Глава I

Сигнал входящего вызова на адвизоре прозвучал, когда Марк с Марианной завтракали. Марк Джон Третий утолял похмельный голод омлетом, который всегда хорошо помогал ему по утрам прийти в себя. Жена пила кофе с сыром.

– Кто это? – Поинтересовалась она.

Марк посмотрел на экран и, ничего не ответив, вышел на веранду. Бледное Солнце медленно поднималось над патерой Орка, отбрасывая многочисленные блики с тонкого слоя воды моря Амазонии, омывающего выступающие над поверхностью скалы. Когда-нибудь воды достигнут подножия Элизия, и их с Марианной марсианская вилла будет по-настоящему прибрежной.

Адвизор продолжал сигналить, мигая значком голосового вызова, без видео. С Марком хотел поговорить Леонид Руперт, президент автономной республики Примарат Фортис на планете Эмерсон в системе Барнарда.

Два года назад закончилась война с примаратами. Сам Марк практически всё пропустил, отбывая ссылку на планете Кевин системы Луман, куда его вместе с Мартой отправил этот самый Леонид в качестве платы за новое клонированное тело. Вспомнив об этом, Марк непроизвольно потёр правое плечо, на котором с тех пор осталась татуировка “Марк 3.1” – как напоминание, что он лишь копия, новая версия самого себя. Марте тогда удалось сбежать и сообщить Агентству Всемирной Безопасности местонахождение Альфы – планеты, на которой Примарат, в тайне от остального мира, создал свой флот, армию клонов-симулятидов, пытался захватить власть на Земле и остановить колонизацию новых миров, потому что члены Примарата считали, что это приведёт к масштабной войне между звёздными системами.

К сожалению все, кого знал Марк, и кто был так или иначе причастен к тем событиям, погибли. Выжила только Марианна – симулятид, копия Марты, личного пилота Дарьи. Марта влюбилась в Марка, испытала нечеловеческие пытки на крейсере Леонида и погибла, выполняя задание Агенства Всемирной Безопасности убить свою бывшую хозяйку – Дарью Вонгер, дочь основателя Примарата Фортис и жену Леонида. Именно благодаря этой смерти Земле и удалось выиграть войну.

По причинам, Марку непонятным, Леониду, несмотря на его преступления, сохранили жизнь. Расследование был засекречено, но Марк слышал, что Леонид настаивал на том, что во всём виноваты уже мёртвые Вонгеры – отец и дочь, а сам Леонид лишь выполнял приказы. В итоге его назначили президентом автономии на Эмерсоне, где разрешили поселиться всем, кто раньше работал на Примарат, или находился на Торндайке – планете, которую примараты называли Альфой. Людей и симулятидов, фактически, загнали в резервацию под жестким контролем Земли. У Примарата не стало межзвёздного флота, кроме нескольких гражданских судов, систему Барнарда контролировали крейсера Министерства Военных Дел Земли, и даже самому президенту требовалось разрешение покинуть Эмерсон. И вот он звонит Марку, а это значит, что он уже где-то тут, на Марсе. Последний раз они виделись два года назад, здесь же, на церемонии похорон Марты, Юлии и Зионы. Мероприятие проходило в бывшем особняке Вонгеров, а теперь официальной резиденции Джонов, в которой они за это время почти и не были ни разу.

Из всей собственности Вонгеров на Марсе, которую Марк выкупил за накопившиеся за почти двадцать лет службы рейнджером деньги, Марку и его жене больше всего приглянулась небольшая вилла Элизий на одноимённом острове у подножия одноимённой горы. Правда, островом его назвать было сложно из-за пока ещё совсем мелкого марсианского океана, но на противоположном, западном берегу, всё же был пляж, пользующийся популярностью у туристов.

Всю свою жизнь Марк мечтал жить в доме родителей на Луне. По местным меркам у них был роскошный дом, какой мог себе позволить лишь обеспеченный горный инженер, археолог и преподаватель геологии, которым был его отец – Марк Джон Второй. Рабочие и шахтёры жили под поверхностью в вырубленных в скале типовых ячейках. У Джонов же был настоящий коттедж на дне покрытого куполом кратера. Но потом отец погиб, сам Марк, бросив армию, ушёл в рейнджеры, и их дом опустел. Мать Марка умерла во время войны, и он так и не успел с ней увидеться.

Марк с Марианной поженились почти сразу после его спасения с Кевина. Его мечта о тихой жизни на Луне уже тогда почти исчезла. Они слетали туда, Марк показал жене их семейный “особняк” и понял, что жить он тут не сможет. В тот же день они разыскали коменданта ближайшего шахтёрского городка, и Марк безвозмездно передал всю свою лунную недвижимость им.

Так они стали жить на Марсе. Местная элита поначалу подозрительно относилась к бывшему рейнджеру, в одночасье ставшего одним из самых крупных собственников участков поверхности и недвижимости на планете. Но его приняли в Совет и постепенно он вошёл в их общество. Они с Марианной прожигали жизнь. Никто точно не знал, как долго живут клоны, даже сами их создатели, Это могло быть как и намного больше средней человеческой жизни, так и намного меньше. Поэтому Марк с женой ни в чём себе не отказывали. Только отсутствие детей омрачало их существование. Но врачи, ещё плохо знающие особенности физиологии симулятидов, ничем, кроме советов подождать, помочь пока не могли.

Факт о бесплодии симулятидов оказался ложным спустя двадцать лет после появления первого из них. Когда появилась первая стабильная версия клонов, тип “Ф”, учёные примаратов проверили их семя на фертильность, убедились в бесплодии и решили, что так оно и будет всегда. В дальнейшем аналогичные анализы были произведены и с женскими особями шестой серии. Для верности даже провели опыты по естественному оплодотворению между симутятидами и человеком на добровольцах. Результат получился отрицательный и врачи решили, что клоны бесплодны. Опровержение этого мнения появилось некоторое время после окончания войны. В военной лаборатории на Венере, где ради науки не останавливались ни перед чем, одна из подопытных симулятидов неожиданно забеременела. Это была стандартная “шестёрка”. В результате новых исследований и тестов выяснилось, что несмотря на то, что симулятиды появляются на свет в виде уже взрослых особей, организму всё равно нужно время на созревание, которое наступает через стандартный минимум в четырнадцать-шестнадцать лет. Но в случае с Марианной что-то пошло не так. Одни врачи цеплялись за факт её нахождения в криогенном сне, который мог отсрочить созревание на десять лет, другие специалисты вообще предрекали невозможность иметь детей никогда.

Но Марк и Марианна не отчаивались – то, что симулятиды могли иметь детей, подтверждалось самой жизнью. Поэтому они продолжали попытки и ждали. О событиях прошлого они вспоминали редко, гораздо интереснее было планировать будущее. Но прошлое, как оказалось, о них не забыло.

– Я слушаю, – ответил наконец Марк на вызов.

– Здравствуй, Марк, – голос Леонида, как всегда, был спокойный и жизнерадостный.

Этим же голосом, с такими же интонациями он отдавал приказ своей помощнице Шер отрезать Марте пальцы в присутствии Марка.

Марк не смог заставить себя ответить на приветствие и промолчал.

– Нам надо встретиться, – продолжал Леонид. – В поместье.

– Зачем, – наконец спросил Марк.

– Это лучше обсудить лично. Скажем так – я хочу показать тебе один из своих секретов и попросить о помощи.

– Меня не интересуют твои секреты и помогать я тебе не собираюсь, – холодно ответил Марк.

Голос Леонида быстро вывел его из равновесия и он принялся расхаживать по террасе, смотря себе под ноги.

– Марк, я прошу только о встрече, – продолжал настаивать президент Примарата. – Я сейчас на орбите Марса, за мной следит АВБ, так что ты ничем не рискуешь, поверь. Ради только этого разговора мне пришлось долго переписываться с Землёй, чтобы они разрешили мне сюда прилететь.

– Мы можем встретиться в Олимпе? – Спросил Марк, имея в виду столицу Марса, получившую своё название от высочайшей горы планеты, чья вершина находилась за пределами атмосферы и у подножия которой и был расположен город.

Он невольно посмотрел в ту сторону. Даже с их виллы была видна возвышающаяся над горизонтом верхушка горы. На её фоне Марк заметил, как какая-то точка, возможно глиссер, медленно движется по спокойной глади океана.

– Нет, то, что я хочу тебе показать, находится в особняке, – произнёс Леонид и Марк буквально услышал, как тот улыбается на другом конце линии связи.

Марк был раздражён и заинтригован, и это его злило. В своё время он лично обошёл весь особняк, помечая на поэтажном плане где что находится. Он был уверен, что ничего важного там не осталось. Мать и сестра Дарьи, перед тем, как исчезнуть, вывезли из особняка всё ценное. После этого его обыскали агенты безопасности с Земли. Если там и находились какие-то секреты, то они были или вывезены, или уничтожены. Но вряд ли Леонид будет заманивать его ложью просто чтобы встретиться. Не смотря ни на что, он всегда говорил правду и выполнял свои обещания, даже самые жестокие.

– Я буду через пару часов, – наконец согласился Марк и прервал связь.

После этого он сразу связался с дворецким, Гастингсом, который постоянно находился в поместье. Это, конечно, уже был не тот дворецкий, который служил Дарье и её семье, но Марк специально нашёл ту же фирму и нанял у них обученного слугу. Это был осколок памяти о прошлом, который ему хотелось сохранить. К тому же, кому-то всё равно нужно было приглядывать за особняком. Пару раз в год Совет Марса устраивал там публичные мероприятия, да и Марк тоже периодически наведывался, но никогда не оставался там надолго. Единственное, что ему там нравилось – это вид с балкона на огромный кратер Кассини. А ещё Гастингс постоянно пополнял коллекцию дорогого алкоголя, и Марк, во время своих визитов, её понемногу прореживал.

Дворецкий, как всегда сдержанно, принял информацию о визите хозяина и его гостя к сведению и отключился, а Марк вернулся к жене в столовую.

– Кто это? – Повторила она вопрос.

Свой завтрак она давно доела, а остывший омлет Марка так и лежал в тарелке. Есть уже не хотелось, поэтому он просто налил себе сока, подумывая, не добавить ли в него чего-нибудь крепкого.

– Леонид, – ответил Марк, присаживаясь напротив неё.

– Рупгрендхаузер? – Уточнила Марианна.

Это была настоящая фамилия президента Примарата, и только симулятиды могли её выговорить. Симулятиды, созданные для служения примаратам, а не такие, как Марк, просто копии своего оригинала. После войны Леонид упростил её до Руперта для благозвучности.

– Да, – подтвердил Марк, – хочет встретиться.

– Зачем? – Марианна сидела за столом, откинувшись на спинку стула и сложив руки на груди.

