«Умхм,» - щупальце несильно, но ощутимо толкнуло Гедимина между лопаток и растаяло. Сармат криво ухмыльнулся и ускорил шаг.

Вскоре кислота дошла до колена. В левое плечо ткнули, подсветили зеленью тёмную «воду» - нижняя точка, наивысшая глубина была здесь. Сармат остановился. Ручьи, впадающие в подземное озеро, он чувствовал давно – они толкали в правую голень. Тут их давление почти не ощущалось – сильнее было встречное течение. «Белая Карна?» - сармат сверился со сканером и увидел лучевую «пробку» и всплески «воды» - из отверстия в дне пещеры били прерывистые фонтаны. Над поверхностью кислоты они не проступали, но Гедимин оценил силу напора – и силу давления сверху. «Вот как оно лучами держит жидкость?» - сармат покачал головой.

Кожу обдало прохладой, переходящей в слабое жжение. На запястье сверкнул красный светодиод. Ощущения пропали, а сигнал так и остался гореть. Снизу донёсся гул.

Гудело минуты две, то громче, то тише. Излучение шло волнами. Потом сбоку громко булькнуло. Течение толкнуло сармата в правый бок, рвануло влево, - кислота закрутилась воронкой, утекая в широкий пролом.

«У-урр!» - Гедимина сжали горячими щупальцами, тут же отпустили, и течение резко усилилось. Лучевая «пробка» пропала. Сармат быстро попятился, уходя из нового русла, - теперь Белая Карна делала петлю через пещеры Орина и возвращалась в Хесс. Когда Гедимин добрался до выхода из затопленной полости, уровень кислоты упал так, что местные, подгорные ручьи текли по пустому дну. «Хватит тут на добычу?» - задумался на секунду сармат. «Ладно, можно черпать из русла. И вон там, где серу размывает. Зато подтопления точно не будет.»

- «Шаглин», приём! – он коснулся виска.

«Уммхм?» - удивлённо отозвалась станция. Излучение ослабло, обе «стены» растаяли, но хранитель ещё наблюдал за пещерой.

- Ты цела? Не обидели? – сармат махнул рукой в сторону нового Провала. В мозгу всплеснуло чужое удивление и слабая досада. «Не обидели, но и не пообщались. А ей тяжело без общения…» - Гедимин слегка сузил глаза. «Вот казалось бы – полная станция сарматов, а хранитель совсем одичал.»

- Я зайду к вам, - сказал он. – Отнесу образцы биологам, пока свежие. Ты говори с Тайкемами, только осторожно. У них есть жрецы – они привычные.

20.04.250 от Применения. Западная пустошь, Кислотные болота Лит, город Уэлькечтин

- «Рута», приём! «Пустошь» на связи. Кронион далеко? Есть данные для биологов.

Гедимин сидел на застеленном циновкой камне у «дома торговли». Его и вчера-то огибали по широкой дуге, а сегодня посёлку и вовсе было не до чужака. Нарвенги с грузом собирались домой, а целая экспедиция из Уэлькечтина, вместе с разведчиками и жрецом – вниз, к подземному озеру. Гедимин мельком видел жреца – тот повесил на бивни ещё цепочку бубенчиков и надел цветной плетёный пояс с щитками местной фауны. С пояса тоже свисали звенящие и брякающие «цацки» - наверное, чтобы и «Шаглин», и те, кто за Провалом, услышали приближение каравана издалека.

- Приём, - через пару минут ответил Кронион, и Гедимин почти увидел сдержанную клыкастую ухмылку. – Итак, кислотных хесков ты нашёл. Совет «Шаглина» уже нажаловался нашему.

Гедимин мигнул.

- На что?

Кронион хмыкнул.

- Несанкционированное вторжение на станцию, вмешательство в её работу, - в общем, ничего нового.

- А… почему вам-то? – сармат, подавив досаду, запоздало удивился. – Или вы теперь новый «центр»?

- Да ни за весь ипрон планеты! – «кот» громко фыркнул. – Нам бы свои дела разгрести. Координировать весь этот бардак – никакого медотсека не хватит. Вот и я не понял – почему нам-то? И «Сарма» не поняла. Что ж, рассказывай, куда ты там вторгся? Видимо, дело было серьёзное?

