Говорящая с Тьмой

Глава 20. Проклятые

На седьмой день путешествия по Пустошам погода резко переменилась. Небо, до этого неестественно яркое, с переливами цветов, не существующих в обычном мире, потемнело. Серые тучи, двигающиеся слишком быстро для природных образований, заволокли горизонт. В воздухе разлился странный металлический привкус.

— Аномальный шторм, — напряжённо сказала Ленна, глядя на свой многострелочный компас, иголки которого хаотично дёргались. — И судя по всему, сильный. Нужно найти укрытие, и быстро.

— Что такое аномальный шторм? — спросил Микола, оглядываясь по сторонам в поисках подходящего места, чтобы переждать непогоду.

— Представь обычную грозу, — ответил Кейн, помогая Ленне собирать разложенное для обеда снаряжение. — Но вместо дождя может идти кислота, или раскалённый песок, или кристаллы, замораживающие всё, чего касаются. А вместо молний — разряды энергии, способные изменить структуру материи или исказить время внутри зоны поражения.

Ленна кивнула:

— И то, что начинается как обычный дождь, может за секунды превратиться в любую из этих угроз. Поэтому нам нужно что-то основательное, желательно подземное.

Лада окинула взглядом окружающий пейзаж. Они находились в предгорье — местности, изрезанной оврагами и небольшими каньонами. Растительность здесь была скудной — искривлённые, почти безлистные деревья и странные металлические папоротники, растущие прямо из скал. Впереди виднелся крутой склон, изрытый тёмными отверстиями.

— Там, кажется, пещеры, — она указала направление.

Ленна посмотрела туда, прищурившись, затем быстро сверилась со своим компасом.

— Возможно… — она запнулась, что было необычно для уверенной в себе Ходока. — Да, это убежище. Но… есть риск.

— Какой? — напряжённо спросил Кейн, явно уловив её колебания.

— Это территория Проклятых, — тихо ответила Ленна. — Я не уверена, но… узор аномалий характерный.

Лада почувствовала, как по спине пробежал холодок. "Проклятые" — это слово она уже слышала в историях Ворона и от Хродора. Так называли людей, слишком долго подвергавшихся воздействию определённых аномалий, особенно связанных с искажениями пространства и времени. Они становились… чем-то иным, ни живым, ни мёртвым, существами, балансирующими на грани безумия.

— У нас есть другие варианты? — спросила она, глядя на стремительно темнеющее небо, где уже вспыхивали первые молнии странного фиолетового цвета.

Ленна покачала головой:

— Нет. Ближайшее известное мне укрытие в нескольких часах пути, мы не успеем. Придётся рискнуть.

Первые капли дождя упали на землю, шипя и оставляя маленькие дымящиеся кратеры. Кислота. Отряд бросился к пещерам, стараясь бежать быстро, но осторожно — Пустоши были коварны, и даже в такой момент нельзя было забывать об аномалиях под ногами.

Они достигли входа в одну из пещер как раз в тот момент, когда дождь усилился. За их спинами растительность начала корчиться и плавиться под воздействием кислотных капель. Странные электрические разряды пронизывали воздух, искажая пространство в местах удара — там возникали пузыри измененной реальности, внутри которых предметы меняли форму, цвет и даже агрегатное состояние.

— Внутрь, быстро! — скомандовала Ленна, и они нырнули в темноту пещеры под аккомпанемент нарастающего грохота шторма.

Внутри было темно и прохладно. Лада активировала своё тёмное зрение, позволяющее видеть даже в полной темноте. Пещера оказалась просторной, с высоким сводчатым потолком. В глубине виднелись проходы, ведущие дальше, в недра горы.

— Как долго продлится шторм? — спросил Микола, тяжело дыша после быстрого бега.

— Невозможно предсказать, — ответила Ленна, доставая из рюкзака странное устройство, похожее на лампу с кристаллом внутри. — Может, час, может, день. Аномальные штормы следуют своей логике.

Она активировала устройство, и бледное голубоватое свечение разлилось по пещере, создавая причудливые тени на стенах.

— Что это? — с интересом спросил Кейн, разглядывая лампу.