– Без понятия, – пожал плечами Марк, отпивая сок, – сказал, что хочет что-то показать и попросить о помощи.

– Странно это всё.

Она встала и отнесла посуду со стола в утилизатор. Слуг они не держали, мыть посуду было некому, поэтому оптимальным решением было закупать дорогую одноразовую из керамопластика и уничтожать её для дальнейшей переработки в новую такую же посуду.

– Он сюда прилетит?

– Нет, – ответил Марк, – он хочет встретится в поместье. Я пообещал через два часа туда прилететь.

– Ты не боишься, что он опять что-то задумал? Может тебе пораньше прилететь? – Предложила Марианна, вернувшись за стол.

– Да, – согласился Марк, вставая, – наверняка задумал. Пойду приму душ и оденусь.

– Погоди, – остановила его жена.

Она подошла и обняла его. Марк прижал её обнажённые бедра посильнее к себе, ощущая телом приятную бархатистость. Он поцеловал её, а его рука скользнула в нежное лоно, манящее влажным теплом. Но Марианна отстранилась и, напомнив, что Марку пора собираться, вышла из кухни. Марк вздохнул и пошёл, как и собирался, в душ.


Подлетая к поместью, Марк увидел, что на посадочной площадке уже стоит чужой корабль. А ведь до назначенного времени оставался ещё час. Василий, его робот-пилот, сообщил по внутренней связи что это “Кровь Земли”, приписанная к Эмерсону частная яхта – корабль Леонида. Но Марк и так уже об этом догадался – чёрные ломаные корпуса кораблей Примарата нельзя было спутать ни с чем другим.

Василий достался Марку со скидкой на заводе Вонгеров, незадолго перед тем, как Всемирное Правительство приказало свернуть программу создания человекоподобных роботов-андроидов с искусственным интеллектом. Марк специально попросил собрать ему робота в дешёвом варианте корпуса, но оснащённым самым совершенным электронным мозгом, способным самостоятельно принимать решения и расставлять приоритеты в зависимости от ситуации, а не слепо следуя базовым директивам. С таким же роботом Марк провёл долгое время на Кевине, пока не догадался, как использовать его для побега. Правда, побег не удался, робот был уничтожен, и сам Марк едва не погиб.

Андроид посадил “Дельфина” – так называлась яхта Марка, рядом с кораблём гостя. На площадке Марка уже ждал ровер, на котором он доехал до особняка. Дворецкий, как обычно, встречал его у входа.

– Мистер Руперт вас ожидает в зале, – сообщил Гастингс и отворил перед хозяином высокие двери дома.

Марк прошёл малый зал, вышел во внутренний двор и, наконец, попал в основное строение. Большей частью, все помещения поместья были законсервированы. Когда Марк сюда заезжал, то, кроме буфетной с доступом к бару, он пользовался одной из спален на втором этаже. Остальные многочисленные комнаты, кабинеты, столовые и так далее он видел лишь тогда, когда первый и последний раз инспектировал свою новую собственность.

Леонид ждал его в одном из кресел, расставленных за колоннами в большом зале. Марк, чтобы не искать каждый раз нужную комнату, подходящую под текущие нужды, приказал организовать в зале небольшие закутки для отдыха и развлечений. Там были установлены удобные кресла, диваны, минибары, столики и медиавизоры. Леонид держал в руках большой бокал со своим любимым напитком – разбавленным натуральной минеральной водой сухим белым вином.

– Приветствую! – Поздоровался он, не потрудившись встать навстречу хозяину.

Марку было всё равно, но осознание того, что всего несколько лет назад хозяином тут был сам Леонид, заставляло его нервничать. Тот вёл себя слишком уверенно для гостя, и он знал, что Марка это задевает.

– Будешь вино? – Предложил президент Примарата.

– Нет, спасибо, – отказался Марк. – Что ты хотел мне показать?

– Может всё-таки сядешь, выпьешь? Зрелище впечатляет, самому каждый раз не по себе.

– Нет, – повторно отказался Марк.

Он стоял, сложа на груди руки, перед развалившимся в кресле Леонидом и ждал. Тот залпом допил свой напиток, поставил бокал на пол и встал.

– Ну тогда пошли.

Он провёл Марка в конец зала, где под главной лестницей была большая кухня и любимый Марком буфет со столовой для слуг. Потом они прошли ещё дальше, в подсобные помещения, к лестнице, ведущей в подвалы и винный погреб. Краем глаза Марк заметил тень дворецкого, который следовал за ними. Спустившись, они подошли к одной из дверей, за которой, по идее, должна была находиться кладовая. Леонид достал из кармана карточку и провёл ей по электронному замку. Замок удовлетворённо пискнул, зажёгся зелёный огонёк, но дверь не открылась. Вместо этого скользнула в сторону стеновая панель справа в конце коридора. За ней Марк увидел лифт, который с шелестом открыл створки, приглашая войти внутрь.

Лифт с хорошим ускорением опускался вниз несколько долгих секунд. Марк успел досчитать до шестидесяти, когда кабина остановилась. Это означало, что они должны были находиться на глубине около пятиста метров под поверхностью планеты. Гастингс остался наверху и помочь своему хозяину уже не мог.

Двери лифта снова открылись. Марк увидел небольшое помещение, обшитое отполированными до зеркального состояния квадратными металлическими панелями, пустое, если не считать простого стола с планшетом на подставке и такого-же дешёвого стула перед ним.

Леонид подошёл к планшету и разбудил его, коснувшись экрана. Марк заметил на экране сетку из ячеек, в каждой из которых были расположены диаграммы, как в больнице, с лениво мигающими индикаторами. Леонид нажал на одну из иконок на экране, и в появившейся форме ввёл пароль, привычно пробежавшись пальцами по спроецированной на поверхность стола световой клавиатуре. После этого, в противоположной лифту стене раздался щелчок замка и пара панелей, оказавшихся дверью, отошли в глубь стены и скользнули в сторону.

За дверью была темнота.

– Заходи, – пригласил Леонид, пропуская Марка перед собой.

Они вошли внутрь и Марк, наконец, понял, о чём тот его предупреждал. Зрелище действительно было ошеломительное. Вдоль длинного коридора, уходящего далеко вперёд от двери, стояли большие прозрачные контейнеры. В основании каждого мерцал синим цветом экран с такими же индикаторами, как и на планшете. Лишь они освещали помещение. В контейнерах, в желтоватой жидкости плавали обнажённые тела. Справа от входа Марк увидел контейнеры с несколькими копиями Дарьи. Напротив, в питательной жидкости, которая из-за синей подсветки казалась зеленоватой, плавал он сам. Марк прошёл дальше. Марта, Зиона, Ники-Ники, стандартная “шестёрка”, сам Леонид, другой мужчина, чем-то похожий на него. Марку он показался знакомым, но он не мог вспомнить, где его встречал. Ещё несколько тел незнакомых Марку людей.

– Они живые? – Спросил он, обернувшись к Леониду, который шёл следом.


– О да, конечно, – ответил Леонид, немного гордый тем, что сумел произвести на Марка правильное впечатление. – Они находятся в стазисе. При наличии оборудования их можно оживить, записать ментальный снимок и получится новая Дарья, или новый Марк.

– И давно они тут? – поинтересовался Марк.

– Твоя копия была последней, которую я сюда доставил. Потом было не до этого. Так что больше десяти лет.

– Но ведь на Торндайке у вас был, как это называлось, центр рождения?

– Да, – подтвердил Леонид, рассматривая спящее в контейнере тело Дарьи, – но там занимались, в основном, только серийными симулятидами. Здесь собраны избранные.

– Избранные для чего? – не понял Марк.

Он напротив, старался больше не смотреть на содержимое капсул, но они непроизвольно притягивали взгляд, будто заставляя себя рассматривать.

– Не знаю, – уклончиво ответил Леонид, лениво прохаживаясь вдоль тел, – все эти люди, оригиналы всех этих симулятидов, сыграли какую-то роль в истории. Как знать, вдруг они снова пригодятся.

– И зачем ты сюда меня привёл?

– Знаешь, давай поговорим где-нибудь в более уютном месте, – предложил вдруг Леонид. – У нас… у вас в университетском кампусе был симпатичный паб, помнится, я лично его открывал. Мы тогда сильно напились с мистером Вонгером. Пойдём туда, если ты не против?

Марку было неприятно, что ему приходится играть по правилам Леонида, но ему хотелось поскорее уйти из этого места. Слишком много воспоминаний, слишком много боли нахлынуло на Марка разом. Он был обескуражен и ему пришлось согласиться с предложением Леонида.

Они тем же путём покинули хранилище и вернулись обратно в особняк. Гастингс сообщил, что коптер ждёт их во внутреннем дворе. Марк не уставал поражаться, как тому удаётся предугадывать желания хозяев. С этими способностями он столкнулся давно, ещё когда работал на Агентство Всемирной Безопасности. С тех пор он постоянно удивлялся, как обслуга отелей, дорогих ресторанов, частных домов просто молча делает то, о чём ты только подумал. Хотя в данном случае, скорее всего, Леонид просто сообщил дворецкому их планы заранее, уверенный, что Марк согласится лететь.

Места обитания людей на Марсе удалены друг от друга на очень большие расстояния. Поэтому воздушный транспорт тут используется чаще всего. В окрестностях Олимпа есть несколько скоростных шоссе между основными туристическими объектами, но в большинстве случаев – коптеры, аэротакси, шаттлы. Только на чём-то из этого можно добраться из одного места в другое. Расстояния между частными владениями, фермами, шахтами исчисляются десятками тысяч километров. Марк до сих пор так и не собрался облететь всё, что ему досталось от бывшей собственности Вонгеров. Где-то тут на планете у него есть большая свиная ферма, где выращивают настоящих живых свиней, обширные картофельные поля, медные и водные шахты.

С Марсианским Университетом в этом плане была проблема, заключающаяся в том, что над ним и над окружающим его университетским городком запрещены полёты любой техники. Даже дроны АВБ туда не летают. Всем нуждающимся посетить университет предлагается оставить транспортное средство за пределами города на посадочной площадке и дальше добираться на робомобиле или пешком.


Паб, который имел в виду Леонид, находился в полуподвале одной из башен, окружавших территорию университета. Заведение было оформлено в старинном стиле стимпанка с обилием медных труб, шестерёнок, заклёпок и кожи. На каждом столике в общем зале был блестящий пивной кран с большой деревянной рукояткой. Столики обслуживали официантки, в основном из числа студенток. Из одежды на них был только блестящие медью бронелифчики, коротенькие юбочки, набранные из медных же пластин, полностью проклёпанные сапоги до колен и кожаные цилиндры на головах с круглыми очками на тулье.

Пожилой бармен узнал Леонида сразу, как только они с Марком вошли, и кивком головы выделил им персональную официантку. Девушка отвела их в небольшой кабинет в дальнем конце зала и вскоре принесла по большой литровой кружке пива и корзинку с гренками.