…Гедимин замолчал и потянулся за флягой – в горле пересохло. Экспедиция Тайкем спустилась наконец в Провал. Провожающие выбрались на холм и кричали что-то вслед. Сармат уже не различал слов – всё сливалось в щелчки, бульканье и клёкот. Самый громкий и часто повторяющийся возглас звучал как «waaq!» - с почти сарматским «щёлкающим» «к»…

- Ага, - послышалось в наушниках. – Интересно. Сканы будем смотреть, в одиночку не потяну. Сами образцы… да, передать «Шаглину» - это правильно, до «Руты» они по карманам точно не долежат. Значит, у тебя теперь пара знакомых «квантовых»… На кого, ты сказал, они работают?

Гедимин не сразу вспомнил – «малозначимая» информация провалилась под свежие пласты.

- Вайнег, вроде бы. Интересные у него биотехнологии.

- И владения немаленькие, - интонация у Крониона стала какой-то странной, и Гедимин насторожился. – Треть Хесса, ты сказал?

- Ну да, - буркнул Гедимин. – Я как-то не вникал. Вся эта заваруха с хаштом и порталами…

- Я вот не отследил – местность Хашт-Илана, она в эту треть включена? – перебил его Кронион. Гедимин пожал плечами.

- Не знаю. Сейчас местных спро… М-да, будет трудно. Но попробую.

- Спроси, я не отключаюсь, - Кронион замолчал. Гедимин сдвинул височные пластины. Тайкемы, проводившие экспедицию, уже плыли к своим островкам, оживлённо щёлкая и булькая. Понятных слов не прибавилось.

«Интонации. Главное – не промазать с интонациями,» - Гедимин опустился на корточки и похлопал ладонью по мелководью. Ближайшая Тайкема, навострив уши, развернулась к нему и толкнула «воду» перепончатой рукой – от себя к Гедимину. Сармат «подгрёб» к себе, надеясь, что правильно понял жест, и обрадованно ухмыльнулся – Тайкема и ещё двое заинтересовавшихся поплыли к острову.

Гедимин встал, поманил их к себе и сел посреди мощёного дворика. Уголёк, отломленный от циновки, оставлял на желтоватом камне и красной глине чёткий след. Сармат начертил неровный круг.

- Хашт-Илана, - он ткнул пальцем в круг и указал на холм с Провалом. Тайкемы переглянулись, одна коротко булькнула и тронула круг пальцем, издав громкий щелчок.

Гедимин провёл ещё одну линию, замыкая «Хашт-Илану» в широкое кольцо, и очертил его ладонью.

- Вайнег?

Тайкема дёрнула вибриссами, отодвинула его руку и провела по кругу сама.

- Qhallm’n!

Она протянула руку за угольком и нарисовала длинный треугольник, перечеркнув им край большого круга. Острый угол указывал наружу. Там хеск дочертил ещё одно неровное пятно, примерно тех же размеров.

- Waynnegh!

Гедимин выпрямился, прижал кулак к груди, наклонил голову. Тайкемы что-то проклекотали, сдержанно ухмыляясь, и бесшумно нырнули в кислотное озеро. Гедимин оглянулся на круги. «Ка… кха… Хаймин или Хальмен. Что-то в этом роде. Это правитель, которому подчиняется хашт-иланский наместник. Наверное, тоже «квантовый». Как и сам наместник. В Хессе, видимо, так принято… Хм. Сложно им там. Захочешь одуревшему командиру дать в рыло, а как?..»

- Ну, как успехи? – напомнил о себе Кронион.

- Вроде меня поняли, - ответил Гедимин. – Хашт-Илана входит в соседнюю треть. Там командует Хальмен. Или Хаймин.

- Уточнишь у Аваттов, - сказал Кронион. – Заодно их спроси, из какой трети они. Заметь – Тайкемы знают этого вашего Вайнега. При том, что чужаков не любят и не особо общительны… Так вот, интересно – что правителю третьей части Метагалактики нужно от нашей планетки?

Гедимин ошалело мигнул.

- С чего ты взял, что…

- Гедимин, ты же не вольный птеродактиль, - Кронион раздражённо вздохнул. – Ты сам работал на «центр». Собирал данные. Прекрасно знаешь, как это бывает. И эти твои картографы с щупальцами… я допускаю, что им интересна бывшая Земля. Но вот данные они собирают не для себя. И скорее всего – по указанию этого самого Вайнега. И что ему тут может быть нужно?

