Безумный БигБосс 6 (БР-22)

Глава 548

Утопия-3. Правительственный город Артоста

На недееспособных жителях города эвакуация не заканчивается. Следом за ними эвакуируют одиноких и находящихся в явно плачевном состоянии женщин и стариков, а также детей-сирот. Часть из них перемещают сразу на главную базу землян. Другие же, кто еще надеется найти родственников или знакомых, переезжают в специально организованный для них лагерь.

Семьи также переезжают на новое место, разумеется, предварительно получив компенсацию за переезд. Для них подготавливают дома ближе к району для рабочих. Перед заселением новых жильцов, каждую квартиру тщательно проверяют, чистят и стерилизуют. Весь дом проходит через процедуру дезинфекции, чтобы избавить его от тараканов и крыс. Систему водоснабжения в домах меняют или восстанавливают.

В некоторых квартирах даже находят старые трупы или части тел. В час Х многие утопианцы ушли тихо и мирно, не предупредив об этом своих соседей. И если их квартиры никто не занял к этому моменту, то тело остается на месте, чаще всего. Логисты Республики также вывозят все, что осталось в квартирах ранее. То, что нельзя или нет необходимости перемещать быстро, например, кухонный гарнитур, раковины и унитазы, просто основательно намывают.

Постельное белье и одежду сортируют по уровню чистоты и качеству материала, затем отправляют на склады. С мебелью и электроникой происходит то же самое. Непригодную для использования мебель отправляют в промышленную зону на дальнейшую переработку. Остальное также сортируют. Электронику сразу вывозят на базу землян, где ей займутся местные сотрудники.

Инженеры с Земли выбирают из полученной электроники хорошо сохранившиеся образцы не числящейся в каталоге техники. Даже если это один и тот же гаджет, если он произведен другой компанией или модель/год выпуска отличаются, есть смысл разобрать гаджет и изучить содержимое. Остальное попадает в перерабатывающие цеха, где гаджеты разбирают вручную, а детали сортируют. Отдельные части отправляют на дальнейшую переработку или переплавку в зависимости от нужд базы. В процессе остается крайне мало отходов.

Пригодную к использованию мебель, не представляющую особой ценности, чистят и (или) перекрашивают. Затем передают в пользование переехавшим жителям трущоб. Жителей трущоб также сначала кормят. Им дают возможность помыться в палатках, выдают новую одежду, нижнее белье и постельное белье. После медицинского осмотра они получают ключи от новых квартир, которые к этому моменту уже достаточно чистые для нормальной жизни.

Все это похоже на сказку для жителей трущоб. Они удивлены и обескуражены. Подавляющее большинство не принимало душ уже несколько месяцев. Многие умывались в последний раз более недели назад. Хотя новая жизнь, которую они получили, не идет ни в какое сравнение с тем, как местные жили до пришествия демосов, по сравнению с существованием последних дней, новая жизнь похожа на рай.

Естественно, все это связывают с поднявшимся бунтом, но никто не смеет на данный момент предъявлять новые условия, так как им неизвестно, что стало с ушедшими в центр города бунтовщиками. Те так и не вернулись, и время от времени из района для богатых слышатся звуки стрельбы. Перестрелка ли это или казнь путем расстрела на месте, никто не знает. В таких условиях оставшиеся, которые и так не особо социально активны, не смеют рисковать.

Случайный местный солдат со стены видит постоянную суету внизу. Однако, там нет ни особого шума, ни криков и лозунгов. Лишь изредка можно услышать несколько выстрелов. Это уже не похоже на бунт, а больше — на разбор полетов после его подавления. Во всей этой суете и постоянных перемещений больших и малых групп людей, наблюдатели не замечают, что окраинные дома либо оставлены пустыми, либо в них закрепились земляне. Многочисленные стрелки и снайперы тайно нацеливают оружие на городскую стену.

«Откушенный» тонкий бублик района трущоб, часть круга которого занят с одной стороны военной частью, а с другой — промышленной зоной окружен со всех сторон защитной стеной. И больше половины этой стены все еще находится во власти офицеров, назначенных муниципалитетом. Спуск со стены в районе для военных и промышленной зоне заблокирован повстанцами, либо эта часть стены принадлежит бунтовщикам. Поэтому «легитимные» силы могут только спуститься в других местах и добраться до центра города через трущобы.

Движение нескольких групп вестовых, посланных легитимными офицерами, не избежало взгляда республиканцев. В первых группах, отправленных в центр города, всего по два-три человека. Они могли бы объединиться, создав единый конвой, однако, армейские руководители поставлены на стену не централизованно. Вместо этого, офицеры поодиночке или малыми альянсами сотрудничали с местными олигархами и чиновниками, образовав относительно хаотическую среду среди военных.

Помимо прояснения общей ситуации, отправленные в центр группы должны связаться со своими союзниками и покровителями. И это стоит сделать прежде, чем уточнить дальнейшие действия муниципалитета. Желательно, не предупредив коллег. Беспорядки, образовавшиеся в городе, сулит не только проблемы, но и потенциальные прибыли. Если все грамотно обставить в процессе подавления бунта и при последующем разборе последствий.

