Огнеслава

ГЛАВА 1 От судьбы не уйти

— Далеко-далеко, там, где сливаются вместе Белая и Черная река, рождая великую реку Зеяну, стоит Зеяжск. Город выстроен из белого камня. Дома добротные, все с резным убранством. Даже самый маленький человек, живет там, в достатке и не знает нужды. Бесчисленные торговые караваны идут через Зеяжск. Каких только диковинок не встретишь на тамошних рынках. Нет вокруг города ни крепостной стены, ни рва. Не боятся зеяжские князья никого. Ведь город их охраняет сам змей Горан. На берегу Зеяны, со стороны Белой речки стоит белокаменный дворец князя, а напротив, на том берегу, где впадают воды Черной речки, возвышается, сложенный из темного камня, дворец змея Горана. Соединяет их чудесный мост, такой высокий, что ладьи проплывают под ним, не задевая парусами. Нигде такого дива нет, а в Зеяжске есть! Змея почитают наравне с князем. Служат ему черные тени, змеиная дружина, наподобие княжеского войска. Два раза в год, горожане приносят змею в жертву юношу или девушку. И жертвой этой может стать любой, независимо от знатности. Змей же взамен прорицает будущее и служит городу. Среди князей Зеяжска есть обычай, когда рождается в их семье двойня, лишь исполнится княжичам двенадцать лет, одного из близнецов обязательно приносят в жертву змею. Вот такие кровожадные обычаи у них… — дед Деян хотел было продолжить свой рассказ, но замолчал, увидев в дверях няньку Прасковью.

— Опять ты, старый дурак, скверными своими сказками детишек пугаешь! — возмутилась нянька. — Пойди лучше конюхам подсоби, чтобы быстрее запрягали!

— Иду, иду, неугомонная ты баба! — кряхтя, поднялся с лавки Деян.

— Нянюшка Прасковья, неужели батюшка с матушкой в такую страшную страну нашу Огнеславу отдадут? – помявшись, спросила Весемира, теребя подол своего простенького тканого платья.

— Это кто же тебе такое сказал, дитя? — краснея, спросила няня.

— Сама слышала, как матушка вчера с батюшкой в светлице закрылись и спорили. Батюшка сказал, что Огнеслава станет княгиней Зеяжска, а матушка говорила, что негоже в такой скверный род её отдавать, — невинно хлопая ресницами, проговорила Весемира.

— Никто нашу Огнеславу никуда не отдаст, ясно тебе? Мы её спрячем в лесу, далеко отсюда, — успокоила маленькую Весемиру няня.

— А если змей прилетит и всех сожжет? — вдруг подал голос, сидевший до этого тихо Ратислав, самый младший из детей.

— Меньше слушайте сказки деда Деяна. Все будет хорошо. Ваш батюшка все уладит, — мягко проговорила нянька.

Велев детям одеваться в дорогу, отправилась она искать Огнеславу. Молоденькая княжна нашлась на конюшне. Огнеслава сидела средь соломы, в стойле своего любимого коня Ветерка, угрюмо уставившись в пол.

— Не любо мне, что батюшка затевает. Зачем на риск идет? На роду мне написано в Зеяжск отправиться. Как прабабкой предсказано, так и случится. Отдадут меня туда, вот увидишь, — тихо проговорила девица, когда няня подошла близко.

— Не отдадут, не бойся.

— А почему тогда сразу им не отказали? Чего ждут? — взглянула на Прасковью княжна.

— Такому знатному роду не отказывают, должна понимать, не маленькая уже, — фыркнула няня.

— Ну да, отказать нельзя, зато бежать тайком можно!

— Мы тебя спасаем, дитя ты неразумное, — ответила няня. — Через пару дней молодой княжич Зеяжска, Аскольд будет здесь. Тебя едет сватать. Отказать ему родители твои не могут, но и отдавать тебя не собираются. Батюшка и матушка придумали показать ему вместо тебя дворовую девку Удесу, ту, что рябая. Чтобы княжич сам передумал жениться. Ну же, подумай, кто в своем уме с такой страшилищей под венец пойдет!

— А если он не поверит? — вновь подняла на няню глаза Огнеслава.

— А откуда ему знать, как на самом деле выглядит княжна Огнеслава? Оденем ее в твои платья, венец побогаче, набелим, нарумяним. Поверит, куда он денется. В народе уже слух пустили, вроде как захворала княжна, подурнела лицом, — сообщила няня. — Пойдем, пора собираться, до обеда надо выехать.