Гедимин встряхнулся. На миг ему стало не по себе, будто он – в очередной раз – упустил что-то важное.

- Научный интерес, - без особой уверенности сказал он. – Если сюда ведут порталы Хесса, и здесь селятся хески…

- Не его подданные, - перебил Кронион. – А порталы в Хессе, как ты сам видел, вопрос желания и пары минут работы. Для достаточно крупного «квантового». А Вайнег явно не из мелюзги. Правитель трети Метагалактики – и выжженная планетка под саркофагом. Двое важных, уникальных специалистов сдёргиваются с работы, посылаются в соседний мир… Атомщик, мне это как-то не по нраву. Ты показал Вольту кусок карты с «Шаглином» - и всё?

- Нет, она же сначала открывается целиком, только потом можно приблизить и… - Гедимин осёкся. – Майкл и Брайан нам не враги! Они исследователи и…

Кронион тяжело вздохнул.

- Я не о Майкле и Брайане. Я о тех, для кого они исследуют. Странный какой-то объект выбран… Значит, о сарматах твой квантовый друг теперь знает всё?

Гедимин угрюмо сощурился.

- Он учёный с Земли. А в Хессе всё равно никто ничего не поймёт. У них там всё совсем другое, и технологии, и механизмы…

- Куэнны поняли, - вздохнул Кронион. – Это мы их не поняли. А они нас – ещё как. Ладно, атомщик. Ты за триста лет не переменился. А я пойду поговорю с советом. И с остальными… Да, найдёшь общительных Агва – их тоже спроси. И про Вайнега, и про Хальмена.

Гедимин растерянно хмыкнул.

- Агва-то при чём?! Они вообще мицелиалы, какое им дело до правителей и границ?

- До квантовых правителей дело обычно есть всем, - отозвался Кронион. – Особенно мицелиалам и мелким квантовым. Играют на одном поле. Атомщик, мать твоя колба, когда же ты перестанешь всех по себе мерять…

Гедимин озадаченно смотрел то на погасший передатчик, то на каменную, грубой кладки стену, то на тростниковый сарай с колонией канзис. «Тайкемам о реакторах можно хоть месяц рассказывать. Не построят. А вот что за цивилизации там ещё, учитывая Куэннов и новые тела Вольтов…» - сармат угрюмо сощурился. «Но если они дикарей не перебили – может, они мирные? Как Куэнны, как Майкл и Брайан… Эльфы же с наннами уживаются, даже с людьми из убежищ пытались. Почему в Хессе должно быть, как на Земле, а не как у наннов?»

23.04.250 от Применения. Западная пустошь, станция «Шаглин»

За горизонтом рокотало. Гедимин видел среди зеленоватых облаков длинный чёрный «хвост» - внизу вертикальный, на высоте расплывающийся и размазанный слева направо. Рокот становился всё тише, надолго смолкал, но дым продолжал валить. «Опять жерло закупорилось,» - думал сармат, прикидывая, как далеко после неминуемого взрыва полетят осколки, и куда «добьёт» волна раскалённого воздуха. Ему волноваться было не о чем, да и Тайкем и нарвенгов в их болотах зацепить было не должно – а «Шаглин» тем более. Станция пережила уже сотни таких извержений.

«Интересно, можно лаву сделать пожиже?» - думал Гедимин, стирая с карты надпись «Северные горы» и печатая вдоль вулканического хребта слово «Взрывные». «Разлом на юге вообще заделали, а тут как бахало, так и бахает. Может, так и надо?»

Очередная речка с заросшими берегами спускалась к озеру Оллья. Гедимин еле разглядел в кустарнике и молодых деревцах обугленные пни – следы прошлой «дороги». Он уже сбился со счёта, сколько раз прокладывал её заново. Шёл он на север или на юг – по возвращении его ждала новая древесная преграда.

Расчистив тропу, сармат сдвинул пластину на запястье и коснулся воды. Он уже не проверял, «фонит» ли река, - Агва, похоже, проложили портал к каждому озерцу и оттуда расселились по всем водоёмам запада. А может, они могли путешествовать с водяным паром и выпадать дождём, собирая новое вещество на квантовый мицелий, - таких подробностей Гедимин не знал.

Невидимая холодная волна плеснула в лицо – Агва были неподалёку. Сармат сдержанно хмыкнул.

