Ксения Ратникова Найди меня во снах…

Глава 1


Диана только отпраздновала выпускной и сдала первый экзамен, но чувствовала себя уже выжатой на все сто процентов. Последние два месяца она только и делала, что учила. Даже на прогулки выходила с учебниками.

– Тьфу на вас всех! – Она выгребла из стола записи, которые хранила чуть ли не с начальных классов, собираясь сразу выбросить. Но рука не поднялась отправить их в мусорку целой стопкой, и Диана принялась перебирать макулатуру – как-никак в этих стопках десять лет жизни. Зацепившись взглядом за помятую тетрадь с подписью «мат-И-матика», Диана не удержалась и открыла ее.

Это была тетрадь с восьмого класса для общения с лучшей подругой и соседкой по парте Светой. Они тихонько переписывались прямо на уроках, чтобы учителя не уличали их в болтовне. Веселое было время…

Диана зависла до позднего вечера, перечитывая разговоры, такие смешные сейчас, а когда-то казавшиеся невероятно важными. А потом на самом дне стопки учебной макулатуры наткнулась на дневник. Серебряную обложку к нему она подбирала долго, обошла не один магазин. Почему хотела именно серебряную, она сейчас не помнила, но помнила другое. Сердце забилось чаще, Диана улыбнулась. Пару лет она почти не вспоминала о нем. Дневник был заведен с одной единственной целью – описать случай, который произошел летом перед восьмым классом, и связанные с ним эмоции.

Тогда она решилась бегать по утрам. Тренировала силу воли и характер. Вставала в семь и шла к набережной пруда, который находился в двух кварталах от дома. Кроме редких прохожих и таких же утренних бегунов, как она, почти никого не встречалось. Но однажды…

Диана увидела его издалека. Парень в толстовке с капюшоном расположился на складном стульчике у самой кромки воды и рисовал. Когда Диана пробегала мимо него в третий раз, внезапный порыв ветра сдул один из лежавших на траве листов, и тот полетел прямо на тропинку. И Диана успела перехватить его.

Невольно она глянула на картину и с трудом узнала родной пруд и городские окрестности. В знакомые очертания был облачен фантастический пейзаж с воздушным замком и диковинными растениями. Техника рисования не очень реалистичная, но картина завораживала. Парень встал, аккуратно пристроив творения, чтобы не улетели вслед за первой картиной, и замер, точно в ожидании. Диана подошла и, как вежливая девочка, улыбнулась и протянула ему лист.

Большой капюшон скрывал его лицо, словно парень прятался за ним намеренно. Он посмотрел на холст, протянул руку и взял себе. Потом поднял голову, но Диана и тогда толком не рассмотрела его – солнечные лучи вышли из-за деревьев, словно окутали его, ослепили Диану и заставили зажмуриться. А потом художник молча всучил рисунок ей в руки, резко развернулся, натянув капюшон почти на нос, стремительно собрал вещи и так же быстро покинул пруд.

Диана в тот день больше не бегала. Ошарашенная, она отправилась домой вместе с картиной. Поведение парня казалось странным. Он что, побрезговал забирать картину обратно? Даже слова благодарности не сказал! Было ужасно обидно.

На следующий день она пришла на пруд в то же время, и через день, и так каждое утро в течение лета. Она хотела увидеть его еще раз. Этот парень часто снился ей: его силуэт, его рука, его картины. Таких красочных снов Диана прежде не видела. Вот только больше она не видела и художника.

Дневник стал тем, кто впитал в себя переживания первой сильной влюбленности, взявшейся словно снег среди мая и так же быстро исчезнувшей. И как после снега поздней весной остаются опавшие лепестки, в душе у Дианы тоже что-то завяло или, вернее сказать, затаилось.

Сейчас она плакала, читая записи четырехлетней давности, и улыбалась. Конечно, если она заговорила бы с художником сама, а не стояла дундуком, они бы познакомились и таинственный ореол развеялся. Под маской волшебника кисти обнаружился бы обыкновенный парень со своими тараканами в голове, но кто говорит, что он обязательно был бы плохим? Возможно, они подружились бы, а может быть…

Диана вытерла глаза и отложила дневник. С тех пор она не влюблялась. Хотела, но не получалось. Встречалась пару раз, но решила не обманывать парней, отпускала их после пары недель общения. И только сейчас она поняла, почему. Внезапное чувство к неизвестному юноше было настолько сильное, что не отпускало до сих пор, прячась в глубине души.

Покопавшись на полках, она надеялась найти ту картину, но не сразу вспомнила, что дала ее в восьмом классе лучшей подруге, а та, видимо, забыла вернуть. Надиктовав Свете голосовое сообщение, в котором напомнила про холст и попросила поискать его дома, она погладила дневник пальцами. Ей вновь захотелось увидеть тот яркий фантастический рисунок.

