Мастер на все руки

Глава 1

Артур бежал через пораженное мором поле. Земля была серой и безжизненной, под ногами рассыпались черные остатки сорняков.

Он мчался изо всех сил, позволяя себе короткие, судорожные вздохи, лишь когда легкие начинало нестерпимо жечь.

Вдыхать моровую пыль не лучшая идея. Именно так зараза попадает в легкие.

По дальнему краю поля пролегала неглубокая зловонная канава, затянутая тиной. Но даже эта тина все еще жива, и в этом она полная противоположность мору.

Рассчитав шаги, Артур перепрыгнул канаву и приземлился посреди чахлой пожелтевшей травы.

Этот клочок земли отвоевали у мора лишь в прошлом сезоне. Земля еще не рождала урожая, но пыль уже не таила смертельной угрозы.

Упершись руками в бедра, Артур согнулся и сделал несколько глубоких вдохов. Как и большинство детей в пограничной деревне, он был маленьким и тощим – от недоедания и бесконечных недель в постели, проведенных в борьбе с очередным моровым поветрием.

Выпрямившись, Артур окинул взглядом пустую грунтовую дорогу за возрожденным полем и расплылся в улыбке. Короткий путь не подвел. Он добрался почти вовремя.

Артур быстро зашагал вперед, слегка прихрамывая и зажимая шов на боку. Чем дальше от моровых земель, тем гуще растительность. На самом краю, где поле примыкало к дороге, росло несколько чахлых кустиков.

Он притаился за ними и украдкой выглянул наружу.

Долго ждать не пришлось.

Стук подков по земле он услышал еще до того, как заметил карету, запряженную четверкой белоснежных лошадей. Хотя правильнее сказать, что они были белоснежными до того, как отправились в путь.

Теперь их ноги до самой груди покрывал слой тошнотворной серой грязи. Деревня Артура делала все, чтобы отвоевать земли у мора, но против пыли, принесенной ветром из мертвых королевств, они бессильны. Оставалось надеяться, что возницам и лакеям хватает здравомыслия каждый вечер смывать моровую пыль с лошадей. Стоило пылинке попасть в открытую рану – даже в крошечную царапину, – и та превращалась в гнойную язву.

Внимание Артура переключилось с лошадей на роскошную карету. Шириной почти с дорогу, она сияла свежей красной краской и золочеными узорами. Это было одно из самых впечатляющих зрелищ на его памяти. И уж точно самое красочное из всех, что видели в его деревне.

А еще карету охраняла пятерка стражников, облаченных в цвета барона – коричневый и ржаво-красный.

Разумеется, Артур не испытывал к стражникам ни капли симпатии. Это были не простые головорезы, которых барон держал для исполнения приказов, а люди с картами. Выше и шире в плечах, чем любой житель деревни, без единого шрама или оспины, все они черпали силу из волшебных карт, заключенных в их сердцах.

«Ну же, – думал Артур. – За вами никто не наблюдает. Дайте себе волю, сотворите хоть капельку магии. Хоть капельку! Одно маленькое заклинание… пожалуйста».

Однако стражники вели себя как подобает: грозные и молчаливые, они даже шагали в ногу. Их взгляды скользили по пустой пыльной дороге и лишь изредка обращались к темному мертвому горизонту на западе. На кусты никто из них даже не посмотрел.

Последний стражник прошел мимо, и плечи Артура поникли.

Шансы увидеть в действии настоящую магию были невелики, но он все равно ощутил горький привкус разочарования. Всю жизнь он слышал о деяниях тех, кто владеет магическими картами. В зависимости от вида и силы карт одни умели стрелять огненными шарами, другие – превращать обычный меч в шедевр волшебного искусства, третьи могли одной рукой поднять коня. Артур вожделел этих историй, как умирающий от жажды вожделеет воды, и даже мирился с тем, что люди барона – его глаза и уши.

Печально взирая вслед стражникам, Артур решил дождаться, пока они не скроются из вида. Возвращаться придется бегом, и повезет, если его не хватятся. В деревню привезли новую партию драконьего навоза, а значит, каждая пара рук на счету…

Сверху прогремел взрыв.