- Да не пробьются к вам ручьи хашта! Что нового на озере и берегах? Бледнокожие вам не досаждают?

Белое пятно проступило на стремнине. Агва всплыл по плечи, посмотрел на свежую просеку и дёрнул ухом.

- То-то река у берега нагрелась… На том берегу всё тихо, странник. Облезлые лупят друг друга, но к нам не суются. И с рыбой не дурят. Пока что. А с кислотниками мы не знаемся. Ты к своим идёшь? Скажи им, что воду могут брать, но возвращают пусть чистой.

Гедимин мигнул.

- Ты про «Шаглин»?

- Про шемтов за тем леском, - Агва указал перепончатой рукой на запад. – Как эту цветную глыбину зовут, я не спрашивал. С ней не поболтаешь – от всего дёргается. Не привыкла ещё, что ли? Столько времени под землёй сидеть…

«М-мать моя колба! «Шаглин» всё-таки подняли?!» - Гедимин ошалело встряхнул головой. Агва ухмыльнулся.

- Про воду им скажи! – он нырнул без плеска, и белое пятно тут же растаяло.

…Раньше здесь росло гигантское дерево Ифи, и его видно было издалека – тень кроны падала на лесок, не давая ему разрастаться. Тощие деревца тянулись в высоту, а не вширь, не закрывая обзор. Теперь гигант исчез. Вместо него над редкой порослью поднимались энергомачты с прижатыми «ветвями». Ещё немного – и Гедимин увидел цветные купола пяти энергоблоков. Лес исчезал в сотне метров от них, у прозрачной стены защитного поля.

С куполом сарматы не мелочились – накрыли всю станцию и широкую полосу зарослей вокруг. Теперь там было поле, изрытое рвами и засыпанное огромными листьями, обломками коры и спутанным волосом Ифи. Остатки разрубленных корней собирал погрузчик с прицепом, и прицеп от перевеса уже просел в неплотный грунт. Ещё один погрузчик работал на севере. На расчищенном участке стояли двое филков в серо-зелёной тяжёлой броне и рассматривали пучок волоса Ифи.

- Эй! – Гедимин помахал сарматам. Они вздрогнули, едва не уронив пучок.

- «Сарма», приём! Тут чужак!

Гедимин недовольно хмыкнул.

- Как поверхность над вами чистить, так не чужак. Впустите под купол! У меня образцы для биологов.

- Не дальше проходной? – переспросил филк у передатчика. – А дезактива… Понял.

Он направил на купол ручной генератор поля. Гедимин подождал, пока временная «дверка» откроется на достаточную высоту. Сам он открыл бы проход в один щелчок, но мало ли что здесь посчитали бы «несанкционированным вторжением»…

- Гедимин Кет? – филк смерил его настороженным взглядом. – Отдай образцы на проходной. Внутрь тебя не пустят. Приказ «Сармы».

Гедимин пожал плечами. Он давно уже не смотрел на низкорослых сарматов. «Второй, третий энергоблок… ага, пока готовятся к запуску. Снаружи всё цело, но проверить не помешает. Такой подъём – нагрузка на всю станцию…»

- Субстрат собираете? – он кивнул на остатки гигантского дерева. – То, что ты держишь, - неплохое волокно. Местные из него делают и тросы, и сети, и грубую ткань.

Филк сузил глаза.

- Какие «местные»? Местные тут мы. А что тут завелось от радиации за триста лет – так это мутанты и ксеносы. Кстати, закон есть один. Вы же, Древние, придумали. Как раз насчёт мутантов.

Гедимин ошалело мигнул.

- Ты сам головой ударился, или ваша «Сарма» такое несёт? Закон был про эа-форму. При чём тут местные народы?

С проходной донёсся гудок. Передатчик на запястье филка замигал и загудел в ответ.

- Хватит болтать с посторонними! Гедимин Кет, сдай образцы и покинь территорию. Мог бы сам на «Руту» отнести, не напрягая чужих биологов.

Гедимин снова мигнул.

- Вы что, изучать их не собираетесь? Это образцы из Лита и Белой Карны. Вы сидите к ним впритык!

В передатчике раздражённо вздохнули.