– Ты не боишься вот просто так тут появляться? – поинтересовался Марк, сделав первый глоток.

Он немного успокоился и попытался в свою очередь уязвить Леонида, напомнив ему о его опальном положении на территории всей обжитой части галактики, кроме автономии Примарата.

– Университетские меня помнят, – парировал тот. – Это консервативное заведение, вне политики. Да и вообще ты слишком хорошо думаешь про Марс. Не забывай, что эта планета – бывшая собственность семьи Вонгеров. Их тут любили. Так что это к тебе тут может быть неоднозначное отношение, а не ко мне.

– Университет теперь принадлежит сам себе – я передал им территорию и всю недвижимость. А если бы я не купил поместье, его бы забрало правительство, – заметил Марк, раздосадованный тем, что ему не удалось выбить Леонида из колеи.

– Да, я знаю, – согласился Леонид, – но не все это понимают.

Снова вернулась официантка. Она принесла им по большому блюду с закрученными в спираль сосисками, луковыми кольцами, картошкой и острым соусом в маленьких плошках.

– Так что ты хотел рассказать, – напомнил Марк, когда она ушла.

Ему надоело самодовольство лидера примаратов и он хотел побыстрее закончить эту неприятную встречу.

– Скажи мне, Марк, как ты ко мне относишься? – вместо ответа спросил Леонид


– В смысле? – не понял Марк.


– Ну я причинил достаточно много неприятностей тебе и твоим друзьям, – пояснил Леонид с совершенно спокойным лицом, без тени раскаяния, – ты вполне имеешь право недолюбливать меня.

– Это слишком мягко сказано, – ответил Марк.

– То есть ты меня ненавидишь? – резюмировал Леонид. – Или боишься?

Марк промолчал.

– Но ты мне нравишься, Марк. Когда я предлагал тебе присоединиться к нам, я делал это искренне. И сейчас я прошу, выслушай меня без неприязни. Это ни к чему тебя не обязывает, ты можешь встать и уйти в любой момент. Но прежде, просто выслушай.


– Что хочешь? – задал вопрос Марк, сделав очередной глоток и громко стукнув кружкой о картонную подставку.

– Я хочу вернуть Шер, – ответил Леонид.

Шер была стандартным симулятидом шестой серии, “шестёркой”, и первой помощницей Леонида времён его капитанства на флагмане Примарата “Чёрной Молнии”. Она была беспрекословным исполнителем его приказов. Именно она пытала Марту, личного пилота Дарьи, просто для того, чтобы Марк согласился сделать то, что Леонид от него хотел. Она отрезала Марку нос во время его ссылки на Кевине. К счастью, тогда Марк уже был симулятидом и обладал способностью к регенерации частей тела. Шер руководила обстрелом Эмерсона и фактически была тем человеком, кто первый нажал кнопку и начал войну Примарата с силами Земли.

В конце этой войны, когда известие о смерти Дарьи, королевы примаратов, достигло Солнечной системы, флот Примарата был деморализован. Земля воспользовалась этим и атаковала его. “Чёрную Молнию” взяли на абордаж и Шер погибла, сражаясь, на глазах Леонида. Возможно, именно это событие и решило исход сражения. Но Леонид явно не собирался сдаваться. Земля захватила систему Эридана, где на планете Торндайк у Примарата было всё – заводы, верфи, фабрика по созданию симулятидов, и теперь, загнанные на Эмерсон, примараты были лишены возможности сделать что-либо. Но, видимо, Леонид сумел сохранить какие-то свои тайны.

Марку было сложно оценить своё отношение к Шер. Он видел, на что она способна. Он знал, что она не задумываясь могла убить любого, кого прикажут. В ней была сила. Этим Шер отличалась от себе подобных клонов. Возможно, именно поэтому она стала правой рукой Леонида. Она внушала страх, но это и притягивало к ней. Похожее отношение было у Марка к Зое, офицеру АВБ, пытавшей его, но это была другая история.

– Твою помощницу? – уточнил у него Марк.

– Она была больше чем помощница, – произнёс со вздохом Леонид.

– Личным палачом и любовницей? – предположил Марк.


– Нет, – ответил Леонид, – ты не поверишь. При всей своей власти я не смог добиться её расположения.

– Ты неудачник, Леонид, – заметил Марк.

То ли первый литр пива придал Марку храбрости, то ли Марк, как клон, бессознательно был настроен лояльно в примаратам, но он всё меньше ощущал в себе неприязнь к бывшему полковнику. Тот неожиданно стал выглядеть в глазах Марка как человек, действительно пытающийся найти в нём друга. Возможно, Леонид даже сожалел о том, что сделал.

– Да, я знаю, – согласился он, – многие, да почти все из верхушки Примарата относились к симулятидам, как к мебели. Но Франсуа, отец Дарьи, убедил меня, что они тоже люди. Не важно, сделали тебя в инкубаторе или ты пролез через вагину. Поэтому я честно пытался добиться от Шер отношения не как к хозяину и командиру, а как к человеку и мужчине, но она оставалась холодна. Кто бы мог подумать, что у них есть индивидуальность, характер, собственное мнение, не смотря на все эти наши психологические блоки и установки. Роман с боссом и мужем её королевы был для неё табу. Приходилось довольствоваться тем, что она была рядом, ощущать её присутствие, видеть её каждый день. Ты не представляешь, как меня изводила эта её равнодушная беспрекословная исполнительность.

– Странно слышать такое от тебя, – усмехнулся Марк.

– Наверное, – подтвердил Леонид, – окружение формирует человека. Меня окружали военные, генералы, адмиралы. Учился в военной академии. Меня готовили стать одним из них. Я привык, что люди выполняют мои приказы. Но когда все видят в тебе только источник подчинения, и никто – обычного человека, становится грустно. Хочется сделать людям больно, лишь бы получить от них хоть какую-то другую реакцию.

– Ясно, – кивнул Марк, решив не комментировать эту исповедь.

Он допил уже вторую литровую кружку и махнул официантке, чтобы та снова повторила.

– И что ты хочешь от меня? Зачем ты все всё это показал и рассказал?


– Я не справлюсь один, – пояснил Леонид, – мне нужен помощник.

– Для чего? – не понял Марк.

– Сделать новую копию Шер.

– Боги, и что я могу сделать? – удивился Марк.

– Ты теперь хозяин поместья. Ты можешь делать там, что хочешь. Например поднять из бункера капсулу с телом, перенести её в церковь и оживить.

– В церковь? – удивился Марк.

– А, я тебе не сказал? Там находится оборудование для воскрешения.


Подробности плана Марк и Леонид обсуждали уже спустя два дня, когда протрезвели. Всё это время Леонид жил у них на вилле, на Элизии. Марианна не то чтобы была против визита своего бывшего капитана, но, старалась с ним не пересекаться. Тем не менее, внешне она была рада гостю, он всегда ей нравился, в отличие от других военачальников, времён противостояния Земли и Примарата. При встрече Леонид сам кратко рассказал Марианне цель своего визита, попросил прощения, что вторгся в их жизнь, что Марку приходится ему помогать. Жена Марка так же вежливо приняла извинения и дальше старалась держаться подальше

Утром третьего дня Леонид застал Марка на террасе. Марк любил сидеть и смотреть на открывающийся перед ним пейзаж. Что-то магическое было в уходящих за горизонт серо-коричневых скалах, пологих склонах кратеров, глади воды и виднеющемся сквозь туманную дымку на горизонте Олимпе. Марку нравилась безлюдность планеты, её тишина. Это выгодно отличало Марс от Земли. Может, тут и не так уютно и зелено, зато нет толп людей, нагромождений городов, потоков шаттлов в небе и мобилей на поверхности. До Марка изредка доносился шум от пролетающих вдали коптеров с туристами или дронов АВБ. Последние строго соблюдали договорённость и не залетали на территорию, принадлежащую Джонам.

– Давай лучше обсудим наши планы, пока снова не напились, – предложил Леонид, присаживаясь рядом, – ты не передумал?

– Нет, – ответил Марк. – Ты ведь с самого начала рассчитывал, что я буду тебе помогать?

– У меня не было другого выхода, – признался лидер примаратов.

– Ясно, – кивнул Марк, – так что я могу сделать?


Хранилище в недрах Марса было первым у примаратов. Раньше там была большая лаборатория, в которой изучались принципы клонирования, выращивания в инкубаторе взрослых особей, снятия и наложения ментальных снимков. Впоследствии, когда вся работа была перенесена на скрытую от остального мира планету Торндайк, этот подземный бункер на Марсе превратился в некий ковчег, колыбель избранных. Сам её основатель, Франсуа Вонгер отказался от клонирования и продления таким образом своей жизни, но это было вызвано моральными соображениями и, как многие считали, старческим маразмом. Помимо самого хранилища и станций приёма и хранения ментальных снимков, в имении Вонгеров была самая первая установка по оживлению выращенных заготовок симулятидов.

– Что значит установка по приёму ментальных снимков? – поинтересовался Марк.

– Под поверхностью всей планеты, на равном расстоянии друг от друга, установлено шесть приёмников, которые улавливают и создают резервные копии сознания симулятидов, оказавшихся в зоне их действия, – объяснил Леонид. – аналогичные потом ставили на все наши корабли, но меньшей мощности. Приёмники до сих пор работают, и не только с симулятидами, вроде тебя, Марк, но и с людьми, сигнатуры которых есть в памяти компьютера. Правда, с людьми качество хуже, лучше всего находиться непосредственно на планете. Так что, например, пока я здесь, моя ментальная копия регулярно обновляется, и если что, меня можно будет восстановить.

– Интересно, – заметил Марк, – и больше про это никто не знает?

– Нет, – подтвердил Леонид, – большинство погибло, кто-то сейчас живёт тихой мирной жизнью на Эмерсоне. Помимо меня и, теперь, тебя, есть ещё пара учёных, которые стояли у истоков наших исследований. Мне удалось их эвакуировать с Торндайка. Один из них нам понадобиться для воскрешения Шер. Надо всё-таки выпить. Сиди-сиди, я схожу.


Реанимация клонированного субъекта или, по словам Леонида, воскрешение, обычно занимает достаточно мало времени и является простой процедурой. Но это справедливо только для последних версий оборудования. На Марсе осталась самая первая машина воскрешения, как все её называли, даже создавшие её учёные. Она была громоздкая и несовершенная. Основная сложность состояла в том, что процесс оживления сопровождается яркими вспышками света и грохотом от электрических разрядов. В дальнейшем это удалось устранить, но когда работает то оборудование, которое есть на Марсе, это видно даже из космоса. Вся эта установка находилась в храме святых Фила и Джейка, храм и был целиком машиной для воскрешения.