Из ниоткуда взметнулся настоящий ураган. На Артура посыпались ветки и сучья, смешавшись с внезапными криками стражников. Прикрыв глаза рукой, он поднял голову и футах в пятидесяти увидел красное брюхо дракона.

Артур замер.

Чудище оказалось не таким огромным, как в сказаниях: не с гору, а всего лишь втрое больше громадной кареты.

Впрочем, лежащему в кустах Артуру дракон показался вовсе не маленьким. При каждом взмахе кожистых крыльев порывы ветра швыряли пыль и мусор в глаза всем, кто находился на земле.

Несмотря на это, Артур таращился, раскрыв рот. Драконий наездник? Здесь, в пограничье? Он и представить не мог, по какой причине…

Одно можно сказать наверняка: это даже лучше, чем увидеть магию в действии!

Вот только… у основания драконьей шеи нет седла. Похоже, дракон летает без наездника. Но разве драконы покидают свои ульи в одиночку?

Дракон воззрился на учиненный хаос. В его желтых глазах с вертикальными зрачками плескался гнев.

Стражники у кареты выглядели не менее растерянными, чем Артур. Те, что стояли впереди, попытались утихомирить испуганных лошадей. Двое других развернулись лицом к чудищу. В руках у одного возник огромный меч – Артур мог поклясться, что секунду назад его не было.

– Что все это значит? – потребовал ответа мечник. – Объяснись.

Из пасти дракона вырвался рык, будто искромсанный похожими на кинжалы зубами:

– Вы защищаете собственность барона Кейна?

Драконы умеют разговаривать?! В сказаниях об этом ни слова. Это даже лучше, чем увидеть настоящую карточную магию.

Мечник нахмурился, но не удивился тому, что дракон умеет говорить.

– Не твое дело, червяк! Возвращайся в свой улей. Это приказ!

– О, но я прибыл, чтобы исполнить обещание, данное вашему лордику.

Стражник широко расставил ноги. Кромка меча в его руках полыхнула ярко-голубым светом.

– Ты смеешь…

– О да, с превеликим удовольствием.

С этими словами дракон изрыгнул огненный шар и попал им прямо в оглоблю. Дерево разлетелось в щепки. Лошади взревели и умчались по дороге, бросив карету.

Стражники отреагировали без малейшего промедления. Один из возниц ударил ладонью по боковой стенке кареты. Дерево ощетинилось острыми шипами, будто разъяренный еж. Его напарник взмахнул рукой вверх, и шипы понеслись к дракону.

Тем временем двое стражников по бокам кареты вскинули ладони. В чудище рванула струя зеленой кислоты.

Второй возница перевернул над пылающей оглоблей сложенные чашей руки, и из них заструился поток воды.

Раздался треск, запахло резко и свежо, из огромного меча вырвалась ветвящаяся молния и устремилась к дракону.

Из всех заклинаний в цель попала только она, оставив на боку дракона ожог размером с голову Артура. Серьезная рана для мальчишки… но не слишком значительная для огромной рептилии.

В ответ красный дракон разразился хохотом напополам с ревом и выдохнул облако пурпурных огоньков, на вид таких же крохотных и нежных, как пламя свечи. Все, чего они касались, исчезало. Огоньки впились в струю кислоты, и та, сменив цвет на оранжевый, разлетелась паром. Оставшиеся шипы обратились в пепел, не успев добраться до дракона.

На это ушла лишь малая часть пурпурных огоньков. Остальные продолжали падать, призрачные, будто снег, но каждое их касание приносило необратимые перемены.

Дерево кареты рассыпалось. Распадалась одежда… и даже человеческая плоть.

Артуру повезло, что карета успела проехать мимо него. Облако пурпурных огоньков накрыло ее с поразительной точностью. Стражники истошно завопили: их заклинания дали осечку. Похоже, ни у кого из них не было карт-щитов.