- Да, с окружением не повезло. Но у станции крыльев нет, на запад не перелетит. Нам тут своих образцов хватает. Вся планета в ксеноорганике, без тяжёлой защиты не выйдешь… На проходную! Не то сам пойдёшь на «Руту»…

Гедимин сощурился, но решил не спорить – образцы, так или иначе, нужны были Крониону свежими.

Ворота станции были приоткрыты – так, чтобы мог войти филк в тяжёлой броне; грузовой ангар пока был закрыт наглухо, да и ломиться туда смысла не было. Гедимин положил ладонь на край узкого проёма, надавил, выразительно глядя на вооружённого сармата за «турникетом» защитного поля. Тот уставился в стену. Гедимин, пожав плечами, сдвинул пластину на запястье.

- «Шаглин», приём. Видишь, пришёл, как обещал.

«Урррмрр!» - плоские щупальца обвили его, выпуская тёплые волоконца. За «турникетом» еле слышно выругались.

- Как поднялась, как наверху? Дерево не сильно помешало?

Передатчик на запястье загудел.

- Гедимин Кет! Прекрати и сдай образцы!

- Ворота открой, - сармат щёлкнул пальцем по створке. – Не выламывать же мне их?

- Мать твоя пробирка… - донеслось из передатчика. За «турникетом» зашевелились. Створка отъехала в сторону. «Ухм…» - кому-то внутри черепа стало неловко. Гедимин вздохнул.

- Ну, главное, что подъём прошёл гладко. Наверху тебе будет полегче. Тут Агва в реках, всякие квантовые пролетают…

Не обращая внимания на шипение в наушниках, сармат выгрузил образцы на выдвижной поддон и толкнул его за «турникет».

- «Сарма», приём! – он тронул передатчик. – Я ведь ремонтник. А вы только что из-под земли. И запуск на носу. Что-нибудь проверить надо?

- На эа-мутацию тебя бы проверить… - пробормотал кто-то на заднем плане, но к передатчику не сунулся.

- Нет, - ответил другой голос. – Надо выполнить уже приказ и покинуть территорию. Оставь в покое реакторы!

Гедимин мигнул.

- Я ничего не трогал. Меня за проходную не пустили, - напомнил он. – Ладно, справитесь сами – тоже хорошо. Воду перед сливом чистите как следует! Тут в ней живут. «Шаглин», ты на Агва не нападай. Они первыми не лезут. Но в воде лишней дряни быть не должно. Проследишь?

«Умхм…» - станция озадачилась. В наушниках сдавленно зашипели.

- Иди уже! Нашёлся инспектор на нашу голову…

- Как он вообще это дела… - спросил кто-то на заднем плане, но связь уже оборвалась. Гедимин вышел за ворота (створки рванулись друг другу навстречу, но в последний момент что-то затормозило их и снова приоткрыло).

- Твои мне не рады, - вздохнул он, погладив ближайшую стену. – Смотри, чтобы глупостей не наделали. Как снаружи, всё вроде цело, но как будет на запуске… Если что, я пока далеко не уйду. Будет неладно – зови.

Он ещё раз провёл ладонью по стене и пошёл к защитному куполу. Там уже сгребали в прицеп листья, кору и всякий растительный сор. Гедимин не стал ждать, пока ему откроют проём. В наушниках снова зашипели, но ничего внятного сармат не услышал. Сомкнув «ворота» за собой, он молча пожал плечами и двинулся на запад. Едва он прошёл пару шагов, как забытая мысль дёрнулась в мозгу, и сармат развернулся и поднял передатчик.

- «Шаглин», приём! «Рута» вас предупредила? Про квантовых из Хесса – что они нами интересуются и знают, где мы? Вы теперь наверху, так что смотрите в оба. Мало ли что…

Канал связи определённо был открыт – Гедимин даже услышал тихое сдавленное шипение в наушниках, и это были не помехи – но внятного ответа не дождался. Он открыл было рот, чтобы повторить предупреждение, но махнул рукой и ускорил шаг. «Слишком легко сбить меня с толку,» - думал он, досадливо щурясь. «Как тот Агва сказал про станцию, так я и забыл, о чём хотел его спросить. Ничего, в следующей речке отловлю. Там не будет – значит, в озере найдутся. Интересно, у них-то есть координатор? Кажется, они не сами по себе действуют, есть какой-то центр, но вот где и в каком виде…»

