Дмитрий Луценко Кощей Бессмертный и сын богатыря

Глава 1. О том, как тяжело жить

Приключилась эта история давным-давно. Правил тогда на Руси князь Киевский, но сил его едва хватало, чтобы сдерживать вражьи полчища на рубежах, да следить за порядком в городах. В прочих же местах людям приходилось ой как непросто! На дорогах путников поджидали разбойники, а по лесам шастали чудища столь ужасные, что от одного их вида у бывалых охотников застывала кровь в жилах. И ладно бы все беды на этом заканчивались, так нет – ещё и от нечистой силы доставалось!

Ехал в то недоброе время по дороге богатырь Алёша Попович. Был он готов ко всякой встрече, и ладонь держал на рукояти меча. Голову его и шею закрывал шелом с бармицей, тело и руки – кольчуга, а за спиной висел надёжный круглый щит.

На лесной развилке повстречал Алёша Попович босоногого юношу в дырявых штанах и рубахе – тот сидел под засохшим деревом и что-то крутил из верёвки.

– Бог в помощь! – сказал богатырь, подъезжая к нему и останавливая лошадь.

– И вам не хворать, – угрюмо ответил юноша, не поднимая головы.

– Подскажи, мил человек, по какой из двух дорог ехать, чтобы до Кривражек добраться?

– А какую не выбери – нечего там делать, – буркнул оборванец и взглянул на богатыря. – Даже воину. Гиблое место! Вертались бы вы домой, пока не поздно.

– Что так?

– Оборотень в тех местах лютует.

– Так он-то мне и нужен! – воскликнул витязь. – Я же не простой воин, а богатырь Алёша Попович! Затем и приехал по княжьему велению, чтобы людям помочь!

– А, ну тогда быстрей по левой! – пошёл на попятную оборванец.

– Благодарствую! – кивнул Алёша Попович и тронул поводья. Однако скрывшись за кустами, он тихонько соскользнул с лошади и остался подглядеть, что станет делать его советчик. Оказалось, мастерил удавку. Перекинув верёвку через нижний сук, юноша без колебаний полез в петлю. Вздохнул Алёша Попович, достал из-за голенища засапожный нож, примерился и бросил.

Когда богатырь вернулся на поляну, юноша лежал неподвижно и застывшим взглядом смотрел в небо. Его шею сжимала петля со срезанным концом, но судя по вздымающейся и опадающей на груди рубахе, он был жив.

– Босяк, ты чего удумал?! – спросил богатырь тем тоном, что обычно предвещает порку.

– Эх, Алёша Попович! Где же я ещё ладную веревку найду? – вместо ответа пожаловался ему оборванец.– Я ведь утопиться не могу! Попробовал, так руки-ноги сами на берег выносят!

– Тьфу на тебя! – совсем осерчал богатырь. – Да ты не слышишь что ли? Отвечай, что учинить здесь задумал!

– Будто сам не знаешь! Зачем спрашиваешь?

– Потому что не понимаю! Ты что – назло людям решил в упыря или злобного духа превратиться?

– Не беспокойся, мне подобная участь не грозит, – заверил юноша, поднимаясь с земли. – Ведь если говорить начистоту – я вообще не человек!

– Вот те на! – удивился Алёша Попович. – А кто же ты?

– Пёс я безродный! – скорбным голосом сообщил оборванец.

Надо сказать, было в те времена в ходу такое ругательство, и подумал богатырь, что собеседник опять на судьбу жалуется.

– Да какая разница! – воскликнул он в сердцах. – Хоть нищий, хоть боярин! Если руки на себя наложишь, то в нечисть превратишься!

– Да ты видно не понял, – покачал головой юноша. – Я в самом деле пёс! Четыре лапы, хвост, да блохи в придачу! Просто застал ты меня в человечьем облике.

– Так ты оборотень что ли? – изменившись лицом, спросил Алёша Попович и положил ладонь на рукоять меча. – Тот самый?!

– Вот так и подмывает сказать «да», чтоб оборвал ты мои мучения! – ответил собеседник с горькой усмешкой. – Но тогда настоящий людоед продолжит убивать селян, ты вернешься в Киев, а когда прознают, что оборотень жив-здоров, то все станут считать тебя лгуном. Нет, не могу я так с тобой поступить. Не за мной ты приехал, Алёша Попович!

Сняв петлю с шеи, юноша отбросил её в сторону.

– А может ты юродивый? – спросил Алёша Попович, прищурившись. – Несёшь тут мне всякую околесицу.

– Если бы! – вздохнул оборванец.

– Тогда обернись собакой! – потребовал богатырь.

– Сейчас не получится, превращенье происходит само собой из-за заклятья!

– Кто ж тебя так? – продолжил допрос Алёша Попович, по-прежнему сомневаясь в искренности собеседника.

– Да я сдуру мужика одного за ногу тяпнул, а это оказался Кощей Бессмертный! Колдун, каких поискать! Он мог бы меня просто испепелить, но решил поглумиться. Дал в наказание человеческий ум и способность понимать любой язык. Знания разные невесть откуда в моей голове появились. Почувствуй, говорит, что такое собачья жизнь!

– И что плохого?! Живи по-людски!

– Беда в том, что я один день в неделю человек, а остальные шесть – пёс, как прежде, только с мозгами!

– Да, неудобно, – признал Алёша Попович. – Но в петлю то зачем лезть? Раньше же ещё хуже было!

– Не скажи! – возразил юноша. – Когда собакой был, то косточку погрыз и счастлив! А теперь…

Рассказчик тяжело вздохнул.

– Представь, что ты всё знаешь и понимаешь, а сделать ничего не можешь! Я мог бы открывать новые земли, стать великим учёным или ещё кем-то нужным, кого уважают! А вместо этого грызу объедки, ловлю блох и вечно озабочен, что у кого под хвостом!