Артур зажал уши, но не осмелился зажмурить глаза, если вдруг придется спасаться бегством.

Дракон внушал ужас, но люди барона Кейна – враги. Артур не слишком ратовал за их победу.

Пока стражники отвлеклись на загоревшуюся одежду, дракон рухнул на землю.

Для существа такого размера приземлился он на удивление мягко. Лапы коснулись земли, и в течение следующих секунд стало ясно, что когти и зубы не менее смертоносны, чем магическое пламя.

Мечнику удалось еще раз пальнуть молнией. В крыле дракона появилась приличных размеров дыра, но он тут же взмахнул хвостом и нанес обидчику сокрушительный удар по голове.

Когда всем стражникам пришел конец, дракон повернулся к карете.

Странные огоньки как ни в чем не бывало разрушали все, чего касались. Прикрыв глаза, дракон сделал вдох, и все они погасли.

Должно быть, при этом вдохе дракон наконец учуял Артура. Огромная голова резко повернулась к кустам.

Все мышцы в теле Артура одеревенели. В тот миг он точно знал, что чувствует мышь под пристальным взглядом кошки.

Обнажив зубы, дракон скривился в ухмылке, удивительно похожей на человеческую.

– Кто там притаился? Трусишка? Думаешь, проживешь достаточно долго, чтобы проскулить о случившемся хозяину?

– Я… я…

Артур облизал пересохшие губы. Одна половина его разума застыла в ужасе. Другая бессвязно бубнила от страха. В голове крутилась одна мысль: только бы не сгореть заживо, если дракон вздумает поджечь кусты.

За свои двенадцать лет Артур успел повидать достаточно смертей и знал, что уход из жизни бывает на редкость мучительным. Лучше пусть его перекусят пополам этими зубищами. Так, по крайней мере, все закончится быстро.

Каким-то чудом он сумел совладать с собственными конечностями и выбраться из-под кустов.

Ноги не держали, поэтому пришлось сесть на колени.

– Я… я не…

Он хотел сказать: «Я не из людей барона и, мор побери, не стану одним из них, когда вырасту!», однако сил хватало лишь на то, чтобы заикаться и стараться не обмочиться.

Дракон фыркнул, обдав его запахом серы.

– О, детеныш? Я только что убил твоего отца?

Из чувства собственного достоинства к Артуру вернулся дар речи:

– Мой отец не служит барону! Он его ненавидит. И я тоже!

– Заморыш из пограничья с характером? Любопытно.

Казалось, дракон развеселился. Он отвернулся, вполне справедливо не считая Артура за угрозу.

Некогда прекрасная карета превратилась в жалкую тень самой себя. В дереве виднелись большие дыры. Краска и отделка, которыми так восхищался Артур, потрескалась и обгорела, будто карета несколько лет простояла на открытом солнце.

Артур старался не смотреть на мертвые тела. В его деревне смерть не редкость, но одно дело видеть, как кто-то чахнет от болезни, и совсем другое – стать свидетелем жестокого убийства.

– Я никому ни о чем не расскажу.

Он сделал шаг назад, глянув через плечо на дорогу. Ни души. Не то чтобы в его деревню заглядывали торговцы. Никто не придет на помощь, но, возможно, если дать деру…

Дракон даже не удостоил его взглядом.

– Попытаешься сбежать – умрешь.

Артур сглотнул и вернул ногу на место.

Дракон встал на задние лапы и впился когтями в карету. Под красной чешуей вздулись мышцы. Дерево треснуло, карета разломилась пополам.

Внутри она была отделана со всей роскошью. Тканевая обивка пестрела яркими пастельными оттенками, которые Артур видел только в радуге. Перья, торчащие из разодранных швов, наверняка были настоящим гусиным пухом.

А еще карета оказалась совершенно пустой.

Артур не подумал об этом раньше, но ведь, когда дракон напал, изнутри должны были раздаться крики? Зачем отправлять пятерку стражников для охраны пустой кареты?

Через мгновение он получил ответ на свой безмолвный вопрос. Дракон запустил лапу внутрь и вытащил деревянную шкатулку.