Когда его строили, была необходимость как-то замаскировать его необычные внешние формы, продиктованные технической необходимостью. Сам Франсуа Вонгер заметил, что строение больше всего похоже на церковь Трёх богов. Так его и оформили. Три энергетические башни превратились в каноничные три купола, внутри организовали классический интерьер храма. Там даже проводились службы, был священник, присланный одной из земных епархий. Для посторонних, здание считалось семейной часовней семьи Вонгеров, но тогда на Марсе жили семьи, которые сами были членами Примарата – военные, бизнесмены, политики. Все знали, для чего нужна на самом деле эта церковь, и никто лишних вопросов не задавал. Но когда сооружение перестали использовать как лабораторию, оно так и осталось в местной культуре, как обычный храм. После падения Примарата на Марс стали прилетать туристы, их интересовало всё, на ранее не слишком гостеприимной планете, захваченной избранным обществом олигархов. В том числе и единственный марсианский храм, богато украшеный росписью, фресками, резными барельефами. Марк, на чьём участке находилась церковь, тут же закрыл территорию для свободного посещения и разрешил его использовать только в особых случаев для членов Совета Марса.

Основной задачей для Леонида и Марка было найти решение, как провести процедуру воскрешения не привлекая ничьё внимание. Когда тело симулятида реанимируется, мощные потоки энергии формируют вокруг него энергетическое поле, запускающее каждую из клеток тела. Поле должно быть стабильным, поэтому излишки накаченной в него энергии сбрасываются в поверхность в виде ярких молний.

– А нельзя использовать заземление? – поинтересовался Марк.

– Без понятия, – ответил Леонид, – это первая версия была. Потом этот недостаток устранили, не знаю как. Но нам придётся иметь дело с тем, что есть. Кстати, кто сейчас настоятель в храме?

– Фила и Джейка? – уточнил Марк, – Некая мать Марселина. А что?

– Симулятид?

– Да, вроде. Она вылитая Марианна, – подтвердил Марк, обернувшись к окну, за которым его супруга что-то делала на кухне, – прям оторопь брала каждый раз, когда я её видел. Я думал что других копий нет.

– С точки зрения центра рождения это просто модель, одна из многих. В Алмазном есть копия Зионы. А с настоятельницей придётся договариваться, – сообщил Леонид. – Мы не сможем её выгнать.

– Почему? – Удивился Марк. – Я могу просто закрыть храм.

– Нет, – покачал головой Леонид после недолгого раздумья, – это привлечёт внимание ещё раньше. Вариант хороший, но сначала надо придумать, что вообще делать с побочными эффектами процесса.

Марк встал, сходил в дом и вернулся с новыми банками пива, бутылкой вина для Леонида и чипсами.

– На минеральную воду рук не хватило, – сказал он, ставя бутылку вина на пол веранды рядом с Леонидом.

Тот молча махнул рукой, взял бутылку и отхлебнул прямо из горлышка.

– Можно всё сделать во время грозы, – предложил Марк, усаживаясь обратно на своё место. – Анюта говорит, что скоро обед.

– Хорошо, – кивнул президент примаратов. – Хорошая идея, но во время дождя молнии бьют с неба в шпили, а не из шпилей в грунт. Надо будет подумать, – одобрил Леонид. – Так значит ты согласен мне помочь? Только учти, это надо сделать как можно быстрее.

– Насколько быстро? – уточнил Марк.

– Чем скорее, тем лучше, я надеялся, что до конца года мы успеем, – ответил Леонид.

– Остаётся совсем мало времени, – заметил Марк, – зачем так спешить? Мы можем лучше всё спланировать, если будет больше времени.

– Нет, – покачал головой президент Примарата, – я не могу ждать. Время идёт. Шер нет уже два года, и чем больше проходит времени, тем дальше она отдаляется от меня. Её разум хранится где-то там, в хранилище данных, а в это время мир проносится мимо, жизнь проходит.

– Да, знакомое чувство, – вздохнул Марк.

– Так что, ты согласен?

– Да, – подтвердил Марк, пожав плечами, – по крайней мере это будет интересно.

Говоря это Марк сам был удивлён. Конечно, то, что рассказал Леонид действительно его интересовало, но он совершенно искренне был готов сотрудничать с этим человеком. Тогда, несколько дней назад, когда зазвонил его адвизор, Марк готов был разорвать связь, глядя на вызывающего его абонента. А теперь он согласился вернуть к жизни второе существо во вселенной, которое он меньше всего хотел видеть.

– Хорошо, – обрадовался Леонид, – Спасибо. Выпьем? Да, Марк, ещё одно, я не хочу использовать тебя, поэтому готов отплатить за услугу всем, что я вообще в силах сделать. Понимаю, что ты и так можешь себе позволить всё, что хочешь. Но всё равно, скажи – чем я могу тебя отблагодарить.

Марк медленно допил банку, скомкал её. В голову вообще ничего не шло, что ему бы надо было от Леонида и от Примарата вообще.

– Я подумаю, – наконец сказал он.

Они сидели на веранде до обеда. Потом, наевшись заказанными Марианной из Олимпа бургерами, продолжили уже с более крепкими напитками. Подвыпившего Леонида снова потянуло на воспоминания. Марк заметил, что он хороший рассказчик. Сам он говорить не умел и не любил, но слушать умел, даже не важно что. Ему нравилось слушать, как люди умеют выражать свои мысли, строить рассказ. Марку этого было не дано. Мысленно он помнил и повторял про себя тысячи историй, но как только открывал рот, его хватало только на пару рваных фраз.

– Это была идея Дарьи, взять Солнечную систему в кольцо, – рассказывал тем временем Леонид, – она сильно изменилась после смерти отца. Когда вы её убили, это действительно сильно шокировало многих. Командование перешло ко мне. В общем то я и раньше был главнокомандующим. “Чёрная Молния” была флагманом, самым лучшим. Но теперь я мог заткнуть некоторых, кто считал что нужно узнать “что думает королева”.

– Ты не сильно скучаешь по ней, – заметил Марк.

– Скучаю, – возразил Леонид. – Но это был брак по расчёту. У старика Вонгера не было сына. Я оказался подходящей перспективой для его империи. Молодой наследник старого рода военных, связавшегося с примаратами. Я был подающим надежды, перспективным офицером. Когда Земля начала атаку, оказалось, что к ним уже попали наши технологии. Центавриане всё продали, что мы им дали для их революции. В общем, нам быстро вывели из строя двигатели. Шер командовала обороной от абордажа. Но земляне хорошо подготовились. Я объявил эвакуацию, а сам попытался сдержать наступление, чтобы выиграть больше времени. Её убили у меня на глазах. Она не видела меня, а я не смог к ней пробиться. Мы так и не увиделись. А эти твари бежали к нам по палубе, прямо по её трупу, по крови. Там было много крови, Марк. Её разрезало пополам, она выгнулась назад и тогда сломался позвоночник. Она упала, как развалившийся на две части манекен, вся в своих внутренностях. Я это вспоминаю каждый день. Тебе налить?

– Да, – Марк протянул рюмку.

Сам он в это время вспоминал как Шер с неизменной полуулыбкой отрезала пальцы Марте, как будто нарезала колечками сосиски.

– В общем, потом я отдал пару неверных приказов, – продолжал Леонид. – Надо было сразу перегруппироваться, отступить, а я решил контратаковать. “Молнию” захватили, соседний “Пепел” уничтожили, меня взяли в плен. Оставшийся флот до конца выполнял мои отданные в порыве слепого гнева приказы. Вот, Марк, – вздохнул он, – во всём виноваты женщины. Марс тогда был недалеко, у Шер успела сохраниться резервная копия. Крейсер должен был ретранслировать её. Я хочу, чтобы она хотя бы знала, что я не бросил её тогда, я просто не успел.


Марк договорился с Леонидом, что он поговорит с настоятельницей церкви и постарается придумать, как объяснить происходящее во время воскрешения. Пока единственной идеей было воспользоваться своим гражданским иммунитетом и все вопросы, кого бы то ни было, оставлять без комментариев. Будь то журналисты или агенты всемирной безопасности.

Пятнадцать лет назад Земля была не готова к войне с одной колонией и к революции в другой. Тем более, что про Примарат тогда ничего не было известно, и появление военного флота, о котором никто ранее не знал, вызвало панику в рядах силовых министерств Всемирного Правительства. Марку не повезло оказаться на пересечении всех этих событий и, как до сих пор считают многие аналитики, стать ключевой фигурой в войне. Используя это и его связь с примаратами и их королевой – Дарьей, АВБ решило с помощью Марка выяснить местонахождение материнской планеты Примарата, чтобы перехватить инициативу и увести войну из Солнечной системы. Заочно, уже умирающему от ядовитого газа, Марку пообещали полную амнистию и пожизненный иммунитет при успешном завершении миссии. Вряд ли тогда кто-то верил, что он выживет и, тем более, что у него получится выполнить задание. Но у него получилось, и, когда всё закончилось, Агентство Всемирной Безопасности выполнило своё обещание. Более того, все эти годы, когда он, после клонирования, был сослан Леонидом на богами забытую планету, покрытую толстым слоем замёрзшего газа, он фактически оставался на службе рейнджером и агентом АВБ. Ему исправно перечисляли жалование, и в итоге накопилось столько, что он стал одним из крупнейших собственников на Марсе, олигархом, с пожизненной амнистией.

Сам Марк никогда не стремился злоупотреблять своим положением, по крайней мере специально. Но в операции, у которой до сих пор не было своего имени, и Марк назвал ей просто “Шер”, участвовал не только он один. У Агентства Безопасности были дроны с хорошей оптикой, на орбите были спутники, на которых не распространялась директива не нарушать воздушное пространство владений Марка. Он наверняка под постоянным наблюдением, и если агенты земного правительства увидят, что происходит, они могут забыть о его неприкосновенности. Конечно, будет большой скандал – вторжение на частную территорию на Марсе, насильственный захват члена Совета. Но секреты Примарата стоили дороже политических игр. Поэтому нужно было придумать что-то другое.

Как только Марк вступил во владение поместьем, он сразу распорядился закрыть его, от кого бы то ни было, и не пускать никого без своего личного разрешения. Марк уволил немногочисленный постоянный обслуживающий персонал. Остался только Гастингс и трое андроидов. Ещё трое роботов были на вилле, где Марк постоянно жил с женой. Воспользовался ими Марк пока только один раз, когда в его владения нагло влетел дрон-шпион. Андроиды открыли предупреждающий огонь. После этого к ним заявился агент АВБ и начал угрожать. К его счастью, он был с напарником, который оказался умнее, и они улетели ни с чем. После ещё пары аналогичных инцидентов, андроиды стали открывать огонь на поражение, и Марка больше не беспокоили.

