Хозяйки таинственного дома Коуэлов

Глава 1

— Всё, приехали, — проговорила, невидяще уставившись в лобовое стекло автомобиля, за которым из-за проливного дождя не было видно ни зги.

— Ты уверена?

— Бензин закончился, — пояснила дочери, показав на ярко горящий значок на панели, — ждём, когда прекратится дождь, и пойдём к дому пешком.

— Может, позвонить? — Предложил ребёнок, вытаскивая из рюкзака телефон, спустя секунду растерянно пробормотал, — связи нет.

— Угу, знаю, — усмехнулась, откинув сиденье назад, с тихим стоном выпрямила спину, — есть ещё места, не тронутые цивилизацией, и деревня Маховая - одно из таких.

— И что там делают люди?

— Живут? Хм… и надо сказать отлично живут, — невнятно пробормотала, закрывая глаза, — ты поспи немного, поздно уже, дождь закончится, придётся пройти не меньше километра через лес.

— А по дороге?

— Тогда пять, — зевая, ответила, вспомнив о безопасности, предупредила дочь, — если потребуется в кустики, одна из машины не выходи, меня разбуди.

— Кто пойдёт в такой дождь, — заворчала Алинка, достав из рюкзака планшет, уткнулась в книжку про своих любимых пиратов.

Я же, укутав ноги кофтой, чуть поёрзав на сиденье в поисках удобного положения, попыталась заснуть, но сон никак не шёл. Мысли о грядущем разводе, о проблемах с разделом имущества и о муже не давали покоя.

Чуть приоткрыв глаза, я некоторое время смотрела на увлёкшуюся чтением дочь и пыталась вспомнить, когда всё это началось. Ведь у нас была хорошая дружная семья, мы каждые выходные старались куда-то выбраться, много гуляли вечерами и устраивали друг для друга приятные сюрпризы.

Наверное, всё изменилось, когда Дима уволился с должности руководителя финансового отдела и открыл свою фирму по оказанию логистических услуг. Стал всё чаще задерживаться допоздна в офисе, периодически работал в выходные дни. И я понимала, что всё это необходимо. Что в первое время придётся немало уделить внимания новому делу и старалась помочь мужу. Подхватив на себя дом, воспитание дочери, решение простых, но непрекращающихся проблем и забот. Слушала, подсказывала, помогала Диме с отчётами…

Единственное, с чем я была категорично не согласна, это с желанием мужа, чтобы я оставила свою работу и всё своё время посвятила семье. Навсегда запомнила слова деда: «Независимая женщина – это та, которая не зависит ни от обстоятельств, ни от мужчин и отношений. Запомни, Катерина, как только твои интересы замкнутся на муже, детях и доме, ты вскоре сама себе станешь скучна». Дед Фёдор мужик был умный, справедливый, и я ему безоговорочно верила.

Дима был, конечно, недоволен моим решением, но не стал настаивать, хоть и не понимал моё желание тратить по восемь часов в день, работая в офисе, если он может один обеспечить нашу маленькую семью. И да, у него отлично получалось, за три года мы из двухкомнатной старенькой квартиры переехали в просторную трёшку, я и Алина два раза в год летали на море и не экономили на одежде и развлечениях.

Но год назад всё резко изменилось. Муж пришёл непривычно рано, с мрачным видом проглотив ужин, объявил, что он банкрот и всё, что у нас осталось, это та самая старая двухкомнатная квартирка. Первые месяцы он что-то делал, ходил к партнерам, пытался договориться, но все друзья и партнеры, как это обычно и происходит, отвернулись от него. Это Диму подкосило, он стал затворником, ворчал на всех и всё, был вечно недоволен и дулся на меня, когда я иногда задерживалась на работе. Мои слова поддержки и помощь воспринимались агрессивно и всё чаще криком. Но вчера случилось то, что я никогда не смогу ему простить…

Муж, накричав на Алинку за пролитый на ковёр чай, обвинил меня в отвратительном воспитании дочери, опрокинув тарелку с борщом на стол, хлёстко ударил меня по лицу. Дед Фёдор учил меня: «Всегда давать сдачи!». Подняв кастрюлю, полную супа, которую ещё не успела убрать в холодильник, я надела её на голову мужа, чтобы охладился.

