Атаман Вагари Катакомба

Вводная (вместо пролога)

Моя первая в этом году миссия началась 3 января в просторном кабинете Айры Спенсер. Опытный психоаналитик и психотерапевт, Айра между консультациями занималась расследованиями аномальных явлений – как и каждый без исключения агент Только Для Ваших Глаз.

– Одна моя клиентка считает себя сумасшедшей, – приступила Айра к вводной. – Но я считаю, что то, что она мне рассказала, попахивает мистикой по нашей части. Я не могу оставить это без внимания.

Айра Спенсер, крупная представительная дама, сидела в глубоком уютном кресле. Я сидела в таком же, напротив. Между нами столик, на котором по мере её рассказа появлялись секретные материалы. Мы знакомы с Айрой больше двух с половиной лет, сама я ни разу не обращалась к ней как клиентка, но она многому меня обучила в рамках подготовки меня как агента ТДВГ. Всегда предупредительна, отзывчива, Айра профессионал экстра класса. Меня она считала своей ученицей, поэтому не в первый раз доверяла помогать в особо секретных расследованиях. Мне очень льстило это внимание, при этом я не считала себя до конца его достойной. Ведь я очень юна, только в этом году закончу общеобразовательную школу. Я решила, что сделаю и в этот раз всё возможное, чтобы подтвердить ожидания Айры.

– Ещё до нового года, в двадцатых числах декабря, мы начали это расследование совместо с Ирис, собственно, именно с ней мы и пришли к такому заключению о мистике, – упомянула Айра нашу коллегу Ирис Ораникс. – Время идёт, мы понимаем, что без третьего помощника не справимся. Поэтому я решила подключить тебя.

Моя клиентка, Милена Неверри, происходит из богатой семьи. Её предки – судовладельцы, торговцы, накопившие громадные состояния. Один из её пра-прадедов по линии отца около ста лет назад приобрёл графское имение в районе города Лета – усадьбу Лесное Сердце. После его смерти там жил прадед Милены, после его смерти – дед, после смерти деда – дядя Милены Икабод Неверри, старший брат её отца, вместе с женой Элеонорой.

Родители Милены трагически погибли, когда девочке было четыре года. Отец Милены – младший брат Икабода – тоже унаследовал часть богатого состояния деда. Благодаря этому состоянию Милена имеет просторный богатый дом, никогда ни в чём не нуждалась и сейчас смогла построить бизнес.

Милене двадцать один год. После смерти родителей её воспитанием занялись дядя и тётя. Они несколько лет жили с ней, воспитывая её в доме её родителей, который находится недалеко от Укосмо. Они были заинтересованы, чтобы девочка получила самое лучшее образование, отдавали её только в самые элитные школы и пансионы. Милена слишком рано стала самостоятельной и быстро обучилась школьной и вузовской программе – в семнадцать лет она получила первый диплом по экономике и маркетингу, в двадцать – второй и третий дипломы по финансам, менеджменту и открыла своё дело.

Когда Милена стала совершеннолетней, её дядя и тётя уехали жить в Лесное Сердце. Милена никогда там не была, однако дядя и тётя очень любят этот старинный дом с историей. Они показывали ей фотографии, рассказывали о том, как там красиво и интересно. Своих детей у Икабода и Элеоноры нет. Они очень хотят передать усадьбу в наследство Милене, тем более что она стала совершеннолетней. В противном случае усадьбу может отобрать правительство как объект культурного наследия, но Икабод и Элеонора настаивают, чтобы там жили их потомки.

Сумасшествие Милены, собственно, заключается в том, что она не хочет становиться наследницей своей истинной фамильной усадьбы. Потому что ей снятся кошмары и мучают фобии, связанные с нею. Начались они незадолго до нового года. Милена пыталась связаться с дядей и тётей, но у тех уже несколько недель не отвечает телефон. Милена сильно обеспокоена, а поехать туда не может – её одолевают иррациональные страхи, что ей ни в коем случае нельзя появляться в этом доме.

Можно было бы всё списать на блажь и посоветовать Милене съездить в Лет, нанять там полицейских детективов, заявить об исчезновении родственников. Если бы не результаты исследований Ирис.

Здесь Айра выдержала паузу в своём рассказе, подготавливая новые материалы. На столе уже появились фотографии Милены, её пожилых родственников, карта окрестностей города Лета.