Марк знал, что храм, построенный в его владениях, единственный на Марсе и сначала думал разрешить к нему доступ всем желающим, но толпы туристов быстро изменили его мнение. Епархия, приславшая настоятельницу в храм, пыталась оспорить такое решение, но Марк оставил все их заявления без ответа. Формально храм был открыт, но чтобы попасть в него, нужно было попасть на территорию частного владения, что было запрещено.

Настоятельницу храма святых Фила и Джейка, мать Марселину, Марк до сегодняшнего дня видел всего пару-тройку раз. В своё время Синод прислал письмо с её кандидатурой, но Марк пробежал его по диагонали и ответил согласием. Он никогда не встречался с ней лично, лишь видел на официальных мероприятиях, которые Совет Марса проводил в его поместье. Наконец, настала пора познакомиться с Марселиной поближе.


Мать настоятельница не была как две капли воды похожа на Марту или Марианну. Она, как могла, изменила внешность. Покрасила волосы в угольно-чёрный, сделала другую причёску – простые длинные пряди безо всяких косичек. Она не пользовалась косметикой и выглядела осунувшейся, по сравнению с Марианной.

Хозяйка храма встретила Марка у входа, но не повела внутрь. Они обошли основное строение и вошли через боковую дверь в небольшую пристройку. Судя по всему, она была сооружена позже, специально для нужд храма и его служителя. В пристройке был небольшой коридор и несколько дверей. Они вошли в первую. Там оказался кабинет. Марк увидел большой массивный чёрный стол рядом с окном, иконы и пару картин с морскими видами на стенах. В дальнем углу стояло два кресла с журнальным столиком между ними.

Настоятельница села в одно из кресел и пригласила Марка садиться в другое.

– И так, мистер Джон, – произнесла она, – вы наконец-то заинтересовались религией?

– Не то что бы заинтересовался, – ответил Марк, усаживаясь, – и не то чтобы религией. Пришёл познакомиться. Раньше нам с вами как-то не удавалось, мадам… мать…

– О, можно на “ты” и просто по имени, – помогла она преодолеть незнание Марком правил общения со священнослужителями. – Хотите воды?

Под столиком стояли несколько бутылочек с водой и стеклянные стаканы. Марк отказался.

– Спасибо, я – Марк.

– Да, я помню. Так о чём вы хотели поговорить, Марк? – Марселина откинулась на кресле и, сцепив руки в замок, внимательно на него смотрела.

– Да я даже не знаю, – Марк чувствовал себя неловко, кресло было неудобное, и, как назло, внезапно пересохло в горле, а от воды он только что отказался. – Хотел познакомиться. Вы же, вроде как, служите у меня…

– Я служу богам, – строго перебила его настоятельница.

– Да, извините, – поспешил исправиться Марк, – я имел в виду, что вы работаете… служите в моём поместье и не плохо бы было познакомиться поближе. Синод присылал мне ваше резюме на согласование.

– А, это обычная бюрократия, – Марселина расцепила руки, и положила их на подлокотники кресла. – Без неё в такой большой организации не обойтись. Вы его читали?

– Честно говоря – нет, – признался Марк. – Как-то некогда было. Но заметил, что вы… ты – симулятид.

– Это трудно не заметить, – усмехнулась Марселина, откинув волосы с лица, – особенно тебе.

– Да, – согласился Марк и замолчал, собираясь мыслями. – Можно задать личный вопрос?

– Конечно, – ответила настоятельница, – у меня не так много было личной жизни, да и вообще жизни, чтобы успеть накопить каких-то тайн.

– Тебя клонировали с Марты? Ты помнишь её… воспоминания?

– Нет, – ответила Марселина. – Но, я знаю вашу историю, я читала в инфосфере, и в епархии дали ознакомиться, куда меня направляют. Нет, я похожа на Марту только внешне. В центре рождения равномерно распределяют внешность всех исходникоа. Я родилась незадолго до смерти королевы. Я была на Альфе, то есть на Торндайке, когда его бомбили. Я никогда не забуду этот ужас. Мне повезло, я выжила, и когда появился выбор – использовала свой бесплатный билет на поездку на Землю, поступила в семинарию, закончила её экстерном и когда появилась вакансия у вас – сама подала прошение в этот приход. Никто особо не хотел сюда идти служить, а мне хотелось быть рядом с чем-то, что связано с прошлой жизнью, со старым порядком. Не смотря на малый опыт, мою кандидатуру одобрили и дали сан. Тут у вас вообще раньше не было никого, только приходящий священник. Эта единственная на Марсе церковь считается бесперспективной. Аристократия не слишком интересуется религией. Была надежда на туристов, но… Вот так я оказалась тут, – закончила рассказ Марселина.

– Ясно, – кивнул головой Марк. Он решил пока не комментировать замечание про туристов, но после такого подробного рассказа немного расслабился, – спасибо за откровенность. Так ты всё-таки скучаешь по Примарату?

– Конечно, – не задумываясь ответила настоятельница, – я была рождена быть преданной им. И никакие психологические тренинги не снимут этой зависимости. Ты же должен был заметить это на своей жене, на себе. Ты же тоже симулятид?

– Да, я тоже симулятид, – подтвердил Марк, – но мне обещали, что не будут устанавливать все эти ваши стандартные блоки на верность и беспрекословное подчинение.

– И ты поверил? – Марселина подалась вперёд и наклонилась к Марку, – Первое правило Примарата – никому не доверяй. Это знают даже фёдоры.

– Хорошо, – снова замялся Марк, – я запомню это. Но у меня к тебе действительно есть дело.

– Это по поводу тех устройств в подвале церкви? – спросила Марселина.

– Устройств? – переспросил Марк. – Каких устройств?

– Я не знаю, – пожала плечами настоятельница. Её руки, лежащие на подлокотниках, выстукивали какой-то ритм, одной только ей слышной мелодии. – Это строение меньше всего похоже на церковь Трёх. В подвале я нашла какие-то массивные сложные устройства, множество дверей, больше похожих на шлюзы, толстые кабели и трубы, уходящие куда-то в сторону и вверх, как раз под башнями.

– Да, – произнёс Марк медленно, – наверное по поводу этих устройств я и хотел поговорить.

– И это как-то связано с полковником Рупгрендхаузером, – заключила Марселина и пояснила, – я видела чёрный корабль над поместьем.

– Да, Руперт, – подтвердил Марк, – теперь его зовут Леонид Руперт.

– А, да, я знаю, – кивнула Марселина, – но мы все его знаем как капитана, полковника Рупгрендхаузера.

– Да, – вздохнул Марк, – Марианна тоже его так называет.

– Ну вот видишь, – удовлетворённо кивнула настоятельница и сложила руки на груди. – Не скажешь, зачем оно, это оборудование?

– Нет, – быстро ответил Марк.

– Ладно, – согласилась настоятельница. – Так что нужно от меня полковнику, то есть мистеру президенту автономной республики Примарат?

– Мы, – подчеркнул это слово Марк, которому не нравилось выглядеть в глазах священницы лишь лишь каким-то посредником при Леониде, – хотим использовать это устройство, но оно встроено в само здание, – начал рассказывать Марк.

– Так вам нужна церковь? С этим проблем не будет, – заверила его Марселина. – Поместье закрыто, сюда никто не прилетает и если надо, я тоже могу на время уехать.

– Да, – подтвердил Марк, – это так, но со стороны твоих боссов, епископов или кто они там…

– Патриарх, – поправила Марселина его с недовольством в голосе, – и постарайся относиться к этому уважительно.

– Извини.

– И нет, со стороны патриархии никаких подозрений не будет, если ты об этом. Всё это действительно находится на частной территории, так что это ты решаешь, что с ним делать. Хотя они, скорее всего, будут недовольны, если храм перестанет существовать.

– Понятно, – сказал Марк, – что ж, похоже я выяснил всё, что хотел.

Марк решил прекратить этот разговор. Вопросы и догадки настоятельницы храма раздражали его, особенно потому, что он сам не знал толком ничего. Было бы проще, если бы Леонид сам с ней всё обсудил, а не выставлял Марка своим посыльным.

Они посидели молча некоторое время. Марселина ничего не говорила и по-прежнему внимательно смотрела на Марка. Неловкая пауза затянулась.

– Хорошо, я пожалуй пойду, – наконец произнёс Марк, вставая. – Ещё раз спасибо.


– Обращайся, если что, – сказала Марселина на прощанье, так и оставшись сидеть в своём кресле, даже не потрудившись проводить гостя.

Марку встреча и сама священница не понравились. Возможно из-за того, что она явно знала больше, чем этого хотел Марк. Она видела оборудование, она понимала, что Марк откровенно лжёт, говоря, что не знает, для чего оно предназначено. Он даже подозревал, что она на самом деле тоже знает назначение устройства, но не показывает этого. Марселина вела себя подчёркнуто вежливо и делала вид, что верит Марку. Охотно рассказывала про себя. Это раздражало. А ещё раздражало то, что она понравилась Марку, как женщина. Это было удивительно. Она была похожа на Марианну, его жену, и в тоже время в ней было что-то иное. Не только внешность, но что-то внутри, в характере. Она была более строгой, более жёсткой. Это притягивало Марка и заставляло его думать о настоятельнице совсем не так, как положено думать о служителе церкви.


Всю последующую неделю Марк вёл переговоры с климатической службой на Земле в надежде выяснить, нельзя ли в определённой точке Марса в определённое время устроить грозу. Метеорологи согласились его серьёзно выслушать, только когда он лично прилетел к ним в Новосибирск. Они ему с интонацией поучающего двоечника учителя пояснили, что то, что он хочет, легко можно сделать на Венере, где и была разработана сама технология управления погодой. Если постараться, то грозу по заказу можно устроить на Земле, где-нибудь над Тихим океаном или Атлантикой. Но на Марсе, где из морей пока только пара мелководных озера, как они их назвали, на полюсах, обширные пустыни и сухие степи – это невозможно. Марк был готов на любые расходы, но, судя по всему, против природы и законов физики деньги были бессильны. Единственное, что метеорологи пообещали рассчитать, это возможность организации пылевой бури, которая тоже часто сопровождается молниями. Но те последствия шторма, которые они описали, Марку явно не подходили. Его скромное поместье, скорее всего, будет засыпано песком, здания могут быть повреждены. Такие разрушения не стоили жизни симулятида.

Вернувшись на Марс, Марк отправил сообщение Леониду, кратко описав ему результат своих исследований. В ответном письме президент Примарата пригласил Марка на Эмерсон. Марианна лететь отказалась. Для Марка это приглашение стало неожиданностью. Он не думал, что мысль о возвращении на эту планету вызовет у него такие эмоции, но всё-таки решил лететь.

Когда частный корабль Марка прибыл в систему Барнарда, неподалёку сразу появились два стингера, которые молча проводили “Дельфин” до орбиты Эмерсона. Марк сидел в пассажирском салоне и наблюдал, как на мониторах проплывают знакомые очертания островов, гор, морей.

