Эксперимент Лао

Глава 1

— Итан!

Его окликнули. Пришлось остановиться. Меньше всего ему сейчас хотелось говорить с собратом, которого считал своим самым близким человеком, хотя и не афишировал это. Их связь с Лао была невидима для прочих Первых. Они и между собой об этом не говорили, но оба видели друг друга насквозь. Слова лишнее, совсем лишнее, особенно сейчас.

Итан медленно повернулся и встретился глазами с подошедшим к нему мужчиной. Лао был старше на пару сотен лет, но выглядели все Первые одинаково — молодые, высокие, красивые.

— Лао, — Итан вопросительно приподнял брови и мягко улыбнулся.

Его друг опустил голову. Переминаясь с ноги на ногу, он начал теребить пуговицу на ярко-красной рубашке. Дурная привычка, по мнению Итана. Он искренне не понимал, как можно было за всю свою очень долгую жизнь не научиться контролировать эмоции. Но таков был Лао: эмоциональный, немного стеснительный, но рвение в работе проявлял колоссальное, за что его особенно ценили остальные.

— С тех пор, как ты... — начал Лао, подняв на Итана тёмные раскосые глаза, но Итан помотал головой, намекая, что стоит тщательнее выбирать слова, прежде чем продолжить. — С тех пор, как ты стал заниматься только этой работой, ты сохраняешь нейтралитет на голосованиях.

— Верно, — кивнул Итан.

Он стоял, заложив руки за спину, и терпеливо ждал продолжения, сверля Лао чёрными глазами. Лао под этим взглядом немного пасовал, особенно, когда красивое широкое лицо Итана становилось похоже на маску, а полные губы превращались в тонкую нить. Но раз уж решился на разговор, то стоило продолжать: быть может в будущем Итан станет его союзником на Совете, и Лао не придётся в одиночку отстаивать свою точку зрения.

— Мне кажется, ты мог бы хоть раз встать на защиту эксперимента. Я уверен, что многие переменили бы своё решение... Кара, например.

— Кару заботят только её эксперименты, на другие она плевать хотела, — усмехнулся Итан и провёл рукой по своим гладким чёрным волосам. Знак нетерпения.

— Но ведь есть ещё и Романи... и Дан. Они тебя уважают, доверяют тебе, — Лао запнулся и снова начал теребить пуговицу.

— Лао, они все мне доверяют, потому что я делаю за них всю грязную работу. И за тебя тоже, кстати. Я понимаю твои чувства, но Совет проголосовал — одиннадцать против одного. Это полный провал, — строго сказал Итан, будто перед ним стоял не взрослый мужчина, а маленький мальчик.

— Но они заслуживают второй шанс! — воскликнул Лао и упрямо мотнул головой так, что коса оказалась на плече. — Все заслуживают! Он давал нам не один шанс и тебе тоже! Ты забыл?

Итан покачал головой. Не забыл, но и вспоминать лишний раз не хотелось. Видя, что Итана тяготит этот разговор, Лао стушевался и промямлил:

— Извини, ты прав, конечно, прав... Ты делаешь эту работу. Не мы. Мы должны быть тебе благодарны... Им... Им ведь не будет больно?

— Буду с тобой откровенен: я не знаю. Мне нужно оценить на месте, с кем я имею дело. Да и планету нужно сохранить. Можно было, конечно, устроить большой взрыв, но... сам понимаешь, слишком мало мы их находим в последнее время.

— Да, конечно, — вздохнул Лао. — Всё хорошо, я всё понимаю.

Итан хлопнул друга по плечу в знак поддержки и, развернувшись, пошёл своей дорогой.

Белые стены коридора давили, и он поспешил разорвать пространство, чтобы поскорее покинуть Оло — Башню Первых — даже несмотря на то, что Первые старались не делать этого при аматийцах, коих в самый разгар дня там сновало предостаточно.

Вокруг заискрилась Вселенная, на миг поглотив его, и уже через мгновение он ступил на... солому.