Милена выгледела очень молодо для своего двадцати одного года – она казалась моей ровесницей. Сложно было поверить, что у девушки свой бизнес. Со снимка смотрело очень красивое лицо с тонкими чертами. Светло-голубые большие глаза, бледная кожа и маленькие ярко-алые губы делали её похожей на хрупкую куклу. Волосы светлые, густые. Я подумала, что это давняя её фотография, возможно, сделанная, когда Милене было лет шестнадцать.

Родственники её выглядели "обычными". Дядя Икабод чем-то походил на вузовского преподавателя или учёного: немного растрёпанные седые волосы, очки, мечтательная улыбка. Взгляд его мне показался добродушным. Тётю Элеонору можно было называть "бабушкой божьим одуванчиком": седые волосы, пучок, пухлое приятное лицо.

– Есть пока какие-либо вопросы? – удостоверилась Айра.

– И да, и нет. Я готова выслушать всю информацию по вводной до конца, возможно, часть из них снимется. Но я бы хотела прояснить: у Милены какие отношения с её родственниками? Конфликты есть? – осторожно спросила я.

– Молодец, зришь в корень. Нет, конфликтов нет, но вопрос правильный. Наоборот, они души друг в друге не чаят. У тёти Элеоноры к сожалению болезнь, из-за которой она не могла иметь детей, а сейчас она старше шестидесяти лет. Милена ей как дочь. А дядя – художник, очень творческий человек, вдобавок увлекается историей. Ему даже в каком-то смысле хорошо, что у него нет детей – пришлось бы пожертвовать творчеством, становиться более ответственным. Дядя в этой семье по сути большой ребёнок, а Элеонора – заместитель его матери. Это могло обусловить то, что Милена рано стала взрослой: большую часть заботы и внимания Элеонора уделяла мужу, хоть и обожает Милену. Ну это я так, о своих профессиональных психологических заморочках, – улыбнулась Айра.

– Художник? Как интересно. А что за историей он увлекается?

– О… В основном древней, а также историей книг. У него есть вредная привычка: нормальные люди покупают сигареты и алкоголь, либо на худой конец одежду, косметику и мобильные телефоны, а он – книги. Каждую неделю по несколько штук – познавательных, исторических, в основном старинных у букинистов и коллекционеров. Благо деньги на это есть: несколько его картин заказывают весьма состоятельные клиенты. Это кстати устроила Милена. Её бизнес связан с инвестициями в искусство и организациями выставок. Поясню один момент, о котором я упоминала вскользь, и он возможно для тебя не понятен.

Пока Милена росла и училась, Элеонора постоянно находилась здесь, с ней. А её супруг постоянно был в разъездах – то уезжал за книгами, то путешествовал, ища вдохновения для картин, но большую часть времени проводил в Лесном Сердце. Когда Милена подрастала и была уже подростком, Элеонора тоже стала отъезжать в Лесное Сердце на более продолжительное время, чтобы быть ближе к супругу и заботиться там о нём – он же иногда так увлекается, что забывает себе приготовить поесть. Милена призналась, что всякий раз, когда тётя предлагала её туда свозить – то с ней что-то случалось, то её сковывал тот самый иррациональный ужас, на который она мне жалуется.

В общем, да, получилось так, что Милена так и не была в усадьбе, зато Элеонора и Икабод там проживали и проживают по факту большую часть года. Лишь когда у Милены в её пансионах и колледже были каникулы, семья воссоединялась здесь в Укосмо. Когда Милене исполнилось 18, Элеонора и Икабод решили предоставить ей полную свободу, не стеснять её и заняться Усадьбой, её ремонтом, уходом за садом, потому что ожидают, что Милена в любой момент туда приедет, чтобы вступить в права наследства. Они хотят уже при своей жизни переоформить Усадьбу на неё.

Когда ты спросила о конфликте – конфликт проявляется как раз в этом. Дядя и тётя, ближайшие любимые родственники Милены, искренне хотят, чтобы девушка получила ещё один дом, принадлежащий ей по праву. Милена отказывается – ведь во-первых, у неё есть её собственный дом и деньги, а во-вторых, её родственники живы-здоровы. Есть ещё в-третьих – страхи Милены. Ну, о них я тебе говорю каждые пять секунд.

Милена поддерживала связь с дядюшкой и тётушкой примерно раз в неделю. Они созванивались по телефону. В последний раз она звонила им пятнадцатого декабря. Потом звонила в двадцатых числах, несколько раз – никто не брал трубку. Есть у нас версия, что они могли уехать куда-то на Новый год – например, путешествовать, чтобы дядя получил вдохновение для своих картин. Они могли отправить Милене открытку – она могла не дойти, на почте всякое случается. Но Милена забила тревогу.

