Безумный БигБосс 6 (БР-22)

Глава 542

Пока основная часть людской массы продвигается из трущоб прямо к району для богатых, по пути перекусывая в организованных для них местах отдыха, небольшие группы «бунтовщиков» отделяются от толпы и тайно перемещаются к другим контрольно-пропускным пунктам разделительного забора. Находящиеся на этих КПП артостцы не ожидают нападения из тыла, и земляне быстро захватывают один КПП за другим.

В скором времени многие ключевые оборонительные позиции разделительного забора оказываются под контролем землян. И замаскированные под местных полицейских земляне смыкают свои ряды, перекрывая путь оставшимся позади жителям трущоб. Те вынуждены вернуться домой или попытать счастья, ограбив кого-нибудь в трущобах. Однако, они не успевают ничего сделать перед тем, как их хватают «полицейские» и ведут на допрос.

— Брат, как ты думаешь, у нас будет больше еды? — спрашивает маленькая девочка лет четырех-пяти, стоящая позади десятилетнего мальчика у окна.

Оба ребенка жалко худые. Сквозь их тонкую кожу явственно проступают острые кости. Впрочем, щечки девочки все еще сохраняют детскую пухлость, а вот состояние ее брата куда более плачевно. Помимо крайней худобы на его лице заметна болезненная бледность при ненормально покрасневших щеках и шее, а на лбу и висках проступили бисеринки пота. Под глазами у него тяжелые мешки из-за многодневного недосыпа, а руки, ноги и плечи изобилуют новыми и старыми шрамами.

— Не думаю, — мальчик опасливо отстраняется от окна, увидев, как группа полицейских жестко хватает праздно разгуливающую группу нищих. У одного из полицейских будто бы имеются глаза на затылке, он бросает взгляд в сторону дома и даже этажа, на котором живут двое детей. — Слышишь? Уже никто не кричит… толпа либо уже ушла дальше, либо ее разогнали. На этот раз ублюдки из муниципалитета отреагировали слишком быстро. Это ненормально. Возможно, им на помощь пришли власти из других городов. Мы обречены…

— Я боюсь, брат… — жалостливо всхлипывает девочка.

— Не бойся, если кто-то попытается тебя обидеть, сначала им придется переступить через мой труп! — уверенно заявляет мальчик, однако, излишне активная речь почти лишает его сил. Зрение слегка темнеет, и ему приходится ухватиться за подоконник, чтобы не упасть.

— Не говори так, брат, я не хочу, чтобы ты умирал, — сестренка обреченно обнимает его за талию. — Пока ты будешь жить, я не буду бояться!

Не проходит и четверти часа, как дети слышат крики с первых этажей здания, а также громкие стуки в дверь и даже шум выламывания двери. Без электричества и даже керосиновых ламп ночью в трущобах делать нечего. Нет ни рева двигателей проезжающих мимо машин, ни бесконечного бубнежа десятков телевизоров, ни давящих на виски гулких басовых ударов или истерических завываний, раздающихся из акустических систем.

После ухода толпы трущобы погружаются в ненормальную тишину, которую нарушают только отдаленные крики митингующих и выстрелы, время от времени раздающиеся в районе для богатых. И в такой звенящей тишине тем страшнее звучат выкрики полицейских и шум выламываемых дверей. Люди, прибывшие для подавления восстания, не ограничиваются первым этажом. Они поднимаются выше.

Мальчик собирает остатки сил и отводит девочку в небольшую комнатку рядом с прихожей. Раньше это была гардеробная или кладовая. Девочка залезает в нечто похожее на ящик для обуви. Затем старший брат подходит к двери и дожидается, когда в его дверь постучат. Он быстро открывает замок, боясь промедлить. Если он не откроет дверь достаточно быстро, ее просто выломают.