— А как же потом быть, если везде разнесут, что я стала уродиной? — испугалась Огнеслава. — Меня же никто в жены не возьмет! Вековухой останусь?

— Не бойся. Скажу тебе по секрету, батюшка уже нашел тебе жениха. Как только Аскольда спровадим, приедет твой суженый свататься, - расплылась в улыбке няня.

— А кто жених? — зарумянилась Огнеслава.

— Благородного рода человек, князь Добрыня Вышатович Перелесский.

— Сын побратима батюшки, князя Вышаты?

— Он самый.

— Никогда его не видела. Каков он, что люди говорят?

— Славный воин и добрый человек. Довольно расспросов, батюшка тебе плохого не пожелает. Идем, говорю. Торопиться надо! — подхватила девицу под руки няня.

Огнеслава подчинилась. Как и младших, её одели в обычную неприметную одежду, какую носили дети ремесленников и дворовых людей. Только белая кожа да нежные руки выдавали в ней девицу знатного происхождения. Огнеслава слыла красавицей, слава о ней ходила далеко за пределами земель её отца. Сватать начали рано, но родители всякий раз отказывали женихам, не желая расставаться с любимой дочкой. Этой весной ей минул уже шестнадцатый год, отец тайно от всех сговаривался о свадьбе Огнеславы, как вдруг прибыл гонец из далекого Зеяжска.

— Какая же ты у меня пригожая! — прошептала мать, увидев дочку в простом тканом платье. — Ничем твою красу не спрятать, хоть мешком обмотай.

— Мама, не отсылайте меня, - обняла княгиню Огнеслава. Уже пару дней её мучили дурные сны, и отчаянно не хотелось никуда уезжать, поэтому она вновь предприняла попытку остаться.

— Ну, полно, полно. Все будет хорошо. - Княгиня поцеловала дочь в макушку и отпустила. — Приглядывай за младшими и слушайся няню.

На крыльцо вышел князь и тоже обнял дочку, в то время как жена прощалась с младшими детьми.

— Батюшка, и все же, если никакой опасности нет, зачем со мной едут Весемира и Ратислав? — негромко спросила Огнеслава.

— Князья Зеяжска — опасные люди. Если вас не будет в столице, мне спокойнее, — ответил отец. — Поезжай с миром, не перечь.

ГЛАВА 2 Сваты

— Едут! Едут! — неслось над улицами города.

Пестрая толпа высыпала встречать богатый поезд из повозок, сопровождаемый вооруженными всадниками. Сверкали парадной сбруей гнедые кони знаменосцев, удерживавших на длинных древках флаги Зеяжска, алые полотнища с изображением стального змея. За ними, на необыкновенной красы рослых вороных жеребцах, колонной по двое двигалась личная дружина князя. Все, как на подбор, крепкие юноши, одного роста и сложения. Можно было восхищаться их выправкой и сверкающим оружием вечно. Но взгляды народа были прикованы к молодцу в легкой кольчуге и алом плаще, красовавшемуся на белоснежном скакуне. Горячий конь танцевал под всадником, который уверенно и властно сдерживал его, собрав поводья в одной руке. Княжич Зеяжска высокомерно поглядывал на толпу, замиравшую в благоговейном ужасе. Им нельзя было не восхищаться — молодость, красота, богатство и удаль, все сложилось воедино. За княжичем ехали несколько представителей самых уважаемых родов его земли. А далее тянулся караван повозок с подарками для невесты и новой родни.

Шумная толпа горячо обсуждала будущий союз дочки своего князя, княжны Огнеславы, с одним из самых сильных и знатных княжеских родов. В это самое время две юные девицы в скромных одеждах стояли у окна, то и дело, прячась от случайных взглядов.

— Нам нельзя быть здесь, — покачала головой Огнеслава. — Если матушка узнает, гневу её не будет границ.

— Ничего она не узнает, — подмигнула двоюродная сестра Зоряница. — Трусиха! Неужели не интересно, как выглядит твой жених?

— Он мне не жених! В их роду человеческие жертвы приносят! Дикие люди с дикими нравами… — фыркнула Огнеслава, отходя в сторону.

— Ой ли! У них самое богатое княжество во всей Земле. Не такие уж и дикие я смотрю, - усмехнулась Зоряница. — Иди сюда. Взгляни. Едут!

— Нет. Не хочу даже смотреть, — упиралась Огнеслава, борясь с любопытством. — У меня все змей их страшенный перед глазами стоит.