— Детектор присутствия, — объяснила Ленна. — Реагирует на живые существа в радиусе действия. Если Проклятые здесь, мы узнаем об этом заранее.

Они расположились недалеко от входа — достаточно глубоко, чтобы быть защищёнными от шторма, но достаточно близко к выходу, чтобы в случае опасности внутри пещеры можно было быстро выбраться наружу. Микола разложил непромокаемое покрывало, которое служило им скатертью для обеда, и они сели, доставая сухой паёк.

— Расскажи больше о Проклятых, — попросила Лада, обращаясь к Ленне. — Кто они? Что с ними случилось?

Ходок задумчиво посмотрела вглубь пещеры:

— Это сложно объяснить тем, кто не жил в Пустошах. Понимаешь, некоторые аномалии воздействуют не только на тело, но и на разум, на саму душу. Особенно опасны те, что связаны с искажениями времени и пространства — они могут… фрагментировать сознание человека, рассеивать его по разным точкам времени или даже по разным версиям реальности.

Она сделала глоток воды из фляги:

— Проклятые — это люди, которые подверглись такому воздействию, но не погибли. Их разум раскололся, части их сущности существуют одновременно в разных измерениях. Они видят и переживают множество реальностей одновременно, что неизбежно приводит к безумию.

— Но почему именно "Проклятые"? — спросил Микола. — Почему не просто "безумные" или "изменённые"?

— Потому что их состояние больше напоминает древние описания проклятий, — вмешался Кейн. — Они осознают, что с ними что-то не так, страдают от этого, но не могут ничего изменить. Более того, их трансформация часто сопровождается физическими изменениями — кожа меняет цвет или текстуру, глаза начинают светиться, конечности могут удлиняться или приобретать дополнительные суставы.

Лада вздрогнула, представив эти ужасные трансформации.

— Они опасны?

— Чрезвычайно, — кивнула Ленна. — Но не из-за злых намерений, а из-за непредсказуемости. Проклятый может быть дружелюбен одну минуту и впасть в неистовую ярость в следующую, потому что в его искажённом восприятии ты вдруг превратился во врага из другой реальности. Они непредсказуемы, как сами Пустоши.

Внезапно голубоватое свечение детектора присутствия изменилось — оно стало пульсировать, а кристалл внутри устройства начал вращаться, указывая в одном из направлений.

— У нас гости, — тихо сказала Ленна, медленно поднимаясь и доставая из-за пояса странное оружие, нечто среднее между ножом и небольшим мечом.

Кейн и Микола тоже приготовились к обороне — Интуит активировал какое-то устройство, напоминающее перчатку с металлическими накладками, которое начало тихо гудеть, а охотник натянул свой лук, наложив стрелу с серебристым наконечником.

Лада сосредоточилась, призывая Тьму. В Пустошах её дар действительно работал иначе — тени отзывались быстрее, были гуще, почти материальнее. Она чувствовала, как они клубятся вокруг неё, готовые принять любую форму, которую она пожелает.

Из глубины пещеры донеслись звуки — шаркающие шаги, странное клацанье, как будто металл ударялся о камень, и… шёпот, многоголосый, перекрывающий сам себя, словно говорящий общался сам с собой на разных языках одновременно.

А затем они появились. Сначала это были просто силуэты в полумраке дальнего прохода, затем они вышли в освещённую часть пещеры, и Лада едва сдержала возглас ужаса.

Их было пятеро или шестеро — точное число определить было сложно, поскольку фигуры словно раздваивались, накладываясь сами на себя, создавая эффект множественных образов. Они были одеты в лохмотья, когда-то бывшие обычной одеждой или защитными комбинезонами. Но сами существа… они лишь отдалённо напоминали людей.

Кожа Проклятых имела различные оттенки — от бледно-серого до почти чёрного с металлическим отливом. У некоторых были видны странные наросты или струпья, похожие на кристаллические образования. Глаза светились — у кого-то красным, у кого-то синим, у одного существа были разного цвета, постоянно меняющиеся, как калейдоскоп. Конечности искажались — пальцы слишком длинные, суставы в неправильных местах, спины искривлены под невозможными углами.

