Олег Марлинский Госпожа Ягишна

Жила-пила старуха Яга или более известная как госпожа Ягишна. Пьющая-препьющая. А уж до чего уродливая…

Одним бесстрастным апрельским утречком, пока она никакая ворочалась на полу и жутким храпом отпугивала препротивных крысюк, дотошно желающих полакомиться сладкой кротовухой – над её избушкой на курьих ножках с визгом пролетел неопознанный летающий объект и приземлился аккурат в ближайшей лесопосадке. Грохот, издаваемый падающим “нечто”, так прытко содрогнул спящую старуху, что она крикливо прикусила язык и стукнулась черепком о кофейный столик из черного граба, под которым, как раз таки утопившись в похмельной нежности предавалась дрёму.

– Создатель, что же это такое? – истерично простонала госпожа, ухватившись за набухшую шишку на левом участке обезображенного попойками лобика.

Не миновав усилий, Ягишна еле-еле выползла из-под столика. Вслед за этим, не жалея сил попыталась подняться и непоколебимо устоять на обеих ногах чуть больше двух минут, но стойкости хватило только для удержания стопки в руках при очередном “поцелуе с паркетом”, как она его называла.

Наконец, попрощавшись с нагретыми одним местом брусками, она в течение сколько-то минут понапрасну осмысливала своё географическое местонахождение, снова и снова осматривая избу по траектории в сто восемьдесят градусов. Под конец настройки навигатора, старуха почесала крючковатый нос и хрустнула согнувшейся окостенелой коленкой. И да, вышеизложенная информация важна для повествования.

Забираю слово “понапрасну” обратно в стойло, ведь госпожа Ягишна с не присущей ей скрупулезностью вернулась в состояние трезвости, вопреки шаткой вероятности подобного события. Она откровенней урагана изумилась тому, что в этот раз не очнулась посреди публичного дома пропахнувшего потом и пропитанного кое-чем вдобавок. Впоследствии чего, небрежно накинула на шитое-перешитое темечко кичку и трясущимися треморными культяпками осмелилась натянуть лапти на отмерзшие ноги, при этом уперевшись хмельным горбом в платяной шкаф.

– Ягучий случай! – вскрикнула старуха, попутно протерев наружней стороной ладони захмелевший лобешник и потратила ещё столько-то минут жизни чтобы распрямится, говоря иным словами, разгорбится или раскочегариться или бог знает что ещё.

Вот улитчатая улыбка освятила и её лицо. Что было дальше или почему так много отступлений, рассказывать очень интересно в кавычках, но для полноты истории всё же придётся.

Значиться-с, многострадальная госпожа Яга бегала-прыгала наводя марафет в салоне избушки на курьих ножках, тарахтела-бухтела на старость не в радость, визжала-пищала увидав остатки постаревших макарон с сыром, от которых исходило рвотное зловоние. “Наверное, так микробы отрыгиваются, кхм…”, усмешливо подумала вслух и сама не понимая как, оказалась возле холодильника с кружкой Эсмарха в кистях всё также дрожащих, но уже право имеющих.

Любой здравомыслящий человек, попав в подобную невратоприятную, но притягательную ситуацию, сделает очевидный правильный выбор, а запойная госпожа Ягишна, как примерный представитель такого подвида граждан, протянула кулак к этому выбору безсуетливо, не мешкая и без единой доли сомнения, лишь закинув под губу дольку кислотного лимончика на посошок. Крайнее, повторюсь, крайнее, но не последнее действие никогда и никому злом не оборачивалась, чего бы не утверждали врачи-проктологи.

– Вот теперь-то можно пойти и глянуть, что ж там такое загремело в лесу. – решительно-утвердительно произнесла Ягишна заплетающимся в немытые косы дребезжащим голосом.

Перед выходом на свет, старуха пару десятков раз проверила выключен ли утюг, затем ещё столько же раз, покряхтев и побухтев, заново разулась и в приступе обсессивно-компульсивного расстройства покрутила туда-сюда конфорку газовой плиты, после чего окончательно убедившись в том, что хата едва ли сгорит от приступа короткого замыкания – распахнула настежь дверь и шагнув вперед, покатилась колобком вниз по грязным треснутым порожкам.

Ровно пять минут назад, старуха пробыла в астральном измерении и пропустив второе пришествие, но зато пережив второе рождение вновь очухалась и произнесла привычные ей и всему миру два слова:

– Дерьмо случается.

Не торопясь побрела в сторону примерного на глаз расположения упавшего объекта, благо к звёздам из этого места тянулась сгустившаяся линия мраморно-серого дыма, потому и ориентир долго искать не пришлось. По дороге старуха перебиралась через всевозможные ямы да ухабы, разочек другой вспомнила сериал “Остаться в живых” и даже не на шутку испугалась, подумав что дым исходящий из места падения, может означать что-то неладное и опасное, но закончила размышления простецкой, но искрометной мыслью – нужно меньше злоупотреблять высокоградусными напитками и заняться самообразованием, а именно физикой и кораблестроением, она ведь так давно об этом мечтала. Да и курсы пройденные по молодости, покамест не совсем забылись.

– Ничего, то ли ещё будет. – обольстительно утвердила госпожа Ягишна, дабы успокоить блуждающий ум изувеченный клиповым мышлением. – Время на поучиться всегда найдется, а вот пропустить граненый – это да, испытание на прочность печени. Получается, я и сама своего рода учёная.

Закончив философские размышления наедине с собой, её телом овладела магия гордости и шаг так ускорился, что порой переходил на прыжки с покусыванием языка, но неудачно преодолев очередное бревно разлегшееся на пути, у неё вдруг скрутило живот, отчего полусонные бабочки судорожно полезли наружу. Соответственно, ей пришлось ненадолго отвлечься от пути тысячаликой старухи и впопыхах справить нужду, иначе продолжить движение стало бы непомерно затруднительно.

Подфартило, ведь неподалеку радостно расцветал астровый лопух. “Листочки такие мягкие, такие нежные и сочные, и …”, довольно рассуждала про себя старуха, чувствуя как с каждой секундой убавляются лишние килограммы нажитые неправомерным трудом. И зачем-то запела про какого-то Андрейку и что она, мол, не его лопушок.

Покинув расположение разбойничьей позы, старуха с наиболее открытым довольным видом, выбежала обратно на тропу к неопознанному объекту и прихрамывая продолжила нелегкий путь. Казалось, что до пункта назначения оставалось пару десятков аршин, самое главное – не совершить поворот не туда.

– Ой, да за пятилитровой баклахой в городок брести стократ тяжелее. Справляюсь и без самоката, то-то же. – воодушевленным тоном подытожила госпожа, устало обойдя крайнюю березку, за которой открывался впечатляющий вид на необъятное океанское поле, поросшее сплошь и рядом “специфичной пшеницей”.

Загрузка...