Теперь, собственно, о том, что раскопала Ирис. Тебе ещё предстоит встретиться с ней, обсудить это подробно.

С этими словами Айра положила передо мной папку, в которой находились распечатки.

– Это конспект Ирис по её изысканиям об усадьбе Лесное Сердце, о её истории. Выжимка из тех источников, которые она проштудировала.

Бумаг было немного, всего штуки четыре, вдобавок Ирис набирала текст своих конспектов крупным шрифтом, видимо, чтоб было удобно читать. Я начала их просматривать.

Ирис написала о том, что усадьба Лесное Сердце стоит на месте сильнейшего энергетического выплеска или в геопатогенной зоне. Под Лесным Сердцем вполне возможно проходят затерянные в недрах пещерные подземные города, сооружённые древними цивилизациями. В окрестностях города Лета жители часто видели НЛО, светящиеся шары, слышали звуки и гул из-под земли. Сама усадьба очень древняя: построена в конце 17-го века на месте развалин средневекового замка, который принадлежал рыцарскому ордену Чёрной Розы. Это очень мало известный орден, тайный, его адепты якобы занимались колдовством или коллекционированием всяких колдовских предметов. Когда усадьбу построили, несколько десятилетий она принадлежала каким-то пиратам, и в ней был чуть ли не разбойничий притон. Потом всех этих пиратов перевешали и усадьбой завладела династия графа, дальними родственниками и потомками которой является семья Неверри – начиная с прапрадеда Милены по имени Джакомо и заканчивая Икабодом и самой Миленой.

– Как тебе домик, Клот? – не без иронии спросила Айра, когда увидела, что я закончила читать.

– Идеальное место, чтобы провести школьные каникулы и написать потом сочинение, чем я занималась, – подыграла я юмору. – И что, дядя и тётя Элеоноры НЛО не видели?

– Мы не знаем об этом. По словам Милены, они-то как раз очень любят эту усадьбу, постоянно говорят о ней, о том, как им нравится там всё обустраивать. Вернее, обустраивать хозяйство, дом и сад нравится Элеоноре, а Икабод отмечал, что там идеальное место для творчества.

– Милена знает эту информацию? Про НЛО, про геопатогенную зону, про рыцарей-колдунов?

– Нет. Ирис раскопала это буквально на днях. Накануне она несколько ночей провела в библиотеке. Многие из этих источников могут быть лишь легендами, слухами и домыслами. Сегодня про любой дом можно сказать, что он построен на месте языческого кладбища, которое там было лет восемьсот назад. И тем не менее люди продолжают жить, никто ни в какие порталы не проваливается.

– Карамба, Айра! Тут в этих конспектах прямым текстом говорится о том, что у дома непростая энергетика. И как только Элеонора и Икабод этого не чувствуют?

– Вот твоя миссия и будет состоять в том, чтобы побывать в этом доме. Осмотреть его изнутри, понять, что за место, почему Милена, которая не была там ни разу в жизни, боится даже думать про Лесное Сердце. Берёшься?

– Конечно же берусь! – я с готовностью вскочила, потому что мне стало страшно при мысли, что Айра сейчас передумает.

Посещать подобные места я любила. Там, где загадка, там, где тайна – моё место.

– Ты можешь разочароваться. Приедешь туда, погостишь у добрых бабушки и дедушки Неверри, и выяснится, что то, что Ирис конспектировала в течение нескольких суток – не более чем выдумки авторов досужей литературы. А может оказаться всё с точностью до наоборот. Но мы с Ирис пошли ещё дальше – подняли архивы ТДВГ. И обнаружили, что про усадьбу Лесное Сердце никто не заявлял, что там творится какая-то чертовщина. Всё, что описала Ирис здесь в своих конспектах – относится к окрестностям Лета, к району, больше из области истории, краеведения, городских легенд. Если бы усадьба раньше проявила себя как активная аномальная зона – мы бы как агенты ТДВГ об этом узнали.

– Есть предположение, что Элеонора и Икабод в доме? – уточнила я.