Но самым жутким было то, как они двигались — не плавно, а рывками, словно пропуская кадры, иногда оказываясь в другом месте без видимого перемещения, как будто они существовали одновременно в нескольких точках пространства.

— Не нападать первыми, — тихо скомандовала Ленна. — Они могут быть просто любопытны.

Один из Проклятых — самый крупный, с почти полностью чёрной кожей и ярко-красными глазами, сделал шаг вперёд. Его голова дёргалась, словно он видел что-то за пределами нормального восприятия, а когда он заговорил, его голос звучал, как несколько голосов разного возраста и пола, наслоенных друг на друга.

— Пришли… в ночь бури… ищут… что-то ищут… всегда ищут… — он склонил голову набок под неестественным углом. — Свет… дождь… кровь… всё смешалось… вы принесли… перемены?

Лада почувствовала, как Тьма внутри пещеры реагирует на Проклятых — она словно тянулась к ним, обволакивала, как будто они были родственными сущностями. И одновременно Лада ощущала странное эхо в своём даре, словно могла уловить фрагменты искажённых сознаний этих существ.

— Мы пришли укрыться от шторма, — спокойно ответила Ленна, не опуская, однако, оружия. — Мы не желаем вреда вам или вашему дому.

Проклятый наклонил голову ещё сильнее, почти под прямым углом к шее, и внезапно рассмеялся — жутким, многоголосым смехом, который, казалось, доносился одновременно изо всех уголков пещеры.

— Дом… какой дом… мы везде и нигде… разбросаны… по осколкам мира… — его глаза внезапно сфокусировались на Ладе. — Ты… ты слышишь их…

Лада почувствовала, как ледяной холод пробежал по её спине. Да, она действительно "слышала" — не ушами, а своим даром, своей связью с Тьмой. Она ощущала искажённые, фрагментированные сознания Проклятых, как слабые радиосигналы на грани слышимости.

— Я… чувствую что-то, — осторожно признала она.

— Лада, не вовлекайся в разговор, — предостерегающе произнёс Кейн. — Это может быть опасно.

Но Проклятый шагнул ещё ближе, его глаза ярко вспыхнули:

— Говорящая… ты Говорящая… давно не видели… такого… — он внезапно замер, затем голова дёрнулась, словно он получил удар, и голос изменился, став ниже и чётче: — Помоги нам… если можешь… разрывает на части… больно…

Другие Проклятые зашевелились, некоторые подались вперёд, словно притягиваемые к Ладе невидимой силой. Их глаза мерцали разными цветами, шёпот усилился, превращаясь в какофонию голосов.

Ленна напряглась, явно готовясь к атаке:

— Они реагируют на твой дар, Лада. Это может быть плохо.

В этот момент Лада почувствовала странный импульс — не из пещеры, а изнутри, из глубины своего сознания. Знакомое присутствие, тёплое и направляющее.

"Они были подобны тебе, дитя," — голос Ворона, отчётливый и ясный, словно он стоял рядом. — "Говорящие и Ходоки, коснувшиеся Тьмы без должной подготовки. Их разум сломался, но не исчез полностью. Ты можешь помочь, но будь осторожна — это опасно."

— Учитель? — прошептала Лада, и ближайший Проклятый вздрогнул, словно тоже услышал голос.

— Что? — встревоженно спросил Микола. — Ты что-то сказала?

Но Лада уже приняла решение. Если эти существа действительно были когда-то людьми, подобными ей, если они страдают, запертые в искажённых телах и расколотых сознаниях… она должна попытаться помочь.

— Я могу исцелить их, — твёрдо сказала она. — По крайней мере, попытаться.

— Исцелить? — Ленна посмотрела на неё, как на безумную. — Проклятые не поддаются лечению! Их искажения связаны с самой структурой реальности!

— Я должна попробовать, — настаивала Лада, делая шаг вперёд. — Мой дар… он взаимодействует с ними. Я чувствую это.

Главный Проклятый стоял неподвижно, его многослойный взгляд был прикован к Ладе:

— Говорящая… исцеление… да… нет… возможно… невозможно… — он вдруг упал на колени, и его голос на мгновение стал почти человеческим: — Помоги! Пожалуйста!