С удивлением для себя за порогом он обнаруживает довольно красивую длинноволосую девушку лет шестнадцати-восемнадцати. Она одета в простой и сдержанный, но чистый и выглаженный костюм. В руках она держит папку с бумагами, через плечо перекинута сумка. Глядя на ее чистое лицо и блестящие роскошью волосы, мальчик думает, что эта девушка — одна из дочерей высокопоставленного чиновника.

В противном случае она бы не участвовала в подавлении восстания, а сопровождала бы какого-нибудь старика в постели. Он переводит взгляд на парочку мордоворотов, сопровождающих девицу, и убеждается в своем наблюдении. В глубине его глаз разгорается ненависть. Затем он в бессилии разжимает бессознательно сжатый кулак.

Позади вооруженных огнестрельным оружием телохранителей стоит довольно молодой парень с рюкзаком за спиной. Из рюкзака торчит стальная труба, к концу которой прикреплен газовый фонарь. Яркое пятно света, словно лампочка висит над головой парня и освещает коридор и прихожую квартиры.

В руках незнакомца еще один фонарь похожей конструкции, который испускает направленный свет. Свет обоих фонарей гораздо ярче, чем у керосиновых ламп. Он почти такой же яркий, как электрический. Пятый человек в команде — худощавый подросток в повседневной одежде.

— Как тебя зовут? — спрашивает девушка, приготовившись записывать ответы. — Имя и фамилия.

— Лэйт Конора, — тяжело дыша, отвечает мальчик.

И тут девушка действует неожиданным для Лэйта образом. Записав его имя, она резко поднимает руку и прикладывает ее ко лбу мальчика. Тот из-за болезни он не успевает вовремя отреагировать и защитить себя.

— У него жар, — произносит длинноволосая брюнетка, повернувшись к подростку. — Позови бригаду парамедиков.

Подросток кивает и бежит к лестнице. Люди в рабочей униформе в это время развешивают газовые фонари в коридоре и на лестнице, поэтому подростку не нужен отдельный фонарь.

Девушка мягко отстраняет Лэйта в сторону и один из мордоворотов, взяв фонарь у сопровождающего парня, проходит в квартиру. Всего за несколько секунд он грубо осматривает помещение, затем отрицательно мотает головой командиру группы.

— Ты здесь один? — спрашивает девушка.

— Да! — утвердительно отвечает мальчик.

Затем брюнетка поворачивается к парню с рюкзаком. Тот вытаскивает из него бутылку воды и небольшую шоколадку и передает Лэйту. Мальчик вопросительно смотрит на брюнетку.

— Ешь, — командует девушка. — Мне еще нужно, чтобы ты ответил на вопросы.

Пока ребенок подвергается допросу, телохранитель с фонарем тщательно обыскивает квартиру. Наконец, он открывает дверцу шкафчика для обуви.

— Нет! — вскрикивает Лэйт и бросается на мужчину.

Однако, его коллега реагирует быстрее и хватает мальчика за шкирку. В шкафчике младшая сестра со страхом смотрит на незнакомцев. Длинноволосая девушка подходит к ней и садится на корточки.

— Привет! — говорит она, мягко улыбаясь. — Как тебя зовут?

— Л… Лэя… — едва слышно бормочет девочка.

— Привет, Лэя, — все еще улыбается брюнетка. — А меня зовут Ания. Будем знакомы! Знаешь, так неудобно разговаривать, может быть, ты вылезешь из шкафа, и мы поболтаем? Я за это дам тебе шоколадку.

— Правда⁈ — удивленно переспрашивает девочка.

Уровень страха в ее взгляде падает, и появляется предвкушение.

— Конечно! — обещает Ания.

В это время Лэйт в прихожей яростно сопротивляется и пытается отговорить сестру, но мускулистый мужчина крепко удерживает его на месте, довольно нежно зажав рот. В действительности этот телохранитель кажется мальчику нерушимой скалой. Он не двигается ни на миллиметр, независимо от попыток Лэйта. Словно каменный истукан. У мальчика зарождается подозрение, охранник девушки, должно быть, легко толкнет грузовик при желании. Эта Ания абсолютно точно принадлежит к высшему эшелону местной власти. Что будет с его сестрой, если она попадет в руки этих людей?