После, собрав одежду для себя и дочери на первое время, документы, драгоценности, что остались мне от бабушки и те, что я купила себе сама, не слушая слова прощения мужа, мы покинули квартиру, решив с Алинкой устроить маленький отпуск. Тем более, три дня назад начались школьные каникулы, а вчера я подписала приказ об очередном отпуске… хотела мужа порадовать и съездить с ним в домик деда, где мы раньше так часто бывали.

— Мам, ты спишь? — Прервал мои тягостные воспоминания взволнованный голос дочери, — а мы взяли ингалятор?

— В твоём рюкзаке в боковом кармане, — ответила, обеспокоенно спросив, — плохо?

— Нет, подумала, вдруг забыли… Мам, а мы долго в заброшенном доме жить будем?

— Он не заброшен, за ним присматривает баба Вера, а в прошлом году её внук отремонтировал домик, — поправила дочь, принимая вместе с креслом вертикальное положение, наконец, осознав, что уснуть мне не удастся, да и дождь, кажется, заканчивается.

— Значит, надолго, — сделала вывод дочь, тяжело вздохнув, — мы к нему не вернёмся?

— Нет, но ты всегда можешь с ним общаться… Алина, ты уже большая и должна понимать, что я…

— Мам, не продолжай, я понимаю, — остановила меня дочь, неловко улыбнувшись, добавила, — ты такая красивая.

— Спасибо, ты тоже ничего, — хихикнула, крепко обняв свою Алинку, с облегчением выдохнула, радуясь, что у меня такая взрослая и понимающая дочь.

— Ой! Как громыхнуло, — испуганно вздрогнул ребёнок, ошарашенно вглядываясь в окно, но дождь с новой силой припустил, и дальше полуметра трудно было хоть что-то разглядеть.

— Сейчас ещё раз бабахнет, — предупредила дочь, заметив яркую вспышку над макушками деревьев, и тут же, подтверждая мои слова, раздался оглушительный грохот.

— Жуть, да, — поёжилась Алина, кутаясь в кофту, — если бы я не прокараулила тот поворот, мы бы уже давно были в деревне.

— Мы обе его прокараулили, ехать в такой дождь не самая лучшая идея, — произнесла, вспомнив, какой крюк мы проехали, пропустив нужный нам свороток. Итог: мы в километре от дома деда, сидим в машине, в которой закончился бензин.

— Когда мы выехали, его не было, он начался, стоило нам свернуть с трассы, — возразила дочь, достав из-за сиденья термос с чаем, предложила, — будешь?

— Давай, — кивнула, вытащив из пакета бутерброды, — тебе с сыром и колбасой или с рыбой?

— Оба, — звонко рассмеялась Алинка, разливая в пластиковые кружки ещё горячий чай.

Больше трёх часов чаёвничая, болтая ни о чём и обо всём сразу, мы просидели в машине, слушая звуки проливного дождя и оглушающие раскаты грома. И только когда предутренняя зорька зарумянила небо, дождь, наконец, закончился, а лес наполнился разнообразными звуками, мы выбрались из машины. Разминая затёкшие руки и ноги, я полной грудью вдыхала аромат сладкой свежести и глупо улыбалась. С удивлением признавшись самой себе, что я очень соскучилась по родным местам, где прошло моё детство. По голубому, чистому небу, узким быстротечным рекам, запаху леса после дождя, аромату свежескошенной травы, парного молока и сладкой сдобы. Месту, где всё было просто и легко.

— Мама, здесь так красиво, — произнесла Алина, заворожённо вглядываясь в предутренний полумрак леса, пытаясь рассмотреть, что там за деревьями.

— Очень, — прошептала, ёжась от утренней свежести, достала кофту себе и дочери, чертыхнулась, что не подумала прихватить резиновые сапоги, проговорила, — ну что идём?