Лада медленно приблизилась к нему, игнорируя предостерегающие окрики своих спутников. Она чувствовала, как Тьма клубится вокруг, реагируя на её намерения, формируясь в соответствии с её волей.

"Осторожно, дитя," — снова прозвучал голос Ворона в её сознании. — "Их искажения могут заразить тебя. Создай защиту, прежде чем прикоснуться к их разуму."

Лада сосредоточилась, формируя вокруг себя кокон из контролируемой Тьмы — не агрессивной, не разрушительной, а структурирующей, упорядочивающей. Это была техника, которой Ворон учил её для защиты от ментальных атак.

Затем она медленно протянула руку и коснулась лба коленопреклонённого Проклятого. В момент контакта её сознание словно провалилось в калейдоскоп образов, звуков и ощущений.

Она видела фрагменты жизни этого существа — когда-то он был человеком, мужчиной средних лет, Ходоком, как Ленна. Его звали… Святогор? Да, Святогор. Опытный путешественник по Пустошам, знаток аномалий. Она видела, как он ведёт группы через опасные территории, как обучает молодых Ходоков, как изучает новые типы искажений.

А затем — катастрофа. Экспедиция к границам Мёртвого Града, неожиданная вспышка энергии из какого-то древнего устройства, люди, разрываемые на атомы… и Святогор, попавший в эпицентр искажения времени и пространства. Его тело осталось цельным, но разум, сознание, душа — всё было разорвано на части, разбросано по разным слоям реальности.

Лада чувствовала его боль, его отчаяние, его борьбу за сохранение рассудка в течение многих лет. Она видела, как он постепенно терял связь с реальностью, как его тело менялось под воздействием аномалий, как другие Проклятые находили его и принимали в свою странную общину.

"Я могу помочь," — мысленно обратилась она к фрагментам его сознания. — "Я вижу твою истинную сущность, Святогор. Я могу собрать её воедино."

"Как?" — отозвался голос, странно чистый среди какофонии остальных. — "Я разбит… разбросан… потерян…"

"Через Тьму," — ответила Лада. — "Та же сила, что разделила тебя, может собрать тебя снова, если направить её правильно."

Она глубже погрузилась в ментальный контакт, используя свой дар для поиска разрозненных частей сознания Святогора. Тьма вокруг неё уплотнилась, формируя нечто вроде сети, ловушки для фрагментов души.

"Будь осторожна," — снова предупредил голос Ворона. — "Это как хирургия души. Одно неверное движение — и ты можешь потеряться сама. Или, хуже, притянуть к себе искажения."

Лада чувствовала, как опасно балансирует на грани. С одной стороны — сломанный разум Проклятого, одновременно существующий в нескольких реальностях. С другой — её собственное сознание, защищённое, но уязвимое перед подобными искажениями. Один неверный шаг, одно мгновение потери концентрации — и она сама могла стать Проклятой.

Но она продолжала, направляя свой дар, используя Тьму как скальпель и одновременно как нить, сшивая разорванные части души Святогора. Это было сложнее всего, что она делала раньше — гораздо сложнее, чем простое управление тенями или даже целительство.

Время словно потеряло смысл. Лада не знала, как долго она находилась в этом странном состоянии — секунды, минуты, часы? Она чувствовала, как её собственные силы истощаются, как контроль над Тьмой становится всё более шатким.

И вдруг она ощутила, что теряет ориентацию. Границы между её сознанием и разумом Проклятого начали размываться. Она видела образы из жизни Святогора, как будто это были её собственные воспоминания. Хуже того, она начала чувствовать искажения — словно её собственная личность рассыпалась на части, каждая из которых наблюдала мир из разной точки времени и пространства.

"Лада!" — голос Ворона прозвучал громче, настойчивее. — "Ты теряешь себя! Сконцентрируйся на моём голосе. Используй меня как якорь."