11.01.251 от Применения. Западная пустошь, ледник у Кельских гор

Гедимин давно не видел «полярного утра» - когда зарево часами заливает восток и запад и переходит в ночную тьму, а кромка солнца так и не показывается. Он и тянул время, пробираясь вдоль края ледников, чтобы подняться на ледяной щит при хоть каком-нибудь освещении. «Рабочее» время и так укоротилось – когда от зарева оставалась зелёно-голубая полоска, сармат останавливался на ночлег. Ледник, ползущий на юг, был неустойчивым, свежие пласты намёрзли, но ещё не слежались, и как Гедимин ни высматривал надёжные участки, однажды ему пришлось выкапываться из-под лавины. С тех пор он в сумерках ходить не рисковал, но в светлое время старался не терять ни минуты и даже не делал привалов. «Ночи» на отдых вполне хватало.

Надо было спешить, но сармат не мог не смотреть по сторонам – как горит зеленью небо, как свет дробится на ледяных кристаллах… Криофауна, похоже, испарилась во время Применения – Гедимин с тех пор не видел её, и другие сарматы ничего не рассказывали. Было тихо, только хрустел под ногами лёд – да последние два дня что-то рокотало на горизонте, и чем дальше уходил сармат, тем громче этот звук становился. Пару раз поверхность содрогнулась. Гедимин переждал тряску и ускорил шаг, местами спрямляя путь по вертикалям ледяных стен. Рассвет ещё не перешёл в закат, когда он выбрался на возвышенность и увидел на севере два дымовых столба.

- Кельские горы… - еле слышно пробормотал сармат. Лёд снова встряхнуло.

Пара часов пути, две лавины, несколько царапин на обшивке – и Гедимин выбрался из-за просевшей, раскрошенной ледяной стены. Дальше «дорога» шла вниз, по изрезанному трещинами, чёрному, оплавленному леднику. Над Кельскими горами валил дым, и сармат уже видел под ним красные сполохи. Два вулкана извергались, засыпая пеплом округу. Гедимин копнул ледяную корку – лёд и вулканическая зола слились в единый слой. Где-то он был светлее, где-то темнее, - но горы не унимались не первый год.

- «Аргон», приём! Вы там живы? – сармат тронул когтем значок энергостанции на экране. Ему ответили, хоть и не сразу.

- «Пустошь»?! Что, наш «центр» откопался? И где его столько носило?

Гедимин досадливо сощурился. Вспоминать о станции, пропавшей на разломе, было не слишком приятно.

- Я не знаю, где «Эданна», - буркнул он. – У меня есть данные с юга. Там новые народы и новые порталы. А мне нужна информация с севера. Что тут с горами?

В наушниках хмыкнули.

- Дымят, как видишь. Мы тут думаем, что вернее – что ледник намёрзнет в три слоя или растает ко всем мартышкам. Там, на юге, что-нибудь об этом знают?

Гедимин пожал плечами. Его не видели, конечно, но это не имело значения.

- Ледник движется на юг, а восточная кромка подсыхает. Но тут, в предгорьях, лёд оплавлен. Внизу трясёт?

- Качает, - отозвался связист. – Хуже, что нам опять шахты снесло. То ли геологи совсем ослепли, то ли те твари внизу на что-то взъелись. Ставили посёлок на тихом склоне, через месяц вулкан в десяти километрах под нас переехал. Ты вроде физик – как оно, законам соответствует?

Гедимин ошалело мигнул.

- То есть – вулкан переехал? Поменялся местом с вашей горой?

«Равнина, мать моя пробирка…» - в груди заныло. «Сфен Кислоты уже есть. Теперь горы поползли…»

- Ну, не так всё плохо, - связист, кажется, принял его слова за шутку. – Открылось боковое жерло. Но, мать его колба, прямо у посёлка. Учуяли мы заранее, всё вывезли. Но ближе к вулкану оно открыться не могло? Вот как прицельно отгоняют…

Гедимин снова мигнул. «Так, пока ещё не Равнина. Уже лучше. А вот прицельно – и про тварей внизу… Всё равно тут что-то неладно.»

- А вы ещё где-то пытались рудник устроить? Не в горах, а за ними, где гейзеры? Или лёд пробить…

- На «Элуа» пробовали, - ответил сармат. – Они же почти на берегу стоят. А эта река сама как сольвентная скважина. Всё, что выносят гейзеры, тащит с собой. Да, можешь дочертить её на карте. Всё, сколько разведали.