– Кажется, я знаю, как тебе помочь, – сказал Алёша Попович. – Айда со мной, по дороге расскажу!

Развернув лошадь, он поехал шагом, а спасённый им оборванец пошёл рядом.

– Врать не стану: с колдовством пособить не могу, – предупредил богатырь, – но зато жизнь у меня такая, что грустить некогда – там спаси, здесь защити! Короче говоря, самое то, что тебе нужно! Каждый божий день будешь настоящим делом занят!

– Звучит хорошо, – кивнул юноша, – у меня только один вопрос: какая от собаки может выйти польза?

– Верный товарищ, хотя бы и на четырёх лапах, никогда не помеха! – назидательно заметил Алёша Попович. – Вот сейчас, например, людоеда-перевёртыша одолеть надо.

– Не хочу тебя расстраивать, но я совсем не волкодав. Оборотень меня на клочки порвёт!

– Нет, нет! Драться с ним, то моя забота! – заверил спутника богатырь. – Только вот если я его в человечьем обличье встречу, как от прочих отличу? Нельзя же в каждого встречного серебряным ножом тыкать! А ты его сразу почуешь!

– Хм, а ведь верно! В ентом деле я мастак!

– Вот и договорились! – подытожил Алёша Попович. – Тебя как звать-то?

– Соломон.

– Диковинное имя!

– Я прошлую зиму у купца жил, – пояснил юноша. – Вот он его и дал мне, когда заметил, что я речь понимаю.

Так и пошли они вдвоём искать людоеда.

***

Спустя неделю, хозяйка избушки на курьих ножках – хмурая, но отнюдь не древняя Баба-Яга, сидела за столом перед чашкой давно остывшего чая, подперев голову рукой, и наблюдала, как черный мохнатый паук оплетает паутиной ручку самовара. Сей милый зверёк размером был с кулак, и, судя по затянутому углу, где метла со ступой стояли словно за занавеской, лапы на этом занятии он набил изрядно.

– Вот ты, Яшка, вконец обнаглел! – констатировала Баба-Яга совершенно очевидный факт. Прервав работу, паук в нерешительности уставился на хозяйку дома парой крупных глаз.

– Да шут с тобой, плети! – вздохнув, вяло махнула рукой Яга. – Всё равно убираться нет никакого настроения!

Она хотела добавить что-то ещё, но тут изба заскрипела, приподнялась и, раскачиваясь из стороны в сторону, начала разворачиваться.

– Кого там нелёгкая принесла? – проворчала ведьма, ловя чашку, устремившуюся вслед за сбежавшим под стол пауком.

Дверь распахнулась, и на пороге появился закутанный в черный плащ, невероятно худой, но очень бодрый мужчина, на вид – лет пятидесяти. Его абсолютно лысую голову украшала чёрная корона с острыми зубцами, так что любой, хоть раз слышавший о Кощее Бессмертном, мог бы догадаться кто перед ним.

– Здорово, старая! – трескучим голосом поздоровался гость, довольно улыбаясь.

– Здоровей видали, – устало закатила глаза Баба-Яга, явно не испытывая радости от встречи.

– Яга, ты чего такая смурная? – спросил Кощей, энергичными шагами подходя к столу и бесцеремонно присаживаясь. – Заболела что ли?

– Не знаю, – ответила ведьма хмурясь. – Настроение – тоска зелёная!

– Понятно, – вздохнул колдун. – Это у тебя возрастное!

– Что тебе понятно, а?! – сердито гаркнула Баба-Яга, вскакивая со скамьи и подступая к Кощею с кулаками. – Опять хочешь сказать, что я старая, да из ума выжила?!

– Заметь, не я это сказал! – поспешно заявил Кощей, отклоняясь от собеседницы как можно дальше.

– Думаешь, что раз бессмертный, то можешь глумиться над несчастной женщиной? Я вот сейчас, как сделаю наговор, и будешь ты две недели по кустам пятый угол искать!

– Что ты! Угомонись! – не на шутку встревожился Кощей. – Ты у нас та ещё красотка! Хоть сейчас под венец!

– Правда? – приподняв бровь, спросила ведьма.

– Как есть говорю!

Пусть лесть и была грубой, но она сработала. Баба-Яга достала зеркальце, взглянула в него и принялась приглаживать волосы.

Обрадовавшись, что гроза миновала, Кощей налил в чашку воды и отхлебнул, чтобы смочить пересохшее горло, но, как оказалось, поторопился.

– То есть ты готов сделать мне предложение? – голосом невинной девушки спросила ведьма.

– Да ты чего, ста…, – начал Кощей, однако увидев лицо моментально рассвирепевшей Яги, вовремя поперхнулся, осознав, что слова надо подбирать аккуратнее.

– Станешь на меня лучшие годы тратить? Я ж повеса! Легкомысленный! Да и рёбра выпирают! Со мной даже обняться по-человечески нельзя!

– Тоже верно, – успокаиваясь, согласилась Баба-Яга.

Пока она возвращалась на своё место, Кощей успел за её спиной облегченно выдохнуть, сделав губы трубочкой, но тут же натянул на лицо улыбку, стоило ведьме повернуться к нему лицом.

– Кстати, ты с какой радости такой довольный?

– Да просто так! Сегодня пятница и я бессмертный! – улыбнулся колдун. – Могу делать всё, что захочу, и ни о чём не беспокоиться! Не жизнь, а праздник!

– Ну да, с таким даром грех скучать, – согласилась ведьма. – Яшка, кыш! Хорош глаза мозолить! – махнула она в сторону паука, рискнувшего высунуться из укрытия.

Загрузка...