Она попыталась сосредоточиться на знакомом голосе, но искажения усиливались. Она одновременно видела пещеру, встревоженные лица своих спутников, испуганного Проклятого перед собой… и другие места, другие времена. Медовый Лог, каким он был сотни лет назад. Руины Мёртвого Града в далёком будущем. Странные существа, бродящие по выжженной земле. Всё сливалось, накладывалось, создавая невыносимую какофонию образов и ощущений.

"Помоги мне," — в отчаянии позвала она своего учителя. — "Я не могу… слишком много…"

И тут она почувствовала их — тёплые, знакомые руки, словно обнявшие её сознание, отделяющие его от хаоса вокруг. Ворон, каким-то невероятным образом преодолевший барьеры между Гранью Миров и физической реальностью, чтобы помочь своей ученице. Не полностью, не материально — лишь частица его сущности, но этого было достаточно.

"Я держу тебя," — его голос был словно маяк в шторме. — "Теперь собери его. Используй свою связь со Тьмой, но не позволяй ей контролировать тебя. Ты Говорящая, а не инструмент."

С помощью Ворона Лада снова обрела контроль. Она восстановила границы своего "я", отделила свой разум от разума Проклятого. А затем, используя очищенный поток Тьмы, начала собирать разрозненные части сознания Святогора.

Это было похоже на собирание головоломки из тысяч фрагментов, но головоломки, части которой находятся в разных комнатах, в разных домах, в разных мирах. Лада использовала свой дар как магнит, притягивая эти части, соединяя их в единое целое.

И постепенно она почувствовала, как разум Святогора становится более цельным, более… человеческим. Искажения не исчезли полностью, но уменьшились, как будто разрозненные образы наконец сфокусировались в один, пусть и не идеально чёткий.

"Достаточно," — сказал Ворон. — "Ты не можешь полностью исцелить его — слишком много было потеряно. Но ты вернула ему главное — целостность личности. Остальное придёт со временем."

Лада медленно, осторожно разорвала ментальный контакт, возвращаясь в своё тело. Открыв глаза, она увидела, что всё ещё стоит в пещере, касаясь лба Проклятого. Но внешность существа перед ней изменилась. Кожа стала более нормального, хоть и очень бледного оттенка. Глаза всё ещё светились, но теперь ровным, спокойным светом, а не хаотичными вспышками. И главное — больше не было того жуткого эффекта множественных образов, накладывающихся друг на друга.

— Святогор? — тихо позвала она, убирая руку.

Существо моргнуло, затем медленно поднялось на ноги. Его движения были всё ещё странными, но уже не рваными, не пропускающими фрагменты пространства.

— Ты… вернула меня, — голос Святогор тоже изменился — теперь это был голос одного человека, хотя и с металлическим резонансом, словно он говорил через пещерное эхо. — Как… как такое возможно?

Лада почувствовала внезапную слабость. Исцеление Проклятого потребовало колоссальных затрат энергии, и теперь реакция настигла её. Она пошатнулась, и если бы не Микола, подхвативший её за плечи, упала бы.

— Что ты сделала? — потрясённо спросила Ленна, переводя взгляд с Лады на преображённого Святогора.

— Я… помогла собрать его разум, — слабо ответила Лада. — Его зовут Святогор, он был Ходоком.

Ленна резко втянула воздух:

— Святогор? Проводник Великой Экспедиции? Но он исчез почти десять лет назад! Мы считали его погибшим.

— Почти погиб, — тихо ответил Святогор, рассматривая свои руки, всё ещё слишком длинные и тонкие для человеческих, но уже не искажающиеся при каждом движении. — Попал в темпоральный разрыв у границы Мёртвого Града. Разорвало… на кусочки. Не тело — душу.

Он посмотрел на Ладу с выражением благоговейного удивления:

— Ты собрала меня воедино, Говорящая. Я чувствую… ясность. Впервые за много лет я не вижу множество реальностей одновременно. Только эту.

Другие Проклятые приблизились, окружая Святогора. Они явно были взволнованы произошедшей трансформацией, их шёпот стал громче, движения — более возбуждёнными.

— Собери… собери… нас… тоже… — донеслось из их многоголосого хора.