– Вызов с. Эмерсона. Сэр? – раздался по внутренней связи голос пилота.

– Что говорят? – поинтересовался Марк.

– Приглашают на посадку. Порт Чёрный. Сэр?

– Следуй указаниям, – приказал Марк.

“Дельфин” начал снижение. Марк открыл на медиавизоре карту планеты и обнаружил, что Чёрный – это город в западном полушарии, на северном плато, где Марк до этого никогда не был. Именно его бомбил Леонид, когда начал открытое противостояние с силами Земли. При строительстве города использовался местный чёрный гранит, отсюда и название. Тут же находился промышленный и научный центр примаратов. Ещё раньше здесь была большая военная база и космопорт, но, после поражения в войне, Примарату запретили иметь свою армию. Однако, республике разрешили создать свою полицию, поэтому часть базы теперь используется как тренировочный лагерь. Другую часть пришлось отдать в аренду правительству Земли под постоянный контингент военных наблюдателей.

Корабль сел на самом краю космодрома. Ещё собираясь, Марк увидел на мониторах, что к уже спущенному трапу подъехал большой автомобиль неизменного синего цвета с синими же флажками и гербом Примарата на боках. Выйдя наружу, Марк заметил ещё и два полицейских ровера сопровождения. Президентский лимузин, больше похожий на броневик, оказался оборудован левитационными двигателями. В этом не было ничего необычного, только на Земле не могли добиться от них достаточной мощности, чтобы можно было поднимать нагрузку выше их собственного веса. Но, похоже, примараты с этим справились и стали первыми, кто придумал, как использовать его серийно для обычных автомобилей.

– Добрый день, мистер Джон, – поприветствовала Марка симулятид-”шестёрка” через открывшуюся дверь лимузина, – меня зовут Шейла, присаживайтесь. Я ваш личный эскорт на всё время вашего пребывания на Эмерсоне.

Не смотря на то, что и сам Марк был клоном, и Марианна была стопроцентным симулятидом, он никак не мог привыкнуть, что все эти “шестёрки”, фёдоры и другие изделия генетической фабрики Примарата теперь полноценные граждане, даже на территории своих бывших хозяев. Он смотрел на эту Шейлу, но видел Шер и других её копий в армии клонов на крейсерах Примарата. У этого экземпляра были длинные огненно-рыжие волосы и слегка подкорректированы глаза. На ней была знакомая Марку синяя униформа, но уже без знаков различия, ремней и оружия. Формально на Эмерсоне, планете-государстве примаратов, была президентская республика, но, в действительности – военная диктатура. Тот факт, что им удалось успешно создать такую форму правления без армии ставило в тупик многих политологов. Хотя, после Королевской Республики Центавра, они уже ничему не удивлялись.

– Господин президент ожидает вас в своей резиденции в Черном городе, – сообщила Шейла. – Мы туда сейчас направляемся. Не хотите выпить?

– Нет, спасибо, – отказался Марк.

В последнее время от безделья при навалившемся на него богатстве он и так стал много пить, поэтому старался хотя бы не начинать употреблять слишком рано. К тому же, он хотел встретиться с Леонидом трезвым.

– Вас разместят в гостевом крыле президентской резиденции, – продолжала рассказывать Шейла. Она сидела напротив Марка, против движения лимузина и покачивала ногой в блестящей туфельке в такт тихо играющей в салоне музыки. – У вас есть какой-то багаж? Я отдам распоряжение забрать его с корабля.

– Нет, – ответил Марк отрицательно, – проще купить на месте.

– Понимаю, – кивнула девушка, – вы можете сказать мне, я предоставлю вам всё необходимое. Вы – личный гость господина президента и можете ни в чём себе не отказывать.

– Спасибо, – поблагодарил Марк.

Похоже, на своей планете Леонид окружил себя действительно роскошью диктатора. Совсем не похоже на скромного опального правителя, пьющего пиво в студенческом пабе.

– Мистер президент говорил, что у вас на Эмерсоне были знакомые. Не хотите с кем-то встретиться? – поинтересовалась Шейла. – Я узнаю, смогут ли они прилететь.

Марк тут же вспомнил убитую им же Корру, сбежавшего Торстейна. Впрочем, с ним он никогда не был в слишком уж близкой дружбе. А вот Ники-Ники, хозяйка первого на планете борделя, ему нравилась, но после смерти Корры они больше не виделись. Марк знал, что она теперь управляющая делами “Дарья Даймондс”, они так и оставили это название.

То время на Эмерсоне, наверное, было самым лучшим, что случалось в жизни Марка. Его служба рейнджером на Лаппинкотте превратилась в кошмар и едва не стоила ему жизни. Эмерсон был похож на рай и таким, судя по всему, он и продолжал быть. Примараты знали толк в комфорте. И не важно что это было – дом, дворец, или целая планета. Но для Марка в те времена, в системе Лаланд, за роскошь было просто иметь возможность выйти на поверхность без скафандра и без боязни быть сожранным местными тварями.

После Лаппинкотта его перевели сюда, и в его жизни появилась Корра. Марк никогда не пытался чего-то добиваться, находить цель и идти к ней. Он просто плыл по течению своей судьбы, лишь изредка выбирая направление. В этот раз течение принесло её. Молодая ихтиолог и океанограф, которая буквально вцепилась в него. Им было хорошо вместе, Марк выполнял свою работу инженера, подготавливал планету к колонизации и просто жил в своё удовольствие. Но, как он понял уже позже, это была лишь небольшая передышка перед тем, что должно было произойти потом.

А потом на Эмерсоне снова появилась Дарья. Искалеченная девушка, дочь одного из самых богатых в мире людей. То, что с ними произошло на Лаппинкотте, было, казалось, далеко позади. Но она появилась в жизни Марка вновь, и именно с того дня в космопорту Эмерсона всё и началось. Примараты, Леонид, война, смерть Корры, Марты и многих других.

И вот он снова тут, и ему предлагают опять разворошить своё прошлое.

– Нет, – ответил Марк, – пока не хочу.

Леонид лично встретил Марка у входа в большое здание, которое полукольцом охватывало парк на вершине холма. В отличие от своих сотрудников, или приближённых – Марк плохо разбирался в этой правительственной субординации, Леонид был одет просто в джинсы и футболку. Марку, который был одет примерно так же, не пришлось извиняться за неподобающий вид. Он как-то не подумал, что его может ожидать официальный приём, учитывая конфиденциальность их с Леонидом дел.

– Привет, Марк, – поприветствовал его президент, пожав руку.

Марк ответил на рукопожатие и лишь кивнул в ответ.

– Проходи, – пригласил его Леонид внутрь своей резиденции, – хочешь перевести дух с дороги или сразу пойдём поговорим? Нас там ждёт доктор Земекис, по поводу нашей проблемы.

– Если можно, – сказал Марк, – мне бы переодеться по-быстрому. Я не думал что тут будут переговоры на высшем уровне.

– Ну, дорогому гостю – дорогой приём. На самом деле, веди себя как дома, как говорится. По нашим законам ты по статусу даже, наверное, выше меня, так что не стесняйся, приводи себя в порядок, Шейла тебя проводит. Только давай не долго.

Шейла отвела Марка в его покои, как она выразилась. В распоряжении Марка была гостинная и спальня с гардеробной комнатой. Марк сразу направился в душ, а когда вышел, обнаружил, что Шейла по-прежнему здесь и без тени смущения смотрит на него, голого, ничего не выражающим взглядом.

– Вы что-то хотели? – спросил Марк. Он, конечно, давно лишился стыда и предрассудков, но всё-таки был женат, и присутствие женщины в его номере, когда он ходит тут голый, было не желательно.

– Нет, мистер Джон, я жду ваших распоряжений, – спокойно ответила девушка. – Господин президент приказал сопровождать вас и выполнять любые ваши просьбы.

– А, так ты из той службы эскорта! – догадался Марк. Он сходил обратно в ванную, забрал полотенце и обернулся им.

– Из какой? – казалось искренне заинтересовалась Шейла.

– Ну знаешь, девушки, которые удовлетворяют желания мужчин, сопровождают их, остаются с ними в номере гостиницы до утра, – попытался объяснить Марк и в тоже время не обидеть девушку.

– Проститутки?

– Ну, – замялся Марк от такой прямолинейности, – не то чтобы, но в общем да.

– Нет, мистер Джон. Я глава президентской службы внешних связей, исполнению протокола и сопровождению особо важных персон.

– Извини, – поспешил оправдаться Марк, – просто у нас это как-то иначе обычно выглядит. То есть у вас это на государственном уровне…

– Ну конечно, – подтвердила Шейла, – а как иначе?

– Ну не знаю, – пожал плечами Марк. Он по прежнему просто стоял перед девушкой, не зная, как поступить дальше. – Я всё-таки женат, и подобного рода услугами не могу пользоваться.

– Ваш брак тут не действителен, – заявила Шейла.

– В смысле? – не понял Марк.

– Примарат не подписывал матримониальное соглашение с Землёй и другими государствами, как и многие другие, – пояснила Шейла. – Для нас вы не связаны узами брака и свободны от соответствующих обременений.

– Ах вот оно что, – понял Марк. – Это удобно, наверное. Но знаешь, брак, это не только отметка в анкете гражданина, это, прежде всего, обязательства, которые супруги клянутся соблюдать, пока смерть не разлучит и всё такое. Так что лучше вам не искать лазейки в законодательстве, а уважать желания своих гостей.

– Извините, мистер Джон, – потупила взгляд Шейла, – это непростительно с моей стороны, мне дали ошибочные сведения. Я могу уйти? – девушка смотрела в пол, слегка наклонившись и опустив руки вниз ладонями вместе. Марку даже стало её жалко.

– Погоди. Мне надо во что-то переодеться, не знаю, в каком виде надо присутствовать на приёме. Можно быстро что-то достать?

– О да, конечно, – обрадовалась Шейла и вроде немного снова расслабилась, – пройдёмте в гардероб. Вам не надо наряжаться во что-то особенное, господин президент не любит весь этот официоз, у нас принято чувствовать себя свободно.

– Но ты всё равно носишь форменный комбинезон? – заметил Марк, следуя за девушкой в спальню.

– Это небольшое протокольное требование, но я могу его снять, если вам так будет удобнее, – на этих словах девушка повернулась, быстрым движением руки расстегнула застёжку и Марк увидел, что под костюмом ничего больше нет, по крайней мере выше пояса.

– Нет, и так хорошо, – сказал он и тут же поймал себя на том, что жалеет, что поспешил соблюсти приличия.