Итан потоптался, приминая её подошвами своих белых мягких туфель, а затем огляделся. Справа стог сена, слева чёрные бревна какой-то постройки, прямо дорожка из грязи, выходящая, видимо, на улицу — спереди виделась бревенчатая изба. По размытой дороге пробежали мальчишки мал мала меньше, шлёпая по лужам и чёрной жиже босиком.

Позади раздался тоненький писк. Итан обернулся на источник неприятного звука. Перед ним стояла девочка лет девяти, чумазая, в потрёпанном старом платье, но Итан не смотрел на него, он смотрел в её бездонные синие глаза, слишком большие, для такой худенькой девчонки.

Он подмигнул ей и снова разорвал материю. На этот раз вышел на опушке леса. Здесь дождя не было и в помине. Цветы поднимались к солнцу, где-то в чаще ломались тонкие веточки, должно быть бегало зверьё, пели птицы. Тишина и покой, а главное, никого на сотни километров вокруг. Это место он приметил ещё когда изучал материалы по эксперименту. Красиво и тихо — то, что нужно, чтобы немного подумать и решить, куда дальше шагнуть.

Он активировал тагато-фесо-отаи, или попросту тагу, которая тонким браслетом лежала на его запястье. У каждого Первого тага имела свой неповторимый вид. Раньше он носил медальон на шее, но, когда на Амате вошли в моду таги в виде браслета, они ему приглянулись, и он создал для себя тонкое кольцо цвета серебра.

Тага приняла его импульс и показала информацию об эксперименте ЛА-987, раскинув перед Итаном голо-экран.

— Так... Что тут у нас...

Итан снова начал посылать импульсы, листая файлы — общая информация, основные даты, визуальный ряд. Он остановился на протоколе:

«Уровень развития цивилизации 13-14»

Немного, до технического прогресса, судя по всему, ещё далеко.

«Причина уничтожения: мировая война, голод, насилие, в масштабах всей цивилизации, групп склонных к дальнейшему развитию не обнаружено»

Тут ничего нового.

«Цель — сохранение планеты, пригодной для высшей формы жизни»

Ну как обычно.

Итан нахмурился. Он не одобрял подобную поспешность. Всё-таки 13-14 не тот уровень, чтобы нанести существенный вред планете. С другой стороны, Первые уже давно решили, что если цивилизация пошла не туда, куда надо, то нечего занимать чужое место.

Снова импульс. Тага показала изображение каких-то развалин. Итан деактивировал устройство, разорвал материю и шагнул во Вселенную. Через пару мгновений он оказался возле них.

Перед взором предстали груды камней, которые ещё недавно, согласно материалам, были частью крепостной стены. По центру возвышался полуразрушенный донжон, стены построек, обугленные балки торчали, как хребты страшных зверей. Итан поморщился, перепрыгнул с размокшей от дождя земли на плоский камень. Скептически посмотрел на белую обувь и штаны, заляпанные грязью, и снова активировал тагу. Приказал ей найти запись событий, которые произошли в этом месте. Съёмка с замаскированного спутника в высоком качестве могла дать ответы на оставшиеся вопросы.

Хотя вопросов у него и не было, но это часть работы: убедиться в том, что Совет поступает верно. Бессмысленно. Совет не ошибается. А ему лезть в это не с руки. Доверие Совета терять нельзя ни при каких обстоятельствах, а лишние вопросы могут вызвать подозрения. Вот за Лао следят, в этом он не сомневается. Ему тоже предлагали выудить информацию у друга, но Итан на это лишь усмехнулся — у него другая работа, и не надо ему отвлекаться на подковерные игры Первых.

Он включил запись. Ну да. Люди в железе и коже местных млекопитающих, конструкции похожие на метательные машины, несколько крылатых животных, выпускающих столбы огня по осаждённой крепости. Ручные. Итан одобрительно кивнул. Сколько он видел экспериментов, но таких опасных эндемиков не каждый мог приручить. Он сам называл всех, что с крыльями просто «птичками», не вдаваясь в подробности названий. Первые иногда давали, созданным ими существам совершенно немыслимые имена, и запоминать всё это Итану было бесполезно.