Меж тем, Лэя выбирается из своего укрытия и получает обещанную шоколадку. Ания проводит стандартный опрос. В это время прибывают парамедики, и один из них засовывает ртутный термометр подмышку обессилевшего и прекратившего сопротивление Лэйта. Так или иначе, они с сестрой уже обречены. И его бахвальство больше не имеет значения. Эти люди способны увести его сестру без боя. Даже он сам, скорее всего, окажется в плену. В некотором горячечном бреду мальчик усиленно размышляет о том, как бы воспользоваться ситуацией, и что ему нужно сделать, чтобы воссоединиться с сестрой, когда их отвезут на новое место.

Ания все еще опрашивает девочку, медленно поедающую шоколадку и с интересом наблюдающую за суетой в прихожей. Эта старшая сестра сообщила, что ее брату оказывают медицинскую помощь. Что такое медицинская помощь, девочка еще не совсем понимает, но знает, что это должно быть хорошо. Проверив температуру, медбрат делает Лэйту укол. Вскоре обоих детей уводят.

Похожая ситуация повторяется и в других квартирах. Даже на других этажах и в соседних зданиях. Детей, оставленных без присмотра, отводят в приготовленное для них место. На внутренней части двери предусмотрительно приклеивают записку, в которой написано, где родители или родственники могут найти своих детей по возвращении, где бы они не находились в данный момент. Записка напечатана люминесцентными чернилами, поэтому даже в темноте ее легко прочитать.

В то же самое время, если республиканцы находят в трущобах более или менее крепких мужчин, в особенности, если у них есть татуировки или другие опознавательные знаки, наводящие на подозрение в принадлежности к преступной группировке, их заковывают в наручники и препровождают в лагерь временного содержания на допрос и дальнейшее распределение. Та же участь ожидает прилично одетых и выглядящих здоровыми и ухоженными женщин. Для района трущоб их внешний вид крайне ненормален. И есть вероятность, что за их спиной также стоят члены банды.

Простых же гражданских только опрашивают, а также снабжают их небольшим количеством пищи и парой бутылок воды. При необходимости им оказывают медицинскую помощь. В особенности эта помощь необходима тем, кто потерял подвижность из-за того, что их конечности отказали под воздействием запрещающей магии демосов. Многие артостцы и другие утопианцы умерли в первые часы или дни после вторжения из-за того, что отказали их электронные внутренние органы.

Есть также те, кто ослепли, когда их искусственные глаза перестали работать. А большинство проблем связано с отказом одной или нескольких конечностей. Раньше они были преимуществом, позволяя богатым людям становиться сильнее и быстрее обычных сограждан. С преимуществом в силе, скорости и защите они без проблем могли запугивать остальных. Конечно, высококачественные искусственные конечности были доступны только богатым и влиятельным. И большинство из них жили в столице страны. В небольшом провинциальном городе их было не так уж много.

И большинство из тех, у кого искусственными оказались только конечности или другие органы, напрямую не отвечающие за жизнедеятельность организма, скончались из-за голода или побоев в первые недели после вторжения, не сумев обеспечить себя пропитанием или защититься от других жителей города. Многие из них даже не смогли подняться с того места, на котором упали, когда их искусственные ноги пришли в негодность. Выжить смогли только те, о ком позаботились родственники или сердобольные горожане.

Помимо некоторых квартир, в которых обнаружили таких вот недееспособных артостцев, земляне берут под контроль несколько хосписов, где находится основная масса жителей, внезапно ставших инвалидами. Некоторые из этих хосписов продолжали существовать, благодаря пожертвованиям неравнодушных горожан. Также некоторые обитатели хосписов находились в них на платной основе.