Лада покачала головой:

— Я не могу… не сейчас. Это потребовало слишком много сил. И я не уверена, что смогу сделать это без помощи…

"Без моей помощи," — она не договорила, но мысленно поблагодарила Ворона. Где бы он ни был в пространстве Грани Миров, он услышал её зов и пришёл на помощь в критический момент.

Святогор понимающе кивнул и обратился к своим бывшим собратьям на странном языке — смеси обычной речи и каких-то щелкающих звуков. Проклятые отступили, хотя явно неохотно.

— Я объяснил им, что ты не всесильна, — сказал он, поворачиваясь к Ладе. — Они поняли… в своём роде. Расстроены, но согласны ждать.

— Ты помнишь, кем был? — осторожно спросил Кейн, всё ещё держа активированную перчатку наготове. — Своё прошлое? Свои знания?

— Да, — кивнул Святогор. — Не всё… есть пробелы. Но гораздо больше, чем раньше. Я помню, как стал Ходоком, как исследовал Пустоши, как вёл людей через аномалии. — Он посмотрел на Ленну: — Ты молода… не знала меня. Но, возможно, слышала о Великой Экспедиции?

— Конечно, — кивнула Ленна. — Попытка подробно картографировать Мёртвый Град, проникнуть в его центр. Закончилась катастрофой — из двадцати участников вернулись только трое, и те вскоре сошли с ума от увиденного.

— Я был руководителем, — просто сказал Святогор. — Мы почти добрались до цели — до Научного Центра № 7. Но что-то активировалось, когда мы приблизились. Система защиты или аномальный выброс — неясно. — Он перевёл взгляд на Ладу: — А теперь скажи, зачем ты и твои спутники идёте туда же? Что привело вас в эти проклятые места?

Лада коротко объяснила цель их путешествия — поиски Трансфазного Портала, чтобы вызволить Ворона и Ратибора из Грани Миров. Святогор внимательно слушал, время от времени кивая, а когда рассказ был закончен, долго молчал, словно переваривая информацию.

— Смелый план, — наконец сказал он. — Безумный, но смелый. Портал существует, я видел его — в последние моменты перед катастрофой. Огромное кольцо из металла, которого не существует больше нигде в мире, окружённое странными машинами и кристаллами. Но дойти до него…

Он покачал головой:

— Даже с опытным проводником шансы невелики. Мёртвый Град меняется, словно живое существо. Дорога, безопасная сегодня, завтра может стать смертельной ловушкой.

— Нам нужно попытаться, — твёрдо сказала Лада. — Мой учитель там, в Грани Миров, и с каждым днём он становится слабее.

Святогор посмотрел на неё долгим взглядом, затем медленно кивнул:

— Ты вернула меня из бездны безумия, Говорящая. Такой долг нельзя игнорировать. — Он выпрямился, и на мгновение в его позе проглянул тот опытный Ходок, которым он был когда-то: — Я проведу вас к Научному Центру № 7. Я знаю путь, которым не пользовались десятилетиями, но который может оказаться безопаснее известных маршрутов.

Ленна выглядела удивлённой:

— Ты действительно готов вернуться туда? После всего, что случилось?

Святогор грустно улыбнулся:

— Я уже пережил худшее, что может предложить Мёртвый Град. Что ещё он может сделать со мной? — Он посмотрел на Ладу: — А ей я обязан тем, что снова могу называть себя человеком, пусть и не полностью. Это стоит любого риска.

— Шторм утихает, — заметил Кейн, глядя на вход в пещеру, где фиолетовые молнии действительно стали реже, а кислотный дождь превратился в обычный. — Скоро мы сможем продолжить путь.

— Тебе нужно отдохнуть, — сказал Микола, обеспокоенно глядя на Ладу. — Ты бледная как смерть.

Лада действительно чувствовала себя истощённой. Исцеление Проклятого, да ещё с помощью ментального контакта с Вороном через Грань Миров, выжало её досуха. Но глубоко внутри она ощущала и нечто новое — словно её дар стал сильнее, глубже, словно она преодолела какой-то барьер в своём понимании Тьмы.

— Да, немного отдыха не помешает, — согласилась она, опускаясь на каменный выступ. — Но когда шторм закончится, мы должны двигаться дальше. Время работает против нас.