А вообще, стоило бы посетить психолога – не может же она любить призрак из прошлого всю жизнь. Но позже. Сейчас Диана выбросила-таки лишние бумажки, а сама принялась готовиться к завтрашней поездке на речку. Они с бывшими одноклассниками решили провести время на природе с шашлыками и музыкой. Надо было отыскать купальник и легкие вещички, кроме того, составить список покупок. Хорошо, хоть мариновать шашлык в этот раз вызвался Леха.


Вечерело, и на берегу реки то там, то тут загорались костры – такие же выпускники, как они, или компании целыми семьями, пользуясь выходными и на редкость теплыми майскими деньками, решили отдохнуть. Кто-то даже пробовал купаться. Диана взяла купальник, чтобы покрасоваться, но в воду окунуться не решилась. С лучшей подругой Светой они только помочили ноги.

На закате они стояли на помосте и наблюдали за стайкой уток, плывущих к зарослям неподалеку, когда подбежал Леха. Он явно перебрал алкоголя и не мог нормально стоять на ногах.

– Дианочка, иди ко мне, – заявил он и широко расставил руки, намереваясь обнять ее. – Я тебя поцелую!

– Лешка, отстань! – Света шлепнула его по плечу. – Не видишь, мы разговариваем?!

Леха пошатнулся, словно тростник на ветру, и потерял равновесие. Диана по наитию потянулась за ним. Схватила его за руку, дернула на себя, но поздно. Он был тяжелый, нетрезвый и неуправляемый. Инстинктивно он схватил ее и потащил за собой. От боли в боку перехватило дыхание – кажется, она зацепилась за край моста. А потом почти ледяная вода поглотила ее с головой. Диана пыталась выплыть наверх, но не могла понять, где этот самый верх. Леха тянул за собой. Накатила паника, и Диана сделала глубокой вдох, в груди тут же в груди резануло от попавшей в легкие воды. Кашель скрутил ее, но освобождения не было, вода выходила и возвращалась обратно. Страх сковал тело и мысли.

Сознание медленно мутнело, сил сопротивляться не осталось. Тьма заволокла ее, чувства растворились. Боль в груди от попавшей в легкие воды притупилась, и почему-то Диана вспомнила картину художника – та буквально встала перед глазами. И эта картина была такой настоящей, живой, что Диане захотелось шагнуть в этот чудесный волшебный мир.

Она сделала шаг и переступив невидимую черту, оказалась на зеленом лугу перед зеркальным лиловым озером. А потом ее словно вырвали из густой смолы. В легкие будто вдохнули кислород. И на миг, всего на одно единственное мгновение, она ощутила тепло и словно издалека услышала голос.

Диана кашляла, от боли в груди проступили слезы. Она распахнула глаза, судорожно сжав чью-то руку.

– Дина! Прости! – кричал над ухом Леха. Его лицо первым проявилось сквозь пелену слез, потом – лицо бородатого мужчины, чью рука она судорожно сжимала.

Вокруг столпилось много людей. Наперебой твердили, что ей повезло – в одной из отдыхающих неподалеку групп оказался врач. Ее вытащили буквально с того света. Леха выплыл быстро, а вот Диана пошла ко дну. Он нырял за ней, ныряли и другие. Но пока вытаскивали, она нахлебалась и не дышала. К счастью, врач уже был рядом и сразу оказал первую помощь. Если бы не он, сегодня Дианы не стало бы.

Она сидела у костра, словно оглушенная. Мир казался странным, не таким, как обычно – будто нарисованный очаг на камине папы Карло. И Диана даже протянула руку, чтобы проверить, не порвется ли ткань реальности так же, как обычный холст. Но нет, рука прошла сквозь воздух, не причинив вреда мирозданию, и Диана решила, что она просто не в себе.

– Я пойду в палатку, – сообщила она и встала.

– Какая палатка, Дин! – Света почему-то рассердилась. – За тобой скорая уже едет.

Диана не сразу поняла, о какой скорой речь. Скорая – это ведь такая машина с мигалками, на которой возят в больницу? Зачем ей ехать в больницу? Но скорая приехала, и ее повезли. Леха, чувствуя себя виноватым, поехал с ней. По дороге созвонился с ее родителями, и те встретили у приемных покоев в больнице.

Как во сне, Диана проходила по светлым кафельным коридорам, отвечала на вопросы, слушала родителей. Ощущение нереальности не отступало. Она словно наполовину была за гранью этого мира. Точнее объяснить свое состояние она не могла даже самой себе, а другим и не пыталась. Сославшись на слабость и головокружение, она попросила оставить ее одну.

Родители еще долго говорили о чем-то с врачами в коридоре – Диана не вслушивалась, погрузившись в странные ощущения. На соседней кровати спала какая-то женщина, в окно светили уличные фонари, а по стенам бегали отсветы от фар машин. Диана, словно завороженная, следила за тенями, и потихоньку сонливость обволакивала ее разум.

– Ох, – очнулась она резко.

Вскочила и поняла, что сидит на голубом цветастом лугу, по бирюзовому небу плывут пушистые сиреневые облака, настолько яркие, что резало глаза. Но облака ненастоящие, небо ненастоящее, словно на картинах экспрессионистов.

Загрузка...