Уход за ними оплачивали работающие снаружи родственники или друзья. Но некоторые хосписы оказываются зловещими. Они сохраняли жизнь своим жильцам только для того, чтобы оказывать богатым горожаном услуги специфического рода. И желающих пощекотать нервишки богатеев было немало. Так как такого рода деятельность казалась местным власть имущим слишком аморальной даже для постапокалиптического города, подобного рода хосписы не позволили создать в элитном районе или в районе для рабочих, чтобы не вызывать общественный гнев. Они тайно работали в трущобах, почти на стыке с районом для рабочих.

Ранее снабдившие себя имплантами, искусственными органами и конечностями были богатейшими представителями общества. Они были практически на вершине мира. Тем, кто управлял остальными и взирал на них сверху вниз. В основном, конечно, то были старики и люди предпенсионного возраста. Некоторые из них годами копили средства на импланты. Либо им помогали в приобретении дети, желающие облегчить жизнь пожилым родителям.

Детям и подросткам реже устанавливали импланты из медицинских соображений. Но некоторые богатейшие семьи обходили эти ограничения, так как могли себе позволить дополнительные расходы. Но мир изменился, эпоха прежних властителей прошла, и теперь они оказались вынуждены рассчитывать на помощь ранее бедных родственников, друзей и слуг, а также благотворителей.

Однако, некоторые слуги взбунтовались, когда их хозяева утратили дееспособность. В ходе предварительных опросов обитателей хосписа обнаруживаются несколько человек из семьи Сота. И те рассказывают о том, что случилось в первые дни вторжения демосов. На самом деле, Октав Сота вообще не принадлежит их семье. У него в действительности даже другая фамилия.

Тогда Окта был всего лишь садовником в одной из богатейших семей города. Когда импланты и конечности членов семьи начали отказывать, и то же самое происходило даже с охранниками семьи, этот старый и тщедушный садовник возглавил несколько предателей из числа слуг. Вместе они избавились от тех, кто еще сохранял верность своим начальникам, и взяли под контроль всю семью, а также ее оружие и активы.

Октав проявил хитрость и пошел дальше. Он нашел на улице несколько бродяг и подкупил их. С их помощью он убил или пленил бывших товарищей. Таким образом, все активы семьи теперь принадлежали только ему одному. С помощью пыток и психологического насилия он выудил из членов семьи Сота всю необходимую информацию, включая шифр сейфа и местонахождение тайников. Впоследствии он избавился от некоторых важных членов семьи, а незначительных, в основном, молодежь, просто бросил в хоспис, позволяя им жить и тем самым проявив благородство.

С активами богатой семьи и группой недавно завербованных подчиненных Октав Сота стал одним из видных представителей нового поколения правителей города. Вместе с тем, конечно, его навыки, способности и образование несопоставимы с реальными представителями богатого рода на протяжении нескольких поколений. И иногда он приходил в хоспис для получения у остатков семьи советов по управлению.

Подобное происходило не только в семье Сота. Ни один из нынешних городских чиновников не принадлежит к представителям прежней знати. Бывшие правители пали настолько низко, насколько это возможно. Даже если им удалось сохранить жизнь, им пришлось пройти через тонны издевательств и унижений. Для многих это оказалось тем, что сложно выдержать. Однако, есть и те, кто продолжил цепляться за жизнь в надежде на светлое завтра. И это завтра для них наступило.

Всех людей, ставших инвалидами, а также ухаживающих за ними родственников земляне незамедлительно отправляют к тоннелю и вывозят за пределы города, затем отправляют на базу землян. Где им окажут профессиональную медицинскую и психологическую помощь. Конечно, не обойдется без опросов и допросов. Если среди них обнаружатся преступники, совершившие тяжкие преступления, их казнят на месте. С остальными же поступят справедливо.

За большинством будут временно ухаживать, пока запрещающая магия на планете не исчезнет, тогда их обеспечат новыми конечностями. А представляющих ценность специалистов переведут на подземную базу, где влияние запрещающей магии почти неощутимо, и там они получат необходимые импланты. Некоторых даже отправят на Землю, где они смогут получить не только механические конечности, но и искусственно выращенные биологические. Хотя и не такие сильные, как прежние.