Святогор кивнул:

— Отдыхайте. А я подготовлю своих… бывших собратьев. Они не причинят вам вреда, но лучше объяснить им ситуацию на их языке.

Он отошёл к другим Проклятым, и вскоре до ушей Лады донеслись странные звуки их общения — смесь слов, щелчков, шёпота и жестов.

Пока остальные готовили еду и приводили в порядок промокшее снаряжение, Лада закрыла глаза, пытаясь восстановить силы. Но вместо отдыха она снова ощутила знакомое присутствие.

"Ты хорошо справилась, дитя," — голос Ворона звучал тише, чем во время кризиса, словно ему было труднее поддерживать связь. — "То, что ты сделала для Святогора, было актом истинной Говорящей — использование Тьмы не для разрушения, а для исцеления."

"Я не смогла бы без твоей помощи," — мысленно ответила Лада. — "Я почти потерялась там, в его разорванном сознании."

"Ты сильнее, чем думаешь," — в голосе Ворона слышалась гордость. — "Твоё сострадание — твоя сила, но также и твоя уязвимость. Помни об этом, когда достигнешь Мёртвого Града. Там тебя ждут испытания, к которым трудно подготовиться."

"Учитель," — Лада почувствовала, как связь слабеет, — "как ты? Держись, пожалуйста. Мы уже близко."

"Я… держусь," — голос становился всё тише. — "Но время истекает. Грань… поглощает. Ратибор уже… изменился. Будь осторожна с ним, если мы вернёмся. Он не тот, кем был."

"Что ты имеешь в виду?" — встревоженно спросила Лада, но ответом была лишь тишина. Связь прервалась.

Она открыла глаза и увидела, что Микола сидит рядом, протягивая ей флягу с водой и кусок вяленого мяса.

— Ты разговаривала во сне, — тихо сказал он. — Что-то о своём учителе. Всё в порядке?

Лада взяла флягу, благодарно кивнув:

— Да, просто… связь. Ворон смог достучаться до меня, помог с исцелением Святогора. Но это ослабило его. Нам нужно торопиться.

Микола понимающе кивнул, хотя в его глазах читалось беспокойство. За время путешествия он стал свидетелем стольких странных и пугающих вещей, что, казалось, ничто уже не могло его удивить. Но забота о Ладе оставалась его главным приоритетом, даже среди всех этих аномалий и ужасов.

За время их короткого разговора шторм окончательно утих. Ленна и Кейн уже собирали снаряжение, готовясь продолжить путь. Святогор закончил общение с Проклятыми и теперь сидел немного в стороне, словно привыкая к своему изменённому, но более человеческому состоянию.

— Мы готовы выдвигаться? — спросила Ленна, подходя к Ладе. — Святогор говорит, что знает короткий путь к Мёртвому Граду через систему пещер. Это рискованно, но может сэкономить нам день или два.

Лада кивнула, поднимаясь на ноги:

— Да, нам нужно торопиться. Ворон… он ослабевает. Я чувствую это.

И действительно, глубоко внутри она ощущала странное беспокойство, словно связь с учителем, установленная во время исцеления Святогора, не исчезла полностью, а трансформировалась в нечто вроде постоянного фона — тихого, но настойчивого напоминания о том, что время работает против них.

Они покинули пещеру, оставив Проклятых позади. Те долго стояли у входа, глядя им вслед своими странными, светящимися глазами — наполовину завистливо, наполовину с надеждой. Лада пообещала себе, что если выживет, если сумеет вернуть Ворона, то обязательно вернётся сюда, чтобы помочь и остальным.

Под руководством Святогора отряд двинулся по узкой, едва заметной тропе, петляющей между скал и странных металлических образований, похожих на искажённые статуи. Впереди, за пеленой тумана и дрожащего воздуха, уже виднелись очертания Мёртвого Града — руины небоскрёбов, странные структуры, словно растущие из земли, и над всем этим — слабое, зеленоватое свечение, пульсирующее в такт с каким-то невидимым сердцебиением.

Они были почти у цели. Но, как предупредил Ворон, самые трудные испытания ещё ждали их впереди.