Безумный БигБосс 6 (БР-22)

Глава 553

Закончив первую часть, он несколько раз глубоко дышит, тщательно прокручивая в своей голове порядок действий. После чего открывает защитный бокс и быстрыми, решительными движениями вынимает из него новую коробку с электронной начинкой, аккуратно вставляет в корпус дрона и стремительно, но планомерно подсоединяет все детали. Проводит последнюю проверку по бумажному чек-листу, непременно ставя галочки напротив каждого в точности выполненного пункта, и закрывает крышку.

Вынутую коробочку оператор возвращает в бокс. Он вынимает губку из нагрудного кармана и стирает надпись на специальной пластине дрона. Сверяет время по механическим кварцевым часам и записывает черным маркером новое время и дату на пластине. Даже если его ранят, или он отправится на отдых, коллега будет точно знать, когда провести следующую замену управляющей начинки.

Весь ремонт с момента въезда дрона в контейнер и выезда из него занимает не более четверти часа. Затем логисты забирают бокс с отработавшей свое коробкой, и ту увозят обратно на спецтранспорте. На главной базе устройство разбирают и проверяют целостность — месторасположение и степень повреждения наиболее испорченных деталей. Если данные внутри все еще целы, их извлекают для изучения и создания еще более умного и эффективного ИИ.

В трущобах настолько заморачиваться не нужно было, да, и самоходных дронов могли бы увидеть со стены. И земляне только прибывали в город, не было ни подходящей инфраструктуры, ни достаточного количества персонала. Теперь стену прибрали к рукам, район для рабочих обширнее, чем трущобы, и логисты создали несколько промежуточных баз. Использование наземных дронов стало возможным.

Зачистка захваченных кварталов проходит в ускоренном режиме. Команды переписи населения работают грубо, но быстро и эффективно. В течении дня им не нужно таскать с собой дополнительное осветительное оборудование, и свободных сотрудников больше. Обыск домов и квартир также проходит быстрее. К тому же, жители района для рабочих живут более рассредоточено, и в квартирах не так много жильцов.

По стандартной процедуре, потенциальных или подтвержденных преступников вылавливают и отправляют на допрос. Также по обрывкам информации от других рабочих или полагаясь на личное мнение анкетеров, республиканцы находят высококвалифицированных техников или инженеров, ученых и исследователей. Эти ценные кадры вместе с членами семей, если таковые живы, отправляют через тоннель за пределы города, а потом на главную базу землян.

Вторым эшелоном ищут тех, кто потерял подвижность и работоспособность из-за отказа конечностей или глаз. Их также отправляют на базу вместе с членами семьи. Разумеется, это только в том случае, если члены семьи не совершили никаких преступлений. К преступникам у Республики нулевая толерантность даже на Земле, что уж говорить про Утопию, где землянам нужно действовать максимально быстро и эффективно, пока миссия в активной фазе. Большой Босс не знает, что учудит Цивилизация Механоида в следующую минуту, и как могут измениться правила. Лишний раз с местными никто сюсюкаться не собирается. До очередной вселеннской войны всего несколько десятилетий, а ничего еще толком не сделано.

В подконтрольной области остаются только обычные гражданские, не сделавшие ничего плохого и не представляющие для землян никакого интереса. По ходу проведения переписи местных снова перемещают из здания в здание, хотя тщательная дезинфекция в новых квартирах проводится только выборочно. Одновременно прибывает служба гуманитарной помощи. Ее сотрудники раздают оставшимся местным крупу, консервы, сухпайти, бутилированную воду, газовые горелки для приготовления пищи и керосиновые лампы.

В каждом квартале открывается общественная баня, в которую можно попасть по купонам. Желающие могут принять душ до или после переезда. Для большинства местных это похоже на общественный праздник. Изменения в выражении их лиц очевидны. В глазах многих загорается надежда. Да, их жизнь сейчас не так хороша, каковой была до пришествия демосов, однако, она стала лучше, чем в последние пару месяцев.

Снятых со стены солдат также перераспределяют и допрашивают. Преступников с тяжкими грехами за душой казнят на месте, и их трупы для устрашения вывешивают за пределами гауптвахты в районе военных или исправительного лагеря в трущобах. Тех, кто совершил преступления средней тяжести, вывозят на базу землян, где они будут долго отбывать наказание. В окружении солдат Республики и при наличии видеонаблюдения с искусственным интеллектом, сбежать у них вряд ли получится.

Тех же, кто совершил легкие проступки в состоянии аффекта или под давлением отправляют в местный исправительный лагерь, который они покинут через несколько недель или месяцев исправительных работ. Если нет доказательств в совершении преступления, но интервьюер сомневается в характере человека, его отправляют в лагерь временного содержания. Впоследствии всеми, кто здесь находится, займутся профессиональные следователи, от которых невозможно скрыть даже кражу чупа-чупса у соседа по парте в школе.