Такие маленькие команды не представляют никакой опасности для землян и бесследно исчезают, едва только пересекают середину пути до первой разделительной стены. В основном, в плен попадают тайно отправленные доверенные лица при офицерах. Две немного более крупные группы, идущие по центральным улицам открыто, на виду у всех, республиканцы перехватывают и пленяют на КПП района для рабочих. Посланникам не удается поднять шум. А некоторые из них даже не желают этого, быстро перейдя на сторону «бунтовщиков».

Прождав половину ночи, некоторые офицеры понимают, что на их подчиненных нет никакой надежды. Более того, на стене не так уж много удобств. Смена у многих уже должна была закончиться, и им пора бы отдохнуть. Да, ситуация в городе еще не прояснилась в полной мере, но те, кто уверен в силах местного муниципалитета, наплевав на приказ начальства «оставаться на местах», решают самостоятельно отправиться в центр города. В том числе и для защиты своих активов или ловли рыбки в мутной воде.

Таких немного, большинство все еще решает отсидеться на высокой и крепкой стене. Отщепенцы собирают команду приближенных и тайно спускаются со стены. Не менее тайно они пересекают трущобы. Часть из них перехватывают в темных переулках, другую часть обезоруживают на КПП. Даже после наступления утра, ни один человек, отправленный со стены, так и не вернулся обратно. Что вызывает у оставшихся военных подозрения и опасения. Впрочем, эти опасения невозможно подтвердить ввиду тотального отсутствия связи.

Хотя в трущобах практически отсутствуют полицейские участки, их немало в районе для рабочих — самом крупном по площади районе города. Население этого района, вполне вероятно, лишь немногим выше, чем в трущобах, но живут местные жители в куда менее стесненных условиях. Здесь больше магазинов и развлечений. Чем ближе к центру, тем выше дома. Хотя большинство заселяется в квартиры на нижних этажах для удобства, свободных квартир выше довольно много, и есть выбор более просторных апартаментов.

В отличие от почти бесполезных нищих из трущоб, которые нужны исключительно для того, чтобы создавать конкуренцию за рабочие места, тем самым незримо давя на рабочих, муниципалитет и олигархи больше ценят новоиспеченный «средний класс». С одной стороны, трудоустроенные местные тратят заработанные тяжким трудом гроши на здешние развлечения, состоящие почти исключительно из азартных игр, употребления алкоголя и посещения публичных домов.

С другой — в условиях отсутствия электрических станков и промышленных роботов присвоение прибавочной стоимости от труда рабочих является одним из немногих способов сохранить и приумножить капитал. Охранники и официанты казино, игровых клубов и антикафе, продавцы и кассиры винных магазинов и баров, даже свободные работницы местных борделей — все они проживают в районе для рабочих.

Помимо, естественно, сотрудников промышленной зоны, строителей и муниципальных работников, а также многочисленного обслуживающего персонала богатого района. Пусть и не так много, как у нуворишей и их приближенных, но у жителей района для рабочих водится наличность, что обеспечивает постоянный кругооборот денежных средств, перетекающих из рук в руки.

Да, местное общество деградировало. Однако, там, где есть люди, можно создать и ценность. Раньше утопианцы добывали ресурсы из недр планеты, используя различные машины и оборудование. Сейчас же ресурсы можно добывать на местности. Из металлолома делают оружие, в разных местах города при должном упорстве все еще можно найти пищу или воду, ускользнувшие от внимания предыдущих рейдов мародеров.

Устаревшие автомобили на ДВС также представляют ценность — на таких машинах можно выехать за город и попытаться отыскать склады продовольствия, сырья или топлива, находящиеся в сельской местности. Есть отдельные группы, которые специализируются на охоте на выживших, прячущихся в поселках, лесных хижинах или полевых землянках. Выживших доставляют обратно. Женщин продают в бордели, с мужчинами подписывают кабальные долговые расписки и отправляют работать на стройку или в промышленную зону.

Поиск складов или выживших за пределами города — это настоящее приключение, для которого нужно подготовить экспедицию, состоящую из профессионалов. В человеческих странах Утопии все уже давно перешли на использование цифровых устройств, как на работе, так и в быту. В квартире среднестатистического горожанина с трудом можно найти ручку и блокнот.

Бумажные книги — это удовольствие коллекционеров. И мало у кого есть в бумажном или физическом виде хотя бы мировая карта. Карт страны еще меньше, а карты местности не на цифровом носителе практически отсутствуют. Даже в городском архиве они неполные и устаревшие. Там есть обозначения некоторых дорог и населенных пунктов. Но сложно сказать, существует ли этот населенный пункт в настоящее время и насколько он населен. Естественно, крупные частные фермы или предприятия найти еще сложнее.

Найти проводников также нелегко. 99 % местных горожан никогда не были за пределами крупных городов. Если кто-то и ездил за город по делам, то в ограниченное количество мест. Даже муниципальные службы или стражи правопорядка во время патрулей просто пролетали над местностью, не используя асфальтированные или грунтовые дороги. Может быть, сверху кто-то и узнал бы окружающую местность, но находясь на земле — это практически нереально.