А «птички» на записи, разрушив крепость почти до основания, приземлились неподалёку, и им выдали по паре каких-то парнокопытных в качестве лакомства. На этом Итан послал импульс на тагу — дальше смотреть не имело смысла. Теперь ясно, почему Первые так быстро решили покончить с экспериментом: когда цивилизация начинала влиять на эндемиков и среду, используя её для уничтожения друг друга и достижений соседей, она считалась испорченной.

Итан ещё немного постоял, вдыхая сырой воздух, пахнувший чем-то сладковатым вперемешку с гарью, и подумал, что такие «птички» опасны и для Аматы, и хорошо, что Он не населил ими планету Первых.

Итан пролистал материалы и остановился на большом сером городе где-то на другом материке этой планеты. Он разорвал пространство и шагнул в грязный проулок. В сторону разбежались грызуны, возмущённо пища. Ему, конечно, приходилось бывать и не в таких местах, но каждый раз, когда видел грязь, убогость и помои, хотелось плюнуть на всё и оказаться на своей вилле, вызвать пару-тройку девушек, и забыть об экспериментах и грязной работе, которую он сам на себя возложил.

Итан вздохнул и вышел на улицу. Мимо проехала пара всадников на лошадях, справа у стены питейного заведения сидел нищий, глядя на Итана белёсыми водянистыми глазами. Увидев незнакомца в белых одеждах, оборванец потянул к нему свои дряблые в язвах руки. Итан на это не отреагировал, а пошёл вниз по улице. Прохожие удивлённо провожали его взглядами, тыкали пальцами, шептались. Некоторые спешили скрыться в домах, испугавшись странного человека.

Он шагал прямо, совершенный во всем. Не чета оборванцам, окружавшим его. Скоро с экспериментом будет покончено, но жалости к ним он не испытывал. У него не было сердца, вместо него чёрная дыра, размером со Вселенную. Во всяком случае, так говорили, а он и не пытался это опровергать. Дети, наверное, единственные существа, вызывавшие тоску, но не более того.

Маленькая девочка открыла перекосившуюся дверь и вышла на порог убогого дома, держа в руке корзинку с жухлой зеленью. Взгляд упал на высокого молодого мужчину в белых одеждах. Такого быть не могло! Даже у богачей не было столь изысканного и чистого платья! Корзинка упала, зелень рассыпалась по грязи. Из дома вышла толстая бабища и влепила девочке подзатыльник. Та только схватилась за голову, но от Итана взгляд не отвела. Баба уставилась на Первого, челюсть у неё отвисла, в глазах читался страх. Что-то в этом человеке пугало, отталкивало, заставляло колени дрожать.

Итан остановился рядом с ними и протянул руку ребёнку. Девочка нехотя подчинилась, и он повёл её дальше по улице.

— Истаме? — спросила она.

Итан активировал языковой адаптер на таге, благо Лао скрупулёзно собирал всю информацию по эксперименту. Голос искусственного интеллекта прозвучал к голове:

— Кто вы?

— Это неважно, — ответил он на местном языке, повторяя простые слова за ИИ. — Ты пойдёшь со мной. Здесь не место для хороших девочек.

— Откуда вы знаете, что я хорошая?

— Алоафи чувствует это.

— Что? — незнакомое слово напугало её не меньше, чем сам Итан.

— Сила, моя сила, — ответил он.

Девочка обернулась, не прекращая следовать за ним. Итан оставлял за собой шлейф из чёрной материи, не то дымка, не то ткань, которая появляясь там, где он ступал, струилась и впитывалась в землю, просачивалась в дома, проходя сквозь стены. Заползала в переулки и направлялась дальше захватывать город.

Итан разорвал материю, шагнул во Вселенную, крепко держа девочку, которая уже было дёрнулась в сторону. Они вышли на высоком холме, ступили в тёмную высокую траву. Ткань пространства за их спинами тут же закрыла разрыв.

Девочка ахнула. Внизу у подножья холма простирался город, в котором они только что были. Её родной город. Чернота расползалась по нему, захватывая всё больше и больше улиц, с юга она уже вышла за ворота, перекинулась через мост, отравила реку...