В исправительном лагере в трущобах и на гауптвахте происходит много пертурбаций. Многих несправедливо обвиненных уже выпустили из тюрьмы. Часть из них попала в полевой госпиталь для лечения и восстановления, а другую расселили в районе трущоб. Многих реальных преступников казнили и еще часть отправили в лагерь землян. Поэтому в исправительном лагере оказалось довольно много свободного места для принятия новых заключенных. Более того, земляне начали укреплять и расширять исправительный лагерь и тюрьму, готовясь к большой волне заключенных.

Чиновникам и богачам не удается договориться с мятежными солдатами. Да, и в последние дни они потеряли много подчиненных. Поэтому местные власти побоялись атаковать захваченную «повстанцами» территорию района для рабочих. Никто не помешал землянам провести полную чистку района трущоб, промышленной зоны, городского парка и стены. Затем захватчики сосредотачивают внимание на районе для рабочих.

С наступлением ночи активность землян не прекращается, а только растет. Под прикрытием темноты бойцы Республики захватывают ключевые точки сообщения между городской стеной и районом для военных. Эти несколько точек принадлежат разным фракциям, но их командиры за два дня обсуждений и суеты порядком устали. Завершив консолидацию власти каждый на собственной территории, лидеры мятежников отправляются на покой, оставив непосредственное наблюдение своим ближайшим подчиненным.

Захват этих точек не оставляет кругов на воде. Затем земляне совершают полномасштабную атаку на защитную стену, контроль над которой получили три разные фракции. Захват стены проходит еще быстрее и эффективнее, чем днем ранее. Новоиспеченные военачальники проявили бдительность и расставили своих людей таким образом, чтобы защититься от других фракций.

Вместе с тем, на других участках осталось еще меньше людей, чем раньше. Спецназ Республики без проблем поднялся на стену сразу во многих точках. В штабные комнаты запустили бесцветный и не имеющий запаха усыпляющий газ. И сами командиры, и их замы уснули еще до того, как поняли, что что-то не так.

Хотя они и завербовали много приспешников в течении дня, на это ушло много времени. И с приближением ночи им не хватило часов в сутках для проведения полноценного собрания и выстраивания вертикали власти. Мятежные солдаты под их началом, хотя и знают, к какой фракции они присоединились, не знают всех командиров в лицо. Многие даже не видели лично самого главного лидера.

Таким образом, республиканцы пользуются отсутствием субординации во фракциях мятежников и не знанием солдат офицерского состава. Притворившись вышестоящими начальниками или посыльными оных, завербованные артостцы вызывают солдат в штаб по одному или группами. Внутри их быстро пленяют и усыпляют. И все это происходит достаточно быстро в первой половине ночи.

В отличие от предыдущего дня, на этот раз захват защитной стены происходит максимально тихо, и остальные командиры продолжают блаженно спать в центре своих территорий. Только после полуночи, когда группы солдат прибыли на позиции, чтобы сменить своих товарищей, они обнаруживают, что ключевые точки захвачены неизвестными людьми. Ночь еще не прошла, а новоиспеченных начальникам приходится вскакивать с постели.

Всполошившиеся мятежные лидеры прибывают к городской стене для выяснения ситуации и для ведения переговоров, при необходимости. И они ошарашенно узнают, что стена теперь принадлежит новой силе. А именно — повстанцам из района трущоб. Усыпленных ранее командиров и приближенных к ним солдат выносят на носилках и аккуратно передают товарищам. Однако, все обычные солдаты, оставшиеся на стене, временно переходят в подчинение повстанцам. Их передадут завтра, если солдаты захотят уйти.

Однако, теперь мятежные лидеры ясно понимают, что им предстоит сделать выбор в ближайшие дни. Продолжать руководить районом для военных, добровольно перейти на сторону конкурирующих повстанцев или вернуться под власть местного муниципалитета. Естественно, многие не решаются на активные действия. Ведь куда ни кинь — всюду клин. На самом деле, со стороны кажется, что любой выбор будет плохим. Поэтому мятежные военные, от лидеров до простых солдат, на в нерешительности возвращаются обратно, чтобы обсудить дальнейшие действия.

Пользуясь их неуверенностью земляне и завербованные артостцы продолжают укреплять свои позиции на гауптвахте и в зоне бараков. Патрулирующие солдаты исчезают целыми группами, и даже некоторые бараки переходят из рук в руки. Однако, из-за отсутствия грамотной организации лидеры восстания, даже если и замечают неладное, вынуждены временно игнорировать сигналы, зажав нос. Они все еще не определились с тем, как дальше быть, и у них нет ни энергии, ни времени, ни способностей быстро отреагировать на изменения в окружающей среде.

В действительности у них не так много власти и влияния на простых солдат. Если кто-то неожиданно сходит с маршрута патрулирования и отправляется спать, новоиспеченные офицеры ничего не могут с этим сделать. Не расстреливать же уклоняющихся от обязанностей солдат на месте?

Даже посадить их под замок не получится, ведь с нынешним лидером гауптвахты трудно договориться. Отправить то солдат можно, но где гарантия, что их получится вернуть обратно? Таким образом, офицеры вынуждены терпеть халатное отношение подчиненных солдат к патрулированию и караулу.