– Всякое может быть. Перебои со связью, телефонисты все в новогоднем отпуске. Либо дядя с тётей уехали на пару дней – в эти пару дней Милена и звонила – потом вернулись, а потом не услышали телефон. Если они в доме или вернутся в те дни, пока ты будешь проводить там расследование, мы снабдим тебя хорошей легендой. Тебе не придётся иметь проблем с тем, как объяснить, кто ты и что ты там делаешь. Завтра утром мы с тобой едем в офис Милены, познакомим тебя с ней. Она даст тебе рекомендательное письмо и представит тебя как свою подругу, которая увлекается искусством, историей. И которая от имени Милены привезёт дяде и тёте новогодние подарки, потому что сама Милена из-за своего бизнеса приехать не сможет. В общем, смысл понятен.

– Завтра утром встреча с Миленой? А когда мы поедем в Усадьбу?

– Сразу после встречи с ней. Дорога не близкая – часов восемь-девять в одну сторону.

– Что конкретно там нужно найти? Просто подтвердить вот эти гипотезы, которые нашла Ирис? – уточнила я.

– Найти Истину. Перед тобой не стоит задача выяснить, в чём причина того, что Милена думать боится об этой усадьбе. Нет задачи найти дядю и тётю. Есть задача просто посмотреть своим профессиональным взглядом, что там. Поощущать себя. Некоторые люди отличаются повышенной сензитивностью, эмпатией, могут улавливать энергию тонких полей, энергетику вещей. Например, войдя в комнату, где совершилось убийство или произошёл конфликт, такие люди могут сразу почувствовать себя плохо – в то время как другие вообще ничего и никак не заметят.

– Ну, в этом плане я так себе медиум. Я же не экстрасенс. Если снабдить меня лозой, рамками, маятником – я же пользоваться этим не умею… – проговорила я, немного растерявшись.

– Этого не требуется. Твоё сердце, ум, глаза, опыт и здравый смысл – лучший маятник и лоза, – успокоила Айра. – Чтобы понять эту усадьбу, осмотреть помещения, подметить непонятные вещи, одного дня может оказаться мало. Я предполагаю тебе дать дня четыре. Допустим, завтра вечером ты уже будешь там – четвёртое января. А утром восьмого числа мы за тобой приедем. Разумеется, у тебя будет рация – если ты, придя в усадьбу, столкнёшься с нештатной ситуацией, ты сразу вызываешь подкрепление.

– Нештатная ситуация – это истекающие кровью трупы добрых дяди и тёти, верно? – задала я слишком прямой и весьма циничный вопрос в лоб.

Айру на мгновение передёрнуло от моей бестактности.

– Я бы не стала так утрировать. Но в целом – да. Всякое бывает, – дипломатично подтвердила она. И повторилась: – Мне кажется более вероятным моё предположение и предположение Ирис – мы обе уверены, что они просто уехали в новогодний круиз.

Айра выдержала паузу, затем высказала ещё мысли:

– Ты просто осмотришь, что там, составишь своё мнение. Ты молодой человек с открытым пытливым умом, с необычным творческим взглядом. Видишь ли, ты окажешь неоценимую помощь мне и Милене. Пока ты будешь гостить в усадьбе, я тем временем попытаюсь сделать всё, чтобы выяснить причину фобий Милены, её кошмаров и того, почему она всеми силами избегает туда приехать. В то время как её дядя и тётя наезжают туда постоянно и всегда рисуют жизнь в усадьбе в восторженных красках. Если ты побываешь в усадьбе и удостоверишься, что там всё в порядке, ты можешь этим самым подтолкнуть Милену к борьбе с её страхами. Милена очень логичная – в противном случае она бы не смогла организовать бизнес, едва став совершеннолетней. Её логика может опираться на то, что раз молодая девушка как ты побывала в усадьбе и ничего с ней не случилось – то ничего не случится и с Миленой. Я хочу построить свою терапию и свои доводы на этом положении.

– Буду рада помочь, – искренне высказалась я. – Знаешь, то, что ты мне рассказываешь – напоминает случай из детства, когда одна подружка боится заходить в тёмную комнату, а вторая не боится, и эта вторая подружка говорит первой – пойдём вместе.

– Да, всё так. Возможно, ты правда зайдёшь туда вместе с Миленой, ведя её за руку. Я уверена, что вы друг другу очень понравитесь, – Айра обнадёживающе улыбнулась.

– Мне уже самой интересно, что это за страх такой у Милены. Я начинаю пытаться соотнести эту ситуацию с чем-то знакомым для себя. Это примерно как если бы мои родители постоянно уезжали к моей бабушке на дачу, звали меня с собой – а я бы панически боялась туда ездить, – задумалась я.