Он шёл за ней по пути к гардеробу и его настигло чувство дежавю. Он вспомнил, как Шер вела его по коридорам “Чёрной Молнии” и как его впечатлили её бёдра, выписывающие при ходьбе идеальную “восьмёрку”, призывно колыхаясь из стороны в сторону, то вверх, то вниз. Он и тогда еле сдерживал себя, чтобы не принять предложение Шер. Вот и сейчас, изящное тело Шейлы под расстёгнутым комбинезоном просто просило, чтобы Марк прикоснулся к нему, сжал в руках упругие груди, припал к ним губами.

Марк отвернулся, сделал вид, что не смотрит на неё, пока Шейла застёгивалась обратно.

– Вы смешной, мистер Джон, – сказала она и раздвинула створки гардеробной комнаты.

Внутри длинными рядами висела одежда на любой случай жизни. Марк почувствовал себя как в магазине. Ощущение усиливали ровные стопки педантично разложенных и расставленных вещей.

– Господин президент сказал нам примерно ваш размер, – сообщила Шейла, – я подобрала то, что должно вам подойти.

В ответ на это Марк лишь покачал головой. Судя по всему Леонид знает о нём гораздо больше, чем хотелось бы. Он вошёл в гардеробную и посмотрел, что висит на ближайших к нему вешалках. Это были классические костюмы, за ними следовали сорочки голубого, белого и синего цветов.

– Вы не поможете, – обратился к девушке Марк. Странное чувство неловкости, как будто он пришёл голый в бутик, не покидало его. То есть, он и был голый, но, к счастью, находился всего лишь внутри большого одёжного шкафа.

– Да, конечно, с радостью, – откликнулась Шейла, – что бы вам хотелось?

– Ну, наверное что-нибудь аналогичное тому, во что одет Леонид, ну, то есть, господин президент.

– Хороший выбор, – заметила Шейла.

Девушка с видом специалиста оценила фигуру Марка, прошла вдоль рядов и сняла с одной из штанг пару джинс и пару синих футболок. Она принесла всё это Марку и предложила примерить. На его замечание что ещё ему потребуются, как минимум, трусы, а ещё носки и обувь, извинилась и принесла и то и другое на выбор.

Они вернулись с вещами в спальню. Подчиняясь взгляду Марка, Шейла отвернулась и вышла в соседнюю комнату, пока тот переодевался.

Когда он был готов, Марк и вышел к ней.

– Тёмно-синий вам очень к лицу, – заметила Шейла, повернувшись от окна, перед которым стояла, ожидая его. – Вы готовы идти на встречу?

– Да, пошли, – согласился Марк.

В кабинете, где его ждал Леонид, в кресле сидел ещё один человек. Леонид жестом отпустил Шейлу и предложил Марку садиться рядом с другим участником беседы.

– Марк, это доктор Земекис, глава нашего института клонирования. Он в курсе наших планов. Доктор, это Марк Джон Третий, новый хозяин Марса.

– Очень приятно, – произнёс учёный весьма учтиво, привстав немного. Его мягкий низкий голос помимо воли собеседника внушал доверие и уважение.

– Взаимно, – сказал Марк, устраиваясь в кресле, предложенном Леонидом.

– У тебя не было проблем из-за моего визита? – Поинтересовался Леонид у Марка.

– Нет, – покачал головой Марк. – В принципе, они постоянно следят. Я часто вижу то их дрон, то коптер, но границ не нарушают.

– Кстати, Марк, – поинтересовался Леонид, – в свете нашего плана, ты не проверял эту свою неприкосновенность, которую тебе обещало АВБ? Она работает?

– Честно говоря, я не проверял, – признался Марк, – мы с Марианной живём тихо. На Земле пару раз интересовалась полиция, но все вопросы исчезали, когда они проверяли личность по базе. В солнечной системе это вроде работает, как у центавриан – не знаю.

– Ну, пока мы сотрудничаем, у тебя не будет проблем и у них тоже, и, естественно, у нас. Можешь свободно посещать обе цивилизации, – пообещал Леонид.

– Странно это всё, никак не могу привыкнуть, – вздохнул Марк.

– Что именно? – Уточнил Леонид.

– Что человечество разделилось на три расы, хотя, вроде, это одни и те же люди.

– Ну Примарат то отделился уже давно, – напомнил Леонид, просто вы про это не знали. А Центавр – просто агрессивные позёры, но хитрые и сговорчивые, если дело касается прибыли. Ими легко управлять.


– На самом деле рас по меньшей мере пять, а не три, – заметил доктор Земекис. – То, что человечество разделилось, в этом нет ничего удивительного. Вы же были рейнджером, в том числе и на терраформированных планетах. Вы должны знать, что все ввозимые с Земли растения и животные подвергаются мутациям и изменениям в новых условиях. Рождаются новые виды, новые сорта и породы. Но никто почему-то не подумал, что человек тоже будет подвержен этим изменениям. И, как существо высокоорганизованное, человек окажется под влиянием не только физиологических мутаций, но и психологических, связанных с изменением сознания, самоидентификации. На Азимове уже выросло полноценное поколение, которое было зачало и рождено на этой планете. Естественно, что они уже не ассоциируют себя с Землёй. Я не знаю, проводились ли исследования, но наверняка анализ ДНК уже на этом этапе выявит заметные различия между землянами и центаврианами. И дальше эти различия будут только сильнее. Мы действительно стали свидетелями зарождения новой расы гуманоидов, мистер Джон. Что же касается примаратов, то мы поселились на Альфе, Торндайке, ещё раньше, чем был заселён Азимов. А теперь нас переселили сюда. У нас уже есть второе поколение коренных примаратов. А дальше, на новой планете, под новым светилом будет ещё больше мутаций.

– Но как же Марс или Венера? – спросил Марк, – это тоже другие планеты, но там всё те же люди.

– Не забывайте, что планеты Солнечной системы находятся под воздействием общей звезды. Это одно и тоже излучение, один и тот же спектр радиации. Более того, все планеты в пределах одной системы были рождены из одного сгустка энергии. У них один химический состав, одна история. Поэтому мутации минимальны и связаны только с разной силой тяжести и разной удалённостью от светила, что не так важно.

– И что, центавриане и вы перестанете быть людьми?

– Смотря что подразумевать под этим. Скорее всего они, мы, останемся прямоходящими гуманоидами, но в остальном сказать сложно. Теоретически, на какой-то планете может получится даже новый вид, несовместимый генетически с другими. Но на это нужны тысячелетия.

– Вы сказали, что рас пять? – напомнил Марк и заметил, что Леонид откровенно скучает, но прервать их с Земекисом разговор почему-то не решается.

– Да, – вернулся доктор к началу своего рассуждения, – я имел в виду симулятидов. Фёдоры и “шестёрки” уже изначально были иными. С точки зрения генетики и антропологии, их особенности позволяют говорить о них, как об отдельной расе. С этой же точки зрения вы, мистер Джон, тоже не человек. Вы уже испытали на себе возможности своего организма по регенерации. Ваша жена тоже такая же. И ваши дети точно не будут землянами. Как знать, может вы станете основоположником расы марсиан? Точно можно сказать лишь то, что попадая на другую планету человек начинает мутировать в совершенно новое существо.

– Звучит как сценарий старого фантастического фильма ужасов, – заметил Марк.


– Знаешь, я как-то думал, – присоединился к их рассуждениям Леонид, – на чём основана вся наша цивилизация, эволюция, за счёт чего происходит развитие, что нами движет. И пришёл в выводу, что это писатели, сценаристы, режиссёры. Не учёные, не, тем более, политики, а писатели-фантасты, мистики. Вот сам посуди. Много лет назад, некий Жюль Верн написал роман про полёт на Луну. Там не было космического корабля, только одноразовый пассивный челнок, который запускался из наземного ускорителя. Не читал?

– Нет, – покачал головой Марк.

– Зря, правда сейчас это воспринимается как детская литература. Ну вот, и всего сто лет спустя после выхода романа человек действительно долетел до Луны, оставил там свой след, спускаемый аппарат, ну ты наверняка был на мемориале, видел. Другие писатели в своих фантазиях описали компьютеры, всемирную сеть, человекоподобных роботов. Все считают, что они просто предсказали появление той или иной технологии. Но на самом деле они её изобрели и создали на уровне разума, мысли. Кто-то прочитал их произведения, закончил потом университет, посвятил себя науке и создал тот же адвизор, или варп-двигатель. И это исключительно потому, что идея этого двигателя уже была в него заложена писателем, он был ею оплодотворён. И когда сумма накопленных человечеством знаний позволила это – этот учёный, инженер, создал механизм, позволяющий нам путешествовать между звёздами. Но эта теория касается не только писателей-фантастов. Она применима и к мистикам, фэнтези, ужасам. Вампиров у нас пока нет, но учитывая, что наша технология клонирования и генной инженерии попала в руки землян, вполне возможно, что кто-то соберёт вампира или оборотня. Нужно только время.

– Интересная теория, господин президент, – улыбнулся доктор, – я в детстве очень любил фильмы про зомби, но в итоге занимаюсь клонированием. Зомби пока не получаются.

– А как же тот препарат, который оживляет людей? – напомни Марк.

– А, нанодет, да, забавное изобретение. Он производился на Торндайке, и теперь всё оборудование разрушено. На Эмерсоне у нас нет ресурсов для дальнейших исследований. Потом – может быть. В будущем.

– Ну, время ещё есть, – ответил Леонид, – но что-то мы отвлеклись. Вы наверное проголодались? Давай доктор быстро расскажет тебе, Марк, про процесс реанимации, а я пока попрошу принести что-нибудь перекусить. А потом пойдём обедать. Шейла! – позвал он не громко.

В кабинет тут же вошла девушка.

– Распорядись принести нам что-нибудь из закусок и выпить, – попросил её Леонид.

– Она всё слышит, что мы тут говорим? – поинтересовался Марк, когда Шейла ушла?

– В смысле? – не понял Леонид, – А, ты не знаешь. Нет, она слышит только меня и только когда я это захочу. На адвизоре стоит сервис голосового вызова.

– Ясно, – кивнул Марк.

– Итак, доктор, расскажите, что Марк видел под своим особняком, и что находится в церкви.

– Под поместьем Вонгеров, ну то есть теперь он ваш, но я не знаю, как вы его идентифицируете, ну не важно, – начал рассказ доктор Земекис, – там, на глубине пятиста метров, осталось хранилище копий. Заготовки симулятидов содержатся в стазисе в специальных капсулах, которые вы видели. Их можно в любой момент реанимировать и создать новую личность. База ментальных снимков тоже находится там же. Спасибо, – доктор поблагодарил служанку, присланную Шейлой, которая поднесла гостям рюмки с вишнёвым аперитивом и канапе. – Хранилище связано с центром рождения, замаскированным под храм Трёх, подземным тоннелем. Выбранная капсула забирается из хранилища, автоматически транспортируется по этому тоннелю и доставляется на подъёмнике в подвал церкви. Там установлено оборудование для реанимации, совмещенное с ментальным инжектором. Капсула помещается в реаниматор, тот поднимается под купол здания. Весь процесс занимает минут двадцать-тридцать.