Наступает утро, а воз и ныне там. Район для рабочих с одного торца уже принадлежит землянам. На другом торце находится городской парк, который также подконтролен последователям Макса. Позади трущобы, занятые повстанцами. И значительная часть разделительной стены с элитным районом также занята землянами. Более того, в районе для богатых продолжают блуждать неуловимые бунтовщики, которых местная охрана никак не может выкурить. Даже многие захваченные здания все еще принадлежат мятежникам.

Значительно потерявшие в численности полицейские участки района для рабочих в панике. Приказы от начальства не поступают. Посыльные с жалобами уходят и не возвращаются. Соседние участки находятся в тех же непонятках, что и они сами. Они вынуждены сосредоточить оборону исключительно вокруг здания полицейского участка, даже носа не показывая наружу.

Республиканцы спокойно продолжают захват и зачистку района для рабочих при свете дня. Они продвигаются с двух торцов района, двигаясь к центру. В то же самое время, происходит захват оставшихся КПП разделительной стены элитного района. Замененных патрулирующих команд в элитном районе достаточно, чтобы при необходимости изолировать от посторонних лиц небольшой квартал или его часть. В отсутствии наблюдателей, республиканцы атакуют КПП и с фронта, и с тыла, не оставляя и шанса обороняющимся. Все происходит без сучка и без задоринки.

В районе для военных лидер гауптвахты объявляет, что присоединился к мятежникам из трущоб. Его поддерживают несколько малых лидеров, взявших на себя бараки. Совместно они проводят разделительную линию между собой и оставшейся частью восставших солдат. При этом они соблазняют «товарищей» по ту сторону едой и алкоголем. Естественно, многие солдаты воодушевленно меняют свой лагерь. Но едва они попадают внутрь отделенной территории, их разоружают и ведут на допрос. Дальнейшая судьба плененных будет ясна после допроса.

Совсем недавно самоназначенные военачальники даже не успели согреть офицерское кресло под своими задницами, когда на их власть кто-то покушается. И они не хотят так легко отдавать свою позицию, территорию и сподвижников. Мятежные лидеры находят военную технику или наскоро делают небольшую трибуну и поднимаются на нее.

Они произносят горячие речи и мотивируют своих подчиненных не вестись так легко на пустые обещания бунтовщиков из трущоб. Их лидеров никто не знает, не получится ли так, что солдаты променяют шило на мыло? Новые городские власти могут стать точно такими же, как прежние, а произносящие речь военачальники на виду у всех. Они поднялись из числа солдат, естественно, им больше доверия. После этих речей многие остаются при своей фракции.

Охранники элитного района замечают суету среди военных и предпринимают несколько нападений. Однако, им дают отпор не только мятежные солдаты, но и республиканцы, взявшие на себя часть обороны. Все их атаки обречены на провал. Совместная оборона снижает градус накала между двумя конкурирующими группировками повстанцев. Восставшие из трущоб по просьбе военных присылают немного еды и питьевой воды, что успокаивает мятежных солдат и их командиров.

Еще одна ночь проходит в относительном спокойствии. Чиновники и олигархи чувствуют себя весьма неуютно, как рыба на разделочной доске. Они отдают хаотичные и противоречивые команды своим подчиненным, но те, по сути, уже ничего не могут сделать. Все их люди либо возвращаются ни с чем, либо вовсе не возвращаются. Что с ними сталось, никто понятия не имеет.

К утру следующего дня последователи Макса захватывают все полицейские участки района для рабочих и всю разделительную стену элитного района. Чиновники ничего не могут сделать. Они даже сбежать не могут, так как все вокруг контролируется мятежниками. Кто-то пытается сбежать за пределы города через канализацию, но на выходе их ловят земляне. Городская стена уже полностью занята. И даже снаружи выстроена мощная оборона, предотвращающая нападение демосов. Бежать некуда.

Однако, местные власти все еще пребывают в неведении относительно того, кому теперь принадлежит город. Неизвестные, несмотря на решительные действия, в общении ведут себя достаточно благосклонно. Но переговоры несколько раз заходят в тупик из-за разногласий по ключевым вопросам.

Весь день республиканцы занимаются районом для рабочих, проверяя здание за зданием, никого не оставляя позади. Местные банды и управляющие различными заведениями думают, что просто власть перешла из рук в руки. Такой вывод можно сделать из речей многочисленных агитаторов, ходящих по улицам и кричащих в мегафон о смене власти.

Под личную гарантию агитаторы обещают сохранить жизнь тем, кто сдастся добровольно. И члены банд, как и их лидеры, действительно сдаются. Они еще не видели того, что произошло с преступниками в трущобах, и не знают, что раздавая личные гарантии, агитаторы называют фальшивые имена. Такая гарантия и яйца выеденного не стоит. Естественно, тем, кто не совершал тяжких преступлений, насилия и зверств, действительно сохранят жизнь. Перепись в районе для рабочих идет ударными темпами.