Как и карету, шкатулку украшали изысканные узоры. Дерево было изящным и тонким – это подтвердилось, когда дракон раздавил его, будто орех.

Что-то вывалилось из обломков и упало на землю.

– Подними, детеныш, – кивнул дракон.

Выполнить этот приказ означало оказаться прямо под чудищем. По понятным причинам Артур замешкался. Но он знал, что, если ослушается, дракон его все равно прикончит.

Он судорожно двинулся вперед. Дракон не мигая следил за ним желтыми глазами со зрачками-щелочками.

Внутри деревянной шкатулки лежала еще одна, тонкая и металлическая. Видимо, слишком маленькая, чтобы дракон мог ухватить ее когтями.

Артур глянул на дракона, как бы спрашивая разрешения, и поднял металлическую шкатулку.

Она была тяжелее, чем казалась на вид, и с обеих сторон закрывалась на защелки.

– Открывай, – велел дракон.

Сглотнув, Артур послушался.

Замок был довольно простым, но у него так дрожали руки, что открыть крышку удалось только со второй попытки.

Увидев, что находится внутри, Артур чуть не выронил шкатулку.

Магическая карта.

Глава 2

Карта покоилась в тонком стеклянном футляре. Замок окружали замысловатые руны.

Она поражала своей красотой.

Нефритово-зеленая, она превосходила по размеру раскрытую ладонь и выглядела плотной, будто сделанной не из бумаги, а из металла. По краям сверкали пурпурные самоцветы, по всей длине вились золотистые прожилки. Не будь карта волшебной, Артур подумал бы, что ее расписали тончайшей кистью.

Больше всего привлекали внимание отпечатанные на карте рисунки, которые двигались и менялись прямо на глазах: молот и наковальня, топор, швейная игла с ниткой, удочка с крючком, схематичная фигурка шагающего человека, книга… и многое другое. Изображения перемежались, следуя неуловимой закономерности.

Сверху карты были выгравированы слова, а под движущимися картинками сиял целый абзац текста. Отец так и не успел обучить Артура грамоте, но буквы он знал и смог разобрать слово «навык» и пару цифр.

Дракон заговорил снова, и Артур вздрогнул от неожиданности.

– Говоришь, твой отец презирает знать?

– Так и есть, – прохрипел Артур, оторвав взгляд от карты.

У каждого жителя деревни хватало причин ненавидеть знать, а особенно барона.

Дракон склонил голову набок. Его чешуйчатые губы не шевелились, но Артур мог поклясться, что он улыбается.

– Карта такой силы в руках заморыша? Может, из этого и выйдет… что-нибудь забавное.

Артур ничего не сказал, но его пальцы сильнее сжались на стеклянном футляре. Он и представить не мог, что когда-нибудь увидит карту собственными глазами, не говоря уж о том, чтобы взять в руки. Даже если это станет его последним поступком… Оно, конечно, того не стоит, зато какой впечатляющий конец.

Из пасти дракона вырвалось глухое ворчание, настолько похожее на рык, что Артуру стало не по себе.

– Отдай карту отцу. Или старейшине вашей деревни. Тому, кто сможет устроить барону побольше пакостей.

Дракон склонился к земле, чтобы оказаться лицом к лицу с Артуром.

– Но если карта снова попадет в руки барона Кейна, я об этом узнаю. А твой запах, детеныш, я запомнил. И легко найду и тебя, и всех твоих кровных родственников.

– Я… я… – пролепетал Артур.

Дракону не было дела до его ответа. Он поднял голову.

– Но прежде мне нужно завершить еще пару дел.

Похоже, дракон был в хорошем настроении и решил переключить внимание на убитых стражников.

Артур проследил за его взглядом. Над грудью каждого мужчины или над тем, что от нее осталось, мерцало призрачное сияние, будто изнутри пытался пробиться свет.

Дракон взмахнул когтистой лапой. Из каждого тела появились волшебные карты.