– А молнии? – спросил Марк.

– Какие молнии? – не понял Земекис.

– Леонид говорил, что в процессе воскрешения, то есть реанимации, снаружи церкви будут образовываться электрические разряды.

– А, ну да, – вспомнил доктор, – это энергетические стабилизаторы. Три башни церкви – это энергетические стабилизаторы. Капсула окружается энергетическим полем, стабилизаторы синхронизируют поле между собой, и, в случае необходимости, сбрасывают излишек энергии. На Альфе мы усовершенствовали эту технологию, но на Марсе осталась самая первая установка, она была далека от идеала, но должна по-прежнему работать.

– А можно поподробнее про эти разряды, – попросил Марк, – они опасны для людей?

– Ну да, конечно, там гигаватты энергии, – пояснил доктор.

Они продолжили разговор уже за обедом.

– А это оборудование, в хранилище и в церкви точно рабочее? – спросил Марк, обращаясь не то к доктору, не то к Леониду.

– Я проверю его, конечно, перед запуском, – пообещал Земекис, но там же есть смотритель, Леонид?

– Смотритель? – удивился Марк.

– Да, – подтвердил Леонид, – у тебя же там в поместье есть симулятиды или наши роботы?

– Андроиды есть, – подтвердил Марк. – Поместье не используется, людей я всех уволил, но Гастингс, это управляющий, использует роботов, если нужна помощь.

– Ну и хорошо, – Леонид отпил из большого бокала своё любимое разбавленное вино. – Надо кстати узнать, кто из них смотрители.

– Вы можете рассказать, о чём речь? – Попросил Марк, переводя взгляд между Леонидом и Земекисом.

– Один или два твоих робота присматривают за оборудованием. В них есть специальная программа, – ответил президент.

– То есть вы без моего ведома программируете моих андроидов? – уточнил Марк.

– Нет, хранилище само их программирует, – сообщил Леонид и, глядя на удивлённое лицо Марка, продолжил, – доктор, расскажите как это происходит, я тоже это не до конца понимаю.

– Извольте, – согласился Земекис, – Похоже всё-таки в нашей шутке про зомби есть доля правды. В особняке Вонгеров, вы уж позвольте мне так его называть, для удобства, установлен точечный ментальный дуплексный инжектор. Ну, если более простыми словами, то это передатчик, который может внедрять в специально подготовленный мозг определённую информацию и считывать её обратно.

– Всё равно мало понятно, – заметил Леонид.

– А я понял, – возразил Марк, – это что-то вроде этих ваших ментальных слепков, только не вся система переустанавливается, а записывается одна команда.

– Совершенно верно, – подтвердил доктор. – Компьютер находит подходящий мозг – это должен быть либо симулятид, либо робот “Чери Роботикс” с искусственным интеллектом. В них внедряется директива для выполнения функций смотрителей оборудования для клонирования.

– То есть это может быть любой симулятид? – удивился Марк, – Например я или Марианна?

– Марианна – это ваша супруга? – переспросил доктор и получив утвердительный ответ продолжил, – нет. Это всё учтено. Компьютер проверяет сигнатуры по единой базе и выбирает себе слуг осознанно. Более того, они выполняют указания хранилища только в пределах поместья. Вне его они ничего не помнят.

– Звучит жутковато, – произнёс Марк, пробуя на вкус десерт. – Такие смотрители, есть только у меня в поместье?

– Насколько я помню – да, – ответил Леонид, – всё, что осталось, находится только там. Я был очень рад, что именно ты, Марк, стал новым хозяином наследства Вонгеров. Я бы предложил тебе деньги или власть, в обмен на сотрудничество, но тебе это ничего не нужно. Поэтому нам придётся как-то договариваться более честно и открыто.

– Для тебя это в новинку?

– Нет, – спокойно ответил Леонид, – честно вести дела гораздо проще, я всегда стремлюсь к этому. Ну так что, Марк, сейчас тот момент, когда нужно договориться – мы делаем, что задумали, или нет. Я приму любое твоё решение.

– Пока я не возражаю, – заверил его Марк. – Пока мне самому интересно. А там посмотрим.

– Ну вот и хорошо. У тебя есть ещё вопросы к доктору Земекису, Марк?

– Нет, но если появятся, хотелось бы иметь возможность их задать.

– Хорошо, Шейла передаст тебе контакты. Доктор, вы не возражаете?

– Нет, Леонид, – согласился доктор.

Леонид отпустил Земекиса и они остались с Марком вдвоём. Они сидели на балконе, с которого открывался вид вниз с холма. Справа виднелся космопорт, а слева за горами до горизонта простирался океан, уже подсвеченный краснеющими лучами опускающегося Барнарда. Леонид поинтересовался об успехах Марка. Тот рассказал в подробностях, что замаскировать процесс реанимации под природное явление не получится. А также то, что мать Марселина в курсе, что под храмом находится оборудование примаратов.

– Она как-то догадалась, что мы его хотим использовать. Я не сказал зачем, но, возможно, она и это знает. Может она и есть одна из тех смотрителей?

– Возможно, – согласился Леонид, – хотя вряд ли. Инжектор обычно выбирает роботов или фёдоров, как больше подходящих для такой работы. Кстати о фёдорах, – вдруг оживился Леонид и налил себе очередную порцию вина, в то время как Марк наслаждался местным пивом. – Тебе будет интересно. Они вполне успешно организовали что-то вроде секты, закрытого клана. В данный момент они добиваются от правительства Земли официального признания их как отдельной нации. Мы помогли им создать что-то вроде сквоттерской колонии на Лаппинкотте. Пока это всё неофициально, фактически нелегально. Но им там очень нравится, да и у Земли сейчас нет возможностей разрабатывать новые планеты.

– Не знаю, кому там вообще может понравится, – заметил Марк, имея в виду Лаппинкотт, – сплошной камень и скалы. Ни кустика посадить, ни в речке искупаться. И потом, эти ваши зуки, их же оттуда так и не вывели?


– Пока нет, но это не проблема. Мы помогаем фёдорам, они что-нибудь придумают.

– А как же они собираются строить цивилизацию, если у них только мужчины?

– На этот счёт они уже разработали свои правила, заповеди, позволяющие сохранить чистоту генов. Они вступают в брак с другими расами, кстати у них в законах указанные доктором пять рас уже закреплены официально. У них считается допустимым брак и производство потомства только с “шестёрками”. Землянки, центаврианки и остальные – второй сорт.

– Звучит, как разведение скота, – заметил Марк.

– Ну, им выбирать не приходится. Надо как-то размножаться. Мы им активно помогаем в исследованиях. Наследство передаётся, как и везде, по линии отца. Основная политика требует, чтобы фёдоры-полукровки вступали в брак с чистокровными. Если от брака рождается девочка, то она практически обязана выйти замуж за чистокровного фёдора или, по крайней мере, зачать от него, учитывая, что количество оригинальных симулятидов этого типа ограничено. Мальчик-полукровка же не имеет права продолжать свой род ни с кем, кроме как с самкой федоров любой чистоты. Либо он изгоняется из общины и больше не считается фёдором.

– Жестоко.

– Да, – согласился Леонид, – но история уже знает подобные примеры. Маленькая неприкаянная нация пытается создать свой мир и сохранить оригинальный генетический код. Даже не смотря на то, что он создан искусственно.

– А чем эти фёдоры вообще занимаются?

– В смысле профессии? – Уточнил Леонид.

– Ну да.

– Изначально они были предназначены для дешевой рабочей силы и пушечного мяса. Собственно, это распределение и осталось. У них много военных, строителей, рейнджеров. Они разрабатывают планету, добывают руду.

– Смешно, – заметил Марк.

– Что? – не понял Леонид.

– Фёдор был рейнджером. В смысле тот, Джексон, на Лаппинкотте.

– И, говорят, не плохим, – заметил Леонид.

– Да, не плохим, – согласился Марк.

– Так это от него пошло их название?

– Не знаю, – пожал плечами Марк, – по-моему, я тебе тогда на “Чёрной Молнии” рассказывал про то, как я встретил похожих на Фёдора клонов на Эмерсоне.

– Да? Не помню, – произнёс Леонид.

– А может и не тебе. Я помню Шер рассказывала мне про симулятидов.

– Шер была одна из первых, – мечтательно сказал Леонид.

– Кстати, – заметил Марк, – а почему тебе просто не взять себе в помощники другую стандартную “шестёрку”? Они же похожи все? Как Шейла, например.

– В том то и дело, что не похожи, – заметил Леонид, – мы обнаружили, что каждый клон хоть чем-то, но отличается. Случайные мутации. К сожалению, мы пока не можем полностью контролировать дальнейшие изменения в ДНК. Мутации – это основа жизни нашего вида. Те клоны, что лежат в хранилище – они из той же партии, что и Шер. Знаешь, как рекомендуют выбирать обои или готовую краску – нужно смотреть, чтобы на всех упаковках был один номер партии.

– Странное сравнение, – заметил Марк. Он и сам уже изрядно опьянел, но Леонида развезло, похоже, ещё сильнее. – Но ведь есть уже живые симутятиды, “шестёрки”. Наверняка можно найти ту, кого сделали вместе с Шер и записать новую память. Вы же проделывали уже это с Зионой?

– Времена были другие, – возразил Леонид. – Теперь симулятиды – это личности. Им нельзя просто так стирать память и записывать новую.

– Странное проявление гуманизма с твоей стороны, – заметил Марк.

– Ну во-первых гуманизм – это понятие, относящееся исключительно к вам, хьюманам. А во-вторых, в случае с Зионой, мы сохранили ей успевшую накопиться её оригинальную личность. Но, возможно, это удалось именно потому, что память симулятида была небольшой. Сейчас такое уже не повторить. Клоны обрели индивидуальность.

После разговора с Леонидом Марк неожиданно захотел всё-таки слетать в Алмазный, может быть встретиться с Ники-Ники, и навестить “Кисок Ники”, особенно тех хромированных близняшек. Но потом он вспомнил что близняшкам уже наверняка за тридцать, да и с Ники-Ники ему особо не о чем разговаривать. К тому же, зачем вообще куда-то лететь, если есть Шейла. Шер хоть и была жестокой стервой, но она всегда ему нравилась чисто внешне, как, впрочем, и все симулятиды-”шестёрки”. Интересно, кто их создал? Вроде говорили, что первые две модификации полностью спроектировали, как Галатею, и только потом уже стали просто копировать живых людей. За этими размышлениями Марк незаметно для себя задремал прямо в кресле. Проснувшись уже глубокой ночью от настойчивых позывов организма, он, справив нужду, добрался до кровати и уснул уже до утра.

Загрузка...