— Глупая. Змей улетел. С того дня его никто не видел, - махнула рукой сестра. — Ох какие красавцы! Ты посмотри, какая выправка! И это только дружина!

— Мне не интересно, — показательно отвернулась Огнеслава, хотя самой тоже хотелось высунуться в окошко.

— Огнеслава! Ты должна его увидеть, — вдруг решительно заявила Зоряница и подтащила сестру к окну.

Огнеслава для приличия посопротивлялась, но после приоткрыла створку и взглянула вниз. То что она увидела, заставило щеки залиться румянцем, а сердечко дрогнуть. По улице, на белоснежном коне ехал молодой воин. Он великолепно держался в седле. Ветер раздувал светло-русые волосы, благородный лик был спокоен, а в серых глазах читалась уверенность в собственном превосходстве. Безбородое лицо его свидетельствовало о молодости, похоже, жених совсем немного старше невесты. Аскольд был крепок и отлично развит физически. При взгляде на него, любому ясно, езда верхом и упражнения с оружием, составляют значительную часть жизни молодого князя.

— Такой красавец! — озвучила общие мысли сестра — Может зря твои родители не хотят тебя отдавать?

— С лица воды не пить. — отозвалась поговоркой няни Огнеслава, но прозвучало это скорее неуверенно, чем надменно.

— Слушай, а может, покажешься ему? Ну, так, чтобы он тебя якобы случайно встретил. Ты ведь у нас первая красавица, он сразу влюбится в тебя и увезет!

— С ума сошла? Родители не хотят этого союза. Они еле уговорили нашу дворовую девку Удесу, чтобы мною притворилась.

— Вот - вот. Увидит княжич эту уродину и тут же сбежит. Без жениха останешься!

— Батюшка хочет выдать меня за княжича Добрыню, сына его друга Вышаты.

Зоряница только рассмеялась в ответ.

— Смеёшься? — презрительно взглянула на нее Огнеслава.

— Да! Ты Добрыню то видела? Вот. А я видела и даже в гостях у них была. Здоровенный, как медведь, а ум с орешек! Что думаешь, он просто так в приграничной крепости сидит, а не отцовым княжеством правит? Вон у князя мерийцев сын в соправителях ходит. А Вышата услал Добрыню в глухомань, чтобы под ногами не путался. Да и старше он тебя лет на пятнадцать. Первая жена Добрыни, наша дальняя родственница, дочка двоюродного брата жены нашего дядьки Пересвета… Впрочем, не важно. Так вот, она прошлым летом в родах скончалась. Тогда твой батюшка тебя за Добрыню выдать и задумал. Ему родственные связи с семейством Вышаты ой как важны, а от красавицы вроде тебя никто не откажется! — пояснила Зоряница. — Но сам Добрыня, так себе жених. С тем же успехом можешь за любого дружинника своего батюшки идти.

— Перестань! Признайся, ты мне это все нарочно говоришь! — вспылила Огнеслава. — Тебя за старика просватали, вот и бесишься!

— Может и нарочно, но сватал бы меня Аскольд, я бы с ним сбежала и родителей не послушала! — заявила Зоряница, глядя в спину удаляющемуся по улице княжичу.

Огнеслава тоже взглянула вслед молодому князю. После слов сестры, сомнение зародилось в ее душе.

— Послушай, Огнеслава, есть у меня одна бабка, ворожит и будущее предсказывает. Хочешь, я её сегодня к нам велю привести? Пусть она тебе на жениха погадает. - вдруг предложила Зоряница.

— Даже не знаю. Есть ли смысл, все уже решено.

— Ничего еще не решено. Вон девки в деревнях на свидания с парнями бегают. Гулять вместе ходят, а уж потом парни сватов засылают. А иные и против родительской воли с женихами сбегают. Ничего нет плохого, если мы на княжича твоего только погадаем. А вдруг он судьба твоя? — вкрадчиво проговорила Зоряница.

— Хорошо. Будь по-твоему. Давай погадаем, — подумав, согласилась Огнеслава.

***

Тем временем поезд прибыл на княжий двор. Отец Огнеславы, князь Яросвет лично вышел встречать дорогих гостей. Когда все традиции были соблюдены, княжича и сватов пригласили в трапезную. Молодой князь Аскольд говорил мало, большую активность проявлял прибывший с ним боярин Светомил.

— Ну что же вы, дорогой князь, нам все невесту не показываете. Пора бы уже и на княжну взглянуть, — подал голос Светомил, после очередной чарки.