По размеру они были точно такими же, как и карта в стеклянном футляре. Четыре кремовых, словно дорогая бумага, и карта мечника – стального синего цвета. Никаких изящных узоров по краям, картинки – плоские и неподвижные.

Взмахом лапы дракон заставил карты по очереди подлететь ближе, чтобы он мог их рассмотреть.

– Ничего стоящего, – пробормотал он, но все же поднес к груди. Когда дракон опустил лапу, в ней уже ничего не было.

Карты убитых стражников пополнили его сердечную колоду.

Покончив с этим, дракон вернулся к трупу мечника, обшарил его и протянул Артуру свисающую с когтя цепочку с маленьким ключиком.

– Это рунный ключ, чтобы извлечь карту. Возьми его, – весело произнес дракон. – И помни: если проболтаешься обо мне или карта попадет в руки барона, я тебя найду и поджарю всю твою семью. А теперь ступай.

Хорошо, что Артур знал все дорожки и звериные тропы по пути домой. После того как он прикоснулся рунным ключом к замку, стекло и ключ растеклись по пальцам безобидной водой. Карта оказалась тяжелой, как лист металла, который невозможно согнуть.

Артур не стал терять ни секунды, удивляться было некогда. Он помчался прочь от дракона, не разбирая дороги от шока и изумления.

Дракон. Его всегда учили, что эти существа спасают человеческие жизни, что даже их навоз возрождает целые поля, уничтоженные мором. Кто бы мог подумать, что драконы умеют говорить. А теперь прямо у него на глазах один из них разнес в щепки карету, убил пять человек и забрал себе их карты.

Артур с опаской оглянулся. Дракон исчез. Лишь тонкая струйка дыма указывала на место, где лежали обломки кареты.

Вся деревня занята драконьим навозом, а значит, о происшествии узнают не раньше, чем через несколько часов, а то и дней.

Нельзя допустить, чтобы его связали с нападением на карету. И главное – уберечь подаренную карту. Она буквально дороже его жизни.

Нужно отнести ее отцу.

С бешено колотящимся сердцем Артур как мог замел следы. Удача была на его стороне: серая моровая земля оказалась настолько твердой, что в ней почти не оставалось отпечатков.

Вскоре он миновал зараженный участок и снова оказался на живой земле. Чахлая желтовато-зеленая трава еще лучше скрывала следы.

Окольной дорогой Артур добрался до небольшой хижины, в которой жил с отцом.

Стоило ему увидеть хижину, как он сразу понял, что отца нет. Из трубы не поднимался дым, а значит, печь не топили уже несколько часов. Логично: отец, скорее всего, руководит людьми на деревенской площади и сам помогает с распределением навоза.

Прежде чем подойти к двери, Артур по привычке остановился перед могилами матери и сестры.

Обе погибли три зимы назад, когда деревню опустошил моровой грипп.

Еще до того, как Артура посетила светлая мысль проследить за каретой барона, он умудрился стащить с прибывших телег и запихнуть себе в карман пару пригоршней драконьего навоза. Теперь он держал этот навоз в руках: темный, насыщенный, полный жизни.

После того как драконий навоз выгребали из улья, его смешивали с обычной землей и органическими отходами из мусорных ям, а затем оставляли целый год сушиться на солнце. В результате получалась сыпучая плодородная масса, которая обладала настолько мощной живительной силой, что с помощью всего нескольких телег можно было возродить целое моровое поле.

Артур аккуратно разбросал навоз вокруг надгробных плит. Уже через несколько дней здесь вырастут цветы.

Затем он опустился на колени между могилами. Подходящее место, чтобы поразмыслить.

Отец будет занят до конца дня. А возможно, и ночью. Нельзя рисковать и отдавать ему карту на глазах других взрослых и болтливых детей.

Нужно ее спрятать.

Но где? Точно не в хижине. Люди барона нередко обыскивали дома, желая поживиться. И несколько всегда сопровождают телеги с навозом.

В лесу? Отец показывал ему деревья с дуплами, в которых они «на всякий случай» припрятали ножи, хотя Артур и не знал, когда э…