— Это будет быстро. Через пару десятков актов всё будет кончено. Идём, — он улыбнулся девочке, хотя понимал, что возможно приобрел в её лице своего злейшего врага.

— Они все умрут? — девочка не понимала, что происходит, но чувствовала, что чёрная дымка несёт только смерть.

— Только люди.

— Почему?

— Так решил Совет. Тебе объяснят это в твоём новом доме. Идём. Там тебя никто не будет обижать, — он мягко коснулся её волос.

Ребёнок послушно кивнул и вложил свою грязную ладошку ему в руку.

***

Лао сидел в кресле с высокой спинкой и, не мигая, смотрел на стену, куда тага проецировала конец эксперимента ЛА-987. Алоафи Итана поглотила почти всю планету, ещё немного, и она не оставит и следа от цивилизации, а затем Первый вернётся за частью свой силы, чтобы потом использовать её для уничтожения другого эксперимента.

Скоро, совсем скоро, по меркам Первых, планета очистится, придёт в себя и будет пригодна для нового эксперимента. Увидит ли это он сам, Лао сильно сомневался.

— Никак не пойму, почему ты так переживаешь? — раздался голос Итана за спиной.

— Понимаешь, просто молчишь. Делаешь вид, что тебе безразлично.

Итан подошёл к экрану и повернулся лицом к Лао. Как всегда в белом, но на этот раз на нём красовалась форма пилота аматийского флота. Он ответил на удивлённый взгляд Лао:

— Хочу прогуляться. На обратном пути заскочу за Алоафи.

— Как ты думаешь, Он бы одобрил то, что мы делаем? — уже более дружелюбно спросил Лао.

— Молчит, значит Его пока всё устраивает.

— Правила надо менять.

— Ты в меньшинстве, — хмыкнул Итан.

— Мы в меньшинстве, — Лао сделал акцент на слове «мы», и отключил тагу. Он сощурился, отчего его и без того узкие глаза превратились в щели, а чуть вытянутое лицо, вытянулось ещё больше.

Итану стало не по себе от этого взгляда.

— Когда-нибудь всё изменится, рано или поздно Он прекратит это, — прошептал Лао и разорвал пространство, не вставая с кресла.

Известный фокус, только прочие делали так для пущего эффекта, а Лао когда был зол. В том, что он зол Итан не сомневался. Хоть Первые и научились скрывать свои эмоции от простых людей, но друг от друга не скроешься, не спрячешься. За Лао следят. Долго ему осталось? Закария наверняка уже расставил ловушки, остаётся надеется, что Лао не дурак и знает, что делает.

***

— Итан! Рада тебя видеть! — полненькая хорошенькая женщина лет пятидесяти поспешила Итану навстречу. — Второй раз за двадцать актов! Да ты зачастил к нам.

Итан улыбнулся Лорин. Никак не мог поверить, что эта миловидная женщина, когда-то не вылезала из его постели. Жаль, что аматийцы не живут вечно.

— Я улетаю на пару сотен актов. Хотел спросить, как девочка?

— Она ещё немного замкнута, но так обычно бывает, ты же знаешь... Скоро адаптируется, у неё уже появилась подруга. Она миленькая и очень трудолюбивая, грустит конечно, но время лечит.

— Угу, если не живёшь рядом с убийцей твоей цивилизации, — покачал головой Итан. Он выхватил взглядом в толпе детей и подростков девочку, которую недавно привёл сюда. Она о чем-то беседовала с другим ребёнком, сидя на скамейке в саду. Лорин перехватила его взгляд и понимающе улыбнулась:

— Однажды ты привёл сюда мальчишку-подростка, а теперь он уже тридцать лет управляет твоей виллой. Разве он затаил злобу в сердце?

Итан покачал головой. Он знал, что злобой там и не пахнет, только бесконечная любовь и преданность.

— Спасибо Лорин, — улыбнулся он и разорвал материю.

Его ждала бесконечная Вселенная с мириадами звёзд, тайнами и загадками. Пусть Первые и жили уже слишком долго, но они не изучили и десятой части того, что Он создал.

Загрузка...