– Да, история примерно такая, – кивнула Айра.

– Может быть, Милену что-то напугало в детстве? Например, её туда в раннем детстве отвезли, там её что-то напугало, а потом она это забыла?

– Это мне предстоит выяснить. К чему сейчас гадать. Но мне импонирует, что ты размышляешь как опытный психолог-практик, – одарила меня комплиментом моя куратор.

– Позволь задать вопрос. Профессиональный. Возможно, не совсем тактичный, но лучше я спрошу у тебя. От чего погибли родители Милены, что за трагедия?

– Тысяча девятьсот восемьдесят пятый, последнее из сильных зафиксированных землятрясений на севере Айтали в городке Роумс. Несколько частных домов и отелей бесследно провалились в громадные зияющие провалы и пропасти. Шестьдесят четыре человека погибли и пропали без вести, среди них – родители Милены.

– Провалились под землю… Это ужасно. Ведь они могли быть какое-то ещё время живы.

– Спасатели искали этих людей несколько дней. Во время землятрясения сначала сдвинулись и разъехались породы, на которых стояли дома, дома упали, а когда произошёл второй толчок, эти породы съехались. Вряд ли кто-то выжил и минуту, скорее всего эти люди погибли быстро.

– В школе на уроке географии что-то говорили про это землятрясение. На севере Айтали повышенная сейсмическая активность, – вспомнила я.

– Там изначально нельзя было строить ничего. Городок Роумс появился как туристский, курортный посёлок. Там планировалось организовывать очередную горнолыжную базу. Отец Милены – младший брат Икабода – любил туда ездить каждый сезон с женой. Они хотели взять туда Милену уже на следующий год – ей бы исполнилось пять лет. Во время их отсутствия за Миленой приглядывала Элеонора.

– Да. Жуткая история.

– Тебе нужно ещё поговорить с Ирис. Она даст тебе ценные указания, на что конкретнее обратить внимание в усадьбе и в окрестностях. У тебя будет время осмотреть не только усадьбу, но и сад и всё, что в радиусе одного-двух километров. Правда, усадьба большая и очень колоритная, даже если решишь не ходить гулять – скучно точно не будет.

– Большая?

– Три этажа плюс чердак, настолько уютный и удобный, что там можно жить. Несколько спален и ванных комнат, бальный зал, комната для фехтования, оранжерея, рабочие кабинеты, гостиная, столовая, громадный винный погреб… Зря я тебе всё это рассказала – испортила всю романтику открытий. Но ничего: завтра тебе ничто не помешает убедиться в прелести этого дома.

– Карамба, вот это да! Ты так рассказываешь, будто сама там побывала!

– Элеонора привозила оттуда много фотографий для Милены, сделанных с таким вкусом, что хоть в дизайнерские журналы отправляй. Но Милена признаётся, что всякий раз когда она смотрит эти фото, её бросает в дрожь.

– Бедняжка. Вот теперь я готова поставить свою шляпу, что она там была! Может быть, года в два-три, её туда родители возили или дядя, – вернулась я к своей гипотезе.

– Я обязательно это узнаю. Отправляйся к Ирис, а вечером собирайся. Я помогу тебе уладить формальности с твоими родителями. Скажем твоей маме, что я беру тебя на экскурсию, как и в прошлый раз, – Айра подмигнула мне.

Я улыбнулась. В прошлый раз Айра тоже дала мне секретное задание: нужно было проследовать за сбежавшей из дома девушкой и её парнем в загадочное место, находящееся почти на краю земли. Вместо этого места я нашла аномальный город, который перемещался во Времени. Вместе с девушкой и её парнем мы с трудом выбрались оттуда. Чем-то моя эта новая миссия напоминает предыдущую. Меня даже постигло лёгкое чувство дежа-вю.

Айра дружит с моей мамой. Моей маме нравится то, что Айра – такой опытный, авторитетный взрослый человек, профессионал, помогает мне в части профессиональной ориентации. В моей семье уже решили, что я буду учиться на психолога. Мне нравилась психология, но сама я пока не очень представляла себе, как буду совмещать учёбу на психолога и секретные миссии. Подумать об этом мне предстояло ближе к лету – а сначала надо закончить школу.

Мы договорились с Айрой о времени встречи завтра, и я отправилась искать Ирис Ораникс, нашу коллегу.

Загрузка...