А еще вокруг бродят отряды демосов, которые время от времени собираются в большие армии и пытаются атаковать город. В общем, каждый выезд каравана или поисковой группы за город сопряжен с большими трудностями и риском для жизни. И чем лучше изучена ближайшая местность, тем дальше приходится отправляться охотникам и собирателям.

Без рискующих собой поисковых команд в городе постепенно закончится пища. Да, запасов круп и консервов может хватить еще на несколько лет, с учетом постоянно умирающей от голода и болезней части населения, но руководители не совсем глупы. Кто-то уже пытается организовать посадку быстрорастущих сельскохозяйственных культур на огороженных участках вилл, на крышах домов, даже на защитной стене. Есть планы по созданию крупномасштабной совместной фермы на месте городского парка.

Однако, на данный момент поисковые отряды играют важнейшую роль в выживании города, после защитников на стене. Им нужно оружие и техника на выезде, а также игры, алкоголь и женщины во время отдыха. Хотя реальная доля этих команд в товарно-денежном обороте города незначительна, приток населения, ресурсов и пищи снаружи повышает всеобщих энтузиазм к работе и дает местным надежду на выживание.

Вместе с тем, власти все еще должны поддерживать контроль над скоплением людей в районе для рабочих. Сами местные чиновники и олигархи несколько месяцев назад силой взяли власть в свои руки, и это воспоминание все еще свежо в их головах. Никто не хочет потерять эту власть и «нажитое непосильным трудом». Поэтому в рабочем районе много полицейских участков, которые должны взять под контроль улицы при малейших искрах восстания.

Если бы не вмешательство землян, то сотни полицейских без проблем бы подавили тысячи митингующих района трущоб. Бунтовщики, скорее всего, даже не смогли бы самоорганизоваться и прорваться через разделительный кордон между двумя районами. Но случилось то, чего местные столоначальники никак не ожидали, и ситуация вышла из-под контроля.

Не сумев вовремя обуздать толпу, местные полицейские решили пропустить ее в элитный район, в котором участков не так много. Однако, в районе для богатых вопросы и конфликты, в основном, разрешают элитные охранники и телохранители местных богачей и правителей. Конфликтов немного, но элитная охрана вооружена до зубов, и митингующую толпу должны были расстрелять еще на подходах к внутренней стене. Но этого так и не случилось, из-за чего начальники участков оказались в недоумении.

Когда обстановка в трущобах стихла, и там началась непонятная суета, в район отправляются группы патрульных, чтобы выяснить обстановку и помочь властям прижать к ногтю мятежников. Конечно, есть еще возможность поживиться или развлечься в трущобах.

Немного странно, что бойцы на КПП никому неизвестны, но у каждого из них при себе огнестрел, поэтому с этими новыми лицами лучше не шутить. Какие-то из патрулей разворачивают обратно, другие попадают в трущобы, где и исчезают тихо и незаметно для окружающих. Уточнить обстановку, как в трущобах, так и в центре не представляется возможным. Но в целом со стороны кажется, что город завис в относительно мирном противостоянии.

Полудюжина полицейских понуро подходят к полицейскому участку. На пороге их встречают несколько коллег во главе с шефом.

— Ну, что там? — спрашивает начальник. — Кто взялся за подавление бунта?

— Не знаем! — разводит руками один из пришедших. — Не смогли попасть в трущобы. Нас завернули на КПП.

— На КПП? — удивляется начальник. — Как это? Кто им дал право?

— Они толком ничего не объяснили, — качает головой собеседник. — Но у всех у них пушки. Не только пистолеты, но и автоматы. Даже ручной пулемет я видел.

— А я снайпера заметил, — поддакнул кто-то сзади.

— Песец! — мрачно констатирует шеф. — Мы даже не знаем, какая фракция сейчас доминирует в городе. Чиновники или олигархи. С кем налаживать отношения.

— Думаете будет новый передел власти? — удивляется один из полицейских.

— А ты как считаешь? Тьфу! — сплевывает на землю шеф. — Хотя бунт подавлен, после него поднимутся новые волны. Зависит от того, кто взял трущобы под контроль. Там ведь еще и банды есть, которые можно перетянуть на свою сторону. Вряд ли дойдет до перестрелки, но кому-то придется поделиться долей у кормушки. А я с таким трудом получил это место! Теперь заново придется налаживать связи, собирать ресурсы. Второй сестры у меня нет.

— Не переживайте, шеф! — сочувственно произносит кто-то. — Авось все образуется? Кто будет беспокоиться о Вашем месте? И мы тоже будем за Вас. Верно мужики?

— Да/конечно/точно! — вполне бодро отвечают несколько голосов.

— Ладно! — машет рукой шеф, но на лице его яркая улыбка. — Все равно, от нас сейчас ничего не зависит. Нужно ждать. Все привели родственников в участок? Никого не забыли?

— Нет! — помотал головой один из подчиненных. — Всех пересчитали несколько раз.

— Тогда ждем! — командует начальник. — Если что, будем защищать это место. Далеко уходить не будем, если только что-то не случится в соседних домах.

— Хорошо, шеф! — соглашаются остальные.