— Угу, — кивнула дочь, быстро надев кофту, закинула на плечо свой рюкзак и смело шагнула с просёлочной дороги, но тут же резко остановившись, спросила, — а машина?

— Доберёмся до деревни, поспросим внука бабы Веры довезти до заправки, канистра, уверена, у него есть, после доеду с ним до машины.

— А если нет? Может, заберём наши вещи?

— Потащим по очереди, — предупредила, с трудом представляя, как будем тянуть чемодан через лесные буераки.

— Хорошо, тогда я первая, — заявил ребёнок, перехватив у меня ручку, покатила чемодан по скошенной траве.

— Хитренькая! — Прокричала вдогонку дочери, закрыла двери автомобиля, окинув её беглым взглядом, глубоко вдохнула, отправилась следом за Алинкой.

Лес после дождя обновился, листва заиграла сочной зеленью. От аромата трав, обволакивающего словно туманом, кружилась голова. Кудрявые берёзы шумели пышной листвой, а неуёмный щебет птиц, казалось, заглушал всё в округе. Идти было удивительно легко, привычный с детства валежник куда-то исчез, трава не путала ноги, а кусты не цеплялись за одежду.

— Мама, ты слышишь? — Вдруг шёпотом проговорила дочь, замерев у невысокой ели, — мяукает.

— Нет, — так же шёпотом ответила, затаив дыхание, прислушалась, но кроме шелеста листьев над головой и пения птиц ничего не услышала.

— Там, — Алинка махнула рукой в сторону небольшого куста шиповника, — я проверю.

— Только осторожно! И внимательно смотри под ноги, — напутствовала дочь, не сводя взгляда, наблюдала, как Алина пробирается к колючему кустарнику.

— Котёнок!

— В лесу? — Удивлённо пробормотала, увидев в руках дочери маленький, серый и мокрый комочек, заворчала, — и какой гад его сюда отнёс. Алин, посмотри, может там ещё есть?

— Нет, один и такой несчастный, мам, мы же его заберём с собой?

— Конечно, — задумчиво произнесла, вспоминая, не забыла ли забрать из машины термос и сумку с бутербродами. Мелочь не мешало бы покормить…

— Он совсем кроха, — пробормотала Алинка, показывая жалобно мяукающего котёнка, — ему молока и к ветеринару.

— Хм…, наверное, в деревне нет такого, но помыть и обработать малыша мы с тобой сможем сами. Давай его укутаем и положим в карман рюкзака, там ему удобней будет.

— Я могу в руках его нести, — возразила дочь, не желая отпускать котёнка.

— Когда гуляешь по лесу, руки должны быть свободны от груза, чтобы придерживаться или страховаться при преодолении препятствий, ну или подать руку товарищу, — назидательным тоном проговорила, слово в слово повторив наставления деда.

— Хорошо, — не стала спорить дочь, с уважением на меня взглянув, укутала в косынку котёнка, бережно уложив его в кармашек своего рюкзака.

— Ну что, дальше идём? — Проговорила и, не дожидаясь ответа, принялась прокладывать путь к домику деда Фёдора, надеясь в скором времени насладиться отдыхом и покоем.

— Назовём его Багги.

— Почему Багги? Он сейчас больше похож на Барсика, ну или Мурку.

— Всегда хотела, чтобы у нас жил мейн-кун и звали его Багги, но у папы…

— Аллергия на шерсть, — завершила за дочь, неопределённо пожав плечами, согласилась, — путь будет Багги.

Лес закончился как-то неожиданно, вроде бы вот перебирались через сваленную ветром старую берёзку и обходили стороной огромный муравейник. Как вдруг трава стала ниже, деревья реже и невысоки. Обруливая странное нагромождение кирпичей у старого пня и вырытые неглубокие, но коварные ямки, мы, наконец, подняли взгляд от земли и обе тут же оторопело замерли.

— Офигеть! — вырвалось у дочери, спустя минуту потрясённого молчания и я была целиком и полностью согласна с Алинкой, так как не смогла подобрать подходящее и более приличное слово для выражения своего крайнего изумления.

Загрузка...