На экране, разделяя северный полуостров пополам, появилась синяя полоса с подписью «Иннигватан». Вдоль её восточной дуги – там река сворачивала на юг – тянулась дальше к востоку вторая горная цепь. От неё к Иннигватану были проведены частые тонкие линии.

- Ещё одна долина гейзеров? – Гедимин рассматривал незамкнутый котлован. Будь одна из цепей длиннее, они встали бы вдоль Иннигватана двумя стенами – как Взрывные и Туманные горы на юге, как две гряды Рудных холмов… «И все хребты идут параллельно,» - отметил про себя Гедимин. «То же, что и на юге. Странно ведёт себя тектоника, «подкрученная» вручную…»

- Да, вторая. Вот как при этом ледник не тает к чертям, а намерзает? Или он с севера уползает на юг? Или весь материк куда-то ползёт? – спросил в пустоту сармат-связист. – Вы, физики, умеете следить за материками?

- Данных мало, - отозвался Гедимин. – Так что вышло у «Элуа» со скважинами? Вулкан к реке переехал?

В наушниках сердито фыркнули.

- Тебе смех. А кто-то, пока из провала достали, чуть не сварился!

«Шатаясь в лёгких комбинезонах над карстовыми полостями между минеральной рекой и полем гейзеров,» - додумал про себя Гедимин, угрюмо щурясь. «Филки!»

- Тески, ходите в шахты в тяжёлой защите, - проворчал он. – Целее будете. М-да, весело… А скажи, сольвентные скважины с самих станций ещё работают? С ними проблем не было?

- Только с ними и не было, - отозвался «Аргон». – Ни с трубами, ни с тряской. Какая-то живность мелькала на дозиметрах, станция чуть нервничала. Но на этом всё. Ты, небось, уже надумал, что мы подземных тварей сольвентом обливаем? Или с бластерами за ними бегаем? Спроси станцию, если нам не веришь, - никто из нас никого не трогал. Была охота не пойми с чем связываться! Мы и не видели их целиком. А самых раскалённых – даже и частями. Слишком ярко «светят».

Гедимин сдержал облегчённый вздох. Если сарматы направленно не искали проблем с квантовыми и мицелиалами – может, аварии были случайными… хотя – для случайностей всё сходилось как-то странно. «У реки – ладно, карст рядом с гейзерами малопредсказуем. Но вот вулкан…»

- Вот и дальше не связывайтесь, - сказал он. – Если они станцию не трогают – значит, не враждебны. А на поверхности тут никого не видели? Или в реке? Вся жизнь под землёй?

- А где ещё жить с такой толщей льда? – связисту разговор уже надоел. – И мы бы под землёй не сидели. Но не громоздить же станцию на ледник! Южанам хорошо – поднялся и встал. А нам то, что сверху, куда девать?!

Гедимин хотел было сказать о поселениях на поверхности, но вспомнил о двух рудниках, разрушенных вулканами в первые же месяцы, и прикусил язык. «А что-то похожее я уже видел,» - шевельнулась в мозгу неприятная мысль. «Развалины Лана, колония «саранчи». Её тоже наружу не пускают… А, что за чушь! Наши разведчики обошли весь ледник. Строителей рудников тоже никто не трогал. Может, все три раза начинали добычу в неудачном месте? А потом – случайность или недовольный квантовый…»

- На станции никакой ремонт не нужен? – спросил он. – Ни вам, ни другим северянам? Мне сейчас, без координаторов, торопиться некуда. Могу задержаться.

В наушниках беззлобно хмыкнули.

- Теск, если хочешь в экипаж – так и скажи. Механики и шахтёры везде нужны. Ликвидатор тоже пригодился бы. Вообще не понимаю, чего ты там слоняешься? Разведка давно у всех своя.

«Видал я вашу разведку,» - Гедимин едва заметно сощурился. На станцию спуститься хотелось… но при мысли о том, чтобы там и остаться, отчего-то становилось не по себе. «Ладно, время терпит. Пока надо кое-что прояснить…»

Он поднял взгляд на дымовую тучу над горами. Усилившийся ветер растянул её вдоль хребта. «Попробую подойти вплотную к новому жерлу. Вулкан – тоже механизм. Если работает странно – есть причина.»